Читать книгу "Увидимся в Сен-Тропе"

– Ева, всё пошли!

– Ваш счёт закрыли, – сказал нам официант.

– Неужели Гумберт? – засмеялась Эля. – Хотя вряд ли: у таких, как он, снега зимой не выпросишь.

– Во-первых, прекрати называть его Гумберт! – Я икнула. Чёрт. Ещё раз. – А во-вторых, конечно, это он, кто же ещё? Всё-таки какой он хороший!.. А ты всё: жмот да жмот!

– Я не понимаю, о ком вы девочки, но если вам интересно, то ваш счёт закрыл молодой человек слева от вас.

Он показал на Шамса, который всё в той же вальяжной манере рассказывал что-то двум непонятно откуда взявшимся блондинкам, которые хищно пожирали глазами высокого парня.

– И откуда только берутся эти шлюхи! – раздражённо заметила Эля. – Пойдём отсюда!

– Подожди, что ты завелась!

Я встала, и меня просто буквально вштырило, какая-то неконтролируемая энергия начала управлять моим телом. Мне казалось, что я офигительно двигаюсь, круче любой из танцующих гурий на барной стойке, тем более что они мне все улыбались и жестами давали понять, что я крута. И только у Эли было кислое выражение лица. Таха встала, улыбаясь, подошла ко мне, обняла за талию и принялась пританцовывать вместе со мной. Мы подпевали так громко, как только могли. Скорее, даже орали. Это был очень классный момент. После которого чувствовалось облегчение. Мы как будто выпустили скопленный негатив. Прав был тот, кто сказал, что пение полезно для здоровья.

Эля тоже поднялась, у неё в руках были две сумочки, моя и её. Она не танцевала. Просто смотрела на меня в упор и мешала моему личному веселью, если честно. Даже не улыбалась. К ней подошёл Шамс. Эля что-то начала ему объяснять. Он слушал, кивал, потом тоже что-то сказал, и они оба рассмеялись.

Тамина, как и всегда, веселилась по полной. Она танцевала и курила сигарету, хотя курить в помещении было нельзя. Видимо, правила не для всех.

– Надо попросить Шамса, чтобы сказал диджею поставить еще раз!

– Думаешь, тут можно?

– Дорогая, естественно. Соточка баксов решит вопрос!

– Кстати о купюрах! Тамина, мне очень неудобно!

– Что случилось?

– Твой брат наш счёт оплатил!

– И?

– Ну как это «и»? Это же неправильно, он нас первый раз видит – и заплатил.

– Ну во-первых, мы сидели за одним столом, значит, счёт общий, а платит всегда кто? Правильно, мужчина.

Она хитро улыбнулась, и мне нечего было ответить.

– Всё равно неудобно.

– Забудь. Этим ты обижаешь моего брата. Нехорошо! – Она была очень милой и одновременно жёсткой. – Какие планы на лето? К тёте в Сен-Тропе поедешь?

– Думаю, да, только в августе, не раньше.

– Отлично, я тоже буду там весь месяц. Можем вместе потусить. Приглашаю к нам на лодку.

– Правда? Класс! Спасибо!!!

Я так обрадовалась. Не знаю почему, но я обрадовалась, как радуются школьники, когда их в свою компанию принимают крутые старшеклассники. Понимаете, о чем я?

– У Эли есть мой номер, как прилетишь – маякни мне.

– Договорились! – Я была на седьмом небе от радости. – У тебя крутая майка!

– О, спасибо! Это моя любовь! – Она погладила рукой изображение на майке и улыбнулась. – Нравится?

– Кто?

– Футболка! – рассмеялась Тамина.

– Безумно! Мне вообще очень нравится твой стиль! И раскрой секрет, кто тебе шьёт такие крутые футболки?

– Есть один молодой дизайнер. Он мой старинный друг. Папа дал ему денег на раскрутку пару лет назад, но, к сожалению, его не поняли. Он опережает время, понимаешь? А важно уметь быть актуальным, идти в ногу со временем, если хочешь заработать. А вот стиль «привет, мы из будущего» людей пугает, поэтому мода периодически возвращается к прошлым десятилетиям. Но несмотря на неудачу, мы остались с ним друзьями. Тот редкий случай, когда деньги, вернее, их потеря не отразились на отношениях. Он-то мне и отшивает по моим идеям майки, – подмигнула мне Таха. – Знаешь что! У меня есть одна футболка, которую я ни разу не надевала… потому что она мне оказалась велика. Я думаю, что тебе она очень подойдёт, на ней моя любимая Фрида Кало!

– Я её обожаю!

– Она моё альтер эго. Мне даже иногда кажется, что я была ею в прошлой жизни, кто знает.

– Но ведь у неё вроде как была печальная судьба.

Тамина пропустила моё замечание мимо ушей, но в глазах промелькнула еле уловимая грусть. Она не смогла это скрыть.

– У тебя размер S?

– Нет, у меня М. Я толстая…

– Ты не толстая! Ты нормальная. Просто я очень худая.

– Я бы тоже хотела быть такой худой…

– Не надо, будь собой! Хоть M, хоть L! Какая разница? Главное, люби себя, верь в себя, наслаждайся моментом – и тогда все худые будут мечтать стать такой же, как ты! Поверь мне, – с видом мудреца сказала Таха, затем продолжила: – Вот, значит, кому предназначалась эта майка… удивительно.

– О чём это ты?

– Знаешь, есть такое поверье, что если тебе что-то уготовано небесами, то этого у тебя никто не отнимет и это к тебе придёт, а если не твоё, то хоть ты тресни – не получишь.

– Интересно, действительно…

– Ещё интересней, какая надпись на задней стороне футболки.

– Какая?

– Не скажу, сама увидишь. Просто знай, что это тебе знак свыше, – загадочно предрекла она. – В общем, мой водитель завтра же завезёт тебе.

Я хотела сказать спасибо, но мне почему-то вдруг стало трудно дышать. Стало очень душно.

– Ева, ты как? – Тамина посмотрела на меня, нахмурив брови.

Я хотела ответить, что хорошо, разве что немного жарко. Но почему-то не смогла. Было ощущение, что мой язык завязан в узел.

– Шамс! – Тамина позвала брата и сказала ему что-то на ухо.

Секунду спустя под всё ту же музыку я шла в сторону выхода. Шамс аккуратно вёл меня под руку, и у меня было ощущение, что я плыву красивой походкой. «И чего это они все так всполошились? Иду ведь летящей походкой! Хм. Странные».

На миг показалось, что мелькнуло лицо мистера Shh. Это действительно был он. Нужно было видеть его выражение. Такого он от меня точно не ожидал. Права была Тамина, когда сказала, что он сильно разозлится и начнет ревновать, когда увидит меня флиртующей с Шамсом. Правда, вряд ли я сейчас была похожа на флиртующего человека. Но одно то, что я шла под руку с таким красавчиком, уже сделало своё дело. Тамина – гений. Я хотела ей об этом сказать, но не получилось.

Мы вышли из душного помещения. На свежем воздухе вроде как стало намного лучше. Хотя в голове гудела музыка.

– Саша, это Эля, где вы? Мы стоим у входа, ждём вас! – Эля говорила по моему телефону. – Ева тут, со мной. Просто она не может говорить, ей плохо.

«Что?! Эля с ума сошла! Мне плохо??? Что за наговор! И почему у неё мой телефон?!»

Тамина что-то рассказывала, после чего все смеялись. Кроме меня, потому что не было сил. В перерывах между смешными историями она спрашивала, как я. Шамс всё это время не отпускал мою руку. Какие же они классные. Эля слушала Тахины рассказы и тоже заливалась смехом. В руках у неё по-прежнему были обе наши сумочки.

Подъехал мой чёрный, блестевший от чистоты мерс. Как же я любила смотреть на него в движении, особенно ночью. Когда огни мегаполиса отражаются на чистой зеркальной поверхности, играя разноцветными бликами. В такие моменты меня не смущало, что папа не хочет обновить мне машину, мне всё нравилось. Ну, почти всё.

Из машины выбежал встревоженный Саша.

– Ева, что с тобой?

У него было очень встревоженное лицо. Я хотела ответить, но за меня это сделала Эля:

– Да всё нормально, дверь лучше открывайте.

Шамс помог мне сесть в машину. Вернее, посадил меня в машину. В прямом смысле. И вот тогда я поняла, что если бы он меня не держал, то, скорее всего, я бы сама и шагу не сделала. Ноги были ватными.

– Спасибо за вечер, девчонки! Было весело! – сказала Тамина.

Я очень хотела поблагодарить её в ответ, но не получилось.

– Эль, присматривай за подругой.

– Не переживай, всё под контролем.

– Пока… – смогла я выдавить каким-то жалким голосом.

После этих слов дверь закрылась. Шамс мне помахал и очень по-доброму улыбнулся. Как-то по братски.

– По домам?

– Саш, не смешите меня. Какой дом? В караоке! – ответила Эля.

Воцарилась тишина. Она поняла, что её шутку не восприняли.

– Ну, блин, естественно, по домам. Ев, как ты?

Машина тронулась.

– Хреново, – наконец-то выговорила я.

– Тебя не тошнит? Блин, это я во всем виновата! Прости! Если бы знала, что тебе так плохо станет от виски, я бы никогда не посоветовала, клянусь!

– Останови машину… – тихо попросила я.

– Что?

– Пусть машину остановит…

– Саша, остановите машину!

Саша резко свернул с дороги и зачем-то подъехал вплотную к автобусной остановке. Мы остановились.

Так плохо мне никогда в жизни не было.

– Саш, подальше… – Я еле могла говорить.

Состояние было отвратительное, крайне неприятное и пугающее. Я только и успела открыть дверь, у меня даже не нашлось сил выйти из машины, я высунулась наружу, наклоняясь по максимуму. Ну, думаю, нет нужды пояснять, что со мной произошло дальше. И сразу вспомнилась Таха со своим рассказом про её день рождения.

Я судорожно начала соображать, видит ли меня сейчас кто-нибудь, кроме Эли, которая что-то мне говорила, и Саши, который, в свою очередь, предлагал мне бутылку с водой. Что, если сейчас кто-нибудь едет по бульвару?! Я сейчас леди или не совсем?! Надо будет спросить Тамину. Но самое главное, я поняла, что рядом всегда должны быть настоящие друзья. Я была рада, что Эля и Саша со мной. Оба смотрели на меня одинаково – тревожно-заботливо. Было одновременно стыдно и приятно.

А что, если в эту минуту по бульвару проезжает мистер Shh в своем тёмно-синем «майбахе»! Если он увидит меня в таком состоянии, наполовину торчащей из авто и… ну вы понимаете… Тут же вспомнилось его лицо, когда я прошла мимо него под руку с Шамсом… Он смотрел на Шамса не отрываясь… и как-то обиженно проводил меня взглядом… Неужели план Тахи сработал и теперь он засуетится сам? Но мечты о мистере Shh заглушала другая мысль: я пообещала себе, что больше никогда в жизни не буду пить это дерьмо и тем более никогда не дойду до такого «свинячьего состояния».

– Ева! Ева! – Эля потянула подругу за руку, и та открыла глаза и вынула из уха наушник.

Машина двигалась медленно, как черепаха. Пробка была в самом разгаре, асфальт, казалось, плавился от палящего июньского солнца, и пар от перегревшихся машин поднимался вверх.

– Чего ты в наушниках?

– Ты же знаешь, что я хорошо воспитана. – Ева «подмигнула» бровями. – Надела, чтобы тебя не смущать. Да и спать хочется…

– Что правда, то правда. Но лучше бы уши заткнул кое-кто другой! – Она укоризненно стрельнула глазами в сторону Александра. – Всё-таки никто не знает столько, сколько знает водитель! Клянусь, его жене не надо смотреть сериалы: муж домой придёт и давай рассказывать про приключения Евы…

– Я думаю, у них своих забот полно. И говори тише! – Ева испугалась, что Саша и вправду их может услышать.

– Ты в курсе, что мы не едем, а ползём?

– Какие предложения? На метро пересесть?

– Уж лучше ползти в твоем «мерседесе»…

– Тогда не возмущайся!

– Не буду, обещаю… – радостно пропела Элина.

В машине стало тихо, музыка шла фоном. Эля задумчиво отвернулась в сторону окна и, казалось, улыбалась сама себе. Медленно проплывающие мимо небоскребы Москва-сити переливались на солнце, самый высокий отражал яркий луч солнца и слепил глаза.

– Ты так и будешь молчать? – удивлённо и почти обиженно спросила Ева.

– Я ждала, когда же ты начнёшь допрос! – рассмеялась Эля.

– Допрос?! Что? Это ты обо мне? – На этот раз Ева в самом деле обиделась.

– Ну, малыш, я же шучу! Сразу губы надула, как маленькая. Просто хотела…

– Просто хотела потроллить!

– Нет! – громко отрезала Эля. – Ну, может, совсем чуть-чуть.

Она снова рассмеялась. Звонко, глупо и легко. Как-то совсем по-новому. Она выглядела сейчас совершенно обычной девчонкой. Без всяких масок, образов и претензий. Она была прекрасна в этот момент, но также уязвима. Это бросалось в глаза. Еве было приятно наблюдать за счастливым дурачеством подруги, и в то же время она понимала, что видит её такой впервые в жизни.

– Девушка, вы кто такая будете? Куда вы дели мою подругу? – иронично сказала Ева.

– Ты права, мне нужно взять себя в руки! Вот видишь, жизнь – такая загадочная штука. Стоит тебе только о чём-то уверенно и утвердительно заявить – так она сразу же пошлёт тебе ситуацию-проверку.

– О чём ты?

– Ты проследи за ходом мысли! Стоило мне только начать учить тебя уму-разуму, как Вселенная тут же решила меня проверить!

– Эля, по-моему ты ищешь слишком изощрённые отмазки! – Ева рассмеялась.

– Отмазки?

– Ну да. По тебе видно было сразу, как только ты его увидела, что сохнешь по нему! Так что не надо ла-лай-ла про уроки Вселенной! Она, наоборот, помогает и способствует искренности и любви. Все это знают.

– Только я вот ничего не знаю. – Эля вздохнула. – Знаешь, буду честна с тобой. Мне надоело быть сильной. Вот серьёзно! Мне надоело всё держать внутри!

– Ну-ка, ну-ка.

– Скажу как есть… – Было видно, как ей тяжело выговаривать каждое слово. – Я ведь правда его люблю. Я никогда не переставала его любить.

– Майка?

– Да.

– Эля…

Ева почувствовала подкативший к горлу ком. Ей стало ужасно жаль подругу, которая до этой самой секунды казалась непоколебимой железной леди с расчётливым умом и ледяным сердцем.

– Ты просто не представляешь, каких усилий мне стоило взять себя в руки. Перебороть. Думаешь, мне ни разу не хотелось написать ему СМС после энного бокала вина?

– Правда хотелось?!

– Я даже писала…

– ЧТО?! – Ева вскрикнула так громко, что Саша вздрогнул. – То есть ты хочешь сказать, что в те самые моменты, когда ты меня отговаривала от подобных шагов, сама строчила Майку пьяные эсэмэски?! Я не верю тебе…

– А почему, ты думаешь, я меняла номер телефона за два года четыре раза?

– Но ведь ты всегда была такая отстранённая, рассудительная и холодная… Не зря говорят, что в тихом омуте сама знаешь кто водится.

– Да, и чем тише омут, тем они проворнее.

Ева обиделась. Её расстроило, что в те моменты, когда она, не скрывая от лучшей подруги своих переживаний, поддавалась порывам, Эля хладнокровно делала, по сути, то же самое, только тихо и скрытно.

– Если ты способна на такое, то чего ещё от тебя ждать?

– Извини, что? – Эля удивлённо округлила глаза.

– Я хочу сказать, в то время, когда я тебе открывала душу, выворачивала её наизнанку, делилась с тобой самым сокровенным, ты меня убеждала в моей неправоте. Убеждала, что я выгляжу как малолетняя дурочка. И на следующий день продолжала надо мной подтрунивать. А сама, выясняется, делала то же самое?!

– Когда это сказано вслух, на самом деле звучит скверно. Выходит, я плохая подруга.

– Нет. Я этого не говорила. Ты хорошая подруга. Просто скажи, почему ты меня обманывала? Почему про себя всё не рассказывала?! Уговаривала не писать эсэмэски…

– Как раз потому, Ева, что тебя люблю, видимо, больше, чем себя. Я ведь понимала, что это ненормально, раз меняла телефон на следующий день после того, как отправляла Майку пьяные признания в любви. Я понимала, что выгляжу по-идиотски. Но всегда знала, что завтра же поменяю номер и он не узнает, что это была я. Тобой я восхищалась, что ты всегда всё делаешь открыто, и мне просто не хотелось, чтобы ты на следующий день жалела о сделанном.

– То есть в своём завтрашнем дне ты была уверена, потому что меняла симку, а насчёт моего завтра у тебя всегда были сомнения?

– Прости, я знаю, что была не права. Надо было всё рассказать тебе. Но это тяжело было сделать. Мне и сейчас очень непросто. Ты не сильно обижаешься?

– Ну как тебе сказать… Оказалось, что я совсем тебя не знаю.

Ева отвернулась к окну.

– У каждого человека есть скелеты в шкафу, Ева. Абсолютно в каждой семье есть свои секреты. Не бывает идеальных людей, семей и вообще ничего. Просто о чём-то не хочется говорить. Согласна? О чём-то хочется забыть. Особенно когда общаешься с тем, кто тебе дорог. Хочется, чтобы тебя любили за то, какой ты есть, но в то же время хочется казаться лучше, чтобы не разочаровать.

– О чём ты?

– Ева, у меня в семье свои заскоки, если это можно так назвать. О которых мне неприятно говорить. Ты пойми, что мы с мамой зависим от Розы. Ты с ней знакома, соответственно имеешь о ней представление. О её властном характере. Возможно, даже заметила перепады настроения, – устало сказала Эля и, немного подумав, добавила: – Пожалуй, я познакомлю тебя с одним скелетом. В общем, вся недвижимость принадлежит ей. Две квартиры в центре и дача. Когда в атмосфере жёсткие колебания и у неё скачет давление, а вместе с ним и настроение – не приведи боже попасться ей под руку. Она уже тысячу раз грозилась выписать то меня, то маму. Меня даже как-то раз выгнала.

– Эля, скажи, что ты шутишь!

– Хотела бы, но нет. Это правда. – Эля достала из сумочки зеркальце и, взглянув на своё отражение, которое, видимо, оставило её недовольной, закрыла его и убрала обратно. – Ты не представляешь, как тяжело жить с бабушкой. Не думай, что я жалуюсь или что-то. Я её очень люблю. Она замечательный человек. Но она слишком властная! Для женщины это не хорошо, она морально душит тогда всех, кто её окружает и любит.

– Наверное… Только я не пойму, при чём тут Майк и твои эсэмэски.

– Ну, при том, что она его на дух не переносит. – На лице Эли отразилась такая искренняя печаль, что она на долю секунды перестала быть сама на себя похожей. – Она его не любит с тех самых пор, когда мы были детьми. Совсем маленькими. Его семья была очень обеспеченной, а дед в своё время крутил роман с Розой, ещё до появления на свет наших с Майком родителей.

– Эля, мне нужна сигарета!

Ева закурила. Вот уж точно – с ними никакой сериал не нужен. Возможно, Эля была права, когда говорила, что Сашина жена ждёт его возвращения, чтобы послушать, что нового он поведает на сей раз про сумасшедшую Еву и подружек ей под стать.

– Они в молодости любили друг друга, но почему-то не поженились. Это тайна, покрытая мраком. Я думаю, что его увела бабушка Майка. В общем, по иронии судьбы через несколько лет, когда Роза уже удачно вышла замуж за моего деда и переселилась к нему в квартиру, в которой мы сейчас и живём, в соседний дом переехала семья дедушки Майка. Он женился, и у него родилась девочка, ровесница моей мамы.

– Офигеть! Как будто сюжет из фильма!

– В фильмах такого не бывает! Поверь мне. – Она закатила глаза. – С самого детства Роза чего мне только про них не рассказывала. Когда совсем маленькой была, говорила, что «эти люди» людоеды, на ужин едят маленьких девочек и чтобы я держалась подальше. Ну ты же понимаешь, что́ может нарисовать детское воображение. Стоило мне кого-нибудь из них увидеть, я бросалась наутёк!

– У меня от смеха сейчас живот треснет! – Ева смеялась, забыв про обиду на подругу. – Но с другой стороны, Розу тоже можно понять! Если он её бросил…

– Это не точно! Всего лишь наши с мамой догадки. Но факт остается фактом: маме она не давала дружить с мамой Майка, а потом, уже когда я появилась на свет, мне плела всякие байки.

– Прости, но это очень смешно. – Ева смахнула выступившие от смеха слёзы. – Прямо современные Монтекки и Капулетти! Постой, а как же ты с ним встречалась?

– Ну вот так… – Эля поиграла бровями. – Недаром моя любимая книжка – «Тысяча и одна ночь».

– Я не читала.

– Ты вообще читаешь не те книжки. Очень зря, почитай. Получишь удовольствие. – С умным видом сказала Эля. – Вот там есть чему поучиться. Мне нравится момент про похищенную джинном девушку. Она была такая красивая, что он выкрал её в день свадьбы и положил в ларец, ларец в сундук, а на сундук навесил семь блестящих замков и опустил этот сундук на самое дно моря.

– Это сказка?

– Ну да, для взрослых.

– И в чём смысл?

– Ты же не дослушала! Так вот, она увидела двух симпатичных молоденьких братьев-султанов, которые заблудились. Ну и сделала им непристойное предложение, пока джинн спал.

– Когда она успела вылезти из ларца?! Который ещё ко всему на дне моря был! И что за порнографию ты мне рассказываешь?!

– Почему ты всё время к мелочам цепляешься? Нужно читать самой, чтобы все детали знать. Смысл в том, что они испугались, что если джинн проснётся и увидит такое дело, то им будет неминуемый кирдык. Когда один из красавцев сказал ей об этом, она ответила что-то вроде: «Если женщина чего-нибудь захочет, то её не одолеет никто, никакой джинн не страшен».

– Восточные хитромудрости.

– Можно им поучиться.

– Не согласна! Я за честность!

– Ну да, только если у тебя нет бабушки Розы! С такой бабулей, видишь ли, приходится изворачиваться как можешь.

– Ты что, сравнила Розу с джинном?

– Поверь мне, этот джинн по сравнению с Розой просто зелёная почечка на молоденькой веточке. И тем не менее я смогла её до поры до времени как-то…

– Обманывать?

– Ну, скажем, не договаривать ей некоторые вещи.

– И что ты говорила?

– Что встречаюсь с очень богатым парнем, имя которого нельзя произносить вслух!

– Волан-де-Мортом? – Ева громко рассмеялась.

– Да хоть с ним! Главное, чтобы не с Майком. В общем, чтобы не превращать эту историю в тягомотину, скажу коротко: когда всё вскрылось, Роза слегла…

– Не поняла.

– Ну, она сказала, что ей плохо, и позвонила своему врачу. Её положили в больницу. Можешь представить, что было в эти дни с мамой и со мной?

– Нет, не могу… Бедная бабушка Роза!

– Ага, как же. Бедные – это мы с мамой. Мы приходили каждый день её проведать, она всё время с повязкой на голове лежала, стонала и отказывалась есть. И вот в один прекрасный день, после того как мы её навестили и вышли на улицу, я вспомнила, что забыла очки в палате. Я вернулась. И что ты думаешь?

– Что?

– Повязку она скинула, сидит довольная на своей кровати, уплетает пирожки, которые испекла мама. Ещё и анекдот травит медсестре и заливается смехом.

– Ей что, не было плохо?

– Конечно не было. Было плохо маме! Она за неё переживала и на меня была слегка обижена, хотя старалась не показывать этого. Когда я маме описала такую чудную картину, она мне не поверила. Только и сказала: «Как тебе только не стыдно». Понимаешь теперь моё состояние? С двух сторон прессинг!

– Поэтому вы с Майком расстались?

– Нет, мы тогда не расстались.

– Ты меня окончательно запутала!

– Помнишь, я тебе говорила про котёл, в который ты готова пойти, когда влюблена, про то, как тебе наплевать на весь мир?

– Ну да…

– Я же не с потолка это всё взяла! Я была в том котле… Я ушла из дома.

– Эля! Почему я от тебя первый раз об этом слышу?

– Мне больно об этом вспоминать, а говорить вслух ещё больней. Знаешь, когда рана заживает, а ты берёшь иголку и начинаешь ковырять!

– Ну, может, наоборот, ты сейчас выговоришься и тебе станет легче?

– Всё может быть… – грустно сказала Эля.

Еве стало стыдно, что она на неё обижалась несколько минут назад.

– А куда ты пошла?

– К нему.

– В соседний дом?

– Нет, они уже в нём не жили к тому времени. Его мама сдала квартиру и переехала куда-то чуть ли не за третье кольцо. Он работал и снимал комнату.

После этих слов у Евы перехватило дыхание. Она не знала, что сказать. Ей было трудно, даже невозможно представить свою шикарную подругу в съёмной дешёвой комнате.

– Я понимаю этот твой шок во взгляде, – кивнула Эля. – Но знаешь, я была очень счастлива там. Стены казались толстыми, потолки высокими. Как будто ты в крепости какой-то. Мы были там так счастливы. Меня и сейчас, когда вспоминаю эти дни, начинает наполнять тепло. Никакие хоромы не смогли бы дать счастье, которое я тогда испытала. Мне не нужны были никакие за́мки, только он.

– Эля! Какая же ты счастливая!

– Издеваешься? – Она смахнула слезу и грустно улыбнулась.

– Ты хоть понимаешь, что далеко не каждому в жизни так везёт, не каждому удаётся испытать такие чувства! Но что же произошло?! Почему вы расстались?

Эля не успела ответить – раздался звонок. Уже у Евы. Она медлила, потому что хотела услышать ответ Эли. Но звонок был долгим и настойчивым. Ева посмотрела на экран смартфона. «Мамочка» – высвечивалось на экране.

– Ой, мама звонит… Подожди минутку, Эль! – И Ева поспешила ответить: – Мамуль, привет!

– Ева, ты где сейчас?

– Еду по делам, мам.

– По каким, можно узнать?

Голос мамы звучал непривычно. Ева сразу поняла, что что-то не так.

– Мам, что-то случилось?

– Случилось. Ты где была вчера?

– Дома, готовилась к экзамену.

– Ева! – грозно сказала мама.

– Ладно, только не ругайся! Я ненадолго заехала поужинать в ресторан…

– В какой?

– В «Манфредо»… – На заднем плане Ева услышала голос отца, который крикнул что-то вроде: «Какого хрена она делала в этом кабаке?» – Папа приехал?

– Да, папа приехал. Он очень недоволен, и у нас с ним состоялся очень серьёзный, неприятный разговор. Ты когда домой приедешь?

– Мам, думаю, что не скоро. И я не понимаю, из-за чего ты сердишься. Ты же знаешь, что я нет-нет да бываю там, и это не кабак.

– Она ещё будет рассказывать, что кабак, а что нет? – отчётливо раздался голос отца.

– Мам, я что, на громкой связи?!

– Да, Ева, ты на громкой связи.

– Прекрасно просто!

Ева недовольно откинулась на сиденье. Эля тревожно посмотрела на подругу и жестом спросила, всё ли хорошо. Ева также жестом, повертев рукой, дала понять, что пока не ясно.

– Ты потом куда поехала?! – орал в трубку папа.

– Привет папочка! Я, между прочим, сдала на «отлично» экзамен сегодня! – Ева подумала, что этот аргумент её обязательно спасёт.

– Ева! Не зли меня! Отвечай на вопрос!

– В «Shh bar».

– Мария, ты слышала?! Слышала? Как ты вообще дочь воспитываешь? Шляется непонятно по каким злачным местам!

– Папочка, так ты же сам часто бываешь в аналогичных местах!

– Молчать! Я не с тобой разговариваю! – Отец был не в настроении и очень зол. – Тусовщица! – Из его уст это всегда звучало как оскорбление, потому что он произносил это слово с особым презрением.

– Мам, почему он так кричит?

– Ева, скажи, Влад был с вами?

– Да, как всегда. Мы ведь по пятницам всегда там ужинаем вместе.

– Нонсенс! – возмущался папа. – Ужинают они там по пятницам! Ты что там вообще потеряла?! Там мои друзья, я сам иногда хожу, когда в городе! Но вы-то, мелюзга сопливая, что потеряли?!

– Пап, но там ведь очень прилично и спокойно.

– Ты мне будешь объяснять, где какая обстановка? Ты почему вообще перечишь мне! Рассказывай, что было! Был с вами этот мелкий идиот?!

– Да. Но только в «Манфредо»! Потом мы с Элей поехали в «Shh bar» и были там совсем недолго!

Еве было страшно представить, что бы случилось, если бы родители знали, что она сегодня так и не спала. Буквально – не ночевала дома. Аж в горле пересохло.

– Ева, скажи, а ты знаешь, куда поехал Влад после?!!

– Нет… – Ева решила снова соврать. – В стриптиз-клуб?

– Ты вообще откуда такие места знаешь?! Ещё и так спокойно говоришь! Бесстыжая!

Папа всё негодовал и метал молнии. По голосу было понятно, что он ходит по комнате, скорее всего с сигаретой в зубах, и возмущается. Еве стало не по себе, что мама должна выслушивать его укоры. Она пожалела, что застряла сейчас непонятно где, вместо того чтобы быть рядом с мамой и самой объясняться перед отцом.

– Папа, да ты сам там постоянно зависаешь! Мне ребята говорили, что видели тебя там на прошлых выходных!

– Не смей так разговаривать с отцом, козявка! Мария, что вообще происходит, я не понял! Что она себе позволяет?

– Ничего особенного не происходит. Она просто наше отражение. Не нужно её ругать, сам бы лучше дал пример хороший. Начни с себя! – спокойным тоном ответила мама, попав в самую точку. Отец от этих слов обычно приходил в ярость. Вот и сейчас не изменил себе и, буркнув что-то, похоже, хлопнул дверью.

– Мам, он ушел?

– Да, слава богу!

– Чего это он? Малолетка, что ли, ушла от него?

– Ева, перестань так говорить о своём отце, да ещё и в присутствии посторонних людей! – строго сказала мама, и Еве стало стыдно.

– Прости, мама.

– Просто вчера произошел неприятный инцидент. Ты знала, что твой друг Владик занимается нехорошими делами, назовём это так?

– Нет.

– Ева?

– Ну знала. Я же не ходила туда, мам!

– Ещё бы ты ходила!

– Стоп, мам! А как ты узнала?

– Мне рассказал твой отец. Он приехал весь красный от злости и, по-моему, постаревший ещё больше. – Это было любимое мамино выражение. – Он сказал, что это место – цитирую – «накрыли»!

– В смысле? Мы буквально пару часов назад разговаривали с Владом! Он ни словом не обмолвился…

– Я не знаю, где он сейчас и что делает. Знаю только, что у него большие проблемы. Он ещё долго не сможет показаться в городе. Твоему папе позвонил друг отца Влада и попросил помочь, потому что у твоего отца есть нужные связи.

– Мам, мне кажется, ты что-то путаешь! Мы же с ним недавно разговаривали!

Ева посмотрела на Элю, и та, поняв, что речь идёт о Владе, тут же достала телефон и стала набирать его.

– Ева, ты знаешь, как я отношусь к твоему отцу и тем более его образу жизни. Но тут я с ним, к сожалению, согласна.

– О чём ты?

– Мы с ним приняли решение, но это не телефонный разговор. Приедешь – обсудим.

– Мам, ты меня пугаешь. Какое ещё решение?! – Еву прошиб ледяной пот.

– Ева, ты попала в очень нехорошую компанию. Случилось то, чего я всё время так боялась, когда просила тебя держаться подальше от всех этих несерьёзных детей.

– Мамуль, ну я же с ними максимум только ужинаю, и всё! Я с ними не дружу!

– Любое общение – это общение. Как видно, идёт оно тебе совершенно не на пользу. Ты пропускала пары, забросила учебу. Даже книги читаешь не до конца!

– Как это не учусь?! Я же все экзамены на «четыре» и «пять» сдала!

– Сдавать и учиться – это разные вещи. В общем, сейчас мы не будем с тобой ничего обсуждать. Всё при встрече.

– Хорошо.

– И, Ева, ещё кое-что.

– Что?

– Скажи мне, тебя что-то связывает с баром, в котором ты вчера была?

Еву прошибла другая волна ледяного пота. Неужели родители узнали, что она общается с мистером Shh?!

– Я не понимаю, о чём ты.

– Ладно, поговорим дома.

Мама отключилась, не договорив.

– Кажется, у меня серьёзные проблемы, Эля. Всё пропало! Я влипла…

– Что случилось?! Я уже чуть не родила от переживаний! На тебе лица нет! Ева, не молчи!

– Ева, мы подъехали, – подал голос Саша. – Сейчас завернём налево и въедем во двор, нам нужен пятый подъезд.

Его слова словно отрезвили Еву, возвращая в реальность.

– Райончик, я тебе скажу, конечно, не фонтан, – заметил он. – Давай припаркую машину и с вами пойду. Одних точно не отпущу.

Ева было совершенно не против, и даже Элина с благодарностью и облегчением посмотрела на Сашу.

– Так что случилось? – обратилась она к Еве.

– Мама сказала, что у Владика проблемы, вроде как его место всё-таки замели.

– Я, кстати, не могу до него дозвониться! – с тревогой в голосе сказала Эля.

– Папа мой его отмазал, но проблемы не решены. Насколько я поняла. Ох уж этот Влад!

И в этот момент подругам одновременно в группу «тройка», в которой были Ева, Эля и Влад, в мессенджере пришло СМС. Оно было от Влада. Он написал, что у него всё хорошо, что он приземлился только что в Ницце. Сейчас ждёт вертолёт. И полетит в Сен-Тропе.