Читать книгу "Муж на сдачу, или Попаданка требует развода"

Санна Сью
Муж на сдачу, или Попаданка требует развода

Муж на сдачу, или Попаданка требует развода

Пролог

Хозяйка собиралась умереть. Настоящей смертью. Не как в прошлый раз, когда люди в белых одеждах долго над ней колдовали, заставили дышать через трубку и подарили еще три года. Нет, теперь – окончательно.

Я чувствовала, как ее жизнь истончается, словно последние лучи заката за окном нашей спальни. Ее сердце билось тише, дыхание становилось прерывистее, а пальцы, которые когда-то с такой нежностью вычесывали мою блестящую шёрстку, теперь лежали неподвижно.

«Но ведь она же переродится, она не исчезнет», – пыталась утешить себя какая-то глупая часть моего кошачьего разума.

Да, души людей не исчезают. Когда-нибудь она снова родится – в другом теле, в другом месте. Может, даже станет счастливее, чем сейчас.

Но без меня.

А я… я останусь здесь? В доме, где каждый уголок напоминает о ней? О том, как она подобрала меня полуживым грязным котенком в осенней канаве? Как грела в ладонях, капала в рот теплое молоко из пипетки и шептала: «Держись, Матильда, мы с тобой еще повоюем»?

Ни за что!

Хотя… мы и правда пожили. Долго и счастливо. Она рассказывала мне о своей молодости, о покойном муже-моряке, о сыновьях, которые уехали «в страну вечного солнца» и забыли дорогу назад. А еще – о том, что я самая лучшая кошка на свете. Она покупала мне самую вкусную еду, не обращая внимания на цену и маленькую пенсию.

Я никогда и никого не любила так, как её…

Нет. Так не пойдет.

Нам нельзя расставаться.

Я не позволю ей уйти. Я не готова!

Я решительно встала на все четыре лапы и призвала то, что благоразумным кошкам призывать никогда не следует. Мои глаза налились потусторонним светом. Я вспомнила древние слова – те, что знают только кошки, произошедшие от самой богини – и завыла, зашипела, выгнув спину и чувствуя, как по шерсти пробегают искры магии.

«Великая Мау! Возьми одну из моих жизней в уплату, но оставь ее!»

Мау мяукнула своё «да» так, что моя шерсть встала дыбом, а потом…

Я ждала, что хозяйка просто откроет глаза. Что ее кожа снова станет теплой, а голос звонким. Но богиня кошек – высшее существо с оригинальным чувством юмора. Кто же знал, что Мау всё выкрутит по своему и возьмёт свою цену за мою мольбу? Что перенесет нас с хозяйкой в другой мир? Мир, где есть магия, а кошки умеют разговаривать… В тот самый кошачий Рай, где наша последняя жизнь длится почти бесконечность…

И все бы ничего, на такую жертву я была готова и смирилась, что запасных жизней у меня больше не осталось. Но вот с новым телом для моей подопечной вышла одна малюсенькая неувязочка.

Глава 1

Я давно подозревала, что умру в одиночестве. Дети разъехались, муж давно не со мной… Только старая чёрная кошка грела мне бок по ночам. Я подобрала её немощным котёнком и с тех пор, уже восемнадцать лет, мы вместе. Нет у меня никого ближе, чем Мотенька, и уже не будет.

В тот вечер сердце окончательно сдало, и я упала прямо в кухне, чувствуя, как жизнь утекает сквозь пальцы. Последнее, что я видела, – полные слёз глаза Матильды… Как же она без меня? Бедняга…

Так почему же я чувствую, как настойчивые и явно мужские пальцы сжимают мои бёдра? МОИ БЁДРА! Бёдра Светланы Николаевны Искровой семидесяти пяти лет от роду, к которым уже целую вечность никто не прикасался?! И при этом я слышу виноватый хриплый мужской шёпот:

– Прости меня, Телани, больше я к тебе не прикоснусь. Это было в первый и в последний раз. Больше я тебя никогда не трону, обещаю. Ты доживёшь отмерянные Всеотцом дни, не зная ни в чём нужды. Прощай.

Что тут происходит? По слухам, перед глазами умирающих проносится вся жизнь, или они видят свое тело со стороны, или их затягивает в какую-то воронку, или они не испытывают ничего. Почему тогда я переживаю какой-то непонятный триллер с примесью эротики?

Я лежала, чувствуя холодные простыни под спиной и влагу между ног, а в голове крутились странные слова. Мужчина явно намекал, что занимался со мной любовью и теперь просил за это прощения, называя меня «Телани», что бы это ни значило.

Но и это не все странности – еще я дышала полной грудью, а боль в сердце исчезла. Может, это врач скорой помощи такими нестандартными методами старушек с того света возвращает? Извращенец!

Рискнула приоткрыть глаза и из-под ресниц увидела, как в освещенном дверном проеме темной комнаты мелькнула широкая мускулистая голая мужская спина. И никакого белого халата! Дверь закрылась. Комната погрузилась во мрак.

Я распахнула глаза полностью и с забытой легкостью села на кровати. В тот же миг увидела в темноте два светящихся зелёных глаза. Уф-ф-ф. То, что моя кошка рядом, слегка успокоило.

– Моть, ты его тоже видела? – спросила я, вообще не надеясь на ответ.

Собственный голос показался мне чужим – молодым и звонким. А еще я в том самом месте ощутила легкую саднящую боль, которая недвусмысленно намекала за интим. Я нахмурилась. Но не успела об этом подумать, как услышала:

– Видела, конечно. Но ты не волнуйся, Свет, сейчас во всем разберемся. – сказала моя кошка человеческим голосом.

И я рухнула на подушки в полном шоке. Зажмурилась и перекрестилась дрожащими пальцами:

– Свят-свят-свят!

Мягкая лапка с нежностью погладила мою щеку.

– Да не паникуй ты так, Свет! Прорвемся. Главное, что ты жива и мы вместе, – сказала моя слуховая галлюцинация.

Я тихонько завыла. Что это всё значит?!

Глава 2

Герцог Доменик Карада

– Не зацикливайся на произошедшем, Доменик. На твою зверскую рожу смотреть страшно. Ты сделал то, что должен был сделать. Просто забудь как страшный сон, вычеркни этот эпизод из памяти и живи дальше, – ободряюще хлопнув по плечу, попытался успокоить меня Сандрес – мой друг и первый советник.

Его узкое лицо с хищными скулами выражало искреннее участие. Сандрес сопровождал меня в этой важной, невероятно тяжелой поездке и выступал свидетелем брачного ритуала. Я ему доверял, поэтому только он смог увидеть мою мимолётную слабость. Однако его слова не возымели должного эффекта. Я чувствовал себя погано до этого, и продолжил чувствовать себя погано сейчас. Ни долгий душ с ароматными маслами, ни ядреная настойка не смогли помочь мне увериться в своей правоте.

Хотя в чем-то друг был прав – выхода у меня действительно не было.

– Еще кувшин настойки принеси! – крикнул я, не оборачиваясь.

В моем скрытом от всех маленьком поместье, где теперь предстоит коротать свой век Телани Альвис – теперь герцогине Телани Карада, – служат молчаливые вышколенные слуги, и кувшин с настойкой появился передо мной мгновенно.

– Ну хватит уже, становись собой, – Сандрес поймал мой взгляд.

– Не могу.

– Бедная девушка даже ничего не поняла и не почувствовала, зато теперь получит достойный уход до конца своих дней. А ты получил заветную брачную метку и возможность принять участие в сражениях за трон. Ты обязан. Стать нашим новым правителем и избавить страну от налётов диких – твой долг. И не твоя вина, что старик объявил обязательным условием для участия наличие жены. Это всё происки врагов.

Я поморщился недовольно. Ненавижу все эти интриги.

– Я все думаю, может быть, мне стоило жениться по-настоящему? – Нервно побарабанил пальцами по столу. – Приглядеться к девицам, может, устроить отбор…

– Ты сам знаешь, какая это головная боль. – Сандрес тяжело вздохнул, откидывая со лба темную прядь. – Жениться без истинной любви на подходящей тебе по статусу девушке – это бесконечное соперничество за власть, интриги и непрерывное ожидание заговора. У тебя – идеальная жена! Она вроде как есть, и в то же время ее нет. Не твоя вина, что пять лет назад юная Альвис выгорела, лишившись и магии, и рассудка.

Я тяжело вздохнул и плеснул из кувшина в серебряную кружку янтарной настойки. Телани действительно превратилась в ходячую куклу не по моей вине. На их поместье напали дикие драконы. Пытаясь спастись, Телани выгорела. Ей тогда было четырнадцать, и ее магия еще не стабилизировалась. Впрочем, может, и к лучшему, что она теперь ничего не понимает. В той страшной трагедии погибла вся ее семья. Сандрес нашел для меня невесту в глухом монастыре. Там за ней пять лет приглядывали монахини. Телани была худой, как тростинка, и одета в жесткую робу, которая натирала ее почти прозрачную кожу. И волосы ей стригли очень коротко – под мальчика. А ещё почти никогда не выводили гулять.

Под моей опекой Телани получит все самое лучшее: шелковые платья, мягкие постели, свежий воздух… Говорят, животные благотворно влияют на безумцев…

Я остановил взгляд на сидевшей на подоконнике черной кошке. Она вылизывала лапу с достоинством королевы, делая вид, что не подслушивает наш разговор. Но я в этом сомневался. Кошки – посланники Богини. Они все знают, все понимают и очень многое могут. Как она вообще сюда забрела? Никто их путей и мотивов не знает… Но если человеку повезет попасть под опеку кошки, он может не переживать за свою жизнь. Может быть, и эта черная красавица с изумрудными глазами сжалится над моей безумной женой и скрасит её дни? Хотя бы на год. Года мне вполне хватит для реализации планов.

– Жениться по-настоящему мне все равно когда-то придется, – протянул я. – Сам понимаешь – Телани выгорела, и наследников мне не родит.

– Ну вот и присмотришься пока к девицам, поищешь истинную любимую, – подбодрил друг, хлопнув меня по спине.

Я допил настойку, грохнул пустой кружкой по столу и встал.

– Ладно. Отпраздновали свадьбу – и дело завершено по всем правилам. Пора в столицу.

Сандрес осушил свою кружку одним махом и тоже поднялся.

Я приказал слугам приглядывать за моей женой самым ответственным образом и вышел из дома, хлопнув тяжелой дубовой дверью. Надеюсь, вскоре я забуду все, что здесь сегодня произошло, и Телани больше никогда не увижу.

Глава 3

Сначала я лежала, пялилась в темноту и прислушивалась к себе. Чувствовала себя какой-то… легкой. У меня ничего и нигде не болело, казалось, что смогу вскочить с кровати и помчаться так, что только ветер в ушах засвистит.

Я пошевелила пальцами: вдруг я все же умерла, и тела у меня нет, а видения – норма в загробной жизни? Но я не просто почувствовала пальцы – я услышала и шорох простыни! Провела ладонью по телу под тонким одеялом, проверяя руки, живот, ноги – все на месте. Я себя ущипнула.

– Ай! – вырвалось у меня, потому что стало больно.

Откинула почти невесомое одеяло и встала босыми ногами на ковер, приятно щекотнувший мягким ворсом ступни. Постояла, оглядываясь в темноте, угадывая очертания предметов: вон дверь, за которой светло, вон окно – через щель в шторах падает лунный свет, кровать большая, старинная, с балдахином – стоит на подиуме; у стены мерцает зеркало в резной раме, под ним столик и круглый пуф.

Комната – не моя!

Я подошла к двери и ощупала стены с двух сторон – совершенно гладкие! Где-то же должен быть выключатель – люстра ведь есть! Но я не нашла. И выйти из комнаты не рискнула. В темноте пошла к зеркалу, ощупывая то, во что одета – в тонкую длинную белую сорочку. Саван, что ли? Кто додумался меня в него одеть? В шкафу же висело отличное «похоронное» платье. Не нашли, что ли?

И тут я взглянула в зеркало… Сделала два быстрых шага, потянулась рукой… И отражение потянулось! Не осталось ни малейшего сомнения, что худая глазастая девчонка с солдатским ежиком и впалыми щеками – это я!

– А-а-а-а-а! – вырвался у меня истошный крик ужаса.

Я отшатнулась от зеркала, и в тот же миг от двери мелькнула и исчезла полоска света.

– Так, ну, я все выяснила. Новости есть хорошие и плохие. С какой начать? – раздался уже знакомый кошкин голос.

Я развернулась и по зелёному свечению глаз определила, откуда говорит Матильда – ее, всю черную, в темноте не разглядеть. Подхватила кошку на дрожащие руки и вгляделась ей в глаза.

– Мотя, я сошла с ума, да? Или умерла? Что со мной происходит?

Кошка умудрилась извернуться и лизнуть меня в нос теплым шершавым языком.

– Давно хотела сказать: мне не нравится, когда ты меня так хватаешь, Света! – возмутилась она, а потом промурлыкала успокаивающе: – Давай-ка ты ляжешь, и я все тебе расскажу.

Я послушалась. Забралась на кровать, легла и укрылась одеялом по самый подбородок, а Мотя уселась мне на грудь и, устроившись поудобнее, начала объяснять:

– В общем, ты умирала, а я не хотела с тобой расставаться и обратилась к Мау – нашей богине. Хотела заключить сделку: отдать одну свою жизнь взамен продления твоей. Кошки на Земле живут лет двадцать, и я думала, Мау добавит их тебе. Но богиня забрала все мои оставшиеся жизни и перекинула нас обеих в кошачий Рай.

Я ахнула и поднялась на локтях – кошка съехала на живот.

– Мотя… Ты пожертвовала собой ради меня? – Голос задрожал.

– Ерунда, Свет. В кошачий Рай мы попадаем в финальной жизни и живем так долго, что устаем. Так что не переживай, я тебя нескоро оставлю. Слушай дальше. Так вот, Мау переселила твою душу в тело девушки по имени Телани. Сейчас тебе девятнадцать лет, и несколько часов назад ты вышла замуж. Богатый и влиятельный герцог сделал тебя женой и поселил в поместье, чтобы получить брачную метку, которая нужна ему, чтобы принять участие в гонке за место наследника трона.

В голове не укладывался этот бред! Я вцепилась пальцами в волосы и беспощадно их подёргала.

– Погоди, начни с хороших новостей! – взмолилась я.

– Так это и есть хорошие, – невозмутимо промурлыкала Мотя. – Ты снова молода, и ты теперь герцогиня. Разве это плохо?

У меня чужие короткие волосы на голове зашевелились. Я машинально пригладила их рукой.

– А плохие новости тогда какие? – прошептала я, и по спине пробежал холодок.

Мотя вздохнула и хвостом нервно ударил меня по коленям:

– Пять лет назад Телани, то есть теперь это ты, выгорела и потеряла не только магию, но и рассудок. Все эти годы она жила ко всему безучастная, как растение, и даже не разговаривала. Герцог на ней именно поэтому и женился. Она, то есть ты, идеальная – на его взгляд – жена.

Какой мерзавец! У меня аж апатия моментально испарилась.

– То есть он выполнил супружеский долг с бревном, так сказать, и отчалил жить свою лучшую жизнь?! – воскликнула я, резко садясь и сжимая кулаки.

Мотя ловко прыгнула с моих ног на край кровати, её зелёные глаза сверкали в полумраке, как две лампочки:

– Ты не из-за того возмущаешься. Он супружеский долг исполнил с Телани, а мы с тобой позже появились. Нам думать надо о том, как дальше жить, а не терзаться принципами. Не станешь же ты дурочкой притворяться до конца своих дней, правда?

Кошка говорила дело. Я сжала зубы и кивнула.

– Скажем, что он своей волшебной палочкой мне разум вернул, – процедила зловеще, закипая от ярости.

Никак не могла избавиться от нее. Вроде не я подверглась насилию, а всё равно было мерзко.

– Хорошая, кстати, идея, – одобрительно мурлыкнула Мотя. – И я ещё подтвержу. В кошачьем Раю наше слово сродни гласу Создателя.

Но мои мысли уже устремились дальше. Построив логическую цепочку, я завопила:

– А вдруг Телани забеременела?! – Вскочила на ноги и схватилась за живот. – То есть теперь я… – простонала в ужасе.

Мне срочно нужен душ! Или что тут у них вместо него? Не собираюсь я рожать ребёночка мерзавцу!

– Света, ты куда? Не топочи, как слон, и не кричи, как раненый буйвол! Сейчас слуги сбегутся, а мы ещё план не придумали! – попробовала вразумить меня Мотя.

Бесполезно. Я уже закусила удила. Ко мне вернулась присущая мне в молодости решительность и энергия. Это в семьдесят пять я стала тяжёлой на подъём и рассудительной, а в молодости я ух какой девчонкой была! За справедливость вечно боролась! А уж за насилие комсомольского значка не раздумывая лишила бы и волчий билет выписала!

– А что тут думать?! – воскликнула я, размахивая руками. – Пусть приходят и возвращают своего хозяина! Мы с ним быстренько оформим развод, а потом он у меня сядет, негодяй!

Я никак не могла успокоиться.

– С ума сошла?! – зашипела Мотя, прыгая передо мной. – Угомонись и сядь. Нельзя им показывать, что ты не Телани! Вдруг они подумают, что в девчонку вселился злой дух, и убьют тебя без раздумий? Я зря свои жизни отдала, что ли?

Это меня отрезвило. Я остановилась и нехотя плюхнулась на кровать, сжимая кулаки.

– Прости, – пробормотала виновато.

Хотя особой вины не испытывала. Просто кошка собой пожертвовала, а я…

А Матильда принялась расхаживать туда-сюда и читать мне нотации менторским тоном, нервно подёргивая хвостом.

– Ты придёшь в себя внезапно – разыграем карту с чудодейственным агрегатом твоего мужа. У Телани не осталось родных, никто её не знает, но тебе всё равно придется вписаться в местное общество. Телани из благородной семьи. Я подслушала и много что теперь знаю, но нам не мешает для начала немного разузнать про этот мир. Дай мне время до утра, я сбегаю на улицу, поищу своих, расспрошу, а дальше – будет видно.

Я скрипнула зубами. Дожила, Светлана Николаевна! Тебе кошка мозги вправляет. Вспоминай уже, что ты взрослая женщина, и прекращай истерить.

Я вздохнула и вернулась под одеяло, натянув его до подбородка.

– Прости, Моть. Ты права. Я больше не пикну.

– Вот и правильно, – обрадовалась кошка и исчезла в темноте.

Но не прошло и пары минут, как дверь со скрипом открылась, и комната залилась тёплым светом.

– Зачем ты люстру зажгла? Спать же ей помешаешь! – громким шёпотом возмутился женский голос.

Я затаила дыхание, притворяясь коматозницей.

– Да она не заметит, Эйри, даже если мы тут светопреставление устроим. Бедняжке что день, что ночь – всё едино, – ответил ей молодой женский голос, даже не пытаясь говорить тихо.

– О герцогине говоришь, поганка! – шикнула вторая женщина, и следом раздался звук лёгкого шлепка. Видимо, Эйри собеседницу стукнула, а та сдавленно зашипела. – Давай быстро перестелем бельё, её обмоем, переоденем и оставим отдыхать.

– Вот ты глупая, Эйри! – возмутилась молодая служанка. – А как ты её собралась без света мыть, переодевать, да ещё и кровать перестилать?

– Это ты, Луна, бестолковая. Я бы пару светляков запустила. Они не так в глаза светом бьют.

– Да ей вообще всё равно! Не слышала, что господин Сандерс хозяину рассказывал? Девушка пять лет в одну точку смотрела в монастырской келье. Потому и бледная такая, что света белого не видела. На мертвячку похожа.

– Помолчи! – гаркнула Эйри и, подойдя к кровати, заворковала надо мной, откидывая одеяло: – Сейчас, сейчас наша госпожа будет снова чистенькой и ляжет спать. А мы будем молиться, чтобы ей в том мире, где она теперь живёт, только самые лучшие грезы грезились.

Четыре руки бережно подняли меня с кровати, и через пару мгновений я будто хорошенько намылась, хотя вода и мыло ко мне не прикасались. От свежей рубашки в нос ударил аромат горных трав, и вскоре я снова лежала – теперь на хрустящей простыне.

– Вот видишь, Эйри, я же говорила – ей всё равно. Она как кукла. Как только бедный хозяин смог брачную метку от неё получить? Ума не приложу!

– Ох, Луна… Язык у тебя без костей! Как-как… Вырастешь – узнаешь, как мужчины это делают. А про хозяина поменьше болтай! Вот станет наш Доменик императором и погонит тебя взашей, потому что ты – болтушка – тест на верность не пройдёшь!

Эйри ругалась, подходя к двери, и я рискнула приоткрыть глаза. Поэтому и успела рассмотреть спины служанок: длинные коричневые платья, белые чепцы.

Похоже, мне не повезло попасть в какое-то магическое средневековье.

Ладно. Дыши, Света, дыши. Мотя вернётся – и всё прояснит. И да – совершенно нормально, что ты безоговорочно во всём полагаешься на кошку.

Я резко села на кровати. Нет! Это не нормально! Меня раздирали противоречия – как будто в теле поселились два разных человека.

К старости я устала от людей и прекрасно проводила время за просмотром сериалов, завернувшись в любимый плед. А в молодости я на месте не сидела. В школе была комсоргом класса, в институте возглавляла комсомольцев, в партию вступила и строила коммунизм, искренне веря в светлое будущее.

Но после перестройки все рухнуло в одночасье, и мне пришлось учиться жить по новым, жестоким, правилам. Я поехала в Грецию за шубами и торговала ими на рынке, научилась ругаться до хрипоты. Мне пришлось не так тяжело, как многим другим – мой муж ходил в рейсы и зарплату получал в валюте, – но потеря жизненного ориентира и полная неизвестность впереди позитива не добавляли. Но я справилась. Не потеряла себя, сохранила внутренний стержень.

И сейчас во мне просыпалась прежняя деятельная натура. Видимо, гормональный фон молодого тела ее разбудил – кровь бурлила, как шампанское. Я встала и заходила по комнате, меряя её шагами, пытаясь активизировать мозговую деятельность за счет ускорения кровообращения. Кошка – это, конечно, хорошо, но все же и я не дурень из сказки, который исключительно за счет пушистого помощника в сапогах чего-то в жизни добился.

Итак, я имела: новую жизнь в юном теле – это ценное приобретение (я уже успела полюбоваться в зеркале на гладкую кожу), но на сдачу выдан муж. Судя по его спине, он в хорошей форме и, вероятно, тоже молод. К тому же герцог – это солидно. Но его все равно нужно записывать в минусы – какие бы оправдания у него ни имелись, я не хотела знаться с тем, кто решает свои проблемы за счет немощной сироты. Значит, первым и самым важным делом в моей новой жизни станет развод.

Ага, а вдруг я от него забеременела?! Я снова схватилась за живот. Вот это будет отягчающее обстоятельство. И нет – не потому, что ребеночка я не хочу (я мечтала о внуках), а потому что папаша у него никудышный.

Так, ладно, пока можно понадеяться, что этот мерзавец все же позаботился о контрацепции. Не дурак же он делать ребенка женщине в полувегетативном состоянии? Хотелось верить в это.

Что дальше? Мне придется притворяться Телани, к которой внезапно вернулся рассудок, но из жизни выпали пять лет. Интересно, у девушки есть хоть какое-то имущество, деньги? Не хотелось бы начинать жизнь с нуля – я уже проходила это в девяностые.

А еще магия… Мотя сказала, что девушка выгорела, значит, какая-то сила у нее была. А если я вернула телу разум, магия к нему вернется? Вот это могло бы стать неплохим подспорьем – в магическом мире без магии как без рук. Ага! Вторая по важности задача – выяснить свои возможности…

– Ты чего не спишь, Свет? – внезапно раздался голос, и Матильда возникла передо мной словно из ниоткуда.

Я встала как вкопанная.

– Да как тут уснешь? Мозг взрывается, – проворчала я, однако тут же устыдилась – Мотя может подумать, что я недовольна тем, что она не дала мне умереть. – Пойдем на кровать, и ты мне расскажешь, что смогла выяснить.

Мотя метнулась вперёд, ловко увернувшись от моих рук, и уселась на одеяле, грациозно обвив хвостом лапки. Её зелёные глаза сверкали в полумраке комнаты. Я устроилась напротив, скрестив ноги по-турецки.

– Помнишь, мы с тобой смотрели сериал, в котором герцог был с тёмной кожей и всё никак не мог понять, что любит свою белокожую жену? Бриджер-кто-то-там назывался, – совершенно неожиданно выпалила кошка, подёргивая кончиком хвоста.

Я кивнула.

– Помню.

– Так вот тут примерно так же, – многозначительно промурлыкала Мотя.

Я широко раскрыла глаза.

– Аристократы – негры?! – выдохнула и посмотрела на свою бледную руку.

Мотя фыркнула, и её усы забавно затряслись.

– Да нет же! Тут тоже странно одеваются, и нет телевизора!

– А-а-а… – протянула я.

– А помнишь сериал про белых ходоков и лютоволков? – Я снова кивнула. – Так вот тут тоже есть драконы, и они иногда нападают. А ещё тут повсюду магия, и этот кошачий Рай люди называет «Верна».

В голове мгновенно сложилась мозаика из двух сериалов, и я пришла к неутешительному выводу: передо мной суровый мир, полный интриг и условностей, но лишённый привычных благ технологической цивилизации. Просто мне тут не будет…

– А хорошее хоть что-то удалось узнать? – спросила я с тоской.

Мотя самодовольно выгнула спину и грациозно потянулась.

– Конечно! У меня открылись уникальные способности. Благодаря мне мы с тобой прекрасно устроимся. Хочешь покажу, что умею?

– Давай, – согласилась я, не задумываясь и ещё не подозревая о подвохе.

Мотя прыгнула мне на грудь, дунула в лицо тёплым кошачьим дыханием… и мир вокруг поплыл. Последнее, что я успела увидеть прежде, чем погрузилась в наполненный удивительно яркими видениями сон, – это довольную кошачью мордочку.