Текст книги "Верлойн"
![](/books_files/covers/thumbs_240/verloyn-67526.jpg)
Автор книги: Роман Папсуев
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 4
Через подъемный мост в Баксард, гремя оружием, промчался рыцарь в черных доспехах и на черном скакуне. Остановившись во дворе замка, рыцарь при помощи зубастов слез с коня и, придерживая левой рукой ножны с длинным мечом, быстро вошел в парадную дверь замка Нуброгера.
Мрачные своды, рябой от времени и влажности камень и крики пленников, приговоренных к медленной мучительной смерти, не привлекли внимания рыцаря, который уверенно шел в главный зал Цитадели Тьмы. Охрана – королевская гвардия – мрачно глянула на рыцаря и скрестила перед ним алебарды, закрыв вход в зал.
– Кто? – хрипло спросил один из стражников.
– Рыцарь Квантрен к его величеству Нуброгеру, – четко произнес рыцарь, не поднимая забрала.
– Меч, – коротко бросил второй стражник и протянул руку.
Квантрен посмотрел на протянутую руку. С каким бы удовольствием он ее отрубил... Рыцари Ордена не любили королевских гвардейцев, полагая, что те лишь жиреют в столице, охраняя короля, тогда как Черные Рыцари сражаются и гибнут, выполняя волю сюзерена. Однако неприязнь эта тщательно скрывалась, ибо все знали: дойди это до короля, тот немедленно отрубит десяток голов в назидание остальным. Поэтому рыцарь безропотно снял с пояса ножны с мечом и передал их стражнику.
– Его величество ждет тебя, – произнес стражник и пропустил рыцаря в зал.
Огромный парадный зал Баксарда являл собой мрачное и величественное зрелище: помещение с высокими стенами – потолок был так высоко, что его не было видно, стены, сложенные из огромных валунов – кладка по крайней мере столетней давности. Вдоль стен стояли длинные черные столы и скамейки, которые во время празднеств выдвигались на середину зала. Сейчас центр зала был пуст. Красный ковер вел от дверей прямо к огромному высеченному из черного гранита трону. Вокруг трона стояли пять человек, двое из которых были гвардейцами, а остальные – советниками Нуброгера.
Среди них выделялся высокий старик в коричнево-зеленых одеждах. Он стоял по правую сторону от трона, спрятав ладони в рукавах одеяния, голова его была покрыта капюшоном, который бросал глубокую тень на лицо. А лицо старика было настолько бледным, что казалось зеленоватым и словно светилось в тени от капюшона, над верхней губой нависал тонкий крючковатый нос, а ледяные глаза внимательно следили за рыцарем, вошедшим в зал.
Нуброгер сидел на троне, спокойно наблюдая за Квантреном, который, сняв шлем, опустился на колено перед своим повелителем. Рыцарь склонил голову, приветствуя Нуброгера. Тот сложил руки на мощной груди и сказал:
– Квантрен, мне нужны последние новости с юга. Что ты узнал?
Его низкий рокочущий голос разорвал тишину и эхом отдался в сводах зала. Квантрен, чуть заметно вздрогнув, поднял голову и сказал:
– У меня есть новости, о которых вы хотели узнать, мой господин.
– Встань и рассказывай.
Загремев доспехами, рыцарь поднялся.
– Отряд из Дирорна переправился через Касролл, как и планировалось. Он примкнул к нашим основным силам на восточном берегу. По пути мои соглядатаи гирагиты, которых наняли еще до разгрома Гостхомора, чтобы они наблюдали за Фолкским замком, сообщили о том, что барон Верлойн вернулся в родовое гнездо, но спешно выехал несколько дней назад, направившись на северо-восток. Совершенно очевидно, что он направляется в королевство Изумрудных лесов. Я приказал гирагитам следить за ним, держась на расстоянии. Однако намерения барона по-прежнему мне неведомы – мои лазутчики не подъезжают близко, опасаясь быть обнаруженными, и потому не слышат разговоров барона и его спутников. Волшебство же они в ход не пускают, утверждая, что оно не поможет. Я им не верю, но силой заставить их использовать чары не мог.
Нуброгер качнул головой:
– Так. Где Верлойн сейчас?
– Если верить сведениям, полученным мной, в настоящий момент они направляются к Черным скалам. Гирагиты сообщили, что барон уже пересек границу и сейчас направляется на северо-восток. Скоро они выйдут из Зурнобора.
– Что случилось с твоим отрядом? – неожиданно спросил Нуброгер. – Я слышал, с вами произошло недоразумение в Изумрудном лесу.
Квантрен моргнул.
– Мы столкнулись с Отрядом Странников, мой господин. Все Странники были уничтожены.
– Я не спрашивал, что случилось с Отрядом Странников, я спросил, что с твоим отрядом!
– Мы... – начал Квантрен, чувствуя, что внутри у него все похолодело. Взглянув на Нуброгера, он поник и опустил глаза. – Мы потеряли тридцать два человека...
Нуброгер резко встал – его просторные одежды распахнулись, и Квантрен увидел, как под ними тускло сверкнула кольчуга. Огромная мощная фигура Нуброгера возвышалась над склонившим голову рыцарем. Повелитель Тьмы сошел с трона и, подойдя к Квантрену, холодно глянул ему в глаза.
– Тридцать два твоих отборных воина, из них девять рыцарей Ордена, были убиты уставшими Странниками, которые к тому же не ожидали нападения, мирно сидя вокруг костра. Я еще не считаю ваших оруженосцев, из которых уцелели только двое и о которых ты не упомянул вовсе! – Гремящий голос Нуброгера разнесся по всему залу, заставив рыцаря вздрогнуть. – Что же это за лучшие рыцари, которых могут избить какие-то оборванные кочевники?!
– У нас была всего сотня человек, – запинаясь, сказал Квантрен, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. – Мы искромсали Странников на куски, сир, а сами потеряли всего лишь незначительную часть отряда...
– Сотня человек? – насмешливо переспросил Нуброгер и грянул: – Сотня человек на двадцать шесть Странников?! И ты смеешь заявлять мне, что вас была всегосотня?!
Квантрен участвовал во многих битвах и насмотрелся такого, отчего обычный человек потерял бы сознание. Но гнев Нуброгера заставил его пригнуться, и рыцарь чуть было не закричал «пощадите!».
Вместо этого он сумел выдавить из себя:
– Как вы узнали, что их было двадцать шесть?
– Я знаю все, – холодно сказал Нуброгер и вновь сел на трон. – Ты опозорил свой меч, Квантрен, хуже того – ты опозорил меня, однако на этот раз тебе повезло. Я прощаю тебя. В последний раз. Сейчас ты мне нужен, твоя задача – отправиться с отрядом рыцарей к Зурнобору и перехватить барона Верлойна и его спутников по пути к Черным скалам.
– Но как я узнаю, где они вый...
– Форт дримлинов, возле Черных скал. Они пойдут к нему.
– Сир, но как вы...
– Довольно вопросов, Квантрен! – рявкнул Нуброгер, и его глаза грозно засверкали. – Отправляйся туда вместе с отрядом и уничтожь барона Верлойна! Если возникнет необходимость, вырежьте весь поселок, но голова Верлойна должна быть доставлена ко мне любой ценой! И не вздумай подвести меня снова, иначе пожалеешь, что вообще появился на свет. Отправляйся!
Квантрен поклонился, надел шлем и молча вышел из зала. Нуброгер повернулся к высокому старику и спросил:
– Аслак, ты уверен, что твое колдовство поможет и они выйдут именно там?
Придворный колдун Аслак повернул худое лицо к Нуброгеру и усмехнулся:
– Для этого в моем колдовстве нет надобности. Среди спутников Верлойна есть дримлин, некий Дрюль, который родом из этого форта, – я уверен, что он предложит завернуть туда, чтобы повидаться с родителями. Но на всякий случай я перекрыл прямую дорогу к Черным скалам непроходимой чащей, теперь у них просто не будет выбора. Единственное, чего я действительно боюсь, так это того, что ваши рыцари все испортят.
– За моих рыцарей не беспокойся, колдун, – хмуро сказал Нуброгер. – Хотя они и не блещут умом, бойцы они неплохие.
– Столкновение со Странниками показало, насколько они хорошие бойцы, – с неприкрытым сарказмом проговорил старик.
– Закрой рот, колдун! – рявкнул Нуброгер. – Ты не понимаешь, о чем говоришь! Наш отряд состоял из наемников, половина которых – еще не оперившиеся юнцы, в битвах не участвовали и нанялись, клюнув на звонкую монету из моей казны да на посулы вербовщиков, которые не скупятся на обещания богатства и славы. А Странники – воины с головы до пят! Я удивлен, что они не вырезали мой отряд до единого человека. Видно, наемники взяли их числом. Так что думай о том, что я тебе говорю, а не о том, что тебе не положено! Тебя больше должно волновать, что я с тобой сделаю, если барон не появится в поселке дримлинов!
– Не волнуйтесь, ваше величество. – Аслак поклонился, скрывая выражение ярости на лице. – Они там появятся, будьте спокойны.
– Очень на это надеюсь, – мрачно сказал Нуброгер. – Верлойн уже не интересует меня как союзник, а то, что к нему по твоим сведениям наведывался колдун с юга, лишь наводит меня на мысль о том, что барон неспроста так спешно покинул свой замок. Если он знает о том, что...
Аслак внезапно выпрямился и посмотрел по сторонам.
– В чем дело? – спросил его Нуброгер.
– Не знаю, – сказал Аслак. – Здесь...
Посреди зала внезапно возникло свечение, и на каменные плиты ступили пятеро гирагитов. Колдуны мягко шагнули вперед, скинув капюшоны.
Гирагиты были наполовину людьми. Нижняя часть их лиц была человеческой, верхняя же представляла собой смесь рептилии с насекомым. На континенте о них ходило множество слухов. Говорили, что их невозможно убить сталью, что они владеют черным волшебством. О Гостхоморе, городе гирагитов, до того как он был разрушен по приказу Нуброгера, слагали легенды одна страшней другой.
Повелитель Тьмы медленно поднялся с трона. Аслак скрестил на груди руки и опустил голову. Гвардейцы Нуброгера по-кошачьи грациозно шагнули вперед, встав по обе стороны от своего повелителя.
Высокий гирагит, стоявший в центре, лениво оглядел зал, задержав взгляд своих фасетчатых глаз на Аслаке. Гирагита звали Агнохом, это именно он сообщал свежие новости о бароне Верлойне Квантрену. Нуброгер лично нанял этих пятерых для слежки за Фолкским замком, которому он придавал большое значение. Гирагиты через Квантрена регулярно докладывали о положении вещей в Карате, и Нуброгер был доволен их действиями. Но сразу после того как они передали последние новости Квантрену, они узнали от одного из крестьян, что Гостхомор уничтожен, а все гирагиты убиты. Дурные вести, как известно, распространяются молниеносно.
Агнох повернулся к Нуброгеру.
– Нуброгер... – тихо сказал он. – Ты предал нас. Ты отправил нас на юг, следить за замком какого-то барона, а сам ударил ножом в спину...
– Замолчи, – резко сказал Нуброгер. – И стань на колени, когда разговариваешь со своим повелителем!
Агнох вскинул голову.
– Вставать на колени перед убийцей, уничтожившим мой народ? Никогда! Напротив, ты умрешь, умрешь смертью, которой достоин предатель! Но перед этим сам станешь на колени!
Агнох сложил руки в сложном колдовском знаке и выкрикнул заклинание. Четверо его спутников сделали то же самое. Аслак, стоявший до этого без движения, внезапно ссутулился и тихо что-то зашептал, медленно отводя от своей груди скрещенные руки. Нуброгер спокойно вытащил из-под плаща тяжелый метательный кинжал. Гвардейцы выхватили мечи и бросились вперед.
Гирагиты продолжали выкрикивать заклинания, на их лицах было написано удивление. И удивлялись они не напрасно. Их объединенная сила, направленная на Нуброгера, разбилась о щит, выставленный Аслаком. Колдун в одиночку защитил своего повелителя, оградив его от заклинаний гирагитов. Когда гвардейцы двинулись вперед, а Нуброгер выхватил кинжал, гирагиты бросили всю свою силу на защиту. Они уже не нападали, они оборонялись. Но их защита так же быстро была уничтожена всего одним заклинанием, которое прочитал Аслак.
Кинжал Нуброгера просвистел в воздухе и вонзился Агноху в правый глаз по самую рукоять. Колдун повалился на пол, не издав ни звука. Его спутники уже набросились на гвардейцев, но схватка была непродолжительной. Вскоре все гирагиты лежали на полу, заливая каменные плиты черной кровью. Гвардейцы вытерли мечи об одежду мертвых колдунов и спокойно вложили мечи в ножны. Затем подошли к Нуброгеру и встали по обе стороны трона так, как будто ничего не произошло. Аслак же спрятал руки в широкие рукава и посмотрел на Нуброгера. Тот опустился на трон, глядя на скрюченные тела, лежавшие на полу.
– Радуйся, Аслак, – сказал Нуброгер. – Теперь чистокровных гирагитов нет. Ты остался единственным наследником их знаний. Ты доволен?
– О да, мой повелитель, – Аслак поклонился. – Безмерно признателен вам.
– Жаль, но мы лишились прекрасных лазутчиков. Теперь ты лично будешь следить за передвижением барона Верлойна и его спутников. Ступай. Ты хорошо поработал сегодня. Я буду ждать от тебя свежих новостей завтра к полудню. Это ясно?
– Да, милорд. – Аслак вновь поклонился, на этот раз скрывая торжествующую улыбку.
* * *
Утром десятого дня путешествия через древний лес Верлойн проснулся оттого, что кто-то громко ругался. Это был дримлин. Он сидел у потухшего костра и пытался поджечь сырые ветки, которые собрал в лесу. Вскоре, изрядно попотев и исчерпав весь запас бранных слов, которые знал, Дрюль откинул огниво, поняв, что лишь напрасно теряет время да еще и себя мучает. Отбросив ногой сырые ветки, дримлин развернулся и, увидев проснувшегося барона, устало махнул рукой.
– Бесполезное занятие, – сказал он. – Как спалось?
– Прекрасно. – Верлойн зевнул и, сев, огляделся. – А где Тиглон с Алдрудом?
Малс, сидевший возле дуба, махнул в сторону леса.
– Они поехали на разведку – смотреть дорогу. Встали чуть свет и до сих пор еще не возвратились. Как бы чего не случилось с ними, сеньор Верлойн.
Верлойн усмехнулся, поднялся и подошел к Хинсалу, который выглядел вполне отдохнувшим. Потрепав коня по шее, он оглянулся и сказал:
– Ничего с ними не случится. Ты, малыш, слишком много переживаешь.
– Конечно, – пискнул Малс. – Я ведь маленький.
Верлойн кивнул, роясь в седельных сумках в поисках еды.
– Это бывает.
Дрюль громко рассмеялся. Малс же по-прежнему тревожно озирался по сторонам. Посмотрел на Дрюля, на Верлойна, потом вновь перевел взгляд на дримлина и тоненьким голоском спросил:
– Сеньор Дрюль, вы уверены, что с сеньорами Алдрудом и Тиглоном ничего не случилось? Я так беспокоюсь! Их нет уже больше трех часов.
– Наверное, далеко заехали, – пожал плечами Дрюль. – Я уверен, что они скоро вернутся... Да вон и они, кстати!
Из-за деревьев выехали Странники, бурно что-то обсуждая. Алдруд спрыгнул с коня и быстро подошел к путникам. Верлойн, Малс и дримлин молча ждали объяснений. Алдруд, казалось, никого не замечал, думая о чем-то своем. Затем он поднял голову и сказал:
– Мы с Тигом только что смотрели дорогу и обнаружили очень странную вещь: прямая дорога к Черным скалам поросла непроходимой чащей – сплошные колючки, шипы и острые корни. Это странно, потому что Малс два дня назад там проходил, и тропа была чистой, ведь так, Малс?
Манкр кивнул.
– Насколько я знаю, эта дорога всегда была свободной, – продолжал Алдруд. – Единственная оставшаяся тропа к Черным скалам поворачивает на северо-восток. Удивительно, вам не кажется?
– Дорога заросла за два дня? – удивленно спросил Малс. – Как такое могло произойти?
– Очевидно, кто-то посадил там чащу, вот и все, – спокойно сказал Дрюль.
– Не время шутить, Дрюль, – сказал Верлойн хмурясь. – Надо думать, как нам поступить.
– Я говорю вполне серьезно, – заметил Дрюль. – За два дня дорога не могла сама зарасти, да еще так сильно. А поскольку посадить такую чащу, как ее описывает Алдруд, простому смертному не под силу, значит, это дело рук либо колдуна, либо какого-то духа.
Верлойн выругался. Не хватало только колдунов и духов. С обычными смертными, понятное дело, путники справились бы, но со сверхъестественными созданиями барону встречаться не хотелось.
– Что же нам делать? – спросил дрожащим голоском Малс.
– Похоже, у нас нет выбора, – сказал Алдруд и, обернувшись, взглянул на Тиглона, который по-прежнему сидел на коне. – Мы слишком далеко заехали на восток, чтобы сейчас поворачивать на запад, к Риделу. Мы с тигом проехали пару миль по другой тропе – она чистая, никаких препятствий мы не встретили. Кроме того, выехав из леса, мы увидели деревушку недалеко от Зурнобора – там мы сможем пополнить запасы продовольствия.
Дрюль дрожащим голосом спросил:
– А вы видели там что-нибудь похожее на огромное дерево, возле южных ворот?
– Около южных ворот или нет, но дерево там было. Я хорошо его рассмотрел – гигантский дуб с голыми ветвями внизу.
Дрюль подпрыгнул и, весело засмеявшись, захлопал в ладоши.
– Небо, да ведь это Дуб Совета! Это моя деревня! Мой родной форт!
– Шутишь? – спросил Верлойн, подумав, что Дрюль опять балагурит.
– Конечно, нет! Я уже лет шесть там не был! Заезжал разок, в гости к родителям... Небо, как давно это было! – Потом, нахмурившись, дримлин сказал: – Однако меня очень тревожит эта заросшая тропа – кто-то явно пытается нам помешать. В другой ситуации я бы бросился к отчему дому, обезумев от счастья, но сейчас надо выяснить, есть ли другая дорога, кроме той, что ведет в мой поселок?
Говоря это, он смотрел на Алдруда. Тот, нахмурившись, покачал головой.
– Мы пытались найти еще какую-нибудь тропу, но безуспешно.
Верлойн, подумав, сказал:
– У нас есть только два выхода – либо ехать по тропе, на которую нас направляют, либо разворачивать коней и ехать по домам. Дороги назад нет, но вперед ехать опять же опасно. Однако, если нас ждет засада, а я думаю, что так оно и есть, мы хотя бы знаем, что нас ждут. Так что следует ехать вперед!
Алдруд долго смотрел на барона. Потом хмыкнул и сказал:
– Господин барон, вы позволите пару слов?
Верлойн поджал губы и кивнул, хотя ему не понравился тон Странника.
– Так вот. Все это замечательно, все ваши громкие слова о том, что дороги назад нет и тому подобное. У меня аж мурашки по коже пошли. – Увидев, что Верлойн нахмурился, Алдруд успокаивающе поднял руку. – Я отнюдь не насмехаюсь над вами, нет. Я вот что хочу сказать... Посудите сами – вы знаете, что вас ждет засада. Учитывая, что дорогу нам преградила магически посаженная чаща, засада, скорее всего, будет непростой. Возможно, с колдовством. Вы когда-нибудь имели дело с магическими засадами? Нет? А я однажды имел несчастье. Не успели мы опомниться, как потеряли четверых, понимаете? Это не шутки. Я вот что предлагаю – возьмем круто на восток, там вроде бы дорога свободная. Сделаем крюк, объедем опасное место, потом продолжим путь...
– Что-то в твоих словах говорит мне о твоем нежелании подвергаться опасности, – хмуро ответил Верлойн. – Кажется, это называют трусостью?
Алдруд побледнел, его рука невольно потянулась к мечу. Тиглон, видимо, почуявший что-то неладное, направил к спорившим коня. Верлойн понимал, что играет с огнем, но в данной ситуации это было целесообразно. Странник должен был понять, что решение барона окончательное и бесповоротное, а Верлойну очень хотелось, чтобы Алдруд с ним согласился и принял предложенный план. И если для этого Верлойну необходимо разозлить его, да будет так!
Алдруд молча смотрел на барона, сверля его лицо тяжелым взглядом. Потом убрал руку от меча и сквозь зубы процедил:
– Господин барон, вы, возможно, просто не знаете об этом, но упрек в трусости – самое страшное оскорбление, которое может услышать воин. После этого обычно следует дуэль.
Верлойн вскинул голову, но ничего не ответил. Неожиданно он понял, что действительно перегнул палку, что, оскорбив Странника, он рискует нажить себе врага. Минуту его врожденная гордость боролась с благоразумием. Малс и Дрюль, затаив дыхание, смотрели на Верлойна и Странника, чувствуя напряжение, которое между ними сгущалось. Подъехавший Тиглон спросил:
– Что здесь происходит?
Алдруд, не сводя с барона глаз, ответил:
– Наш юный друг, Тиглон, увы, не совсем понимает разницу между трусостью и рассудительностью. И бросается оскорблениями направо и налево, не задумываясь о последствиях.
– Довольно, – Верлойн поднял руку. – Я прошу прощения, Алдруд, мои слова и вправду были поспешными. Но твой совет нам не подходит. Нам нельзя терять времени.
Алдруд заметно расслабился. Тиглон, качая головой, сказал:
– Надеюсь, что это был первый и последний раз, когда мы спорим между собой по пустякам.
Верлойн ничего не сказал, Алдруд нехотя кивнул и сказал:
– Хорошо. Нет времени, значит, нет. Но все будьте готовы к засаде. Поедем по двое.
* * *
Дорога через лес казалась совершенно безопасной. Тиг и Алдруд сохраняли полное спокойствие, чего нельзя было сказать об остальных путниках, не столь искушенных в военном деле. Даже на Верлойна произвел впечатление рассказ Алдруда о магических западнях, поэтому он, хоть и старался сохранять спокойствие, заметно нервничал, периодически оглядываясь по сторонам. Малс, сидевший позади барона, чуть слышно скулил – малыш был испуган до смерти. Но, хотя путники и ожидали засады, выехали они из Зурнобора без всяких приключений. Древний лес остался позади, и все вздохнули с облегчением.
Перед ними открылась череда невысоких холмов, склоны которых поросли сочной травой. Далеко на севере в небо устремлялись пики Черных скал, которые даже с такого расстояния поражали своей неприступностью – их вершины скрывались в нависших над ними грязно-белых облаках, скалы стояли плотной, непроходимой стеной. На северо-востоке собрались тяжелые дождевые тучи, среди которых изредка вспыхивали голубым огнем молнии. Над холмами же сияло солнце, приветливо играя лучами, и этот контраст – темные грозовые тучи на севере и сияющее над холмами солнце – казался поразительным.
Путники огляделись и, не заметив ничего подозрительного, поскакали на север, к поселку дримлинов. Холмы были невысокие, и форт хорошо просматривался даже с расстояния двух миль. Он представлял собой ряды довольно высоких деревянных домов, окруженных частоколом. По углам частокола стояли дозорные башни, на которых день и ночь караулили покой деревни ее хранители – дружина воинов-дримлинов. Деревня располагалась в низине, до ближайшего холма было добрых пятьсот шагов, и поэтому дружинники без труда могли заметить незнакомцев; при малейших признаках опасности они трубили тревогу. Так случилось и на этот раз. Часовой на юго-западной башне протрубил сигнал тревоги сразу, как только заметил чужаков. Не успели утихнуть последние звуки трубы, как ворота с южной стороны деревни отворились, и из них вышло пятнадцать воинов-дримлинов с копьями и щитами. Промаршировав к старому дубу, под которым уже много лет собирались старейшины деревни на Большой Совет, воины построились в боевом порядке, закрыв вход в поселок и выставив впереди себя копья.
Вскоре путники подскакали к дубу, осадили коней и остановились. Из отряда дримлинов вышел вперед высокий воин, который был, по всей видимости, начальником стражи. Одет он был в длинную кольчугу, доходившую ему до колен, поверх которой был накинут джупон – льняная туника, украшенная каким-то геральдическим знаком, полинявшим от времени и солнца так, что разобрать, что же там изображено, было практически невозможно. На нем был широкий кожаный ремень, который оттягивали с левой стороны ножны с коротким узким мечом. Плечи были защищены выпуклыми пластинами, а предплечья – крагами из толстой кожи. На голове он носил рогатый шлем пехотинца – без забрала, но с наносником в виде широкой стрелы. В общем дримлин производил впечатление воина, собравшегося на битву. Выйдя вперед, он сложил руки на груди и холодно глянул на путников.
– Кто вы такие и почему едете в наш форт?
Дрюль, ехавший позади всех, выехал вперед и, спрыгнув на землю, весело сказал:
– Отец, разве так встречают уставших путников?
Дримлин разинул рот и удивленно уставился на Дрюля, который, широко улыбаясь, развел в стороны руки.
– Отец, это я, Дрюль! Ты что, не узнаешь собственного сына?
– Дрюль! Шалопай! Неужели это ты? – завопил начальник стражи, обхватывая ручищами сына и прижимая его к своей широкой груди.
– Тише, тише, отец! – пропыхтел Дрюль. – Так ведь и раздавить можно! Милсдари, позвольте представить вам моего отца. Его имя – Зильг, и он охраняет форт от проходимцев вроде нас.
Улыбаясь, Зильг оглядел сына с головы до ног, совершенно позабыв о путниках.
– Ты поправился, Дрюль, – сказал он.
– Ага. А ты отрастил бороду, – хохотнул тот, дернув отца за густую бороду.
– Ничуть не изменился, – весело буркнул Зильг и вдруг сдвинул брови. – Кто это с тобой?
– Только что я тебя им представил. Ты был так рад меня видеть, что все пропустил. – Дрюль широко улыбнулся. – Это друзья. Мы хотели заехать в деревню передохнуть. Нам надо будет завтра выезжать к Черным скалам.
– В деревню? – переспросил Зильг и оглянулся на частокол, будто видел его в первый раз.
Верлойн проследил за его взглядом и увидел растерянные лица дружинников. Зильг повернулся к Дрюлю, лицо его изменилось.
– Так это вы, – сказал он тихо, Дрюль еле разобрал его слова. – В недоброе время ты приехал навестить нас, сынок.
Дрюль оглянулся на путников, затем посмотрел на отца, на частокол, снова на отца...
– Засада! – крикнул он.
Путники выхватили мечи. Солнце неожиданно скрыли свинцовые тучи, набежавшие с северо-востока. Огромные, они лениво ворочались в потемневшем небе, сталкиваясь и высекая молнии. На землю пала тень, а вместе с ней и первые крупные капли дождя. Через несколько мгновений небеса разверзлись, и на путников обрушился поток воды – сплошная стена дождя, которую прорезала молния, на миг всех ослепив. Грянул гром такой силы, что все невольно вздрогнули. Он прокатился по холмам, прижимая траву к земле. Гроза разыгралась не на шутку.
– Уезжайте отсюда! – прокричал Зильг, вытаскивая меч. – Здесь Черные Рыцари!
Ворота форта распахнулись, и из них, гремя доспехами, вырвался отряд с копьями наперевес. Он состоял из десяти рыцарей в полном вооружении. Раскидав во все стороны дримлинов-дружинников, они ринулись прямо к путникам. Дрюль и Зильг отпрыгнули в сторону, чтобы не попасть под копыта огромных черных коней. Дрюль выхватил кинжал, Зильг взмахнул мечом, но рыцари не обратили на них никакого внимания. Нападение можно было бы назвать неожиданным, если бы путники не ожидали засады. Верлойн, Странник и Тиглон с мечами на изготовку встали в ряд. Тиг и Алдруд мгновенно сняли притороченные к седлам щиты, у барона же щита не было, поэтому Странники выехали чуть вперед, прикрыв таким образом Верлойна с двух сторон. Верлойну не раз доводилось выходить против тяжеловооруженных рыцарей, и каждый раз у барона внутри все сжималось, когда он видел тяжелые рыцарские копья, острия которых были направлены на него.
Первый удар приняли на себя Странники. Отведя щитами наконечники копий, они ударами мечей повалили на землю двоих. Рыцари с грохотом упали в грязь и уже больше не поднимались. Один из рыцарей громко отдал приказ опустить копья и воспользоваться мечами – он, видимо, понял, что Странники не новички в военном деле и без труда отразят копья. Перестроившись, нападавшие выхватили мечи и направили коней на путников. Внезапно Верлойн услышал крик:
– Убить центрового!
Барон понял, что целью засады по какой-то неведомой причине был он. И, осознав это, взмахнул мечом, намереваясь биться до конца.
– Верлойн, разворачивайся и скачи в Зурнобор! – крикнул Тиглон, который, видимо, сделал те же выводы, что и барон.
Этот крик, кроме Верлойна, услышал и тот рыцарь, который командовал нападавшими. Это заставило его отдать приказ о немедленной атаке. Рыцари пришпорили коней. В то же мгновение ударила молния, и прямо над головами сражающихся раздался такой удар грома, что кони чуть не сбросили седоков в грязь. Верлойн, ослепший от вспышки молнии, заморгал и вдруг услышал громкий треск. Молния ударила в старый дуб, расщепив ствол дерева почти до основания. Огромное дерево накренилось и со скрипом, похожим на стон, упало вниз, прямо на головы ослепших от вспышки рыцарей. Пятеро баксардцев вместе с конями оказались раздавленными, словно червяки, на которых наступили ногой. Трое уцелевших рыцарей, среди которых был и командир отряда, издавая яростные крики, направили своих коней на путников.
Завязалась жаркая схватка. Мечи звенели, высекая искры, кони ржали, противники наносили друг другу удары неимоверной силы. Верлойну никак не удавалось вступить в бой, потому что Странники, заслонив его собой, рубились сразу с тремя. Верлойн решил обойти место схватки справа, направив Хинсала в сторону, и в то же мгновение увидел, как один из рыцарей прорвал оборону Странников и направил своего огромного скакуна прямо к нему.
Верлойн поднял меч, в бароне все клокотало, он был готов к схватке, и рука его дрожала от нетерпения. Рыцарь занес меч, готовясь нанести мощный нисходящий удар, Верлойн увидел, как тускло сверкнула темная сталь. Барон приготовился отразить удар, мысленно оценив скорость несущегося на него рыцаря и зная, с какой стороны тот будет бить. Но тут один из дружинников на дозорной башне выпустил стрелу – взрезав стену дождя, она вонзилась прямо в не защищенную доспехами шею под шлемом баксардца. Рыцарь, издав предсмертный вопль, выронил меч и дернул поводья. Его коня занесло, и воин вылетел из седла. Падая, он задел Верлойна щитом и вместе с бароном и Малсом упал на землю. Хинсал встал на дыбы и заржал. Его ржание было последним, что услышал Верлойн, падая в грязь, – от удара он потерял сознание.
* * *
Первой пришла боль. Голова и грудь. Да, голова и грудь страшно болели. Верлойн открыл глаза, но ничего не увидел. На мгновение ему показалось, будто он ослеп, но зрение вскоре вернулось – сначала он увидел лишь расплывчатую белизну, затем начали проступать детали. Над ним был потолок. Он был деревянным... Деревянным. Дома. Частокол. Рыцари. Удар.
Верлойн тихо застонал, повернул голову, которая при этом противно заболела. Боль была тупая, словно внутри головы ворочалось что-то тяжелое, пытающееся выбраться наружу. Только теперь Верлойн почувствовал, что лежит в мягкой кровати, укрытый теплыми одеялами. Он перевел взгляд на две расплывчатые фигуры, сидящие рядом. Скоро Верлойн понял, что это Малс и Дрюль. Под глазом у Малса красовался огромный синяк, голова Дрюля была перевязана. Верлойн облизнул сухие губы и прошептал:
– Что случилось? Где я?
– Тише, господин барон, – сказал Дрюль. – Вам нельзя разговаривать. Мы сами сейчас все вам расскажем.
– Я ничего не помню. – Верлойн закрыл глаза, силясь припомнить, что произошло. – Помню только... да... помню, что на меня набросился один из рыцарей... и, – Верлойн открыл глаза, – выбил меня из седла.
– Да-да, – кивнул Малс. – Я тоже это помню. Он выбил из седла нас обоих и навалился прямо на вас всей своей тяжестью. Я удивляюсь, как вы еще живы, меня бы он просто раздавил.
– Я... тоже удивляюсь. – Верлойн вздохнул, и у него тут же заныла грудь.
«Небо, какой позор», – подумал барон. Он так и не скрестил мечи ни с одним из рыцарей. В стольких схватках он участвовал, а здесь по воле нелепого случая оказался выбитым из седла! И это в первой же битве, на глазах у своих друзей! Что же они теперь о нем подумают? Чувство острого стыда мучило Верлойна сильнее, чем боль в груди и голове.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?