Текст книги "Пирамиды богов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/piramidy-bogov-201226.jpg)
Автор книги: Никита Андреев
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 4
***
Мадрид. Испания
Лис открыл глаза. Посмотрел на часы. Почти 19.00. Чтобы добраться до больницы требуется минимум час.
– Как же так? – рассердился он на себя, вскакивая с кровати.
Надевая одновременно штаны и футболку, он свободной рукой наклеил массивные брови и усы. На голову нацепил парик. Аккуратно за поясом расположились дымовые шашки.
Лис выскочил на улицу и остановился у дороги, чтобы поймать такси.
Из-за угла выехала белая Шкода с красной полосой на дверях. На крыше мерцало электронное табло с надписью «TAXI»
– Такси!
Он выступил на проезжую часть. Водитель с визгом затормозил, затем выпрыгнул из машины со злобным оскалом.
– Эй, ты что делаешь?!
– Медицинский центр Парла. Двойная цена если доедем за сорок минут.
Лис сел на заднее сиденье.
– Вот это разговор, – водитель засиял от радости. – Держитесь сеньор. Сейчас я вам покажу, на что способна эта малышка. Только твердая она, мать ее. Не отбейте себе там чего на кочках. Йихаа.
Лис боролся со сном всю дорогу. Ему требовалась хорошая взбучка волнения и страха, чтобы поднять уровень адреналина и побороть побочный эффект обезболивающих.
Такси примчалось к центральному входу больницы через тридцать семь минут.
Лис вошел внутрь. Холл оказался пуст, не считая одиноко сидящей Пилар Перес, за своим компьютером у стойки регистратора. С правой стороны располагался вход в техническое помещение для обслуживающего персонала.
– Буенос ночес сеньора, – сказал Лис на испанском и уверенно проследовал к дверям, все дальше отдаляясь от взора девушки. Он надеялся, что его акцент она спишет на каталонское происхождение.
– Здравствуйте. Простите, кто вы? – спросила Пилар.
Лис остановился и достал карточку. Не двигаясь с места, вытянул руку в сторону стойки. С расстояния почти в двадцать метров разобрать надписи и фото в приглушенном свете не представлялось возможным. Кроме того, он не хотел лишний раз давать ей повод узнать в нем старика, устроившего переполох несколько часов назад.
– Гарсия Лопез. Я уборщик сеньора.
– Разве вы не знаете Гарсия, пропуска в конце рабочего дня должны быть сданы регистратору. Почему вы забрали его с собой?
– Простите сеньора. Это моя вторая смена. Наверное, я не совсем понял правила. Прощу прощения, этого больше не повториться.
– Иди, работай, и к тому же ты опоздал.
***
Пилар подняла глаза на часы – «9:55». До конца рабочего дня она обязана принять карточки всех уходящих сотрудников, а также все ключи и запереть главный вход. Учитывая, что большинство пациентов являлись осужденными преступниками – в больнице содержался большой штат охраны. Как правило, на ночь оставалось не больше десяти охранников, три дежурных сестры, врач и двое санитаров.
Пилар взглянула в зеркало. На нее смотрело милое симпатичное лицо, с карими глазами и длинными родными ресницами. Чуть выделенные скулы обрамляли красивые объемные губы. Девушка выглядела измотанной. Белки покрылись красной паутиной сеткой; под глазами надулись мешки; голова от часа к часу тяжелела; усталость стягивала ноги и руки.
Она вспомнила бедного седовласого мужчину, едва не погибшего утором у нее на глазах. После того как его увезли в больницу, Пилар несколько часов не могла найти себе место. Пришлось выпить две таблетки успокоительного, чтобы снять дрожь в руках. И теперь она мечтала только об одном: принять горячую ванну, отключить телефон, закапаться в свои мягкие подушки и спать до обеда. Для полного счастья не помешал бы хороший секс, но, к сожалению, с последним парнем она рассталась два месяца назад, а на примете никого. Был только Эммануель, но с каждым днем она теряла надежду, что он хоть когда-нибудь обратит на нее внимание. Конечно, она могла надеть короткую юбку, заявиться в ближайший бар и ночь сносного секса ей обеспечена. В таком случае она бы пошла в разрез со своими принципами, установленными в детстве заботливыми родителями. Однако с каждым днем воздержания – она полагала, что все-таки решиться на это.
От желанного похода домой ее отделял последний человек. Тот самый забывчивый уборщик. Мало того, что он опоздал на работу, да еще и медлил с окончанием смены. Если в первый раз она погорячилась, пообещав себе нажаловаться на него Санчезу, то теперь точно это сделает.
Часы показывали уже «10.07». Он должен был покинуть больницу семь минут назад. Пилар разозлилась и, осыпая уборщика проклятиями, проследовала к двери. Внутри в нос врезался запах едких чистящих средств вперемешку с потом. Пилар включила свет. Пусто.
– Гарсия!?
Голос тромбоном пронесся по холлу так, что Пилар испугалась собственного эха.
Она пролистала журнал распределения территорий. Судя по записям, составленным Санчезом, Гарсия Лопез должен убирать второй этаж основного блока и лестничные пролеты.
Преисполненная еще большим гневом Пилар поднялась по лестнице. Второй этаж главного корпуса состоял в основном из процедурных кабинетов и комнат отдыха. В ночное время он пустовал.
Она остановилась на входе. Свет уличных фонарей пробивался через дверные щели закрытых кабинетов, узкими дорожками подсвечивая коридор. Покачивающиеся от сквозняка жалюзи наигрывали леденеющую душу мелодию. Пилар прищурилась в попытке разглядеть в темноте хоть какие-нибудь силуэты.
Еще мгновение назад полная решимости идти по стопам уборщика, она замерла, не рискуя сделать шаг в темноту.
– Гарсия, ты здесь? – негромко сказала она, словно боясь разбудить призраков, – ну и черт с тобой, я пошла жаловаться охране.
Внезапно, перед ней возник черный силуэт. Она в ужасе закричала, но ее голос тут же потух в ладони незнакомца. Паникуя, Пилар пыталась вырваться. Мужчина рывком развернул ее лицом к стене и придавил. Второй рукой обхватил ее запястья в замок.
– Замолчи, я тебе ничего не сделаю! – прошептал он на ухо.
Она разрыдалась, мысленно умоляя не убивать ее. В голове мелькали фотографии маньяков-насильников, личные дела которых она просматривала сегодня весь день. Ей не хватало воздуха, в глазах начало темнеть.
– Я тебя не трону. Обещаю. Ответишь на несколько вопросов. Я сразу же уйду.
Пилар узнала этот голос.
– Сейчас я уберу руку. Кричать не пытайся, охрана тебя не услышит. Камеры пишут без звука.
Пилар многократно кивнула. Он медленно убрал ладонь. Она начала жадно глотать воздух, словно запыхавшийся пес, которому только что сняли намордник.
– Пациент Джеймс Гаррисон. Я знаю, ты понимаешь о ком я. Как мне его найти?
– Я… я не знаю, – она испугалась собственного голоса. – В восемьдесят восьмом его перевели в 313 палату. Больше туда никого и никогда не селили.
– Он жив?
– Я не знаю, сеньор. Если бы не ваш звонок и ошибка в нашей базе данных, я бы никогда о нем не узнала. То крыло особо охраняется.
– Как мне пройти туда?
Пилар попыталась посмотреть в сторону предполагаемого пути, однако ее лицо было крепко прижато к стене.
– Прямо по коридору, направо, затем переход во второй корпус, потом по лестнице на третий этаж.
– Сколько там охранников?
– Никого, все внизу.
– Дона Пилар, – разочаровано произнес он, – Не нужно усложнять ситуацию враньем. Тебе не к лицу.
– Я не… – попыталась оправдаться она.
– Дверь налево – два санитара и медсестры смотрят телевизор. На третьем этаже вахта с двумя охранниками. Затем дверь в отделение для буйных больных.
– Откуда вам это известно?
– Мне нужна твоя помощь Пилар Перес – попасть в 313 палату, во что бы то ни стало.
Подул сильный порыв ветра. Алюминиевые жалюзи встрепенулись. Пилар перепугалась до хрипоты.
О нприжал ей голову локтем правой руки и прохрустел каждым левой пальцем по очереди.
– Добудь мне ключи от блока и палаты.
– У меня их нет. Только у главного врача и охраны.
– Зато у тебя есть доступ в кабинет главного врача, правильно?
Пилар не ответила.
– Правильно?
– Ключ от кабинета в шкафчике у моего компьютера. Можете спуститься и взять. Кабинет 118.
Он отпустил руки и отошел на шаг.
– Нет дона Пилар. Мы идем вместе.
Она медленно повернулась. В его руке отблеском мелькнул пистолет.
В этот самый момент она вспомнила свое детство, когда мальчишки из класса играли в игру: они завязывали глаза, растягивали ватман с нарисованной кирпичной стеной и прыгали насквозь. Пилар что есть мочи вжалась в стену. Сейчас она бы все отдала, чтобы стена стала мягким ватманом, дабы провалится на другую сторону и спастись.
– Что вы сделали с Гарсия?
– У него сегодня выходной, – ответил он и указал на выход. – Я пообещал, что не трону тебя. Слово свое держу.
– Откуда мне знать, я вас не знаю.
– Пошли. Делай то, что я говорю, и все это быстро закончится.
Пилар пошла вперед, не спуская глаз с оружия.
Они вышли в главный холл. Он следовал за Пилар по пятам, тянув за собой ведро со шваброй.
– Иди уверенней. Расслабься.
Пилар вытащила из тумбочки ключ-карточку от кабинета главного врача и направилась в сторону второго блока. Проходя по пустынному коридору, она подняла глаза к камере в надежде, что та зафиксирует ее немой крик о помощи.
– Не смотреть на камеры.
Они подошли к кабинету главврача. Пилар вставила карточку в замок. Датчик отозвался красным запретительным сигналом. Пилар повторила процедуру. Снова запрет.
Она в испуге повернулась к нему.
– Ключ не срабатывает! Он, должно быть, сменил замок, а запасную карту не оставил. Так уже бывало. Сегодня приходил техник…
Он, молча подошел к двери, вытащил из кармана карту и вставил в замок. Тот приветственно щелкнул. Пилар в ужасе взглянула на него.
– Я не понимаю, зачем ты создаешь лишние проблемы? Неужели ты думаешь, я настолько глуп и не проверю какой ключ ты взяла?
Она боялась даже подумать о чем то. Казалось, он читает ее мысли.
Он толкнул дверь. Пилар почувствовала знакомый аромат.
– Пилар? – воскликнул удивленный мужской голос.
– Эммануэль! – выговорила Пилар. – Ты меня напугал.
Она натянула улыбку. Заведующий вышел из туалета в десяти метрах и теперь медленно вышагивал по направлению к ним.
– Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть уже дома?
Ее сердце отчаянно забилось. Наступила тишина, показавшаяся ей вечностью.
– Сеньора Перес попросила меня вымыть кабинет сеньора Сантьяго. Она сказала, завтра утром полы должны быть как стекло, – сказал уборщик и опустил голову вниз, сделав вид, что копошиться со швабрами.
– Да, с улицы натаскали грязь за весь день – подхватила Пилар. – А завтра у сеньора Сантьяго рано утром встреча с гостями из Германии.
Эммануэль поправил очки.
– Я говорил с ним два часа назад. Он сказал, что будет только к обеду.
– Он позвонил полчаса назад. Наверное, сменились планы. Поэтому я задержалась, чтобы самой проконтролировать.
Эммануэль пожал плечами и пошагал дальше.
– Ты, пожалуйста, в следующий раз меня предупреждай. Я должен знать обо всем, что происходит, когда дежурю.
Заведующий скрылся из виду.
– Да, конечно.
Уборщик одобрительно взглянул на нее. Ствол пистолета все еще отчётливо выделялся из-под его одежды.
***
Зайдя внутрь, Пилар принялась копаться на столе.
– Аккуратней дона Пилар. Мы не ищем, а прибираемся, – сказал Лис, указывая взглядом на камеру.
Он отжал наконечник швабры и принялся натирать полы вокруг длинного дубового стола для конференций. Затем ополоснул маленькую тряпку и начал вытирать пыль с полок шкафа.
Его внимание привлекла книга Эдгара Алана По, слегка выпирающая из общего ряда произведений на полке. Вместо названия на ней располагались две буквы «JG» аккуратно выведенные карандашом. Лис бился об заклад, что у автора самых мрачных рассказов девятнадцатого века не было произведений с подобным названием.
Лис потянул книгу на себя. На поверку та оказалась шкатулкой, умело имитирующей книгу. Внутри лежал какой то хлам. Не теряя времени, он заслонил собой обзор камеры и высыпал содержимое в карман.
– Нашла! – салютовала Пилар.
В руках она держала связку из нескольких десятков карт.
– Какая из них? – спросил Лис.
– Этого я не знаю. Правда.
На каждой карте располагались беспорядочные буквы и цифры.
– Откуда мне знать, что ты меня снова не обманываешь?
У Пилар затряслись руки.
– Первая буква это обозначение блока. Видите. Блок «Е».
Лис сунул карты в карман.
– Ну, так я сделала все, что вы хотели. Вы обещали отпустить меня. Дальше я не смогу идти с вами, у меня нет туда доступа. Они сразу заподозрят неладное. Я спущусь вниз и покину больницу. Обещаю, что никому ничего не скажу.
Лис сделал резкий жест рукой, чтобы она замолчала. Затем вытащил из кармана еще одну ключ-карту и вышел в коридор. Прошел несколько метров вплотную к стене и кротким ударом шваброй задрал в потолок ближайшую камеру. Далее открыв картой дверь соседнего кабинета, он вытащил из-под одежды дымовую шашку и забросил внутрь. Вторую швырнул в кабинет главного врача.
– Что вы делаете?! – с негодованием спросила Пилар.
Лис направился к датчику пожарной сигнализации, выломав крышку, он вдавил кнопку. Загудела сирена, включилось аварийное освещение. Клубы едкого дыма вытекали через щели, заполняя коридор.
Схватив Пилар за руку, Лис устремился к лестнице.
– Куда вы? Отпустите!
Они выбежали на лестничный пролет. Сверху доносились крики и шум надвигающейся толпы.
– Эвакуация! Всем покинуть здание! – прокричал Лис.
Он отпустил ей руку.
– Обратно не возвращайся. Задохнешься. Беги вниз со всеми.
Навстречу по лестнице в сопровождении охранников и персонала бежали пациенты. Некоторых несли на руках. Женщина преклонного возраста, требовала сопроводить ее в прачечную чтобы выстирать любимое платье. Охранник толкнул ее коленом в спину, обозвав старой клячей. Споткнувшись, она упала на лестницу, разбив лицо. Следом об нее запнулись еще несколько человек и кубарем покатились вниз. Охранник, как куклу подхватил женщину за шкирку и потянул за собой.
– Я возьму ее, – завопил ординатор, перехватив несчастную.
– Что встали придурки? Быстро вниз! – прокричал охранник Лису и Пилар.
Едкий дым заполнял лестничные пролеты, поднимаясь вверх.
Пилар смешалась с толпой.
Лис вынул ключи и протянул охраннику.
– Главврач сказал доставить ключи, чтобы эвакуировать блок «Е».
Охранник толкнул Лиса и тот с трудом удержался за перила.
– Быстро вниз умник. Наверху напарник сам справится. Снаружи есть эвакуационная лестница.
– Ты не понимаешь, – возразил Лис. – У него нет ключей от палат, только от блока. Они же сгорят.
Охранник поморщился, затем достал рацию.
– Рауль, ты эвакуировал блок Е? – рация неразборчиво шипела. – Рауль!?
Нет ответа.
– Долбанный кусок дерьма. Ладно, давай ключи. Вали теперь отсюда!
Охранник побежал наверх. Лис незаметно пошел следом.
Пилар бежала на второй этаж чтобы скорее сообщить: пожар – это обман. Выбежав в коридор второго этажа, она ужаснулась. В кабинетах полыхали ярко желтые языки пламени. Ее охватил жар; горло сдавило удушье; в глазах мелькала разноцветная мозаика. Кто-то схватил ее за руку, резко потянул. Последнее что она запомнила: глаза мужчины в массивной каске, который нес ее на руках.
Сквозь толстые стены больницы доносились звуки сирен экстренных служб. Учитывая характер учреждения, на подмогу полиции прибыл спецназ и несколько охраняемых автобусов.
У входа на третий этаж Лис догнал охранника и всадил ему в спину заряд шокера. Тот задергался как рыба на крючке, затем повалился на лестницу без чувств.
Помещения третьего этажа уже были сильно задымлены. Лис понял, что перестарался с имитацией пожара.
Обросшими метастазами легким катастрофически не хватало воздуха.
Лис направился к блоку «Е». Дверь была распахнута. В конце коридора было открытое окно, ведущее к эвакуационной лестнице. Охранник сбежал. Двери палат заперты. Узники в отчаянии молили о помощи. Те, кто был не привязан, колотили по стальным дверям.
Лис почувствовал рябь в глазах. Резко разболелась голова. Он упал на одно колено. Нельзя сдаваться. Нужно их спасать. Вставай! Вставай! Вставай!
В помещении резко поднялась температура. Лис рывком оторвал пуговицы спецодежды, сжимавшей шею. Он поднялся и, опираясь на стену, направился в конец коридора, отпирая попутно каждую дверь.
Пациенты в белых тонких халатах тут же выбегали следом. Те, кто был привязан к койкам, кричали проклятия, умоляли освободить. Лис не мог тратить на них время. Вскоре сюда должны пробраться пожарные – это их работа.
Лис добрался до последней двери у самого окна. Перегнулся наружу, чтобы сделать несколько спасительных глотков кислорода.
– Всем сюда! – кричали сзади.
Пожарные уже на этаже.
Лис открыл дверь палаты «313». В маленькой комнате посредине стоял Джеймс Гаррисон. В его иссохшем до костей теле с трудом можно было узнать, когда то крепкого мужчину. На лице свисали морщины. Длинные седые локоны, растущие с боков облысевшей головы, лежали на коричневых плечах. Несмотря ни на что это был Джеймс.
Он смотрел пустым взглядом перед собой и не шевелился.
– Джеймс это я, Айван. Я здесь чтобы помочь тебе, – Лис схватил его за плечи.
Они вышли в коридор. Джеймс механически переставлял ноги.
Перед беглецами возникла мощная фигура пожарного. Он что-то говорил, но Лис не смог разобрать речь. Лис направился к окну. Пожарный отдернул его, приподнимая маску.
– Туда нельзя, конструкция обрушилась. Нужно идти по лестнице.
– Я его вытащу, – сказал Лис, запрокидывая руку Джеймса себе на шею. – Помогите привязанным.
Пожарный сунул ему в руку небольшой переносной баллончик с кислородом. Лис сделал несколько вдохов. Жизненная сила приятно потекла по телу.
Они пошагали к лестнице. Лис приложил маску к лицу Джеймса.
– Джеймс, это Айван! Ты меня помнишь? Рим, тридцать лет назад. Ты спас мне жизнь, – Лис пытался перекричать оглушающий гул сирен. – Джеймс! Да очнись же.
Лис заметил, как зашевелились его губы. Ему не нужно было слышать, он без труда умел читать по губам.
«Рауль Весге»
Продвигаясь вперед, Джеймс без умолку повторял это имя. Затем вложил Лису в ладонь клочок бумаги.
Когда они оказались на лестнице произошел оглушающий хлопок.
Далее Лис уже не чувствовал пол под ногами. Его пронзила резкая боль. Джеймса уже не было рядом. Лис упал на лестницу, кубарем скатился вниз.
Вокруг стояли клубы пыли. В метре от него, погребенный под тяжелыми бетонными обломками Джеймс, смотрел на него мертвыми глазами. Игрушечный пистолет Лиса разломился напополам.
Лис очнулся в машине скорой помощи под гнетом худосочного врача и двух медсестер. Он сделал несколько приятных вдохов в кислородной маске, вскочил с кровати и схватил первый попавшийся под руку предмет. Пригрозив перепуганным людям острыми ножницами, он потребовал остановить машину и скрылся в темноте ночного города.
Глава 5
***
Рамон Весге Карлитос с самого рождения был особенным ребенком. Вместо игрушечных машин и пластиковых пистолетов, он играл с каменными статуэтками и бронзовыми наконечниками, изготовленными три тысячи лет назад во времена правления египетских фараонов, а иногда и с останками их же мумий. К семи годам он уже знал больше сотни египетских иероглифов, ориентировался с закрытыми глазами внутри Великой пирамиды в Гизе и объехал с отцом значительную часть памятников Египта.
Его отец – Рауль Весге Ромеро, как ученый египтолог не был известен широкой публике. Когда ему с огромным трудом удавалось найти средства на новую экспедицию, он уезжал преисполненный вдохновения и слепой верой, что именно в этот раз ему обернуться удача. Но всегда возвращался с ни с чем, если не считать бесчисленных побрякушек, которые потом сбывал, чтобы скопить денег на новое путешествие.
Так должно было случиться и в 1985 году. Рауль отправился в Каир. На этот раз маленький Рамон остался дома, так как жутко заболел воспалением легких. Для всех стало большой неожиданностью папино возвращение всего через четыре дня, вместо привычных нескольких недель.
Лаура первая заметила неладное. Муж вел себя странно: заставлял выключать свет, постоянно смотрел в окно, оборачивался на улице. Иногда просто не реагировал, когда она пыталась заговорить с ним.
Его самочувствие резко ухудшилось. Кожа покрылась волдырями. Он постоянно кашлял. Врач посчитал, что у него обычная акклиматизация.
В дом начали приходить странные люди. Они беседовали в его кабинете, после чего мужа было не узнать. Лаура предлагала обратиться в полицию, но он наотрез запретил ей кому-либо рассказывать.
Через несколько дней после приезда, Лаура уговорила мужа съездить всей семьей к матери в зеленый рай – город Сорита Де-Лос-Канес на побережье реки Таксо. Здесь прошло ее детство, первый поцелуй с мужем и рождение пока единственного сына.
Маленького Рамона выписали из больницы и, наконец, он мог вдоволь насладиться компанией своего отца.
– Папа в этот раз нашел сокровища? – спросил Рамон, подтягиваясь вперед за подголовник переднего сидения.
– Да сынок, на этот раз настоящее сокровище, – с улыбкой ответил отец.
Рауль включил пятую передачу. Двигатель старенького сиата завизжал захлебываясь бензином. По кузову прошла вибрация сравнимая с восьми бальным землетрясением.
Они двигались в горку по узкой дороге, едва вмещавшей две полосы. Вокруг раскинулись широкие равнинные поля, вспаханные под посадку. Редкие деревья и кустарники в хаотичном порядке усеивали придорожную обочину.
– Папа, а если ты его продашь, мы сможем купить новую машину?
Лаура громко рассмеялась.
– Сынок, у нас еще столько покупок в планах. Пока нас устраивает и эта машина, – ответила она.
– Но она совсем старая и плохо пахнет, – сказал Рамон и скривил лицо.
– Не все сразу сын, – отрезал отец.
Лаура покосилась на мужа и промолчала.
Через минуту первым заговорил Рауль:
– Рамон! Ты когда-нибудь бывал в Перу?
– Конечно, нет! – заинтриговано ответил он.
– Хм, а хотел бы? Дядя Карл нас приглашает.
– Очень! – он подпрыгнул на сидении.
– Перу? – переспросила Лаура.
Рауль незаметно подмигнул.
– Там можно найти много сокровищ: Мачо Пикчу, Ольянтайтамбо. Древние города хранят в себе множество секретов.
– Сокровища из золота и драгоценных камней? – спросила Лаура.
– Сынок! Давай, ответь маме, – с вызовом в голосе предложил Рауль.
– Мама, сокровища это не сундук с золотом. Сокровища – это знания, древние постройки. Вот, например Сфинкс, дороже любого золота.
– Да, Сфинкс всегда в центре, – добавил отец.
– Так что там по поводу Перу, когда отправляемся?
– Вот если закончишь учебный год на отлично, следующим летом и поедем.
– Нет, это не честно, – с недовольством пробурчал Рамон.
– Это не обсуждается молодой человек! – отрезала Мать.
Рамон отвернулся к окну и скрестил руки. Через несколько минут он задремал.
Лаура повернулась и поглядела на сына. Убедившись, что он спит, она обратилась к мужу:
– Может, поговорим о том, что происходит?
– Господи, Лаура не начинай. Все в порядке.
– Ты думаешь, я ничего не замечаю? Ты ведешь себя странно после возвращения. Чего то боишься. Постоянно оборачиваешься, бегаешь к окну после любого шороха. Я боюсь Рауль, за нас. Скажи мне правду. Ты что-то натворил?
Рауль взглянул виновато на жену.
– Я кое-что нашел Лаура, – начал он шепотом. – В катакомбах Великой пирамиды. Артефакт, которого по определению не могло там быть. Его вообще не должно существовать. Это подтверждает все мои теории.
– Что за артефакт?
– Я… я не могу сказать тебе. Его похитили.
Лаура попыталась возразить, но Рауль прервал:
– Это опасно. Я и так сказал тебе слишком много.
– Кого ты боишься?
– Я не знаю, кто эти люди. Они не принадлежат ни одной официальной структуре, но имеют связи везде.
– Что им от тебя нужно?
– Им нужно скрыть любое напоминание о находке. Они чуть не убили Карла. Он успел улететь в Перу. Теперь они охотятся за мной.
– Но ты же сказал, что этого артефакта больше нет.
Рауль указал пальцем в область лба.
– Я знаю то, чего не должен знать, – Рауль закашлялся, закрыв рот рукой – Чертова простуда.
Он взглянул на ладонь.
– Боже мой, – воскликнула Лаура. – Кровь!
Рауль испуганно метал свой взгляд с ладони на дорогу.
– Это оно! – воскликнул он.
Рауль свернул на обочину, чуть не сбив двух сусликов лакомившихся остатками зерновых злаков на окраине поля. Зверьки в последний момент отскочили в сторону и забрались в норку.
Рамон открыл глаза и наблюдал непонятную картину: отец менялся местами с мамой. На его памяти он ни разу не видел, чтобы она водила машину.
– Вы что делаете?
– Мне нехорошо, – с натяжкой сказал Рауль. Он откинул голову на сидение.
– Разговаривай со мной, пожалуйста, – взмолилась жена.
Машина со свистом рванула по шоссе. До места назначения оставалось не более пяти километров.
– Папа, что с тобой? Тебе плохо? – Рамон потряс отца за рукав.
– Рамон! Сядь и сиди спокойно, – гаркнула мать.
Мальчик хорошо знал этот грозный тон матери. Следующим шагом можно было получить по заднице. Он отсел к окну и замолчал, наблюдая как отец не находил себе места.
Папа беспрерывно кашлял. Совсем недавно Рамон сам кашлял подобным образом. Он решил, что отец, должно быть, заразился от него, когда забирал из больницы сегодня утром. Тогда нужно немедленно торопиться и вести папу к врачу. Несколько недель злосчастных капельниц и сотен таблеток поставят его на ноги. Если Рамон справился, то папа и подавно.
– Выворачивает кости, – пробурчал Рауль и снова начал кашлять.
На этот раз крови было еще больше. Лаура протянула руку и потрогала его лоб.
– Ты весь горишь. Боже мой.
Внезапно встречный автомобиль резко развернулся и перекрыл дорогу. Лаура вскрикнула и надавила на тормоз. Оставляя две черных полосы на асфальте, автомобиль с визгом остановился в метре от преграды. Рауль ударился головой о лобовое стекло, которое тут же покрылось паутиной трещин.
– Рауль! – закричала Лаура. – Рамон, ты в порядке?
– Да мама! – дрожащим голосом ответил сын.
Она села ближе к мужу и подхватила его голову. На лбу была гематома, кровь лилась по лицу и капала с подбородка ей на руки. Рамон гладил по плечу отца и плакал.
– Рауль, очнись! Прошу тебя! Любимый.
Из чистого до блеска мерседеса медленно вышли двое мужчин. Один был одет в полицейскую форму. Второй в дорогой костюм с галстуком. По щекам спускались четко очерченные бакенбарды. Мужчина положил руки на поясницу, потянулся, рассматривая старинный замок на холме. Сохранившиеся три башни, огороженные каменным забором, возвышались более чем на двадцать метров. Сотни лет назад на подступах к этим стенам лилась кровь, сотни незахороненных тел покоились глубоко в земле в общей могиле. Медленно гниющие кости питали минералами восходящую к солнцу зелень на поверхности.
Незнакомцы медленно подошли к машине. Мужчина с бакенбардами достал пистолет и прицелился. Полицейский резко открыл пассажирскую дверь, схватил Рауля и потянул наружу.
Лаура успела ухватить мужа за вторую руку.
– Нет, отпустите его!
Мужчина свободной рукой оттолкнул женщину в плечо, та отлетела к противоположной двери. Рамон закричал и бросился к матери.
Незнакомец вытащил Рауля из машины, отнес к мерседесу и бросил на заднее сидение. Второй продолжал держать на прицеле Лауру. Рамон прижался к матери и плакал.
Незнакомцы перекинулись парой фраз на непонятном языке. Мужчина с бакенбардами открыл заднюю дверь, схватил Рамона и рывком вытащил из машины. Лаура не успела даже опомниться. Мужчина уносил ребенка, забросив его на плечо как куклу. Рамон кричал и бился в попытке освободиться.
Лаура бросилась следом.
– Нет, стойте! Пожалуйста, умоляю!
Она попыталась приблизиться к сыну и получила мощный удар ладонью по лицу.
– Мама! Мамочка!
Мужчины сели в машину и двинулись по направлению к Мадриду. Лаура, лежала на горячем асфальте и смотрела в след автомобилю, увозившему в неизвестном направлении двух ее самых любимых мужчин.
Она еще не знала, что одного из них видела в последний раз.
***
Волк стоял в толпе зевак за натянутым ограждением, наблюдая, как пожарные и спасатели выводили людей из горящего здания. Не оставалось ни малейших сомнений, что старик причастен к пожару.
Совсем недавно на третьем этаже прогремел взрыв. Предположительно взорвались баллоны с газом в больничной столовой.
Зачем бывшему нелегалу на пенсии устраивать переполох в разведке ложным сообщением о бомбе, сбегать в Европу и устраивать поджог в психиатрической лечебнице в захудалом городишке Испании?
Волк пробрался как можно ближе, но так и не смог рассмотреть Лиса среди эвакуированных людей. Возможно, он использовал другой выход для побега. В любом случае оставаться здесь не имело смысла.
В руке Волк держал мобильный телефон и прокручивал его между пальцами.
По дороге к машине он отправил сообщение в Центр, кратко описав произошедшее. Ответ пришел мгновенно: Серебряный Лис должен быть немедленно задержан, до того момента пока его арестует местная полиция.
Ситуация приобрела неожиданный характер и вышла на межгосударственный уровень. Опасность общемировой огласки выросла многократно. Волк должен действовать быстро и четко.
На стоянке Волк не обнаружил свой автомобиль. Оказалось, что впопыхах он поставил машину под знаком запрещающим парковку и добропорядочные полицейские эвакуировали его мерседес на штраф площадку. Как раз вовремя.
Психанув, он швырнул связку ключей об асфальт. Хрупкий пластмассовый корпус брелока сигнализации разлетелся вдребезги. Выругавшись на всех известных языках, он побрел пешком вверх по улице.
В отправленном сообщении Волк умолчал о том, что сам упустил Лиса. Интуиция подсказала ему устроить засаду у здания отеля, несмотря на то, что Лис не соизволил приехать. Дождавшись вечера, он заметил старика, выходящего из соседнего здания хостела. Волк ликовал и пел дифирамбы своей догадливости. Старик специально поселился в соседнем здании, чтобы контролировать происходящее в округе и в случае попытки ареста, выиграть время и сбежать. Волка так просто еще никому не удавалось провести.
Он обязан был задержать Лиса на месте, однако любопытство пересилило, и он решил устроить слежку, чтобы выяснить о намерениях старика. Больше он такой ошибки не допустит. Теперь он знал, где его искать.
***
Лис добрался до гостиницы с чувством невыносимой усталости. Мучила отдышка. Метастазы как моль проедали легкие и печень; грызли стенки желудка, пробираясь в кишечник. Он чувствовал, что близок к потере сознания. Каждый шаг превращался в невыносимый подвиг.
Лис прекрасно понимал – скоро будет готов фоторобот. Находиться на улице стало не безопасно.
В такси по радио он услышал, что при пожаре в Парле никто не погиб. Сволочи не собирались признавать смерть Джеймса, иначе придется признать и его существование. Зачем скрывать полуживого старика? Что он мог натворить, чтобы удостоиться такой страшной участи?
Лис винил себя, за то что тридцать лет не интересовался о его судьбе. Теперь он твердо решил, что ни в коем случае не остановиться пока не узнает правду. Он не смог спасти его жизнь, но обязан спасти его репутацию. Чего бы это ни стоило.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?