Текст книги "Евангелие от Крэга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/evangelie-ot-krega-39799.jpg)
Автор книги: Ольга Ларионова
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
…Легкий, ускользающий шорох. Юрг по-собачьи встряхнулся – никого. Он похлопал рукой по земле, отыскивая одежду или то, что от нее осталось. Прокашлялся, освобождая легкие от приторного кондитерского благоухания, к которому примешивался душок подпаленной синтетики. Собрал силы и оттолкнулся от земли, выпрямляясь – ну, Сэнни, ну, девочка моя благонравная, не ожидал от тебя! Он и сам истосковался, но чтоб так… Он пошевелил губами и почувствовал, что они словно одеревенели. Ах, вот оно что – кажется, он попытался на прощание поделиться с ней своим восторгом, но она быстро приложила палец к его губам, и их ожгло прикосновением сухого льда. Вот до какой патологической обостренности ощущений доводит затяжное воздержание. А теперь неплохо бы сориентироваться, а то ведь славная дружина глотает слюнки у накрытого стола…
Врожденный инстинкт на пару со спецподготовкой космолетчика уверенно вывели его на опушку. Отсюда было видно, как за каменной стенкой, над теплой долиной, роится облачко мошкары, подсвеченное снизу пламенем то ли костра, то ли факелов. Гул голосов и… точно – лязг оружия.
Он бросился в овальный зев привратного кораблика и почувствовал, как за его спиной тут же замыкаются чуткие к мысленному приказу стенки. Добродушные возгласы дали ему попять, что ничего страшного не происходит, еще раньше чем он выбрался из тоннеля. Действительно, все собрались вокруг расстеленной на земле необъятной скатерти, и только долговязый Харр и приземистый широкоплечий Пы прыгали друг против друга, без малейшей осторожности размахивая боевыми мечами и тем потешая почтенную публику. На появившегося командора тактично не обратили внимания как на человека, на минуточку выходившего по малой нужде. И на том спасибо. Он нога за ногу доплелся до уже облачившейся в парадный узорчатый плащ принцессы и плюхнулся на траву, моля бога, чтобы как-то сдержать блаженную ухмылку на своем командорском лице. Он не дал бы голову на отсечение, что у него получилось. Между тем безнадежно ничейному поединку пора было кончаться, и далекий от истинно рыцарского духа Харр по-Харрада решил этот вопрос по-своему: неожиданным движением выбросил вперед свою громадную, как у страуса, ногу и могучим пинком в грудь отбросил закувыркавшегося противника прямо в объятия заулюлюкавших дружинников.
– Это ты где таким подлым приемчикам обучился? – завелся было Флейж, но принцесса остановила его одним царственным жестом:
– Завтра, доблестный Фрагорелейж, ты продолжишь обучение нашего гостя как боевым искусствам, так и рыцарским канонам. Вы вместе с Эрромиоргом покажете ему мой замок, в котором он волен оставаться столько времени, сколько пожелает. А затем он сможет вернуться на родину, если только никто из вас не захочет проявить гостеприимство, которым так славен зеленый Джаспер, и пригласить его в свои владения.
Дружеский хор однозначно дал понять удачливому страннику, что приглашения уже последовали.
– Но это – чуть погодя, – остановила их принцесса. – К сожалению, повод, по которому я вас собрала, далеко не так радостен. Мы потерпели неудачу, и пашей вины в том не было… Впрочем, об этом вы все уже друг от друга слыхали. Но не все еще знают, что перед тем, как покинуть Тихри, я получила послание.
– Час от часу не легче! – невольно вырвалось у командора. – Это от кого же?
Принцессе показалось, что в голосе мужа проскользнули ревнивые нотки, но сейчас было не до мелочей.
– Отправитель предпочел остаться неизвестным. А в послании говорилось…
Она опустила ресницы, сосредоточиваясь, и, старательно выговаривая каждое слово, повторила четыре загадочные строчки, принесенные тихрианской вестницей.
– Покажи-ка оригинал! – потребовал командор, протягивая руку.
– Ты забыл, благородный эрл – на родине Харра послания приносят молвь-стрелы. Голоса они не воспроизводят.
Юрга слегка покоробила официальность ее обращения, но он тут же решил, что жена права – пирушка с самого начала превращалась в деловое совещание.
– Сибилло, – с уверенностью заключил он. – Сибилло, старый хрыч. Решил снова побаловаться предсказаниями, чтобы о нем ненароком не забыли.
– Князь Лропогирэхихауд считает, что это не так, – возразила принцесса. Шамана не было при княжеском дворе, и ему даже не сообщили о том, что мы снова вернулись на Тихри. Об этом знал крайне ограниченный круг людей.
– Прекрасно! Значит, нам нетрудно будет найти отправителя. Итак, знали стражники, окружавшие наши корабли. Отпадают в силу природной и благоприобретенной тупости. Кто еще?
– Солнцезаконники, принявшие и передавшие птицу.
– Ну эти узнали, так сказать, постфактум, когда получили в руки эту канареечку.
– Если мне позволено будет заметить, – вмешался обычно молчаливый Дуз, то это лучший способ скрыть отправителя – послать весть по кругу, чтобы она вернулась в собственные руки.
– В этом что-то есть, – согласился Юрг. – Значит, вся эта кодла жрецов остается на подозрении. Кстати, они могли о чем-то разузнать, когда в лагерь Лронга пришло сообщение о нашем появлении и он так поспешно куда-то отбыл, не прихватив с собой даже сибиллы. Кто еще?
– А еще сиробабые, – неожиданно вмешался Харр. – Они же видели вас в строфионовой степи!
– Ну это аборигены из тех мест, где мы подцепили нашего проводника, уклончиво ответил Юрг на немой вопрос моны Сэниа. – Малые со странностями, которые, по-видимому, и слыхом не слыхали об Адовых Горах, а тем более об имеющих там место событиях.
– Да, – легко согласился менестрель, – к тому же молвь-стрела не пролетела бы два леса и всю ширину дороги Аннихитры. Но вы хотели перечислить всех…
– Ты молодец, по-Харрада, и впредь не держи в уме, если имеешь что сказать, – ободрил гостя командор. – Значит, придется еще раз нанести визит Лронгу и устроить что-то вроде мозгового штурма, как это называется у нас на Земле. Пригласить мудрых – и не очень – старцев, наиболее лояльных жрецов. Я думаю, для этого достаточно нас с уже зарекомендовавшим себя Сорком. Возражений нет?
– Возражения есть, – твердо сказала принцесса. – Я все-таки гораздо лучше знаю и князя, и сибиллу, и старого Рахихорда. К тому же этот совет продлится недолго. Так что на Тихри отправлюсь я… Ну конечно, не одна. Поскольку нашей стороне придется там только слушать и запоминать, а никакой особой мудрости не понадобится, то я возьму с собой Пы, за которым буду чувствовать себя в безопасности, как за каменной стеной.
Она твердо поглядела на своего супруга, как бы говоря, что на этот раз возражений не примет. И не заметила, что на простодушном лике Пыметсу появилось выражение не свойственной ему растерянности: кряжистый здоровяк, мощь и сила джасперянской дружины, никак не мог сообразить, обижаться ему или кичиться: с одной стороны – «как за каменной стеной», с другой – «особой мудрости не понадобится»… И притом остальных дружинников на этом не совсем обычном пиру называли полным именем, а вот его – только кратким. Как это бывает с весьма ограниченными людьми, Пы выбрал обиду…
– Тогда мы все останемся охранять юного принца, – воскликнул Ких, по молодости не всегда соблюдавший правила этикета.
– И я! – не замедлил вскочить на ноги Харр по-Харрада.
Его движение вспугнуло Гуен, занимавшую свой обычный сторожевой пост на верхушке шатрового корабля, и она принялась описывать бесшумные круги над скатертью, уставленной блюдами со всевозможным мясом, одинаково лакомым как для людей, так и для пернатых. Но кольцо факелов, воткнутых прямо в землю, отпугивало хищницу.
– Всех не надобно, – возразил командор, – достаточно будет двоих. Борб и Дуз, вы ведь уже повидались со своими родными? Да? Завтра мы с женушкой проведем исключительно в узком семейном кругу, а вот послезавтра, пораньше с утречка, прошу сюда. В это же время будем принимать от всех желающих устные соображения по вопросу о двух амулетах, ежели таковые за этот день у кого-нибудь появятся. Ну а теперь вернемся к нашим кубкам и посмотрим, не пересохло ли в них вино!
Харр по-Харрада понял его дословно и метнулся к кораблю, вдоль стен которого выстроились полные емкости. Глядя на его нелепую, с точки зрения джасперянки, долговязую фигуру, мона Сэниа вдруг подумала, что ее эрл, пожалуй, несколько преждевременно обратил взоры собравшихся к хмельным напиткам – у нее имелось еще одно сенсационное сообщение, которым следовало поделиться с дружинниками, коль скоро они будут постоянными гостями этих островов. Разумеется, предварительно следовало взять с них нерушимое слово, что, кроме присутствующих, ни одна живая душа, включая самого короля Равнины Паладинов (мона Сэниа уже не решалась называть отца королем всего зеленого Джаспера), не узнает до поры до времени о существовании островного народа.
– Я хочу… – начала она, постучав пальцем по гулкому глиняному кувшину с остатками терпкого верескового эля.
В этот миг Гуен зависла над Харром так низко, что его фигура буквально потонула в тени ее распростертых крыльев. И вместо чужеземного менестреля она вдруг четко увидела силуэт короля Алэла, предостерегающе качающего головой.
Сова взмыла вверх – возле кораблика снова стоял Харр.
– Ты хотела что-то сказать, любовь моя? – шепнул Юрг, наклоняясь к ее плечу.
– Да, конечно, – она подняла свой кубок и тряхнула головой, отгоняя наваждение. – Пора наконец осушить наши кубки за зеленый Джаспер, за его сладкий воздух, за его прозрачные воды, за его тучную землю, за нежный огонь его доброго солнца…
Все молча ждали, когда она закончит свой тост. А она не могла никак придумать, какую же пятую стихию имел в виду островной король Алэл?
V. Мразь болотная
Пир тянулся вяло и невесело – командор клевал носом, мона Сэниа скрывала одной ей ведомые чувства под любезной миной хозяйки, и даже неугомонный Харр по-Харрада притих, поддавшись общему настроению. Эрм вполголоса рассказывал о том, с какой стремительностью разошлась первая партия офитов, переправленная в подвалы замка – прятать драгоценные приборы смысла не имело, к ним с самого начала стали относиться бережно и почтительно, совсем как… Ну в общем, гораздо лучше, чем можно было ожидать. Непримиримые сторонники крэгов, еще совсем недавно осаждавшие замок мятежной принцессы, теперь терпеливо переминались в очереди, избегая, однако, разговаривать между собой. Пока, правда, не прибыло никого из восточных пределов, где лежали земли покойного Иссабаста, и самое главное – ощущалась острая нехватка детских светоносных обручей. Юрг машинально кивал, стараясь бороться с отупляющей усталостью, Ких обещал завтра же на рассвете слетать на Землю (ишь, расхрабрился младшенький!), где должны были загрузить новыми офитами оставленный ими на земном острове кораблик. Кто-то догадался впервые поинтересоваться, а как называется этот клочок земли, ставший первой на планете Звездной Пристанью; Юрг попытался вспомнить… Барсучий. Да, точно. Недоумение пирующих показало, что с таковым зверем на Джаспере не знакомы. Юрг попытался описать среднеевропейского барсука, запутался, махнул рукой и пообещал привезти парочку на развод – на предмет обогащения джасперянской фауны.
Стало ясно, что пиршество пора кончать.
Смущенно улыбаясь, принцесса попросила Пыметсу препроводить командора в его покои; дружески извинившись, отпустила остальных дружинников. Когда они исчезли, прихватив с собой суматошного тихрианина, она по-хозяйски проверила надежность сторожевого поста – недремлющую Гуен, в распоряжении которой оставались почти не тронутые кушанья. Вошла в шатер и, попрощавшись с Пы, наложила на все корабли заклятие: их стены не открылись бы теперь ни для кого, кроме нее самой. Попытаться же перелететь через НИЧТО и материализоваться внутри самого корабля никто из ее дружины не посмел бы, а посторонний, не увидавший хоть мельком убранство шатра изнутри, просто не мог. Ну вот и все. Она сбросила на пол тяжелый драгоценный плащ и вынула из волос жемчужную булавку, чтобы они рассыпались по плечам, как это любил ее муж.
Замирая, на цыпочках переступила порог своей разубранной, как драгоценная шкатулка, комнатки.
Юрг, ее звездный эрл, лежал на пушистом светло-сиреневом покрывале, не снимая сапог, и его могучий храп заставлял вечерних светляков испуганно жаться к самому потолку.
* * *
Юрг открыл глаза и с недоумением уставился в потолок, сверкающий аметистовыми блестками; скосил глаза и увидел жену, понуро сидящую на краешке постели, – вид у нее был такой, словно она всю ночь не сводила с него глаз. Он сладко потянулся, хрустнув всеми отдохнувшими косточками, потом резко подскочил, оттолкнувшись лопатками от теплого ложа, и привычным движением сгреб Сэнни в охапку – «Доброе утро, малыш!» – не оставляя ей ни малейшей возможности хотя бы шевельнуть губами в ответ.
– Вчера я не сказал тебе самого главного, – торопливо проговорил он, целуя жену после каждого слова. – Ты теперь (чмок) жена (чмок) полномочного представителя (чмок) планеты Земля (чмок-чмок). Сейчас ты почувствуешь себя в новой дипломатической роли…
Следующие полтора часа она чувствовала себя в новой дипломатической роли.
А затем протест заявил Ю-ю, которому надоело дергать за хвост долготерпеливого Шоео.
И только за весьма поздним завтраком (сервы в буквальном смысле слова закрыли своими телами несколько тарелок со снедью от хищных притязаний Гуен) мона Сэниа решила, что пора поставить полномочного представителя в известность о том, что на Джаспере сосуществуют две великие державы. Она предчувствовала, что это сообщение будет принято, мягко говоря, неоднозначно, но ее бесстрашный командор перепугался так, словно обнаружил под созвездием своих корабликов килотонную бомбу.
– Все! Хватит с меня всей этой чертовщины – пернатой, двуногой, видимой и невидимой! Хватит с меня похищений младенцев! Собирай пеленки, я отправлю тебя с Ю-юшкой на Марс, там у нас небольшой исследовательский оазис. Пересидите несколько дней, пока я не придумаю, куда вас ненадежнее упрятать.
– А почему – на Марс?
– О, дьявольщина, да только потому, что это – пока единственное известное мне место, куда еще не добрались крэги. На Земле, как ты помнишь, уже угнездился их венценосный стервец. Непонятно только, как он туда попал… Хотя в данный момент это не столь существенно.
– Боюсь, что ты ошибаешься. С тем же успехом это пернатое отродье, как назвал их король Алэл, могло обосноваться и на Марсе – ты ведь рассказывал мне, что это пустынная и практически неисследованная планета. Самое подходящее место, ведь им даже не требуется воздух, чтобы дышать; чуточка света и тепла где-то между снегом и кипятком.
– Нам бы такую приспособляемость, – буркнул профессиональный космолетчик. – Мы бы уже всю Солнечную к рукам прибрали. А если бы к тому присовокупить вашу способность к перелетам… Ох. Я только сейчас сообразил, что только один корабль мог доставить крэгов на Землю.
– Какой?
– Твой, душа моя. Твой, и как раз перед тем, как тебе пришла на ум блистательная фантазия заарканить «звездных волков».
– Нет, это невозможно, – решительно возразила принцесса. – Крэги не способны на перелеты через НИЧТО, и нам приходилось опускаться на все планеты, какие только попадались нам на пути, чтобы доставить их к месту вечного покоя. К твоей Земле мы даже не приближались. И потом, как они могли бы спрятаться на все время наших путешествий? Ведь они не обладают даром невидимости.
– Много ты знала об их способностях, когда… О, прости. Я не должен был напоминать.
– Не извиняйся, что было, то было, и, слава древним богам, это больше не стоит между нами. А что касается невидимости – что спорить? Спросим у Кукушонка.
Кликнули Кукушонка, несшего бессменную вахту в детской – тот подтвердил, что способность скрываться от человеческого взора им недоступна, потому что не нужна. В ответе чувствовался привкус прирожденного высокомерия, которого и сам Кукушонок, по всей видимости, не заметил.
– Трудно представить, что на такой густо заселенной планете, как наша, крэги существовали с незапамятных времен и никто их не заметил, – задумчиво проговорил Юрг.
– Этого и не могло быть – ведь если какая-то дружина уже посетила созвездие Костлявого Кентавра, то эта карта должна была навсегда исчезнуть из всех магических колод и уж никак не могла выпасть на долю Асмура. Так что когда мы приблизились к вашему Солнцу, крэгов на Земле быть не могло.
– Тогда кто же? После тебя в Пространство уходил только корабль Иссабаста!
– Нет. Ему не могла выпасть вторично карта Кентавра. Исключено.
– Тогда остается предположить жутковатую штуку – что во Вселенной существует какое-то гнездовье этих дьяволов и Джаспер – всего лишь один из подчиненных ему миров. Ведь занесли же их откуда-то на вашу благословенную равнину!
– Скорее всего, это так и есть, и вряд ли они до сих пор не решили проблему своего передвижения…
– Да уж, такая сволочь вряд ли останется безлошадной. Но как же тогда быть с вашей безопасностью, малыши вы мои?
– Да никак, мой доблестный эрл. Мы остаемся здесь.
– Чтобы тебя зацапал этот королек?
– Ну он свободно мог проделать это при пашей встрече. Нет, муж мой, любовь моя, поверь мне: если мне и придется искать защиты и убежища, то в первую очередь я обращусь к Алэлу. Я не видела его лица, но знаю твердо: это мудрый, бесстрашный по, похоже, несчастливый король. И, успокойся, в довольно преклонных годах.
– Знаем мы этих старичков… Между прочим, если ты не заметила на нем крэга, то как же он тебя видел?
– Не знаю. Может быть, с помощью какого-то волшебства, а может быть… Нет, это невероятно. Такое не пришло мне даже в голову.
– Ты хочешь сказать, что он, а возможно, и весь его островной народ не потеряли зрение тогда, в Темные Времена?
– Не знаю, не знаю… Проще всего было бы спросить прямо у него, но… Он не пригласил меня в свой дом.
– Значит, ты и найти-то его не сможешь?
– Ну почему же. Он сказал: «Ты же видела мою лодку» – то есть мне есть куда направиться, если я решусь перелететь через НИЧТО.
– Ага, и врюхаться в кучу рыбы или, что гораздо хуже, очутиться под градом стрел.
– Нет, я уверена, что это мирный и дружелюбный парод. Ну скажи, ты представляешь себе короля, который вот так, без всякой охраны, отправился бы на убогой лодчонке навстречу непрошенным чужеземцам?
– Псих, пацифист или колдун.
– Насчет последнего – да, он что-то говорил насчет пяти подвластных ему стихий. Но с чародейством – как с оружием: всегда рискуешь наткнуться на мага, который выше тебя в колдовской иерархии. Нет, что касается волшебства, то тут он рисковал. Представляешь себе, если бы на моем месте оказался какой-нибудь всемогущий проходимец вроде Кадьяна? И все-таки король Алэл в одиночку отправился защищать свои владения. Знаешь, это вызывает уважение.
– Ну допустим, – нехотя уступил Юрг. – И как же он защитил этот остров от тебя?
– А никак. Он отдал его мне в ленное владение.
– Что, за красивые глаза?
– О, древние боги, ты неисправим. Король Алэл сказал, что сам выберет что-нибудь из того, что мне не очень нужно.
– Так, значит, в следующий раз надо прихватить с Земли побольше ярких бус, зеркалец и огненной воды.
Она не заметила шпильки в его реплике:
– О, зеркала – это самая диковинная вещь на Джаспере, они ведь по Уговору с крэгами были запрещены. А огненная вода – к чему она? Алэл сам может совокупить огонь и воду, раз уж эти стихии ему подвластны.
– Ты поняла меня слишком буквально, душа моя. И, черт бы меня побрал, как бы мне хотелось хотя бы один день прожить нормально, без волшебства!
– Что-что? – непроизвольно вырвалось у нее.
– Без волшебства, без шаманства, без магии – черной, белой, в полоску и в крапинку. Может, попробуем?
Естественно, на такое предложение она не успела даже ответить – стонущий ветер всколыхнул всю утреннюю, счастливую долину, и голос, хриплый до неузнаваемости, возвестил:
– Беда! Командор, принцесса, откликнитесь – беда!
– Эрм?.. – неуверенно отозвалась принцесса.
– Да, да! Прибыл посол от Джанибаста – да-да, лично. К счастью, все офиты уже были розданы, И он потребовал… – голос ненадолго исчез, словно у сенешаля перехватило дыхание. – Он потребовал прекратить доставку офитов, а те, которые уже имеются на Джаспере, – уничтожить. Да-да, все до единого!
– Успокойся, мой верный Эрромиорг, – принцесса недоумевала: никогда старший из ее дружинников не говорил так бессвязно и не подтверждал ежесекундно собственные слова, словно боясь, что его недопоймут; что-то здесь было не так. – Следующую партию офитов мы сразу же укроем в подземелье, а то, что кто-то недоволен, – это мы предполагали.
– Это не просто «кто-то», это все восточные эрлы, лесные глухари, шваль болотная…
– Эрм?!
– Прости меня, принцесса, я забылся. Они назвали себя «ревнители крэгов». И они не просто нам угрожают: они взяли заложницу.
– Как это – заложницу? – на этот раз принцесса действительно не поняла, о чем идет речь. Аманатов брали только в глубокой древности, сейчас это было такой же дикостью, как людоедство.
– Они захватили женщину… подругу одного из нас. И пригрозили, что если мы не выполним их требований, то они скормят ее жавру. Ее и младенца, который должен у нее вот-вот родиться.
– Дружина, ко мне! Все! Немедленно! – этот клич вырвался у нее так страстно и столь грозно, что Юрг невольно схватил ее за руку – ему показалось, что она, позабыв обо всем на свете, сейчас исчезнет, ринувшись в неведомые восточные леса. Но она ничего не забыла – кровь отливала от ее лика, стынущего в бессильной ярости, словно на него опускалась белая маска.
– Я не могу лететь с ними… – прошептала она. – Я не могу ступить на землю Равнины Паладинов…
– Спокойно, Сэнни, спокойно, – для Юрга это сообщение не было такой уж ошеломляющей неожиданностью – может быть, оттого что на Земле подобные акции имели место в самом недалеком прошлом. – Сейчас главное не бросаться в бой очертя голову, а найти единственно верный тактический ход. Ага, Флейж… привет. Харра мог бы оставить в замке, сегодня нам не до песен. Борб, Дуз, оружия и тут хватает.
Не прошло, наверное, и двух минут, как все семеро дружинников уже находились в командорском шатре – с весьма шумливым приложением в виде тихрианского менестреля.
– Что, предстоит дельце? – Харр нетерпеливо потирал четырехпалые ладони для него в словах Эрма, которые он слышал непосредственно, находясь рядом с ним в асмуровском замке, не было ничего экстраординарного – заложники на Тихри брались по любому поводу, а иногда и без оного. – А что это за звери жавры?
– Жавр – болотный гриб. – Мона Сэниа не столько отвечала на его не совсем уместное любопытство, сколько доводила это до сведения своего мужа, который этого не знал, но решил не тратить время на восполнение пробелов в собственных познаниях о джасперянской флоре и фауне. – Это – чудовище, страшнее которого нет на зеленом Джаспере. Джанибаст, племянник покойного Иссабаста, разводил и поставлял жавров по ленному долгу.
– Это что, вроде шампиньонов? – все-таки вырвалось у Юрга.
– Не совсем. Наши корабли – это оболочка старого, хорошо выдрессированного жавра.
Юрг и Харр невольно подняли глаза к потолку с каким-то почтением – ничего себе был гриб. Да еще и дрессированный.
– Как и ожидалось, не все согласны освободиться от власти крэгов, продолжала принцесса, уже успевшая взять себя в руки и вернуть своему голосу командорскую твердость. – Неожиданностью оказалось то, что они захватили в заложницы женщину… подругу одного из вас.
Дружинники изумленно переглянулись – было очевидно, что ни одного из них это сообщение непосредственно не касается.
– Прости меня, принцесса Сэниа, – проговорил Эрм, – я не успел закончить свое сообщение. Касаулта, захваченная людьми Джанибаста, была возлюбленной Скюза.
Наступило мертвое молчание, которое значило только одно: теперь в битве за освобождение Касаулты равны будут все.
– Так, – сказал Юрг. – Соображение у всяких подонков небогатое, следовательно, им пришло в голову то, что доступно взору. Жавры что, находятся на территории замка Джанибаста?
– Какой там замок! – буркнул Эрм. – Свинарник.
– Скотобойня, – уточнил Сорк. – Нет, содержать жавра вблизи людей нельзя – всех переест. Их загоны – на окрестных болотах.
– Но все-таки это – замок Джанибаста, а не какой-нибудь другой.
– Дак вдарим по нему – увидим… – решился подать голос Пы.
– Напасть на замок нетрудно, – оборвала его принцесса. – Но как только перевес будет на пашей стороне, они тут же перепрячут пленницу в другом замке… или хотя бы в лесу. И найти ее в дремучих чащобах будет просто невозможно.
– Значит, главное – установить место ее заключения, – деловито подытожил Юрг. – А разведка боем исключена.
– Если бы у нас был амулет невидимости… – прошептал Ких, вспомнив свои похождения в узилище Рахихорда.
– Но там, где увидят человека, могут не заметить маленького зверька, раздался застенчивый голосок Шоео.
Мона Сэниа наклонилась и подняла пушистый клубочек, свернувшийся у ее ног:
– Нет, милый малыш, ты уже однажды сослужил свою службу. Я не позволю тебе рисковать во второй раз. К тому же, чтобы кормить жавров, Джанибасту приходится все время охотиться, и на дворе у него полно охотничьих псов.
– Ну, значит, пойду я. В скафандре высокой защиты, – по-командорски распорядился Юрг. – Джаспер еще не вырос из парчовых пеленок рыцарства, так что к послу с белым флагом должны проявить почтение.
– Не знаю, насколько тебе это польстит, – решительно возразила принцесса, – но у этих подонков ты, несомненно, пользуешься особой симпатией. Так что для начала ты угораздишь в волчью яму, от которой тебя никакой скафандр не спасет, потом по подземному лазу тебя протащат в один из подвалов, где джанибастовы умельцы будут обращаться с твоим скафандром, как макака – с орехом.
– Ну, бог им в помощь, – буркнул выпускник военно-воздушной космической академии, уже сообразивший, что подобная нештатная ситуация не предусматривалась ни одной из тренировок. – Мне ж даже щекотно не будет… Но проблема останется.
– Вот именно. Но кого же они все-таки пропустят за стены замка?.. Вопрос был почти риторическим.
– Того, с кем они будут вынуждены считаться, – рискнул предположить Сорк.
– Нет. Они не посчитались с законом – следовательно, поставили себя вне королевской власти.
– Того, кто превосходит их силой, – уверенно произнес Флейж. – На родине командора имеется оружие…
– Нет. Земля может подарить вам лекарство, но даже примитивную атомную бомбу – никогда. Не говоря уж о современных видах вооружения.
– Ну тогда – того, кто удивит их, – сказал Харр. – До икоты.
* * *
Жавр был голоден, потому что голоден он был всегда. Всего один раз его накормили досыта, когда голова оленя с отпиленными рогами торчала у него из пасти, которую он был не в силах закрыть. Это случилось вскоре после того, как у него на темени, посреди пучка щупалец появился пульсирующий нежный нарост, который он поначалу заботливо прикрывал от дождя. Но со временем непрошенная шишка начала его беспокоить: у него появилась уверенность, что скоро там откроется еще одна пасть, с которой надо будет делиться пищей. Он попытался обхватить скользкий придаток щупальцем и придушить, но ничего не получилось. Огорченный жавр предался размышлениям, но тут как раз подоспели те маленькие и несъедобные, которые приволакивали звериные туши и охапки травы и сучьев; как ни странно, с ними не было человека – загадочного, непостижимого и сладостно притягательного существа, в котором и на расстоянии угадывалось так много солоноватой крови и нежнейшего жира, что аж щупальца сводило. Как правило, человек начинал с ним незатейливую игру в «откройся – закройся» или «темнее – светлее». Правила жавр понял с первого раза, но близость лакомой плоти и недосягаемость оной для его щупальцев мутила его ум (если таковой у него вообще имелся) и заставляла ошибаться.
В тот раз человека не было, но зато в пасть угодило столько корма, что он замкнулся в блаженном удовлетворении и отключился от внешнего мира, потому что мир этот существовал для него только как источник сигналов для его ненасытной прорвы. Когда же голод щекотливым непридушенным зверьком проснулся раньше его самого и вернул его к действительности, жавр ощутил на темени легкое жжение и, изогнув щупальце, привычного нароста не отыскал была на больном месте смоляная нашлепка. Человек в игре был снисходителен, несъедобные покормили обильно, но не до отвала. Страх разделить ежедневный корм с непрошенным прихлебалой постепенно забылся, но осталась легкая тревога, что с ним против его воли могут сотворить непредугадываемое им действо.
Жавр, естественно, не мог и представить, что в самом недалеком будущем, года через три-четыре его накормят уже не сонной, а парализующей травой, ловко вставят распорки в судорожно раскрывшуюся пасть, и когда упругие щупальца превратятся в расслабленные плети, обрубят их и со страшным чавкающим звуком вытащат прозрачный кокон, наполненный полупереваренным кормом, из благодатного болота; проворные, как жуки, металлические существа заберутся в его нутро и выскоблят стенки до приятной замшевой шершавости, а затем набьют камнями и оставят на жгучем солнце, пока он, уже не живой, но и не мертвый, не превратится в то, для чего его столько лет и растили, неуязвимый для любого оружия, но послушный человеческому мысленному приказу остов кораблика.
Вот и сейчас он следил за приближением какой-то живой твари без малейшей боязни – ему ведом был только страх голода. Лишенный от природы слуха, зрения и обоняния, он воспринимал только колебания зыбкой почвы и то неощутимое для человека веяние, которое исходит от любой плоти. Принимаемая им эманация отчетливо указывала на то, что эта тварь – человек; но, с другой стороны, вел он себя как зверь. Человек никогда не приближался – он возникал внезапно и так же, не удаляясь, в один миг исчезал. Этот же забрезжил, точно неуловимая мошка, где-то в самой чаще, и теперь беспорядочные, прыгающие из стороны в сторону удары его тяжелых копыт показывали, что он перебирается с кочки на кочку и скоро уже очутится в пределах досягаемости.
Жавру нередко удавалось подстеречь беспечную живность, забредающую на болотистую опушку бескрайнего восточного леса, и охотничьи инстинкты его ни разу не подводили. Вот и сейчас он свернул щупальца в тугие спирали и, чувствуя, как их кончики меленько трепещут, томясь от предощущения солоноватого мяса, изготовился к броску. Двуногий приближался безбоязненно, и жавр, не выдержав искушения, приоткрыл пасть.
Сделал это он совершенно напрасно: смрадный дух, вырвавшийся из его утробы, способен был сбить с крыла даже грифа-падальщика. Человек прянул в сторону, и запоздало выметнувшееся ему вдогонку щупальце только скользнуло по голени, обжигая едкой крапивной злостью. Если бы жавр имел уши, то до них донесся бы общеупотребимый во всей Вселенной вскрик, переводимый на язык зеленого Джаспера как «у, мать твою!». Шаги быстро забухали прочь, и жавр горестно заключил, что такие громадные копыта ему, пожалуй, пришлось бы выплюнуть…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?