Читать книгу "Грибы «Галалэнда»"

Глава 3

Ровно в 18:03 по местному времени корабль ВБС «Галалэнд» приземлился в космопорту Боны с милым названием «Дэм Ко», что в переводе на новоземский означало «Кузнечик». По-видимому, кому-то из бонийцев первой волны заселения планеты садящиеся и взлетающие корабли напомнили этих прыгучих насекомых.

Противоперегрузочные кресла имелись в нескольких отсеках, в том числе и на первом этаже, но поскольку Рики в сопровождении старпома (или под его надзором) поднялась на капитанский мостик незадолго до шести, кресло ей выделили именно здесь. Рики, ещё не забывшая недавний взлёт в багажном отсеке, сумела по достоинству оценить систему стабилизации кресла, благодаря которой посадка прошла практически безболезненно. Прежде девушка воспринимала приспособления такого рода как само собой разумеющиеся, ведь именно в таких условиях любой современный гуманоид летает с самого детства, начиная со школьных экскурсий на ближайшую луну. Но взлёт в окружении багажа она теперь забудет нескоро.

Посадка вышла чрезвычайно мягкой, спасибо высокой квалификации пилота: автоматические системы пилотирования безопасны, но не столь самоотверженно заботятся о комфорте пассажиров. Рики убедилась в том, что они окончательно остановились, лишь когда стих лёгкий гул, который, как только теперь стало ясно, постоянно сопровождал корабль во время полёта. Девушке даже показалось, что ей заложило уши – признак того, что перегрузки всё-таки были. Глубоко втянув носом воздух и с наслаждением выдохнув, она принялась отстёгивать ремни. Это заняло некоторое время: ремней было много, ведь речь, как-никак, шла не о флаере и не о малогабаритном катере для полёта на малые расстояния.

К тому моменту, как Рики разобралась с последним ремнём, тем, что фиксировал голени и никак не желал отстёгиваться, подготовка к высадке шла полным ходом. Крупное голографическое изображение на полстены показывало, как вооружается на первом этаже десантная группа под руководством Картера. Космопехи быстро, но соблюдая идеальный порядок, расхватывали и проверяли бластеры, надевали жилеты и каски, включали защитные пояса, создававшие вокруг своих обладателей силовое поле.

Похожий процесс происходил и здесь, на мостике. Капитана готовили к выходу наружу. Макнэлл привычно застегнул жилет, такой же, как у его подчинённых внизу. Распределил по многочисленным карманам и чехлам, крепившимся к жилету и поясу, предметы, которые протягивали ему двое членов экипажа, участвовавших в подготовке. Короткий бластер, страшноватый на вид нож, фляга – вероятно, с водой, но точно этого Рики знать не могла, – небольшая коробочка с изображённым на ней красным крестом: по-видимому, тщательно укомплектованный набор первой помощи. Затем старпом протянул Макнэллу пояс с пряжкой, в центре которой мигал красный огонёк. Капитан пояс застегнул, но в действие пока не привёл: силовое поле если и пригодится, то позже.

Мэтт, системный администратор, компьютерный техник и по совместительству специалист по всевозможной бытовой электронике, нацепил на жилет капитана пару устройств размером с крупную пуговицу, и теперь критически их осматривал, прислушивался, проверял что-то на своём передатчике.

После непродолжительного обсуждения было решено надеть поверх жилета плотную удлинённую куртку. Она скрывала от любопытных взглядов устройства Мэтта, большую часть содержимого карманов, а в застёгнутом виде и защитный пояс.

– Они вышли на связь, – подал голос радист, не отрывая глаз от небольшого стационарного экрана. – Хотят говорить с капитаном.

– Включай, – кивнул, разворачиваясь, Макнэлл.

– Ставлю автоматический перевод, – сообщил радист, меняя какие-то настройки на сенсорной панели. – Новоземского они явно не знают, зазубрили пару фраз и только их и повторяли, к тому же с диким акцентом.

– На Боне мало кто говорит на новоземском, – заметил пилот. – Только самые образованные.

– Вряд ли самые образованные идут в террористы, – пробурчал Мэтт.

– Всякое бывает, – возразил бортовой врач, который, как и Рики, лишь недавно высвободился из ремней противоперезгрузочного кресла и теперь не спешил покидать мостик.

– Несвоевременная дискуссия, – оборвал их капитан. – Дик, включай перевод на бонийский и выводи их на большой экран.

Радист кивнул, щёлкнул по панели, и вместо картинки с первого этажа, изображавший полностью готовый отряд, Рики увидела кусок плохо освещённого помещения, которое до недавнего времени, вероятно, являлось центром управления полётом. Возможно, оно и теперь не окончательно утратило эту функцию, но выглядело не слишком презентабельно: одна из ламп дневного света, попадавших в поле зрения камеры, была разбита, а на полу валялась пара перевёрнутых стульев и наполовину раскрытая коробка, из которой успела высыпаться часть содержимого. Что именно это были за вещи, Рики разобрать не могла, возможно, какие-то запчасти. Столь же трудно было понять природу темневшего на стене пятна, однако впечатление оно производило неприятное.

Но большую часть изображения занимал человек в наушниках, которые казались слишком большими для его головы, с угольно-чёрными волосами и очень густыми бровями. Он был одет в мятую чёрную футболку и куртку цвета хаки. Ещё один мужчина, в такой же куртке, по-видимому, переступал с ноги на ногу и оттого то появлялся в поле зрения, то исчезал.

– Приветствую, – приступил капитан. – Рэйер Макнэлл, капитан корабля «Галалэнд» военно-безвоздушных сил Союза гуманоидов.

Рики ожидала, что теперь услышит те же слова на бонийском, но перевода не последовало. Возможно, он доступен только тем, кто принимает сигнал. Это было бы

логично. Однако Макнэлл молчал, как будто тоже ожидал перевода. Или всё-таки ответа? Речь террориста прозвучала, хотя и с некоторой задержкой.

– Дун паратея комо тэ! – резко произнёс он, как будто выкрикивал лозунг. – Керро конн ту!

– Где перевод?

Голос Макнэлла звучал спокойно, но было нетрудно догадаться, что он крайне напряжён, впрочем, как и все присутствующие.

Радист недоумённо водил пальцами по панели. Мэтт подскочил к своему компьютеру и, включив персональный голографический экран, принялся просматривать строки бегущего текста.

– Не работает, – покачал головой он.

Дик продолжал сосредоточенно работать с панелью, но его движения стали излишне резкими, а лицо приобрело паническое выражение.

– Это плохо, – пробормотал док.

– Как раз когда нет Иолетрии, и лингуана она, как на грех, забрала, – негромко заметил пилот.

Но капитан услышал.

– Плакаться будем потом, сейчас решаем проблему, – отрезал он. – Мэтт, можно перезапустить программу?

– Пробую! – ответил тот. – Пока не выходит. Ерунда какая-то происходит, похоже на вирус.

– Продолжай пытаться. Кто-нибудь знает бонийский?

Все молчали. Макнэлл обернулся к тем, кто занимал кресла около стены.

– Я в школе учил, – неуверенно проговорил второй пилот; если Рики не изменяла память, его звали Диего. – Но только до восьмого класса. Еле-еле проходной балл получил.

– Ты понял, что он сейчас сказал? – спросил капитан, кивая на огромный экран.

– Нет. Только «дун», это значит «что».

– Кто-нибудь ещё?

По нарочито спокойному голосу Макнэлла чувствовалось: ещё немного, и он кого-нибудь стукнет.

– Я, – вытянула руку Рики. – Я немного знаю бонийский.

На девушку устремили напряжённые взгляды все, включая, кажется, и террористов.

– Он спросил, что вам здесь нужно, – перевела Рики, сцепив руки. – И сказал, что это их планета.

Макнэлл взглянул на Мэтта. Тот покачал головой, сразу поняв беззвучно заданный вопрос. Система не заработала.

– Садитесь рядом со мной, – велел капитан. – Будете переводить.

Рики кивнула, подошла ближе к экранам и опустилась на стул, предусмотрительно пододвинутый к ней пилотом.

– Дун тхэдо комо ткон? Дхар тэ марох энкол дхар тэ ктор!

Бониец явно нервничал и оттого почти кричал.

– Он спрашивает, зачем мы сюда прилетели, – перевела Рики, глядя на Макнэлла. – Говорит, им не нужны гости, а нам не нужны проблемы.

– Его бы слова да Богу в уши.

Услышав это высказывание, Рики обернулась и обнаружила, что док уже не сидит у стены, а подошёл к рабочему креслу Макнэлла и опустил руку на обтянутую кожей спинку.

– Скажите, что нам действительно не нужны проблемы, – произнёс Макнэлл спокойным, даже успокаивающим тоном, предназначенным, скорее всего, не Рики, а тем, кто находился в центре управления. – Мы прилетели, чтобы забрать граждан других планет Союза гуманоидов. Возьмём их на борт и сразу улетим. Сможете это перевести?

– Попробую, – сосредоточенно кивнула Рики и заговорила по-бонийски, осторожно подбирая слова.

Ответ не заставил себя долго ждать.

– Здесь не осталось гуманоидов с других планет. – На этот раз девушка сразу приступила к сути сообщения, отбросив предисловия в духе «он говорит». – Всех уже эвакуировали.

– Не всех, – возразил капитан. – Нам точно известно, что есть гуманоиды, до сих пор ожидающие эвакуации. Скажите, что мы просим их перепроверить информацию.

Услышав перевод, бониец немного помолчал, глядя куда-то в сторону, скорее всего, на кого-то, кто не желал показываться на камеру. Затем он коротко бросил пару слов, снял наушники и исчез из поля зрения. На пару секунд на экране появился второй, тот, что прежде стоял рядом. Придерживая висящее на плече оружие внушительных размеров, он, щурясь, посмотрел в камеру и снова скрылся из виду. Теперь плохо освещённая комната казалась безжизненной, но временами из динамиков доносились едва уловимые голоса.

– Зачем ему такая здоровая пушка, в закрытом-то помещении? – удивился пилот.

– Да, странновато, – согласился кто-то. – Похоже на эксплоудер?

– Большими размерами обычно компенсируют недостаток…профессионализма, – завершил Диего под сердитым взглядом Макнэлла.

– Немедленно прекратить! Тем, кто не несёт вахту, покинуть мостик, – прорычал капитан. – Дик, отключи звук, пока они снова не выйдут на связь.

– Есть, капитан!

Макнэлл выждал немного, дабы убедиться, что радист успел исполнить приказ.

– Хотите сорвать операцию пустой болтовнёй? А если вас кто-то услышит с той стороны? Вы знаете, чего от них ожидать?

– Так он же наушники снял, – попытался оправдаться второй пилот.

– Вон! – внятно произнёс Макнэлл.

– Есть.

Диего развернулся и покинул мостик. Выражение лица у него при этом было чрезвычайно недовольное.

– Это моя вина, капитан, – произнёс первый пилот, тот, что по долгу службы остался на мостике.

– Сантименты оставим на потом. Сосредоточьтесь.

Стоило Макнэллу договорить, как к камере кто-то подошёл. На пару секунд обзор полностью закрыл чей-то зелёный свитер. Затем его обладатель немного отдалился, сел на место радиста и надел наушники. Теперь его можно было разглядеть получше. Чёрные волосы и густые брови, как у его предшественника, острые скулы, тонковатые губы для достаточно крупного лица, в правом ухе серьга в форме молнии.

– Меня зовут Константин. – Радист успел включить звук, и Рики немедленно стала переводить. – Я здесь главный. Чего вы хотите? Мы здесь не рады чужакам. Нам своих забот хватает.

– Ни секунды в этом не сомневаюсь. – Ни один мускул на лице Макнэлла не дрогнул, так что никто не мог бы сказать, серьёзно он говорит или с сарказмом. – Я – капитан корабля «Галалэнд», мы направлены сюда Союзом гуманоидов, чтобы завершить эвакуацию инопланетных жителей. Прошу разрешить нам выполнить задачу.

– Хорошо. – Константин не стал делать вид, будто не понимает, о чём идёт речь. – Вы можете их забрать. Нам не нужны проблемы с Союзом гуманоидов. Но мы вам не доверяем. Без обид. Так что готовы пустить на планету не больше пяти человек. Без оружия.

– Никаких обид. Но пять человек – слишком мало. Вы же понимаете: мы тоже не имеем права на доверчивость. Четырнадцать человек с нашей стороны. Ваших людей всё равно больше.

– Десять.

Видимо, на что-то подобное Макнэлл и рассчитывал, поэтому больше спорить не стал.

– Хорошо. И они будут вооружены. Но не применят оружия, если не будут спровоцированы.

Константин поморщился, но, вероятно, тоже ожидал такого исхода.

– Ладно. Ждём вас у корабля через десять минут.

Он демонстративно приблизил к глазам свои многофункциональные часы.

– Ещё два вопроса, – поспешил продолжить Макнэлл, прежде чем «главный» прервёт связь.

Рики так же спешно перевела. Константин выжидательно изогнул брови. Позади него в поле зрения то попадали, то вновь исчезали вооружённые люди в куртках цвета хаки.

– Первое: где находятся ожидающие эвакуации?

– Близко. На территории космопорта. Какой второй вопрос?

– Кто-нибудь среди вас говорит на новоземском или сантрийском?

Сантра была их официальным пунктом назначения, и капитан знал, что носитель сантрийского в его команде есть.

– Нет, – неожиданно жёстко отчеканил Константин. – Новоземский – язык привилегированных богачей, незаконно правивших этой планетой. А мы здесь все – простые парни, и с нас достаточно нашего родного бонийского.

– Я так понимаю, у них новоземский изучали в университетах, – от себя добавила Рики, намекая на то, что дело тут не столько в богатстве, сколько в образовании.

– Я полагал, у ВБС не возникнет проблем с переводом, – не без сарказма добавил Константин.

– Благодарю вас, мы решим этот вопрос, – холодно ответил Макнэлл. – Мы спустимся через десять минут.

Он жестом дал радисту понять, что связь пора отключать. Изображение на большом экране погасло. Вскоре его сменило несколько голографических экранов поменьше, транслировавших обзор с внешних камер. Картинка не радовала. Корабль окружало всё больше вооружённых людей.

– Старший помощник, отберите девять человек, включая Картера, пусть будут наготове, – распорядился Макнэлл.

– Может быть, мне стоит пойти вместо Картера? – спросил Нил.

Капитан покачал головой.

– Если бы я оставался на корабле, именно так бы мы и поступили, – пояснил он. – Но поскольку ситуация обязывает меня вести переговоры снаружи, здесь должен остаться тот, кто в случае необходимости возьмёт на себя управление «Галалэндом». Переговорите с Картером, и после этого корабль ваш.

Нил остался недоволен таким ответом, для Рики это было очевидно. Но спорить с капитаном он не рискнул. Между тем Рейер переглянулся с Брэнданом, напоминая о том, что доку тоже придётся взять на себя некое дело в случае, если возникнет такая необходимость.

Атмосфера на мостике царила напряжённая; радист и системщик пытались реанимировать программу автоматического перевода; остальные главным образом наблюдали за вооружёнными людьми, собирающимися снаружи, да время от времени поглядывали на часы. Вскоре вернулся с первого этажа старший помощник.

– Всё готово, капитан. Вас будет сопровождать отряд из девяти человек, остальные будут на подхвате на случай, если возникнут осложнения. Бонийский язык, к сожалению, никто не знает.

– Чёрт возьми, – выругался Макнэлл. – Спасибо, старпом, принимайте корабль.

– Старший помощник на мостике, – объявил в микрофон Дик.

– Мэтт, что там у вас? – без особой надежды спросил Макнэлл.

Системщик виновато развёл руками.

– Ума не приложу, как это могло произойти. Придётся загрузить бэкап, но на это потребуется время.

– Полагаю, больше пяти минут? – уточнил капитан, глядя на часы.

– Увы.

– Что ж, значит, будем обходиться жестами.

– Капитан, я пойду с вами. – Рики поднялась с кресла и оправила рубашку. – Вам понадобится перевод.

На это предложение все отреагировали по-разному. Лицо Мэтта просветлело, в глазах блеснула искорка надежды. Нил подался вперёд, встревоженно хмурясь. Дик пренебрежительно фыркнул.

– Даже не думайте, – отрезал Макнэлл. – Я не возьму на операцию штатского, тем более женщину. И не надо вещать мне про шовинизм, – поспешил добавить он, разворачиваясь к Брэндану. – Гайки здесь, к счастью, нет.

Док примирительно выставил ладони, дескать, я ничего такого и не говорю. И всё-таки заметил:

– Полагаю, переводчик был бы нелишним.

– Да, но не она.

– Но я хочу помочь, – вмешалась Рики.

– Вы хоть понимаете, насколько это может быть опасно?

– Да. Наверное, – неуверенно проговорила она. – Но я также понимаю, что это важно. Может быть, именно для этого я и оказалась на вашем корабле?

– Фредерика, это несерьёзно, – покачал головой Макнэлл.

Девушка подняла на него вызывающий взгляд.

– А вы, конечно, из тех, кто не верит в судьбу?

Врач у неё за спиной подавил смешок. Капитан приложил ладонь ко лбу. Вдохнул, выдохнул и честно заявил:

– Да, я из тех, кто не верит в судьбу. Я верю в своих людей, в космические корабли и в программное обеспечение. Но, может быть, мне придётся пересмотреть свои верования. – Сердитый взгляд в сторону Мэтта. – Но боюсь, в одном вы правы: переводчик нам понадобится. Быстро дайте ей пояс безопасности, – приказал он и снова обратился к Рики: – Вы будете держаться рядом со мной. При первом моём слове возвратитесь на корабль.

Девушка кивнула. На ней уже закрепляли пояс с пряжкой, такой же, как у Макнэлла.

– Ни при каких обстоятельствах – слышите, ни при каких! – вы не вступаете со мной в споры. Делаете всё, что я скажу. Это понятно?

Снова кивок. Оба пояса перевели в рабочий режим, обеспечив капитану и переводчику защиту силового поля.

– Старпом, ещё один человек останется на корабле. Нас должно быть ровно десять, иначе они предъявят обвинение в несоблюдении условий.

– Я свяжусь с Картером.

Нил незамедлительно потянулся к микрофону.

– Идёмте, – кивнул Рики Макнэлл. – Время не ждёт.

Глава 4

Первое, на что обратила внимание Рики, едва оказалась снаружи, – сильный ветер. Шумно хлопали рекламные флажки, установленные на территории космопорта, клонились вниз верхушки деревьев, отдалённо напоминавших пальмы. Но холодно не было: ветер дул тёплый, да и адреналин работал на всю катушку.

Первыми по трапу спустились шесть десантников ВБС, за ними, нога в ногу, они с капитаном, затем – ещё двое. Охватив взглядом близлежащую территорию, Рики сделала неутешительный вывод: террористов значительно больше. Одеты были кто во что горазд, на некоторых – форма цвета хаки, но далеко не на всех. Зато вооружением обеспечили каждого, и скрывать этого никто явно не собирался. Встреча выходила, мягко говоря, недружелюбной.

Константина она узнала сразу. Он оказался довольно высоким, что меньше бросалось в глаза на экране. С таким же бластером, как у остальных, в тяжёлых коричневых ботинках, похожих на армейские. Сплюнув на землю наполовину недокуренную сигарету, он вышел им навстречу, едва первые десантники сошли с трапа.

– Приветствую, – обратился он к Макнэллу. – Вижу, вы держите слово.

– Надеюсь, и вы сдержите своё. Где инопланетные граждане?

– Следуйте за мной.

Бросив взгляд на Рики, как бы напоминая держаться рядом, капитан двинулся за Константином. Тот шагал широко, время от времени кивая то одному, то другому повстанцу, но темпа при этом не снижая. ВБС-ники устремились следом, сосредоточенные, держащие бластеры наготове, но и террористы не отставали.

Шли невероятно долгие минуты. Здание космопорта тянулось по правую руку, они миновали несколько входов, но всё никак не сворачивали. Одни ворота были распахнуты, другие выкорчеваны с мясом; свет внутри не горел, и здание будто смотрело на них пустыми глазницами. Около очередной двери, для разнообразия закрытой, лежал на боку мёртвый мужчина в форме охранника. Ещё несколько тел обнаружились непосредственно у них на пути; Константин перешагивал через них без всяких сантиментов. Макнэлл стрельнул на Рики глазами и успокаивающе коснулся её локтя. Она кивнула, стараясь смотреть исключительно на спину главаря.

Когда длинное здание осталось позади, они наконец остановились. Впереди были припаркованы две большие наземные машины с открытым верхом и один автобус, тоже наземный. Константин развернулся к ВБС-никам и указал на транспорт.

– Дальше надо ехать.

– Вы говорили, что расстояние небольшое, – напомнил Макнэлл.

Константин лишь развёл руками.

– Мы не могли выдать вам подробную информацию об их местонахождении. Нам необходимо себя обезопасить, вы это понимаете?

– А вы понимаете, что и я обязан обезопасить своих людей?

– Мы никого не удерживаем, – пожал плечами Константин. – Если хотите, возвращайтесь на корабль.

Макнэлл обернулся и обменялся взглядом с Картером, напряжённо обдумывая решение. В течение нескольких секунд он действительно взвешивал вариант последовать «щедрому предложению» террориста. Ясно было, что с ними играют не по правилам; с другой стороны, задание они получили чёткое. Если сейчас развернутся, то не только не вызволят заложников, но даже не узнают, где те находятся.

– Рики, вы возвращаетесь на «Галалэнд». Картер, выдели переводчице одного сопровождающего, – распорядился капитан. – Все остальные едут дальше.

– Нет, господин капитан! Я не вернусь! – возразила девушка, в подтверждение своих слов вцепившись в руку Рэя. – Вам всё ещё нужен перевод.

– Рики, делайте, как я вам говорю, – процедил Макнэлл, изо всех сил стараясь, чтобы их препирательства не привлекли внимания Константина.

Увы, его надежды не оправдались.

– Что-то не так? – спросил главарь по-бонийски.

– Я боюсь возвращаться без вас! – воскликнула девушка с мольбой в глазах. – Их так много, что если они не дадут мне просто дойти до звездолёта?

Ядовитое замечание о том, что ей следовало слушаться его советов с самого начала и попросту не соваться в место, не предназначенное для гражданских, чуть было не сорвалось с языка Макнэлла, но он сумел удержать порыв под контролем.

– Хорошо, мы едем с вами, – обратился он к Константину. – Надеюсь на ваше благоразумие.

Рики перевела, и Константин кивнул.

– Мы с вами сядем в джип, – он указал на зелёную машину, стоявшую впереди, – а ваши люди поедут на автобусе.

– Благодарю, но я предпочитаю ехать со своими людьми, – отрезал капитан.

Дождавшись перевода, он взял Рики под локоть и зашагал к автобусу, давая понять, что торговаться в данном вопросе не собирается.

Константин, как ни странно, не возражал. Махнул рукой водителю джипа, развернулся и подошёл к автобусу следом за Макнэллом.

– Дамы вперёд?

Галантным жестом он предложил Рики подняться по двум имевшимся ступенькам. Автобус, скорее всего, был местный, космопортовский, из тех, что развозят прибывающих по немаленькой территории. Девушка собиралась последовать приглашению, но Макнэлл её удержал.

– Первые – хозяева, – произнёс он не менее любезно, но настойчиво.

Хмыкнув, Константин схватился за поручень, заскочил в автобус и уселся в первом ряду, непосредственно за отгороженным полупрозрачной стенкой водителем. Капитан шагнул на ступеньку одновременно с Рики. Но не успели они даже добраться до прохода, как дверь автобуса захлопнулась перед носом Картера, и он рванул с места со скоростью, совершенно неожиданной для такого рода транспорта. Всего пара секунд – и Рики буквально вдавило в ступеньку по мере того, как автобус начал набирать высоту. Вытянув шею, она увидела через окно, как они стремительно удаляются от земли. Звуки перестрелки, незамедлительно начавшейся внизу, становились всё тише и тише.

– Вы сами понимаете, что сейчас сделали?

Макнэлл уже стоял в проходе, широко расставив ноги, опираясь спиной о поручень, чтобы удержать равновесие, и бластер его был направлен непосредственно на Константина. Впрочем, тот тоже держал в руках бластер, а из кабинки водителя появился ещё один вооружённый мужчина. Видимо, флаербус (а теперь не оставалось сомнений, что это был именно он) вполне мог перемещаться при помощи автопилота, и необходимости в ручном управлении не было.

Очень осторожно, стараясь не привлекать внимания, Рики встала на ноги, но подниматься на последнюю ступеньку не спешила.

– Опустите пушку, капитан, – на чистом новоземском произнёс Константин.

– Говорите на языке привилегированного класса? – приподнял бровь Макнэлл, не спеша последовать этой рекомендации.

– Приходится. Врага надо знать в лицо.

– И кто же ваш враг?

– Тот самый привилегированный класс, разумеется.

– А теперь ещё и ВБС, и весь Союз гуманоидов в придачу. Вы уверены, что вам это нужно?

– Нет, конечно, – вздохнул Константин. – Но я не мог привести отряд десантников туда, куда мы направляемся. Опустите оружие. Нас всё равно больше, если, конечно, ваша девушка не в счёт. И убивать мы вас не собираемся. Даю вам слово, мы летим туда, где в данный момент содержатся заложники.

От внимания Рики не ускользнул тот факт, что главарь впервые использовал слово «заложники». Не «ожидающие эвакуации», не «гуманоиды», не «граждане планет альянса», а именно «заложники». Заметил ли этот нюанс Макнэлл? Наверняка заметил.

– Учтите: если погибнет хотя бы один из моих людей, вы за это ответите.

– Ваших людей никто не собирается удерживать, – поморщился Константин. – Нам было важно разделить вас, только и всего. Теперь они смогут спокойно вернуться на ваш…как его, «Галалэнд», да?

Рики готова была биться об заклад, что он прекрасно помнит название корабля.

– И потом, ничего вы мне не сделаете, капитан. – Тон Константина стал жёстче, и девушке мгновенно вспомнилось, с какой лёгкостью он переступал через тела убитых, как своих, так и врагов. – Упомянутый вами Союз гуманоидов не станет портить отношения с целой планетой из-за пары-тройки мёртвых военных.

– Не станет, – согласился Макнэлл. – Но я и не говорил о Союзе гуманоидов. Садитесь, Рики. – То ли он впервые вспомнил о девушке, то ли просто давал Константину понять, что не намерен далее развивать предыдущую тему. – В ногах правды нет. В какой-то момент эта штука пойдёт на посадку, и вам будет трудно удержать равновесие.

Он убрал бластер в кобуру и протянул ей руку. Благодарно оперевшись на неё, Рики поднялась наконец в проход. Макнэлл пропустил её к месту около окна, а сам сел рядом, оказавшись таким образом между ней и Константином.

– Сильно ударились? – спросил он.

Рики осторожно мотнула головой, как если бы любое резкое движение могло привести к пальбе. Впрочем, возможно, так оно и было.

Константин последовал примеру капитана и тоже опустил оружие. Однако пилот (или кем он там на самом деле являлся) не сдвинулся с места.

– Приношу свои извинения, леди. Если бы ваш сопровождающий согласился сесть в джип, этих неудобств бы не возникло.

Рики едва заметно кивнула, вжав голову в плечи и уставившись в пол. Последовало непродолжительное молчание. Затем Константин снова направил на Макнэлла бластер. Это заставило Рики изрядно поволноваться, но оказалось, что флаербус просто пошёл на посадку, и пилоту настало время возвращаться в свою кабину.

Двери открылись, и девушка тут же ощутила дуновение всё того же тёплого ветра. Под дулами бластеров они с Макнэллом вышли на улицу, где их уже поджидали другие вооружённые люди. Следуя за Константином, они вошли в одноэтажное строение, снаружи не так уж сильно отличавшееся от здания космопорта.

Помещение точно не было жилым, но Рики затруднялась определить, каким именно целям оно служило прежде. Просторный зал с низким потолком, то тут, то там – ряды неудобных на вид сидений, отгороженные от посетителей будки, узкие экраны, которые в данный момент ничего не показывали. Скорее всего, здесь вёлся приём посетителей, например, клиентов банка или страховой компании, или пациентов какой-нибудь больничной кассы, пойди разбери. Напротив входа располагалась комната, отделённая от основного помещения герцианским стеклом. Наверное, когда-то это был рабочий кабинет начальства среднего звена. Плотные жалюзи позволяли при желании отгородиться от посетителей более основательно, но в данный момент они были подняты, и Рики поняла, что Константин впервые выполнил данное обещание: они действительно добрались до заложников.

Она насчитала четырнадцать гуманоидов, запертых в комнате. Некоторые из них приникли к стеклу, встревоженно вглядываясь в лица вновь пришедших. Кто-то сидел на полу у стены, кто-то расположился поближе к одинаковым вещевым мешкам, сброшенным в углу. Здесь были и люди, и как минимум один дуэллиец, и несколько гуманоидов с более далёких планет, пообщаться с которыми при других обстоятельствах было бы чрезвычайно интересно.

– Как видите, заложники здесь, все живы и здоровы, – заметил Константин, замедляя шаг. – Но мы с вами пройдём немного дальше.

Рики вскинула взгляд на Макнэлла, но тот не проявил ни малейших признаков удивления.

Пройдя по коридору, они оказались на небольшой площадке, освещённой узкой лампой дневного света. Здесь Рики впервые поняла, что здание, в которое их провели, не было одноэтажным: отсюда начиналась тёмная бетонная лестница, ведущая вниз.

– Сейчас мы заберём у вас оружие и всё, что может быть использовано в качестве оружия, – предупредил Константин. – Советую не сопротивляться.

Учитывая полдюжины направленных в их сторону бластеров, последнее можно было не уточнять. Два человека вышли вперёд и приступили к обыску.

– Прошу прощения за неудобство, леди, – вновь обратился к Рики Константин.

– Радостно, что вы так привержены правилам вежливости, – ответил за неё Макнэлл. – Но похищать девушек ваши этические нормы, как я понимаю, не воспрещают?

– У меня нет этических норм, когда дело касается свободы моей страны, – отрезал Константин. – Этика существует для мирной жизни. А здесь война и законы военного времени.

Судя по выражению лица Макнэлла, ему было что на это ответить, но он предпочёл воздержаться.

У капитана забрали оружие, как огнестрельное, так и холодное, а также аппаратуру, обеспечивавшую связь с «Галалэндом»; кроме того, с них обоих сняли защитные пояса. Макнэллу велели отдать куртку, но её вскоре вернули, тщательно ощупав со всех сторон и убедившись, что в карманах ничего не осталось. Затем их повели вниз по ступенькам, всё так же под дулами, хотя, судя по не слишком интенсивному шуму шагов, за ними последовали не все.

Здесь начинался плохо освещённый тоннель: редкие лампы под потолком были тусклыми, к тому же ближайшая из них время от времени раздражающе мигала. По левую руку тянулись складские помещения, закрытые решётчатыми дверьми. В одном из таких помещений их и заперли.

Должно быть, если бы речь шла о романе, то по законам жанра Константин предоставил бы какие-нибудь объяснения своему вероломству или не преминул бы поиздеваться над поверженным противником. Но в жизни он лишь бросил «Ждите», развернулся и тем же быстрым шагом, что всегда, направился обратно, вверх по лестнице.

Сопровождающие (их было трое) двинулись за ним. Вскоре шум шагов стих в отдалении, и пленники остались одни.

Тем не менее заговаривать с Рики Макнэлл не спешил. Он положил куртку на пол справа от двери, знаком предложил девушке садиться (ни стульев, ни коек в помещении не было), а сам принялся внимательно осматривать «камеру». Для этой цели он воспользовался часами, которые ни у него, ни у Рики не отобрали. Включил фонарик, усилив таким образом скудное освещение, и стал переходить от стены к стене, пристально их изучая. Направленный луч преимущественно скользил по верхней части помещения, из чего Рики сделала вывод, что капитан ищет видеокамеры. Вероятнее всего, ничего интересного он не обнаружил. Переместился к двери, посветил фонариком, вглядываясь в темноту коридора, затем выключил свет и постоял прислушиваясь. Лишь после этого опустился на пол недалеко от Рики.