Читать книгу "Увидимся в Сен-Тропе"

Сидевшие рядом замолчали. Слышался только гул голосов в зале ресторана и заезженная песня Челентано «Confessa», которую уныло пел итальянский певец. За нашим столом каждый делал вид, что абсолютно не в теме происходящего, усиленно разглядывая что-то в смартфоне. Кто-то фоткал тарелку с едой. В любом случае было понятно, что все всё услышали.

– Какая же ты надменная… сука! – вдруг выдала Бэлла, подтвердив в очередной раз, что Элина её сделала.

– Эля не сука. Она просто Гугл, – смеясь, подытожил Влад. – Ладно, прекращайте скандалить, дамы. Я бы на твоем месте вообще с Гуглом не связывался. Она реально просто нереально умная. Чересчур умная! Где ты себе мужа найдёшь, а? Вот честно, я бы не женился.

– А я прямо-таки бегу и спотыкаюсь, мечтаю за тебя выйти!

– Ну вот видишь! Я тебе комплимент сейчас сделал, а ты вон какая. Мягче надо быть, мягче.

– Да иди ты.

– Ладно, Гугл, не заводись, лучше скажи, она чё, реально серийная убийца была? – серьёзно переспросил Влад нахмурившуюся Элю. – Я про Салтычиху!

– Учите историю, месье, вместе с прекрасной мадам, – Эля ответила в своём фирменном тоне с ноткой презрения.

– Ладно, не обижайся.

Влад похлопал Элю по плечу, как-то по-мужски, по-братски. Эля демонстративно посмотрела на своё плечо и перевела недовольный взгляд на Влада. Только он ничего не понял. Она театрально вздохнула.

– Как же меня раздражают они все! – зашептала Эля мне на ухо. – Вот видишь, если бы ты меня послушала и мы уехали, ничего бы этого не было.

– Значит, теперь я виновата. Вечно ты ищешь крайних. Была бы помилее, ничего бы этого не было. В чём-то Бэлла действительно права. Ты иногда можешь быть настоящей занозой в заднице!

– Надменной занозой?

– Надменной задницей! – ответила я, и мы рассмеялись.

– А ты предательница, – нарочито насупилась Эля и по-детски показала мне язык.

– Ты серьёзно?! Язык? Тебе что, три годика? – я рассмеялась.

– Двадцать три годика! Ну что? Мы едем к твоему Гумберту Гумберту1010
  Персонаж романа В. Набокова «Лолита», испытывавший влечение к несовершеннолетней главной героине.


[Закрыть]?

– У меня иногда складывается впечатление, что он тебе больше нравится, чем мне.

– Перестань подозревать меня во всех смертных грехах. Можешь спать спокойно, он не в моем вкусе. – Тут в глазах у Эли появились танцующие чёртики, и она спросила: – Я должна признаться кое в чём! Совсем забыла рассказать!

– Ну! Не томи!

– Мне до неприличия понравился брат Тамины. Ты его видела?

– Ну и переход темы у тебя. Нет, я даже не знала, что у неё есть брат.

– Братишка, если быть точнее. Младшенький. Хотя выглядит старше. Про него вообще мало кто знает, он в Оксфорде учится. И имя такое необычное… Шамс… – романтично выдохнула Эля и на минуту мечтательно замолчала. – Господи, до чего же красивый, ты даже не представляешь! Такой высокий, сильный! Занимается то ли карате, то ли дзюдо… ррр…

– Уже справки, смотрю, навела. И не рычи!

– Ну как тут не рычать! Волосы такие красивые… тёмные и блестящие, как из рекламы шампуня.

– От перхоти? – я засмеялась.

– Да иди ты! – Она ущипнула меня за бедро.

– Ауч! Больно!

На самом деле больно не было, а вот смешно – очень.

– Будешь знать! В общем, слушай, у него такие выразительные глаза, цвета… hazel!1111
  Hazel eyes – глаза орехового цвета (англ.).


[Закрыть] Мог бы в турецких сериалах сниматься. Не смейся, точно тебе говорю, как знаток турецкой мыльной оперы! Короче, всё как я люблю…

– Шанс?

– Сама ты шанс! ШаМс! М-М-М! И, кстати, у тебя шансов, точно нет. – Эля рассмеялась как ошалелая. Было понятно, что шансов она сама не даст никому.

– Больно нужен мне какой-то шанс.

– Это ты просто его не видела, моя дорогая ворчливая старушенция. Не говори, что я не предупреждала: когда увидишь, крышняк снесёт точно, даже у тебя.

– В общем, как обычно, ты перевела стрелки с темы.

– Ну так мы едем?

– Ладно, хорошо. Уговорила. Но мне нужно выпить. Я нервничаю, понимаешь? Прям очень нервничаю.

– Выпей вискарь!

– Нет, ты что! С ума сошла, что ли?

– Да выпей, меня послушай. Тебе всё сразу станет фиолетово, и, когда ты встретишь своего Гумберта Гумберта, тебе будет по барабану на него, и мы классно проведём время! Будем танцевать всю ночь без всех этих имбецилов! Давай, ну пожалуйста!

– Девчонки, я всё-таки поеду к себе.

– Влад, ну ты идиот или как? – раздражённо выпалила Эля. – Езжай уже домой! Не ищи приключения на свой ass1212
  Зад (англ.).


[Закрыть]!

– Вопрос решили, не бзди, Маруся.

– Хорошо, Вася.

– Ева, как ты её до сих пор терпишь? Она же невменяемая. Это тот самый пример, когда внешность абсолютно человеку не подходит! Даже страшно!

– Кто вообще этот мелкий буржуй, ты не знаешь? – демонстративно громко спросила меня Эля.

– Эль, прекращай. Владик, дорогой, ты будь аккуратней, ладно?

– Вот видишь, как нужно разговаривать с мужчиной? Учись!

– Я-то умею, только мужчин что-то не вижу поблизости.

– Ребят, ну прекращайте! Уже надоели, если честно, своими разборками бессмысленными.

– Ева, ты куда поедешь? Тебе машина нужна?

– Владик, спасибо дорогой. У меня же есть машина! А вопрос точно решили?

– Ну, ок. Да, не переживай. Всё разрулил. – Влад почему-то погрустнел. – А куда поедешь?

– Эля настаивает, чтобы я выпила виски, а дальше в «Шшш бар».

– Мда… ну вы и парочка. В разведку не пойду с тобой, Исаева, так и знай. Несмотря на твою фамилию, – бросила мне подруга.

– Знаем мы твои разведки! – Влад снова, как в начале вечера, заржал как конь, подмигивая мне.

– Как же ты меня достал! – Эля позвала официанта: – Уважаемый, там виски ещё остался или саранча уже всё смела?

Эля выразительно указала взглядом на небольшую тумбу рядом нашим столом, где был весь заказанный Владом и его гостями алкоголь. Там стоял похожий на чашу огромный кулер, наполненный льдом, бутылками шампанского и вина. Рядом с кулером притулились пара бутылок с виски.

– Вот посмотри на неё: если не скажет гадость, спать плохо будет.

– Я не говорю гадости, Владик. Я говорю правду. Я сегодня на тебя обижена: мало того, что все эти люди появились из ниоткуда, как саранча, так ещё и снимают на камеру, потом выставляют в тикток ролики а-ля лакшери лайф, а на деле полный фейк. Я молюсь, чтобы я нигде не засветилась с ними в кадре. Это же реально просто лажа.

– Пацаны с района не поймут, да, Эль?

– Никак. Я сама себя не пойму.

– Что-то много «Я».

– Блин, как же ты достал.

– Ты уже это говорила!

– Ребята, прекратите ругаться! Мне кажется, нас сглазили… – Разве можно было найти другое объяснение происходящему?

– Позвольте. – Учтивый официант в белоснежной накрахмаленной рубашке и тёмно-синей жилетке появился вовремя. – «Макаллан», восемнадцать лет.

– Неси другую бутылку, – обратился Влад к ничего не понимающему официанту. – Неси двадцатипятилетку. Будем распивать старушку, Элину ровесницу! Повод тем более появился. Ева первый раз будет виски пробовать.

– Мне двадцать три, идиот! – оскорбившись, бросила Эля Владу и отвернулась от него.

– Не нужно! Влад, это лишнее! – Мне стало не по себе: весь стол смотрел на меня, и большинство чуть не подавились, включая мальчишек.

– Ева, ты мне сестра! Ты же знаешь. Для сестры – только самое лучшее.

– Тоже мне, олигарх недоделанный, – фыркнула Эля.

Но фыркнула довольно. Потому-то она была классной, настоящей подругой. Понимаете, она умела радоваться за людей, а особенно за подругу. За меня. Ведь, по сути, пожалеть может каждый. А она не жалела меня никогда, если у меня были проблемы, – она всегда пыталась найти способ их решить. А если подворачивался повод порадоваться за меня, она это делала всегда искренне и эмоционально. От души.

Принесли виски. Я не планировала и не хотела его пить. Но деваться было уже некуда. Эля попросила по пятьдесят, без льда, без колы и даже без воды. Только чистый виски. Я успела выпить бокал шампанского, и мне было как-то не по себе мешать напитки.

– Да не бойся, если градус идёт на повышение, то всё нормально. Ничего не будет плохого с тобой, не переживай, – со знанием дела сказала Эля.

– Что-то у меня плохое предчувствие…

– Такое ощущение, что ты виски с кокаином мешаешь, как лопух Гриня.

– Только этого мне не хватало.

– Давай уже, без прелюдии! Пей и поехали!

– Слушай, что ты её заставляешь? Не хочет – пусть не пьёт!

– Почему ты в каждой бочке затычка, а, Влад? Ну правда, перестань лезть в бабские дела.

– Хлестать вискарь – это бабские дела? Нормальные такие дела!

– Я знаю, как лучше.

– Неудивительно, ты же Гугл.

– Задолбал! – отмахнулась от друга Эля. – Если Ева выпьет ещё пару бокалов шампанского, то, когда мы доберёмся до «Шшш бара», она будет совсем пьяная, и все мы знаем, что это значит.

Это на самом деле ничего хорошего не значило. Стоило мне выпить немного больше своей нормы, которая исчислялась двумя с половиной бокалами шампанского или тремя-четырьмя бокалами вина, стоило мне перейти эту черту, как меня сразу же настигала волна отчаяния. Да. Кто-то от опьянения поёт, кто-то танцует, кто-то дерётся, кто-то мирно засыпает, где придётся, а я плакала. Причём всегда очень горько и от души, произнося фразу, которую, артистично цитируя меня, выдала Элина:

– «Меня никто не любит!» – Вышло наигранно. Всё-таки актриса из моей подруги не очень. – Я не хочу сегодня это слышать! – сказала Эля недовольному Владу.

– Да пусть делает что хочет! Достала ты уже со своими «хочу» и «не хочу». Не пей, Ева. Пусть Элиночка навтыкается и мчит на всех парах хоть в «Шшш бар», хоть в мужской стриптиз.

– Владик, дорогой, please, shut the fuck up!1313
  Пожалуйста, заткнись! (англ.)


[Закрыть] А ты, Ева, пей! Вот увидишь! Во-первых, ты не опьянеешь, зато расслабишься. Другими словами, не будешь нервничать из-за Гумберта Гумберта, если встретишь его. А ты его встретишь, уж поверь. Ну и, во-вторых, поймёшь весь кайф от паров Вакха.

– Слишком много непонятного в одном предложении.

Иногда Эля начинала раздражать даже меня своей манерой быть умнее всех остальных. Порой мне казалось, что она сама не понимает большую часть из того, что несёт. Просто у неё была феноменальная память. Поэтому она запоминала с одного раза целые абзацы, будь то учебник по физике, отрывок из классического произведения, часть философского трактата или действительно, как говорил Влад, выданные Гуглом страницы. По-другому я не могла объяснить её манеру утверждать что-то и, убедив всех в сказанном, начинать противоречить самой себе.

– А ты не думай! Много думать вредно. Лучше пей. А если нет, то поднимай свой ass и поехали из этого злачного места…

– В другое, ещё более злачное место! – закатив глаза, сказала я и выпила то, что мне так советовала Эля.

Скажу честно: виски – не моё. Мне решительно не понравился вкус. Привкус. И послевкусие. Ни одного попадания.

– Судя по твоему лицу, ты не особо оценила хмельной вкус.

– Как вообще это можно пить? Две тысячи баксов на ветер…

Вечер подходил к логическому завершению, и веселье требовало продолжения в каком-нибудь более раскованном заведении. Плавно подоспело время расплатиться по счёту, а это значило всегда одно. Почти всех халявщиков как ветром сдувало. В такие минуты мне казалось, что халявщики прыгали в свои «феррари» и давили на газ со всей мочи. Давид строил очень деловой вид, долго рассматривал счёт, который Влад уже давно оплатил, и возмущался, кто же съел столько трюфелей. Потом важно доставал портмоне из кожи крокодила от «Бриони», открывал его и, долго, старательно отсчитывая купюры, жаловался Владу, какие же эти тёлки (Бэлла и две её подруги) худые, но прожорливые. Влад улыбался и вальяжно говорил, чтобы тот перестал шелестеть, ведь уже за всё заплачено. Тут следовало продолжение всё той же комедии. Давид произносил неизменную фразу. Казалось, могло поменяться всё на свете: рестораны, тёлки, страны, города и время года, – но вот фраза «Брат, в следующий раз – я» оставалась стабильной, и на неё всегда можно было положиться. Но только не на то, что она обещала.

– Слушайте, девчонки, не мелочитесь. Он хоть предлагает, – всегда отвечал на вопрос о Давиде Владик. – И нет, он не просто делает вид. Он на самом деле хочет разделить счёт.

Да. Да. Да. В это никто не верил, и Влад тоже, но выбора, казалось, уже не было. К определённым типам – пусть это просто шуты, халявщики и лизоблюды – привыкаешь, а для людей масштаба Влада они заполняют какую-то пустоту. Становятся неким фоном. И за это он готов был платить. В этом мы его никогда не поддерживали и не понимали.

– Омар Хайям говорил, что «лучше быть одному, чем вместе с кем попало», – сказала я как-то Эле.

– Просто у Хайяма не было столько денег, сколько у Владика, – парировала Эля. – Я серьёзно. Ты посмотри: даже взрослые, солидные люди в прострации от того, как и сколько он тратит! Знаешь, старый анекдот про сына Рокфеллера – это скорее про него.

– Какой?

– Ну, в общем, слушай! Сын Рокфеллера поужинал в ресторане и оставил двадцать долларов чаевых. На следующий день сам Рокфеллер ужинает в том же ресторане, но даёт только два доллара на чай. Официант недоволен: «Вчера ваш сын здесь оставил двадцать долларов на чай». – «Если бы я был сыном Рокфеллера, я бы тоже оставил двадцать долларов».

Влад за всех расплатился. Как обычно, вёл себя свысока и надменно со всеми. Поздоровался с немногими, а тех, с кем попрощался, было ещё меньше. Но зато локация ресторана, где мы ужинали, так и пестрела фотками этих людей. Причём, если бы я не знала, то подумала бы, что это они сами классно отдыхают. По сути же получалось, что те, кто пришёл покушать и был на главных ролях, ничего не фотографировали, ничего не выставляли, нигде не отметились и даже толком не покушали. А те, кто оказался за столом совершенно случайно и весь вечер терпел высокомерные презрительные взгляды и даже иногда колкие фразы от Эли, выставили по несколько фоток на фоне подносов с устрицами, бутылками шампанского и даже рядом с охранником Владика. Ну что за сказочный бред!

– Ева! Ты что-то совсем как-то погрузилась в печаль. Слышишь? Ау! Это жизнь. Она такая. Никогда не знаешь, что она возьмёт и что даст. – Элин голос вернул Еву на землю.

– Да, конечно, я понимаю…

– И если ты думаешь, что я жестокая стерва без сердца и, возможно, даже радуюсь, что Бэллы больше нет… то ты ошибаешься! Я не меньше твоего в шоке. Мне её даже… жалко.

– Значит, ей нужно было умереть, чтобы ты стала к ней относиться лучше.

– Я не говорила, что лучше о ней думать стала, но я соблюдаю жизненные правила, знаешь ли.

– Какие?

– Ну, что о мёртвых либо хорошо, либо никак. Поэтому я промолчу.

– Ты же сказала, что тебе её жалко.

– Ну конечно, жалко. Что, у меня сердца нет? Просто причина, по которой она покончила с собой, разумеется, её не красит, если уместно так выразиться. И подтверждает все мои мысли на её счет.

– Ты думаешь, что она повесилась из-за того, что сделала эта кикимора Уля?!

– Ну что ты? – Брови Эли удивлённо подпрыгнули вверх. – Уля ведь не со зла рассказала о ней неприглядную правду.

– Она ничего не рассказала! Она поступила как настоящая крыса! Она послала в группу типа по случайности то видео!!!

– Ну почему сразу «типа»?

– Эля, я тебя люблю, но сейчас ты становишься похожа на них. И мне это не нравится.

Действительно, становилось противно оттого, что лучшая подруга, обладая врожденными благородными качествами, которые она скрывала за толстой ледяной маской, опускается до уровня глупых лицемерных сплетниц.

– Ну, просто Уля такая…

– Какая?

– Ну, никакая… Я не думаю, что она могла бы пойти на такое. Тем более что Тюнинг, если бы не оказалась такой слабачкой и не вздёрнулась, могла бы её размазать по стенке, как муху. Я бы на месте Ульяны не стала с ней связываться, понимаешь? Силы не равные. Поэтому я и верю в случайность.

– Случайностей не бывает. Мне, например, в отличие от тебя, никогда не нравилась именно Уля. Типичная серая мышь, а они самые опасные и злые существа.

– Это да. Не могу поспорить с тобой. Но что с этого Уле? – Похоже, Эля и вправду не понимала и начинала этим раздражать Еву. – Она с таким трудом попала к мисс Тюнинг, царство ей небесное, в её свиту. Представляешь, сколько усилий понадобилось приложить? Как нужно было нализывать отпедикюренные пятки? – Эля рассмеялась, но, наткнувшись на грозный, леденящий взгляд Евы, осеклась. – Не смотри на меня так уничижительно. Мне не по себе.

– Перестань нести ерунду.

– Ева, ну ты послушай себя. Ты ведь в секунде от того, чтобы обвинить во всём Улю. Я ведь понимаю, к чему приведёт сейчас цепочка, если её вовремя не оборвать. Я всё-таки тебя постарше, немного больше понимаю.

– Ты меня старше всего на два года. Это не считается.

– Еще как считается. Сейчас, по крайней мере. Это уже после тридцати неважно будет, а пока каждый годик золотой.

– Что за ерунду ты вообще говоришь, господи… – Ева положила руки на стол и уткнулась лицом в ладони.

– Что-нибудь ещё, сударыня?

– Счёт, пожалуйста. Будьте так добры, – неестественно мило ответила Эля. – У тебя есть рубли? Я не успела поменять доллары.

– Да, есть, – вздохнула Ева.

– Потом отдам.

– Не парься.

– Ну как не парься, я тебе там уже сколько должна? Боюсь спросить.

– Ты мне ничего не должна.

Еве очень не нравилось, когда Эля так говорила. У Евы было всегда достаточно денег на рестораны и прочие развлечения. Её папа, может, и не был самым щедрым на земле, но и жмотом его назвать нельзя было. Да, он никогда не перечислял ей огромных сумм на шоппинг и крупные траты нужно было обязательно обговаривать с ним. «Выпрашивать довольствие» – так называла это сама Ева. Но вот против чего всегда был папа, так это если бы за Еву платил кто-то другой. Он постоянно говорил ей, что она должна гулять на свои. И не позволять всяким «негодяям» платить за неё. Единственный, кого отец Евы воспринимал нейтрально, был Влад. Он вообще про него ничего не говорил, и это было хорошим знаком.

– Больше не поднимай эту тему, ладно?

– Просто не хочу, чтобы ты подумала, что я вроде Чипа или Дейла.

– Элина!

– Ладно, проехали.

Официант принес счёт. Ева рассчиталась и оставила чаевые. Эля внимательно следила за её действиями и, не сдержавшись, заметила.

– Ну вот почему ты всегда такие чаевые оставляешь? Я не понимаю тебя… Оставь ты десять процентов от общей суммы счёта, как принято! Прости, конечно, что сую свой нос. Но пятьдесят процентов – это как-то перебор. Тем более этому халдею.

– Эля! Ты сегодня сама не своя… честное слово, – покачала головой Ева. – Нельзя так о людях пренебрежительно отзываться. Для меня самое важное – человеческий фактор, и без разницы, кто передо мной. Я, слава богу, свободна от предрассудков. Главное, чтобы человек был хороший. Что касается чаевых, ты что, не смотрела фильм «Казино»?

– Про Бонда?

– Нет же! Про мафию. Древний кинчик. Там в главных ролях Роберт де Ниро и Шерон Стоун.

– Даже не слышала, если честно.

– Ну так посмотри, и у тебя отпадут все вопросы по поводу чаевых.

– Так ты научилась науке чаевых по фильму?

– Да. Как и многому другому. Виват Голливуд! Посмотри, и больше не будешь приставать ко мне с этим глупым вопросом. – Ева наконец-то улыбнулась. – Смысл в том, что в ресторане хозяин не сам хозяин, а шустрый официант! Он тебя даже сможет свести с нужными людьми или нужную информацию достать-передать при необходимости. В общем, всё как в жизни.

– Ева, Ева… пора тебе выпустить книжку с полным разбором жизненно необходимых тонкостей для чайников вроде меня, – рассмеялась Эля. – Только я бы не сказала, что этот больно шустрый. Скорее, навязчивый какой-то.

– Не навязчивый, а услужливый. Это две большие разницы.

– Щедрая ты душа! Сложно будет тебе мужика найти. Он, получается, должен быть вдвойне щедрее.

– Не должен, но было бы не плохо, если бы он был с щедрой душой. И не мужика, а мужчину. И искать я никого не собираюсь, он меня сам найдёт!

– На это я просто промолчу…

– Соломоново решение, my friend1414
  Мой друг (англ.).


[Закрыть]! Ну что, andiamo1515
  Пойдём (ит.).


[Закрыть]?

– Andiamo!

– Ну что будем делать? У тебя есть план действий? – спросила Эля, когда, расплатившись и выйдя из ресторана, девушки ждали машину Евы, застрявшую в пробке на бульваре.

– Мы сейчас с тобой должны узнать, где жила Бэлла, а как узнаем, купим цветы и поедем к её матери выразить соболезнования. Раз уж получается, что мама её, скорее всего, никогда не жила в Монте-Карло, мы в любом случае найдём её.

– Ева… может, не стоит?

– Ну, тогда узнаем, где её похоронили, и поедем отвезём цветы туда.

– Говорят, её кремировали, а прах всё в том же Монте-Карло рассеяли.

– Кто говорит?

– Прочитала сейчас в инсте у Ули.

– Ах эта Крысавица со своим мерзким длинным носом ещё что-то пишет! И не стыдно?

– Ну что ты завелась на беднягу? Мне кажется, она переживает.

– У меня до сих пор перед глазами фотография, которую ты мне показала. Во-первых, я в шоке, что Бэлла познакомила её с Аланом и успела свозить с собой к нему на яхту. А во-вторых, как она может кичиться этим в такой ситуации! Неужели нельзя было запостить что-то понейтральней?! Там свечку или ангелочка грустного… Короче, если ты продолжишь за неё заступаться, то нашей дружбе придет конец. Я серьёзно.

– Да что она тебе сделала-то?

– Ничего. Мне ничего. Но она довела до суицида человека! Мне кажется, этого достаточно.

– Вот!

– Что?!

– Вот этого я и пыталась избежать! Не надо, Ева. Не делай таких страшных обвинений. Роза всегда говорит, что это страшное дело. Может очень страшно вернуться к тебе.

– Не слишком много раз ты сказала слово «страшно»? Это такой метод запугивания? И оставь свою бабушку в покое. У неё свои предрассудки. Но ты-то современный человек. Понимаешь ведь, что происходит? Человек ушёл из жизни, сам себя лишил жизни из-за того, что эта крыса Уля распространила видео, которое сама же типа случайно сняла! Не много ли случайностей для такого жуткого случая!

– Тихо! Не заводись… я об этом не подумала.

– Ну конечно, ты просто переключилась мыслями на Бэллу. Ты её терпеть не могла и поэтому даже не подумала, как психологически человек был загнан в угол, как страдал и потом решился на такой греховный поступок. Боже сохрани.

– Ну, может, ты и права. Просто…

– Просто все, все без исключения, начали злорадствовать после этого видео! Понимаешь! Ты, кстати, тоже – вспомни!

– Кто прошлое помянет, тому глаз вон, – закатив глаза, ответила Эля. – И вообще, где твой Саша?

– Ты что, не видишь, какая пробка? Давай пройдёмся до него сами, в принципе не далеко же.

– Может, лучше покурим?

– Давай.

Девочки закурили.

– Ай-яй-яй! Такие красотки и с сигаретами! Не хорошо, – послышался голос сзади.

Ева обернулась и увидела настолько красивого парня, что дым застрял в горле, и она, подавившись им, закашляла.

– Не верю своим глазам… – растерянно сказала Эля.

– Привет, хулиганка! Сколько раз говорил, что тебе не идёт сигарета! Бросай курить!

– Тебя забыла спросить! – ответила всё еще удивлённая Эля. – Ты что, бороду сбрил? Помолодел вроде как.

– Погоди язвить, лучше поздоровайся для начала!

Молодой красавец с ослепительной улыбкой подошёл к Эле и, глядя на нее влюблёнными глазами, поцеловал в щеку. «Да кто ж это такой, чёрт подери?!» – пульсировал вопрос в голове у Евы.

– Ну привет. Вот уж кого не ожидала увидеть, так это тебя. Познакомься, это моя подруга.

– Ева… – смущённо ответила та.

– Очень приятно. Майк.

Он обернулся к Еве, наклонился и поцеловал в щёку, как старую знакомую. У Евы пробежал по телу ток. Она пробурчала, что ей тоже приятно.

– Хватит соблазнять мою Еву, засранец!

– Не ревнуй, пупсик. Ты же знаешь, что в моём сердце только ты.

«Да что же здесь происходит?!» – думала Ева.

– Ничего не знаю и знать не хочу, – отмахнулась Эля.

– Ну что, когда ты уже пойдёшь со мной на свидание?

– Никогда.

– Никогда не говори никогда, – улыбался красавчик.

Его жгучие карие глаза буквально пожирали Элю. Такого парня среди знакомых Эли Ева видела впервые. Он был атлетически сложен, высокий, загорелый, стильно одетый. Ева не понимала происходящего и просто наблюдала, докуривая сигарету.

– Ха, – фыркнула Эля, – ты что, стал миллионером? – От этого вопроса стало почему-то неудобно Еве, и она снова подавилась дымом и закашляла. – Видишь, ты смущаешь своим видом Еву!

– Нет, ничего подобного! – всё так же кашляя, пыталась оправдаться Ева.

– Увы, миллионов я пока не заработал. Но у меня есть то, что ты не за какие миллионы не найдёшь, вредина, – он самоуверенно улыбнулся.

Ева покраснела и опустила глаза, продолжая сосредоточенно курить.

– Пф, да что я там не видела.

– Эля, Эля…

Он довольно улыбался, был вызывающе уверен в себе и, кажется, совершенно не обращал внимания на её гадкий стёб. Другой бы уже на его месте давно скукожился и исчез. Обычно все млели перед Элей, а тут на глазах Евы разворачивалась совершенно другая картина, и она была поражена.

– Майки, Майки… – ответила Эля, копируя интонацию молодого человека и тем самым выдавая свою симпатию.

– Ладно, не будем смущать Еву. Потом поговорим.

– Ой, о чём это?

– Есть одна незаконченная тема. Я бы даже сказал: незавершённый гештальт, а чтобы жить легко и весело, нужно эти незавершённые гештальты закрывать.

Он ей, улыбаясь, подмигнул, а она сделала такую гримасу, как будто ей пять лет и ей подсунули тухлый помидор.

– Сам-то хоть понял, что сказал?

– Я старался произвести впечатление на твою подругу.

Теперь он подмигнул Еве, и та снова покраснела. «Чёрт!»

– Эля, и всё-таки: ты пришла или уходишь?

– Ухожу. Вернее, уходим. Мы ждём водителя Евы.

– Ясно. Какие планы? Такой классный день. Может, попозже погуляем где-нибудь?

– Угу. В парке, может, например, угостишь нас пломбиром, – Эля усмехнулась в своём коронном стервозном стиле.

– Допрыгаешься у меня, ох допрыгаешься, – почему-то воодушевившись, радостно сказал Майк и, кажется, немного смутил Элю. Она вдруг сказала:

– Мы с Евой собираемся на кладбище!

Прозвучало жутко. Даже у Евы округлились глаза от неожиданности. Майк помрачнел, его лицо вмиг стало серьёзным и ещё более прекрасным.

– Что случилось, Эля? Роза?

– Дурак! Типун тебе на язык! У Розы всё хорошо, и она всё так же не любит тебя!

– Рад слышать, – выдохнул Майк, расплываясь в улыбке, но тут же одёрнул себя и попытался нахмуриться.

– Мы едем почтить память подруги Евы.

– Почему только моей?! – удивилась Ева.

– Потому что если бы не твоё это желание, мы бы сейчас пили шампанское в «Пушкине» и я бы не встретила этого недотёпу! – громко сказала Эля, искусственно улыбаясь во все зубы.

– Ты не изменилась, – покачал головой красавец и провел рукой по густым русым волосам.

– А какие изменения у тебя? Чем занимаешься? Всё так же в компьютерные игры режешься?

– Да, – просто и с улыбкой ответил Майк и посмотрел на Еву.

Ева улыбнулась, ей нравилась непосредственность парня и уверенность в себе без наличия «ламборгини» под пятой точкой.

Элина закатила глаза.

– Приехал на встречу в это буржуйское место, – он глазами показал на ресторан, из которого вышли девушки.

– Сюда? Неожиданно. И с кем у тебя встреча? С богатенькой старушкой? – спросила Эля, и Еве снова стало не по себе.

– Не совсем. С богатеньким старичком, – он хитро улыбнулся.

Эля с Евой замолчали, во все глаза уставившись на него.

– Девчонки, ну вы чего? Я, конечно, знал, что каждый судит в меру своей испорченности… – Он рассмеялся, но видя, что они не оценили шутку и он рискует себя скомпрометировать, со вздохом продолжил: – У меня встреча с одним серьёзным мужиком, по поводу моего малыша.

– Малыша?! – недоумённо переспросила Эля.

– Я приложение разрабатываю. Называю его малышом. А ты о чём подумала? – хитро спросил Майк.

– Какой же ты идиот, – как бы безразлично бросила Эля. – И что за приложение?

– Это секретная информация. Пойдёшь со мной на свидание – расскажу! – рассмеялся Майк.

– Гулять в парке? Нет уж, переживу. Мечтай дальше, парень, – снова закатила глаза Эля, и Еве показалось, что подруга уже переигрывает.

Подъехал Саша. Эля своей кошачьей походкой направилась к автомобилю.

– Ладно, малыш, удачи со старикашкой.

– Эля!

– Ну что ещё?

– Ты пойдёшь со мной на свидание. И это не вопрос, – уверенно сказал красавчик.

– Обязательно. Сразу после еврейской пасхи!

Она грациозно приблизилась к Евиной машине и, открыв правую пассажирскую дверь, важно села на хозяйское место, закрыв перед Евой дверь. Еве стало смешно, она кивнула на прощание красавчику и обошла автомобиль с другой стороны. Саша, опередив её, вышел и открыл ей дверь. Он всем своим видом пытался показать, как ему не нравится поведение её подруги, занявшей не свое сиденье. Для него это был принципиальный вопрос.

– Счастливо! – Майк помахал рукой Еве, дружелюбно улыбнувшись, и быстро скрылся за дверями ресторана.

– У меня только один вопрос. Кто этот Аполлон?! – громко спросила Ева.

– Ева, куда едем? – спросил Саша.

– Пока просто давай по Садовому покатаемся, – ответила Ева.

Она всегда так делала, когда не знала, куда податься: любила ездить по Садовому, громко включив любимую музыку.

– Понял.

Саша включил тихим фоном радио, и машина тронулась. Эля молчала.

– Эля!

– Ну что? – Она улыбалась и выглядела как-то неуловимо по-новому.

– Кто этот красавчик??

– Майк.

– Я знаю, что его зовут Майк! Ты что, ничего мне не расскажешь?!

– Да тут рассказывать нечего. Можно я покурю?

– Да!

– Извини, что села на твоё место. Просто хотелось перед ним немного повыпендриваться…

– Я тебя сейчас убью! Кто он???

– Блин, не хочу про него говорить и думать… Это моя первая любовь… Мой сосед… Мы встречались, когда были подростками.

– Почему ты мне никогда не рассказывала?

– А что про него рассказывать? Ничего интересного. Между нами ничего не было. Просто целовались.

– А поцелуи что, ничего не значат?

– Ну, для кого-то значат, для кого-то нет, все же разные.

– А для тебя?

– Значат, конечно. – Эля перестала улыбаться, и стервозность её куда-то испарилась. Она стала такой милой, такой простой. – Знаешь, только никому не говори. Это, конечно, тупо, но лучше него меня ещё никто не целовал… – Она закатила глаза и блаженно улыбнулась, видимо вспоминая те самые поцелуи.

– Верю… – кивнув, согласилась Ева.

– В смысле?

– Когда он меня поцеловал в щёчку, у меня мурашки бешеные по телу побежали…

– Вот же козёл! – раздражённо сказала Эля, нахмурившись на секунду, но тут же снова расслабилась.

– Почему вы расстались?

– А что бы могло быть между нами?

– Отношения, например.

– Роза была против. И мама тоже.

– Почему?!

– Ну, в семье Майка что-то произошло, и они были вынуждены переехать на окраину города, а квартиру по соседству с нами сдали.

– И?

– Ну что «и»?

– Ну ведь он не в Австралию переехал или на Аляску. В чём проблема, не понимаю.

– Ева, ты живёшь в стране розовых единорогов, честное слово. – Эля вздохнула. – Ну что он может мне дать? Даже в нормальное кафе не сможет сводить. У него нет машины. Нет квартиры. Вообще ничего нет.

– Что-то мне подсказывает, что это не твои слова.