Текст книги "Склад = The Warehouse"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sklad-the-warehouse-189356.jpg)
Автор книги: Роб Харт
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Может быть, «Клен» и «Дуб» поблизости друг от друга?
Эта мысль ему понравилась. Он хотел сказать, что она неожиданна, но это было не так. Эта мысль вошла в автобус вместе с ним и сидела рядом с ними до настоящего момента. Все должно было измениться. Новая работа и новое место проживания – все сразу. Сейсмический сдвиг в ландшафте его жизни. Он обнаружил, что не может дождаться прибытия на место и в то же время надеется, что автобус развернется и поедет в обратную сторону.
Он говорил себе, что останется здесь ненадолго. Что это лишь временно, но прежде он так же думал и о тюрьме. Только на этот раз надолго он точно не останется.
Автобус подъехал к ближайшему зданию, большой коробке с зияющей пастью, в которую уходила дорога. Внутри она разбегалась на десятки разветвлений. Почти все они были заняты тягачами с прицепами, выполнявшими медленные перемещения, напоминающие танец, под металлическим сканером, нависавшим над ними. Пакстон не видел выезжавших отсюда грузовиков. Вероятно, для этого предназначалась другая дорога.
Автобус повернул направо в особое ответвление, где не было грузовиков, быстро оставил тягачи позади и остановился на площадке среди таких же автобусов. Женщина, прежде делавшая объявления, встала и сказала:
– При выходе из автобуса получите наручные часы. Раздача займет несколько минут, так что сидящие в задней части автобуса не беспокойтесь. Все скоро выйдете. Спасибо, и добро пожаловать в Материнское Облако!
Сидевшие в автобусе встали и стали снимать с полок свои вещи. Цинния продолжала сидеть, глядя в окно на другие автобусы, на крышах которых черные солнечные панели поблескивали в свете фонарей.
Пакстон подумал, не пригласить ли ее выпить. Как было бы хорошо вместе познакомиться с кем-нибудь еще. Но Цинния была красива, может быть, слишком красива для него, и он не хотел омрачать первый день здесь ее отказом. Он встал, достал сумку и посторонился, пропуская ее к выходу.
У автобуса стоял высокий мужчина с седыми волосами, собранными в аккуратный конский хвост, в белой рубашке поло, а рядом с ним высокая чернокожая женщина с пурпурной косынкой на голове и с коробкой в руке. Мужчина задавал вопросы, прикасался к экрану планшета, потом тянулся к коробке и что-то давал каждому выходившему из автобуса. Дошла очередь и до Пакстона. Мужчина спросил его фамилию, сверился с компьютером и дал ему наручные часы.
Пакстон, выйдя из толпы, стал их рассматривать. Ремешок был темный, темно-серый, почти черный, с магнитной застежкой. На внутренней стороне ремешка располагалось несколько металлических дисков. Он положил часы на запястье и застегнул ремешок. Экран засветился, и на нем появилось сообщение:
«Привет, Пакстон! Приложи, пожалуйста, большой палец к экрану».
Сообщение сменилось изображением отпечатка пальца. Пакстон приложил подушечку пальца к экрану, и после короткой паузы часы издали звук, похожий на жужжание.
«Спасибо».
Затем:
«Воспользуйся этими часами, чтобы найти свою комнату».
Затем:
«Тебя распределили в „Дуб”».
Он встал в очередь, выстроившуюся к нескольким металлоискателям, возле которых были видны сотрудники в голубых рубашках поло и в голубых резиновых перчатках. Приехавшие один за другим ставили багаж на ленту сканера, а сами, подняв руки, проходили через металлоискатель, позволяя устройству обследовать себя со всех сторон. Сотрудник в синем спрашивал:
– Оружия нет?
Прошедшие через металлоискатель забирали свои вещи с конвейерной ленты.
За сканерами находилась платформа, по краю которой располагались турникеты и в некотором отдалении от которой стояло несколько грузовиков. Каждый турникет был оборудован круглым черным диском небольшого размера, с краем, светившимся белым. Люди проводили часами перед диском, и свечение делалось зеленым, при этом устройство издавало приятный звук «динь», как бы говоря:
«Все будет хорошо».
Пакстон вышел на платформу, нашел Циннию и стал рядом с ней, глядя, как она возится с часами, крутя их в тонких пальцах.
– Не привыкли к часам? – спросил он.
– Гм? – Она подняла взгляд от часов и покосилась на него, как бы забыв, кто он такой.
– Простите. Просто мысли вслух. Похоже, вам не нравится их носить.
Цинния вытянула руку:
– Легкие. Почти ничего не весят.
– Это хорошо, правда же? Если придется носить их весь день.
Она кивнула, и в это время к платформе подошел трамвайный вагон, имевший форму пули. Он двигался тихо на магнитных рельсах и остановился так же беззвучно, как сухой лист, упавший на землю. Стоявшие на платформе стали входить, и вагон оказался забит людьми. В нем были желтые поручни, чтобы держаться, и вдоль стен несколько откидных сидений для пожилых и людей с ограниченными возможностями, но они находились в вертикальном состоянии, и их никто не занял.
В давке толпа унесла Циннию от Пакстона, так что, когда двери закрылись, они оказались в разных концах вагона, плотно заполненного людьми. Со всех сторон к нему прижимались тела, пахло потом, кремом после бритья и духами, пьянящей смесью запахов ограниченного пространства, набитого людьми. Пакстон злился, что не сказал Циннии того, что следовало сказать. Теперь ему казалось, что время для этого уже ушло.
Трамвай полетел по темному туннелю и вырвался на солнечный свет. На нескольких крутых поворотах пассажиры едва не повалились с ног.
Трамвай сбавил скорость, большие окна цветного стекла замерцали. В них на фоне пейзажа появилось слово «Дуб», выведенное призрачно-белыми буквами. Равнодушный мужской голос объявил название станции.
Пакстон вместе с другими вышел из вагона, махнул на прощание Циннии и сказал:
– Еще увидимся.
Это прозвучало скорее как вопрос, а не решительно, как ему бы хотелось. Но она улыбнулась в ответ и кивнула.
Трамвай стоял на подземной станции, отделанной плиткой, с тремя эскалаторами, по обе стороны от которых располагались обычные лестницы. Один из эскалаторов не работал, и поперек входа на него стояли подобные зубам оранжевые конусы. Большинство вышедших из трамвая выстроилось в очередь к эскалатору, но Пакстон пошел по лестнице. Наверху, на пустой зацементированной площадке, находилось несколько лифтов. Одна стена целиком представляла собой большой экран, на котором показывали тот же ознакомительный видеофильм, что и в автобусе.
Как раз в тот момент, когда мать прикладывала пластырь к разбитой коленке сына, наручные часы Пакстона зажужжали:
– Этаж 10, комната D.
Ясно, по крайней мере, что часы работают. Он подошел к лифту и обнаружил, что внутри нет кнопок, а только диск, окруженный светящейся каймой. Пассажир проводил запястьем перед диском, и на стеклянной поверхности появлялся номер этажа. Пакстон сделал то же, и появился номер десять.
На десятом этаже вышел только он один. Двери за ним закрылись, и он удивился тишине, царившей в коридоре. После долгого времени, проведенного в автобусе, в дороге, после разговоров и видео, после вынужденной близости к незнакомым людям это было приятно. Белые стены, сложенные из шлакоблоков, зеленые, как сосновые кроны, двери. Небольшие таблички указывали дорогу к туалетам и номера квартир. Квартиры располагались в алфавитном порядке, это означало необходимость долго идти по линолеуму коридора. Ботинки Пакстона поскрипывали на его зеркальной поверхности.
У двери с буквой D он поднес запястье к шишковидной ручке двери, и раздался щелчок. Он толкнул дверь, и она открылась.
Помещение напоминало скорее тесный коридор, чем квартиру. Пол покрывал тот же твердый материал, что и в коридоре, стены – все те же шлакоблоки, выкрашенные белой краской. Справа от входа располагалась кухонная зона: стойка с встроенной в стену микроволновкой, небольшая раковина и плита. Он открыл шкафчик и обнаружил в нем дешевую пластиковую посуду. Слева за раздвижными дверями находился широкий, но неглубокий шкаф для одежды.
За стойкой и этим шкафом слева располагался хлопчатобумажный матрац, встроенный в стену, с выдвижными ящиками под ним. Матрац был из гладкого материала, похожего на пластик, такой подошел бы ребенку, который все еще мочится в постель.
На краю матраса он увидел маленькую табличку, сообщавшую, что он может вытянуть матрац и использовать его как кровать.
На противоположной стене находился экран телевизора, под ним кофейный столик, настолько узкий, что на нем едва помещалась кофейная чашка. В дальнем конце квартиры было окно матового стекла, позволявшее солнечному свету проникать в комнату, со шторкой, которую можно было опустить.
Пакстон поставил сумку рядом с несколькими коробками, сложенными простынями и плоской подушкой. Он встал рядом с матрацем и отсюда мог дотянуться кончиками пальцев до любой из стен.
Туалета не было. Он вспомнил указатели к туалетам в коридоре и вздохнул. Туалеты общего пользования. Как будто снова оказался в колледже. Уже то, по крайней мере, хорошо, что соседа нет.
Устройство на запястье зажужжало.
«Включи телевизор».
Он нашел пульт дистанционного управления, сел и включил телевизор, экран которого находился так высоко, что пришлось задрать голову. Миниатюрная женщина в белой рубашке поло и с широчайшей улыбкой стояла в такой же комнате, как у Пакстона.
– Привет, – сказала она. – Добро пожаловать в ваше первое в Материнском Облаке жилище. Не сомневаюсь, вы уже знаете из наших буклетов, что жилищные условия можно улучшить, но пока вы будете жить здесь. Мы обеспечили вас продуктами первой необходимости, но вы можете пройтись по магазинам, чтобы докупить, что нужно. В первую неделю в Материнском Облаке вам положена десятипроцентная скидка на все товары для обустройства квартиры и для ведения здорового образа жизни. После этого вам будет предоставлена пятипроцентная скидка на все купленное через Облачный вебсайт. Туалеты располагаются в конце коридора: мужские, женские и для людей нейтрального пола. Если что-то потребуется, пожалуйста, обращайтесь к резиденту-советнику, проживающему в квартире, обозначенной буквой «R». А теперь бросьте свои вещи и погуляйте, познакомьтесь с вашей облачной семьей. Но прежде вам, возможно, захочется проверить кровать. – Она хлопнула в ладоши. – Вас ждет распределение по рабочим местам – и рубашка.
Экран погас.
Сидя на матраце, Пакстон смотрел на коробку. До сих пор он не обращал на нее внимания, хотя она стояла тут же и ее трудно было не заметить. Он не замечал ее, потому что не хотел заметить.
Красная. Пожалуйста, пусть будет красная.
Да что угодно, только бы не синяя.
Он взял коробку и поставил себе на колени. Подумал о годах, проведенных в тюрьме. Вскоре после того, как Пакстон получил там работу, он читал об эксперименте в стэнфордской тюрьме. Несколько исследователей поместили людей в такую среду, где часть их играла роль заключенных, а другая – охранников. Это были обычные люди, но свои роли играли с увлечением, «охранники» стали властными и жестокими, а «заключенные» подчинялись правилам, которым подчиняться вовсе не были должны. Эта история произвела сильное впечатление на Пакстона, и он, хоть и носил форму охранника, работая в тюрьме, чувствовал себя заключенным. Власть казалась ему слишком большим башмаком, натиравшим ему ногу и грозившим свалиться с нее, если он сделает слишком широкий шаг.
Сорвав крышку коробки, он, разумеется, обнаружил в ней три голубые рубашки поло.
Они были аккуратно сложены и пошиты из такого же гладкого материала, как одежда для спортивных занятий.
Он долго сидел, глядя на рубашки, потом бросил их о стену так, что они завалились за матрац, и стал рассматривать шероховатую поверхность потолка.
Он подумал, не уйти ли отсюда, не выйти ли на улицу, куда-нибудь, куда угодно, но не смог себя заставить. Схватил буклеты, взятые в автобусе, и перечитал раздел об оплате труда. Чем скорее он уберется отсюда, тем лучше.
Плата за труд в материнском облаке
Добро пожаловать в Материнское Облако. У вас, вероятно, возникли вопросы по оплате труда. Это нормально, хотя и может немного сбить с толку. Далее мы расскажем о работе нашей системы, но если вам все равно потребуется помощь, не стесняйтесь и договоритесь о встрече с банкиром в нашем административном здании.
В Облаке на 100 % отказались от ведения документации на бумаге и от бумажных денег. Ваши наручные часы, последнее достижение в технологии связи ближнего поля, закодированы на вас и только на вас. Они работают только в застегнутом состоянии и в контакте с вашей кожей, так что рекомендуем снимать их лишь на ночь для зарядки.
Ваши часы можно использовать для любых сделок в Материнском Облаке. Как сотруднику вам предоставляется специальный счет в нашей банковской системе, которым вы можете пользоваться, пока здесь работаете. Если вы покинете Облако, то можете сохранить свой счет здесь – он застрахован Федеральной корпорацией страхования банковских вкладов США и доступен через любой стандартный банкомат.
Ваша заработная плата выплачивается в кредитах. Один кредит приблизительно эквивалентен 1 доллару США за вычетом нескольких долей процента, взимаемых за конвертацию (действующие коэффициенты пересчета смотрите на сайте банка). Заработная плата вносится на ваш счет каждую пятницу.
Из заработной платы удерживаются налоги наряду с умеренными вычетами за жилье, медицинское обслуживание и транспортные расходы. Как вы знаете, вследствие Закона о размещении американских рабочих и Закона о неиспользовании бумажных денежных купюр, прожиточный минимум не выдается вам на руки, но вы получаете эти деньги в других формах: в рамках щедрых программ размещения и здравоохранения, а также неограниченного использования транспортной системы нашей компании и столь же щедрых выплат нашего пенсионного фонда.
Баланс вашего счета в нашей компании изначально равен нулю, но вы можете использовать любой текущий банковский счет, чтобы перевести с него средства на ваш счет здесь, за что взимается умеренная комиссия (актуальные размеры комиссий смотрите на банковском сайте). Мы также предлагаем краткосрочные ссуды на кредитной основе для тех, у кого нет наличных денег для начала новой жизни в Облаке. За более подробными сведениями, пожалуйста, обращайтесь в наш банковский департамент.
Вам также следует знать, что в соответствии с Законом об ответственности работника вы можете быть оштрафованы в следующих случаях:
Повреждение Облачной собственности.
Опоздание на работу (начиная с третьего).
Невыполнение месячной нормы, установленной начальником.
Пренебрежительное отношение к собственному здоровью.
Превышение предела невыходов на работу по болезни.
Потерю или поломку наручных часов.
Нарушение общественного порядка.
Кроме того, вы можете получить дополнительные кредиты при таких условиях:
Если выполняете план в течение трех месяцев и более.
Если не пропускаете ни одного рабочего дня по болезни в течение полугода и более.
Если проходите диспансеризацию каждые полгода.
Если снимаете зубной камень у стоматолога раз в году.
Также ваша зарплата автоматически увеличивается на 0,05 кредита за каждую неделю, на протяжении которой вы сохраняете пятизвездочный рейтинг. Для повышения зарплаты рейтинг должен поддерживаться на таком уровне всю неделю.
Ваш счет также действует как кредитная карта. Если сумма кредитов на нем снижается до нуля, вы все равно можете делать покупки. Кредиты, заработанные при дефиците, идут сначала на уплату процентов по долгу (действующие ставки смотрите на сайте банка) и лишь затем вносятся на ваш счет.
Приглашаем вас также принять участие в нашей пенсионной программе, в рамках которой по истечении определенного количества лет вы сможете работать по двадцать четыре часа в неделю, получите субсидию на оплату жилья и двадцатипроцентную скидку на любые товары, покупаемые в Облачном магазине.
Банкиры, работающие в административном корпусе с девяти утра до пяти вечера, проконсультируют вас по всем вопросам. Вы можете получить доступ к своему счету в любое время через банковский портал и сеть Облачных Точек, расположенных по всему Материнскому Облаку или через браузер телевизора, находящегося в вашей квартире.
Цинния
Цинния провела пальцем по экрану наручных часов. Стекло было настолько гладким, что казалось скользким. Она застегнула ремешок, магниты прильнули к тонкой коже на внутренней поверхности запястья.
Заряжать по ночам, в другое время не снимать, поскольку устройство следит за физиологическими показателями, открывает двери, регистрирует рейтинги, сообщает рабочие задания, обрабатывает сделки и, вероятно, делает еще много такого, что может понадобиться человеку в Материнском Облаке.
Заодно может превратиться и в наручник.
Она вспомнила параграф из руководства к Облачному Пояску, и кровяное давление у нее подскочило.
При нахождении вне вашей комнаты Облачный Поясок всегда должен быть у вас на руке, он закодирован на вас. Если устройство слишком долго выключено или если его наденет кто-то, кроме вас, благодаря конфиденциальной информации, хранящейся в каждом Облачном Пояске, будет подан сигнал тревоги – и общий, и в системе безопасности Облака.
Она взглянула на дверь. На стене квартиры располагался диск. Часы надо провести перед ним даже для выхода в коридор. Вероятно, так надо для того, чтобы люди не выходили из квартир без часов, которые здесь ключ ко всему, начиная от лифта и заканчивая туалетами.
Вопрос не в том, носить устройство или не носить. Оно позволяет следить за перемещениями человека. Войдешь не в ту секцию, вероятно, экран вспыхнет, это будет видно в темной комнате, кто-то насторожится.
Она взглянула на красные рубашки поло, вынутые из коробки, стоявшей на кровати. Ей до сих по было досадно, что они не коричневые.
О наручных часах она, конечно, знала и раньше. Она думала, что поняла действовавший в Облаке принцип распределения по типам должностей, и при анкетировании сделала все, чтобы ее распределили к техникам – и ответы давала, какие следовало, и соответствующий опыт работы указала. Это дало бы ей доступ к тому, что ее интересовало.
Теперь же оказалось, что доступ для нее затруднен.
Оставалось три возможности.
Во-первых, повозиться с устройством и как-то изменить посылаемые им сведения о ее местонахождении. Не то чтобы это было совершенно невозможно, но такая перспектива в восторг ее не приводила. Она, конечно, хороша, но, возможно, не настолько.
Во-вторых, можно поискать способ перемещаться без устройства на запястье. Правда, тогда она не сможет открыть ни одной двери. Даже из своей комнаты выйти не сможет.
В-третьих, можно попробовать перераспределиться в команду обслуживания или безопасности, поскольку их члены имеют наименее ограниченный доступ. Но она даже не знает, возможно ли это.
Что означало, что все мероприятие окажется гораздо сложнее, чем она думала раньше.
Так почему не начать сейчас же и не выяснить свои возможности?
Она стала на колени перед диском на стене и ощупала его. Подумала, нельзя ли его просто отломать с помощью какого-нибудь рычага, но потом сообразила, что это, конечно, приведет к срабатыванию какого-нибудь сигнала тревоги. Она провела часами перед диском, чтобы открыть дверь, придержала ее ногой и склонилась над зарядным устройством Облачного Пояска. Положила часы на коврик у двери и вышла в коридор.
Постояла там, подумала, что стоящий так человек производит странное впечатление, и тогда пошла к туалетам. Она уже подходила к ним, когда из лифта вышел мясистый красавец в голубой рубашке поло и с предплечьями, покрытыми племенными татуировками. Он остановился на достаточном расстоянии от нее и сделал руками жест, означавший «Успокойся». Видимо, понимал, что своим внешним видом может испугать.
– Мисс, – сказал он таким голосом, который бывает у людей спросонья. – Вам нельзя выходить из комнаты без Облачного Пояска.
– Простите. Я первый день тут.
Он снисходительно улыбнулся:
– Бывает. Позвольте открыть вам дверь комнаты, вам-то ее открыть нечем.
Она позволила ему проводить себя по коридору. Он шел на почтительном расстоянии. Возле двери ее квартиры охранник помахал часами перед диском, и он зажегся зеленым цветом. Парень отступил от двери, как будто за ней находился разъяренный тигр. Это было мило.
– Благодарю вас, – сказала она.
– Пустяки, мисс, – сказал он и поплелся по коридору к лифту.
Она посмотрела ему вслед, потом вошла в квартиру, подошла к косметичке и вытащила красную губную помаду, которой никогда не пользовалась. Открутила донце и вытащила радиочастотный детектор. Нажала кнопочку сбоку – загорелся зеленый огонек, показывая, что детектор заряжен.
Она провела им по всем поверхностям в комнате. Возле телевизора и светильника зеленый сменился на красный. Но и только. Так она и думала. Рядом с вентиляционным отверстием и возле шкафа с выдвижными ящиками горел зеленый.
Затем она открыла дверь в квартиру и провела детектором вдоль косяка. Возле замка зеленый сменился на красный. Что-то там, за тонким металлом рамы, было. Температурный датчик? Датчик движения? Она взяла свой Облачный Поясок с зарядного устройства и надела на запястье. Снова проверила дверь. Красный не загорелся. Поставила часы на зарядное устройство – красный загорелся.
Вот в чем дело. Можно было принять, что все дело в двери, что в ней находится какой-то датчик, позволяющий определить, что она покидает комнату без часов. Если снять часы и найти другой выход, то можно будет переходить к следующей задаче.
Она оглядела комнату, которая показалась ей еще меньше, как в кукольном доме. Она доберется, куда ей надо. Но сначала немного подумает. Она надела часы на запястье и неторопливо пошла по коридору к туалетам. Подошла к двери туалета для лиц нейтрального пола, обозначенной фигуркой полумужчины-полуженщины с юбкой, за ней был длинный ряд раковин, писсуаров и унитазов в кабинках. Одна кабинка была занята, из-под стенки виднелись кроссовки маленького размера. Судя по размеру и фасону, женщина.
Цинния подошла к раковине и повернула кран. Вентиль болтался в корпусе. Она потянула за вентиль и едва его не вытащила. Потом подошла к другой раковине и сполоснула лицо. Посмотрела вверх и обнаружила, что в туалете подвесной потолок.
Хорошо.
По пути к лифтам встретила молодую женщину, красота которой заставляла вспомнить участниц группы поддержки спортивной команды, но хрупкую, из-за чего коричневая рубашка поло на ней смотрелась странно. Волосы такого же цвета, как рубашка, собраны в конский хвост так туго, что ей, казалось, должно было быть больно. Она уставилась на Циннию глазами персонажа мультипликационных фильмов и сказала:
– Вы новенькая на этом этаже?
Цинния помолчала. Закон обмена любезностями требовал, чтобы и она в свою очередь сказала какую-нибудь банальность.
– Да, – сказала Цинния, заставив себя улыбнуться. – Я здесь только первое утро.
– Добро пожаловать, – сказала девушка, протягивая руку. – Меня зовут Хэдли.
Цинния пожала ей руку, которая была хрупка, как птичья лапка.
– И как вам тут? – спросила Хэдли.
– Хорошо, – сказала Цинния. – Это уже немало, но, знаете ли, я устраиваюсь.
– Если что-нибудь понадобится, я в квартире Q. А в V – Синтия, она, типа, старшая в этом коридоре. – Хэдли заговорщически улыбнулась. – Знаете, как это бывает. Мы, девушки, дружная компания.
– В самом деле?
Хэдли поморгала. Раз, два. Затем кивнула и улыбнулась еще шире, надеясь что ее теплота разгонит мрак несказанного, висевший в воздухе. Цинния отметила про себя, что Хэдли может оказаться полезной.
– Что ж, рада познакомиться, – сказала Хэдли и развернулась в своих миленьких красных шлепанцах.
– Мне тоже очень приятно, – сказала ей вслед Цинния, повернулась и пошла к лифтам, лихорадочно пытаясь понять, что это было. Пройдя половину коридора, она решила, что Хэдли была просто любезна и что можно успокоиться.
Спустившись вниз, она остановилась перед большим компьютерным экраном, на который была выведена схема территории Материнского Облака.
На одной линии с севера на юг выстроились общежития: «Секвойя», «Клен», «Дуб». К северу от «Секвойи» находилось здание, называвшееся «Живи-Играя» (на плане оно имело каплеобразную форму), в нем, судя по схеме, были рестораны, кинотеатры и целый ряд ерунды, предназначенной для обезболивания бытия сотрудников.
Трамвай ходил по кругу, останавливаясь у каждого из трех общежитий, связанных между собой аллеями, вдоль которых располагались магазины, так что можно было пройти от «Дуба» до «Живи-Играя» по тому, что на схеме называлось променадом. Длина его равнялась примерно миле.
Затем трамвай объезжал еще два здания, в одном из которых, Административном, помещались администрация, банк и классы, а в другом, Медицинском, – оздоровительные секции и больница. Затем трамвай проезжал мимо главного складского здания и возвращался к зданию Приезжих, возле которого они вышли из автобуса, и снова ехал к общежитиям.
На карте были показаны также дороги для срочного проезда. Каждое здание имело по несколько въездов, дороги от которых вели прямо к Медицинскому корпусу. Существовала также совершенно независимая система дорог, по которым наладчики доставлялись через поля солнечных батарей и ветровых электрогенераторов на дальнюю границу владения, к группе зданий с общим двором, где регулировалось водоснабжение, происходило преобразование энергии и откуда вывозился мусор.
Именно там-то ей и требовалось оказаться.
Цинния решила дойти до «Дуба», а затем повернуть обратно к «Живи-Играя». По крайней мере, почувствовать, каково здесь прогуливаться по променаду. Вестибюль в «Клене» был гол, просто полированный бетон. Цинния нашла прачечную и хорошо оборудованный спортивный зал – тут можно было бесплатно пользоваться гантелями и тренажерами. Но никто ими не пользовался.
Променад был оформлен с шиком, характерным для аэропортов, как двухъярусный зал с попадавшимися там и сям лифтами, эскалаторами или винтовыми лестницами. Тут же располагались предприятия быстрого питания, аптеки, гастрономы, маникюрные салоны и салоны для массажа стоп. В последних множество людей в красных, коричневых и белых рубашках поло лежали в длинных шезлонгах, в то время как женщины в зеленых работали над их натруженными обнаженными ступнями. Огромные экраны, встроенные в стены, показывали рекламу ювелирных изделий, телефонов и закусок, при этом изображение было настолько контрастным, что у Циннии заболели глаза.
Повсюду она видела полированный бетон и стекло, все поверхности казались голубыми. Она поднялась по лестнице и пошла вдоль ограды из прозрачного стекла, испытывая холодок в груди от страха упасть. Если бы это действительно случилось, она бы сильно покалечилась. Цинния прошла мимо неработавшего эскалатора, перед которым стояли желтые зубы-конусы, а внутри стояли мужчины в коричневых рубашках поло, которые не то чтобы пытались его починить, а скорее оглядывали его, пытаясь понять, как он работает. Между тем к эскалатору выстроились длинные очереди.
Цинния прошла через последнее общежитие, повернула и оказалась в аллее, ведущей к «Живи-Играя». Вдоль нее стояли экраны и рестораны, чуть более эклектичные, чем забегаловки, мимо которых она проходила прежде. Тако[4]4
Блинчики с мясом.
[Закрыть], шашлыки и лапша быстрого приготовления, все эти заведения с ограниченными меню и табуретами перед фасадами были наполовину заполнены людьми, которые ели, не поднимая голов.
Она зашла в кафе, где подавали тако, и села у бара. Тучный мексиканец, глядя на нее, поднял брови, и она по-испански спросила, есть ли кабеса[5]5
Шашлык из баранины или козьего мяса (исп.).
[Закрыть]. Он нахмурился, покачал головой и указал на короткое меню у себя над головой. Курятина, свинина и, конечно, говядина стоили в четыре раза дороже, чем два других блюда. Она заказала три тако со свининой, и мексиканец принялся за работу: бросил на гриль из нержавеющей стали уже приготовленное мясо и несколько лепешек из кукурузной муки со специями. Цинния достала из кармана достаточно, чтобы заплатить за еду, и еще немного сверх того, и положила на барную стойку. Повар зачерпнул ложкой мясо, положил его на лепешки вместе с нарезанным луком и кинзой и поставил перед Циннией тарелку, а рядом с ней положил небольшой черный диск. Увидев деньги, он покачал головой и сказал, что дать сдачи не может. Цинния отмахнулась и сказала, что сдачу он может оставить себе. Повар улыбнулся, кивнул, огляделся, не видит ли кто, забрал деньги со стойки и убрал в карман.
– Es tu primer día?[6]6
Первый день? (исп.)
[Закрыть] —спросил он.
– Si[7]7
Да (исп.).
[Закрыть], – ответила Цинния.
Повар улыбнулся, и взгляд у него смягчился, как у родителя, услышавшего жалобу на своего ребенка. Он медленно покивал и сказал:
– Buena suerte[8]8
Удачи (исп.).
[Закрыть].
Его тон ей не понравился. Цинния занялась тако, а он повернулся к ней спиной. Едала она тако и получше, но для такого захолустья и такое сойдет. Покончив с едой, она подтолкнула тарелку по барной стойке к повару и махнула ему на прощание рукой. Он ответил тем же и вымученной улыбкой. Она пошла далее по аллее, которая вскоре привела ее в большой зал.
В «Живи-Играя» пахло, как у горной реки. Воздушные фильтры отрабатывали сверхурочные. Это напомнило ей торговые пассажи тех времен, когда они еще не вышли из моды. В детстве ей казалось, что там есть все, чего она только не пожелает. Тут было три уровня, один над ней, другой ниже, подняться или спуститься туда можно было на лифтах или по эскалаторам. Магазины располагались вдоль стен с одной стороны от пешеходов, с другой – за перилами было свободное пространство, ограниченное снизу полом первого этажа, а сверху крышей. Большую часть первого этажа занимало казино. Крыша, состоявшая из стеклянных панелей, позволяла видеть небо приглушенно-темно-синего цвета.
Были тут и британский бар, и суши-бар, суши, естественно, из свежей рыбы, и Облачный Бургер, судя по рекламе, очень хороший, содержавший кусок настоящей говядины, и он не стоил, как целый ужин.
Помимо заведений общественного питания тут же находился пассаж в стиле ретро, комната для продвинутых ценителей виртуальной реальности, кинотеатр, маникюрный и массажный салоны, а также кондитерский магазин. Много народу сидело в зонах комфортного пребывания, еще больше ходило по магазинам.
Цинния прошла гастрономический магазин и подумала, что охотно съела бы что-нибудь еще. Что-нибудь из фруктов. Что-нибудь свежее. Она вошла и, пройдя по короткому проходу, нашла упаковки готовых блюд и напитки в холодильном шкафу. Но яблок и бананов не было. Она вышла из гастронома, пошла дальше и вскоре оказалась у пассажа в стиле ретро. Решила не искать больше фрукты и вошла в лабиринт сверкавших и жужжавших игровых автоматов.
Каждый имел на передней панели небольшой металлический диск. Она поискала глазами, нет ли здесь автоматов, принимающих монеты, но не нашла ни одного и, выйдя из зала, наткнулась на банкомат Облачной Точки. Такие банкоматы стояли повсюду. Со своего места она увидела штук пять таких.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?