Читать книгу "Любовь не виновата"

Глава 8

Соседка-блогер

Проснувшись утром, Люба первым делом испугалась, не проспала ли она встречу с Тимуром. Встреча должна была состояться сегодня в полдень, а прошлой ночью Любовь никак не могла уснуть. Мысли о Пургаловой, о ее злых глазах и ядовитых словах, не давали покоя. Люба ворочалась с боку на бок, ей казалось, что она снова и снова слышит этот противный голос, обвиняющий ее во всех смертных грехах. В какой-то момент она даже подумала, что все это ей приснилось, но неприятный осадок в душе говорил об обратном. В полудреме ей чудились кошмары: то Пургалова гонится за ней с метлой, то ее муж Матвей смеется над ней, показывая пальцем. Она то проваливалась в тяжелую дремоту, то снова вскакивала, вслушиваясь в тишину квартиры.

Люба всегда мечтала о жизни в городе.

«Живешь себе в квартире, – думала она, – даже не знаешь, кто твои соседи». Не то что в селе, где все как на ладони, где постоянные сплетни, интриги, пересуды… И вот, угораздило же ее в первые же дни познакомиться со своими соседями, да еще в такой нелицеприятной обстановке! Стыд и обида жгли ее изнутри. Люба чувствовала себя так, словно ее выставили на всеобщее посмешище.

«Как теперь смотреть им в глаза?» – думала она, представляя неизбежные встречи в подъезде.

Схватив телефон, Люба с ужасом обнаружила, что было уже почти одиннадцать часов. Пятнадцать пропущенных от Марго!

«Сейчас она точно подумает, что мне наплевать на собственное будущее», – с тоской подумала Люба. И ведь правда получалось так: Марго старается ради нее, старается, а ей только бы поспать…

Люба тут же перезвонила Ритке.

– Ну и какого, ты, скажи на милость, черта, не берешь трубку?! – Голос Марго был, мягко говоря, недовольным.

– Прости, Рита! Прости, родная! – оправдывалась Люба дрожащим голосом. – Уснула только под утро. Вот и проспала.

– Чем это ты, скажи мне, занимаешься ночами, что засыпаешь под утро? – продолжала наседать Марго. – Я смотрю, не так уж у тебя все плохо.

– Плохо, Ритка! Очень плохо. Но давай потом расскажу. Сейчас собираться надо.

– Не собираться надо, дорогуша, а ноги в руки и лететь в офис мужика того, который жизнь твою никчемную спасает. Ты хоть знаешь, где это находится?

– Нет…

– Бог ты мой! Все надо делать самой! Короче, стой, где стоишь. Вызываю тебе такси. Твоя задача – просто выйти из дома, посадить свою пятую точку в машинку и доехать до офиса. Справишься?

– Справлюсь, – виновато ответила Люба и выключила звонок. Почти сразу пришло сообщение с номером машины, водитель которой обещал приехать через шесть минут.

Люба бросилась собираться. Шесть минут на сборы! Она еще никогда так быстро не приводила себя в порядок. И это, конечно, сказалось на ее внешнем виде. Волосы были кое-как собраны в пучок, макияж наспех наведен, лицо, еще не до конца отошедшее ото сна, украшали темные мешки под глазами. Наскоро натянув первое попавшееся платье и схватив сумку, Люба выбежала из квартиры.

В таком виде такси доставило ее до старинного здания в центре города, где, судя по всему, и располагался офис Тимура. Люба взглянула на часы – опаздывала…

Остановившись на проезжей части и включив «аварийку», таксист спешно высадил Любу и помчался выполнять следующий заказ. Люба, чуть не упав на ходу, поправила сумку на плече и огляделась по сторонам. Справа от дома она заметила знакомый черный внедорожник. Приблизившись, она увидела, что внутри сидит Марго и увлеченно переписывается с кем-то по телефону. Ее лицо менялось каждую секунду: то расплывалось в улыбке, то хмурилось, то выражало тревогу.

Люба молча открыла дверь и села на переднее пассажирское сиденье.

– О, явилась! – съязвила Марго, даже не глядя на подругу.

– Пойдем? – сухо проговорила Люба. – Опаздываем.

– Хм, – ухмыльнулась Маргарита. – Ответственная!

В этот момент она подняла глаза и увидела, как выглядит Люба. И тут ее брови взлетели на лоб, глаза расширились от удивления.

– Мать моя, Любка! – воскликнула она. – Тебя кто так замучил этой ночью? Кто этот неугомонный мужчина?

– Да если бы мужчина, – попыталась пошутить Люба.

– Я многого о тебе не знаю? – поддержала юмор Марго, но тут же снова перешла на претензии. – Я тут решаю ее вопросы, а она развлекается. Мне бы так жить!

– Не надо тебе так жить, – помотала головой Люба. – Мне вчера соседка чуть глаза не выцарапала. Подумала, что я флиртую с ее мужем.

– Флирт – это хорошо, – глаза Марго забегали. – Но взгляд важнее… Что за баба? Старая?

– Не знаю, что за баба… Фамилию только запомнила – Пургалова.

– Пургалова?! – Рита вытаращила глаза на подругу. – Ты поцапалась с Пургаловой?!

– Ты чего так реагируешь? – испуганно спросила Люба. – Да, у нее такая фамилия. А что?

– Ну тогда, милочка, готовься к популярности, – пугающе сказала Марго. – Потому что Пургалова – это местная знаменитость. Очень скандальная особа. Ведет свои соцсети, блоги, каналы. Обливает в них с головой людей, которые ей чем-то не понравились. Сколько уже людей сломали себе жизнь, связавшись с Пургаловой! Теперь вот ты…

– И что теперь делать? – занервничала Люба.

– Теперь-то ничего не надо. Всё, что нужно, ты уже сделала, – Ритка покачала головой и тяжело вздохнула. – Ну всё, подруга, готовься, скоро тебя будет знать каждая собака. Одно радует: не все мужики знают и читают Пургалову. Так что у тебя еще есть шанс.

Марго взглянула на часы и резко дернулась, вспомнив про встречу.

– Любка, ты коза! – прикрикнула она на подругу. – Заболтала меня своей Пургаловой. Опаздываем на встречу!

Подруги выбежали из машины и устремились к зданию. Поднявшись на второй этаж, они быстро нашли офис, указанный на листочке от Тимура. Самого Тимура внутри не было. За столом с серебристым ноутбуком сидел мужчина лет тридцати. Аккуратно уложенные темные волосы, легкая небритость, стильная голубая рубашка – он производил впечатление человека, следящего за собой. Мужчина добродушно улыбнулся и предложил дамам присесть. Люба села, нервно теребя лямку сумки. Марго осталась стоять, с нетерпением ожидая, когда офисный работник завершит печатать что-то на ноутбуке и заговорит с ними. Наконец, он закончил, закрыл ноутбук и перевел взгляд на женщин.

Глава 9

Сосед

Офис Тимура не был похож на контору, в которой занимаются чем-то серьезным. Тесный, захламленный, с облупившейся краской на стенах и дешевым линолеумом на полу. На подоконнике ютилась чахлая герань в горшке, а в углу стоял кулер с водой, который подозрительно гудел. На секунду Ритке даже показалось, что это самое место, откуда звонят мошенники и просят продиктовать номер на оборотной стороне банковской карточки. Её эта мысль позабавила, и она поделилась ею с Любой, тихонько хихикнув.

– Ты посмотри, – прошептала она, – как будто декорации к фильму про девяностые!

Люба продолжало нервно теребить край сумки. Она не разделяла веселья подруги. Вся эта сделка казалась ей слишком уж сомнительной.

Мужчина за столом молча наблюдал за тем, как дамы шепчутся.

– Добрый день. Меня зовут Марк, – представился он, когда в разговоре подруг возникла пауза. – Мне очень жаль, но Тимур Русланович должен был срочно уехать.

– Как уехать? – Марго даже подскочила на стуле от возмущения. – Он же сам назначил нам встречу в полдень в этом офисе! Если не верите, вот записка, написанная его рукой!

Марго взмахнула перед носом Марка скомканным листком бумаги.

– Да, все верно, – отвечал, натянуто улыбаясь, Марк. – Он был здесь в полдень, прождал вас пятнадцать минут, а потом уехал. Просил извиниться! Сказал, что у него срочное дело.

Марго гневно посмотрела на Любу. Если бы та не проспала, то они бы успели!

– У тебя его номер, звони! – рявкнула она, толкая Любу в плечо.

– Не надо звонить! – испуганно произнес Марк, вскакивая со стула. – Он сейчас в суде… Там такое дело деликатное… Босс с женой разводится, ваш звонок будет ну вообще некстати…

– Разводится, говорите? – глаза Ритки заблестели, она многозначительно подмигнула подруге.

– Да вы не переживайте, он подготовил все документы, – поспешил успокоить их Марк. – Читаете, вносим ваши паспортные данные. И все готово! Подпись Тимура Руслановича уже есть. Вы, наверное, прежде захотите съездить в ателье, всё там посмотреть?

– Да что там смотреть?! – отмахнулась Марго. – Давайте к делу уже. Времени мало.

Марк протянул Маргарите документ. Та сделала шаг в сторону, жестом указывая на Любу.

– Нет-нет! Вот. Она. Будущая хозяйка. Наша провинциальная бизнесвумен.

Марк улыбнулся, передал бумаги Любе и снова сел за ноутбук, ожидая, когда новая владелица ателье ознакомится с документами.

Люба вопросительно посмотрела на Ритку.

«Что читать? На что обращать внимание?» – безмолвно спрашивали ее глаза. В них отражалось полное непонимание. Ритка демонстративно закатила глаза, затем вырвала документ из рук подруги и принялась бегло читать его содержимое.

Несколько минут понадобилось ей на знакомство с документом, после чего она вернула его подруге со словами:

– Все нормально, подписывай.

– Это точно? – неуверенно поинтересовалась Люба.

– Ну, хочешь, читай сама! – буркнула Ритка, отбив у Любы всякое желание задавать вопросы.

У Любы не было выбора, кроме как довериться подруге и кивнуть Марку, дав понять, что согласна все подписать.

– Отлично! – обрадовался Марк. – Ваш паспорт, пожалуйста.

Паспорт! Люба испугалась, что забыла его, и принялась лихорадочно рыться в сумке. Терпение Марго уже подходило к концу.

– Только не говори..! – начала язвить она, но в этот момент заветный паспорт появился в руке Любы.

Люба гордо протянула его вечно улыбающемуся Марку, а Марго громко выдохнула.

Когда все процедуры остались позади и бумаги были подписаны, Марк приподнялся с кресла и протянул Любе руку.

– Надеюсь, теперь ателье в надежных руках, – сказал он. – Вы можете поехать туда прямо сейчас. Там и ключи вам передадут, и всё расскажут. Хочется верить, что у вас получится сделать его прибыльным…

– А что, оно всегда было убыточным? – спросила Марго, подозрительно прищурившись.

– А что, Тимур Русланович не рассказывал? – удивился Марк.

– Не рассказывал чего? – ответила вопросом на вопрос Марго.

– Неважно, – поспешил уйти от темы Марк. – Говорю же, у ателье просто никогда не было нормальной хозяйки. Уверен, у вас все обязательно получится.

Он протянул руку Любе. Та испуганно пожала ее, и подруги направились к выходу.

Любовь боялась, как бы все это не оказалось очередной авантюрой. Но бумаги были уже подписаны, назад дороги не было.

– Ну что, едем смотреть ателье? – предложила Люба подруге, когда они вышли из душного офиса.

– Слушай, тут такое дело, – начала оправдываться Марго. – Давай завтра. Сегодня столько дел. Сейчас в спортзал, потом спа, там еще кое-что… Сегодня – никак!

Люба печально кивнула. Марго завезла ее домой. Дети куда-то ушли, и Любовь осталась наедине со своими мыслями. На душе было тревожно. Что, если она совершила ошибку? Что, если ателье – это просто пустая трата денег?

Не прошло и нескольких минут, как в дверь позвонили. Люба, погруженная в свои мысли, машинально открыла дверь. Она была уверена, что это дети вернулись домой.

Но там были не дети. За дверью стоял злополучный сосед Матвей, из-за которого Любовь еще вчера попала в неприятную ситуацию. Он выглядел совсем иначе, чем накануне. Не было той наглой ухмылки, взгляда, скользящего по ее фигуре. На Матвее была простая белая футболка, которая подчеркивала его спортивную фигуру, и джинсы. Волосы были аккуратно уложены, а руки он прятал за спиной.

У Любы тут же сработал рефлекс, и она хотела хлопнуть дверью перед носом «опасного» соседа, но тот успел подставить ногу.

– Прошу, выслушай сначала, – взмолился он, – прежде чем выгонять. Эй, мне правда неловко за вчерашнее. Я не хотел, чтобы так всё вышло… Ну, ты сама все видела.

Голос его звучал искренне, и Любовь, поколебавшись, впустила его в квартиру. Держать Матвея на пороге, на глазах у соседей, было действительно не лучшей идеей. Кто знает, что они могли подумать… Да и разговор на лестничной площадке – это не самый приятный вариант.

Неожиданно в руках извиняющегося соседа появилась коробка конфет. Большая, яркая, с изображением райских птиц. Любовь не любила сладости, но подобные знаки внимания… они имеют особую, волшебную силу!

– Я просто хотел по-человечески извиниться, – сказал Матвей, протягивая Любе конфеты. – У нас с супругой сейчас сложный период. Знаешь, так бывает, когда чувства сходят на нет. Понимаешь, о чем я?

– Нет, – ответила Люба, принимая конфеты и убирая их на тумбу в прихожей.

– Это хорошо, что не понимаешь, – продолжал Матвей, взгляд его отражал грусть и тоску. – Значит, у тебя с твоим мужчиной все намного лучше, чем у нас с Настюхой.

– Нет, – снова отрицала Люба, ее голос дрогнул. – У меня хуже. Мой муж… умер.

Матвей не дослушал, взял ее руку и понимающе посмотрел в глаза. Его касание было неожиданным, но таким теплым и нежным.

– Какой ужас, – пробормотал он. – Я очень тебе сочувствую.

Любовь не знала, насколько искренним был Матвей в тот момент. Но его прикосновения, его слова… Любовь давно не чувствовала ничего подобного. Внутри разлилось тепло, которого ей так не хватало. Ей захотелось упасть ему на плечо и просто поплакать, выплеснуть всю накопленную боль и одиночество. Матвей будто прочитал этот порыв. Он медленно приблизился к Любе, и она ощутила аромат его парфюма – такой сладкий, успокаивающий. А он гладил ее по волосам и шептал что-то приятное, слова сливались в нежный шепот, от которого кружилась голова.

Люба сама не заметила, как закрыла глаза и ответила взаимностью на его поцелуй. Он был нежным и в то же время страстным, полным сочувствия и понимания. Она поймала себя на мысли, что ей было хорошо в этот момент – так тепло и уютно. Она будто вернулась в тот момент, когда рядом был Ваня, и она чувствовала себя под его крылом – сильным и надежным. Она скучала по тем временам. Она была готова все отдать, чтобы вернуть их. И все эти чувства Люба вложила в непреднамеренный поцелуй.

Матвей почувствовал эту энергию, эту волну нежности и страсти, исходящую от Любы, и не хотел останавливаться. Его руки обняли ее за талию, прижимая ближе. Неизвестно, чем бы закончился этот порыв внезапной страсти, если бы за спиной…

Глава 10

Сын разозлен

– Мама!.. Что происходит?

Сергей застыл на пороге, его глаза были широко раскрыты. Он, может, и не видел самого поцелуя, но парень был уже не маленький, чтобы не понять, что происходит между матерью и этим… соседом.

Матвей, растерянный и смущенный, отпрянул от Любы. Он пытался пригладить растрепанные волосы и одернуть футболку.

– Слушай, малой, это вовсе не то, что ты там себе подумал! – попытался было объяснить Матвей, выдавливая кривую улыбку.

Но Сергей, словно разъяренный тигр, схватил его за шею и, несмотря на сопротивление соседа, медленно повел к выходу. Матвей пытался что-то лепетать, оправдываться, но Сергей был неумолим.

– Я вам не малой! – процедил он сквозь зубы, затем вытолкнул Матвея в подъезд и с грохотом захлопнул за ним дверь.

В квартире повисла тяжелая тишина. Люба стояла, прижавшись спиной к стене, слезы ручьем текли по ее лицу.

– Сынок, зачем ты так? – прошептала она, голос дрожал.

– Нет, мама, это ты мне скажи: зачем ты так? Зачем так дешево себя продаешь? – Сергей смотрел на мать с болью и непониманием.

Он схватил коробку с конфетами, что лежала на тумбе, и яростно бросил ее на пол. Коробка раскрылась, конфеты рассыпались по прихожей, яркие обертки словно насмехались над Любой.

– Простила за коробку с конфетами? Еще и целоваться полезла? Мама, я не узнаю тебя!

Любовь закрыла лицо руками и еще сильнее прижалась к стене. Сергей стоял перед ней, ожидая объяснений. Но мать не хотела ему ничего объяснять. Для нее он был все тем же маленьким мальчиком, который беспрекословно выполнял ее требования и никогда, даже в мыслях, не позволял себе спорить с матерью. «Да, мама! Хорошо, мама!» – Люба будто слышала опять этот детский голосок. Но перед ней стоял уже мужчина, который только что принял решение за мать.

– Прости меня, сынок… Я устала… Я запуталась, – говорила мать сквозь слезы. – Я уже сама не знаю, чего хочу.

– Зато я все знаю, мама, – вздохнул Сергей, делая шаг навстречу матери и заключая ее в объятия. – Ты хочешь найти замену отцу. Ты просто ищешь его в других… Но так не бывает… Таких, как он, больше не бывает.

Люба кивнула. Сергей говорил ровно то, что она сейчас чувствовала, что она переживала после смерти мужа. Одиночество, пустота… постоянное ощущение, что ей не хватает его сильного плеча, его поддержки, его любви.

– Знаешь, это он тебя разбаловал, – вдруг сказал Сергей, отстраняясь и смотря матери прямо в глаза. – Слишком честный, слишком правильный… Но таких больше не бывает. Пойми ты уже! Жизнь – она другая.

– Ты прав, сынок, – сказала Люба, вытирая слезы. – Пора уже смириться, что вашего папы больше нет. Но я же не одна. У меня есть ты. У меня есть Аленка.

Сергей взял Любу за плечи и посмотрел ей в глаза. Его взгляд был серьезным, взрослым.

– Мама, – сказал он твердо, – я не запрещаю тебе влюбляться. Ищи, находи, люби. Но люби того, кто этого достоин. Не верь первому встречному. Я видел вчера этого… в подъезде. Когда его жена кричала на весь дом, он молчал в тряпочку. Это не мужик. Это пародия на мужика. Держись от таких подальше. Есть на свете нормальные мужчины… Не как папа… Ну, нормальные… Просто тебе они еще не встречались. Поверь мне, мама!

Любовь только кивала в ответ. Интересно, когда настал тот момент, когда они с Сергеем поменялись местами? Теперь он читал нотации матери, а не наоборот, как раньше. И все, что говорил Сергей, было правдой. Она действительно искала в других тень своего покойного мужа, цеплялась за призрачное сходство, обманывая себя. Пора было начать жить заново. Ради себя. Ради детей.

Следующий день Любовь решила начать по-новому. Она больше не хотела зависеть от Марго, спрашивать, когда та найдет в своем «плотном» графике окошко для того, чтобы поехать в ателье. «Хватит ждать у моря погоды! Нужно брать все в свои руки!» – решила Люба.***

У нее был адрес. Сергей помог разобраться, как добраться до него с помощью общественного транспорта. И вот Любовь уже едет на автобусе, крепко сжимая в руках сумку, чтобы начать свой первый рабочий день в качестве владелицы ателье. Внутри все сжималось от волнения. «Справлюсь ли я? Получится ли у меня?» – эти вопросы крутились в ее голове, как надоедливые мухи.

Прибыв на место, Люба огляделась по сторонам. Место, где располагалось ателье, трудно было назвать проходным: невзрачная вывеска, вход со стороны двора, обшарпанная дверь. Сюда пойдет лишь тот, кто будет уверен в качестве услуг и не испугается неприглядного фасада.

В дверях ателье Любу встретила молодая девушка приятной наружности. У нее были длинные черные волосы, собранные в аккуратный пучок, большие карие глаза, обрамленные густыми ресницами, и милая улыбка. Она представилась Кариной и сказала, что работает здесь администратором.

– Работала… – поправилась Карина, сделав акцент на том, что так было при Тимуре. – Теперь не знаю, что будет…

В ее голосе слышалась тревога.

– Не волнуйся, Карина, – успокоила девушку Люба. – Всё будет хорошо.

Карина улыбнулась. После этих слов она немного расслабилась и повела новую хозяйку знакомиться с ателье.

Если честно, Любовь ожидала, что будет хуже. Помещение, конечно, требовало ремонта: в некоторых местах осыпалась штукатурка, краска на стенах выцвела, а линолеум был местами протерт до дыр. Но в целом, работать можно.

Самое главное, было с чем работать: электрическая швейная машина, большой стол для раскроя, пара стеллажей, один из которых был заставлен какими-то коробками с тканями и фурнитурой, – все было в наличии.

Любовь осмотрелась по сторонам и обратилась к Карине:

– Я правильно понимаю, заказов пока нет, поэтому ты одна на рабочем месте?

– Заказы есть, – смущенно ответила Карина, теребя край блузки. – Просто Антонина… ну, швея наша… Она опаздывает…

Люба посмотрела на часы. Было почти одиннадцать.

– Со скольки вы работаете? – спросила она, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно.

– С девяти, – тихо ответила Карина, потупив взгляд.

– И давно это продолжается?

– Что продолжается?

– Ну, такое отношение к работе? – Люба старалась говорить ровно, но внутри все кипело от возмущения.

– Понимаете… – Карина запнулась.

– …Любовь Алексеевна, – подсказала Люба.

– Понимаете, Любовь Алексеевна, – Карина вздохнула. – У нас тут с кадрами беда. Тимур Русланович всегда грозился уволить Антонину, но всегда потом звонил, извинялся и просил её снова выходить на работу. Дело в том, что как он ни пытался найти ей замену – ничего! Хорошие швеи – на вес золота. Теперь она знает, что никто ее не уволит, поэтому ведет себя так… самоуверенно. Но, если что, я вам этого не говорила.

– А как же клиенты? – Люба уже догадывалась, каким будет ответ.

– Ждут свои заказы… иногда неделями… Я там договариваюсь, как могу, – Карина развела руками. – Уговариваю, извиняюсь…

– Теперь понятно, почему ателье убыточное, – Люба вздохнула.

Карина только пожала плечами.

– Ладно, все ясно с вашей Антониной. Есть ее номер? Набирай. Поговорим. Пора навести здесь порядок!

Карина нашла в телефонной книге номер Антонины, нажала вызов и передала трубку Любе. После череды гудков в трубке послышался какой-то шум, отдаленно напоминающий музыку, а после – недовольный женский голос:

– Чего тебе, Карина?

– Здравствуйте, Антонина, – сказала Люба строгим, официальным тоном, от которого у самой мурашки по коже побежали. – Это не Карина. Меня зовут Любовь Алексеевна. Я – ваша новая начальница. А вы, простите, где?

В трубке на несколько секунд повисла тишина. Было слышно, как Антонина выругалась, убрав на время трубку от лица. Затем уже более внятно, но все еще с раздражением в голосе, сказала:

– Я уже собираюсь. Буду через минут тридцать… сорок…

– Прекрасно! – ответила Люба, стараясь сохранить спокойствие. – Мы вас очень ждем.

Люба вернула трубку Карине, сама же продолжила осматривать ателье. Она открывала шкафы, перебирала рулоны тканей, рассматривала швейную машинку. Хотелось поскорее начать работать, вдохнуть жизнь в это заброшенное место.

За разговором с Кариной прошел час. Девушка оказалась не местной, приехала к тете на лето после окончания школы, да так и осталась здесь жить. Поступила в университет на «заочку», устроилась на работу к Тимуру Руслановичу – так и живет. Карина рассказала Любе о клиентах ателье, о том, какие заказы чаще всего поступают, о поставщиках тканей и фурнитуры. Люба слушала внимательно, задавала вопросы, стараясь запомнить как можно больше информации.

Непокорная швея по-прежнему не объявилась. Время тянулось медленно, как патока. Люба начала нервничать.

«Неужели вообще не придет?» – мелькнула у нее мысль. И только спустя еще двадцать минут входная дверь, наконец, открылась, и на пороге появилась грузная женщина лет пятидесяти с крайне недовольным выражением лица. На ней было бесформенное платье с накинутой поверх растянутой кофточкой, волосы были собраны в небрежный пучок, а из-под толстого слоя пудры проглядывали следы вчерашнего макияжа. От нее пахло дешевыми сигаретами и каким-то сладким парфюмом.

– А вы, я так понимаю, Антонина, – сказала Люба, глядя на опоздавшую швею строгим взглядом.

– Она самая, – ответила швея, снимая кофту и вешая ее на вешалку в виде забитого в стену гвоздя. – А что, Тимурчик уже слинял? И даже не попрощался…

– Нет-нет, можете не раздеваться, – поспешила предупредить швею Люба, ее голос был твердым и решительным. – Вы уволены.