Читать книгу "Градовецкий целитель. Выбор"

– Вы туда и обратно, или задержитесь? – поинтересовался мужчина. – Я пару часов отсыпаться буду, а потом на обратный путь. Если нужно, за полцены довезу.

– Боюсь, надолго, – ответил я, и рассказал о причине, которая выдернула меня из постели.

Украдкой старался воздействовать на нервные центры водителя, чтобы не дать ему уснуть. До Привольска мы доехали за пять часов и без происшествий. В больницу мы приехали к шести утра. Пусть ещё рано для проведывающих, но коллеги вошли в положение и пустили в отделение. Отцу провели операцию и перевели в палату. Угроза жизни миновала, но состояние всё ещё было тяжёлое.

– Костенька! – выпалила мать, заметив меня на пороге, и бросилась в объятия. Я запустил диагностику и пока успокаивал мать, оценил состояние отца. Сотрясение мозга, трещина в черепе, перелом ноги, сломанные рёбра, разрыв селезёнки… На мелкие ссадины и гематомы можно было не обращать никакого внимания.

– Как всё случилось? – выдавил я из себя.

– Я сама ничего толком не знаю. Мне как только позвонили, я сразу собралась и примчалась сюда.

Пришлось направить волну энергии для матери, чтобы немного успокоить. Тоже мне больница! Не могли о не позаботиться. Я понимаю, что она не пациент, но разве сложно потратить хоть малую частичку энергии?

Дверь отворилась, и в палату проскользнул наш декан, работавший здесь старшим целителем. Видимо, услышал шум и вышел разбираться, а как узнал о моём приезде, решил заглянуть.

– Костя, можем поговорить в коридоре? – попросил Селиванов.

– Конечно!

Я вышел вслед за целителем и немного отошёл от двери, чтобы мать не слышала наш разговор. Очевидно, Селиванов хочет сказать о чём-то важном, чего ей не стоит слышать.

– Костя, я лично вёл операцию твоего отца, – заявил Селиванов. – Признаю, было непросто.

– Благодарю, Михаил Павлович, я успел оценить ваше мастерство. Операция проведена блестяще.

На самом деле я не увидел ничего потрясающего, что могло бы меня приятно удивить. Просто хотел поблагодарить человека, спасшего отцу жизнь. Если бы не работа их бригады, он мог бы умереть.

– У тебя есть возможность перенять мой опыт, – расплылся в улыбке целитель. – Видишь, родители здесь, а ты далеко. Вот так случись что, и помощи никакой. Бросай ты свой Градовец, да перебирайся к нам.

– У меня ещё год отработки остался, – припомнил я.

– Да разве это проблема? Ради своего студента я лично в коллегию пойду с просьбой тебя перевести. От тебя только документы подписать потребуется.

Я припомнил Мокроусова, который в один миг оказался одной ногой в Москве и лицом к лицу перед сложным выбором. Повторять его путь мне совершенно не хотелось.

– Костя, соглашайся! – елейным тоном произнёс Михаил Павлович, схватив меня за руку.

– Пока я нужен в Градовце, а потом посмотрим, – ушёл я от ответа. Сейчас было не время и не место давать окончательный ответ. Я прекрасно помню нашего декана – скользкий человек. Не хватало, чтобы мой отказ отразился на отношении к отцу.

Мать выбежала в коридор и нашла меня взглядом.

– Костя, отец пришёл в себя!

– Не буду мешать вашей семейной беседе, зайду позже, – произнёс Селиванов и поспешил удалиться. – Кстати, у меня дежурство заканчивается через два часа, могу ответить на твои вопросы, если понадобится.

Я уже не слушал его, потому как всё внимание было сконцентрировано на происходящим в палате. Отец открыл глаза и осмотрел нас с матерью. Судя по его реакции, узнал, а это уже хорошо. После таких серьёзных травм головы последствия могли быть более серьёзными.