Текст книги "Неаполитанская Ривьера. Неаполь. Капри. Искья. Прочида"
![](/books_files/covers/thumbs_240/neapolitanskaya-rivera-neapol-kapri-iskya-prochida-232218.jpg)
Автор книги: Сергей Бурыгин
Жанр: Путеводители, Справочники
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Слово о Каморре
Прежде чем закрыть последнюю страницу этого исторического очерка, надо остановиться еще на одном аспекте неаполитанской истории. Речь пойдет о каморре, темном пятне на светлом образе самого прекрасного города на земле.
Вряд ли кто из читателей не наслышан о каморре, хотя далеко не все понимают, что это слово означает. В принципе можно взять большой итальянско-русский словарь и узнать, что это слово переводится как «банда; клика». Правда, по мнению итальянских лингвистов, перевод не совсем точно отражает содержание понятия. Иногда эту секретную криминальную организацию называют «разновидностью плебейского масонства». Но в Большом словаре живого итальянского языка (GRADIT) существует несколько толкований термина «каморра». Есть толкования высокого стиля; вот одно из них: «криминальная организация мафиозного типа, возникшая с собственными законами и кодексами еще в XVII в. и осуществляющая в наши дни контроль нелегальной деятельности преимущественно в неаполитанском регионе». В толкованиях низкого стиля упоминаются такие понятия, как «обман, мошенничество», «тупик», «ругань, брань; шум, гам». Ни одно из этих определений и толкований не учитывает разветвленной структуры организации, состоящей из множества кланов, различающихся по влиянию, площади контролируемой территории, внутренней структуре, экономическому значению и способу преступного воздействия. Связи между отдельными кланами очень хрупкие; очень часто союзные отношения переходят в междоусобные войны («файды»). Наконец, под тем же термином «каморра» определяется особый тип ментальности, предпочитающий в качестве жизненных принципов насилие, произвол, круговую поруку. Во многих случаях связи членов мафии («каморристов») уходят по горизонтали в административные, предпринимательские и силовые круги. Эдакая разветвленность на современном уголовном жаргоне определена как «система».
Еще более неясно происхождение самого слова «каморра». Одни лингвисты связывают его с названием библейской Гоморры, имеющим переносные значения: «порок», «злодеяние», «преступная жизнь». Некоторые знатоки отыскали в анналах Пизанской республики наличие в XIII веке охранных отрядов сардинских наемников, называвшихся «гамурра». Еще одна гипотеза: каморрой в Неаполе XVII в. будто бы назывался темный уличный закуток, где собирались всякие подозрительные элементы. В те же времена на местном диалекте бандитская шайка называлась «морра». Человек, связанный с этой группой или находящийся под ее охраной, был, что называется, «sta c’a morra» («был с бандой»). Наконец, пробовали связать название организации и с распространенной в позднебарочном Неаполе уличной игрой «мурра». Квартальному старшине («капо») приходилось разбирать споры, то и дело возникающие между игроками. Так он стал «главой мурры» («ка мурра»), откуда и произведено название преступной организации.
Столь же темна история создания каморры. Согласно одной из гипотез, организация возникла в XIII в. в портовых кварталах сардинского города Кальяри. Сардиния тогда находилась под властью Пизанской морской республики. И вот для контроля за местным населением, для управления политикой местных властей пизанцы начали привлекать на службу вооруженные группы наемников, которые должны были патрулировать в городах и в их предместьях и поддерживать там порядок. Со временем хорошо функционировавшая организация перешла под контроль Арагонского королевства. Для поддержания преступной организации испанцы использовали деньги, полученные от налогов, азартных игр, предоставления покровительства, а также взятки. В XVI в. группа наемников перебралась в Кампанию и быстро освоилась в густонаселенных городских кварталах, занимаясь преимущественно грабежом бедняков. Постепенно, ввиду отсутствия в Королевстве Обеих Сицилий сильного центрального правительства, каморра утвердилась и в политической жизни.
В 1820 г. в церкви Санта-Катерина а Формьелло, расположенной у Капуанских ворот, состоялось собрание каморристов, на котором была официально образована преступная организация под названием «Белла Сочьетá Риформата» (что можно перевести как «Славная лига»). Вступление в организацию оформлялось особым ритуалом («дзумпата»), представлявшим собой некое подобие дворянской дуэли. Возможно, этим объясняется привычка каморристов подражать дворянам. Перед дуэлью разыгрывалась ссора, за которой следовали выяснение отношений, пиршество и развязка ссоры при помощи холодного или огнестрельного оружия. Основой деятельности братства был сбор дани с владельцев уличных игорных притонов. Этот «налог» достигал 20 % прибыли содержателей притонов. Следующими источниками доходов были подати со всякой коммерческой деятельности, включая уличные лотереи, и поборы с проституток. Не раз каморристов привлекали Бурбоны в качестве своеобразных полицейских для борьбы со своими политическими противниками. Члены Лиги занимали посты в тюремной и рыночной полиции, в охране игорных и публичных домов, а также наблюдали за общественным порядком в пользовавшихся дурной славой районах города. Когда Гарибальди высадился на Сицилии, каморристы выступили в поддержку Савойской династии, за что получили Неаполь в переходный период в свое полное распоряжение, якобы для предотвращения вооруженных выступлений в пользу свергнутых Бурбонов.
Новый министр Итальянского королевства Сильвио Спавента порвал с каморрой и объявил настоящую войну этой преступной организации. Но только в начале ХХ века государству удалось справиться с Лигой. На так называемом процессе Куоколо (1911) главарям организации были вынесены суровые приговоры. Вскоре, 25 мая 1915 г., «Белла Сочьета Риформата» объявила о самороспуске. При фашистском режиме власти преследовали каморру, хотя и не смогли полностью покончить с ней. Каморристы либо вошли в другие мафиозные организации, либо действовали небольшими изолированными группами. Единой организационной структуры у каморры не было. Полем деятельности каморристов были крупные городские рынки и пригородные селения.
В начале семидесятых годов прошлого века наступил новый этап в деятельности каморры. Тогда из тюрьмы, отсидев срок за убийство, вышел Раффаэле Кутоло, которого в заключении звали Профессором, потому что он, один из немногих узников, умел читать и писать. Он реструктурировал каморру, сделав главной статьей преступного бизнеса торговлю наркотиками. Так родилась Новая организованная каморра (НОК). Однако против этой организации выступило объединение представителей традиционных семейств каморристов, получившее название «Новое семейство» (НС). Между двумя преступными организациями разгорелась настоящая война, и очень жестокая. Кровопролитная вражда в 1979–1984 гг. только убитыми унесла 987 человек с обеих сторон. Война закончилась победой НС. Но победители теперь не нуждались в совместной организации, и НС распалась. Между прочим, именно в этот момент возникли связи между каморрой и левой террористической организацией «Красные бригады». Новая попытка создания единой вертикальной структуры (1992) потерпела неудачу. Только несколько кланов создали собственные структуры вертикального подчинения. Между тем итальянское правительство решило покончить с организованной преступностью на юге страны. В феврале 1994 – декабре 1995 гг. была проведена антимафиозная операция «Партенопе», в которой принимали участие несколько сотен солдат итальянской армии. Увы! Эта операция, как и несколько последующих, не привели к уничтожению каморры, хотя заметно ослабили ее.
Каморра и в наши дни считается одним из крупнейших социальных язв итальянского юга. Она насчитывает около двухсот групп различного состава (кланов, причем далеко не все из них самоопределяются термином «каморра»), действующих во всех коммунах провинции Наполи и во многих коммунах других провинций Кампании, преимущественно в Казерте. По мнению криминалистов, строительство вертикали затруднено нежеланием главарей кланов принимать какие-либо указания свыше. Каморра проникла в такие отрасли теневой экономики, как строительные подряды, нелегальная иммиграция, проституция, отмывание денег, наркоторговля. По данным европейских специализированных организаций, ежегодный оборот денег, проходящих через руки каморристов, превышает 12,5 миллиарда евро, причем почти 58 % этой суммы приходится на наркоторговлю, 20,7 % – на строительные подряды и другие общественные проекты, 16,5 % – на торговлю оружием. Эти данные не включают весьма прибыльного производства фальсификатов во всех отраслях потребления. Кампанская каморра связана прочными нитями с другими мафиозными структурами: сицилианской Коза ностра, сардинской Ндрангетой, китайскими триадами, нигерийской и албанской мафией. Структурные подразделения каморры были обнаружены в Голландии, Испании, Португалии, Франции, Доминиканской Республике, Бразилии, Германии, Польше, России. В плане борьбы с транснациональной организованной преступностью, разработанном в США в июле 2011 г., каморра занимает далеко не почетное второе место среди крупнейших преступных сообществ современного мира.
Многие неаполитанцы отрицательно относятся к существованию и деятельности каморры. 21 марта 2009 г. состоялась стотысячная демонстрация жителей Неаполя, выступающих против каморры, а также требующих более активных методов борьбы с ней. За последние годы было арестовано несколько главарей каморры. Задержанию некоторых из них помогли раскаявшиеся преступники, пошедшие на сотрудничество с полицией. Борьбу с каморрой сильно осложняет срастание уголовной преступности с провинциальной и местной администрацией. По данным прокуратуры Неаполя, около 30 % политиков области Кампания так или иначе связано с каморрой. Только в провинции Наполи более 70 органов управления коммун (из 92) распущены за связи с каморрой или против них ведется расследование.
Неаполитанское презепе
В итальянском языке словом «презепе» (или «презепио») обозначают многофигурную пространственную композицию, изображающую рождение Иисуса Христа. Это название произведено от латинского названия яслей, в которых Мария родила сына. По-русски такие композиции называются вертепами. Презепе воспроизводит традиционную обстановку Рождества Христова, как о том рассказано в Евангелиях. Первый вертеп, выполненный в форме круглого барельефа, создал Арнольфо ди Камбио (между 1290–1292 гг.). Фигурки из этого презепе хранятся в музее при базилике Санта-Мария Маджоре в Риме. Иконографию персонажей разрабатывали в XV в. такие мастера, как Сандро Боттичелли, Лука и Андреа Делла Роббиа. На одном из терракотовых презепе работы Делла Роббиа художник Беноццо Гоццоли нарисовал красками фон, представлявший собой пришествие магов. Эта новинка была воспринята на всех уровнях. Особенно к месту пришлась она в семейном кругу, где устройство вертепов стало одной из самых устойчивых традиций. В храмах, наоборот, появился обычай устраивать презепе из постоянных статуэток. Одним из самых старых монументальных презепе является композиция в болонской базилике Санто-Стефано. С XVII в. презепе распространяется в домах богатых горожан в форме миниатюрных капелл, но настоящим золотым веком для вертепов стало следующее столетие, когда сформировались и распространились по всей Италии три самостоятельных традиции: неаполитанская, генуэзская и болонская. Неаполь стал, если можно так выразиться, столицей итальянского презепе. Здесь составлялись самые красивые и роскошные композиции. Неаполитанские нобили предоставляли для устройства презепе отдельные комнаты в своих палаццо. Статуи одевали в одежды из тончайших тканей и украшали настоящими драгоценностями. А в это время в Болонье родилась новая традиция: устраивать ежегодную ярмарку Санта-Лючия, на которой продаются статуэтки для презепе, вырезанные местными мастерами. Эта традиция сохранилась до наших дней. К слову сказать, самым известным скульптором статуэток для презепе в XVIII столетии был генуэзец Антон Мария Маральяно. Для этого века в целом характерно развитие церковных презепе; многие из тогдашних композиций дожили до наших дней и выставляются в храмах под Рождество. В конце XIX в. презепе приходит в квартиры буржуа и простонародья. А в ХХ столетии начинается распространение механизированных композиций с согласованными движениями персонажей.
Первое неаполитанское презепе упомянуто в документе, относящемся к 1025 г. Оно было устроено в церкви Санта-Мария. Другой древний документ сообщает о существовании в Амальфи в 1324 г. целой капеллы с презепе дома Аланьи. В 1340 г. королева Санча Арагонская (жена Роберто Анжуйского) подарила презепе монастырю клариссок по случаю освящения новой церкви. В наши дни от подарка осталась только статуя Мадонны, хранящаяся в музее Сан-Мартино. Известна композиция 1478 г. работы Пьетро и Джованни Алеманно, от которой до наших дней дошло 12 статуй. Мраморное презепе работы Антонио Росселлино (1475) можно увидеть в церкви Сант-Анна дей Ломбарди. В XV веке возникают первые школы резчиков скульптурок. В частности, такую школу содержали братья Алеманно. В 1507 г. ломбардец Пьетро Бельверте вырезал 28 статуй для неаполитанской церкви Сан-Доменико Маджоре. Эти статуи были впервые размещены в настоящей каменной пещере. Камень для нее, возможно, привезли из Палестины. Первые статуэтки из терракоты (для использования частными лицами), видимо, сделал Доменико Импиччати в 1532 г. Еще одной новинкой в этом презепе стало портретное сходство персонажей с реальным физическим лицом: одна из фигурок повторяла черты соррентийского нобиля Маттео Мастроджудиче, занимавшего видный пост при дворе Арагонской династии. Два года спустя в Неаполь прибыл большой энтузиаст рождественских вертепов Сан-Гаэтано да Тьене. Мастерство его рук способствовало популяризации презепе. Особенно ценилась композиция, созданная им в Госпитале неизлечимых больных (Оспедале дельи Инкурабили). В начале XVII в. начинается время барочных презепе. Они отличаются появлением деревянных манекенов, которых наряжали в изысканные цветастые костюмчики. Сначала манекенов делали в человеческий рост, потом их высота уменьшилась до 70 см. С 1627 г. начинается изготовление разборных презепе: каждый год, под Рождество, их монтировали заново, а после праздника убирали. В 1640 г. Микеле Перроне впервые сделал манекен с внутренностями из гибкой проволоки, обмотанной паклей. Проволочную конструкцию обряжали в соответствующий наряд, а благодаря гибкому остову фигурка делалась пластичнее. Весь XVII век неаполитанское презепе развивалось в сторону театральности, зрелищности композиции. Зародилась тенденция перемешивать святое с обыденным, вводить элементы повседневной жизни, что доставляло удовольствие зрителям, собиравшимся на площадях и улочках приморского города. В композицию включаются персонажи из простонародья: карлики, уродливые женщины, нищие, трактирщики и завсегдатаи таверн, уличные сапожники – словом, люди из класса обездоленных и бесправных; именно в их гуще рождался Иисус. Значащим было добавление в пейзажный фон руин эллинских и римских храмов, что символизировало победу христианства над язычеством. В XVIII столетии неаполитанское презепе переживает эпоху расцвета. Оно выходит из церковных нефов, где было объектом религиозного почитания, в блеск и суету аристократического быта. Не только нобили, но и богатые буржуа стремятся установить в своих жилищах изысканно разработанные сюжетные композиции. В Неаполе возникает особая школа мастеров, полностью посвятивших себя изготовлению презепе. Руководит ею Джузеппе Санмартино, один из самых известных в те времена неаполитанских скульпторов, весьма искусный резчик терракотовых статуэток. Центральное внимание в композиции уделяется уже не Святому семейству, а пастухам, странствующим торговцам, волхвам, анатомическим подробностям изображаемых животных. Хотя Луиджи Ванвителли и определил искусство создания презепе как «детскую забаву», все крупные художники и скульпторы Неаполя занимались этим «ребячеством» вплоть до конца XIX столетия.
![](_036.jpg)
Лелло Эспозито. Связанный Пульчинелла (символ современного Неаполя)
В золотой век создания презепе расширяется и сценарий: мастера не ограничиваются показом одной только пещеры Рождества, композиция охватывает и весь окружающий мир. В соответствии с вкусами времени воспроизводятся интерьеры таверн с кусочками свежего мяса, свежими фруктами, зеленью. В то же время персонажи мельчают; фигурки предпочитают делать из дерева или папье-маше. В правление Карла III заказчиками презепе становятся не одни монахи или священники; все чаще мастеров загружают работой нобили и богачи.
Самая значительная коллекция неаполитанских презепе собрана в музее картезианского монастыря Сан-Мартино. Самым знаменитым в этой коллекции является презепе Кучиньелло, созданное в 1887–1889 гг. С приходом ХХ века традиция устройства больших многофигурных композиций постепенно ушла в прошлое, и только в последние полтора – два десятилетия она начала возрождаться. Монументальные презепе (иначе не скажешь) установлены во всех главных церквях Неаполя, многие горожане увлечены установкой рождественских презепе в своих домах.
Среди самых известных новых композиций можно назвать презепе, установленное в Эллиптическом зале Королевского дворца в Казерте. Отдельные части этого презепе сделаны из терракоты еще в XVIII в. Они принадлежали знаменитому Дворцовому презепе. Однако большую часть композиции образуют новоделы, созданные из материалов, употреблявшихся в XVIII в. В дворцовых традициях фигурки установлены на так называемой «скале», основе из пробкового дуба. В различных местах «скалы» смонтированы отдельные сцены евангельского сказания: предсказание пастухам, гостиница, путешествие волхвов (царей), массовые сцены с пастухами и стадами. В свое время для этого презепе короли из династии Бурбонов отвели целый зал (Зал Звезды), потолок которого был расписан подобно ночному небосводу.
![](_888886.jpg)
Статуи неаполитанских властей украшают вход в Королевский дворец
Для тех из читателей, кто хотел бы ближе познакомиться с искусством презепе (хотя бы в монастыре Сан-Мартино или Королевском дворце в Казерте), приведем символику составляющих композицию фигурок. Сначала – о типических персонажах презепе. Бенино (или Бенито) – этот персонаж связан с евангельским преданием о пастухах, «которые содержали ночную стражу у стада своего» (Лк. 2, 8). Им возвестил ангел о рождении Иисуса. В неаполитанской традиции считается, что Бенино видит во сне презепе и будить его нельзя, потому что презепе может внезапно исчезнуть. Винодел и Чиччи Бакко – вино и хлеб были теми дарами, с помощью которых Иисус причащал обращенных. Виноделу противостоит фигура Чиччи Бакко, воплощающего образ языческого бога вина; его часто изображают возлежащим у погребка с большой бутылью вина в руках. Рыбак символично воспринимается как «ловец душ». Рыба была первым символом христианства. Запрет изображения Божьего лика действовал вплоть до III в. Следовательно, верующим приходилось прибегать к аллегориям. Греческое название рыбы («ихтис») можно было понимать как акроним, составленный из первых букв греческих слов, дающих титулатуру божества (Иисус Христос Сын Божий, Спаситель). Два кума – дзи Вичьенцо и дзи Паскале, олицетворение Карнавала и Смерти. На неаполитанском кладбище делле Фонтанелле когда-то показывали череп с надписью «голова кума Паскале», которому приписывали пророческую силу; были даже специальные толкователи этих пророчеств, дававшие на основании знаков, одним им известных, рекомендации по выбору номеров в лото. Монах воспринимается в профанирующем ключе: как символ союза между святым и мирским, – союза, который осуществляется именно в презепе. Цыганка – молодая женщина в яркой, но рваной одежде; традиционно считается, что цыганка может предсказать будущее. В композиции она является символом трагедии Христа, потому что держит в руке корзинку с железными орудиями, то есть сделанными из того металла, который использовали, чтобы выковать гвозди для распятия. Стефания – юная девственница; едва узнав о рождении Спасителя, отправилась в Вифлеем, чтобы поклониться Св. Младенцу. В пути ее остановили ангелы, запрещавшие незамужним женщинам посещать Мадонну. Тогда Стефания взяла камень, запеленала его словно грудничка, чем обманула ангелов, и на следующий день предстала перед ликом Христа. И тут совершилось чудо: камень превратился в ребенка, св. Стефана, память которого отмечается 26 декабря. Продажная женщина является эротическим символом, противостоящим чистоте Мадонны; она располагается возле трактира, спиной к пещере Рождества. Короли (маги) – они символизируют ночной путь звезды-кометы, сливающийся с явлением «ребенка – солнца». Они пришли с востока, откуда и солнце восходит. Три верховых животных, на которых они явились (лошадь, верблюд и слон), представляют соответственно Европу, Африку и Азию. В ипостаси магов три персонажа представляют собой ученых, наделенных царскими и жреческими полномочиями. В канонических Евангелиях не говорится о числе магов, но оно, по традиции, принимается равным трем, исходя из принесенных ими даров: золота, ладана, смирны.
Определенное толкование придавалось и местам, где совершались события Рождества. Рынок в презепе XVIII в. служил скорее для изображения представителей коммерческих профессий, чем для уточнения деталей рождественского рассказа. Создатели рождественских композиций выработали следующую схему: январь – мясник или колбасник, февраль – продавец рикотты и сыра, март – продавец птицы, апрель – продавец яиц, май – продавщица черешни, июнь – булочник, июль – продавец помидоров, август – продавец арбузов, сентябрь – сеятель, октябрь – виноградарь, ноябрь – продавец каштанов, декабрь – продавец рыбы. Мост рассматривается в презепе как символ перехода. В некоторых неаполитанских сказках рассказывается о трех мальчишках, убитых и захороненных в фундаментах мостовых опор ради устойчивости сооружения. Иными словами, мост в презепе рассматривается как переход между миром живых и миром мертвых. Печь предстает как очередная ссылка на христианскую доктрину, в которой хлеб и вино являются сущностными элементами причастия. Храм, распятие просто-напросто показывают нам об анахронизме неаполитанского презепе. Гостиница напоминает о риске путешествий. Одновременно зритель композиции может вспомнить евангельский рассказ об отказе вифлеемских гостиниц принять Святое семейство, а перед собой он видит безбожное пиршество, которое может служить символом испорченности мира. Река присутствует почти во всех мифологиях, связанных со смертью или рождением божества. В частности, неаполитанцам, получившим хоть какое-то образование, предлагалось вспомнить об Ахеронте, реке в подземном царстве Аида, которую пересекают души мертвых. Колодец связывает подземные воды с поверхностью. Такое представление породило массу поверий. Одно из них предостерегало от использования колодезной воды, зачерпнутой в рождественскую ночь, потому как в этой воде прячутся дьявольские силы, которые могут овладеть душой человека, выпившего такую воду.
В презепе есть и другие символы, общие для всей Италии. Некоторые из них взяты непосредственно из Евангелия от Луки: гостиница, поклонение пастухов, ангелы в небе. Другие элементы связаны с иконографией священного искусства. Голубой покров Марии символизирует небо, тогда как накидка св. Иосифа имеет блеклые тона, символизирующие смирение. Многие детали презепе вдохновлены евангельскими апокрифами и другими традициями. Например, бык и ослик, присутствующие в любом презепе, взяты из так называемого протоевангелия Иакова или даже из древнего пророчества Исайи: «Бык признал своего владельца, осел – ясли своего хозяина». Причем в древнем пророчестве бык символизировал евреев, а осел – язычников. Также и ясли (или пещера), где Мария родила Мессию. В Евангелиях нет точного описания ни тех самых яслей, ни пещеры. Подобную информацию содержат апокрифы. Во всяком случае пещера всегда была мистическим и религиозным символом у многих народов, особенно в средиземноморском регионе. Напомним хотя бы о Зевсе или Митре. Сведения о числе магов и об их именах содержатся в армянском апокрифе о детстве Христа; там говорится о трех персидских священниках и названы их имена: Мелкон, Гаспар, Балтазар. В других апокрифах в трех магах видят перса (подарил золото), южного араба (ладан) и эфиопа (смирна). Как свидетельствует история, число магов колебалось от двух до двенадцати, пока папа Лев I Великий своим декретом не утвердил троицу волхвов (магов).
![](_011.jpg)
Неаполитанские презепе
![](_008.jpg)
Уличный резчик презепе
В современном Неаполе презепе перестало быть только религиозным символом. Оно стало настоящим идентификационным признаком неаполитанцев. Как уже говорилось, появилась тенденция к сохранению удачно скомпонованного презепе. Не знаю, как у высокохудожественных образцов, но в обычных вертепах, у простых людей, происходит постоянная модификация частных презепе: добавляют (или поправляют) частности пейзажа, детали обстановки, фигурки каких-нибудь новых персонажей. Улица Сан-Грегорио Армено в историческом центре Неаполя известна далеко за пределами Неаполя своим «вертепным рынком». Здесь можно купить как целое презепе, так и отдельные фигурки или детали композиции. Но покупки – удел жителей города, а многочисленные туристы приходят на Сан-Грегорио то ли как в музей под открытым небом, то ли как на своеобразный сувенирный рынок. На Сан-Грегорио можно познакомиться как с традиционными типами презепе, так и с новыми веяниями в профессии «вертепщика». Современные ремесленники выдумывают новых персонажей для «вертепного театра»: например, киноартист Тото или политики Берлускони, Проди, Барак Обама. Но Сан-Грегорио принадлежит классным мастерам. Простого ремесленника, вытачивающего какую-нибудь нехитрую фигурку для семейного презепе, можно встретить сидящим за своим примитивным верстачком посреди малолюдного тротуара на любой другой улице города. Ближе к ноябрю открываются новые лавки и магазинчики, где можно подкупить все необходимое для семейного презепе. Кроме того, группы людей устраивают совместные презепе прямо на улицах, для всего района. В это же время открываются выставки старинных и современных презепе – и это не только в Неаполе, а во всей Кампании.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?