Читать книгу "Подменыш. Дикая магия"

– Ты сам признался, что пришел сюда с целью незаконного присвоения чужого имущества. Я же им ровным счетом ничего не сделал – ну, кроме бесплатного представления. Разница есть.

– Вижу, вы уже приняли решение. Тогда сказать мне больше нечего. Разве что я хотел бы уйти, если вы не слишком возражаете.

– Валяй. Ты здесь больше не пленник. Давай соберем тебе припасов в дорогу.

– Вот этот лишний каравай и вон те объедки, если позволите, – будет вполне достаточно. Люблю путешествовать налегке.

– Бери, конечно. Куда отправишься?

– В Дибну.

Пол рассеянно покачал головой.

– Представления не имею, что это.

– Портовый город к югу отсюда, – вор вытащил с полки атлас и, полистав, показал. – Вот он, видите?

– Чертовски далеко, как я погляжу, – кивнул Пол. – Многие мили пустошей между здесь и там. Впрочем, если хочешь, могу тебя подвезти.

– Ч-чего?

– На драконе. Воздушное сообщение.

Мышпер побледнел и закусил губу – потом все-таки улыбнулся.

– Вы, разумеется, шутите.

– Да вот еще! Я смертельно серьезен. Ты сообщил мне кучу полезной информации – я у тебя в долгу. Жечь поля и амбары – это может и подождать день-два. Если ты готов проехаться со мной на Лунном Птахе, я тебя подброшу.

Некоторое время Мышпер беспокойно мерил ковер шагами.

– Ну, ладно, – сказал он наконец. – Если вы уверены, что он допустит чужака к себе на спину.

– Он допустит.

Они летели на юг.

Спина медного дракона под ними мерно вздымалась и опускалась. Солнце слева раздумывало, стоит ли уже вставать или еще погодить; ночь помаленьку отступала, но ее холодные ветра несколько затрудняли общение. По крайней мере, между людьми.

Жаль, что ты не принес музыкальный инструмент.

Сегодня тут для него тесновато.

Этот второй человек кажется мне знакомым. По снам.

Его захватило твоим заклинанием сна, рядом в пещере. Сказал, ему снились драконы.

Странно… У меня такое чувство, что с ним можно поговорить.

Может, попробуешь?

ПРИВЕТ, ЧЕЛОВЕК!

Мышиная Перчатка подскочил от неожиданности, глянул вниз и улыбнулся.

– Вы, должно быть, Лунный Птах? – вежливо спросил он.

Он самый.

– А я Мышиная Перчатка. Я ворую вещи.

Мы спали вместе?

– Да.

Рад встрече.

– Аналогично.

По окончании беседы маленькому человечку явно полегчало. Он даже отклонился назад и доверительно сообщил Полу:

– Все совсем не так, как я себе представлял. Он кажется до ужаса знакомым. Все эти сны…

– Еще бы.

Пейзаж под ними тоже вздымался и опускался: зеленые леса, бурые горные гряды, голубые озера. Время от времени попадались одинокие домишки, тропы обращались в дороги и обратно. Вон сад, другой, а вон и ферма. Слева на склоне Пол разглядел скопление скал, где ночевал. Рот его сжался в ниточку.

Держись дороги.

Да.

Вскоре покажется и деревня. Можно глянуть на нее еще разок, при свете дня, решил он. Заодно людей попугаем.

На склоне холма показался кентавр: он смотрел вверх, заслонив козырьком глаза. Что там Мышпер говорил: среди них даже были кентавры?

Пикируй. Покажись ему во всей красе.

Дракон упал отвесно вниз. Кентавр повернулся и ринулся наутек. Пол довольно хихикнул.

– И это только начало, – ласково заметил он, когда зверь снова набрал высоту.

Впереди, лорд. Еще эти летучие штуки. Позволь, я их уничтожу.

Пол прищурился.

Какие-то темные металлические структуры кружили над небольшим пятачком земли. Внизу…

Внизу, на земле, что ли, еще такие?

Да, но тех, в воздухе, достать проще.

Тело Лунного Птаха под ним сделалось горяче́е.

А там разве нет среди них кого-то… человеческой породы? Похоже на девушку.

Да.

Даже отсюда, сверху, он разглядел цвет ее волос…

Бери тех, что на земле. И смотри, не повреди барышню.

Лунный Птах тяжко вздохнул, и серые струйки газа завились у него из ноздрей, тут же унесенные встречным ветром.

Люди всегда так все усложняют.

И земля неудержимо понеслась им навстречу.

Картинка внизу радикально приблизилась. Пол уже был уверен, что там действительно Нора – в центре треугольника, образованного тремя металлическими летунами. Эти были сделаны затейливее тех, которых он повстречал ночью. Они не только приземлились, но и шли теперь пешком – на самом деле крались, подпрыгивая, – и угрожающе надвигались на девушку, которая в свою очередь пользовалась пересеченной местностью, чтобы держаться от них подальше: перебегала так, чтобы на пути преследователям все время попадались кусты и отдельно лежащие валуны, а сама держала курс на опушку леса. Среди деревьев, понял Пол, она сумеет легко от них ускользнуть.

Хотя, может быть, и нет.

Вокруг запахло тухлыми яйцами – кажется, воздух наполнился результатами внутренних химических трансмутаций Лунного Птаха.

А тот внезапно распахнул крылья во всю ширь и, тормозя, почти встал в воздухе вертикально. Пол вцепился изо всех сил, и Мышиная Перчатка, сидевший впереди, последовал его примеру.

Приземление оказалось даже хуже, чем они ожидали. От хребтоломного удара его чуть не сбросило с дракона – он лишь чудом удержался. Только через пару секунд до него дошло, что сели они прямиком на одну из железных тварей.

Затем Лунный Птах рыгнул – отвратительный влажный звук сопроводился усилением аромата, который Пол почуял еще на спуске, – после чего его, видимо, вырвало. Мощный поток зловонной жидкости извергся из пасти, затопив вторую машину с головой. Несколько мгновений та задумчиво дымилась, а затем вспыхнула ярким пламенем.

Пол поискал взглядом Нору. В данный момент она отступала сразу от них и от последнего из механизмов – но, к счастью, вовремя подняла голову.

– Ты!

– Все в порядке! – крикнул он (Лунный Птах тем временем шагнул вперед и принялся лупить лапами по машине, скакавшей вокруг и, кажется, пытавшейся дать деру).

Первым же ударом он смял ей правое крыло; вторым расквасил окончательно. Однако тут приземлились еще две, а третья пошла было на снижение, но передумала и принялась описывать круги на безопасной высоте.

Лунный Птах повторил свой фокус, и загорелась еще одна птица. Тогда последняя кинулась ему в морду.

Пол пригнулся как можно ниже – Мышиная Перчатка тоже, – но, конечно, не настолько низко, чтобы ничего не видеть.

Дракон раскрыл пасть и поднял переднюю часть тулова. Раздался характерный хруст, и в следующий миг откушенные крылья флаера ударились о землю.

…несъедобная дрянь, – поделился разочарованно Птах.

И сплюнул.

Останки машины брякнулись на землю и жалостно задымились.

Пол посмотрел в небо. Единственная оставшаяся птица стремительно набирала высоту.

Догнать ее?

Нет. Я хочу помочь Норе. Погоди.

Он слез со своего скакуна и пошел к ней, лавируя между обломками.

– Привет, – подойдя, он взял девушку за руку. – Что у вас тут случилось? Это что за… вещи?

– Это от Марка, – ответила она, переводя дух. – Такие же прилетели тогда за ним и спасли. Он прислал их за мной.

– Почему?

– Сказал, я ему нужна, и он меня заберет.

– А ты, стало быть, к нему не хочешь?

– Сейчас – нет.

– Тогда, я думаю, нам надо пойти к нему и сразу все прояснить. Где он сейчас?

Она поглядела на него, потом на Лунного Птаха и обратно.

– Думаю, на юге, – сказала она наконец. – В запретном месте, которое иногда называют Наковальной горой.

– Знаешь, как ее найти?

– Наверное.

– Ездила раньше на драконе?

– Не-е-е-ет…

– Тогда пошли. Это весело, вот увидишь. Вот этого, например, зовут Лунный Птах.

Она не шелохнулась.

– Мне страшно. – Девушка помотала головой. – Последние драконы, которых здесь видели, были Дьявола Дета.

Он кивнул.

– Этот неопасный. Но позволь тебя спросить, кого ты больше боишься – этого твоего Марка с его машинами или смирного ручного зверька, на котором я приехал?

Нора опять потрясла головой.

– Где ты вообще его взял? Как ты им управляешь? Это правда, что ты сам из дома Рондоваля? Ты же говорил, ты просто путешественник…

– Слишком много вопросов зараз. И слишком долго отвечать…

– …потому что если ты правда из Рондовалей, это наверняка один из Детовых драконов.

– Теперь он мой. Но врать тебе я не стану – и раньше, кстати говоря, не врал. Я просто сам не знал. Да, я из этого дома, и я хочу тебе помочь. Так ты мне покажешь, где живет тот парень? Мне нужно перемолвиться с ним словечком.

С минуту она изучала его лицо. Он честно смотрел ей в глаза. Решившись, она отрывисто кивнула.

– Да, ты прав. У него зло на уме. Возможно, нам удастся его уговорить. Как у вас садятся на драконов?

– Не торопись, сначала я тебя представлю…

Когда земля стремительно ухнула вниз, Пол перегнулся через Нору и прокричал Мышиной Перчатке:

– По дороге в Дибну у нас намечается небольшой крюк. Хочу повидать человека, который контролирует эти штуки.

– Вы и месть свою тоже отложите? – понимающе кивнул тот.

Пол зарделся.

– Месть? – прищурилась Нора. – Это он о чем?

– Потом, – отрезал Пол. – Расскажи-ка мне лучше про эти ваши запретные места.

– Там остались всякие… останки от тех времен, когда люди еще использовали такое снаряжение. Очень давно это было. Говорят, там водятся привидения.

– Я такое тоже слышал, – ввернул Мышиная Перчатка. – И видел кое-какие предметы оттуда… по профессиональной части. В тот день, когда вас отсюда унесли, Мор, помню, говорил о каком-то равновесии. Наш мир пошел в одну сторону, а тот, куда он забрал вас, – в другую. Эти пути в целом несовместимы, а попытки сочетать их между собой опасны. У меня ощущение, что Дет как раз что-то такое и пытался провернуть.

– Выходит, Марк может оказаться куда большим злом, чем думаешь на первый взгляд?

– Истинно так.

Пол заслонил глаза от ветра и попытался разглядеть впереди крошечную точку, в которую превратилась улепетывающая железная птица.

– Видимо, нам обоим нужно в одну сторону.

– Так что там за месть? – встряла Нора.

– Да так, пока не знаю. Давай не будем об этом, – Пол скорчил страшную рожу маленькому вору, который ответил светской улыбкой. – Намерение – еще не деяние. И даже еще не попытка.

Взгляд его вдруг стал рассеян, и он словно бы выхватил что-то из воздуха… какую-то ниточку.

– И вообще, хорошо тебе проповедовать, – добавил Пол минуту спустя, когда человечек вдруг схватился за грудь. – С моими статуэтками-то за пазухой.

Мышпер побледнел и постарался основательно закашляться.

– Ладно, с тобой я разберусь позже, – добавил Пол. – Вряд ли в ближайшее время тебе удастся сбежать. А пока я, кажется, начинаю понимать, что там Мор имел в виду насчет угрозы, когда привел меня сюда.

– Я могу все объяснить… – прохрипел Мышпер.

– Так это старый Мор привел тебя в наши края? – изумилась Нора.

– Ага.

– Как интересно! Ведь это я ему рассказала про Марка, когда все случилось. Он тогда, помнится, выглядел совсем больным.

Пол кивнул.

– Да, неважно себя чувствовал.

Характер пейзажа внизу между тем начал меняться.

Леса поредели. Широкая река, бежавшая параллельно их курсу на западе, сузилась, проскользнула под ними и, наконец, совсем затерялась на юго-востоке. Голые участки земли стали светлее оттенком и как-то пожелтели.

Черная точка, некогда бывшая флаером слежения, окончательно исчезла впереди. А новых они встретили лишь во второй половине дня: несколько штук кружили на большой высоте дальше к горизонту, потом снизились и пошли навстречу – всего их было с полдюжины.

Драконья шея под Полом напряглась и, кажется, опять начала нагреваться.

Сами в пасть идут…

Погоди, – велел Пол. – Они пока не нападают. Думаю, он послал нам навстречу эскорт.

Съесть эскорт.

Нет, пока они держатся на расстоянии.

…ну, значит, позже.

Жди.

Они продолжали двигаться тем же курсом, и вот на горизонте показалась гора Наковальная, обрисованная мягким послеполуденным светом. Сопровождение их действительно… сопровождало – час за часом держась ровным прямоугольником, без изменений.

По мере приближения они разглядели и других птиц: те патрулировали небо над плоской вершиной.

Земля внизу меж тем выглядела все безотраднее.

Желтоватая, с красными жилами, испещренная серыми и ржавыми каменными россыпями. Всюду разбегались зазубренные неправильные трещины, не образующие никакого узора – словно кто-то кокнул оземь керамический горшок. Мелкие корявые кусты, будто безнадежно перепутанные ветром, жались к склонам невысоких холмов.

Гора неуклонно росла. На верхушке что-то громоздилось – белое, зеленое, серое, – и на этом фоне кипело какое-то непрестанное движение. Рядом с горой Лунный Птах снова напрягся и слегка изменил траекторию, сопрягаясь с курсом флаеров.

Лети, куда они ведут, – велел ему Пол. – Нас явно конвоируют к хозяину.

Дракон не ответил, но несколько раз послушно повернул, забирая к западу и заходя на посадку. Под ними раскинулся венчающий скалу город, а в самом центре комплекса – обширное здание с плоской крышей. С наружной террасы пентхауса на них смотрел высокий рыжеволосый мужчина.

Летучий аппарат необычного дизайна покоился на взлетно-посадочной площадке позади структуры. Вокруг копошилось несколько человекоподобных машин неизвестного назначения.

– Опять магия, – проворчал сквозь зубы Мышиная Перчатка.

– А вот и нет, – покачал головой Пол. – Ничего подобного.

Нора схватила его за руку – видимо, непроизвольно.

– А ты ведь знаешь того парня внизу, да? – полюбопытствовал Пол.

– Этого? Ха! Да я была по уши влюблена в него много лет. Но сейчас я его еще и боюсь. Он сильно изменился.

– Зато у него есть свой мини-аэродром. Пойдем, поговорим с ним. Если хочешь, чтобы он перестал к тебе приставать, так ему прямо и скажи, а я тебя прикрою. Ну, а если нет, сейчас как раз самое время все прояснить.

Вниз, Лунный Птах. Вон на ту свободную площадку.

На сей раз посадка вышла куда мягче – только в ушах еще некоторое время звенело, когда кругом перестал выть ветер. Пол слез со своего скакуна и помог спуститься Норе.

Она ахнула.

– Его глаз! Марка ранили!

К ним шел рослый мужчина в комбинезоне практичного цвета хаки с десятком чем-то набитых карманов. Прикольное устройство, закрывавшее левую глазницу, меняло цвет: когда он вышел из тени, оно стало ярко-голубым, потом потемнело до синего. Лоб над ним рассекал яркий шрам, нырял под планшетку и появлялся снова уже ниже, на скуле.

Пол шагнул навстречу.

– Я – Пол Детсон, – сообщил он. – Нора хочет с тобой поговорить. И я тоже.

Марк остановился метрах в двух и внимательно его изучил. Потом коротко кивнул.

– Я – Марк Мараксон, – в следующий миг он переключился на Лунного Птаха – а кто бы на него месте устоял? – Никогда раньше не видел драконов. Бог ты мой, ну и огромный же!

Налюбовавшись зверем, он повернулся обратно к Полу – а на Нору даже не взглянул.

– Детсон… маг?

– Вероятно.

– Магия мне непонятна.

– Я сам еще пока разбираюсь, что к чему.

Марк махнул рукой, забирая весь распростершийся вокруг город.

– Вот это я понимаю.

– Я тоже. Там, откуда я пришел, такого добра навалом.

– Что ты имеешь в виду? – Марк поскреб шрам на щеке. – Где это?

– Мы с тобой сводные братья, – без обиняков выдал Пол. – Твои родители воспитали меня в далекой стране – она очень похожа на это место, которое ты восстановил. Прости, что я так глазею – но ты правда очень похож на папу.

Марк отвернулся, походил немного туда-сюда, потом опять посмотрел на Пола.

– Ты шутишь.

– Ничего подобного. Большую часть жизни я носил имя, которое дали тебе в детстве.

– И что же это за имя?

– Дэн Чейн.

– Дэн Чейн… – повторил Марк, пробуя звуки на вкус. – Мне нравится. Но как такое вообще может быть? Я только недавно узнал, что приемный в семье… Нет, слишком много совпадений. В это невозможно поверить.

– Ну, на самом деле это не такое уж совпадение. По правде сказать… слушай, погоди.

Пол вытащил из кармана бумажник и порылся в отделении для карточек.

– Вот. – Он шагнул к Марку, протягивая находку. – Всегда ношу его с собой. Фото мамы и папы.

Марк схватил картинку и жадно уставился на лица.

– Это не рисунок! – воскликнул он. – Тут какая-то очень продвинутая технология.

– Фотографию изобрели уже некоторое время назад, – туманно заметил Пол.

Линза на глазу у Марка просветлела.

– Как их зовут? – спросил он.

– Майкл Чейн. И Глория.

– Я… вижу в их лицах себя. А можно… у тебя еще есть?

– Да, там под ней другие. Возьми, посмотри. Нет, через бок доставай. Ага, вот так.

Марк вернул бумажник.

– А чем они занимаются?

Тут настал черед Пола делать широкие обобщающие жесты.

– Майкл строит всякие вещи. Ну, то есть он их придумывает. Примерно в том же духе и стиле, как здесь у тебя.

– Хотел бы я с ним познакомиться.

– О, думаю, ты бы ему понравился. Но я на самом деле думал про то, как меня удалось протащить в этот мир. Я тут недавно овладел кое-какими новыми навыками по своей части и, думаю, после некоторых дополнительных штудий и экспериментов смог бы воспроизвести тот трюк, посредством которого Мор меня перенес. Парень вроде тебя наверняка тут не очень счастлив – особенно после недавней истории, которую мне рассказали… вот я и подумал, вдруг ты был бы не прочь отправиться туда, откуда я пришел. Есть шанс, что там тебе понравится гораздо больше.

Марк наконец оторвался от фото и сунул их в маленький набедренный кармашек – и уставился на Нору, будто видел ее в первый раз.

– Она рассказала, что они со мной сделали? И с моим… приемным отцом?

Пол кивнул.

– Мои соболезнования. Ко мне они отнеслись примерно так же, хотя и по другим причинам.

– Тогда ты понимаешь, что я чувствую. – Он снова бросил взгляд на дракона. – У тебя есть на них планы?

– Сначала были, – вздохнул Пол. – Но сейчас нет. Я почти смог понять… и простить. Думаю, этого хватит. Чем дольше я ничего не делаю, тем меньше оно меня задевает. Пусть идут своей дорогой, а я пойду своей.

Марк стукнул кулаком по ладони и резко отвернулся.

– Это не так-то просто! – Он снова заходил туда-обратно. – Для тебя – возможно, ты все-таки чужой. Но я здесь жил, я здесь вырос, я всех их близко знал. Я принес им дар, и они отвергли его – наихудшим возможным образом. И теперь я намерен навязать его им.

– Ты причинишь много страданий. И не только им – еще и себе.

– Значит, так тому и быть, – пожал плечами Марк. – Они сами сделали выбор.

– Я бы мог отправить тебя домой, где тебе, возможно, понравится… вместо всего этого.

Несколько мгновений Марк смотрел на него с какой-то жадной грустью, потом…

– Нет. Может быть, когда все закончится. Теперь это больше не дар – это судьба. Через пару недель я буду готов выступать. Дальше… что ж, увидим.

– Не торопись, обдумай все как следует.

– На это у меня было достаточно времени. Я очень много думал, пока приходил в себя после нашей прошлой встречи.

– Если бы я мог послать тебя домой хотя бы ненадолго – и ты подумал бы обо всем еще раз в совершенно другом месте, не похожем на это… у тебя бы появился другой угол зрения; ты, возможно бы, понял, что овчинка не стоит выделки.

Марк шагнул к нему, набычившись: линза зажужжала и сделалась золотой.

– Что-то ты больно стараешься поскорее избавиться от меня, – процедил он и метнул взгляд в сторону Норы. – Дело в ней?

– Нет, – Пол помотал головой. – Тебя она знает много лет, а меня – только пару дней. Между нами ничего нет.

– Будет возможность это исправить в мое отсутствие.

– Это твоя идея – не моя. Я просто хочу уберечь тебя от ошибки, которую чуть не сделал сам. А она пусть говорит сама за себя.

– Ты тоже хочешь от меня избавиться? – Марк яростно воззрился на девушку.

– Нет, оставайся, – сказала она. – Но не трогай деревню. Прошу тебя.

– После всего, что они сделали?

– Они не могли по-другому. Да, получилось ужасно, но ты их и правда напугал!

– Так ты теперь на их стороне!

– Это же я тебя предупредила!

– …и на его! – Марк мотнул головой, указывая на Пола; сверкнула линза. – Магия! Драконы! Отжившее старье! Регресс! Он выступает против развития – и это его ты предпочла мне!

– Я такого не говорила!

Нора протянула к нему руки, но он отвернулся… он отшатнулся – и сунул почти под нос Полу увесистый кулак.

– Я бы мог убить тебя одной левой. Я был кузнецом.

– Не советую, – улыбнулся тот. – Я был боксером.

Марк поднял глаза. Сверху на него выразительно смотрел Лунный Птах.

– Думаешь, эта древняя тварь делает тебя неуязвимым? У меня тоже есть слуги!

Он задрал левый рукав: крупный контрольный браслет покрывал половину предплечья, опасно поблескивая между противниками. Пальцы затанцевали по кнопкам. Человекообразные машины все как одна повернулись к ним и начали двигаться.

Пол поднял правую руку; рукав был свободный и просто упал до локтя. На пульсе различимо шевелилась драконья метка.

– Еще не поздно остановить то, что, кажется, вот-вот случится, – тихо сказал Пол.

– Нет, – выплюнул Марк, – время ушло.

Одна за другой машины запнулись и замерли: одни – издавая странные натужные звуки, другие – резко и беззвучно. Марк снова потыкал в кнопки, но ни одна ему так и не ответила.

– Папа называл это полтергейст-эффектом, – объяснил Пол. – А сейчас…

Марк замахнулся.

Пол легко уклонился и вогнал правый кулак ему в живот: жертва зарычала и согнулась. Левый с хрустом встретился с челюстью. А вот шансом хорошенько засветить противнику в глаз Пол не воспользовался – испугался повредить протез и руку удержал. Это оказалось ошибкой: Марк вложил всего себя в удар левой, размахнувшись ею целиком, как палицей, и тяжеленный пультовый браслет прилетел Полу прямо в ухо.

Маг упал на колени, закрывая голову руками и увидел, как навстречу ему стремительно несется ботинок. Он упал вбок, избегая свидания.

Раздавим? Или сожжем? – поинтересовалась могучая тварь у него в голове.

Нет, Птах! Нет!

Утробный рокот, доносящийся из дракона, заставил его инстинктивно отпрянуть, посмотреть вверх, поднять руки…

И увидать тянущиеся во все стороны нити. Пусть перед глазами у него и плясало, но…

Да, вот эту, красную.

Своим нормальным глазом Марк успел разглядеть, как поверженный враг пытается за что-то там ухватиться в воздухе. Он сделал шаг, чтобы все-таки пнуть его в ребра… но шаг почему-то не состоялся. Обнаружив, что ноги внезапно лишились способности двигаться, Марк медленно завалился вперед.

Парализованный от пояса вниз, он кое-как подпер себя руками и увидал, что неприятель уже поднялся на колени и все еще держится за голову. Тут его, однако, схватили за плечо. Он поднял глаза…

– Нора!

– Марк, умоляю, пообещай, что ты не тронешь нашу деревню – и никакую другую тоже!

Он попытался отползти от нее.

– Тебе всегда было на меня наплевать!

– Неправда! – Она чуть не заплакала.

– Первого же смазливого чужака на меня натравила!

– Не говори со мной так!

Он с трудом сел.

– Беги, пока есть возможность, – прошипел он. – Предупреди другие деревни… или нет, это уж как хочешь. Без разницы – я все равно приду! И возьму все, что захочу, – в том числе и тебя. И того, что я приведу с собой, вполне хватит против дракона – да хоть против целого семейства драконов! Валите! Скажите им, что я всех ненавижу! Скажите…

– Пошли, Нора, – бросил, вставая, Пол. – С ним толковать бесполезно.

Он протянул ей руку. Она поднялась и взяла.

– Думаю, было бы мудро тебя убить, – сказал Пол Марку. – Но она мне этого никогда не простит. И к тому же ты – сын единственных родителей, которых я знал. Так что, считай, у тебя есть еще время. Используй его с умом и хорошенько поразмысли. Если решишь все же прийти, я буду ждать. Защищать деревню у меня ни малейшего желания нет, можешь мне поверить. Но ты нарушишь равновесие, а из-за этого мы все окажемся в большой опасности.

Помогая Норе взобраться на Лунного Птаха, он обратил внимание на Мышиную Перчатку – вернее, на его полное отсутствие. Пол окинул взглядом плоскую крышу, но вор попросту испарился.

Он сел позади Норы и бросил на Марка последний взгляд с высоты драконьей спины.

– Не приходи, – коротко попрощался гость.

– Я ощутил твою магию, – негромко ответил хозяин. – И найду способ ее остановить. Это наверняка волновая активность, продукт нервной системы…

– Ты только не перетрудись, пока станешь искать.

Лунный Птах, а теперь домой!

Под ним вспухли колоссальные мускулы. Птах побежал, подпрыгнул и, перемахнув через край крыши, заскользил прочь, неуклонно набирая высоту.

– Ты же его не навечно парализовал? – осторожно спросила Нора.

Пол покачал головой.

– Примерно на час или около того. Нити перепутаны, но не завязаны.

– Какие еще нити?

– Он сейчас сам у себя в плену. Организм здоровый, скоро придет в норму.

– Он нас уничтожит, – тихо пробормотала Нора.

– У него тут реально впечатляющее оснащение, – согласился Пол, разглядывая то, что расстилалось внизу. – Возможно, ты права. Но надеюсь, что нет.

Солнце медленно катилось под уклон, стремясь к западу. Вокруг них снова пел ветер.

На земле механические слуги Марка вернули себе способность к движению задолго до него. На третьего человека, разглядывавшего его со спины Лунного Птаха, он, конечно, особого внимания не обратил, а сейчас смутный образ маленького седока и вовсе унесло в забвение бурливым потоком ненависти к тому, первому из них.

Тучи тем временем рассеялись; его линза потемнела. Браслет снова заработал.