Текст книги "Победитель получает все"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pobeditel-poluchaet-vse-57042.jpg)
Автор книги: Роберт Крейс
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 6
Полуденное марево окутало тротуары, машины и крыши соседних домов, создавая своеобразную урбанистическую иллюзию серебряной подкладки[21]21
Аллюзия на английскую пословицу «У каждой тучи есть своя серебряная подкладка», что соответствует русской поговорке «Нет худа без добра».
[Закрыть] жизни. Шли вторые сутки расследования деятельности Анджелы Росси, было уже два часа дня, но вариантов, куда двигаться дальше, становилось все меньше, и с каждым отпавшим вариантом Анджела Росси выглядела все лучше, а те, кто ее обвинял, – все хуже. Луиза Эрл произвела на меня впечатление женщины уверенной, искренней и здравомыслящей. Такая вряд ли упустит из виду тот факт, что коп пронес через ее гостиную мешок фальшивых денег. Разумеется, возможно, Анджела Росси мастерски умеет отвлекать внимание, а деньги прятала за спиной. Возможно, она крикнула: «Смотрите туда!» – и, пока Луиза смотрела в другую сторону, бросилась в комнату Леседрика и подложила фальшивки. Возможно, моей задачей на сегодня будет проверить, не является ли Анджела Росси фокусником-любителем.
Впрочем, может быть, я найду кое-что получше. Из дома напротив вышли три длинноногие девчушки подросткового возраста в лифчиках от купальника и направились к допотопному «фольксвагену-жуку», стоявшему в переулке. Все трое были в шлепанцах, с пляжными полотенцами и бутылками минеральной воды. Готовы отправиться на пляж. Быть может, мне стоит предложить им свои услуги в качестве провожатого, чтобы защитить от хулиганов. Быть может, мы обсудим то, что мне удалось нарыть. С другой стороны, завтра прилетает Люси Шенье, так что, быть может, мне следует поскорее выбраться из всего этого дерьма, пока я не увяз по уши. C’est la vie.[22]22
Такова жизнь (фр.).
[Закрыть]
Я двинулся по переулку в сторону своей машины, но тут позади нее появился высокий мускулистый чернокожий парень. Не успел он приблизиться к машине, как из стоящего на противоположной стороне улицы темно-синего седана выбрался грузный белый мужчина лет пятидесяти и направился ко мне. Чернокожий парень был в безукоризненно отутюженных модных джинсах и красной тенниске, подчеркивающей рельефную мускулатуру, а белый мужик – в помятом светло-сером плотном шерстяном костюме. Жара миллион градусов, а он в шерстяном костюме. Копы.
Неожиданно я услышал женский голос.
– Прошу прощения, сэр. Можно вас на пару слов? – Все предельно вежливо и даже жизнерадостно.
Жизнерадостная женщина приближалась ко мне с противоположной стороны, словно поджидала меня за углом. Рост где-то пять футов восемь дюймов, смуглая кожа, какая бывает у людей, которые много времени проводят на солнце: занимаются бегом или другими видами спорта. По моим прикидкам, женщине было лет тридцать – тридцать пять, однако вокруг глаз и рта залегли глубокие морщины. Возможно, от яркого солнца. На ней были модные джинсы, как и на чернокожем парне, и свободный льняной топ, поверх которого, если бы не жара, можно было бы накинуть спортивную льняную куртку, на ногах – кроссовки «Рибок». Стильная и привлекательная, даже несмотря на браунинг калибра 9 миллиметров на правом бедре. Подойдя ко мне, женщина, все с той же жизнерадостной улыбкой, предъявила жетон детектива полиции Лос-Анджелеса, и я узнал ее еще до того, как она сказала:
– Мистер Коул, меня зовут Анджела Росси. Детективу в сером костюме хотелось бы задать вам несколько вопросов.
Росси кивком показала на типа в помятом костюме, и я проследил за ее взглядом, на что она и рассчитывала, поскольку в этот самый момент она шагнула ко мне и взмахнула зажатой в руке резиновой дубинкой, целясь в скулу. Удар для разинь. Заметив краем глаза руку с дубинкой, я попытался увернуться, но Росси действовала умело и быстро, и я все же схлопотал по щеке, которая сразу же отозвалась жуткой болью. Тип в костюме закричал: «Эй!», а чернокожий парень пробурчал: «Вот дерьмо!», как будто для них такое поведение их коллеги тоже стало полной неожиданностью. Затем Росси с силой ударила меня коленом, однако попала не в пах, а в бедро, но тут подоспел тот парень, что постарше. Вклинившись между нами, он оттолкнул Росси назад со словами:
– Черт побери, Росси, ты что, хочешь, чтобы на тебя подали еще одну жалобу? Ты этого хочешь?
Я пошатнулся, но устоял на ногах, и тип в помятом костюме оттащил от меня Росси.
Чернокожий парень проворно подскочил ко мне сзади и схватил за запястья, заламывая руки назад. Девчушки, собиравшиеся на пляж, вернулись к своему крыльцу и уже оттуда наблюдали за происходящим; одна из них зажимала рот рукой. Моя правая щека горела так, словно под кожей разорвалась петарда, а глаза слезились. Мне не хотелось сгибаться пополам, но и стоять прямо тоже не получалось. Непросто держать фасон, когда еще немножко – и тебя вырвет. Особенно если ты купился на дешевую уловку. Быть может, Росси все-таки действительно мастерски владеет искусством отвлекать внимание.
Гневно ткнув в меня пальцем, Анджела Росси сказала:
– Этот засранец посмел заявиться ко мне домой! Что ты делал у меня дома, придурок?
Она уже больше не улыбалась. Ее лицо было искажено злостью. Похоже, ей сейчас страшно хотелось вырвать мне глаза.
Пожилой полицейский заставил Росси опустить руку и оттолкнул женщину еще дальше от меня.
– Черт побери, Росси, отойди назад!
Заломив мне правую руку выше локтя, чернокожий парень отвел меня к белой «тойоте крессиде» и уложил лицом вниз на багажник. Металл обшивки на солнце раскалился.
– Ребята, вы действительно копы или же это кадры из «Самого смешного домашнего видео Америки»?
Чернокожий парень не обратил на меня внимания. Пройдясь по моим карманам и вниз по брюкам, он сказал:
– Он чист, Томми.
Росси сдалась и больше уже не пыталась на меня наброситься. Пожилой полицейский подошел к нам и также предъявил жетон.
– Я детектив Томсик. Вы обвиняетесь в незаконной слежке за сотрудником полиции Лос-Анджелеса. Вам понятно, о чем я говорю?
Девушка, зажимавшая рот рукой, скрылась в доме. Две других остались на крыльце наблюдать за происходящим. В окне показались еще чьи-то лица, и я сказал:
– Эй, Томсик, посмотрите-ка туда. Кажется, нас снимают на видео.
– Вот и хорошо, – бросил Томсик. – Пусть снимают.
– Быть может, они сняли и дубинку. Как думаете?
Дубинки считаются опасным оружием. Ношение их запрещено, поскольку их чуть ли не приравняли к реактивным гранатометам и самурайским мечам.
– Что ты делал рядом с моим домом? – спросила Росси.
Она никак не могла отдышаться, но стояла уже на приличном расстоянии и, похоже, больше не собиралась на меня нападать.
– Удостоверение личности и лицензия у меня в бумажнике. Я частный детектив.
Чернокожий парень швырнул мой бумажник Томсику.
– Нам известно, кто ты такой, засранец, – огрызнулась Росси. – Расскажи, зачем ты приходил ко мне домой.
– Я проверяю наводку, что вы живете не по средствам.
– Зачем?
– Это моя работа. Проводить частные расследования.
Третья девчушка вышла из дома и присоединилась к своим подругам, но Томсика это не сильно встревожило. Он неторопливо изучал содержимое моего бумажника, словно ему некуда было спешить.
– Да, это наш парень, никаких сомнений. Лицензия на частный сыск, выданная в Калифорнии. Элвис Коул. – Он смерил меня взглядом. – В лицензии указано, что вы имеете право на ношение оружия. Где ствол?
– Под сиденьем.
– Вы оставили оружие под сиденьем? – рассмеялся чернокожий парень.
– Я беседовал с шестидесятилетней женщиной. В кого мне было стрелять?
– Понятно, – кивнул чернокожий.
Он направился к моему «корвету», не спрашивая, какая из припаркованных машин моя. По всей видимости, полицейские следили за мной. По всей видимости, сосед Росси записал номер моей машины, они «пробили» меня по базе данных и сели мне на хвост, когда я выезжал из дома или уже тогда, когда я направлялся в «Терминал-Айленд».
Росси оглянулась на дом Луизы Эрл и нахмурилась.
– Ты что, расследуешь дело Леседрика Эрла?
– Эрл утверждает, будто фальшивые деньги ему подбросили вы.
– Чушь собачья!
– Да, но мне необходимо было все проверить, – кивнул я.
Росси положила правую руку на бедро, чуть повыше браунинга.
– На кого ты работаешь?
– На Джонатана Грина. По делу Тедди Мартина.
– Твою мать, – пробормотал Томсик.
– Вы работаете на защиту Мартина? – ухмыльнулся чернокожий парень, отойдя от «корвета». – Как там у них это называется? На Большую Зеленую Адвокатскую Машину? – Похоже, это его ужасно забавляло.
– Люди делают определенные заявления, которые могут быть использованы защитой, и я их проверяю. Пока что вы смотритесь очень даже неплохо, – сказал я, повернувшись к Росси.
– Какие еще заявления? Тедди Мартин убил свою жену, – удивилась Росси.
– Если вы подбросили вещдоки один раз, то теоретически способны сделать это опять, – пожал я плечами. – Кто-то позвонил Грину и сказал, что в прошлом вы ни перед чем не останавливались, чтобы подняться по служебной лестнице. Грин нанял меня проверить, есть ли в этом доля правды.
Анджела Росси выпрямилась и сделала шаг в мою сторону.
– Энджи! – покачал головой Томсик.
Росси сделала еще один шаг, и чернокожий парень поспешно вернулся и встал рядом с Томсиком, заслонив меня от Росси. Похоже, эти двое знали, что от нее можно ждать чего угодно.
– Грин – мешок с дерьмом, и ты тоже, – презрительно выплюнула Росси.
– Энджи, успокойся, – сказал Томсик.
Росси подошла к нему вплотную.
– Послушай, я не собираюсь терпеть это дерьмо! Всякие там придурки вторгаются в мою жизнь, да еще пытаются меня замарать!
– Никто не пытается вас замарать, – отозвался я. – Мне нужны только факты. Никто не собирается вас убирать.
Росси ткнула в меня пальцем, но обратилась к Томсику:
– Дэн, этот тип влез в мою жизнь!
– Остынь, – сказал Томсик. – Такое бывает. И в отношении меня проводили расследования. Девять тысяч раз.
– Послушайте, Росси, я вам правду говорю, – начал я. – Я уже изучил почти все ваши дела, и пока что вы выглядите хорошо. Я провожу непредвзятое расследование, и если вы окажетесь чистой, то так и доложу Грину. На том все и закончится.
– Ты слышала? – спросил Томсик. – Чистая.
Словно мы теперь были в одной команде и общими усилиями пытались успокоить Росси. Быть может, Хейг все-таки был прав насчет того, что у нее не все дома. Томсик вел себя так, будто опасался того, что произойдет, если Росси сорвется с катушек.
– Вы ведь понимаете, почему мы вас остановили? Вы шныряли вокруг ее дома, – сказал он.
– Нет проблем.
Моя щека горела, кожа вокруг глаза натянулась, но никаких проблем не было. Точно.
Из-за угла вынырнула черно-белая полицейская машина с включенными мигалками и подкатила к нам. Вероятно, приехала по вызову трех девчушек. Машина стала с ревом притормаживать, и из нее прямо на ходу выскочили двое полицейских в форме. Водителем был парень азиатской внешности, на вид лет сорока с хвостиком, а его напарником – латиноамериканец лет тридцати.
– Твою мать! А вот и группа поддержки, – пробормотал Томсик и, кивнув на полицейских в форме, сказал чернокожему: – Роберт, остуди пыл этих ребят.
Зажав в поднятой руке жетон, Роберт направился к полицейским в форме. У азиата на рукаве были две нашивки, а телосложение его говорило о том, что последние двадцать лет он не выходил из тренажерного зала Полицейского управления Лос-Анджелеса. На именном жетоне значилось: «Самура». Подойдя к Самуре, Роберт что-то сказал ему вполголоса, и они вдвоем направились к нам. Услышав мою фамилию, Самура посмотрел на меня.
– Это вы Коул?
– Угу.
– Этот парень работает с Джо Пайком, – повернулся к Томсику Самура.
Роберт и Томсик уставились на меня. Росси тоже.
– Без дураков? – спросил Роберт.
– Должен же кто-то, – развел я руками.
У Томсика побагровело лицо, и он сразу же перестал быть дружелюбным, словно мы с ним больше не были в одной команде.
– С тем самым Джо Пайком?
– А что, есть еще и другие?
– Если это тот Джо Пайк, которого я знаю, то пусть поцелует меня в задницу, черт возьми! – набычился Томсик.
Джо тогда не слишком-то красиво ушел из Полицейского управления.
– Я могу дать вам номер его телефона, – снова улыбнулся я. – Вы сможете позвонить и лично высказать ему все, что о нем думаете.
У Томсика задергался левый глаз.
– Может быть, нам все-таки следует привлечь вас за вмешательство в чужие дела. Копнуть поглубже, проверить, не нарушаете ли вы лицензию.
– О, Томсик, пожалуйста! Пощадите меня, – закатил я глаза.
Левый глаз у него уже не дергался, а часто-часто моргал, но затем Томсику, похоже, стало неловко, и он даже слегка попятился. Самура предпочел сделать вид, будто ничего не заметил.
– Мы получили сигнал о разбойном нападении. Что тут у вас происходит?
Томсик ввел его в курс дела, рассказав про то, что я шнырял вокруг дома Росси, про Тедди Мартина, Джонатана Грина и о роли Росси в задержании Мартина. Самура слушал его, но без особого интереса. Если долго проработать в патрульной службе, то даже взрыв атомной бомбы не вызовет особого интереса.
Когда Томсик закончил, Самура сказал:
– У Коула хорошая репутация. Я знаю ребят, работавших с ним. – Он посмотрел на меня, прищурившись, затем снял фуражку и вытер лицо. На солнце, наверное, сейчас был миллион градусов. – Помните некоего Терри Ито?
– Конечно. – Я работал вместе с Ито лет пять назад.
Надев фуражку, Самура посмотрел на Томсика.
– Можете успокоиться. Ито считает, что этот парень – заноза в заднице.
– Это точно, Терри всегда умел найти нужное слово, – согласился я.
– Мы не знали, что это за тип, – сказал Роберт. – Он крутился вокруг сотрудника полиции. Сами знаете, как это бывает.
– Точно.
Поправив фуражку, Самура кивнул в сторону патрульной машины. Его напарник удалился. Самура направился было за ним, но затем обернулся и смерил меня взглядом.
– Я никогда не слышал, чтобы Терри Ито хоть о ком-то отзывался хорошо. Терри знает, что вы работаете с Джо Пайком?
– Да.
Лицо Самуры скривилось в едва заметной усмешке. Он вернулся к машине и уехал. Трое девиц все еще торчали на крыльце своего дома, но из окон уже никто не глазел. Увидел одно преступление – считай, увидел их все.
– Ладно. Мы знаем, кто этот парень и чем он занимается. Ты удовлетворена? – повернулся Томсик к Росси.
Та нехотя пожала плечами.
– Ну а вы? Будете подавать жалобу насчет дубинки? – снова повернулся ко мне Томсик.
– Да она до меня почти и не дотронулась.
– Ага, точно, – рассмеялся Роберт. – Вы посмотрели бы на себя со стороны!
– В таком случае дело закрыто, – подвел итог Томсик. – Все знают, что к чему. – Он тронул Росси за плечо. – Нравится нам это или нет, но мы должны знать, что к чему.
– Еще одно, – сказала Росси.
Я молча смотрел на нее.
– Ты делаешь свою работу, и я это как-нибудь переживу. Расследуй все, что хочешь, но держись подальше от моего дома, черт побери. Если снова заявишься ко мне, я тебе все кости переломаю. А если хотя бы посмотришь на моих ребятишек, убью на месте.
– Господи, Энджи, кончай ты эту бодягу, – вмешался Томсик. – Вот из-за такого дерьма ты и сидишь в заднице.
– Я просто хотела разложить все по полочкам, – примирительно подняла руку Росси.
– Росси, у вас все нормально, – сказал я. – Расслабьтесь.
– Да, точно.
Росси еще пару секунд напряженно смотрела на меня, явно не веря в то, что все закончено. Она тяжело дышала, а морщинки вокруг глаз трепетали так, словно под кожей прятались крошечные мотыльки, пытающиеся вырваться на свободу. Затем в уголках ее губ мелькнуло что-то похожее на улыбку, и Росси сказала:
– Передай Джо привет от Росси.
Не сказав больше ни слова, Анджела Росси развернулась, пересекла улицу и села на переднее сиденье темно-синего седана Томсика. Томсик сел за руль, а Роберт залез в коричневый «эксплорер». Через пару минут они укатили. Девчонки тоже исчезли. Наверное, отправились в своем «фольксвагене» на пляж наверстывать упущенное.
Я постоял какое-то время в полном одиночестве, чувствуя тупую боль в скуле, затем сел в машину и поехал в свой офис.
Глава 7
Я заглянул в мини-маркет, чтобы купить лед для подбитого глаза. Пакистанец за прилавком смотрел крошечный телевизор. Показывали очередную серию «Копов», и, когда я расплачивался, пакистанец смерил меня подозрительным взглядом.
Я объяснил ему, для чего мне нужен лед, и спросил, можно ли зайти в туалет, чтобы взглянуть на себя, но он ответил, что туалет только для сотрудников. Я спросил, можно ли одолжить у него маленькое зеркальце, но пакистанец снова ответил отрицательно. Он украдкой бросил взгляд на дверь, словно с нетерпением ждал, когда же я наконец уйду. Он как будто боялся, что проклятие насилия, царящего на улицах больших городов, жертвой которого стал я, может перейти с меня на него и его магазин. Пожалуй, его трудно было в этом винить. Если регулярно смотреть сериал «Копы», очень быстро начинаешь верить в то, что живешь в зоне военных действий.
Поблагодарив пакистанца за лед, я вернулся к своей машине и изучил глаз в зеркале заднего вида. Синяк под глазом начал потихоньку становиться фиолетовым. Замечательно. Завернув пригоршню льда в носовой платок, я поехал в офис, держа руль одной рукой. Нет ничего хуже езды в час пик, да к тому же с прижатым к лицу льдом.
Было уже пять вечера, когда я добрался до здания и заехал на пандус, ведущий в подземный гараж. Наверх вереницей выезжали машины, и стоянка уже почти полностью опустела. «Мазды» Синди не было, как и машин сотрудников страховой компании, расположенной напротив моего офиса. Оставив машину на стоянке, я прошел в вестибюль и поднялся на лифте на свой этаж. Свет не горит, двери заперты, никого нет. Пустота – это замечательно. Быть может, если бы Лос-Анджелес был тоже пустым, я непременно заметил бы две машины с фараонами, которые таскались за мной по всему городу.
Войдя в кабинет, я зажег свет и обнаружил за своим столом Джо Пайка.
– Знаешь, Джо, ты мог бы зажечь свет, – сказал я. – Мы еще не настолько обеднели.
Пайк склонил голову набок, глядя на мой глаз.
– Это прыщ?
– Ха-ха.
Пайк – просто умора. Настоящий клоун.
Джо Пайк ростом шесть футов один дюйм, очень мускулистый, с коротко подстриженными темными волосами, на внешней стороне обеих дельтовидных мышц ярко-красные стрелы. Татуировкой он обзавелся за тридевять земель и задолго до того, как искусство расписывать свое тело стало модным среди рок-звезд, киноактеров и тусовщиц, принадлежащих к «поколению Икс»[23]23
«Поколение Икс» – те, кто родился в период демографического спада 1961—1981 годов, выросли в условиях возрастающего комфорта, получили хорошее образование, но не нашли себе применения в жизни; по названию одноименного романа канадского писателя Дугласа Коупленда.
[Закрыть]. Стрелы направлены вперед и не являются украшением. Это формулировка бытия. На Пайке были серая фуфайка с обрезанными рукавами, джинсы «Ливайс» и солнцезащитные очки с зеркальными стеклами. Он носит эти очки даже ночью. Я нисколько не удивлюсь, если узнаю, что он и спит в них.
Я подошел к маленькому зеркалу на стене и осмотрел свой глаз. Вся правая половина лица чертовски болела, но лед сделал свое дело, и опухоль несколько спала.
– Твоя подружка Анджела Росси огрела меня дубинкой. Отвлекла внимание, посмотрев в сторону.
– Знаю.
– Откуда? – удивленно посмотрел я на него.
Джо встал, достал из маленького холодильника две банки пива «Фальстаф» и протянул одну мне. Сколько ни прислушивайся, все равно не услышишь, как он движется.
– Энджи позвонила мне и все рассказала. Она хотела знать, чем мы занимаемся.
– Она тебе позвонила.
Откупорив банку, Джо отхлебнул глоток.
– Я сижу здесь уже довольно давно. Звонила Люси. Я не знал, что она прилетает.
– Завтра.
– Я положил бумажку с информацией о ее рейсе тебе на стол, – пересев на диван, сказал Пайк. – Почему мы работаем на Теодора Мартина?
– Мы на него не работаем. Мы работаем на Джонатана Грина.
Я рассказал о Хейге и его заявлении, что Росси способна ради карьерного роста сфабриковать улики. Рассказал о Леседрике и его заявлении, что Росси именно так и поступила.
– Грин нанял нас, чтобы мы проверили все эти заявления. Я сказал ему, что мы доложим обо всем, что обнаружили, даже если это и повредит делу. Он согласился.
– Адвокаты – не люди, а пресмыкающиеся. – Для Пайка в жизни все просто.
– Люси – адвокат.
– К Люси это не относится, – слегка наклонил голову Пайк.
– Анджела Росси тебе позвонила, – повторил я.
Пайк уставился на меня сквозь непроницаемые черные стекла. Два месяца назад я установил над стеклянной дверью на балкон римские шторы, чтобы защититься от западного солнца, и когда шторы опущены, здесь все залито золотистым светом. Сейчас шторы были опущены, и Пайк купался в этом свете. Его темные очки сверкали.
– Мы вместе работали в спецотделе «Бастион». Росси только пришла, а я, наоборот, уже уходил. – Пайк три года проработал в патрульной службе полиции Лос-Анджелеса. – Хейга я знаю. Он козел.
Росси я тоже знаю. В паре мы не работали, но на меня она произвела впечатление девчонки честной и порядочной.
– Понял.
– А ты что нарыл?
Взяв лед и пиво, я отправился за письменный стол. На нем лежал листок из блокнота с номером рейса и временем прилета Люси. Пайк писал аккуратными печатными буквами, но так мелко, что разобрать его почерк без лупы было невозможно.
– Она агрессивна, честолюбива, и ее не слишком-то любят, но нет никаких свидетельств того, что она подставила Леседрика Эрла или кого бы то еще. Хейг показал себя полным кретином, а родная мать назвала Эрла лгуном.
Пайк кивнул.
– Единственное, что не сходится, – это дом Росси. Два года назад она купила квартиру в кондоминиуме в Марина-дель-Рей стоимостью не меньше четырехсот тысяч долларов. Я навел справки у Эйдриен Картер.
– Забудь про дом. Мать оставила Энджи многоквартирный дом в Лонг-Бич. Когда Росси его продала, ей пришлось вложить деньги в другую недвижимость, чтобы не платить огромные налоги.
Я изумленно уставился на него.
– Мы были близки.
– Понятно.
– Очень близки. – За черными стеклами выражения глаз Пайка было не видно.
– В таком случае, полагаю, можно поставить точку, – кивнул я, пристально посмотрев на Пайка. – Ни преступления, ни коррупции и никаких незаконных доходов. Джонатану Грину это не понравится, но тут уж ничего не поделаешь.
Проверять было особенно нечего, и это не заняло много времени, но, когда все по-честному, другого и быть не может.
– Элвис, она отличный коп. Женщине трудно играть в такие игры, особенно если у нее получается лучше, чем у мужчин, и она это всячески подчеркивает.
– По-моему, она пока что не собирается на покой, – усмехнулся я.
– У нее были реальные шансы стать первой женщиной, возглавляющей отдел убийств, – еле заметно кивнул Пайк. – И может быть, ей это удастся, несмотря на прокол с «правами Миранды».
– Из твоих уст подобная похвала звучит особенно лестно.
Пайк пожал плечами.
– Джо, похоже, у тебя слабость к этой женщине.
Допив пиво, Пайк встал и аккуратно положил пустую банку в мусорную корзину.
– Я ею восхищаюсь, Элвис. По большому счету точно так же я восхищаюсь и тобой.
Толком не зная, что ему на это ответить, я сказал:
– Раз уж ты мною восхищаешься, хочу попросить тебя о любезности. – (Пайк молча ждал продолжения.) – Завтра прилетают Люси и Бен, а у меня машина двухместная. Я могу одолжить твой джип, чтобы забрать их из аэропорта?
Пайк напряженно замер. Его джип находится в идеальном состоянии. Можно побриться, смотрясь в начищенное до блеска крыло. На блоке цилиндров можно разложить еду для пикника.
– Я вымою его перед тем, как вернуть обратно, – продолжал я. – Любого, кто посмеет его задеть, пристрелю на месте.
Пайк слегка повернул голову. Похоже, он был сражен наповал.
– А почему бы мне не поехать за ними вместе с тобой?
– Джо! – Разговаривать с ним было все равно что рвать зуб.
Подобная перспектива его по-прежнему не слишком радовала, но он кивнул. Один раз.
– Сегодня вечером набросаю отчет по Росси, – сказал я. – Потом позвоню Трули, скажу, что привезу отчет завтра, и он, наверное, пожелает со мной встретиться. Если хочешь, можем поехать туда вдвоем.
– Нет, – кратко ответил Пайк.
Люди-ящерицы.
– Я спросил так, на всякий случай.
Уже в дверях Пайк остановился и обернулся ко мне.
– Люси это понравится, – произнес он, указывая на мой правый глаз.
– Спасибо, Джо.
– Приятно видеть, что Энджи не утратила былой сноровки.
Уголок рта Пайка слегка дернулся, и он ушел. Пайк никогда не улыбается и не смеется, но иногда у него дергается уголок рта. Мистер Веселость!
Допив пиво, я позвонил Эллиоту Трули. Когда он ответил, я сказал:
– Я завершил расследование относительно Анджелы Росси. Сегодня вечером будет готов отчет.
– Так быстро? – немного помолчав, спросил Трули.
– Я работаю быстро, Трули. Мгновенно нахожу ответ или возвращаю деньги.
– Черт побери, – пробормотал Трули. Похоже, его несколько разочаровала моя оперативность, а может, он решил, что я схалтурил. – И что вам удалось обнаружить?
– Она чиста. Эрл – лжец, а Хейг – кретин, затаивший обиду. Нет абсолютно никаких свидетельств того, что Росси когда-либо нарушала свой служебный долг.
Снова молчание.
– Вам лучше приехать к нам. Джонатан захочет с вами побеседовать.
Понятно?
– Завтра в пять вечера ко мне приезжают друзья из другого города.
Я услышал, как Трули зашелестел какими-то бумажками.
– Завтра в девять утра у нас совещание. Сможете приехать?
– Обязательно приеду.
Написание отчета заняло у меня меньше двадцати минут. Затем я поехал домой, слушая любимую музыку Люси. По дороге я поймал себя на том, что думаю не столько о Джонатане Грине и Анджеле Росси, сколько о Люси Шенье. Я решил, что не мешало бы навести порядок в доме и составить список покупок. В доме и так уже было чисто, а для походов по магазинам было слишком поздно, но это не имело значения. Я выполнил свою работу, ко мне должна приехать Люси – что может быть лучше? Самое приятное – это предвкушение.
Когда я приехал домой, джип Пайка уже стоял перед крыльцом, свежевымытый, сверкающий, без единого пятнышка. Я обнаружил на лобовом стекле записку: «Передай Люси привет и, пожалуйста, поаккуратнее за рулем».
Пайк – это что-то.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?