Текст книги "Историки Варшавского университета. Время и судьбы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriki-varshavskogo-universiteta-vremya-i-sudby-160556.jpg)
Автор книги: Саркис Казаров
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Нина Казарова, Саркис Казаров, Виктория Лобова
Историки Варшавского университета. Время и судьбы
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования
«Южный федеральный университет»
Издание осуществлено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ), проект № 12-01-002-8а «Судьбы и научное наследие историков Варшавского университета».
Рецензенты:
доктор исторических наук, профессор А. П. Беликов;
доктор исторических наук, профессор А. Г. Данилов
Введение
Осмысление истории развития высшего исторического образования в дореволюционный период и первые годы становления новой власти приобретает особую актуальность в современных условиях. Сегодня очевидна необходимость повышения роли университетского образования, в том числе исторического. Связано это с происходящими процессами его модернизации. Однако любой модернизационный процесс неизбежно ставит перед исследователем задачу обращения к истокам, той культурной и интеллектуальной основе, на которой следует строить дальнейшие преобразования.
В связи с этим обращение к профессиональной педагогической деятельности историков, которые внесли особый вклад в развитие высшего исторического образования, актуально как творческое рассмотрение огромного опыта социально-педагогической практики, его переосмысление и использование в свете нынешних преобразований.
![](i_001.jpg)
И. П. Козловский
В качестве объектов исследования нами выбраны три представителя исторической науки, три профессора Варшавского университета – Иван Павлович Козловский, Григорий Григорьевич Писаревский и Анатолий Федорович Семенов. Первые два представляли российскую историю, последний – классическую древность. Их научная и педагогическая деятельность протекала в переломную эпоху.
Все они, будучи известными учеными в дореволюционную эпоху, после революции и гражданской войны, оказавшись в тяжелейших условиях, как материальных, так и идеологического прессинга, несмотря на это, продолжили свою научную и педагогическую деятельность.
Судьбам отечественного славяноведения посвящено современное исследование М. А. Робинсона. На основе богатого архивного материала автору удалось показать жизнь профессорско-преподавательского состава в первые годы советской власти, планы нового правительства в отношении ученой элиты, трудности, с которыми пришлось столкнуться ученым в новых условиях.
![](i_002.jpg)
Г.Г. Писаревский
В работах донского ученого и бывшего ректора Ростовского государственного университета С. Е. Белозерова дана история возникновения Императорского Варшавского университета – первого высшего учебного заведения в Ростове-на-Дону. Им рассмотрена деятельность ведущих профессоров-историков, формирование научных школ и системы преподавания исторических наук, подготовка научных кадров.
Вопросы университетского образования затронуты в литературе, посвященной развитию образовательных структур и положению интеллигенции. В. Р. Лейкина-Свирская основательно изучила историю формирования профессорско-преподавательских кадров в университетах в дореволюционный период, в том числе на историко-филологических факультетах.
Особую благодарность авторы выражают коллеге из Баку – доктору философии истории, старшему научному сотруднику Института истории им. А. А. Бакиханова Национальной академии наук Азербайджана Эсмире Рагимовне Вахабовой – за помощь в поиске важных архивных материалов, посвященных жизни и деятельности Г. Г. Писаревского в Азербайджане.
Немаловажным, на наш взгляд, является следующее обстоятельство: ученые, которым посвящена данная работа, не последовали примеру некоторых представителей российской интеллигенции и не покинули свою Родину, оставшись до конца верными России.
Почему нами были выбраны имена этих ученых? Это объясняется прежде всего тем, что они сегодня оказались незаслуженно забыты потомками. Вернуть эти имена из небытия, показать важный вклад упомянутых исследователей в дело развития исторической науки – наша главная задача.
Глава 1
Профессор русской истории Иван Павлович Козловский (25.12.1869-30.11.1942)
§ 1. Становление ученого
В 1908 г. на кафедру русской истории Варшавского университета был избран выпускник Киевского университета, наставник-руководитель гимназии при Нежинском историко-филологическом институте, магистр русской истории Иван Павлович Козловский. Он родился в Тамбове 25 декабря 1869 г. Отец был канцелярским чиновником, кончил службу коллежским секретарем и почетным гражданином[1]1
ГАРО (Государственный архив Ростовской области). Ф. 49. On. 1. Д. 39. Л. 17.
[Закрыть]. Образование будущий историк получил в тамбовской классической гимназии и Киевском университете св. Владимира, где учился у профессора В. С. Иконникова. В 1892 г. он окончил курс историко-филологического факультета с дипломом первой степени и золотой медалью за сочинение «Сильвестр Медведев. Очерк из истории русского просвещения и общественной жизни в конце XVII века». По решению совета университета сочинение Ивана Козловского было в том же году опубликовано в «Университетских известиях»[2]2
Сильвестр Медведев. Очерк из истории русского просвещения и общественной жизни в конце XVII века Ивана Козловского, окончившего курс историко-филологического факультета (Приложение: Созерцание краткое лет 7190-92 Сильвестра Медведева). Киев: Тип. Ун-та св. Владимира, 1895; Иконников В. С. Опыт русской историографии: в 2 кн. Киев, 1891–1908.
[Закрыть]. Наставник молодого ученого Владимир Степанович Иконников, сам выпускник университета св. Владимира, с 1870 г. преподавал в университете.
Его научное наследие обильно и многообразно, но особенно много внимания ученый уделял вопросам русской историографии. Его статьи о графе Н. П. Румянцеве, И. Н. Болтине, Л. А. Шлецере, Н. М. Карамзине были подготовкой к главному труду – его монументальному «Опыту русской историографии»[3]3
Иконников В. С. Указ. соч.
[Закрыть]. Сравнивая работы В. С. Иконникова и И. П. Козловского, легко заметить общие черты их стиля – всестороннее исследование Источниковой и историографической базы, документальность изложения. Несомненно, что круг научных интересов Козловского сложился под влиянием В. С. Иконникова: это проблемы древней и новой истории России, источниковедение, историография, архивное дело. Выражением благодарности учителю стало посвящение ему главного труда «Первые почты и первые почтмейстеры в Московском государстве»[4]4
Козловский И. П. Первые почты и первые почтмейстеры в Московском государстве. Опыт исследования некоторых вопросов из истории русской культуры во II половине XVII века. Варшава, 1913.
[Закрыть].
Сразу после окончания университета И. П. Козловский начал педагогическую деятельность. В Киеве он преподавал в женской гимназии г-жи Бейтель, коммерческом училище, торговой школе. В 1899–1900 гг. он сдал испытание на степень магистра русской истории при Киевском университете. О содержании курса, который Козловский вел в Киевском коммерческом училище, можно составить представление по изданному им в 1898–1900 гг. «Краткому очерку истории русской торговли»[5]5
Краткий очерк истории русской торговли И. Козловского, препод. Киевского коммерческого училища. Киев, 1898–1900. Вып. 1–2.
[Закрыть]. Автор выделяет несколько периодов в истории русской торговли. Первый период (приблизительно 850-1250 гг.) он характеризует как начальный этап торговли русских славян, когда идет формирование торговых путей и торговых центров, торгового законодательства[6]6
Там же. Вып. 1. С. 5.
[Закрыть]. Второй период (1250–1550 гг.) отличает прежде всего перемена района торговли[7]7
Там же. С. 12.
[Закрыть]. Со времени монгольского завоевания замирают торговые связи с Византией, главным средоточием русской торговли становится Новгород, а позже Поволжье. Отдельно автор рассматривает историю торговли в Юго-Западной Руси, вошедшей в состав Великого княжества Литовского[8]8
Краткий очерк истории русской торговли И. Козловского. Вып. 1. С. 23–24.
[Закрыть]. С падением Новгорода, завоеванием всей области реки Волги, с укреплением единодержавия в Москве, с заведением сношений с Сибирью и Англией начинается новый период в истории русской торговли (1550–1689 гг.)[9]9
Там же. С. 25.
[Закрыть]. Район торговли расширился: появилась возможность оживленных сношений с Европой и Дальним Востоком. Четвертый период (1689–1762 гг.) – эпоха, замечательная во всех отношениях[10]10
Там же. С. 48.
[Закрыть]. С приобретением берегов Балтийского моря Москва уступает место Петербургу как центру русской торговли. Развивается внешняя, в том числе морская торговля. Развитие торговли ведет к развитию торгового сословия, денежного дела, изменению торгового законодательства, улучшению путей сообщения.
Деятельность И. П. Козловского в Киевском коммерческом училище не ограничивалась преподаванием курса истории русской торговли. Он также вел большую учебно-методическую и воспитательную работу.
В 1902/1903 учебном году преподаватель И. П. Козловский был командирован попечительным советом Киевского коммерческого училища за границу с двумя целями. С одной стороны, он должен был ознакомиться с существующими учебными пособиями по истории в заграничных школах ввиду того, что выписка таких пособий из-за границы без предварительного ознакомления с ними представлялась нежелательной. С другой стороны, он должен был взять на себя руководство ученической экскурсией в Берлин и Дрезден на время рождественских каникул. Поскольку вторая обязанность поглотила все его время и он мог только очень поверхностно познакомиться с некоторыми пособиями в магазинах Берлина, Дрездена и Лейпцига, то посчитал свою миссию не выполненной. Поэтому он предпринял еще одну поездку за границу, на этот раз уже без учеников. Это была поездка в Вену на открывшуюся в конце марта 1903 г. выставку учебных пособий. В течение 5 дней по 3–5 часов в день И. П. Козловский осматривал все экспонаты выставки по историческому отделу. О том, насколько основательно познакомился ученый со всеми учебными пособиями по истории, которые употреблялись в немецких школах, свидетельствует его записка «Наглядные учебные пособия по истории на Венской выставке 1903 года»[11]11
Козловский И. П. Наглядные учебные пособия по истории на Венской выставке 1903 года. Киев, 1904.
[Закрыть]. Это своего рода объяснительный каталог Венской выставки по предмету история. Составляя записку, И. П. Козловский исходил из признания полезности наглядного обучения и того обстоятельства, «что предмету истории в этом отношении не очень посчастливилось. В то время, как все почти средние учебные заведения имеют физические кабинеты, массу пособий по географии, естествознанию, химии, – история везде обставлена довольно плохо. Особенно плохо обстоит дело в этом отношении у нас в России»[12]12
Там же. С. 2.
[Закрыть]. Выписка учебных пособий из-за границы была сопряжена с большими затруднениями, а учебные пособия по истории, изданные в России, были немногочисленны. При таких условиях историк считал крайне необходимым ознакомление «русской педагогической среды с состоянием учебных пособий по истории за границей»[13]13
Там же.
[Закрыть].
В каталоге Венской выставки все наглядные пособия в отделе истории были подразделены на восемь групп: стенные карты, стенные картины, атласы, коллекции картин в папках, иллюстрированные издания, монетные коллекции, коллекции древностей первобытных и коллекции диапозитивов. И. П. Козловский в записке подробно рассматривает экспонаты каждой группы и дает свои пояснения и рекомендации. На основании этого обзора он делает следующие выводы:
«1. Коллекция исторических картин представляет богатый материал, из которых преподаватель может составить себе хороший подбор, стоящий сравнительно недорого.
2. Коллекции монет, предметов и моделей очень небогаты, приобретение их обходится сравнительно дорого, и потому желательно изготовление их собственными силами преподавателей и учеников.
3. Коллекции исторических карт хороши только по древней истории; количество карт по средневековой и новой истории ничтожно, да и те, которые есть, не выдерживают критики.
4. Коллекции световых картин небогаты, но изготовление их по имеющимся богатым коллекциям стенных картин не представляет затруднений.
5. Альбомы и книги (иллюстр.) есть в достаточном количестве и хорошего качества, но они с трудом могут употребляться в качестве наглядных пособий»[14]14
Козловский И. П. Наглядные учебные пособия… С. 28–29.
[Закрыть].
Преподавательскую деятельность И. П. Козловский успешно совмещал с научной. Темой его магистерской диссертации было историко-биографическое исследование, посвященное Ф. М. Ртищеву.
В «Записках императорского Харьковского университета» за 1908 г. сохранился отзыв профессора П. Н. Буцинского о книге, изданной на основе диссертации магистранта Козловского[15]15
Отзыв ординарного профессора П. Н. Буцинского о книге: «Ф. М. Ртищев. Историко-биографическое исследование магистранта Н. Козловского» // Записки императорского Харьковского университета. 1908. Кн. 4. С. 1–6.
[Закрыть]. Рецензент Петр Никитич Буцинский был великолепным ученым и педагогом. Его докторская диссертация «Заселение Сибири и быт первых ее насельников» (1889) – капитальное исследование, написанное почти исключительно на основе материалов, хранящихся в архивах министерств юстиции и иностранных дел, – в свое время вызвала ряд самых лестных для автора рецензий. Киевский университет удостоил харьковского ученого высшей степени – доктора русской истории. А Императорская Академия Наук присудила ему за эту работу премию Серебрякова (1890). Причем Буцинский придерживался правых взглядов, а рецензентом был известный либерал А. Н. Пыпин, признавший труд Буцинского достойным такой оценки. Перечень книг и статей ученого поражает разнообразием тематики.
В отзыве на книгу И. П. Козловского, посвященную Ф. М. Ртищеву, П. Н. Буцинский высказывает ряд критических замечаний молодому автору. В частности, ставит ему в упрек то, что он «слишком идеализирует личность и деятельность Ртищева и в этом отношении доходит до необычайной крайности. Например, он пишет о Ртищеве, что по своим передовым взглядам на право свободы слова, свободы совести, свободы веры он стоит далеко выше не только своих современников, но и потомков»[16]16
Отзыв ординарного профессора П. Н. Буцинского… С. 1.
[Закрыть]. Козловский очень высоко оценивает религиозно-просветительную деятельность Ртищева и его роль в церковных реформах Никона, он – зачинатель реформ, а Алексей и Никон только исполнители. По мнению рецензента, Козловский также преувеличивает размеры состояния и благотворительной деятельности Ртищева[17]17
Там же. С. 2, 3, 5.
[Закрыть]. На самом деле, по мнению П. Н. Буцинского, если нужно говорить о широкой благотворительной деятельности кого-нибудь в царствование Алексея Михайловича, то следует иметь в виду самого царя и особенно его первую супругу царицу Марью Ильиничну[18]18
Там же. С. 4.
[Закрыть]. Козловский считает Ртищева идеалистом в самом широком смысле этого слова. Рецензент с этим не согласен. Он приводит многочисленные примеры обращения Ртищева к царю с челобитными по поводу тех или иных личных нужд, отсылки своих крестьян на каторжные работы и т. д.[19]19
Там же. С. 5.
[Закрыть] И тем не менее, несмотря на преувеличения, недостаток обоснованности мнений, крайнюю идеализацию героя своего рассказа, Козловский, по мнению П. Н. Буцинского, проделал громадную работу, которая свидетельствует о любви автора к истории, о больших его способностях и начитанности. Молодой автор прочитал огромное количество печатных и рукописных исторических источников, на что потратил много времени и труда. Буцинский заключает: «Он (Козловский. – Авт.) настолько исчерпал исторический материал, касающийся личности и деятельности Федора Ртищева, что другому историку и в голову не придет мысль снова заняться этой неблагодарной темой. Выбор темы для диссертации неудачен, – увлечение автора героем “Жития” – крайнее… В этих двух обстоятельствах кроется главная причина недостатков, которые отметили в своей рецензии… Но там, где автор не стеснен увлечением, он обнаруживает серьезный критический талант, способен заглядывать вглубь предмета… Это можно видеть и в некоторых частях разбираемого нами исследования и, особенно, в другом его сочинении “Сильвестр Медведев”. Мне кажется, что от г. Козловского следует ожидать серьезных научных трудов по истории России, когда у него явится возможность специально посвятить себя этой науке»[20]20
Отзыв ординарного профессора П. Н. Буцинского… С. 6.
[Закрыть]. Недалекое будущее показало, что Козловский полностью оправдал надежды П. Н. Буцинского и стал автором серьезных научных трудов по истории России.
После защиты в Харьковском университете диссертации на тему «Ф. М. Ртищев. Историко-биографическое исследование» в 1907 г. и получения ученой степени магистра Иван Павлович стал читать лекции в звании приват-доцента в Киевском университете. Вступительная лекция, прочитанная им 8 октября 1907 г., называлась «Значение XVII века в русской истории и характеристика предшественников петровских реформ». В лекции он подводил слушателей к выводу о том, что XVII век представлял собой не конец старой России, а начало новой, и в этом ключе давалась им оценка событиям и деятельности выдающихся лиц XVII в. в русской истории[21]21
Значение XVII века в русской истории и характеристика предшественников Петровских реформ. Вступительная лекция, читанная 8 октября 1907 года приват-доцентом И. П. Козловским. Киев, 1907.
[Закрыть].
В том же году он был переведен на должность наставника-руководителя гимназии при Историко-филологическом институте в Нежине, а с 1908 г. читал лекции и в самом институте. В 1909 г. И. И. Козловский был избран экстраординарным профессором Варшавского университета по кафедре русской истории[22]22
Историко-филологический институт князя Безбородко в Нежине. Нежин, 1913. С. 31.
[Закрыть].
§ 2. Варшавский период жизни и деятельности ученого
Ко времени приезда И. П. Козловского в Варшаву кафедра русской истории имела большую историю и традиции.
Первым профессором, занявшим кафедру русской истории в Варшаве, был Николай Яковлевич Аристов (1834–1882). Выпускник Казанской духовной академии, Аристов был сторонником областнической теории А. П. Щапова. Магистерская диссертация Аристова называлась «Промышленность древней Руси» и была защищена им в Петербургском университете в 1866 г., что позволило ему в 1869 г. занять кафедру во вновь открытом Варшавском университете. Двумя годами позже он стал и доктором русской истории за сочинение «Московские смуты в правление царевны Софии» (студенты поэтому называли его «доктор Софьи Алексеевны»). Наибольшую известность ему составила все же магистерская диссертация: Аристов вошел в историографию как один из основателей экономического направления. В 1873 г. он переехал в Харьков, где также занял кафедру русской истории в университете.
Преемником Аристова по кафедре стал выпускник Киевского университета Александр Иванович Никитский (1842–1886). Так же, как и Аристов, относившийся к экономическому направлению, он вошел в науку своими исследованиями древнего Новгорода и Пскова. Занимая кафедру в течение тринадцати лет, он некоторое время был и деканом факультета. В сущности же курс этот оказался очень удачным и полезным для студентов. В нем была сосредоточена вся русская история в целом ряде очерков систем всех выдающихся русских историков, так что в занимательном и систематическом изложении профессора студенты имели полную возможность ознакомиться с научными воззрениями на ход русской истории.
Одновременно с Никитским стал читать лекции по русской истории и Николай Павлович Барсов (1839–1889). Выпускник Петербургского университета, он уже в 1871 г. пришел на службу в Императорский Варшавский университет библиотекарем. С уходом Аристова и увеличением количества часов на русскую историю Барсов получил возможность перейти на преподавательскую работу. Закреплению его на кафедре способствовала и защита им в 1874 г. магистерской диссертации «Очерки русской исторической географии. География первоначальной летописи». Диссертация публиковалась двумя изданиями и до сих пор используется как ценный справочник.
После смерти Никитского на кафедру пришел Дмитрий Владимирович Цветаев, выпускник Петербургской духовной академии, специалист по истории церкви.
Двумя годами позже, после смерти Барсова, на кафедре начал работать Иван Порфирьевич Филевич (1856–1913), выпускник Петербургского университета, ученик К. Н. Бестужева-Рюмина. После окончания университета Филевич долгое время работал учителем в гимназиях и лишь в 1890 г. защитил в alma mater магистерскую диссертацию «Борьба Польши и Руси за галицко-владимирское наследие».
Во время перерыва в работе университета в годы первой русской революции Филевич переехал в Петербург, а окончательно уволился со службы в 1908 г.
Определенные трудности возникали у профессоров русской истории при чтении лекций на юридическом факультете, где большинство слушателей были поляки. Напротив, студенты историко-филологического факультета воспринимали лекции вполне благосклонно.
После возобновления в 1908 г. набора в Варшавский университет историко-филологический факультет, как и другие, оказался в сложном положении из-за незаполненности кафедр: за время перерыва в работе многие преподаватели уехали. Не стала исключением и кафедра русской истории. После продолжительных поисков на кафедру был избран выпускник Киевского университета, наставник-руководитель Нежинского историко-филологического института, магистр русской истории Иван Павлович Козловский.
В 1910 г. в помощь Козловскому вторым профессором по кафедре был избран приват-доцент Московского университета Григорий Григорьевич Писаревский. Он был специалистом по истории иностранной колонизации в России в XVIII–XIX вв. Его магистерская диссертация называлась «Из истории иностранной колонизации в России в XVIII веке» (М., 1909). Писаревский читал лекции по новой русской истории.
Представление об условиях жизни в Варшаве можно составить по воспоминаниям коллеги И. П.Козловского – профессора И. А. Малиновского: «Первое, что бросилось в глаза, когда приехали в Варшаву, это чистота, необыкновенная чистота… После дождя или снега выходят дворники с метлами, сметают мокрый снег и грязь в водосточные трубы. Если солнце пригреет, то через полчаса уже совершенно сухо… Любовь к чистоте, к зелени, к цветам свидетельствует о культурности населения. О культурности свидетельствует также обилие жизненных удобств и дешевая плата за пользование этими удобствами. За 76 р. в месяц мы имели небольшую, правда, но великолепную квартиру с массой заметных и незаметных удобств; два лифта, электричество, газ, газовая кухня, газовая ванна (в любое время можно было взять ванну: открыл рожок, чиркнуть спичкой, газ загорелся, и через 1-15 минут готово)… Дешевизна – это тоже характерная черта варшавской жизни… Можно было прожить дешево и с достаточным комфортом… Дешево стоили места в театры и на концерты. В Варшаве были так называемые правительственные театры – драматический оперный и опереточный. Представления давались на польском языке… Типичная, настоящая Варшава – польская. Мы жили в этой польской Варшаве, пользовались всеми теми удобствами жизни, какие она дает… Несмотря на высокую культурность и на все жизненные удобства, жить в Варшаве русскому человеку было тяжело… Варшава не могла дать нам нравственного удовлетворения. Мы чувствовали себя в Варшаве чужими людьми»[23]23
Малиновский И. А. Воспоминания. Екатеринодарский дневник, декабрь 1919 – март 1920 г.: рукопись. С. 121–124 (цит. по: Морозова О. М. Казаки, цари, красные командиры. Ростов н/Д, 2010. С. 118, 120).
[Закрыть].
Преподавательская деятельность И. П. Козловского не ограничивалась Варшавским университетом. Одновременно он преподавал и в частных учебных заведениях – в гимназии г. Турского, на Женских коммерческих курсах г-жи Семирадзкой и Высших женских курсах при Варшавском университете[24]24
Историко-филологический институт князя Безбородко в Нежине. С. 31.
[Закрыть].
В Варшаве Козловский успешно завершает работу над главным своим сочинением – «Первые почты и первые почтмейстеры в Московском государстве».
История почтового дела в России занимает особое место в творческом наследии И. П. Козловского. Связано это было с рядом причин. Первой из них была необходимость изучения почтовой системы для понимания общего состояния России второй половины XVII в., степени государственного единства страны. Именно почта служила необходимым связующим звеном между метрополией и периферией, с ней было связано развитие инфраструктуры страны. Развитие почтового дела напрямую совпало с периодом подъема России, усиления ее внешнеполитических связей.
Историография развития почтового дела в России до появления работы Козловского была недостаточной, многие актуальные вопросы были слабо изучены или не изучены вообще. Основной упор делался на изучение почтового дела в отдельных регионах, при этом внимание уделялось в большей степени введению в научный оборот различных документов. Общего же анализа почтовой системы в рамках всей страны не проводилось. Решить эту задачу и было призвано вышедшее в 1913 г., к 300-летию «дома царей Романовых», в издательстве Варшавского университета двухтомное исследование И. И. Козловского «Первые почты и первые почтмейстеры в Московском государстве». Это классический труд по истории почты второй половины XVII в. Наибольший интерес представляет история почтовой гоньбы из Москвы в Новгород и далее, «за море». По богатейшим материалам московского архива Министерства иностранных дел историк до мельчайших подробностей воссоздал картину работы почты. До сих пор все сведения о «заморской» почте XVII в. в позднейшей исторической литературе не оригинальны, они почерпнуты из исследования И. И. Козловского.
В начале своего исследования И. И. Козловский обращает внимание на слабую освещенность в отечественной историографии вопросов, связанных с почтовым делом, и на почти полное отсутствие в архивах документов вплоть до Смутного времени. Действительно, с древнейших времен до XVII в. сохранилось лишь несколько сотен актов. Документы же XVII–XVIII вв. исчисляются десятками тысяч. Это обстоятельство существенно сказалось на исследованиях по древнейшей истории отечественной почты. И все же по тем сведениям, которые встречаются в древних актах, можно составить представление о старинной русской почте. Это – столбцы и книги Разрядного приказа, Приказные дела и другие фонды, введенные в научный оборот И. П. Козловским.
Исследователь ставит вопрос о том, что заставило русское правительство в середине XVII в. ввести в стране почту, несмотря на наличие отлаженной системы ямских трактов, восходящих к временам монголо-татарского владычества. Ответ историка прост: русская ямская гоньба с рекордной скоростью могла доставить в любое время суток одну важную депешу, по одному конкретному адресу. Европейская же почта ходила регулярно, к ее отправке можно было собрать большое количество писем и отправить каждое из них в строго определенное время в любую точку вдоль почтовой линии. Европейский опыт понадобился тогда, когда потребности российского внешнеполитического ведомства заставили поднять информационный обмен с западными странами на новый уровень.
Европейская почтовая система стала складываться в начале XVI в. В первой половине XVII в. у западных границ России окончательно сложились польские, бранденбургские и шведские почты, на что обратил внимание И. П. Козловский. Историк выстраивал изучение развития почтовой службы непосредственно с момента возникновения предпосылок ее организации. По его мнению, толчком к созданию русской регулярной почты стали неудачи в войне с Польшей за Украину. Воспользовавшись первыми успехами русско-украинских войск, Швеция тоже выступила против Польши и нанесла ей сильный удар. Шведская армия захватила Варшаву. Россия, боясь усиления Швеции, объявила ей войну. Однако отсутствие оперативной информации о событиях в Европе помешало дипломатам Посольского приказа правильно оценить международную обстановку и своевременно найти союзников.
Вскоре после подписания мира со Швецией, еще до окончания войны с Польшей, русское правительство предпринимает попытку качественно улучшить систему сбора внешнеполитической информации. Первым проявил инициативу приказ Тайных дел, который занимался самыми разными вопросами, лично интересовавшими царя Алексея Михайловича.
Изучение И. П. Козловским истории русской почты XVII в. давало историку основание для более общих выводов, в частности для вывода о том, что развитие России пошло по «догоняющему» варианту, толчком для которого были успехи стран Западной Европы и опасность отставания. На конкретной проблеме истории почты в России XVII в. Козловский строил концепцию общей истории страны, объясняющую общий ход исторического процесса.
Характерной чертой, отличающей исследование И. П. Козловского, было детальное рассмотрение исторических вопросов через призму биографий отдельных лиц, внесших вклад в историю русской почты. Козловский первым детально исследовал личность Яна Ван Свидена, одного из организаторов почтового дела в России. Результатом его деятельности была первая почтовая линия, соединившая Москву с Ригой, а через нее с Бранденбургскими почтами и, далее, со всей Европой[25]25
Козловский И. П. Первые почты и первые почтмейстеры… Т. 1. С. 84.
[Закрыть]. Но фактически почта Ван Свидена была частным коммерческим предприятием, которое работало по договору с правительством и пользовалось его покровительством. В таком виде почта была неэффективна в больших масштабах. Поэтому она просуществовала чуть более двух лет. И. П. Козловский проанализировал причины подобного неуспеха, значительное внимание уделив личности главы Посольского приказа А. Л. Ордин-Нащокина, выступавшего за реформирование почты. А. Л. Ордин-Нащокин предложил создать вторую, польскую почтовую линию до Вильно. По его настоянию пункт об организации почтовой связи был включен в Андрусовский договор 1667 г. Козловский подробно и детально проанализировал этот документ.
Почта должна была служить сношениям между московским и польским правительствами по турецким и украинским делам, а также развитию торговли. И. П. Козловский обратил внимание на то, что Ордин-Нащокин нашел способ существенно удешевить доставку корреспонденции, используя ямскую службу. Вместе с тем автор отметил, что переход от вольного найма к использованию ямщиков привел и к определенным трудностям в доставке почты. Почта хронически запаздывала.
Козловский проанализировал скорость доставки почты в 60-80-х гг. XVII в. из Вильно в Москву: она составляла в среднем 8-10 дней, но иногда задерживалась до 15 дней.
Новый этап истории русской почты Козловский связывал с деятельностью Андрея Андреевича Виниуса. Личности Виниуса Иван Павлович уделял особое внимание. Ему была посвящена вышедшая в Санкт-Петербурге в 1911 г. монография «Андрей Виниус. Сотрудник Петра Великого (1641–1717)»[26]26
Козловский И. П. Андрей Виниус, сотрудник Петра Великого (1641–1717). СПб., 1911.
[Закрыть]. Скрупулезно проанализировав сохранившиеся источники, автор нарисовал широкое полотно жизни этого незаурядного государственного деятеля, внимательно изучив все этапы его службы и подробно осветив различные стороны его деятельности. Андрей Андреевич Виниус родился в 1641 г., в 14 лет был крещен, в 23 – взят на государеву службу в Посольский приказ переводчиком при голландском посланнике Бореле. Его чиновничья карьера была неспешной, ее вершин он достиг почти в 60 лет. Каждый его шаг по служебной лестнице был нетороплив и выверен. Получив хорошее образование, обладая живым и подвижным умом, он, работая с иностранными специалистами – авторами проектов строительства флота и путей сообщения, профессионально вникал в суть последних, предложил свой проект строительства галерного флота. Виниус написал сочинение по географии, чертил карты, подавал многочисленные предложения в соответствующие приказы. Активная дипломатическая деятельность Виниуса приходится на 1672–1674 гг., когда правительство направило его в Европу (Англию, Францию и Испанию) с поручением добиться, чтобы королевские дворы Европы поддержали польского короля в борьбе с турками. Виниус вел переговоры с Карлом II в Англии, Людовиком XIV во Франции и Карлом II в Испании, но не добился успеха. Козловский считает, что в этом не было вины дипломата, просто у европейских королей были дела более важные, чем война с турками. В Москве, отмечал Козловский, это обстоятельство хорошо поняли и отблагодарили Виниуса за труды, пожаловав в московские дворяне, а еще через год произведя его в чин дьяка. Тогда же правительство предложило ему заняться организацией почтовой службы. Виниус принял предложение и более четверти века возглавлял почтовое ведомство.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?