Читать книгу "Увидимся в Сен-Тропе"

– У таких, как Влад, проблем не бывает, как я погляжу. Как же он меня выбесил! Я начала за него переживать от души, а эта скотина в Сен-Тропе улетела!

– Эля, прекрати! Не говори так. Он же наш друг.

– Да пошёл он! И нет, он твой друг!

Раздался сигнал голосового сообщения.

Ева включила его, и так как телефон автоматически был подсоединен через блютус к автомобилю, то дикий смех Влада огласил весь «мерседес». Отсмеявшись, Влад принялся рассказывать, что мы пропустили всё веселье. Рассказ был несвязный. Его постоянно кто-то отвлекал, потом к голосам добавился шум заработавших лопастей вертолёта. Из всего было ясно, что он действительно ночью угонял от полиции со своей охраной. Стрелял из пистолета своего охранника в салоне машины по залетевшей в неё мухе. Да, всё правильно. Вы не ослышались.

– Он что, принял что-то? Чё он несёт вообще? – нахмурившись, сказала Эля.

Она закатила глаза как-то по-новому, более драматично и раздражённо. А Еве стало стыдно перед Сашей. Он всегда видел Влада лощёным, окружённым охранниками, вызывающим симпатию у взрослых мужчин. У Саши и даже у отца Евы. Но вот сейчас ей стало стыдно.

– Он просто шутит!

– Да как же, шутит! Дебил! Ты слышала? Стрелял! В салоне машины, ПО МУХЕ! – почти кричала Эля. – А если бы он убил кого-нибудь?!

– Успокойся! Он просто прикалывается.

Тем не менее Еве стало не по себе.

– Он что, подсел на что-то? Я вообще, кстати, иногда замечала за ним странное поведение! И у меня закрадывались мысли, что он может что-то употреблять. Неадекват!

– Эля, я не верю своим ушам! Прекрати, пожалуйста, зачем ты так? Он же ничего плохого тебе не сделал. Наоборот, очень хорошо относится к тебе и ко мне. Я вот переживаю за него!

– Забей! Зато он никогда ни за кого не переживает. Сейчас будет отрываться в Сен-Тропе на папиной лодке. Бедняжка, сейчас заплачу! Давайте его пожалеем!

После этих слов Саша было рассмеялся, но сразу же сдержал смех.

– Саша, не стесняйтесь, смейтесь! – подбодрила его Эля. – Больше ничего не остаётся!

Пришло ещё одно голосовое сообщение от Влада. Его было очень плохо слышно. Единственное, мы поняли: он в вертолёте и, когда доберётся до своей яхты, отправится на ужин с отцом в ресторан La Vague d’Or. Он говорил что-то, но шум вертолёта его заглушал. Потом отчётливо раздался его громкий смех, который так раздражал Элю. Влад сказал, что ему скучно и он намерен уплыть ночью в Монте-Карло, чтобы поиграть в казино.

– После этого сообщения мои догадки только подтвердились, – резюмировала Эля. Она опять вошла в свой привычный образ надменной стервы. – И даже не пытайся его защищать, ок? Просто псих!

– Я не стану ничего утверждать, но должна признать, что Владик странно себя ведёт. Видимо, последствия сильного стресса.

– Бедненький! Давайте пожалеем его все вместе ещё раз.

– Ну, Эль, прекрати! Или ты что, думаешь, что люди с деньгами счастливые и у них нет проблем?

– Я-то как раз таки знаю, что у них куча проблем, но эти проблемы всё-таки поприятней, чем у нас с тобой! Потому что они могут решить их в большинстве случаев по щелчку холёных пальцев!

– Это ты к такому выводу пришла после свидания с краснолицым?

– Ты обещала никогда об этом не вспоминать! – Эля надула губы.

– Девушки-красавицы, – из уст Саши это выражение прозвучало с каким-то обратным смыслом, – мы припарковались. Выходим?

– Andiamo!

– Чего?

– Пойдём – по-итальянски!

– Понял!

Эля, как обычно, закатила глаза – театрально, но уже без презрения и раздражения.

– Стой! А ты знаешь, какой этаж, квартира? – спохватилась она.

– У меня тут всё записано, не переживайте! – успокоил подруг Саша.

Это был обычный двор. Большие деревья с густой листвой укрывали его тенью, спасая жителей от жары, ощущалась приятная прохлада. Но на этом приятные впечатления заканчивались. Девушки с Сашей прошли разноцветную детскую площадку, на которой никого не было. Зато на оранжевых лавочках рядом сидели странного вида молодые люди с бутылками в руках, видимо пивными.

– Что-то мне жутковато! – прошептала Ева на ухо подруге. – Я так рада, что Саша с нами решил идти!

– Ой, да не бзди, Маруся! – Эля так говорила всегда, когда сама нервничала. – И потом, ну что они могут сделать?

Молодые люди отвлеклись от своих разговоров и без стеснений уставились на проходящих – благо единственная пешая тропинка, которая вела к нужному подъезду, пролегала у них под боком.

– Типичная шпана, как говорит Роза!

– Тише!!! – Ева испугалась, что они услышат.

На секунду ей показалось, что Саша отстал. Она обернулась – и удостоверилась, что он совсем близко. Но почему-то пропало ощущение защищённости. Она шла, стараясь не смотреть на лица парней, которые начали подсвистывать и цокать.

– Я думала, так только в Турции делают! – Эля нервно рассмеялась.

– Я тебя прошу, помолчи!

– Девчонки, вам помочь?

К ним направлялся один из парней. У Евы душа ушла в пятки. Она представила, как сейчас они убьют бедного Сашу, который один не справится с целой гурьбой бандитов. От страха она даже на мгновение закрыла глаза.

– Вообще-то можно! – смело ответила Эля.

Ева изумлённо уставилась на подругу. Та казалась спокойной и даже улыбалась.

– Мы ищем маму одной девушки из этого дома – может, ты её знаешь?

– Бэллу?

– Да! Как ты догадался?

– Ну, на таких тачках только к ним и приезжали. Вы чё, её подружки? – Он поднял брови и как-то нехорошо улыбнулся.

– Ну, мы… нет, не подруги. Она была нашей знакомой.

– Хм, а с виду вроде приличные.

– Это он про нас? – оскорблённо прошептала Ева.

– Сама же хотела приехать, вот и получай! – прошипела в ответ подруга и снова обратилась к парню: – Ну так мы и есть очень даже приличные девушки.

– Ну-ну.

Он очень странно улыбался, и Еве от этого было неприятно.

– Так где она жила?

– Вон в том жёлтом подъезде. Покрасила матушке своей подъезд, хотя, по мне, раньше было лучше, привычней. А это чё за бугай? – Он посмотрел на Сашу, молча стоявшего за девушками. – Без охраны никак, да? Серьёзно всё!

– Благодарим за помощь, всего доброго! – ответила Эля, утягивая за собой Еву.

Вслед им доносились какие-то пошлости по поводу Элиной пятой точки, но девушки сделали вид, что ничего не слышат.

– И эта женщина сидела с нами за одним столом! – округлив глаза, возмущалась Эля.

– Эля, ты опять за своё! Можно подумать, ты родилась в Букингемском дворце.

– Ну, может, и не во дворце, но, знаешь ли, внутри Бульварного кольца! И гуляла я в детстве в Александровском саду с Розой. Голубей кормила.

– Эля! Ну вот к чему это сейчас, скажи пожалуйста? Перестань! Это у тебя нервное!

– Да я чуть не обсикалась!

– А так и не скажешь! Ты с ним так уверенно разговаривала…

– Это называется самоконтроль! – раздражённо ответила Эля. – Вот, куда ты меня затащила?! Просто жесть! Теперь ещё в этот подъезд заходить, вдруг там сидят их дружки, нас поджидают?!

– Не бойся, с нами же Саша!

– Да что он сделает? Они на него нападут, как муравьи, и крышка твоему Сашке!

– Ну, не надо меня списывать со счетов! – обиделся Саша, который, оказывается, всё слышал.

– Прости Саша, это нервы!

– Да не бойтесь вы, девчонки! Я сам живу в похожем районе! Пацанчики ровные, не тронут без причины.

– Пацанчики…

– «Под замком карманчики», – добавила Эля, и подруги рассмеялись.

Саша не понял прикола, потому что он не слушал в пьяном угаре всякий зашквар. А девчонки слушали, и им было всегда смешно, стоило только вспомнить хоть одну фразу из этой глупой псевдо рэп-частушки.

– Кстати, тот, который с тобой болтал, симпатичный вроде был. На Тома Харди похож, нет? – очень тихо прошептала Эле на ухо Ева.

Она в ответ молча одарила подругу таким презрительным взглядом, что Еве даже стало смешно.

Мама Бэллы

Когда поднялись на нужный этаж, обнаружилась большая проблема. На листке Саши закончилась информация. Никто не знал номер квартиры. А квартир на этаже насчитывалось не меньше десятка. Несмотря на солнечную погоду, здесь было темно – солнце сюда не проникало. Правда, стены действительно были свежевыкрашены. В принципе было чисто, но ощущение создавалось гнетущее.

– Лучше бы матери купила квартиру в нормальном доме, чем стены красить! – язвительно заметила Эля.

– Да откуда у неё такие деньги-то? Уверена, если бы была возможность, она бы так и сделала.

– Ну, давай, ты или я?

– Что?

– Стучаться к соседям и спрашивать, где живет её мать! Кстати, как её зовут?

– Не знаю. Ну, давай я.

Ева подумала, что в этом нет ничего страшного и тем более сложного. Но она ошибалась. В первой квартире, куда она позвонила, им никто не ответил. Она позвонила в следующую. Раздался какой-то крик. Расслышать, что именно кричали с той стороны, было невозможно. Видимо, крик был обращён не к звонившему в дверь, а на лающую собаку. Дверь резко открылась. На пороге стояла женщина ужасающего вида. Она была страшна! И не только внешностью. Она просто вогнала в страх не только Еву, но даже Сашу, который ей сам позже признался в этом.

Женщина была на голову выше Евы (которая считала себя достаточно высокой), крепкого телосложения, даже полноватая. Было ощущение, что она с трудом помещается в собственном жилище. На ней было что-то вроде халата, явно не первой свежести, с затёртым рисунком – не то ромашки, не то тюльпаны. Венчала образ экстремально короткая стрижка с удлинённой челкой.

– Чего тебе?

– Здравствуйте! Вы знаете, мы тут с подругой немного заблудились. Вернее, не заблудились. Мы пришли по адресу, но не знаем номер квартиры…

Женщина оборвала Еву на полуслове:

– Слушай, ты чё стучишь и мямлишь теперь! Оторвала меня от дел! – И хлопнула перед её носом дверью.

Ева, никак такого не ожидавшая, была в шоке. А ведь она ещё считала женщиной с приветом соседку её бабушки Алевтину Михайловну – грубую и нетактичную, которая постоянно поправляла её, из серии «произносить нужно не порядоЧный, а порядоШный». После встречи с соседкой мамы Бэллы стало очевидно, что всё познаётся в сравнении.

Эля с Сашей стояли в сторонке и смеялись.

– Это, наверное, была мама того «Тома Харди» с детской площадки! – сказала Эля и захохотала как сумасшедшая.

– Хватит ржать! Ничего смешного! Может, мы отвлекли человека от важного занятия!

– От поедания борща! – неожиданно пошутил Саша.

И они с Элей по-дружески заржали, как два коня. И даже хлопнули по рукам. Неожиданно и резко дверь открылась снова. Ева аж подпрыгнула.

– Чё разорались? Заткнитесь, мешаете Малахова смотреть! Быдло!

Дверь закрылась.

Теперь уже хохотали все.

– Ладно, с меня хватит! Теперь твоя очередь! – обратилась Ева к подруге.

– Нет уж, увольте! У меня нет настроения принимать на себя выплески агрессии и негатива только потому, что я успешная и красивая.

Произнеся эту глупость, Эля сделала серьёзный вид, давая понять, что не сдвинется с места.

– Ева, давай я. А то вы так до вечера провозитесь.

– Спасибо большое, Саш!

Ева, готовая молиться на него в тот момент, уступила ему место, отойдя к неприступной Эле, которая, привычно вздёрнув одну бровь, делала ледяное выражение лица, как будто не ржала как кобыла пару минут назад.

– Ты представляешь, эта Бэлла вышла из этого клоповника и сидела с нами за одним столом с таким видом, как будто она голубых кровей. Как будто её соседом был принц Гарри, а не… Даже не хочу вспоминать – вдруг опять вылетит, только уже с ножом! – Эля поморщилась. – Столько было понта, как будто она прямой потомок Романовых, не побоюсь этого слова. Всё-таки права Роза! Чем больше человек выпендривается материальным достатком, тем больше он был стеснён в средствах в недалёком прошлом. Если короче, то из грязи в князи!

– Эль, ты ведь не такая! Человека нет в живых, а ты такое говоришь. Прекрати!

– Нет, не прекращу! Для меня это сейчас пытка! – В её голосе была неподдельная раздражённость. – Я как представлю, что нам ещё нужно будет зайти в один из этих клоповников!..

Саше открыли дверь. Он что-то объяснял открывшему, потом обернулся к девушкам, и они увидели в дверном проёме пожилого хозяина квартиры… в трусах. Девчонки опустили глаза и полезли каждая в свою сумку, усердно делая вид, что ищут что-то жизненно важное.

– Ева, как зовут девушку, которую мы ищем.

– Мы ищем маму Бэллы! – сказала Ева достаточно громко, чтобы все всё поняли и не переспрашивали.

– Кого?

– Маму Бэллы! – громко в один голос ответили Ева с Элей.

– О, подружки! Вместе промышляли небось? – неожиданно оскорбил их противного вида дядька в трусах, на которого не хотелось смотреть и тем более общаться.

– Что вы сказали? – зло спросила Эля.

Саша наклонился к мужику и что-то сказал ему с очень серьёзным выражением лица. Тот, видимо, понял, что ему может влететь. Начал что-то объяснять, указал рукой на квартиру прямо напротив его собственной.

Девушки нажали на звонок. Раздалась громкая мелодия. После недолгого ожидания дверь открыла улыбающаяся молодая женщина, при виде которой подруги лишились дара речи. Дело в том, что это была точная копия Бэллы. Вернее, это была Бэлла собственной персоной. Только с ярко-рыжими волосами вместо жгуче-чёрных.

– Какие девочки красивые! Я как-то могу вам помочь? – Голос был более звонким и высоким, чем у Бэллы. И ещё у женщины была очень открытая улыбка и добрый взгляд.

– Бэлла? – еле выдавила из себя Ева.

– Что? Ах! Вы, наверное, к Маше? – она по-прежнему улыбалась.

Было совершенно не понятно, что происходит. При более внимательном взгляде стало очевидно, что это не Бэлла: никаких унитазно-белого цвета виниров, зато морщинки в области глаз и живая мимика.

– Мы, должно быть, не туда попали, простите! – сказала Эля.

– Вы, наверное, Машу ищете!

– Нет, мы ищем Бэллу! – ответила Элина в полной уверенности, что они снова ошиблись дверью.

– Вижу по вашим лицам, что вы растерялись! Заходите!

Она каким-то образом затащила в квартиру озадаченных посетителей, включая Сашу. В тесном коридоре они были как сельди в бочке.

– Проходите, проходите! – продолжала весело чирикать женщина в лёгком жёлтом платье и с волосами цвета огня. – Я варю в турке шикарный кофе! Сейчас буду угощать, проходите.

Она скрылась в дальней комнате.

– Спасибо… – Эля посмотрела на Еву, округлив глаза.

– Девчонки, может, я вас за дверью подожду? – взмолился Саша.

– Нет! – снова в унисон и громко ответили они и сразу же попытались взять себя в руки и говорить потише.

– Саш, пожалуйста, не уходи! Вдруг она маньячка! – прошептала Эля.

– Девочки и молодой человек! – Снова возникла рыжеволосая бестия, улыбаясь и игриво посматривая на Сашу. – Проходите же, не стесняйтесь! На кухню, сюда! Тут у нас немного тесновато, конечно! Но ничего, в тесноте, да не в обиде!

– Мне кажется, у неё кукушка съехала на почве утраты! – сказала Ева тихо подруге.

– Ну и семейка, – ответила та. – Давай валить!

Свалить не получилось. Пришлось зайти на крошечную кухню.

Всё было чистенько, чувствовался свежий ремонт. Мебель тоже была новая, но всё равно не покидало чувство, что ты находишься в очень странном месте.

– Присаживайтесь! – пригласила радушная хозяйка.

– Спасибо.

Ева села на стул около стены, поэтому Эле пришлось расположиться рядом, а значит, ближе к маме Бэллы, и она одарила Еву говорящим взглядом.

– Я постою! – сказал Саша, потому что ему явно не хватало за столом места.

– Подождите, возьмите чашку кофе!

Женщина на полном серьёзе принялась кокетничать с водителем Евы, для которой это было неожиданно и почему-то неприятно. Не то чтобы Ева была снобом, но, учитывая, что у Саши жена, видеть его бегающие загоревшиеся глазки было отвратительно.

– Благодарю вас, мадемуазель! – игриво ответил Саша, и Еву чуть не стошнило.

Ещё и Эля ущипнула её в этот момент под столом, явно сдерживая смех. Новообразовавшаяся парочка обменялась жаркими взглядами, потом, видимо всё-таки вспомнив о жене, Саша сказал, что у него вибрирует телефон и нужно ответить.

– Или кое-что другое вибрирует! – прошептала Эля, и они с Евой хрюкнули, стараясь подавить смех.

– Девочки, так вы знаете мою Машу! – радостно воскликнула женщина.

Ну точно, с ума сошла, бедняга. Еве всё стало понятно. Мало того что называет Бэллу другим именем, так ещё и говорит о ней как о живой. Видимо, всё-таки нужно было прислушаться к Эле и не заниматься самодеятельностью. Наверное, не стоило сюда приезжать. Кто знает, на что способны люди в минуты отчаяния и на грани сумасшествия. От таких мыслей становилось не по себе.

– Простите за мою бестактность… – решила ответить вопросом на вопрос Эля. – Скажите, а почему вы называете Бэллу Машей?

– Потому что это её имя! – женщина загадочно улыбалась, осторожно наливая в красивые маленькие чашечки кофе из турки.

– То есть Бэллу на самом деле звали… Машей?!

– Что значит «звали»? Это её имя.

– Значит, она его сменила?

– Маша вообще выдумщица ещё та. Но она очень хорошая девочка у меня.

– Да, она была очень хорошей… – со вздохом добавила Ева.

– Почему ты говоришь о ней в прошедшем времени? – удивилась мама Бэллы.

Звук смачно прихлёбывающего кофе Саши за спиной немного разрядил ситуацию. Ева обернулась и зло посмотрела на него, он замер. Ей сразу же стало стыдно: не могла найти в себе силы посмотреть в глаза матери Бэллы-Маши, сказать ей, почему они собственно пришли, вот и выместила это недовольство собой на Саше. Ужас. Ева растерялась и умоляюще посмотрела на Элю как на единственный спасательный круг, за который можно было уцепиться в затягивающем в страшные пучины водовороте. Ведь Ева больше всех разглагольствовала про то, как важно приехать сюда и выразить соболезнование, быть сильной, – и вот, пожалуйста, сидит на крошечной кухне напротив мамы Бэллы и не может ничего сказать. И тогда Эля, которая не хотела ехать изначально, которая говорила, что ей это всё неприятно, отважно взяла инициативу в свои руки.

– Я даже близко не могу понять масштаб потери, которую вы, очевидно, переживаете. Мы с Евой были знакомы с вашей дочерью. Не могу сказать, что были близкими подругами, но симпатизировали друг другу. Мы пришли выразить вам наши соболезнования… и поддержать вас в трудную минуту. – Всё это Эля проговорила скорбным голосом.

Еве всё еще страшно было оборачиваться в сторону вселенского горя и беспросветного безумия. Напряжённую тишину разорвал абсолютно дикий смех. Мама Бэллы смеялась громко и едва ли не зловеще. Во всяком случае, так Еве показалось. Тут вдруг на кухню вбежал маленький мальчик. На вид ему было годика три-четыре. Он вмиг оказался возле рыжеволосой женщины и залез к ней на коленки. Они обнялись.

Ева с Элей молча переглянулись. Малыш кого-то сильно напоминал, но они не могли понять кого. Красивый маленький пупсик, с большими круглыми ярко-голубыми глазами и волнистыми русыми волосами.

– Проснулся, да, зайка? – Женщина гладила мальчугана по волосам, и было видно, что он её любимчик. – Посмотри, к нам в гости пришли подружки твоей мамы.

«Мамы?!! Что???» – Ева чуть не прокричала это вслух. Вместо этого подавилась слюной и закашляла. Эля стала хлопать её по спине, но это слабо помогло.

– Привет! – радостно, как могут только дети, сказал мальчик.

– Привет! – улыбаясь, ответила Эля. – Как тебя зовут?

– Алекс, – сладким детским голоском выдал малыш.

– Какой же ты хорошенький! – Эля растаяла, как можно растаять, только когда разговариваешь с детишками.

– Алекс, зайка, беги в комнату. Поиграй пока. Мне нужно поговорить с девочками.

Алекс прошёл мимо подруг с ангельской улыбкой – было видно, что ему понравилась Эля. Он с любопытством рассматривал её и смущался. Засмеялся и убежал. Он был как луч света в этом странном тёмном месте.

– Девочки, девочки… – Женщина старалась подобрать слова. – Я не знаю, чем занимается моя дочь, но знаю одно. Она никогда не сделает никому ничего плохого. Она в детстве даже муравьёв старалась обходить, чтобы не раздавить. Переживала. Очень добрая девочка она у меня.

– Но что же с ней произошло? Она жива?

– Конечно! Что вы такое говорите? Она мне звонила буквально перед вашим приходом, мы немного поговорили – всё у неё прекрасно сейчас.

– Вот, блин… – подал голос Саша. – Пролил на рубашку кофе…

– Простите, как вас зовут? – наконец додумалась спросить Эля.

– Агата.

– Какое красивое имя… Вам очень идёт, – почему-то сказала Ева.

– Агата, простите, что мы приехали к вам, не проверив жуткие сплетни. Дело в том, что распространили этот совершенно абсурдный слух люди, которые с ней близко общались. Поэтому мы и не сомневались, но это, конечно, нас не оправдывает.

Эля перевела взгляд на Еву, и той захотелось её треснуть: таким взглядом обычно мама смотрит на ребенка, который пожаловался на несправедливо обидевшего его учителя, а когда мама пришла разбираться, оказалось, что ребёнок нарочно разбил окно, но не сказал ей об этом.

– Не передать вам, как мы рады, что она живая! – Эля нервно рассмеялась.

Ева продолжала пребывать в прострации. Она настолько свыклась с мыслью, что Бэллы, вернее, Маши уже нет в живых, что новость об обратном ошеломляла. Теперь было сложно поверить в то, что она жива. Ева настолько была опустошена эмоционально, что ей не хватало сил ни порадоваться, ни удивиться этой новости. Карточный домик теорий и осуждений, который она строила в голове с самого утра, рухнул меньше чем в секунду. На его строительство ушло столько переживаний, что прийти в себя и осознать сказанное Агатой было пока невозможно.

– Знаете, возможно, вы удивитесь, но я рада вашему визиту, девочки.

У этой женщины был определённо необычный взгляд. Возникало ощущение, что она видит тебя насквозь. Даже Тамина со своими фирменными испепеляющими глазами не стояла рядом. Агата улыбнулась и продолжила:

– Я впервые знакомлюсь с подругами моей дочери. Ведь я обо всём знаю с её слов. Ты, должно быть, Элина, а ты Ева.

– Как вы угадали?! – поразилась Ева.

– Она про вас часто рассказывала, когда жила в городе. Говорила, что вы единственные приятные девчонки из всей компании.

– Правда?

Еве почему-то стало приятно.

– Когда «жила в городе»? Она что, переехала?!

– Да, месяц назад уехала. Алекса пока оставила со мной.

– Она не рассказывала, что у неё есть сын.

– Немудрено… – Агата покачала головой. – Сначала она взяла себе это имя – Бэлла. Потом вот небылицы выдумала про семью. Она, конечно, стесняется нас немного… – Женщина снисходительно улыбнулась, но глаза выдавали грусть.

– Но почему?

– Вижу, что вам можно довериться. Расскажу правду. Я родила её в шестнадцать лет. Папа Маши бросил меня, как только узнал, что я беременна. Родителей у меня нет. Я жила у тёти, она приютила нас, но взамен я была вынуждена делать всю домашнюю работу. Готовить, убирать. Иначе тётя не дала бы нам приют. Учиться я не смогла. Потом тётя пристроила меня домработницей в семью к богатым людям. Я работала без выходных. Маше, конечно, мало уделяла времени… Она росла с моей тётей. А тётя имела жутко тяжёлый характер, бывала жестокой… часто наказывала Машу. За малейшую провинность запирала в тёмной комнате и не давала еду, когда меня не было дома. Дочь мне всё это рассказала, уже когда была совсем взрослая… А до этого боялась, что если мне пожалуется, то тётя нас выгонит из дома, поэтому терпела.

Агата заплакала, и у Евы защемило сердце.

– Я не смогла дать ей хорошее детство. Даже любви не смогла дать. Не было времени.

– Не плачьте! В каждой семье есть свои проблемы… Вы ведь всё делали для неё!

– У меня не было выбора… – словно оправдывалась Агата. – Время шло, и я стала зарабатывать хорошие деньги в семье Х., да и Маргарита Богдановна, моя хозяйка, всегда была очень добра ко мне. Отдавала вещи, сумки, которые ей уже не были нужны. Я всё это Машеньке приносила, мы ушивали, где нужно, и она выглядела как девочка из богатой семьи, – делилась мама Бэллы.

– Вы сказали «семья Х.»?! – вытаращила глаза Эля.

– Да! Вы их знаете?

– Нет! Но много слышала…

– А кто это? – спросила Ева.

– Потом тебе скажу…

Элин красноречивый взгляд намекал, что ситуация полный ахтунг, как она любила говорить в чрезвычайных обстоятельствах. Припоминалось лишь одно подобное обстоятельство. Тогда Эля в ночном клубе увидела Евиного папу, танцующего в ложе с кучей моделей. Эля в тот раз точно так же посмотрела на Еву, давая понять, что нужно по-быстрому покинуть заведение, пока их не заметили.

– Это прекрасная семья! У них замечательный сын, Алан.

Ева снова подавилась и закашляла. Так это что же выходит?! Агата была домработницей в семье Алана? И Бэлла донашивала одежду его мамы… Бред какой-то…

– Я слышала, что Бэлла… простите, Маша встречалась с Аланом. Это правда? – спросила Элина.

Тут наконец стало понятно, кого напоминал малыш Алекс.

– Ой… – тяжело вздохнула Агата.

Ева поймала себя на мысли, что никак не может определиться, нравится ей эта женщина или нет… Антипатии она точно не вызывала, но и проникнуться к ней тёплыми чувствами отчего-то тоже не получалось.

– Да, это правда, – выговорила Агата. – И это была большая глупость с её стороны…

– Так Алекс, выходит, сын Алана? – не унималась Эля, поражая подругу своей способностью задавать вопросы без подготовки.

– Почему ты так решила?

– Но ведь он точная его копия! Я видела его фотографии в Инстаграме. Ну и соответственно похож на главу семейства, потому что Алан просто под копирку отец. Я слышала такие разговоры.

– Алан действительно очень похож на отца. Насчёт Алекса…

– Ева, может, я вас подожду на улице? – встрял Саша. – Очень уж курить хочется. Тут дитё бегает, нельзя.

– Ага… – только и смогла выдавить Ева. Её водитель как будто специально постоянно обрывал людей на самом интересном своими глупыми репликами.

– Вы расскажете правду? Мы запутались… – не слишком тактично поинтересовалась Эля.

– Конечно. – Тут Агата погрустнела, было ощущение, что на неё накатила вселенская грусть. – Давайте-ка я налью вам по чашке свежего кофе. К этому вы не притронулись. Не брезгуйте, кофе действительно очень вкусный. Попробуйте. Можете перевернуть чашки, когда выпьете.

– Вы гадаете на кофейной гуще?

– Да, гадаю.

– Постойте! Неужели вы та самая Агата, про которую рассказывала Тамина?! – оторопела Эля.

– Таминочка – моя самая любимая клиентка. Она чудесный человек. Я всегда радуюсь, когда она приглашает к себе погадать ей.

– Охереть! – не сдержалась Эля. – Простите, пожалуйста! Просто столько информации, у меня голова кругом. Мне Тамина вас рекомендовала и дала контакты. Выходит, всё это время у меня был ваш телефон!

– Капец! – только и могла выговорить Ева. – Так Тамина бывает тут у вас?

– Разумеется нет! Она обычно присылает за мной свою машину с водителем, и я еду к ней на квартиру. В тихий Гагаринский переулок. Такой необычной квартиры я ещё не видела.

– Я в шоке!

– Ладно, девочки, пейте кофе, не бойтесь.

– Я выпью, – сказала Эля.

– И я.

– Пейте, наслаждайтесь. А я расскажу вам всё как есть.