Читать книгу "Ливийский вариант"

На закрепленном на стене мониторе адмирала, спрятанном за ширмочкой из темно-бордового бархата, прямо на Кипр прерывистой линией пунктира проложен маршрут гидросамолета с греческими опознавательными знаками. Если капитан Ершов не выходит на связь, значит, все в порядке.

Сергей поправил головные телефоны. Пока янки доставят красный контейнер по месту назначения, пройдет минут сорок, а до приводнения гидросамолета у берегов Кипра примерно полтора часа. Получается временной зазор, но это не критично. Безымянным пальцем Ершов сдвинул очки от солнца вверх по переносице. Грек, похоже, просто счастлив от одной мысли, что избавился от неизвестного груза. Он даже перестал жевать свою вечную сигариллу. Нож-тесак Сергей не спешил ему возвращать.

Темно-розовый контейнер оказался несильно использованным биотуалетом «Орхидея» китайского производства. Шансы заказать темное пиво для себя и кувшин сангрии для двух веселых подруг приятным сентябрьским вечером на террасе у моря, похоже, приближались к нулю. Проведение операции контролировалось на самом верху.

Внутри объемного ведра обнаружилась еще одна упаковка – металлический шкаф типа мини-холодильника, и сейчас ее вскрывали саперы. Привкус карри снова дал о себе знать, как всегда, не вовремя, но запить гадостную изжогу было нечем.

В итоге, единственным ценным предметом в красном контейнере оказалась банка консервированных оливок.

Щит фактов не прикрывал дыры провалов асса. Дежурный офицер дал команду на перехват гидросамолета. Сильный ход черных фигур в сегодняшнем шахматном гамбите. Но, как известно, все ходы уже где-то и кем-то записаны.

Глава 8. Рейс 103

После второй принятой под отличную семгу стопки полковнику Белову почему-то вспомнились слова из Туркменских народных сказок. «Все молчали. Молчал и Ярты-гулок. Во все глаза он смотрел, что будет дальше. Судья раскрыл книгу, в которой записаны все законы. В ней он нашел такой закон, по которому правый становится виноватым, а виноватый всегда остаётся правым». Официальная версия Госдепартамента об убийстве посла в Бенгази разъяренной толпой фанатиков выглядела как официальная версия. Спецслужбы США имеют неплохой опыт перевода стрелок для локомотива следствия политических убийств и терактов.

Так, 21 декабря 1988 года в небе над шотландским городком Локкерби на борту Боинг-747 авиакомпании Pan Am, летевшего по маршруту Лондон – Нью Йорк, сработало взрывное устройство. Бомба взорвалась в одном из контейнеров в багажном отсеке. Образовалось отверстие, и по фюзеляжу мгновенно пошла трещина. Кабину пилотов оторвало от корпуса самолета. Пассажиров бизнес-класса просто выбросило в воздух, некоторых из них затянуло в турбины двигателей. А в следующие минуты жесточайший холод и недостаток кислорода в пассажирском салоне не оставили шансов на жизнь никому. Горящий самолет с сотней тонн топлива на борту и все еще работающими двигателями обрушился на городок. Трупы спешивших на Рождество повисли на деревьях и сараях. Сдетонировали и взорвались подземные цистерны с топливом на ближайшей бензозаправке, загорелся склад шин. На месте падения основной части самолета в земле образовалась воронка диаметром около тридцати и глубиной четыре метра. Погиб 281 человек – все, кто находились в самолете и 11 местных жителей.

Среди пассажиров рейса 103 оказалось необычно много сотрудников военной разведки США и ЦРУ. Они летели через Лондон из Ливана в Америку, проведя не слишком успешную и затянувшуюся на долгие годы операцию в Бейруте. Еще в 1982 году по Ливану прокатилась целая волна похищений американских граждан. Террористы захватили, а затем убили резидента ЦРУ, один из журналистов провел в плену почти семь лет.

Куда успешнее в те годы действовал один из специальных отрядов КГБ СССР – «Вымпел». На следующий день после захвата в заложники сотрудников советского посольства в Бейруте были похищены близкие родственники предводителей экстремистов. А после того, как террористы убили вице-консула Аркадия Каткова, спецназовцы стали действовать еще жестче. Отрезанные части тела мужчин – членов семей террористов, заинтересованным лицам доставили в пластиковых пакетах. Посылки сослужили неплохую службу.

Арабский мальчишка передал пакеты и записку с просьбой об освобождении заложников одному из организаторов у ворот его тайного жилища. Было очень похоже, что советские спецназовцы действовали совместно, или, во всяком случае, использовали методы израильской разведки МОССАД. Одновременно советский посол предупредил легитимного представителя экстремистов о возможном случайном залете советской ракеты на территорию Ирана и непреднамеренном разрушении одной из мусульманских святынь.

И через несколько часов незаконно удерживаемые советские граждане, среди которых два работавших под прикрытием офицера КГБ, оказались на свободе. Эта операция по освобождению заложников занесена в негласную книгу рекордов Гиннеса как беспрецедентная по скорости исполнения. После этого представителей страны Советов террористы в этом регионе довольно долго обходили десятой дорогой.

Когда по указу Б. Н. Ельцина «Вымпел» перепрофилировали из боевого отряда в милицейский, тысячи офицеров разведки подали рапорты об увольнении. Это произошло потому, что осенью 1993 года спецназовцы отказались выполнять приказ первого президента Российской Федерации – штурмовать московский Белый Дом с находившимся там парламентом, протестовавшим против изменения конституции страны. Бойцы отряда не стал убивать граждан собственной страны, как бы этого не хотели рвущиеся к власти политики.

Некоторые пассажиры рейса 103 Pan Am, сотрудники американских спецслужб, летели не только на рождественские каникулы. Судя по показаниям свидетелей под присягой, они были вызваны в Вашингтон для дачи показаний в ходе внутреннего расследования. Разбирательство касалось некоторых аспектов торговли опиумом и героином в Ливане.

Для взрыва рейса 130 специальную взрывчатку с полимерными связующими спрятали в кассетную магнитолу и снабдили взрывателем, реагирующим на высоту полета. Такие взрыватели в 70-х уже несколько раз использовали ближневосточные террористы при атаках на гражданские самолеты, летевшие из или в Израиль. После этого весь багаж а аэропортах стали пропускать через специальные барокамеры, имитирующие изменения давления воздуха, как при подъеме самолета на высоту. Спецслужбы ФРГ нашли магнитолу с таким же «пластидом» и взрывателем в 1988 у боевиков Народного фронта освобождения Палестины, имевших подпольную сеть в Германии.

Теракт над Локкерби – это месть за случайно сбитый американцами над Персидским заливом чартерный рейс с паломниками, летевшими из Мекки. Большая часть пассажиров граждане Ирана. В 1989 ЦРУ официально заявило, что, по сведениям спецслужб, за взрыв рейса 103 несут ответственность Сирия и Иран. Услуги по взрыву «Боинга» авиакомпании Pan Am оплатили из Ирана, 11 миллионов перевели через швейцарский банк. Заодно палестинские террористы порешали вопросы и с ЦРУшниками, которые вмешивались в торговлю наркотиками. Сирийские военные контролировали большую часть полей опийного мака в долине Бекаа.

Но в 1990 Саддам Хуссейн напал на Кувейт. Штатам пришлось срочно мириться с соседними в предстоящей войне с Ираком странами и делать виновником взрыва рейса 103 Каддафи. Летом 1991, сразу после «Бури в пустыне», которой Сирия и Иран не стали мешать, по-быстрому обнаружен новый «надежный» источник информации.

Им оказался бывший сотрудник ливийской разведки, который указал, что организаторами и исполнителями террористического акта были начальник службы безопасности «Ливийских Арабских авиалиний» (ЛАА) Аль-Меграхи и один из служащих этой авиакомпании на Мальте.

С тех пор делается основной и активно разрабатывается весьма хлипкая версия о том, что Аль-Меграхи сдал в багаж авиарейса чемодан со взрывным устройством на Мальте, а в конструкцию бомбы внесли некоторые дополнения. По новой легенде, службы аэропорта во Франкфурте должны были перегрузить багаж транзитного рейса с бомбой на самолет, летевший в Лондон, а в Хитроу – на «Боинг», летевший в США. Такую сложную и ненадежную схему закладки взрывчатки можно назвать, скорее, теоретической. Имеются документы о том, что в багажное отделение Pan Am в лондонском аэропорту Хитроу в ночь перед полетом проникли неустановленные личности.

Согласно новой версии, Аль-Меграхи купил одежду в магазине рядом с «народным представительством» – посольством Ливии на Мальте и сложил ее в чемодан вместе с начиненной взрывчаткой магнитолой. Обгоревшая этикетка от рубашки с надписью «Made in Malta», найденная среди десятков тысяч обломков самолета и багажа, как бы подтверждала эту версию. Позже английская газета «Гардиан» отметила, что «единственному человеку, идентифицировавшему Аль-Меграхи, – владельцу магазина, „в котором покупалась эта одежда“ на Мальте, США предложили вознаграждение в два миллиона долларов».

В 1992 Совет Безопасности ООН потребовал от Джамахирии выдать организаторов взрыва лайнера рейса 103. В ответ на отказ Каддафи ввели жесткие санкции. Военно-техническое сотрудничество Российской Федерации с Ливией тоже попало под запрет. Когда в 1999 подозреваемых ливийцы сами выдали для суда в нейтральной стране, режим санкций ООН приостановили.

В 2001 году в Нидерландах на территории британской военной базы суд над Аль-Меграхи и его потенциальным сообщником вынес приговор. Предполагаемого подельника освобождили, а начальник службы безопасности ливийских авиалиний получил пожизненное заключение.

Одним из основных доказательств причастности ливийцев к взрыву стал фрагмент часового механизма, таймера для бомбы. В конструкцию бомбы, спрятанной в магнитолу, был добавлен прибор, который активизировал схему по времени – после прохождения контроля багажа в барокамере. Через год после взрыва рейса 103, в 1989 году, таймер такой конструкции использовали для взрыва гражданского самолета французской авиакомпании UTA в небе над Нигером, во время конфликта Ливии и Чада. Считалось, что за этим терактом стояли спецслужбы Джамахирии, а покупали эти точные электроприборы в Швейцарии.

Почти расплавленная часть прибора размером с почтовую марку обнаружили среди обломков катастрофы в нескольких десятках километров от Локкерби, чуть ли не завернутой в обгоревшую мальтийскую рубашку. Оперативно найшли продавца таких таймеров, лично знакомго с Меграхи, швейцарца Эдвина Боллье. Службы фемиды США предлагали ему четыре миллиона долларов и прикрытие по программе защиты свидетелей за поддерживающие «ливийскую» версию показания. Через несколько лет он признался, что «совершенно ясно то, что этим фрагментом „таймера“ просто манипулировали. Это фальсификация – связывать Ливию с терактом в Локкерби». По версии Боллье из Цюриха, в районе авиакатастрофы найден фрагмент именно того прибора, который у него конфисковала местная полиция. Он действительно продавал таймеры в Ливию, но представленный в суде образец из его офиса на самом деле сделан из другого металла. Обгоревшая рубашка, которая вряд ли могла бы уцелеть в самом эпицентре взрыва, превратилась на суде над Меграхи из слова «ткань» в слово «обломки, остатки».

В начале декабря, за 10 дней до взрыва лайнера над Локкерби, МОССАД провел активную операцию по выемке документов из ливанской штаб-квартиры Народного фронта освобождения Палестины. Информацию о готовящемся взрыве самолета компании Pan Am, совершающего рейс из Франкфурта в конце декабря, срочно передали американским и немецким коллегам. В салоне летевшего перед самым Рождеством в Америку Боинга-747 оказалось 169 пустых пассажирских кресел.

Это очень много для начавшегося в это время сезона отпусков. От забронированных билетов на рейс 103 отказались почти все государственные служащие США из посольства в Москве, посол США в Ливане, помощник руководителя отдела разведки в Управлении США по борьбе с наркотиками, сын помощника исполнительного директора ФБР и многие другие. Напечатанное на стандартном офисном листе бумаги объявление о возможном теракте висело у входа в американское посольство в Москве. После того, как реальные обстоятельства взрыва пассажирского самолета над Локкерби стали общеизвестными, уже Джамахирия стала требовать от американцев компенсации в десятки миллиардов долларов за убытки во время действия санкций.

К 2007 году адвокаты Абдельбасета Али Мохмеда Меграхи подготовили 500-страничную апелляцию и подали материалы в Комиссию по пересмотру уголовных дел Шотландии. Новый суд не состоялся, а в 2009 Аль-Меграхи освободили из тюрьмы по состоянию здоровья. Руководство компании «Бритиш Петролеум» (ВР) не скрывало, что этот акт милосердия очень помог реализовать крупный нефтяной контракт в Ливии. Во времена «дружбы» Великобритании с Каддафи Ливия поставляла до двадцати пяти процентов необходимой острову нефти.

К этим же временам, по-видимому, относится и небольшой конфуз – скандальчик с защитой Саифом аль-Исламом Каддафи последипломной «докторской» диссертации в Лондонской Школе Экономики (LSE). Сэр Марк Аллен, бывший сотрудник МИ 6, специальный советник ВР, лично организовал встречу Каддафи и Тони Блэра для решения вопроса освобождения Аль-Меграхи. Одновременно сэр Аллен заседал в совете Лондонской Школы Экономики. Благотворительный взнос в полтора миллиона фунтов стерлингов на одну из программ школы из фондов семьи Каддафи позволил закрыть глаза на некоторые элементы плагиата в научной работе Саифа. Кроме того, его отец подписался закупать у Соединённого Королевства военные корабли.

В Джамахирии Аль-Меграхи встречали как героя. Он никогда не признавал свою вину. Не признавал вину за взрыв над Локкерби и Каддафи, хотя Ливия и выплатила 2,7 миллиарда долларов компенсаций семьям погибших. Пример разгромленного в 2003 Саддама Хуссейна сильно повлиял на строптивого полковника. Джамахирия отказалась от поддержки экстремистски настроенных группировок, в 2004 прекратила эксперименты с оружием массового поражения и организовала спонсорские фонды под руководством Саифа аль-Ислама Каддафи. Через эти фонды Ливия оплатила многомиллионные штрафы не только по делу о взрыве рейса 103 и берлинской дискотеки. Родственники пострадавших от боевиков ИРА (Ирландская Республиканская Армия) также получили денежные компенсации.

С Великобританией отношения Ливии всегда были непростыми. За четыре года до трагедии над Локкерби, в 1984, из окна «народного представительства» Джамахирии в этой стране расстреляли демонстрацию протеста против диктаторского режима Каддафи. Основная масса протестующих представляла собой недовольных полковником эмигрантов. С этим контингентом активно работали британские тайные службы. В результате протестов огнестрельные ранения получили 11 человек и убита женщина-полицейский. Великобритания разорвала дипломатические отношения с Ливией. В ответ мятежный полковник стал финансировать террористов из ИРА.

Поддержка и использование в своих целях радикально настроенных элементов была обычной практикой не только для Каддафи. Спецслужбы Великобритании финансировали и пытались организовать очередную попытку убийства полковника в 1996. По воспоминаниям Дэвида Шайлера, журналиста и бывшего сотрудника МИ-5, Секретная разведывательная служба Великобритании (Military Intelligence, MI 6) «установила контакты с Ливийской исламской боевой группой – организацией, которая сформирована в Афганистане в 1990 году из примерно 500 ливийских джихадистов, воевавших тогда против поддерживаемого Советами правительства». Боевики взорвали машину, но Муаммара Каддафи в ней не оказалось. Попытка внутреннего переворота в Джамариии при помощи радикальных исламистов и пары сотен недовольных ливийских военных в 1996 году успехом не увенчалась.

Большинство участников неудавшегося покушения закрыли в тюрьме «Абу Салим» в Триполи, которая оказалась просто переполненной боевиками и политическими противниками Каддафи. 28 июня 1996 года заключенные четвертого блока захватили охранника и подняли бунт. Охрана тюрьмы открыла огонь из автоматов на поражение, и бунтовщики вернулись в камеры. На следующий день в застенках без суда и следствия расстреляли около 1200 заключенных.

В марте 2011 спецслужбы королевства с самого начала активно участвовали в событиях в Ливии – британский SAS (Special Air Service) обеспечивал эвакуацию сограждан из предстоящего хаоса. И не только. Одна из диверсионных групп «засветилась» в окрестностях Бенгази, когда попала в плен к повстанцам: шесть спецназовцев SAS и два агента МИ-6 с оружием, боеприпасами и специальными средствами связи. Этот отряд корректировал удары авиации по наземным целям и по идее должен был помогать повстанцам, но репортаж просочился в прессу.

На мониторе БСЛ (большой стратегический локальный) траверс полета американского «Супер Шершня» мог легко пересечься с маршрутом гидросамолета. На всякий случай несколько эффектных кадров из видео со стрельбой в сторону корабля «Академик Петров» Белов переслал своему «оперативному контакту» – генералу из командования НАТО в Европе. Тому, который когда-то угостил его пачкой «Кэмела». Полковник сделал этот важный ход в игре, чтобы подстраховать капитана Ершова от принудительной посадки на воду. Следующий за «союзниками» и нужно помочь им пойти правильной фигурой в нужное место.

Адмирал Новиковстарался не вмешиваться, как всегда, когда Белов играл в свои игры. Лёха-Емельяныч реально плохо играл в нормальные шахматы. Но все его операции, в курсе которых был адмирал, отличались продуманностью на несколько ходов вперед. Будущий полковник как-то пытался объяснить будущему адмиралу на шахматных примерах, почему надо думать о прошлом, чтобы спрогнозировать будущее, настоятельно рекомендуя прочитать учебник по гамбитам. Но моряки выбирают футбол, и сейчас Новиков не мог определиться – какая он все-таки фигура в этой игре. По всей видимости, тяжелая. Бесшумно висящая на глубине средиземноморских вод атомная подводная лодка может выпустить двумя залпами двадцать четыре крылатых ракеты – от Шестого флота США останется только металлолом. Не так давно, когда авиация НАТО бомбила бывшую Югославию, «Курск» держал российский паритет в регионе ракетами с ядерными боеголовками. Местонахождение еще двух лодок, прикрывающих ракетоносец, тоже оставались тайной для потенциального противника. «Курска» уже нет. Но субмарины у России есть. Авианосцы боятся русских субмарин как огня – от Советского Союза по наследству достались подводные лодки серии 949А.

Адмирал, притаптывая, уплотняя голландский табак в хорошо прокуренной трубке, задернул шторки, прикрывающие БСЛ монитор. «Подводная лодка в пустыне Сахара», – по долгу службы адмирал Новиков следил за перемещением натовских охотников за подлодками. Но, когда на мониторе над Ливией появились пунктирные круги, нарезаемые авиацией в поисках золота Каддафи, он временно отключил эту функцию.

– Леша, будешь писать рекомендации? – Новиков знал что записки Белова идут на самый верх и решения по ним принимаются очень быстро.

– Да, а что?

– Отметь, что надо срочно провести стрельбы боевыми ПКР.

– А что такое ПКР? – «Вот уж черноботиночный, ему бы только палить во все стороны».

– Как был ты пиджаком, таким и остался. Это, мистер полковник, противокорабельные крылатые ракеты.

Еще в конце 60х, на десять лет раньше американцев, советские охотники за авианосцами вооружились ПКР со стартом из под воды. В боекомплект входили шесть ракет с обычными и две с ядерным зарядом. «Аметист» летела с дозвуковой скоростью, на высоте 50—60 метров на расстояние до 60 километров. Обнаружение-удержание цели по шумам и наведение крылатой ракеты по телеметрической системе оказалось не очень эффективным. При таком раскладе подлодка вынуждена следовать за авианосной группой на небольшом расстоянии. В середине 70х на смену пришел комплекс «Базальт» – шеститонные ракеты с радиусом стрельбы до 550 км, плюс система морской разведки и целеуказания космического базирования «Легенда». Скорость крылатой ракеты достигла двух скоростей звука.

В начале 80х появились ракетные комплексы «Гранит»: двадцать четыре десятиметровых семитонных ракеты П-700 на борту атомной подлодки. Ракеты стали «умными», у каждой появился собственный вычислительный центр и система навигации, они научились преодолевать помехи и выбирать цель сами, в зависимости от тактической обстановки. Эти ПРК могут атаковать авианосную группу в одиночку или стаей, когда одна из них летит в 2,5 раза быстрее звука на большой высоте и передает несущимся над водой крылатым ракетам информацию о цели. Если наводящую ракету сбивают, то еще одна из стаи поднимается вверх и держит вражеские корабли на прицеле.

На основе 20ти миллиардного контракта с Индией разработана и производится ПРК «БраМос», атакующая со скоростью 700 метров в секунду. Дальнейшие разработки российских ПРК летают в три раза быстрее скорости звука, стали легче, обмениваются информацией на неглушимых частотах, подбираются к цели незамеченными на высоте пяти метров над водой и умеют обманывать перехватчики, посылая им собственное отражение от воды. Крылатые ракеты упаковали в автономные модули, которые размещаются в обычных сорокафутовых морских контейнерах. Любой сухогруз может превратиться в «убийцу авианосцев».

«Лучше пельменей могут быть только вареники с вишней и со сметаной, – думал Сергей Ершов, – обязательно с домашней сметаной». Викина мама лепила их сотнями. Теща обычно приезжала в Москву с торбой, полной вишни, шматом домашней сырокопченой ветчины и тремя литрами самогонки. Но это пойло не шло даже в виде жидкой валюты при расчетах с водопроводчиками.

По радио оживились американцы. По радио прозвучало требование немедленно посадить самолет на воду для проведения досмотра. Повторившееся слово «антитеррористическая» ничего хорошего не обещало. Грек, похоже, начал нервничать и еще гуще задымил сигариллой.

Экстренно приводняться Сергей не собирался: до Кипра оставалось 30 минут полета, встреча с сотрудниками российского посольства назначена прямо в порту. С утра из Ларнаки на глубоководную рыбалку отправился помощник военного атташе и пара крепких ребят из торгового представительства. На всякий случай их яхта нарезала круги в километре от порта.

Из командировок капитан Ершов часто привозил полковнику колюще-режущие предметы для коллекции. И сейчас Сергей молча крутил в руках нож, думая, что для подарка он не подойдет. Так себе тесачок, огурчики порезать. Боковым зрением Ершов заметил, как грек недоверчиво, короткими взглядами, следит за движениями клинка.

Высоко в небе над ними чертил инверсионный след небольшой быстрый самолет.

«Похоже, военный», – подумал Сергей.

«Похоже, гидроплан», – подумал пилот «Супер Хорнета» (F/A-18E/F).

Многоцелевой боевой самолет палубного базирования «Супер Хорнет» стоимостью около сорока миллионов долларов в экспортном исполнении – основной конкурент «Рафаль», Су-30МК и «Еврофайтера» на мировом рынке. Малозаметный истребитель-бомбардировщик обладает высокой скоростью, дальностью полета, самыми современными системами наведения и разведки, 11 точками подвески для восьми тонн ракет и бомб различных типов. К осени 2012 американцы произвели 490 таких самолетов, 24 из них – для Австралии.

В вооруженных силах России к 2012 году насчитывалось около десяти Су-30. Весной этого года государство заказало 30 машин, в декабре еще столько же. А только на борту одного атомного авианосца Шестого флота США «Энтерпрайз» из 70 самолетов 48 «Супер Шершней». Оборудованный на базе F/A-18 – самолет радиоэлектронной борьбы EA-18G Growler – во время операции «Объединенный защитник» впервые участвовал в боевых действиях. Обкатка прошла на отлично. Успешно глушились не только радары устаревших советских средств противовоздушной обороны С-75, С-125, «Кубов» и С-200, но и более современных мобильных зенитных ракетных комплексов «Кроталь» (Crotal) и «Оса». Хотя в 1991 иракцы сбили «Осой» даже «Стелс». Но полковник Каддафи не спешил покупать современное российское оружие – он очень надеялся на своих новых друзей – президентов и премьер-министров европейских стран.

Growler успешно использовался и для блокирования радиосвязи наземных войск законного правительства Джамахирии. Танковые колонны, которые выдвигал Каддафи против вооруженных мятежников, превращались в обгоревший металлолом. Договора Ливии с Российской Федерацией на поставку вооружений, строительство железной дороги и разработку нефтяных месторождений в связи с непреодолимыми обстоятельствами в виде смерти заказчика остались на бумаге.

«Супер Хорнет», закладывая затяжной вираж, снижал высоту полета и заходил «в хвост» гидросамолету.

Грек начал елозить в кресле, лоб покрылся испариной, и он опять как-то странно посмотрел на Сергея. Истребитель прошел высоко, но в следующий заход он мог конкретно заставить их сесть в море. До взлетно-посадочного коридора аэропорта Ларнаки с интенсивным трафиком пассажирских самолетов, куда военный самолет не залетит ни под каким видом, оставалось минут десять полета. Грек, словно проверяя работу рулей высоты, дал штурвал на себя и через пару секунд от себя. Самолетик послушно, совсем немного рыскнув носом вниз, выровнялся. У самой воды, на предельно низкой скорости, таким кульбитом можно устроить настоящую авиакатастрофу.

«Кроме страховки можно будет требовать компенсацию от американцев», – грек потушил сигарку в откидной пепельнице, снял темные очки и опять пристально посмотрел на Ершова.

Сергею эти маневры с рысканием самолета совсем не понравились. Он знал, что пилоты предпочитают снимать очки от солнца при малейшей угрозе авиакатастрофы. По оливково-маслянистому, заискивающему взгляду бородатого похоже, что он, редиска, решился-таки утопить самолет. Как-то по пьяни он сам рассказал об этом варианте одному из коллег Ершова. То, что можно свернуть шею и операция по доставке груза сорвется, грека, судя по всему, не волновало.

Крепко зажав пальцами лезвие ножа, Сергей протянул его пилоту, при этом не до конца разгибая в локте дающую левую руку. Грек, потянувшись, положил ладонь сверху на ручку тесака и взялся за нее. Сергей слегка потянул нож на себя и вверх, заставляя пилота машинально ухватиться покрепче и давить вниз, а не сразу тянуть на себя, отпустил лезвие и провел молниеносный захват кисти. Сжимая кольцом пальцев основание кисти пилота сверху, в ложбинке после суставов предплечья, Сергей продолжил движение руки вниз и в сторону. Несильный доворот в направлении большого пальца и – нож упал на пол.

Приемчик называется «Дай закурить»: правая рука противника зафиксирована, продолжив движение, ее можно выкручивать дальше и завалить тушу лбом в асфальт. Или заставить попрыгать, дожимая кисть к предплечью и парализуя агрессию болью. Так можно отдавать во временное пользование зажигалку, пачку сигарет, кошелек, при правильной постановке вопроса – оружие или букет цветов. Главное, дать противнику предмет правильно, чтобы он взял его, накрывая ладонью сверху, и психологически на секунду расслабился от легкого получения добычи.

Почти одновременно Ершов отстегнул ремень безопасности и был готов вскочить из кресла. Доворачивая и немного приподнимая руку в захвате, он не причинял пилоту сильной боли, но дал понять, кто здесь командир.

«Если грек попытается вытащить пистолет из подплечной кобуры, переведу прием из болевого в парализующий, согну бородатого пополам и дам ребром ладони сверху по шее, – машинально подумал Ершов, – Только не сильно. Мужик вроде нормальный».