Читать книгу "Черный Белый"

Вдохнув поглубже, я посмотрела направо, откуда как раз слышался тот самый голос. Его обладатель подошел вплотную к маме, которая даже не шелохнулась за все это время.

Говорившим оказался высокий парень с короткими светло-русыми волосами. Он тоже был молод, но, очевидно, старше первого и выглядел намного опаснее. Майка с коротким рукавом и джинсы были черными. Одна рука от плеча до запястья была полностью покрыта татуировками, небольшие тату виднелись на второй руке и шее. Контраст черного и светлого создавал впечатление, что сам ангел смерти предстал перед мамой. В руке у парня был пистолет, но держал он его дулом вниз. Хотя даже будь он без оружия, по его образу и манерам двигаться становилось предельно ясно, что этот парень очень опасен. Хладнокровие светилось в его глазах вместо зрачков.

Он посмотрел мне прямо в лицо. Это длилось пару секунд, прежде чем я потупила взгляд. Когда я снова посмотрела на него, то он уже склонился над мамой и вытащил ее пистолет из-за пояса.

Дэйтон шумно вздохнул, и я на секунду испугалась, что брат попытается что-то предпринять. Я не знала, что делать, но рваться в бой сломя голову точно не стоило. Сейчас я бы хотела раствориться с Дэйтоном в траве, чтобы никто нас не увидел.

– Откуда вы тут взялись? – спросил тот, кого я посчитала главарем, отдалившись от мамы на метр. Наш пистолет он держал в другой руке, так что теперь у него их было два.

– Издалека, – ответила мама спокойным голосом.

– А поточнее? – Он опустился на одно колено и теперь был с мамой на одном уровне. Это дало мне возможность рассмотреть его лицо. У него были небольшие и светлые улыбающиеся глаза. Чистая бледная кожа, чуть темнее коротких взъерошенных волос. Он ухмылялся в ожидании ответа.

– С севера, – добавила мать.

– Хм. – Парень наклонил голову набок, разглядывая ее. – С севера… – повторил он.

– Чего медлим? Мы и так задержались! Кончай их, и пошли! – произнес очень грубый мужской бас позади меня. Ни за что на свете не рискнула бы обернуться, потому что от этого голоса вся заледенела от страха.

– Вы идите в дом. – Главный кивнул кому-то позади меня, из чего я сделала вывод, что «грубый бас» там не один. – А мы с Ричем еще поболтаем с нашими гостями.

– Неужели хочешь позабавиться с этими красотками, не поделившись с нами? – спросил еще один голос сзади, который оказался не таким басовитым, но ядовитые слова заставили меня моментально возненавидеть его обладателя. Но больше всего я испугалась, что меня сейчас вырвет. Я услышала, как Дэйтон заскрипел зубами от ярости.

– Не беспокойся об этом! Вали в дом, – засмеялся главарь, переводя взгляд на кого-то прямо за моей спиной. Если такие вопросы заставляют его смеяться, то нам определенно не повезло.

К моему огромному облегчению, раздались удаляющиеся шаги и до слуха донеслись обрывки фраз, которые я уже не смогла разобрать. Но вскоре они заржали, отчего я вновь покрылась мурашками.

Молчаливый парень слева, Рич, переместился вперед, приставив автомат к своему плечу. И теперь он был в полной боевой готовности. Я боялась моргнуть, поскольку он направил тонкий ствол на нас с братом.

Когда шаги сзади стихли, главный перевел взгляд на Дэйтона и на меня. Он смотрел только в глаза – у этого психа явно все в порядке с самооценкой. Но на этот раз я не сдалась и выдержала его взгляд, чтобы не казаться такой слабой, какой была на самом деле.

Глаза у него оказались светло голубыми, и они будто мерцали. На лице не было ни одной эмоции, кроме постоянной ухмылки, которую я не смогла понять. Кажется, ему было весело или он игрался. Не могла сказать, что из этого лучше, потому что и то и другое пугало до одури.

– Итак, на чем мы остановились… – Он посмотрел себе под ноги и сдвинул брови к переносице, подняв руку с пистолетом к своему виску. – А! Точно! Мисс, вы говорили, что пришли из Сферы… И как же вы нашли этот дом?

Что он… Откуда он это узнал? Мои глаза сейчас, должно быть, стали размером с галактику: настолько меня ошеломила его догадка. Я не видела маминого лица, но оно, наверное, было похоже на мое.

– Не из Сферы… С севера. Так я сказала, – заикаясь, сказала мама.

– Да. Точно, – улыбнулся главный и покачал пистолетом в ее сторону, будто соглашаясь. – Я просто подумал, что вы перепутали, – он произнес это монотонно, низко, уже без улыбки, – и решил помочь вспомнить.

Новое выражение лица этого ублюдка напугало меня больше, чем мутант, который залез в наш дом. И я знала, что означал новый взгляд, – он начал злиться. Мы бесили его.

Все молчали, когда главный встал и резко направил пистолет маме в голову. Мы с Дэйтоном встрепенулись, но парень слева цокнул языком, и мы снова замерли. Предательские слезинки покатились по щеке, а я их даже вытереть не могла.

– Как вы нашли этот дом? – спросил главарь сухо и безэмоционально: без игры и смеха, жестко и требовательно. Ему не нужно было добавлять, что если он не получит ответ на свой вопрос, то пустит пулю маме в лоб.

– Это наш дом! – дрожащим голосом ответила мама.

– Боюсь, мне нужны подробности, мисс. Если вы еще не заметили, вам лучше отвечать на мои вопросы, – бросил он, не меняя выражения лица.

Мама вздохнула и опустила голову.

– Мы с мужем купили этот дом двадцать два года назад.

– Где муж? – Главный наклонил голову и прищурился.

– Умер.

– Кто вы друг другу? – продолжил он, указав пистолетом на нас с братом.

– Это мои дети.

Брови парня поднялись, пока он осмотрел нас троих по очереди. Затем на секунду взглянул на Рича, который, кажется, вообще не вникал в разговор.

– Сходство нулевое, но вы, наверное, и сами знаете, – отметил главарь, вернув маску равнодушия.

– Что тебе надо? – прохрипела мама.

Он снова улыбнулся, хоть и фальшиво.

– Как вас зовут, мисс?

Пока мама молчала, он устало вздохнул и продолжил:

– Отвечайте на мои вопросы. От этого зависят жизни ваших детей.

И этим он сломал маму: ее плечи поникли, она села на ноги и опустила голову еще ниже. Мы были ее слабым местом, и больной ублюдок только что узнал это.

– Норин Ройс.

– Норин… прекрасное имя! Как зовут детей?

– Алексия и Дэйтон, – тихо произнесла она.

Главный, кажется, смягчился и теперь улыбнулся широко и практически нормально.

– Зачем пришли сюда из Сферы? – продолжил он.

Прежде чем мама смогла ответить, он добавил:

– Людей из Сферы видно сразу, Норин. Не играйте со мной. Повторю: от этого зависят жизни Дэйтона и Алексии. – Он повторил по слогам наши имена, глядя сначала на брата, потом на меня.

– Нам надоело. Мы устали от такой жизни и ушли! – выдал брат настолько неожиданно, что я вздрогнула.

– О! – Похоже, главного это заинтриговало. Он встал и подошел к нам.

Все это время Рич вообще не шевелился, но теперь отошел к маме и наставил автомат на нее. Если это была какая-то стратегическая схема, то она отлажена до идеала. В любой другой ситуации Дэйтон наверняка невероятно заинтересовался бы этим.

– Дэйтон, да? – Главарь присел напротив нас. – Может быть, с тобой разговор сложится лучше? – улыбнулся он, переводя взгляд на меня. – Или с твоей сестрой?

– Тронешь ее, и я убью тебя! – Дэйтон действительно сказал это вслух, но парень даже не моргнул.

– Похвальное геройство, но ты, мальчик из Сферы, ни черта не знаешь о настоящей жизни.

– Что тебе надо? – громко спросил Дэйтон, не обращая внимание на его слова.

– Ответы на мои вопросы, – беспечно выдохнул этот кретин, пожав плечами и округлив глаза так, будто озвучил самую очевидную вещь в мире. – Только и всего…

– Потом ты нас отпустишь? – спросила я дрожащим голосом, после чего у меня непроизвольно вырвался всхлип.

Парень посмотрел на меня и нахмурился. Либо я сошла с ума, либо его действительно расстроили мои слезы. Лицо стало напряженным и, кажется, самым искренним с момента взятия нас в заложники. Но оно сразу же разгладилось и вернулось к прежней маске безразличия.

– Не отпущу, малышка. Но пока вам нужно просто объяснить, какого хрена вы сюда пришли и что хотите здесь найти.

– Это единственное место, которое мы знали кроме Сферы, – ответил Дэйтон. – Мы дошли до нашего дома, нашли еду и одежду и решили остаться здесь… Чтобы жить!

– С этим понятно. А куда сейчас направлялись? Вы не отходили от дома дальше чем на десять метров в течение двух дней, а сегодня вдруг куда-то помчались… Куда?

– На вылазку.

– Куда? Конкретнее.

– В Чарльтон, – проскулила я, потому что мне не хотелось, чтобы он повышал голос на брата.

– Спасибо, малышка Алексия! Видимо, беседа сложится эффективнее, если я буду говорить с тобой. – И он передвинулся ближе ко мне на шаг, вызвав тем самым грозное рычание Дэйтона.

– Сколько вы здесь находитесь? – спросил меня главный, наклонив голову ниже, чтобы поймать мой взгляд.

– Почти месяц… – заикаясь, ответила я.

– Машину в лес отогнали, стало быть, чтобы сбежать в опасный момент?

Не знаю, почему меня это удивило, ведь было очевидно, что они серьезно подготовленные следопыты. Конечно же, они обо всем знали, все проверили и обошли.

Как ни странно, чем безысходнее становилось наше положение, тем равнодушнее я себя ощущала. Откуда-то я точно знала, что они нас убьют, так что терять уже было нечего.

– Что ты с нами сделаешь? – спросила я, набравшись смелости.

Парень изучал меня, потирая подбородок дулом пистолета. Глаза переливались такой холодной синевой, что казалось странным, как все деревья вокруг не заледенели. Я не сдавалась и не разрывала зрительный контакт, но парень ничего не говорил.

– Ты нас убьешь? – снова попыталась я.

Он не моргнул, не ответил и не отвел глаз.

Моя уверенность начала испаряться, как только я вспомнила слова одного из чужаков. Все теперь встало на свои места: почему мы еще живы, почему он не отвечал на вопросы. Он решил оставить нас в живых, чтобы поиздеваться надо мной и над мамой… «позабавиться», как сказал тот, другой.

Вся моя смелость бесследно улетучилась, а на ее место пришло отчаяние. Чувство собственной беспомощности разрывало изнутри. Сложно представить, что сейчас испытывал Дэйтон, если его посетили те же мысли. Он скорее умрет, чем даст нас в обиду.

– Ты… – Несмотря на дрожащий голос, я пыталась задать вопрос. – Ты собираешься… – Я даже договорить не смогла, когда парень отчего-то напрягся, а лицо его приобрело озабоченный вид. – Ты хочешь… что-то сделать… со мной?

Слезы покатились по щекам, но мне было все равно. Пусть я выглядела беспомощной и слабой, но страшнее изнасилования ничего не могла представить. Уж лучше умереть!

Парень удивленно поднял бровь, но сразу нахмурился: его что-то взбесило, и он не стал скрывать это. Покачав головой, он спросил:

– Думаешь, я собираюсь насиловать тебя?

Дэйтон наклонился вперед, но парень резко наставил пистолет ему прямо в грудь, и брат замер.

– Ты хороший брат, Дэйтон, – сухо сказал главарь. – Но не переборщи. Как бы беды не вышло…

Дэйтон медленно вернулся в прежнее положение, но было ясно, что его разрывает от ярости.

– Малышка Алексия, – этот урод обратился ко мне, – я не насильник.

Кажется, меня слишком рано накрыло осязаемой волной облегчения, но я хотела верить в эти слова. Они, как спасающие нити, протянулись ко мне… и, вероятно, к Дэйтону тоже.

– Я не говорю, что не хочу тебя, – улыбнулся главный, а брат снова вскипел, на что парень не обратил никакого внимания, да и его пистолет все еще был направлен на Дэйтона. – Ты красивая, Алексия, но такие вещи я не беру без разрешения. Я подожду, когда ты сама меня попросишь.

От страха уже не осталось и следа, на смену ему пришло злостное возмущение.

– Пошел ты, урод! Я никогда…

Не успела я закончить свою гневную тираду, как говнюк искренне рассмеялся, а Дэйтон схватил меня за руку. Видимо, боялся, что наброшусь на него и выцарапаю глаза, и испугался, что я действительно это сделаю. Я задыхалась от возмущения, но это состояние было лучше беспросветного ужаса, который окружал меня последние двадцать минут. Будь моя воля, я бы собственноручно придушила ублюдка!

Все это время ни мама, ни Рич не двигались. У мамы только тряслись руки, а вот стрелок точно превратился в статую, не меняя позы.

Главарь поднялся, все еще посмеиваясь, отряхнул колено, заправил оба пистолета под майку и сказал:

– Встаешь сначала ты, Алексия. Я свяжу тебе руки. Потом Дэйтон, следом Норин. Рич, держи всех на мушке. Если что учудят, убей мамочку.

– Окей, – ответил Рич, голос которого оказался тихим, спокойным и совсем не соответствовал образу профессионального убийцы.

Предводитель шайки обошел меня со спины, пока я вставала на онемевших ногах. Подонок взял мои руки, не резко и не грубо, сложил их вместе, обмотал веревкой и крепко затянул, но ничего болезненного я не почувствовала.

– Вот и умница! Можешь ведь слушаться, когда хочешь, – прошептал он мне на ухо, пустив волну отвращения. Его дыхание пахло сигаретами и мятными конфетами. Я дернулась и разозлилась еще сильнее, а он лишь тихонько посмеялся и отошел к Дэйтону.

Парень поочередно связал руки брату и маме, которая наконец повернулась к нам лицом с блестящими следами от слез. Рич все это время держал нас на мушке, и я была уверена, что он сосредоточен на все сто процентов: любой промах с нашей стороны – и он не задумываясь всадит в каждого по пуле.

– Идем к нашему дому, – сказал главарь, встав перед нами и вытащив оба пистолета. – Парень идет первым, затем крутая мамочка, потом малышка. Рич! Ты держись слева, подальше от парня, и не спускай с него автомат. И запомните: за Алексией иду я и держу ее под прицелом. Если кто-то из вас совершит хоть намек на побег или любое другое непонятное действие, малышка получит пулю в голову. А дальше – в порядке очереди. Всем понятно? Тогда двинули! – закончил он, и Дэйтон первым зашагал к дому.

Рич сразу перестроился левее стал держаться от него в нескольких метрах. Он поочередно поглядывал то на дорогу впереди, то на брата. Следом шла мама.

– Твоя очередь, – раздался шепот прямо у моего уха, обдав мятным дыханием.

Я вздрогнула от неожиданности. Даже не услышала, как этот кретин подошел настолько близко, что чувствовала спиной тепло от его груди, хотя он не касался меня. Подавив отвратительную дрожь в теле, я пошла в сторону дома.

Его шаги присоединились к моим спустя несколько секунд. Звук щелкнувшего предохранителя также не заставил себя долго ждать, и не нужно было оборачиваться, чтобы понять: дуло оружия направлено мне в голову. Я шагала, смотря в мамину спину и удивляясь, насколько лес выглядел сейчас по-другому, чем полчаса назад. Сейчас мне казалось, что каждое дерево, листик и даже травинка заодно с этими головорезами.

– Ну, с моим другом и первоклассным стрелком Ричем ты уже знакома, – негромко произнес парень, шурша ногами по траве, и добавил: – Меня зовут Джейс.

Глава 6

Пока молча возвращались в «уже не наш» дом, я не могла взять в толк, почему мы до сих пор живы. Рич все еще держал на прицеле Дэйтона, но того, казалось, это мало беспокоило. Брат не обращал на стрелка внимания и иногда посматривал на нас. Уверена, в его голове вертелся миллион мыслей по нашему спасению, как, наверное, и у мамы, которая двигалась спокойно, изредка оглядываясь на меня.

Спустя какое-то время я все же набралась смелости и решилась обернуться, чтобы посмотреть на нашего захватчика. Прямой походкой парень шел в метре от меня с опущенным оружием. Но не стоило обнадеживаться: он все равно пристрелит меня при необходимости. Переведя взгляд с рук на лицо, я встретилась с испепеляющими глазами, которые пристально изучали меня. Уголок его рта дернулся в усмешке, а голова по-детски наклонилась набок.

– Хочешь что-то сказать, принцесса? – спросил он прежде, чем я молниеносно отвернулась и уже в который раз жалела, что решила проверить его.

Что он, что Рич пугали меня, но неистового ужаса я не испытывала. Они были опасны, без сомнения, но что-то давало ничтожную надежду на то, что человечность в них еще оставалась. Но чем ближе мы подходили к домику, тем больше я понимала, кто меня в действительности ввергает в ужас. Это те двое, которые уже ждали нас в доме. Их фразы и смех не оставляли сомнений, что они были намного хуже главаря и стрелка. И как бы глупо и смешно это ни прозвучало, но я не хотела, чтобы Джейс оставил нас с «грубым» и «ядовитым» наедине.

Я все еще не понимала, какие у него планы на нас, но раз сразу не убил и не собирался использовать в своих отвратительных целях, то что планировал делать? Зачем мы ему? Эти вопросы слишком жестоко играли с моим воображением, ведь кроме перечисленных вариантов была еще куча жутких вещей, которые человек мог сделать с другим человеком. Вспоминались мамины рассказы о каннибализме, «живых приманках» для мутантов и о рабстве, хоть правительство Сферы и утверждало, что в новом мире его нет. Все эти догадки будто пинали меня в живот с огромной силой, но я почему-то не падала, а продолжала идти вслед за мамой.

Неизвестность пугала намного больше, чем какой-то конкретный вариант. Если подумать, то Джейс не обещал, что оставит нас в живых. Сказал, что домогаться не будет… без разрешения – долбаный психопат! – но про сохранение наших жизней он не проронил ни слова. Поэтому сколько нам осталось жить, возможно, было лишь вопросом времени.

Когда мы дошли до домика, для нас стало сюрпризом, что чужаки знали про хитрый замок Дэйтона, потому что обе двери были на месте в целости и сохранности – только задняя открыта.

– Откуда вы узнали про дверь? – не сдержалась я.

– Давай договоримся, малышка? Сначала я задаю все свои вопросы, а потом, возможно, ты, окей? У нас не демократия, – донесся до меня голос Джейса, который закрыл дверь, когда мы все прошли к лестнице.

Еще бы знать, что такое демократия… Но я кивнула, уверенная, что он наблюдал за мной.

– Какого хрена, Джейс? – донеслось из гостиной с «больше не нашего» дивана.

Это был «ядовитый» голос, и теперь я видела его обладателя. Худой мужчина с длинными русыми волосами, собранными в низкий хвост. Серая свободная майка, спортивные черные брюки и черные кроссовки – вроде ничего особенного, но татуировки и лицо делали из него настоящего бандита. Лицо было очень сухим, с резкими чертами. Один глаз был почти черным, а другой – мутным, покрытым бельмом. Похоже, он им ничего не видел. Через этот глаз от линии роста волос и до подбородка тянулся узкий темный шрам. Джейс и Рич выглядели опасно и внушительно, но все-таки молодо и, можно сказать, обладали достаточно привлекательной внешностью. На их фоне «ядовитый» смотрелся просто ужасающе: белый глаз сразу напомнил мне мутанта, а выражение его лица намекнуло на стопроцентную тягу к убийству меня, моей семьи и всех людей в этом мире. Столько злобы и ненависти было в его взгляде, хотя он вел себя абсолютно равнодушно, поглощая еду из контейнера.

– Зачем ты притащил их обратно?

– Они пока побудут с нами, – ответил Джейс. – Где Бун?

– В лесу гадит. Сейчас вернется. – Кажется, тема нашего пребывания недолго интересовала «ядовитого», либо он не смел перечить Джейсу, что было маловероятно, учитывая его возраст и внешность.

– Миленько! – заключил «главный». – Много ли еды нам оставила эта чудная семейка из Сферы, Гай?

Рич встал на первых ступенях лестницы с автоматом, кружащим над Дэйтоном и мамой. Я была ближе всех к передней двери, но со мной почти вплотную находился Джейс. Я старалась запомнить, что «ядовитого» звали Гай, а «грубого» – Бун.

– Сколько они здесь жили? – спросил Гай.

– Сказали, что месяц.

– Ну, тогда они были экономными. Хотя в следующий раз придется привезти новый запас. Они все-таки сумели потратить запас нашей трехнедельной провизии.

Я услышала тихий смех рядом и невольно напряглась. Меня тревожило, что Джейс был настолько близко, и я не знала, куда конкретно он смотрел.

– Да вы просто маленькие паразиты, – прошептал парень рядом с моей щекой, отчего меня пронзило судорогой.

– Убьем их и сожрем вместо всей недостающей еды? – сухо спросил Гай, а мой желудок скрутило.

– О-о, не стоит пугать наших гостей своим изысканным чувством юмора, – ответил Джейс, встав в проеме между гостиной и коридором. – Простите моего брата. Он очень любит пошутить над незнакомыми людьми, – добавил он, прислонившись к стенке.

– Какого черта, Джейс? Почему они еще живы? – воскликнул грубый бас со стороны задней двери.

Теперь я увидела последнего – это, стало быть, Бун. И он полностью соответствовал своему голосу: высокий, широкий, страшный и очень злой. Он был не толстым, а просто очень большим, с почти черными вьющимися волосами ниже ушей, в черной футболке с каким-то готическим рисунком, потертых джинсах и высоких ботинках. Бородатое лицо не выражало ничего, кроме искреннего негодования и гнева. Брови так сильно сдвинулись к переносице, что глаз вообще не разглядеть.

– Я решил пока оставить их себе, – спокойно объяснил Джейс.

– Друг, мы же договорились, что больше не занимаемся этим дерьмом?!

Я могла только гадать, о чем они говорили, но воображение усугубляло любой вариант, даже самый милосердный.

– Бун, делай свое дело! – Видимо, Джейсу надоело оправдываться: он не улыбался, говорил серьезно и властно.

Гай на секунду стрельнул глазами в Джейса, прежде чем вернуться к трапезе. Если они братья, то Гай, конечно, старший, но тем не менее лидером был Джейс, это точно!

Бун фыркнул и вышел на улицу, хлопнув задней дверью. Мы втроем вздрогнули, но Рич даже не моргнул, отчего я подумала, что он робот.

– В целях безопасности – нашей и вашей – мне придется запереть вас в бывшей ванной комнате. Надеюсь, вам там будет комфортно, – проговорил Джейс, не пытаясь скрыть сарказма в голосе.

Поначалу я подумала, что это они вынесли все из дома, поэтому знают, где раньше была ванная комната! И только после на меня нахлынула паника в связи с нахождением в замкнутом темном пространстве. Раньше клаустрофобии я за собой не замечала, но сейчас ванная комната казалась мне хуже ада.

– Надеюсь, с этим не возникнет проблем. Позже мы еще побеседуем. А пока нам надо отдохнуть, – закончил Джейс, проходя вдоль лестницы.

Он остановился около двери в ванную и, хлопнув в ладоши, развернулся на пятках. Как «истинный джентльмен», парень открыл дверь и согнулся в поклоне, приглашая шагнуть в кромешную тьму.

– Прошу, леди и джентльмен! Это ваши покои на ближайшее время, – широко улыбнулся он в своей высокомерной манере.

Мама зашла первой, когда Джейс развязал ей руки. За ней последовала я, и, когда Дэйтон переступал за мной через порог, Джейс резко схватил его за руку. Они впились друг в друга глазами, и Джейс больше не улыбался. Если бы они могли сверлить взглядами, то у каждого уже было бы по сквозному отверстию во лбу. Но ни один не уступал другому.

– Пока что ты напрягаешь меня больше всех. Вероятно, представляешь, как спасаешь мать и сестру, как убиваешь меня и вы живете долго и счастливо… Но тебе лучше не пробовать воплотить это в реальность, приятель. Я без колебаний пристрелю любого из вас. – Затем он перевел взгляд на меня и, не отрывая его, продолжил: – Чтобы ты ни учудил, первой умрет твоя сестра!

Пока в мое тело будто заливалось расплавленное железо, он отпустил руку Дэйтона, снова улыбнулся и захлопнул за братом дверь, напоследок дружелюбно помахав рукой.

Наступила полная темнота.

* * *

Мы сидели на полу уже… не знаю сколько. Часы остались в сумке, которую у нас забрали, хотя в такой темноте и циферблата не увидеть. По ощущениям прошло, возможно, минут сорок или час. А может, всего минут пять. Сложно сказать, сидя в кромешной тьме.

Все это время мы говорили очень тихо, чтобы с другой стороны двери было не слышно. Когда дверь закрылась, мама первым делом сказала, что ни в коем случае нельзя упоминать про ограбление больницы. Чужакам незачем знать, что в Сфере нас объявили преступниками.

Дэйтон, конечно же, на ощупь исследовал всю комнату, пытался открыть дверь, облазил все углы и стены в поисках чего-то полезного, но безуспешно.

Выдвинув все предположения и мысли, мы так и не пришли к какому-то одному более подходящему – ответ знал только Джейс. И мало того что мы сидели в неимоверно маленькой комнатке, касаясь друг друга коленями и руками, в полной темноте, так здесь еще стало настолько жарко, что вся моя одежда насквозь промокла от пота, а Дэйтон снял футболку. Но и это была не главная моя беда – я ужасно хотела в туалет. И даже не знала, что лучше: обоссаться в штаны; сделать это в углу, заранее попросив прощения у семьи, или постучать в дверь и попроситься на улицу. Все три варианта были настолько жалкими, что я прокляла физиологические механизмы человека.

– Кто-нибудь может сказать, сколько мы здесь сидим? – спросил Дэйтон.

– Думаю, часа два, – ответила мама. – Сложно сказать. Да еще и ни одного звука не слышно. Звукоизоляция на высшем уровне, черт бы ее побрал! – Мама топнула по полу, и звук эхом разнесся по маленькой комнатке.

– Что они там делают? – спросила я.

– Может, решают, продать нас или сожрать? – предположил Дэйтон.

– Рада, что в стрессовых ситуациях ты сохраняешь чувство юмора.

– Мы не в стрессовой ситуации, мам! Мы в полной заднице! В настоящем дерьме! – Брат, похоже, был на пределе.

Я нащупала его руку в темноте и сжала ее. Дэйтон нервничал больше нас, потому что он мужчина и, по его мнению, обязан защищать меня и маму. А сейчас чувствовал себя совсем бесполезным, и это бесило его больше всего. Скорее всего, брата еще мучила мысль об изнасиловании, ведь меня она тоже не покинула, но я всеми силами держалась за сказанные Джейсом слова: «Я не насильник!» Я жадно пыталась поверить в это, иначе снова разревелась бы, а слезы тут точно не помогут.

– Дети, – прошептала мама, – вы должны кое-что пообещать мне. Если появится хоть малейшая возможность убежать, то вы без сомнений воспользуетесь ей. Если встанет выбор между мной и вами, вы должны выбрать ваши жизни и бежать вместе.

– Нет! – отрезал Дэйтон.

– Сынок, вы долж…

– Я сказал НЕТ! – взорвался он. – Даже слушать не хочу эту чушь!

– Дэйтон! – Мамин голос звучал очень мягко, но он не действовал на него, как раньше.

Я чувствовала, как брат дергался от гнева, его рука непроизвольно сжимала мою, но я не отпускала.

– Мам, что бы ни случилось, мы сделаем это вместе! Вместе пройдем все! Давай без геройства и жертвенности. Не собираюсь больше слушать этот бред.

Мама сдалась и не стала продолжать разговор. Я ощутила, как в темноте ее теплая рука нашла мою голень и легонько сжала ее, безмолвно умоляя, чтобы я поступила так, как она сказала. Спасла себя и Дэйтона.

А я все не могла понять, почему мое сердце еще не разорвалось от душевной боли.

* * *

Три недели назад

– Итак, господа. Может, на этот раз вы меня порадуете? – спросил президент в бордовом кабинете, где, кроме приглушенной лампы, больше ничего не горело.

– Господин президент, отнюдь нет, – судорожно сглотнул мистер Уокер. – У нас нет вестей о местоположении семьи Ройс.

– Мистер Паркер? Что скажете вы?

– Ну, мы продолжаем патрулирование, сэр, – ответил полковник.

– То есть за неделю, которая прошла с последней встречи, вы не продвинулись ни на дюйм? – спросил президент, сложив руки палец к пальцу.

На несколько секунд воцарилось неловкое молчание. Мистер Уокер, поджав губы, пытался найти хоть один аргумент в свою пользу, а полковник нервно теребил ниточку на манжете. Президент же буравил обоих взглядом, не скрывая презрения.

– Мы с-сообщили всем общинам о наших поисках, дали наводки, сэр, – заикаясь, произнес безопасник.

– О, и какую реакцию получили, господа? – не без иронии спросил президент.

– Фрилленгтон, Лестон, Нью-Йорк, Гроджтаун и Четвертый центр согласились посодействовать в поимке преступников, если те наведаются к ним, – оживился мистер Уокер. – Глондар, как и ожидалось, согласился на сотрудничество только с условием выгодного обмена.

– Гроджтаун безвозмездно согласился помочь? – несказанно удивился президент.

– Да, господин президент! Доверенный помощник Блэка сказал, что они сделают все возможное.

– Хм. Времена меняются, как говорится, и это хорошо, – пробормотал себе под нос президент.

Настоящее время

– Сэр, прошел месяц с побега семьи Ройс, – сказал полковник, облокотившись на отполированный темный стол.

– И что? – сухо спросил президент, перебирая важные бумаги.

– Может, нам стоит прекратить поиски? Мы уже потратили огромные запасы провизии и военных ресурсов за это время. Постоянное патрулирование такой огромной территории – дело недешевое! Да и восьмерых людей потеряли, когда наткнулись на гнездо мутантов.

– Мистер Паркер, вы знаете, что сейчас происходит в Сфере? – спросил президент, не отрываясь от чтения документов.

– Никак нет, сэр!

– Правильно, ведь вы заведуете именно внешней территорией, а вот мистер Уокер отлично осведомлен о внутренних делах. Советую расспросить его подробно, когда он вернется из Глондара. А пока скажу лишь то, что в Сфере не все в порядке: люди умнеют, сопротивляются, пытаются что-то изменить – что абсолютно нам не интересно.

– И это все из-за Ройс, сэр? – удивился полковник.

– Конечно же, нет, мистер Паркер! Предпосылки были уже давно, но ограбление больницы, а впоследствии и удачный побег стали, так сказать, некой отправной точкой. Наше стадо увидело в этом стимул для революции.

– И публичная казнь семейки Ройс утихомирит толпу?

– Не полностью и не сразу, полковник, но прежде чем переходить к силовым действиям, людям надо показать, что ничто не остается безнаказанным. Если они хотят воевать – пожалуйста, пусть воюют, но четко понимая, что их ждет впереди. Алексия Ройс украла собственность Сферы – за это она умрет. Ее семья поспособствовала в краже и побеге – за это они все умрут.

– Сэр, но что, если они уже умерли во внешнем мире?

– Тогда это немного отягощает наше положение, ведь народ не поверит, пока не увидит мертвые тела. Но интуиция и кое-какие сведения подсказывают мне, что они не более мертвы, чем вы, полковник.

– Извините за нескромный вопрос, сэр, но какие сведения?

– Если вы изучали дело Норин Ройс, то знаете, что до прихода в Сферу она с мужем и грудным ребенком выживала два года в смертельных условиях среди мутантов. И пусть тогда зомби были не такими развитыми, как сейчас, это все равно не меняет дела – Ройсы умеют выживать в диком мире.

– Понял, сэр. Мы продолжим поиски с удвоенной силой! – вскочил полковник, отдавая честь.

– В этом уже нет надобности. Так мы их не найдем. – Президент даже не взглянул на взволнованного полковника. – Подготовьте шпиона. Рано или поздно Ройсы всплывут в какой-нибудь общине.

– Есть, сэр.

– Идите. Не забудьте ввести в курс дела мистера Уокера, когда он вернется. Кстати, сколько людей он повез в Глондар на этот раз?