Читать книгу "Грешница"

Глава 9

Два дня Дарья наводила порядок в доме, вытирала пыль, мыла полы и окна, начищала посуду и другую кухонную утварь.

Но за водой ходила к соседской колонке, потому что скважина, которой когда-то пользовался дед, с годами забилась песком и перестала качать воду. Она тяжело скрипела под усилиями Дарьи, но оставалось абсолютно сухой.

– Что ж ты хочешь от неё, Дашенька, – покачала головой соседка Валентина Ивановна, когда девушка пожаловалась ей на ржавую железяку. – Столько годочков прошло. Пока Степаныч тут жил, у него всё работало и порядок везде был. А как уехал, так сама видишь, что сталось. Скажи спасибо, что я хоть за домом присматривала, протапливала его время от времени, если что подгнивало, то одного, то другого сына просила, чтобы починил. А так бы к твоему приезду и крыша бы прохудилась и забор бы сгнил да расшатался.

– Тётя Валя, а ваши сыновья не могут починить мою колонку? – спросила Дарья. – А я бы им заплатила за работу. Неудобно каждый раз беспокоить вас, когда мне понадобится вода. Я тут ещё хотела баню затопить, а это столько воды наносить надо.

– Младший сынок мой сейчас в городе живёт, – с лёгким вздохом проговорила Валентина Ивановна. – Женился, уехал и теперь вообще дома не появляется. Последний раз не помню уже когда и был. А я, хоть и скучаю, но к нему тоже не езжу.

– Почему? – удивилась Дарья.

– Да как же я могу к нему поехать, если его жена меня видеть не хочет? – горестно воскликнула Валентина Ивановна. – Нинка ведь меня на дух не переносит. С того самого дня как стала женой Андрюшки, поменялась, змеюка такая. Пока замуж не выскочила, уж такая масляная была, заискивала передо мной, ужом вокруг вилась: – «Тётя Валечка то, тётя Валечка это!» А как в законные попала, так сразу же и поменялась. Сначала ей не понравилось, что свадьба вышла простенькая, деревенская, без всяких там лимузинов и ресторанов. Вот там, во дворе, столы накрыли, гостей созвали, музыкантов из города пригласили. А ей всё равно всё не так. Столько всего хорошего ей надарили! Казалось бы, благодари людей, живи и радуйся, но нет, ей всё мало и мало. Рылась в подарках, как свинья в апельсинах: постельное бельё не такого качества, посуда не того цвета, пылесос и микроволновка дешёвые. Тьфу, даже вспоминать не хочу, как мне перед людьми за неё стыдно было. А когда я ей сказала: «Давай мне то, что тебе не подходит!», всё собрала и по чемоданам рассовала. Хоть бы какую-нибудь безделушку оставила. Такая уж жадная, что не приведи Господь. Мы ведь первое время после их свадьбы вместе жили, так она взяла моду отдельно для себя и Андрея готовить. А чтобы мы с Костей ничего у нее не брали, все пирожки и котлеты пересчитывала. Даже на кастрюлях с супом отметки делала, чтобы знать, съели мы что-нибудь оттуда или нет. Терпела я, терпела, взяла да и выселила их в дом твоего деда. Только они там с полгода пожили и съехали. Очень уж Нинка о городской жизни мечтала, а у вас ей тесно показалось.

Валентина Ивановна умолкла, чтобы перевести дыхание и Дарья, до этого не решавшаяся прервать душевные откровения словоохотливой соседки, спросила:

– А кто это, Костя?

– Старший мой сыночек, – вздохнула Валентина Ивановна. – Горе моё горькое, уж такое горе, что и словами не рассказать. Андрюшка хоть и женат на стерве, а всё-таки семейный человек. И Нинка жёстко его в кулаке держит. А вот за Костей присмотреть некому. Меня-то он давным-давно не слушается, вырос, чего уж там. С бородой ходит. Кто же в таком возрасте матерям подчиняется. Была б жена, другое дело. Так кто же за такого пойдёт?

– Выпивает, да? – догадалась Дарья.

– Если бы просто выпивал, так это ещё полбеды, – вздохнула Валентина Ивановна. – В такие запои, стервец уходит, что страшно становится. Сколько я его просила, и закодироваться предлагала, всё без толку.

– Значит, он тоже не сможет посмотреть, что с моей колонкой? – спросила её Дарья.

Валентина Ивановна, поджав губы, бросила на девушку обиженный взгляд:

– Вот все вы, городские, такие чёрствые. Я и за домом твоим столько лет смотрела, и сейчас тебе душу открыла, а тебя, кроме своих проблем, вообще ничего не волнует.

– Ну зачем вы так, тетя Валя? – поспешно сказала Дарья. – Мне, правда, очень вас жалко. Но разве я могу вам чем-нибудь помочь?

Валентина Ивановна махнула рукой и пошла прочь, но у калитки остановилась и бросила Дарье через плечо:

– Как проспится Костя, я его к тебе пришлю.

– Спасибо, – крикнула ей вдогонку Дарья, но Валентина снова только махнула рукой.

***

Ресторанчик, куда Гладышев привел Ксению, был просторным, но вполне уютным. Он назывался «Оазис» и вполне оправдывал своё название обилием зелени, украшавшей общий зал. Здесь были и пальмы в кадках, и карликовые виды деревьев, и много другой растительности, стоявшей как в композициях, так и просто на столиках.

– Никогда не была здесь, – улыбнулась своему спутнику Ксения.

– Тогда позволь, я сам сделаю заказ, – сказал он и галантно поцеловал руку девушки, покрасневшей от удовольствия.

Ксения искренне наслаждалась приятным вечером. Гладышев оказался интересным собеседником, он знал много историй и умело поддерживал хорошее настроение Ксении, недвусмысленно намекнув ей пару раз на то, что хотел бы продолжить сегодняшний вечер в другой обстановке.

Он так был увлечён девушкой, что не ответил на несколько входящих звонков, поставив телефон на беззвучный режим и отложив его в сторону.

– Серёжа, может быть там что-то важное? – спросила Ксения.

– Нет ничего важнее тебя, – улыбнулся он ей и накрыл своей ладонью её руку.

Ксения была не просто счастлива, она летала на седьмом небе, но всё-таки не верила в то, что ей так повезло.

– Неужели это он из-за Дашки так обхаживает меня? – не раз за весь вечер мелькала у неё мысль, но она тут же отмахивалась от неё как от назойливого комара: – Ну и пусть, даже если так. Зато я хорошо проведу время с приятным мужчиной. Когда ещё мне выпадет такой шанс?

Незадолго до десерта, Ксения поднялась из-за стола:

– Серёжа, я на минутку. Не скучай, пожалуйста.

– Не могу тебе этого обещать, – улыбнулся он.

Но когда Дарья отошла, сразу же взял в руки телефон.

– Алло, Поручик... Да, это я...

Сергей умолк и какое-то время слушал своего собеседника, не перебивая его, потом заговорил сам:

– Я же тебе объяснял, что скоро деньги будут и я тебе всё верну. У меня вот-вот выгорит одно очень прибыльное дельце... Нет, это другое. Есть одна богатая наследница, которую я хочу прибрать к рукам. Поручик, дай мне время. И всё будет в ажуре, вот увидишь.

Увидев Ксению, он быстро закончил разговор.

– Всё в порядке, Серёжа? – спросила она, успев заметить, как он хмурит брови.

– Да, – ответил он и виновато улыбнулся: – Мама звонила. Говорит, что в последнее время не очень хорошо себя чувствует. Завтра обязательно навещу её.

– А сегодня? – спросила Ксения.

– А сегодня я весь твой, – ответил он и снова поцеловал её руку.

Глава 10

Перед тем как пойти в магазин, Дарья долго стояла над чемоданом, думая, что же ей надеть: её наряды, обыкновенные для города, в деревне носить было не только неуместно, но и неудобно. Хорошо хоть на дне отыскалась пара джинсов, белая футболка и рубашка в клетку, которую Дарья иногда надевала дома.

– В рубашке будет жарко, – решила девушка, – а вот футболка – самое-то.

Она ловко собрала волосы в небрежный пучок и с удивлением всмотрелась в своё отражение в зеркале: прекрасно! Когда она последний раз выходила на улицу без макияжа? Пожалуй, только в то время, когда она ухаживала за дедушкой. И ещё в первые месяцы после его ухода. Тогда самой Дарье тоже не хотелось жить, не то, что краситься. Из депрессии её вывел Вячеслав. Он окружил её такой заботой, что она невольно отогрелась от его тепла.

– Дашенька, милая, я понимаю, как тебе больно, но ты не одна, – говорил он ей тихим, нежным голосом.

Они сидели на уютном диване в опустевшей без дедушки квартире Дарьи, и даже свет, заглядывающий в комнату сквозь занавески, казалось, тосковал вместе с ней. Дарья смотрела на портрет дедушки, не в силах сдержать слёзы, и они тихо катились по её щекам. Дедушка был для неё не просто единственным родственником, а опорой и другом и теперь, когда он оставил её навсегда, мир казался пустым и безжизненным.

Вячеслав чувствовал всю глубину её горя и знал, что простые слова утешения мало помогут в этот сложный момент.

– Дашенька, ты ведь знаешь, что Фёдор Семёнович не выносил твоих слез? – спросил он, осторожно беря её руки в свои. – И не раз просил меня, чтобы я позаботился о тебе?

Дарья кивнула.

– Значит, ты мне доверяешь?

Она подняла к нему заплаканное лицо и её губы дрогнули:

– Я чувствую себя такой потерянной без него…

– Это нормально, Дашенька, – Вячеслав нежно взял её лицо в свои ладони. – Ты переживаешь страшную утрату. И знаешь, я всегда рядом, чтобы поддержать тебя. Ты не должна проходить через это в одиночестве.

Тогда он первый раз поцеловал её, и она не стала этому сопротивляться. Было так приятно ощущать, как тело медленно расслабляется в его объятиях. А Вячеслав уже целовал её ладонь и этот простой жест был его немым обещанием – обещанием того, что она будет защищена и любима.

– Я люблю тебя, – признался он, глядя в её глаза, всё ещё наполненные болью. – Люблю больше, чем могут передать слова. Пусть это станет твоей силой, когда тебе будет трудно двигаться дальше.

Тогда, несмотря на боль, Дарья нашла в себе силы улыбнуться, ведь в тот момент она поняла, что жизнь продолжается. И эти силы давала ей любовь Вячеслава, искренняя и безусловная.

Так она думала раньше. Но теперь всё так быстро менялось в её жизни, а рядом не было того, на кого она могла бы опереться. Вздохнув, Дарья взяла в руки телефон и проверила входящие звонки – Вячеслав не звонил. И Ксения тоже. Зато какой-то номер очень настойчиво старался вызвать её на связь.

– Наверное, опять банки со своими предложениями, или какие-нибудь опросы, – решила Дарья, и тут незнакомый абонент позвонил ей снова. Она отклонила вызов, поставила беззвучный режим и сунула телефон в задний карман джинсов, потом закрыла дверь на замок и вышла за калитку, направляясь на поиски хоть какого-нибудь магазина.

***

Спросив дорогу у ватаги мальчишек, Дарья шла по узкой деревенской улице в сторону небольшого ларька. День был тёплым, в воздухе витал запах свежей травы, но земля после недавнего дождя ещё не просохла и Даша, несколько раз поскользнувшись, с трудом удержалась на ногах.

– М-да, об асфальте здесь, кажется, даже не слышали, – подумала Дарья и вдруг улыбнулась, подумав, что ей это даже нравится.

Живописная, умытая дождём деревенька выглядела как пастораль кисти известных художников. Вдали на лугу паслись коровы и козы, едва ли не у каждого дома копошились в земле куры, время от времени откликаясь на голоса хохлатых петухов, отыскавших какое-нибудь зёрнышко. Белые гуси тянули шеи и шипели вслед девушки, но она совсем не боялась сердитых птиц, вспоминая, что когда-то давным-давно таких же белокрылых красавцев держал и её дедушка.

Свернув за угол, Дарья на секунду остановилась, с интересом разглядывая словно выросший из-под земли деревянный магазинчик, который почему-то все называли здесь «ларьком». Выкрашенные зелёной краской деревянные стены магазина уже давно потеряли свой первоначальный цвет, а вывеска с разноцветными буквами держалась на двух коротких цепях и, наверное, очень сильно скрипела на ветру. Но все это так вписывалось в общую картину Ольшанки, что Дарья невольно улыбнулась.

Однако, когда она приблизилась к дверям ларька, улыбка погасла на её губах, потому что там, внутри, какая-то женщина очень громко кричала, даже не думая выбирать выражения.

– Иди-иди отсюда! Алкашня несчастная! Позаливают глаза с утра, а потом шатаются по деревне, никому покоя не дают!

– Да мне бы хлебушка… – пробубнил в ответ мужчина.

– Нету тебе хлеба! – ещё больше повысила голос грудастая краснощёкая продавщица и осеклась, увидев в дверях вошедшую Дарью.

Перепачканный в грязи пожилой мужчина с неопрятной бородой и взлохмаченными волосами, стоявший у прилавка, тоже повернулся к Дарье и вздохнул так тяжело, что ей стало его жалко.

– Зачем вы так кричите? – спросила она у продавщицы. – Человек же хочет купить хлеба, а не водки. Разве можно так относиться к людям?

– Вот-вот! – поддержал её старик. – Хлеба, говорит, у неё нету! А это что?! А, Галина?

Он показал на деревянную решётку, наполовину заполненную ароматными буханками.

– Ты ещё кто такая? – подбоченилась нисколько не смущённая Дарьиным заступничеством Галина. – Что надо?

– Обслужите сначала этого человека, – Даша показала на стоявшего рядом с ней мужчину. – А я пока выберу, что мне надо.

– Я сказала, что ничего не продам ему! – поджала губы Галина. – А если ещё раз я увижу его тут в таком виде, вообще на порог не пущу, понятно! Ишь, наследил мне тут! Кто это мыть теперь будет?!!

– Значит так, – Дарья положила на прилавок деньги. – Мне две булки хлеба и один батон, чай, сахар-рафинад, вот этот кусок сыра…

Галина едва успевала подавать ей то, что она называла, но делала это молча и с недовольным видом.

– Всё?! – спросила она, когда Дарья умолкла.

– Всё, – кивнула девушка и, повернувшись к старику, протянула ему пакет с хлебом: – Вот, возьмите! Ешьте на здоровье!

– Ты чья такая будешь? – несколько раз хлопнул удивлёнными глазами тот, не ожидая от незнакомки такого поступка.

– Дарья Гурьева, – представилась она, складывая покупки в два пакета. – Внучка Фомина Фёдора Семёновича. Может быть, вы помните его?

– Как же, как же… – кивнул тот. – А я Немец. Меня все тут так зовут. А вы надолго ли в наши края?

– Пока не знаю, – пожала плечами Дарья, не глядя на Галину. – Может быть, совсем останусь. Мне тут у вас нравится.

Галина усмехнулась:

– Оставайся, конечно! Вот для тебя и жених выискался. Ишь, как глазами тебя облизывает! Умора просто!

– Вы лучше пыль на полках протрите, – через плечо бросила ей Дарья, направляясь к двери. – Спасибо и до свидания!

Она вышла на улицу и едва не споткнулась о Немца, который поджидал её, чтобы ещё раз поблагодарить.

– Давайте я помогу вам, – предложил он, сунул пакет с хлебом под мышку и потянулся за пакетами Дарьи.

– Не надо, спасибо! Я сама! – Дарья сделала шаг назад, Но Немец не отступал от неё и торопливо засеменил рядом.

– Нет, я так не могу, я же мужчина, а вам тяжело…

Он забежал вперёд и снова попытался взять у неё пакеты, однако поскользнулся на разъехавшейся под ногами глине, взмахнул руками, чтобы не упасть, попытался удержаться за Дарью, и повис на ней, обеими ладонями ухватившись за белоснежную майку.

– Ой, – вскрикнула она, ещё раз отступая от смущённого мужчины и разглядывая отпечатки его ладоней на своей груди.

Рядом скрипнули тормоза, и из остановившейся Нивы на Дарью глянуло знакомое бородатое лицо:

– Смотрю, ваши приключения продолжаются? – усмехнулся Егор, опуская стекло.

А на крыльце магазина покатывалась со смеху выглянувшая на шум Галина.

– Ой, держите меня семеро! Егор, смотри, какую кралю немец себе отхватил! Городскую! Скоро, видать, на свадьбе гулять будем!

Глава 11

– Да закройся ты! – огрызнулся Немец на вздорную продавщицу. – Что ржёшь, как лошадь?!

Та что-то ответила ему, и их перепалка завязалась снова. Из соседних дворов стали выглядывать люди, и Дарья, проглотив тяжёлый комок, повернулась и зашагала к дому, стараясь не думать о том, что снова опозорилась перед Егором. А он немного постоял, глядя ей вслед, потом надавил на педаль газа и в одну минуту догнал её, преградив дорогу машиной:

– Давайте довезу вас до дома, пока с вами опять чего-нибудь не случилось.

– О, вы решили обращаться ко мне на вы, – усмехнулась Дарья. – Ну, надо же! А ещё несколько дней назад бесцеремонно «тыкали», хотя мы с вами были даже не знакомы.

– После того, что между нами было, я вообще обязан на вас жениться, – усмехнулся он в ответ, и Дарья вдруг подумала, что у него удивительно приятный голос, такой бархатный, с лёгкой хрипотцой. – Но пока предлагаю только подвезти вас.

– Спасибо, обойдусь, – парировала она. – Оставьте свои любезности для жены, которая вот-вот подарит вам ребёнка. А меня семейные мужчины не интересуют.

– Как хотите, – пожал плечами Егор. – В самом деле, я вам в няньки не нанимался. У меня и своих проблем выше крыши.

Машина тронулась с места, и Дарья отступила, пропуская её, а потом продолжила свой путь, торопясь как можно скорее добраться до дома и больше не выходить оттуда, по крайней мере сегодня. Однако, опустив взгляд, она недовольно поморщилась, увидев грязные пятна на футболке, оставленные ладонями Немца. Футболку нужно было срочно стирать, а значит, придётся идти к Валентине и снова просить разрешения набрать у неё воды.

Задумчиво покусывая нижнюю губу, Галина смотрела как Егор остановился возле Дарьи и о чём-то переговорил с ней. Слов она, конечно, не расслышала, но женским чутьём поняла, что тут что-то нечисто. Поэтому, вернувшись в магазин, она набрала номер своей двоюродной сестры:

– Катюха, ну ты что там? Всё ещё загораешь в больнице? А твой благоверный тут хвост павлиний распустил перед одной городской.

– Еду я, – ответила ей Катерина. – Мать уже рассказывала мне, что какая-то девка ночевала у него.

– Да ты что?! – ахнула Галина. – Во дела-а-а! Я не знала… Слушай, Катюнь, а ЭТА может. Вот вообще ты меня не удивила. Представляешь, первый раз зашла ко мне в ларёк и сразу давай носом воротить: пыль у меня на полках, видите ли! Вот ведь стерва городская! И подумай: сама только-только в деревне появилась, а уже и в постель чужую залезла, и других гадостей наделала. Разберись с ней, Катюша, обязательно разберись. И Егору своему гайки подкрути. А то ишь ты какой! Сколько баб до тебя к нему ластилось, ни одну даже взглядом не одарил. А эта только появилась и на тебе, пожалуйста, сразу поплыл.

– Разберусь, – пообещала сестре Катерина. – Только не с ним, а с ней…

***

Ксения проснулась на рассвете и долго лежала в постели, вспоминая прошедший вечер. После ресторана они немного погуляли по городу, потом поехали домой к Ксении и там Сергей, без долгих разговоров, уложил её в кровать. Впрочем, она не сильно этому сопротивлялась и вполне хорошо провела время.

Ксения даже предлагала Сергею остаться, но он, нежно поцеловав её на прощание, ушёл, объяснив, что рано утром ему нужно встретиться с клиентами, и он должен как минимум переодеться и вообще выглядеть свежим.

– А с тобой это будет просто невозможно, – улыбнулся он. – Потому что я давно не встречал такой горячей женщины, как ты.

– Ладно, – Ксения сразу же поверила его объяснениям. – Но мы же с тобой ещё встретимся?

– Конечно! Я позвоню тебе утром, хорошо?!

– Хорошо!

– Не провожай меня, – сказал ей совсем уже одетый Сергей, наклонившись, ласково поцеловал её на прощание и ушёл, тихо прикрыв за собой дверь.

***

Ксения, не глядя, протянула руку за телефоном, который всегда оставляла на тумбочке рядом с кроватью, но его там не оказалось. Удивлённая, она приподнялась на локте и поискала телефон глазами, однако не увидела его ни на кровати, ни на полу.

– Хм… – Ксения поднялась и прошлась по квартире, заглянула в кухню и даже в ванную, но её поиски так и не увенчались успехом.

– Странно, – пробормотала она, постукивая пальцами по сумочке, в которой лежали только её паспорт и немного денег. – Где же я могла его потерять? Может быть, в ресторане?

Ксения потёрла лоб, но так и не смогла вспомнить, когда видела телефон в последний раз.

– Как же мне теперь позвонит Сергей? – окончательно расстроилась она. – Я ведь ничего о нём не знаю и не представляю, где можно его найти… А я должна увидеть его снова. Обязательно должна…

***

Гладышев покрутил в руках смартфон Ксении и обрадовался, увидев, что он без пароля. Открыв галерею, он принялся листать фотографии, выбирая те, на которых была Дарья. Он не видел её раньше, но сразу почему-то понял, что это она – пышные темно-русые волосы, большие глаза, манящие губы. На лице только лёгкий макияж и никакой пластики. Не то, что эта корова Ксения. Она даже на фотографии с ней выглядит как бурёнка рядом с газелью.

– Чудесная моя, – прошептал Сергей, увеличивая на экране лицо Дарьи. – Скоро мы встретимся, и когда я тебя найду, ты уже никуда не сможешь сбежать от меня. Моя курочка! Золотые яйца ты будешь нести только мне.

***

Дарья пришла домой и, поставив пакеты на стол в кухне, принялась разминать затёкшие от тяжёлой ноши руки. Потом стянула с себя грязную майку, бросив её на стул, и в одном лифчике принялась разбирать покупки.

Она была одновременно расстроена и зла на себя за то, что так неудачно познакомилась с односельчанами, которые, конечно же, будут думать о ней так же, как и её свекровь. Но ведь она совсем не плохая и никому не делала зла. За что же они все так относятся к ней?

Даша вдруг с тоской подумала о Ксении. Вот кого, кроме Вячеслава, не хватало ей сейчас особенно остро. Дарья чуть не выронила из рук пачку соли. Нужно срочно позвонить им и попытаться поговорить. Сначала Славе, а потом Ксении.

А может быть, они сами уже звонили ей? Вдруг они волнуются за неё, потому что не знают, где искать. Конечно, Дарья рассказывала им о деревеньке, в которой когда-то жил дедушка. Но, кажется, не говорила, где она находится и как называется.

– Да где же телефон? – воскликнула Дарья и тут же обернулась на громкий звук.

***

Гладышев отыскал в телефонной книге Ксении номер Дарьи и набрал его, тихонько приговаривая под аккомпанемент долгих гудков:

– Ну, давай, бери трубку. Ты же сразу помчишься спасать подругу… Алло! Дарья Сергеевна? Вы записаны в телефоне Ксении Петровны Ямской. Она попала в аварию и находится в тяжёлом состоянии. Вы можете подъехать в больницу как можно скорее?