Текст книги "Ноль ноль ноль"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nol-nol-nol-139584.jpg)
Автор книги: Роберто Савьяно
Жанр: Зарубежная публицистика, Публицистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 4
Убийца друзей
Матаморос, город в штате Тамаулипас на северо-востоке Мексики, лежит на южном берегу Рио-Браво[20]20
Рио-Браво (также Рио-Браво-дель-Норте) – мексиканское название реки Рио-Гранде, по которой проходит часть границы Мексики и США.
[Закрыть] и соединен с техасским городом Браунсвилль четырьмя мостами. Эти четыре моста – как нефтепроводы, по которым в Соединенные Штаты качают белую нефть. Здесь всем заправляет картель “Гольфо”, один из самых жестоких. В 1999 году картель “Гольфо” ввозил на территорию США до пятидесяти тонн кокаина в месяц, а его власть распространялась от Мексиканского залива до берегов Тихого океана. Эти территории были захвачены силой, подкупом или по договоренностям с главами других объединений наркоторговцев. Картель “Гольфо” был здесь номером один. А внутри картеля номером один был Осиель Карденас Гильен.
Крестный Отец, который приехал последним, занял свое место и благословил новых боссов, подняв за них бокал вина. Осиель миллион раз слышал эту историю. Конечно, передаваясь из уст в уста, она обрела новые версии, изменчивые, как погода в апреле, но суть оставалась той же – новый мир был создан. Осиель с рождения был зол на весь мир. Ребенок-задира, подросток-хулиган и после – жестокий юноша. Он трепетно вынашивал и поддерживал в себе слепой и беспричинный гнев, который под влиянием его блестящего ума становился буквально-таки дьявольским.
“Зачем довольствоваться частью, если можешь завладеть всем миром?” – кажется, отвечал он неосторожному собеседнику, который в сотый раз надоедал ему старой историей про Крестного Отца и раздел территорий. А как еще мог ответить человек, чьи родители, несмотря на собственную нищету, продолжали как ни в чем не бывало строгать детей и после отправляли их валяться в курятнике с тощими курами? Осиель придумал свой собственный мир, как можно дальше от окружавшего его хаоса. В четырнадцать лет он уже подрабатывал помощником механика по утрам, а днем – на макиладоре[21]21
Обиходное название сборочных предприятий, расположенных в мексиканских свободных экономических зонах и использующих более дешевую, по сравнению с США, рабочую силу и отсутствие жесткого контроля условий труда. Как правило, принадлежат американским компаниям, которые ввозят беспошлинно сырье и компоненты, а затем экспортируют готовую продукцию в США.
[Закрыть], где вместе с еще двумя сотнями рабочих собирал пылесосы, которыми в нескольких километрах к северу, должно быть, пользовались какие-нибудь домохозяйки-янки.
Когда гнев смешивается с жаждой получить свое, есть два возможных выхода: отчаяние или же чрезмерные амбиции. Осиель выбрал второе. На макиладоре он повстречал одну бойкую девушку с блестящими, как драгоценные камни, глазами, но ему было стыдно пригласить ее куда-нибудь, ведь он не мог позволить себе машину, чтобы заехать за ней, или оплатить ужин даже в самом недорогом ресторане. Он начал толкать наркотики – быстро, удачливо, достаточно рисково, чтобы обеспечить себе выброс адреналина, который был ему практически необходим. На первых порах для толкача работает такое правило – у кого меньше всего предрассудков, тот скорее станет лидером. Чтобы удержать власть, без жестокости не обойтись. Если ты не жесток, то можешь показаться слабым, и твои противники этим воспользуются. Это как у собак: кто громче всех рычит, тот и вожак стаи.
Тем временем его отношения с силами правопорядка становятся все более тесными. В 1989 году, когда ему был двадцать один год, его арестовали в первый раз по обвинению в убийстве, но через день он вышел под залог. В следующем году он снова попал в тюрьму, в этот раз за угрозы и нанесение телесных повреждений, – и снова просто “заглянул на огонек”. В двадцать пять лет его арестовали в Техасе, в Браунсвилле, и обвинили в торговле наркотиками, так как на момент поимки у него с собой было достаточно кокаина для возбуждения дела: два килограмма. Приговоренный к пяти годам тюрьмы, он снова вывернулся – благодаря обмену преступниками между Мексикой и Штатами. На родине будет легче, решил он, и действительно – годом позже, в 1995-м, Осиель вышел на свободу.
У всех крупных криминальных авторитетов есть одно общее свойство: желание окружить себя ореолом обаяния. Желание очаровывать, соблазнять. Неважно, кто является его объектом – женщина, которую хочется затащить в постель, или дилер-конкурент, от которого нужно избавиться, убедив его сообщников, что этот ублюдок того заслуживает. Достаточно один раз нащупать нить, ведущую к желаниям стоящих перед тобой людей, и дело сделано. Осиель знал, что он мог бы отрубать руки, угрожать родственникам или сжигать склады, но более быстрый способ получить все, что хочешь, – затронуть нужные струны в душе человека. Те, кто не боялся его, его обожали, а те, кто не обожал, удирали со всех ног, едва заслышав его имя. Осиелю удалось проникнуть в Федеральную уголовную полицию в качестве “крестной матери”, то есть осведомителя, и постепенно заработать себе защиту, которая развязывала ему руки. Теперь он мог держать под контролем оба фронта и одновременно сводить знакомство с людьми из картеля “Гольфо”. Он познакомился с Сальвадором Гомесом Эррерой по прозвищу Чава, который возглавил картель “Гольфо” после поимки Хуана Гарсии Абрего. Тот тоже рассказал ему, как Крестный Отец поднимал бокал и пил за отданную зону Матамороса.
Во второй половине 1990-х годов картель “Гольфо” раздирала война за власть. Многие пытались отделаться от организации, которая всего лишь несколькими годами ранее – после ареста Крестного Отца и золотого века, когда картель возглавлял Гарсия Абрего, – была одной из самых могущественных. Но теперь за ней гонялась полиция, а также ФБР и враждебные картели. Дни картеля, основанного в 1970-х годах человеком с витиеватым именем Хуан Непомусено Герра, который во времена сухого закона занимался контрабандой алкоголя в Штаты, казалось, были сочтены. Низвергнут Гарсия Абрего, арестованный мексиканскими властями и позже выданный в Штаты, где он отбывает сейчас одиннадцать пожизненных сроков. Терпит неудачу брат Абрего, Умберто, чересчур слабый. В результате заговора, организованного его охраной и сообщниками, низвергнут Серхио “Чеко” Гомес. Сразу за ним – Оскар Малербе де Леон. Низвергнут Уго Бальдомеро Медина Гарса, Повелитель грузовиков, – конец тоннам кокаина, которые он каждый месяц отправлял в Штаты в ящиках с овощами или пакетах с морепродуктами. Полиция празднует падение богов, но тем временем Чава и Осиель становятся друзьями и союзниками. Кажется, они неразлучны. Они постоянно в делах, накапливают деньги и власть. Но этого недостаточно – по крайней мере, для Осиеля. Власти нельзя добиться в паре, и каждому, кто упрямо рассказывает ему про Крестного Отца, он повторяет: “Зачем довольствоваться лишь частью, когда можешь завладеть всем миром?” И вот их арестовывают вместе. Осиель подкупает охранников, ему удается бежать, – и после этого он убивает Чаву. В тот день ему удалось обрести две вещи: полный контроль над картелем “Гольфо” и прозвище El Mata Amigos, “Убийца друзей”.
Ты тот, кто убивает собственных друзей. Быть может, ты способен убить и своих родителей, братьев, детей. Чего тебе бояться? Если тебя ничего не связывает по рукам, если тебе нечего терять, ты непобедим. И если ты обладаешь блестящим умом, то впереди у тебя светлое будущее. Мата Амигос перестраивает организацию и вводит ее в двадцать первый век. Его защита обеспечена подкупами и коррупцией. У него в подчинении есть даже 21-й моторизованный полк кавалерии Нуэво-Ларедо. Надежные ребята. Они получали сообщение: на складе одной из заброшенных фабрик на краю пустыни найдена партия кокаина. И тут же на всех парах летели на место происшествия, а с ними – толпа особо сговорчивых журналистов. Быстрое и бескровное вмешательство, никто не пойман, на месте обнаружен только белый порошок. Но ни одного ареста, ни разу. Фотографии, рукопожатия, улыбки. Чисто сработано.
Тем временем граница между Мексикой и Штатами пересекалась день за днем и час за часом. “Некий Осиель, как его там…” – такими словами обменивались главы мексиканских организаций по борьбе с наркотиками. Мата Амигос – привидение. Однако завладеть той узкой полоской земли, языком Тамаулипас, который лижет задницу Америке, хотели и другие банды, объявившие войну “Гольфо”. Это братья Валенсия вместе с картелем Тихуаны, картель Хуареса во главе с Висенте Каррильо Фуэнтесом и даже “Негрос”, убойная бригада на службе у Синалоа. Все против картеля “Гольфо”. Самая настоящая война. Полями битвы становятся города вроде Нуэво-Ларедо, Рейносы и Матамороса. Похищения и казни не прекращаются ни днем ни ночью, на улицах то и дело находят тела, разорванные на части и засунутые в полиэтиленовые мешки. Эскалация жестокости и количества смертей приводит к росту общественного давления как в стране, так и за ее пределами: все ждут ареста Осиеля Карденаса Гильена. В конце концов его все же арестовывают, а четырьмя годами позже экстрадируют в Соединенные Штаты. Картель лишается централизованной системы власти, теперь всем управляют два наркобарона, делящие между собой сферы влияния. Это брат Осиеля, Антонио Эсекиель Карденас Гильен по прозвищу Тони Тормента, то есть “Тони Гроза” (убит 5 ноября 2010 года мексиканскими военными в Матаморосе), и Хорхе Эдуардо Костилья Санчес, “Косс” (арестован морскими пехотинцами 12 сентября 2012 года в Тампико). Два лидера, которым все же не удалось положить конец распрям внутри картеля. И действительно, как только закончилось их время, пришел черед Марио Армандо Рамиреса Тревиньо по прозвищу Пелон, то есть “Лысый”, он же Икс-20, которого арестовали в Рейносе 17 августа 2013 года. Кто следующий? УБН особенно выделяет троих: Луиса Альберто Тринидада Серона (“Гичо”), Хуана Франсиско Каррисалеса (“98-го”) и Альберто де ла Крус Альвареса (“Хуанильо”). Но всегда найдется место и брату Осиеля, Омеро Карденасу Гильену по прозвищу Махадеро (“Глупец”). И хотя в марте 2014-го пошли слухи о его смерти от инфаркта, многие полагают, что он все еще восседает на самом высоком троне в картеле “Гольфо”.
В наши дни картель “Гольфо” продолжает извлекать выгоду из своей близости к американской границе. Это прекрасно отлаженная денежная машина, ход которой Государственный департамент США попытался затормозить, установив в 2009 году вознаграждение в размере пятидесяти миллионов долларов за любые сведения, которые бы способствовали поимке двух боссов и еще пятнадцати членов картеля. Чтобы тоннами возить кокаин, картель использовал все возможные пути, в том числе и подземные туннели, которые также задействовались для переправки людей. Эти новые кокаиновые почтальоны в обмен на призрак новой жизни по ту сторону границы взваливают себе на плечи горы наркоты – до полумиллиона долларов в денежном эквиваленте. Или же садятся на автобусы, которые проезжают по I-35, трассе, ведущей от пограничного города Ларедо, штат Техас, в Миннесоту, или же по I-25, которая начинается в сорока километрах от Эль-Пасо в том же Техасе и поднимается на север, к Вайомингу. Автобусы – идеальный вид транспорта для наркоторговцев, ведь их зачастую не проверяют рентгеном. Но картель “Гольфо” не чурается и более изобретательных способов вроде железной дороги или подводных лодок – быстрых и надежных, которые к тому же могут перевозить космически огромные грузы кокаина.
“В душе каждого человека живет отчаянное желание битвы, в которой нужно сразиться, приключений, которые нужно пережить, и красоты, которую нужно спасти”. Эти слова, сказанные христианским писателем и активистом Джоном Элдриджем, так нравились Насарио Морено Гонсалесу, одному из самых могущественных боссов картеля “Фамилия Мичоакана”, что он решил переделать их на свой манер. Морено Гонсалес проповедовал божественное право убивать врагов и так и не отступился от собственного толкования Библии. “Лучше умереть в борьбе лицом к лицу, чем всю жизнь унижаться, стоя на коленях”, – писал Морено, отталкиваясь от высказываний мексиканского революционера Эмилиано Сапаты[22]22
Национальный герой Мексики, предводитель восставших крестьян штата Морелос, одна из ключевых фигур революции против диктатуры Порфирио Диаса и гражданской войны 1910–1919 гг.
[Закрыть]. Или же: “Лучше быть живой собакой, чем мертвым львом”[23]23
Парафраз Книги Екклесиаста: “Кто находится между живыми, тому еще есть надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву” (Екк 9:4).
[Закрыть]. Одним он был известен как Чайо, другим – как Мае Локо, “Безбашенный”. Но все запомнят его как того мексиканского босса, что погиб дважды. В декабре 2010 года мексиканские власти объявили, что босс “Фамилии” был убит федеральной полицией в Апацингане. Разъяснить, как все случилось, поспешил даже тогдашний президент страны Фелипе Кальдерон, заявивший, что агенты правопорядка застали Насарио Морено Гонсалеса врасплох во время празднества, устроенного членами “Фамилии”, и что в завязавшейся перестрелке он был убит. И хотя труп его, который, согласно официальным отчетам, увезли члены “Фамилии”, так и не удалось обнаружить, никто не ставит эту версию событий под сомнение. Не ставит почти год, пока в октябре 2011-го не арестовывают Марио Буэнростро Кироса, главу “Абойтес”, группы похитителей, связанной с “Мичоаканской семьей”. На допросе Буэнростро сообщил, что Чайо жив и стал даже за это время главой “Картеля тамплиеров”, группировки, отколовшейся от “Фамилии”. С тех пор слухи о Чайо доносятся все чаще, пока 9 марта 2014 года они не получают наконец подтверждение: в перестрелке со спецподразделениями мексиканской армии и флота в Тумбискатио, штат Мичоакан, погибает человек, пытавшийся оказать вооруженное сопротивление при задержании. На этот раз отпечатки пальцев и анализ ДНК не оставляют сомнений – это Насарио Морено Гонсалес, на тот момент более трех с половиной лет официально считавшийся мертвым. Все эти годы он мог преспокойно и дальше командовать из своего мичоаканского оплота и даже не тревожиться о том, что его могут схватить, – ведь никто же не станет охотиться на мертвеца.
Штат Мичоакан находится на побережье Тихого океана. Именно сюда крестьяне-гомерос из Синалоа привезли свой опийный мак и научили местных кампесинос, как его выращивать. Мичоакан – Синалоа – США: в течение многих лет маршрут был именно таков. Эти годы захватов, похищений и насилия впоследствии привели к созданию организации независимых борцов с несправедливостью – “Фамилии”, “Мичоаканской семьи”.
“Мичоаканская семья” появилась на свет, чтобы защищать и оберегать самых слабых, чтобы бороться с насилием над ними. На какое-то время картель “Гольфо”, становившийся все более влиятельным в тех краях, поручил ей роль военизированной поддержки. Но сегодня “Фамилия” – независимый картель, специализирующийся на продаже метамфетамина и ставший со временем самым крупным его поставщиком в США. Край, которые многие десятилетия притягивал к себе наркоторговцев благодаря своим холмам, в которых они могли найти убежище, выходу к Тихому океану, который упрощает перевозку товара, но что самое главное – из-за бескрайних пространств плодородной земли в так называемой Тьерра-Кальенте[24]24
Tierra Caliente (исп.) – “Горячая земля”, населенная в основном индейцами труднодоступная область с жарким сухим климатом на стыке штатов Герреро, Мичоакан и Мехико.
[Закрыть], которая идеально подходит для выращивания марихуаны – теперь этот край усеяли многочисленные метамфетаминовые лаборатории. По мнению Майкла Броня, бывшего шефа оперативного отдела УБН, специализированные лаборатории “Семьи” в Мексике способны производить до пятидесяти килограммов метамфетамина в течение восьми часов. У “Семьи” очень строгие правила относительно продажи наркотиков: ни грамма членам картеля, а также мексиканцам. Это такая вывернутая наизнанку мораль; она находит себе место на растяжках, которые картель развешивает в контролируемых им районах: “Мы против употребления наркотиков и говорим «нет» эксплуатации женщин и детей”.
Чтобы отпраздновать свое вхождение в мир наркоторговли в качестве независимого картеля, “Фамилиа” устраивает грандиозное шоу. Ночью 6 сентября 2006 года двадцать одетых в черное мужчин, лица которых скрывают лыжные маски, вламываются на дискотеку “Соль и Сомбра” в городе Уруапан, в сотне километров от Морелии, столицы штата Мичоакан. Вооруженные до зубов, они несколько раз стреляют в воздух и приказывают посетителям и девушкам-танцовщицам лечь на пол. В обстановке всеобщего ужаса они быстро поднимаются на второй этаж, открывают принесенные с собой черные мешки для мусора и выбрасывают на танцпол пять человеческих голов. Прежде чем уйти, убийцы оставляют на полу рядом с отрубленными головами лист бумаги со следующим посланием: “«Фамилиа» не убивает из-за денег, не убивает женщин и невинных людей. Умирает только тот, кто должен умереть. Знайте все: это божественное правосудие”. Вот она, визитная карточка, которую “Фамилиа Мичоакана” предъявила Мексике.
Для членов организации их территория имеет статус святыни; они не потерпят, чтобы ее оскверняли болезнями и наркотиками. В этом отношении они чем-то напоминают итальянские группировки, которые ловят и наказывают тех, кто толкает товар в их зоне контроля. “Фамилиа” ведет своего рода борьбу за здоровый образ жизни. Они борются с наркозависимостью необычным и крайне воинственным образом: заявляются в реабилитационные центры для наркоманов и всячески подталкивают тех к тому, чтобы справиться с зависимостью, – в том числе и с помощью молитв. Потом их принуждают работать на картель. Если те отказываются, они их убивают. Совместные молитвы играют очень важную роль для организации, поскольку от них, как и от общего поведения, зависит карьера ее членов. Чтобы заручиться поддержкой общества, картель щедро раздает деньги крестьянам, предприятиям, школам и церквям, рекламирует себя на страницах местных газет. Именно с помощью объявления в газете “Голос Мичоакана” “Семья” засвидетельствовала в ноябре 2006 года свое появление: “Возможно, некоторые наши методы слишком суровы, но это единственный способ навести в штате порядок. Пусть не все из вас сейчас это поймут, но мы знаем, что в наиболее пострадавших районах наши действия будут восприняты правильно, ведь можно и нужно бороться с теми бандитами, которые пришли к нам из других штатов и которым мы больше не дадим вторгаться в Мичоакан и совершать здесь преступления”. Внутри штата Мичоакан “Семья” функционирует как параллельная государственная структура. Они финансируют общественные проекты, ограничивают мелкую преступность, улаживают раздоры местного значения. И не забывают про торговлю: сто песо в месяц за место на районном рынке, три тысячи – за автосалон. Зачастую фирмы вынуждены закрываться и передавать свою деятельность картелю, который использует ее для отмывания денег.
Несмотря на вдохновляющие картель религиозные идеалы, “Фамилиа” известна своей крайней жестокостью: ее члены пытают и убивают своих конкурентов. “Мы хотим, чтобы президент Фелипе Кальдерон[25]25
Президент Мексики в 2006–2012 гг., с начала своего правления объявивший войну наркокартелям.
[Закрыть] знал, что мы ему не враги и высоко его ценим. Мы открыты для диалога. Мы не хотим, чтобы «Сетас» вошли в Мичоакан. Чего мы хотим, так это мира и спокойствия. Мы знаем, что мы – необходимое зло… мы хотим прийти к согласию, к общенациональному соглашению”. Так говорил Сервандо Гомес Мартинес, он же Тута, “Учитель”, позвонивший в студию во время передачи “Воc и солюсьон”, которую вел на местном мичоаканском канале СВ Television журналист Маркос Напп. Гомес, этот высокопоставленный член картеля и подельник Морено Гонсалеса, предложил президенту Кальдерону заключить союз, чтобы устранить самых опасных конкурентов. Но правительство отказалось вести переговоры. Несмотря на это, “Фамилиа” все равно стала одним из тех картелей, которые разрослись быстрее прочих во время нарковойны в Мексике. Их влияние, помимо Мичоакана, распространилось на соседние штаты Герреро, Керетаро и Мехико. В их щупальца попали и Соединенные Штаты. В октябре 2009 года федеральные власти обнародовали результаты так называемого “Проекта Коронадо”. Из этого длившегося четыре года расследования, предметом которого была деятельность “Фамилиа” в Соединенных Штатах, выросла одна из самых крупных операций против мексиканских наркокартелей, орудующих на территории США. В одном-единственном двухдневном рейде, затронувшем все уровни власти, от местного до федерального, приняли участие более трех тысяч агентов. Арестовано триста три человека в девятнадцати американских штатах. Конфисковано шестьдесят два килограмма кокаина, триста тридцать килограммов метамфетамина, четыреста сорок килограммов марихуаны, сто сорок четыре единицы оружия, сто девять транспортных средств и две подпольные лаборатории, а также три миллиона четыреста тысяч долларов наличными. В ноябре 2010 года “Фамилиа” предлагает новое соглашение: они обещают расформировать картель при условии, что государство, федеральное правительство и федеральная полиция гарантируют безопасность штата Мичоакан. Это предложение появилось в виде сообщения на листовках, которые засовывали под двери домов, магазинов, в телефонные будки, на растяжках, которые развешивали на улицах, в письмах, отправленных в блоги, на радиостанции, в газеты и различные местные и международные компании. В сообщении говорилось, что создание “Семьи” стало ответом на провал властей, которые не смогли гарантировать безопасность граждан, и что ее члены, сыновья и дочери Мичоакана, готовы отдать собственную жизнь, чтобы защитить свою родину. Но и в этот раз правительство Фелипе Кальдерона, который сам родился в Мичоакане, отказалось заключить соглашение с картелем и начать переговоры.
Противостояние между “Фамилиа” и “Сетас” превратило Мичоакан в арену военных действий. А то, что произошло в столице штата, городе Морелия, 15 сентября 2008 года, накануне Дня независимости Мексики, впоследствии назовут первым актом наркотерроризма в истории страны. Вскоре после того, как губернатор Леонель Годой прозвонил в колокол и три раза повторил: “Да здравствует Мексика!”[26]26
Трижды повторенное “Да здравствует Мексика” – последние слова прокламации, с которой обращается к народу в и часов вечера 15 сентября каждого года высшее должностное лицо (президент в Мехико, губернатор – в столице штата, мэр – во всех других городах) с балкона дворца или мэрии. С этой церемонии, которая в символическом виде воспроизводит начало мятежа против испанских властей в городке Долорес (1810), начинается празднование Дня независимости Мексики.
[Закрыть], в толпе, по случаю праздника наполнившей площадь, разорвались две осколочные гранаты. Итог – восемь человек убиты и более ста ранены, и все это – мирные люди. Даже невинные, таким образом, становятся жертвами войны между наркоторговцами. Власти указывают на “Семью”, а та в свою очередь вывешивает новые растяжки, на которых обвиняет во всем “Сетас”: “Подлецы – вот как надо называть тех, кто подрывает спокойствие и мир в наших краях. Мексика и Мичоакан не одиноки. Спасибо вам, «Сетас», за ваши подлые поступки”.
Взрыв в Морелии стал поворотным моментом в выборе курса между старыми методами, методами Чапо, и новыми, которых придерживались “Сетас” и “Фамилиа”. Раньше были правила. Если ты предавал Чапо, тебя судили очень просто – то есть наказывали. Никакого мрачного нагнетания обстановки, никакой жути. Сегодня ярость систематически выставляется на всеобщее обозрение. К крайней жестокости добавляется публичное унижение. Чапо, однако, сразу понял все. Через день после происшествия он распространяет по электронной почте коммюнике, также подписанное и Майо: “Мы, представители Синалоа, всегда защищали народ, всегда уважали семьи боссов и мелких посыльных, мы всегда уважали правительство, всегда уважали женщин и детей. Когда картель Синалоа имел власть над всей Республикой, казней не было. А знаете почему? Потому что мы знаем свое дело, и у нас тоже есть чувства. Скоро вы увидите в Мичоакане больше синалоанцев (мы вернем себе все отнятые у нас территории и убьем всех тех, кто хоть как-то обидел нашу семью), и ни правительство, ни картели нас не остановят”.
“Сетас” и “Фамилиа” выставляют свою жестокость напоказ и используют ее как посла; Синалоа прибегает к жестокости только тогда, когда она нужна. Это борьба модерна и постмодерна. Борьба криков и молчания. Правила игры изменились. На сцену выходят новые действующие лица. Они появляются с огромной скоростью и поглощают целые регионы. Новые картели будто срываются с цепи. Более гибкие структуры, бешеные темпы расправ, освоение новых технологий, показательные массовые убийства, темные псевдорелигиозные догмы. И зверство, от одного вида которого все их предшественники бледнеют от испуга.
Жилой квартал Канкуна. Небольшой фургон, брошенный на улице несколько дней назад, начинает привлекать внимание местных жителей, и они вызывают полицию: “Этот фургон воняет гнилым мясом”. Открыв дверь, полицейские обнаруживают три трупа в наручниках и с полиэтиленовыми пакетами на голове. Рядом с ними лежит записка: “Мы – новый клан «Мата Сетас», мы против похищений и вымогательства, и мы будем бороться с ними во всех штатах, чтобы Мексика стала чище”. Подпись: “Картель нового поколения Халиско (Мата Сетас)”. Только спустя некоторое время станет известно, что перед тем как убить их, тех троих засняли на видео, впоследствии выложенное на YouTube, где их допрашивают какие-то люди в масках и с автоматами. Так представил себя миру “Картель нового поколения Халиско”, или же “Мата Сетас”, то есть “Убивающие «Сетас»”. Самый молодой картель.
29 июля 2010 года убит Игнасио Коронель Вильяреаль, предводитель картеля Синалоа в штате Халиско, подельник Чапо и дядя Эммы Коронель, тогдашней жены последнего. Он погиб в перестрелке с мексиканскими военными в Сапопане, штат Халиско. Его сторонники подозревают, что покойного предал собственный картель, и решают отколоться и создать новую группировку. Среди основателей “Картеля нового поколения Халиско” – Немесио Осегера Рамос (“Менчо”), Эрик Валенсиа (“85-й”) и Мартин Ареола (“53-й”). Все они – бывшие члены картеля “Миленио”, который на тот момент был ответвлением Синалоа. Начинается круговорот объединений и расколов. В начале 2011 года “Картель нового поколения Халиско” решает захватить столицу штата Халиско, Гвадалахару. Все против всех. Но проходит несколько месяцев, и картель возвращается под крыло Синалоа. Теперь они воюют против “Сетас” за контроль над Гвадалахарой и Веракрусом и, кроме того, действуют в штатах Колима, Гуанахуато, Наярит и Мичоакан. Чапо использует их, чтобы бороться с ячейками “Сетас” на своих территориях, ведь новая группировка считает себя сторонниками справедливости и противостоит злу в лице “Сетас”.
В этой войне “Сетас” и Халиско сражаются с открытым забралом. 20 сентября 2011 года среди бела дня в самом центре Веракруса внутри двух грузовиков находят тридцать пять трупов – двадцать три мужчины и двенадцать женщин. На жертвах заметны следы пыток, у них связаны руки, у некоторых на головах мешки. Все это – члены “Сетас”. После этой бойни в интернете распространяется видеообращение. За столом, покрытым скатертью, сидят пять мужчин в лыжных масках. Перед ними бутылки с водой, прямо как на пресс-конференции. Это она и есть. Пресс-конференция, чтобы взять на себя ответственность за преступление. “Мы хотим заверить вооруженные силы, что наша единственная цель – положить конец существованию «Сетас». Мы – воины без имени, без лица, но мы с гордостью называем себя истинными патриотами Мексики…” Через несколько дней в трех домах Бока-дель-Рио, все в том же штате Веракрус, обнаружены безжизненные тела еще тридцати трех человек. 24 ноября, за пару дней до торжественного открытия в Гвадалахаре Международной книжной ярмарки, полиция обнаруживает в трех фургонах тела двадцати шести человек, умерших от удушения и травм головы. Ранним утром 22 декабря на 105-й трассе в Веракрусе наркоторговцы нападают на три рейсовых автобуса. В итоге – шестнадцать человек убитых, в том числе трое граждан США, проживавших в Техасе и приехавших в Мексику на рождественские каникулы. На следующий день в Тампико-Альто, штат Веракрус, обнаружены еще десять тел: измученные, в наручниках, почти все обезглавленные. Резня не прекращается и на Рождество: рядом с Тампико, в Тамаулипасе на границе со штатом Веракрус, в ходе рутинной проверки на дорогах несколько солдат находят тела тринадцати человек в грузовике с прицепом. На сцену вернулись и знаменитые растяжки, призывающие к войне с враждебными группировками. Список этих жестоких расправ можно продолжать еще долго, но это значило бы добавить звездочек на погоны членам картеля Халиско.
1 июля 2012 года. Мексика только что выбрала нового президента, Энрике Пенью Ньето. Среди своих приоритетов он особенно выделил борьбу с торговлей наркотиками, которая в последние пять лет унесла жизни более пятидесяти тысяч человек. Через сутки после его избрания, в десять часов утра, в Сакасонапане, в центральной части Мексики, группа из четырех десятков киллеров останавливает четверых мальчишек лет по четырнадцать-шестнадцать, распространявших наркотики для картеля “Фамилиа Мичоакана”. К месту происшествия подтягиваются и другие члены “Семьи”. Начинается стрельба. В течение часа городок охвачен смятением и страхом. В школах прекращаются занятия в ожидании прибытия военных и полиции, которые лишь подтвердят последствия стычки: восемь человек убито. Однако спасается бегством Tyco, который считается правой рукой Пабло Хаймеса Кастрехона по прозвищу Маррана (что значит “Грязнуля”) – возможного лидера “Семьи” в южной части штата Мехико и одного из самых разыскиваемых боссов, подозреваемого в похищениях, вымогательстве, убийствах и наркоторговле. Среди сорока киллеров также есть потери, но для них это необходимые жертвы, принесенные во имя высшей цели.
Эти сорок человек принадлежат к картелю, основанному годом ранее в ходе очередного витка безумной непрекращающейся резни, на которую современную Мексику обрекла наркоторговля. Это “Картель тамплиеров”, отколовшийся от “Семьи”, которая, по их мнению, предала собственные ценности и посвятила себя проверенным делам – ограблениям, похищениям и вымогательству. Тамплиеры, напротив, придерживаются строгого кодекса чести. Члены ордена должны бороться против материализма, несправедливости и тирании. Они ведут идеологическую борьбу в защиту общественных ценностей, основанных на морали. Они клянутся защищать угнетенных, вдов, сирот. Запрещается насиловать женщин и несовершеннолетних или же использовать свою власть в обманных целях. Строго запрещается похищение людей ради выкупа. На убийство нужно разрешение, так как никто не должен отнимать у другого человека жизнь из прихоти или ради денег; нужно сначала выяснить, имеются ли на то достаточные основания, – и только тогда можно продолжать начатое. Тамплиер не может руководствоваться сектантскими или мелочными соображениями. Он должен быть патриотом и гордиться своей родиной. Он должен быть смиренным и вызывать уважение. Всем членам группы запрещается употреблять наркотики. Тамплиер должен быть для всех образцом рыцарской чести. Он должен всегда искать истину, потому что Бог – это Истина. Тот, кто предаст орден или нарушит правило молчания, будет наказан смертью; та же участь постигнет и его семью, а его имущество будет конфисковано.
Это совершенно бредовая пародия, за которой, впрочем, стоит молодая и агрессивная группировка, ведущая борьбу с ослабленным старым картелем и желающая захватить его земли, не брезгуя при этом и сопредельными территориями. Ее члены чувствуют себя настолько всесильными, что объявляют войну “Сетас”. Как и средневековый рыцарский орден, основанный в Иерусалиме для защиты паломников в Святой земле после Первого крестового похода, эти новые тамплиеры чувствовали, что на них возложена божественная миссия. После того как совет более опытных “братьев” избрал тебя и ты вошел в группу, ты не можешь оставить общее дело. Как только ты позволяешь им избрать себя, ты должен подчиняться их выбору ценой даже собственной жизни. Члены группы обязаны участвовать в церемониях, для которых они наряжаются, как рыцари-тамплиеры, имя которых они себе взяли: шлемы и белые плащи с красным крестом на груди. Картель распространяет в провинции брошюру, в которой собраны его принципы, направленные на выполнение главной цели – “защитить жителей свободного и суверенного штата Мичоакан”.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?