Читать книгу "Он, Она и Море. Три новеллы о любви"

– Это депрессия, – признался Денис.

– Ты не шути с этим, – Вера открыла сумочку и достала вчетверо сложенный лист бумаги. – Вот возьми, позвони этой женщине. Она реально поможет.

***

Уже в машине Денис развернул листик – это был от руки записанный номер телефона, а рядом женское имя – Лили.

Кому служит эта Лили – Богу или дьяволу, было не важно. Денис просто хотел спасти свою жизнь. Вечером он позвонил и договорился о встрече. Ласковый женский голос с явным грузинским акцентом объяснил, куда и когда надо приехать. Через день Денис был по указанному адресу в новом районе Холона. Здесь ещё продолжалось строительство, а сама улица заканчивалась огромным мусорным баком, похожим на подбитый танк без гусениц. Далее – лишь пустырь и песчаные дюны. Около мусорного бака уверенно, как у себя дома, крутились две рыжие лисицы с пушистыми хвостами. Остановившийся рядом «Форд Коннект» их нисколько не потревожил. Вышедшего из машины человека, они лишь проводили взглядом до дверей подъезда.

Лифт остановился на четвёртом этаже. Денис заметно волновался. Прежде чем нажать на кнопку звонка, он попытался успокоить дыхание. Дверь открыла красивая девушка.

– Проходите сюда, – сказала она и проводила Дениса в небольшую комнату. – Мама сейчас придёт.

Денис сел на стул у окна и огляделся. Это была обычная комната с белыми стенами, вся залитая солнечным светом. По углам валялись какие-то коробки и пакеты. Было видно, что люди въехали сюда недавно. Из мебели только книжный шкаф, два стула и одинокая свеча на столе. Никаких магических предметов, символов, костей и черепов в комнате не было. Медицинских приспособлений Денис тоже не заметил.

Вскоре в дверях появилась пожилая женщина в домашнем халате заурядной внешности – овальное лицо с морщинками, чёрные волнистые волосы с проседью, в руках старая книга с потёртой обложкой. Вот только большие добрые глаза сразу же вызывали симпатию и доверие. А так, обычная домохозяйка, зашедшая в комнату между стиркой белья и мытьём посуды. Денис поздоровался и пожалел в душе, что побеспокоил эту простую семью. Лили присела на стул рядом и внимательно посмотрела на гостя. Потом она открыла книгу и спросила:

– Какого числа ты родился?

Денис ответил.

– Ты знаешь, в котором часу?

Денис знал.

– Назови номер дома и номер квартиры.

Денис ответил. Лили перевернула страницу и, не отрывая взгляда от книги, продолжила говорить:

– Её зовут Николь. О её существовании ты никогда ничего раньше не знал. В тот день ты обедал в ресторане после очередной съёмки. Она позвонила тебе на мобильный и сообщила, что ждёт тебя в офисе седьмого канала. Её недавно взяли на канал с испытательным сроком. Накануне ей поручили снять сюжет о современной живописи, и теперь Николь звонила оператору, чтобы познакомиться и определиться со временем выезда на съёмку. Ты говорил с ней холодно и сухо, потому что в принципе не любил работать с молодыми журналистами. Из-за неопытности они снимали материала намного больше, чем это требовалось для сюжета. А это – потеря времени, сил и нервов. Но не оператор решает с кем и куда ему ехать, поэтому вечером вы вдвоём были в Хайфе и сняли сюжет о выставке художников-авангардистов. Через день вы снимали в музее Жаботинского, потом ещё сюжет о детском театре. На съёмках ты не заигрывал с ней, не пытался понравиться или произвести впечатление. Ты был с ней строг и конкретен, как опытный морской волк с начинающим юнгой. Возможно, поэтому ты и запомнился ей.

Через несколько дней ты случайно узнал, что Николь отказали в приёме на работу. На канал брали не всех, и тебя это не удивило. Больше вы не встречались, а через месяц ты её почти забыл. Но однажды она позвонила, поинтересовалась твоими съёмками, ситуацией на канале, рассказала, что устроилась на работу в банк «Дисконт» и теперь очень довольна. В этот раз ты говорил с ней тепло и дружелюбно, потому что помнил те три дня съёмок и то, что тогда работалось без суеты, легко и приятно. И те сюжеты получились интересными. Ты высказал искреннее сожаление, что этот опыт у вас больше не повторится. Завершая беседу, она вдруг предложила встретиться.

Ты не был готов к этому и что-то наплёл о постоянной занятости на работе. Но на самом деле ты просто не хотел с ней встречаться, потому что не видел в этом никакого смысла. Она была моложе тебя на пятнадцать лет, полна надежд и фантазий. А ты уже решил, что романтические приключения для тебя остались в прошлом. Ты никого не любил и не хотел любить. Тебя вполне устраивал привычный секс без обязательств с соседкой с четвёртого этажа. Но судьба распорядилась по-другому. Вы стали часто перезваниваться. Рассказывали друг другу о событиях дня, о забавных ситуациях на работе, да и вообще обо всём, что приходило в голову. Явное или скрытое желание встречи ты ощущал в каждом её слове и однажды уступил, подумав, что маленькое приключение не потревожит душу и ничего не изменит.

Лили на секунду замолчала, но напряжённый взгляд остался на книге. Денису показалось, что это вовсе не книга, а экран где показывают фильм о мужчине и женщине, а Лили просто пересказывает сюжет. Она говорила спокойно и уверенно. Грузинский акцент лишь добавлял убедительности её словам. Она перевернула страницу и продолжила:

– На первом свидании вы гуляли в парке, кормили уток у озера, потом зашли в кафе. Когда стемнел, ты поцеловал её в машине, она хотела этого, и ты, осмелев, прикоснулся к её груди, расстегнул верхнюю пуговицу на блузке. Она спокойно сказала: «Не целуй мою грудь, ты не сможешь остановиться, а продолжения сегодня не будет». Ты послушно выпрямился и положил обе руки на руль. Но вы встретились на следующий день, потом ещё и ещё. Через две недели ты понял, что скучаешь по ней. Она не была красавицей, но её детская искренность и необузданная эмоциональность покорили тебя. Во время свиданий и прогулок она могла неожиданно остановиться в любом людном месте, прижаться к тебе всем телом и долго-долго целовать в губы. Прохожие смотрели на вас и улыбались. Ты чувствовал себя неловко, но ей было всё равно – она хотела целоваться, и никакая сила на свете не смогла бы помешать ей. Ты знал, к чему всё стремительно движется, но сам никак не подгонял события, а просто наслаждался общением с этой удивительной девушкой.

Однажды вечером, когда вы вышли из кинотеатра, она спросила легко и просто, как спрашивают о чём-то повседневном:

– У тебя есть презервативы?

Ты всё понял и ответил в той же тональности:

– Поедем ко мне.

– Нет, не к тебе, – лукаво улыбнулась Николь, – я знаю, куда мы поедем.

В тот поздний летний вечер она сама села за руль и повезла тебя куда-то на юг. Вы приехали к морю, на пустынный пляж. Рядом не было ни людей, ни машин. Лишь звёзды мерцали в глубокой южной темноте, и редкие облака отражали тусклый свет Луны. Непонятно откуда доносились звуки музыки, видимо, где-то на набережной ещё работал ресторан, но самого здания не было видно.

Вы вышли из машины, она взяла тебя за руку и повела в противоположную от берега сторону. Ты ничего не видел, но понимал, что она знает дорогу. Ноги увязали в песке, но вскоре вы ступили на мягкую траву. Идти стало легче и приятнее, словно кто-то невидимый расстелил для вас ковёр из свежей травы. Неожиданно она остановилась и сказала: «Тебе будет хорошо».

В следующее мгновение она опустилась на траву, ловко сняла трусики, расстегнула блузку, обнажив красивые плечи. Тебе и в голову не могло прийти, что в первый раз это произойдёт на пустынном пляже, под звёздным небом, на зелёной траве и под шум прибоя. Ты лёг на траву рядом с ней, жадно поцеловал набухший сосок на большой груди. Твой пенис сразу же окреп. Она будто ощутила это и, приоткрыв глаза, прошептала: «Входи в меня медленно, у меня там всё очень нежное».

И настал тот миг, когда он и она сливаются в единое целое и возвращаются в рай. Ты и не думал спешить, потому что был уверен в себе и двигался в ней осторожно и плавно. Вскоре Николь застонала от удовольствия. А ты потерял ощущение времени, словно утонул и растворился в её молодости. И в чудный миг, когда вы оба оказались на вершине блаженства и вместе затряслись от счастья, орошая друг друга своими соками, раздался гром небесный, и стало светло как днём. Через секунду гром повторился, и опять стало светло. Ты увидел перед собой её глаза полные ужаса и восторга и откинулся на траву. Это было совпадение одно на миллион, которое никогда не забудется. Где-то в ресторане на набережной гуляла свадьба, и гости устроили салют в честь жениха и невесты. Вы лежали полураздетые на тёплой траве и, прижавшись друг к другу, смотрели как разноцветные шары и змейки образуют причудливые узоры в тёмном небе. Николь успокоилась и, улыбнувшись, сказала: «Очень красиво». Ты молчал, потому что было хорошо и без слов.

Но именно в эту минуту что-то замкнуло и повернулось во времени и пространстве. Ты перешёл роковую черту, и в глубинах сознания возникло то, что дарит жизнь или убивает, возникло то, что называется любовью. Ты сам породил этого двуликого демона и впустил его в своё сердце. Тогда ты не знал, что любовь – это не всегда пушистый и ласковый котёнок, иногда это острая сабля…

– Зачем вы рассказываете мне о том, что было? – спросил Денис.

– Хочу, чтобы ты поверил, когда я буду говорить о том, что будет. – Лили вновь посмотрела в книгу. – Я вижу, как песок просачивается между пальцами, а ветер уносит песчинки. Вот так она прикоснулась к твоей руке и исчезла. Я вижу, как ты стоишь на той же набережной, где чудный островок из свежей травы. Тёплый солнечный день и море необыкновенно-бирюзового цвета. Ты стоишь один, её нет рядом… И никогда не будет.

Денис почувствовал, как снежный шарик зашевелился в груди, поднялся и сдавил горло.

– Я сделал что-то не так? – тихо спросил Денис.

– Она ушла просто потому, что не твоя по судьбе. Постарайся принять это и тогда тебе станет легче.

– Значит, всё было бессмысленно изначально?

– У Бога нет ничего бессмысленного, но у него есть свои планы. Эту девушку он отдаёт другому далеко за моря. За него она очень скоро выйдет замуж и родит детей. Однажды, много лет спустя ты случайно встретишь её на той самой набережной, но не узнаешь и пройдёшь мимо. А она будет долго смотреть тебе вслед и вспоминать ту чудную ночь, неожиданный салют, твой ласковый взгляд. Так закончится ещё одна история любви. Ты можешь не соглашаться с Творцом, но пересилить его невозможно. Не удерживай уходящего.

Денис приложил ладонь к груди и сказал:

– Вот здесь – снежный шарик, он убивает меня.

Лили неторопливо поднялась, положила книгу на стол и подошла к Денису.

– Закрой глаза, – сказала она и опустила маленькую ладонь на его плечо, – я помогу.

Денис закрыл глаза, но тёмная пустота продолжалась недолго. Словно на экране монитора перед ним вдруг возникли размытые очертания какого-то предмета. Постепенно изображение стало более чётким, и Денис понял, что перед ним бесформенный кусок льда. Осколок медленно вращался в пустоте, сверкая гранями. С каждым оборотом он становился всё меньше и меньше и вдруг окончательно исчез. Денис почувствовал явное облегчение в груди.

– Вот и всё, – сказала Лили и убрала руку с его плеча. – Боль постепенно отпустит. Ты будешь жить долго, много работать. Будешь встречаться с другими женщинами, но никогда не забудешь ту ночь и тот берег, где тебя настигла любовь.

С той памятной встречи с домохозяйкой-ведуньей прошёл месяц. Денис с головой ушёл в работу, чтобы оставалось меньше времени на болезненные воспоминания и сожаления. Принцип «красной лампочки» действовал как хорошее бодрящее средство. В то утро телевизионные заботы привели его и журналистку Татьяну Кольцову в город Реховот. Денис припарковал машину рядом с большим десятиэтажным домом, потом выгрузил из машины съёмочную аппаратуру. Телегруппа поднялась на второй этаж. Хозяйка квартиры заранее открыла для них входную дверь, гости поздоровались и вошли в салон.

– Присаживайтесь, – предложила хозяйка, – хотите что-нибудь выпить?

Это была молодая стройная женщина не старше тридцати пяти лет. Короткая стрижка, волосы и глаза медового цвета и насыщенный загар с коричневым оттенком – словно она ежедневно и по многу часов находилась под Солнцем. Массивные серьги в форме морских ракушек свисали до плеч. Она была в классических джинсах и в лёгком полосатом свитере. Денис опустил видеокамеру на низкий журнальный столик и перед съёмкой огляделся. Слева – сервант заставленный посудой, фотографиями и всякими декоративными безделушками. Здесь же маленький телевизор и стереосистема. Справа – мягкая мебель с громоздким телевизионным креслом. Между салоном и кухней стоял большой холодильник. Жалюзи на окнах были открыты, и мягкий рассеянный свет заполнил всю квартиру, создавая благоприятное для съёмок пространство. Татьяна, не теряя времени, приступила к переговорам:

– Спасибо за приглашение, но мы начнём работать. Я читала ваше письмо седьмому каналу, но извините, не запомнила вашего имени.

– Рая, – представилась женщина.

– Очень приятно. Я – Таня, а это наш оператор Денис. В своём письме вы написали, что компания сотовой связи установила на крыше вашего дома большую антенну, которая является источником опасного для жильцов излучения. Вы сможете сказать на камеру то, что написали, а главное, объяснить, что вы хотите?

– Я хочу, чтобы эту антенну убрали с нашей крыши и готова повторить всё на камеру.

– Очень хорошо, – сказала Таня, – сейчас оператор выберет место, где вас лучше снять, и начнём.

Денис развернул кресло в сторону окна и усадил в него хозяйку. Перед ней установил штатив. Затем добавил немного света на глаза, включив слабый прибор, расположенный на корпусе его камеры. Под мягким светом Рая выглядела моложе и свежее без всяких морщин и синевы под глазами. Оставалось лишь прикрепить к её свитеру маленький переносной микрофон. Потом Денис поднял руку, давая понять, что запись началась. Рая говорила спокойно, уверенно и аргументировано, как человек, разбирающийся в том, о чём говорит. Она использовала статистику по увеличению числа онкозаболеваний из-за всяких вредоносных излучений. Хозяйка сообщила, что в их доме уже заболело пять человек. А главное, она не стеснялась в выражениях в адрес всех компаний сотовой связи. Когда Рая завершила свой монолог, Денис сказал Тане, что хочет подняться на крышу и заснять эту злополучную антенну. Рая вызвалась пойти с ним и показать ему выход на крышу. Пока лифт поднимал их на десятый этаж, Рая откровенно разглядывала оператора, потом спросила:

– На этом канале вы давно работаете?

– Со дня открытия. Уже десять лет, – ответил Денис.

Подвесная лестница вела к открытому люку. Денис легко поднялся по ней, нырнул в люк и оказался на крыше. Антенна сотовой связи выглядела как большая летающая тарелка, случайно приземлившаяся на крышу несчастного дома. Денис заснял её со всех сторон. Потом перешёл на детали – кабели, усилители, провода, контакты. Затем снял саму крышу и общую панораму города, открывшуюся с этой высокой точки. Денис давно понял, что журналистам во время монтажа необходим разнообразный видеоряд, чтобы было чем перекрывать их длинные тексты. Писать коротко и по существу умели не все. А Чехов на седьмом канале к сожалению не работал.

Закончив снимать, Денис вернулся к открытому люку. Рая ждала его внизу у лестницы. Когда лифт поехал вниз, она обратилась к нему:

– А вы можете оставить свои координаты, вдруг понадобится что-нибудь выяснить.

Денис молча достал из кармана визитку и отдал хозяйке. Потом попросил:

– Передайте, пожалуйста, Тане, что я буду её ждать внизу, в машине.

По дороге на студию Денис поинтересовался:

– Эти антенны действительно так опасны?

– Полной ясности до сих пор нет. Но в любом случае в своём комментарии я скажу, что эту антенну можно было установить где-нибудь на пустыре, а не в центре города на головах у людей.

Поздним вечером следующего дня Рая позвонила Денису. Разговор получился коротким и деловым – два одиночества быстро поняли друг друга, и как поётся в песне, «разожгли у дороги костёр». В ближайшую пятницу, освободившись от дел, Денис приехал в Реховот. Уже стемнело, и накрапывал дождь. Он припарковал машину на улице перед домом и поднялся на второй этаж в знакомую квартиру. Рая встретила его радушно, как старого друга. В салоне звучала приятная мелодия, на столе аппетитные сэндвичи и соки. Напольный торшер с оранжевым абажуром слабо освещал комнату.

– Садись, поешь, – сказала Рая.

– Спасибо, я не голоден, только выпью горячего кофе.

Рая ушла на кухню. На ней была лишь короткая мужская сорочка, едва прикрывавшая ягодицы. А красивые обнажённые ноги будто обещали – сегодня будет всё. Пока хозяйка возилась на кухне, Денис повернулся к экрану телевизора – там по-прежнему кто-то с кем-то спорил. Рая вернулась с двумя чашечками кофе и села в кресло напротив.

– Откуда у тебя такой глубокий загар? – спросил Денис.

– От глупости. Надоело быть одной, вот и взбрело в голову, что мулатка-шоколадка непременно кому-то понравится. А мы с тобой в каком-то смысле коллеги.

– Интересно. Что ты имеешь в виду?

– В Союзе я работала медсестрой, – объяснила Рая. – Как-то мой бывший муж научил меня фотографировать, и я поняла, что не смогу без этого жить. Уже здесь я окончила курс фотографии. А чем ты занимался в той жизни?

– Тем же, что и здесь – работал на телевидении, – коротко ответил Денис. Он вдруг понял, что не испытывает к этой милой и доброй женщине ничего, кроме банального желания секса с ней. Там, где ещё совсем недавно обитал снежный шарик, теперь зияла чёрная пустота. Денис не представлял, когда и чем сможет заполнить эту пустоту. Но сейчас ему хотелось поскорее завершить бессмысленную беседу и уйти из этой комнаты либо с ней в кровать, либо на улицу к машине.

Рая будто угадала его мысли и, положив чашечку на стол, сказала:

– Пойдём со мной, коллега.

Маленькая спальня освещалась тусклым неоновым светом аквариума, стоявшего недалеко от широкой кровати. Денис обратил внимание, что между водорослей неторопливо плавает полосатая рыбка, видимо, такая же одинокая, как и её хозяйка. Рая расстегнула сорочку и легла в постель. Денис лёг следом и прижался к ней всем телом. Потом поцеловал в губы. Она ответила долгим нежным поцелуем. Пенис прикоснулся к её бёдрам и сразу окреп. Когда он вошёл, Рая попросила срывающимся голосом:

– Говори, пожалуйста, что ты со мной делаешь, от таких слов я возбуждаюсь сильнее.

Но Денис не собирался ничего комментировать. Он молча входил в неё, стараясь лишь не очень наваливаться на высокую грудь, потом невольно повернул голову на свет от аквариума и в сине-зелёной мути увидел маленькую полосатую рыбку. Она уткнулась головой в стекло и, шевеля жабрами, внимательно уставилась на Дениса, словно пыталась понять, чем это там занимаются люди – самые разумные существа на этой планете. Вероятно, разбираются с серьёзной проблемой и потому столько стонов и криков. Люди ещё долго толкали друг друга и раскачивали кровать, но рыбка не успела ни о чём догадаться, потому что вдруг всё резко затряслось и затихло. Люди прекратили шуметь, успокоились и просто смотрели в потолок. Каждый думал о своём. Денис закрыл глаза, ему захотелось уснуть, забыться, но Рая тихо сказала, – в десять часов придёт мой сын со своей девушкой.

– А сколько ему?

– Уже пятнадцать.

– Значит, ты рано вышла замуж.

– Рано и неудачно.

Денис поднялся, не спеша надел джинсы и рубашку. Рая лежала, свернувшись калачиком, и утомлённым взглядом наблюдала за ним. Из открытого окна доносился шум редких автобусов.

– У нас есть ещё полчаса, – сказала она, – я хочу тебя сфотографировать.

– Для доски почёта? – пошутил Денис.

Рая улыбнулась.

– Просто мне нравятся мужчины с бородой и усами.

Она поднялась и, ничем не прикрываясь, вышла из спальни. Денис пошёл за ней. В соседней комнате располагалась импровизированная фото-студия – серый фон на всю стену, осветительные приборы, штативы, кубическая тумба для моделей. Здесь же находился большой принтер для печати фотографий. Денис послушно сел на тумбу под свет софитов. Он оказывался с женщинами в разных ситуациях, но впервые обнажённая красавица работала над его портретом. Рая стояла рядом и настраивала фотоаппарат. Потом подошла к Денису и заботливо поправила ему волосы. Воспользовавшись моментом, он обнял её за талию, прижался щекой к её животу, но в душе так ничего и не проснулось. Странный паралич сковал все чувства. Рая, будто уловив неладное, резко отстранилась.

– Ну, всё, хватит. Теперь я работаю, не мешай. Сядь чуть левее и посмотри в объектив.

Потом несколько раз сработал флеш. Рая быстро проверила отснятые кадры и спросила:

– Ты хочешь посмотреть?

– Нет, – ответил Денис. Он хотел уйти.

На улице всё ещё моросил дождь. Денис подошёл к машине, открыл дверь и сел за руль. Он знал, что никогда не вернётся сюда, к этой сексуальной женщине и к её любопытной рыбке. Прежняя тоска всей своей тяжестью придавила его. Здесь на этой пустынной и тёмной улице он вдруг ясно осознал, что потерял нечто важное и неповторимое в жизни. Всё, что происходило потом, лишь усиливало тоску. Теперь у него были другие адреса и телефоны, другие встречи и разговоры, другие глаза и губы, но в душе уже не было света и той единственной тропинки к счастью, которая даётся лишь раз или никогда. Денис смотрел сквозь лобовое стекло своего Форда на редких прохожих. Полумесяц завис над мрачными серыми домами. Было сыро и неуютно.

***

Он вспомнил прощальный взгляд Николь, вспомнил запах волос и долгий поцелуй, вспомнил события последних дней и последние слова.

Им нравилось кафе в парке Аяркон, где они часто встречались. Нравилось сидеть на открытой веранде недалеко от озера. Николь неизменно заказывала здесь любимый овощной салат с кусочками курицы в горчичном соусе. С крупными чертами лица и с фигурой полнее нормы Николь не была красавицей в обычном понимании этого слова. Но чёрные как смоль глаза и чёрные прямые волосы струйками спадающие на высокую грудь, и светящаяся белизной кожа придавали её внешности нечто цыганское, или что-то сказочное. Ярко-чёрное и ярко-белое, нелогично соединившись в ней, сотворили новую принцессу по имени Николь. А за улыбку и эти мягкие губы, умеющие так сладко целовать, Денис, не задумываясь, отдал бы жизнь.

– Когда же ты переедешь ко мне или мы так и будем скитаться по кафешкам? – спросил Денис, допивая свой кофе.

– Посуди сам, – ответила Николь, – мы сняли квартиру вместе с подружкой ещё до знакомства с тобой. Теперь я не могу оставить её одну. Как только закончится договор, я перееду к тебе.

Денис достал из кармана несколько разноцветных листов бумаги и положил их на стол.

– Что это? – спросила Николь.

– Билеты на двоих в круиз по Средиземному морю. Ты же говорила, что никогда не путешествовала на большом корабле.

– Когда отплытие?

– Через неделю из Хайфского порта, – ответил Денис и заметил беспокойство в её глазах, – что-то не так?

– Удивительно, эти совпадения меня постоянно преследуют, – обиженно сказала Николь. – Помнишь, я говорила тебе, что на Кипре живёт моя бабушка. Кроме неё у меня больше нет близких родственников. Вчера вечером позвонил её семейный врач и сказал, что у неё серьёзные проблемы с почками. Очень просил меня приехать как можно быстрее.

– Не вижу проблемы. После круиза сразу и поедешь, – сказал Денис.

Николь задумалась.

– До отплытия неделя, сам круиз две недели. А что если потом будет поздно? Я себе этого не прощу – она вырастила меня. Да и в банке мне не дадут столько дней отпуска.

– Если хочешь, я верну завтра билеты.

– Не знаю. Я всегда мечтала о круизе по морю. Когда ещё повторится такая возможность? Дай мне немного подумать. Вечером я сама позвоню этому доктору, попытаюсь узнать подробности.

– А как твоя бабушка оказалась на Кипре? – спросил Денис.

– О-о-о, это из серии «очевидное – невероятное», – ответила Николь. – Десять лет назад в Тель-Авиве, в обычном книжном магазине на улице Аленби она случайно познакомилась с мужчиной. А через две недели уже жила на вилле в Никосии в качестве официальной жены местного олигарха. Помнишь стишок – владелец заводов, газет, пароходов – это про него. Но уже два года как его не стало. Бабушка живёт одна. Ей всего-то шестьдесят пять лет. А ты закончил со съёмками на сегодня? – поменяла тему Николь.

– Нет, к сожалению. Сегодня утром опять обстреляли ракетами Сдерот. К семи вечера мы все едем туда. Теперь вечерние новости будут выходить прямо из Сдерота.

– Когда вернёшься, позвони обязательно. В любое время. Я буду ждать.

Они шли по песчаной тропинке между высокими пальмами к выходу из парка. Был яркий, солнечный день. Кругом резвились дети и дымились мангалы как символы праздника без конца. Денис и Николь остановились у большой автомобильной стоянки. Она резко повернулась к нему и спросила:

– Ты так ничего и не скажешь мне по поводу бабушки?

– Я думаю, пока мы пили кофе, ты уже приняла решение.

– Нет, я ещё не знаю, как мне быть, – сказала Николь. Потом улыбнулась и по-детски капризно продолжила, – ты же взрослый, опытный мужчина, объясни, как поступить правильно?

– Когда перед тобой выбор, слушай своё сердце – это Голос Бога, – ответил Денис.

Николь обняла его, поцеловала в губы. Потом быстрым шагом подошла к своему Рено, села за руль и, не оглядываясь, уехала со стоянки. Денис стоял и смотрел на деревья, за которыми скрылась ее голубая машина, затем пошёл к своей.

Через три дня он взял день отгула, чтобы проводить Николь в аэропорт Бен Гурион. Всю дорогу они почти не разговаривали. Настроение у обоих было не самым радужным. Бабушка лично говорила с Николь и просила приехать минимум на две недели. Кроме здоровья у неё накопились и другие проблемы. В аэропорту, перед посадкой в самолёт Николь сказала, что обратно её не нужно встречать и отпрашиваться для этого. Без багажа она легко доедет и сама. Денис ответил, что встретит её непременно. Потом он видел, как Николь шла по коридору в сторону контрольных приборов и служащих безопасности. А далее быстро затерялась в толпе пассажиров.

За чередой съёмок Денис не заметил, как пролетели десять дней. В то утро он спустился на подземную стоянку, чтобы заранее погрузить аппаратуру в свой Форд Коннект – через два часа предстояла поездка в Хайфу на съезд партии «Ликуд».

Зазвонил пелефон, Денис ответил. Знакомый охранник из службы безопасности канала сообщил, что в фойе, на первом этаже его ждёт девушка. Она пришла поговорить с Денисом. Закончив погрузку, Денис поднялся на лифте в фойе и сразу увидел молодую девушку студенческого возраста, одиноко сидевшую в сторонке в кресле за низким круглым столиком. Она была в голубых джинсах, в белой сорочке на выпуск и в белых кроссовках. Денис подошёл к ней, поздоровался и спросил:

– Вы хотели поговорить со мной?

– Вы Денис?

– Да.

– Меня зовут Равиталь. Мы вместе с Николь снимали квартиру в Ашкелоне. Она просила кое-что вам передать.

– Я слушаю, – сказал Денис и опустился в кресло напротив. В фойе кроме двух охранников у входа никого не было. В этот час все сотрудники находились на рабочих местах.

– Николь просила передать, чтобы вы не беспокоились и не искали её, потому что она не приедет.

– Не вернётся в Израиль? – удивился Денис.

– Не вернётся, – повторила девушка, – потому что она выходит замуж, и свадьба через неделю.

Денис нервно улыбнулся.

– Это похоже на розыгрыш. Такого не может быть.

– Я говорю серьёзно, она не вернётся, потому что выходит замуж. За какого-то семейного доктора, который ухаживает за её бабушкой. Я вчера говорила с ней по скайпу, Николь продиктовала письмо для вас. Я записала. – Равиталь достала из сумочки маленький листок бумаги и протянула его Денису. Он быстро прочитал.

Я поступаю так, как хочет моё сердце. Поэтому, надеюсь, что ты меня поймёшь, простишь, и не будешь держать обиду в душе. Я выхожу замуж и остаюсь на Кипре. Счастье обязательно найдёт и тебя, потому что ты хороший человек.

Денис бросил бумагу на стол, поднялся с кресла и подошёл к окну, засунув руки в карманы. По стеклу застучал первый дождь первого дня осени.

– Десять дней назад она отправилась навестить больную бабушку и вдруг выходит замуж. Вы верите в такие чудеса? – спокойно спросил Денис, глядя в окно.

– Верю, – твёрдо сказала Равиталь.

– Самое смешное это то, что я тоже верю, – признался Денис. Потом повернулся к девушке и продолжил, – А ведь нам кто-то обещал, что снаряд не попадает дважды в одну воронку. Оказывается, возможно всё.

– Я вас не понимаю, какой снаряд?

– Уже неважно. Извините меня. Я должен идти.

– Я тоже пойду. До свидания.

Девушка встала и пошла к выходу.

– Спасибо вам, – успел сказать Денис. Мысль о том, что Николь не вернётся, не укладывалась в голове. Теперь надо было как-то успокоиться и взять себя в руки, особенно перед поездкой на север. Но более всего в эту минуту ему захотелось остаться одному в тишине. Денис вышел в маленький зелёный сквер с фонтанчиком, примыкавшим к фойе, и оказался один на один со своими мыслями.

– Какой банальный финал, – подумал он тогда, глядя на струйки фонтана, – в каком-то индийском фильме он уже видел нечто подобное. Не зря говорят, что нет ничего нового под Луной. Где-то, когда-то и с кем-то уже случалось такое. Но почему так заныло сердце и нет сил куда-то ехать? Почему яркий солнечный день вдруг стал холодным и пасмурным вечером, словно кто-то всесильный в один миг поменял декорации на сцене и выключил свет?

Усилившийся стук дождя о лобовое стекло вернул Дениса в реальность, в этот мрачный город, на эту тёмную улицу.

А ведь всё очень просто – не хочешь боли, не пускай любовь в своё сердце. Те, кого мы полюбили, становятся незаменимыми. Случается, что они уходят, и тогда оставшуюся чёрную пустоту уже ни чем и ни кем не заполнить. Время не лечит – не надейся. Просто боль становится привычной. Вот и весь фокус.

В этот дождливый вечер Денис больше всего на свете хотел бы ещё раз увидеть её, ещё раз прикоснуться к её тёплой руке. Но Бог не повторяет дважды.

Пора поставить точку и успокоиться. Но как обмануть и уговорить это израненное сердце, познавшее сладкий яд. Оно знает – всё происходящее вокруг всего лишь пустое движение тел в пространстве. И только присутствие любви в этом мире придаёт какой-то смысл этому движению, как-то оправдывает эту вечную суету. Пересилив боль и раны, обиды и потери, сердце уже знает – на этом свете нет большего наслаждения, чем любить и быть любимым. Так было, так есть и так будет всегда, пока Бог не оставил нас одних в этой холодной вселенной среди враждебных звёзд.