Текст книги "Покрывало ночи"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pokryvalo-nochi-42907.jpg)
Автор книги: Сергей Раткевич
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
И воздух над его головой темнеет в том месте, где растеклись и поблекли те пресловутые иероглифы. Темнеет так, словно пространству подбили глаз.
«А ведь так оно и есть», – подумал Эстен Джальн. – «Архимаг – синяк под глазом Мира. И это я его поставил. Надо же.»
Черные Маги редко раскаиваются в содеянном – и все же…
«Если б я мог вернуться в прошлое, я б его зачеркнул.» – виновато подумал Эстен Джальн. – «А теперь – что я могу? Он куда сильней меня. Эх, знать бы заранее, что все так выйдет.»
Эстен Джальн видел, как единым мановением руки Архимаг создал себе что-то вроде трона.
«Какая безвкусная вещь!»
Уселся. Принял гордый вид.
«Идиот идиотом!»
Видел, как с поклоном к Архимагу вошло нечто, отдаленно напоминающее человека. Нет, человеком это не было. Это были… части человека. И даже не одного человека. Разных людей. Части, слепленные, скрученные воедино прихотливой и злой волей.
«Чьей?»
Жуткая тварь еще раз поклонилась Архимагу и протянула ему амулет.
– Назови имя твоего Господина, – приказал Архимаг.
– Только должность, – глухо прозвучало откуда-то из глубин твари. – Имени ты недостоин. Пока недостоин.
– Какова наглость! – восхитился Архимаг. – А ведь твой Господин явно ищет моего покровительства. Иначе зачем он стал бы присылать тебя с подарком?
Архимаг кивнул на амулет, который тварь все еще протягивала ему. Кивнул, но не взял.
– Мой Господин не ищет твоего покровительства, – провозгласила тварь. – Он предлагает тебе свое. Возьми амулет Темного Бога.
– Темного Бога? – переспросил Архимаг.
– Проводника Темных Богов, Впередсмотрящего Зла, Спутника Смерти, – возвестила тварь. – Так звучит его должность на языке смертных.
– Замечательно, – кивнул архимаг. – Я польщен. И что может мне предложить столь высокая особа? Что он может мне дать?
– Безопасность, – ответила тварь. – Безопасность и безнаказанность. То, чего тебе больше всего хочется. И чего тебе постоянно не хватает. Он освободит тебя от надоевших ясновидящих. Поможет окончательно стать человеком. Победить в войне. Достичь высших форм магического искусства. Основать Голорскую Империю.
– А что он за это хочет? – с подозрением спросил Архимаг.
Вот уж чем никогда не отличались Темные Боги, так это приступами филантропии. Чтобы получить так много, придется совершить не меньше. А то и больше. И еще вопрос, стоит ли оно того.
– Господин сам скажет, что ему от тебя нужно, – прогундосила тварь. – Возьми амулет. Тогда он сможет говорить с тобой.
– Значит, амулет – средство связи? – спросил Архимаг.
– Не только, – ответила тварь. – Возьми – и увидишь.
Увидишь – о да! Эстен Джальн видел, как рука Архимага протянулась, дрогнула и, наконец, взяла амулет. И тотчас жуткая тварь рассыпалась на то, из чего была составлена. Кабинет Архимага заполнили изрубленные тела – но его это уже не занимало.
Дрожащими руками он сжимал амулет. Он понял, что ему дали. Это…
– Я приветствую пришедшего к Темной Лестнице! – объявил Темный Бог, внезапно появляясь из глубин амулета. То есть появился он, конечно, не весь. Просто амулета не стало, а вместо него на ладонях Архимага теперь лежала голова Темного Бога. Архимаг от неожиданности ее чуть не уронил.
– Готов ли ты совершить первый шаг по Лестнице Темного Знания? – спросила голова.
– Я знаю достаточно, – обиделся Архимаг. – Меня трудно назвать новичком.
– Все, что ты знаешь – пыль перед ступенями Темной Лестницы. – сказал Темный Бог. – Но, ты пришел к ней по этой пыли. Тебе есть чем гордиться и есть за что уважать себя. Не спорю. Однако пришло время двигаться дальше. Ты готов к первому шагу?
– А что ты потребуешь взамен? – Уж кто-кто, а Архимаг прекрасно понимал, что за бесплатные пирожки приходится дороже всего платить. Сам такие дарил.
– Ничего, – ответил Темный Бог. – Это подарок. И подарок не последний. Я не говорю о том, что уже сейчас, незаметно для тебя, амулет окружил тебя дополнительной защитой. Так что – никаких расчетов. Я всего лишь хочу просить о небольшой услуге.
– Услуге? – переспросил Архимаг.
– Совсем небольшой, – усмехнулся Темный Бог. – Для тебя это сущие пустяки.
Архимаг насторожился еще сильнее. Именно небольшие услуги чреваты самыми большими осложнениями.
– Ты что-нибудь слышал о маге по имени Курт? – спросил Темный Бог.
– Что-нибудь слышал, а что? – ответил Архимаг.
– Меня порадует его смерть, – промолвил Темный Бог. – На радостях моя щедрость возрастет.
– То есть… ты согласен платить за известие о его смерти? – уточнил Архимаг.
– Платят слугам, – поморщился Темный Бог. – Равные обмениваются между собой подарками. И потом, ты не понял. Мне не нужно известие о его смерти. Мне нужна его смерть. Полная. Абсолютная. Я хочу, чтоб он исчез. Чтоб его не стало. Нигде не стало.
– А почему такой интерес к ничтожному магу? – поинтересовался Архимаг.
– Он опасен, – ответил Темный Бог. – Если бы ты знал, до какой степени, ты сам желал бы его смерти пуще всего на свете. И если я, пребывая на небесах, опасаюсь его, задумайся и ты – топчущий ту же землю, что и он. Он опасен. Очень. Его нужно истребить, пока не поздно. Пока он не изведал пределов своей силы.
– Хорошо, – сказал Архимаг. – Я подумаю. Ты что-то говорил о подарке?
– Поднеси меня к лицу, – проговорила голова.
Архимаг так и сделал.
– Открой рот, – приказала голова.
Архимаг открыл.
И голова Темного Бога плюнула ему в рот.
Архимаг охнул. Дернулся. Выпучил глаза. Машинально сглотнул и содрогнулся еще раз.
– Это мой первый подарок, – произнесла голова и разразилась ужасным хохотом.
Бешенство.
Тяжелое и страшное бешенство колыхнулось внутри Архимага, вспенилось, накренилось и выплеснуло наружу. Глаза Архимага вмиг превратились в струи яростного всепожирающего пламени. Две струи пламени огненными пиками уткнулись в амулет. Ни одна вещь в Мире – из тех что были известны господину Архимагу – не могла устоять против его огня. Не могла. А проклятый амулет даже не нагрелся! И он по-прежнему был головой Темного Бога. Смеющейся головой.
– Уничтожить сделанное Темным Богом может только другой Темный Бог, – поведала голова. – Но зачем уничтожать то, чем можно пользоваться? Ты что, оскорблен? А как иначе я мог бы передать тебе Силу?
Архимаг все еще не мог прийти в себя. Он пребывал в ярости и растерянности. Он только тряс головой, порой издавая какие-то не поддающиеся описанию звуки – то ли сила в нем прорастала, то ли гнев искал выхода.
– Силы, что я подарил тебе, достаточно для коротких моментов предвиденья, – сообщил Темный Бог. – В дальнейшем ты сможешь развить ее. Кроме того, я дал тебе росток силы Темных Богов. Немногие смертные удостаивались такой чести. Кто знает, быть может тебе повезет, и ты станешь Богом?
– Значит, вот такие подарки ты мне приготовил? – овладев собой, усмехнулся Архимаг. – Небольшая порция ясновиденья. Еще один магический щит…
– Очень прочный щит, – ввернул Темный Бог.
– Я так благодарен, что слов нет! – ехидно заметил Архимаг. – Значит, очень прочный щит и сила Темных Богов, которая то ли прорастет, то ли нет. И все это вперемешку с оскорблением, которого… которое… не знаю, смогу ли я простить… смогу ли смириться с этим…
– Станешь Темным Богом – разберемся, – вдруг переходя на простонародный говор, объявил Темный Бог. – Набьешь мне морду, и дело с концом.
– Не знаю, – сказал Архимаг. – Не знаю, зачем мне это. Зачем мне сила Темных Богов и прочее. А взамен ты хочешь, чтоб я связался с опаснейшим магом.
– Он опасен не для тебя, – сказала голова.
– Ты же говорил, что опасен! – возразил Архимаг.
– Он опасен для меня уже сейчас, – поведал Темный Бог. – Для тебя – все еще нет. Не жди, пока он станет опасен и для тебя тоже.
– Я и без того занят войной, – проворчал Архимаг. – Джанхар этот. А теперь еще и Оннер.
– Я помогу тебе воевать с Джанхаром, – сказал Темный Бог. – Помогу искать Оннер. Убей Курта. Убей.
– Я подумаю, – сказал Архимаг.
– Подумай, – согласилась пустота по ту сторону амулета.
Темный Бог исчез.
– Напыщенный глупец! – прошипел Архимаг глядя на амулет.
Достав из воздуха стальной ларец, он бросил туда амулет, запечатал заклятьем и вернул обратно в ничто.
– Напыщенный глупец! – дрожа от торжествующей ярости, прошептал Архимаг еще раз. – Хотел обмануть меня! Обманул? Радуйся, глупец! Вместо истинной силы Темных Богов болван Архимаг поглотил Тень этой силы. Торжествуй, недоумок! Недолго тебе торжествовать! Ты не учел того что я и сам – Тень. Тень от сгоревшего рисунка, обернутая в магию и ярость. Ни одному магу такая сила ничего не дала бы! Ни одному настоящему магу! Но Тени Мага подобает Тень Силы! Именно ее я и могу взять. Взять – и сделать своей. Самонадеянный кретин! Вздумай ты быть со мной честным – и мне бы это ничего не дало. Решив обмануть меня, ты обманулся сам. Именно поддельная сила дает поддельному магу настоящее могущество! Ты хотел кормить меня иллюзиями и моими руками выполнить грязную работу. Ты посчитал излишним разбираться с тем, кто я таков и откуда взялся. «Пыль у подножия!» Ишь ты! Ну, ничего. Эта пыль переварила достаточно чужой силы. Ее хватит, чтоб переварить Тень Силы Темных Богов! Такой магии нет ни у кого. И защиты от нее не придумали. Кому нужна защита от того, чего нет? Теперь-то у меня все попляшут. Пусть только сила прорастет как следует.
Оглядевшись вокруг себя, он заметил груду обезображенных трупов.
– Как все-таки неаккуратно, – поморщился он. – Никакого эстетического чутья. А еще Бог! Надо приказать, чтоб прибрались тут. Да не выбрасывали, а сложили в холодке. В хозяйстве все пригодится.
– Какой кошмар, – пробормотал Эстен Джальн, и кисть дрогнула в его руке.
Архимаг вдруг остро глянул ему в глаза, и Эстен Джальн понял, что тот видит его.
– Кто ты такой? – спросил Архимаг. – Уже не впервые я ощущаю твой взгляд.
Эстен Джальн поспешно стер картину, нарисованную на бегущей воде, но взгляд Архимага еще преследовал его какое-то время.
– Они всерьез заинтересовались Куртом, – вздохнул Эстен Джальн. – Рановато пронюхали. Он еще не готов к таким битвам. Нужно будет за ним приглядывать. В случае чего напишу судьбе еще один портрет. Или натюрморт. Однако каков этот господин Архимаг! Совсем очеловечился. Умный. Хитрый. Ему б еще душу, и такое страшилище вышло бы – прямо хоть не рождайся! Но чего нет, того нет. И правильно. Душу я в этот шедевр не вкладывал. Ну, да оно и к лучшему. Страшилища с душой гораздо опаснее. И страшнее. А он и так… страшнее некуда. Эк он меня углядел! До сих пор мороз по коже. Вот нарисовал так нарисовал! Шедевр на всю жизнь, будь она неладна! Руки бы себе повыдергал за такие художества, ну так ведь тем делу не поможешь. И что они все к бедняге Курту цепляются? Ну – сильный маг, согласен! Так ведь не один он такой. Есть гораздо сильнее.
Эстену Джальну нравился Курт, нравилось его свободное неприкаянное странствие, полное забавных приключений и неожиданных всплесков силы. Наверное, Джальн завидовал Курту – как художник может завидовать изображению, чарующему вымыслу. Как статуе завидовал, как картине. Завидовал его удаче поступать, как заблагорассудится, идти, куда хочется, принимать жизнь такой, какая она есть. Сам Эстен, с детства связанный законами и уставами Ордена, был всего этого лишен. О да! Его обучали лучшие учителя. Но лучше уж набивать шишки и мучиться как Курт, чем постоянно ощущать, как чьи-то ловкие пальцы аккуратно отбирают кисть, заменяя ее чем-то отвратительным как по виду, так и по содержанию.
Эстену Джальну очень хотелось, чтобы Курту повезло больше, чем ему. Потому что должно же, черт побери, хоть кому-то хоть иногда везти! Особенно такому потрясающему парню. И если для этого требуется усадить в лужу всех Архимагов Мирозданья – значит, они будут там сидеть!
Интересно, кто его выдумал, этого Курта? Я бы и сам от такой идеи не отказался. Восхитительное чудовище, попирающее этот косный мир Орденов Архимагов и бронь-конниц. Ничего-ничего. Он им всем еще покажет. А я на это посмотрю. Люблю красивые картины.
Однако для того чтобы эти картины вырисовались, нужно время. Курту не выстоять в таких битвах. Время! Как выиграть время? Совсем немного времени выиграть. Курт ведь быстро взрослеет. Не имея никакой подготовки, одолеть команду Осназа – это немало. Конечно, это не то же самое, что встретиться с магом Ордена, но все-таки… Время. Как усадить Архимага и прочих охотников за Куртом в обширную надежную лужу, как продержать их там подольше? Как?
И тут Эстен Джальн с наслаждением вспомнил Архимага после битвы с Зикером. В луже. На коленях свинья. Во рту лягушка. А ведь для этого даже с судьбой договариваться не пришлось! Зикер постарался.
Зикер.
Он, конечно, тот еще овощ – а все же не мешало бы послать ему весточку. Не о Курте, конечно. Курта он не любит и… пожалуй, боится. Если он вообще кого-то боится.
Нет.
Не о Курте весточку… о другом. О той силе, коей овладел или в ближайшем будущем овладеет Архимаг. О тех крохах ясновиденья, что ему уже перепали. И пусть Зикер подумает, что с этим делать. Подумает. Зикер уж наверняка подумает. Что он в таком разе сделает? Я бы сбежал. А Зикер? Сбежит – или… или ударит! На упреждение и до смерти. Зикер, он такой. Он может.
Хотя… у него сейчас слишком много людей, к которым он по-настоящему привязан. Так что, возможно, он попросту сбежит вместе с ними. Не станет рисковать. Все равно хорошо. Архимагу придется заниматься не только Куртом. А если Архимаг сдуру станет Зикера преследовать – а ведь станет! – Зикер его, возможно, что и одолеет. Не в Ордене, где Архимаг действительно силен – а в тихом месте, где-нибудь в пути. И никто ничего не узнает. Никто не укажет на Зикера пальцем. Он даже в Орден сможет вернуться – потом, после. И быть может, его даже возглавит. Хорошо бы… А Темному Богу самому нипочем не отыскать Курта. Придется ему поискать себе новых прислужников. Пусть поищет. Я помогу.
«Ударит или сбежит?» – думал Эстен Джальн – а кисть его уже чертила на бегущей воде послание для Зикера. Вот так. Вот так.
«Пусть он увидит мое послание во сне!»
– Опять Курт этот… кто о нем только не говорит… – пробормотал Архимаг, глядя в хрустальный шар. – Сперва Зикер. Теперь этот Темный Бог. Зикер, правда, наоборот, уверял меня, что Курт – ничтожество… но энергии он при этом потратил, помнится, многовато. Странно. Стал бы он так волноваться, если б Курт и в самом деле был никем? Жаль, не помню точно, что он мне тогда наговорил. Надо бы еще одного библиотечного демона сожрать, а то память слабеет. Ладно. Решено. Куртом займутся. Темные Боги зря подарков не делают. Что-то тут кроется. Вот только… не предложить ли этому Курту союз? Против Зикера, Темного Бога и остальных.
Интересная мысль.
Зикер проснулся и сел. В небесах сонно потягивалась ночь – а у него не было привычки просыпаться по ночам от привидевшихся кошмаров. Черных Магов с таким стажем кошмары не мучают. И не пугают. Скорей уж это кошмары их боятся – вежливо обходят. Ну, а если какой-нибудь молодой, неопытный и слишком глупый кошмар все же решится на столь необдуманный поступок, как забраться в голову к Черному Магу и затесаться промеж его снов – ему же хуже. Он этих самых обычных снов Черного Мага до того перепугается, что помрет от ужаса, не дожив до начала просмотра себя, кошмарного и жуткого. Только парочка особо живучих кошмаров дотерпела до просмотра в голове Зикера. И оба раза он проснулся от хохота. Наивные создания эти кошмары. Нашли, чем пугать. Да такого и малый ребенок не испугается – конечно, если он в Ордене родился. Те самые долгоживущие кошмары Зикер пожалел, отпустил подобру-поздорову и больше приходить не велел. Наверное, они остальных тоже предупредили. С того разу – ни одного кошмара.
Зикер проснулся не от кошмаров. Его разбудило соприкосновение с чужой магией. С магией, которую он узнал бы из тысячи тысяч других. Это было схоже с легким движением кисти. Впрочем, почему – схоже? Оно и было им, этим легким уверенным касанием. Эстен Джальн рисовал на воде. Рисовал снящиеся Зикеру сны. Внутри одного из снов был дремучий лес. В глубине леса пруд. А в глубине пруда сновали невероятные многоцветные рыбины. Зикер прочел их танец. Это и было послание.
«Ну начудил, авангардист фигов! Нет бы, как все нормальные маги, отправить послание копьем в задницу или каким другим человековредительским способом! Рисовальщик чертов. Уху бы сварить из твоих рыбок.»
Сердце старого мага замирало от красоты танца – но в самом послании ничего красивого не было. Эстен Джальн предупреждал, что Архимаг вступил в союз с кем-то из Темных Богов. Получил в свое распоряжение ограниченное ясновиденье и почти неограниченную силу. Да какую! Тень Силы – страшная вещь. Зикер сразу понял, насколько опасной она может оказаться, если применить ее надлежащим образом. Самоуверенности Архимагу не занимать. А значит… а значит, он вполне способен решить, что раз какое-никакое ясновиденье у него есть, то Тенгере и Зикер ему больше не нужны. А раз не нужны… Архимаг не любил хранить ненужные вещи. А люди для него ничем не отличались от вещей. Вот так. Есть еще некоторое, совсем небольшое время, пока Архимаг осваивает свои новые возможности. Потом он нападет. «Ударишь или сбежишь?» – недвусмысленно интересовалось послание. Зикер со вздохом обвел глазами привычный уют спальни.
– И не надейтесь, уважаемый бывший Великий Магистр Эстен Джальн! – с усмешкой промолвил он. – Сбегу несомненно. Не видать вам новой великой битвы, если вы на это рассчитывали. Спаисбо, конечно, за предупреждение… а только батальное полотно вам придется писать с кого-то другого. Староват я для роли натурщика. Будь я один, еще подумал бы – а так…
Коротким толчком силы он уничтожил посланные сны.
«Красивые были рыбки. Жалко.»
В бескорыстную помощь Эстена Джальна верилось слабо. Какие-то свои планы у него есть. Если не картина, так другой какой замысел. Черный Маг всегда остается Черным Магом, Великий Магистр – Великим Магистром. Что бы он ни делал, чем бы ни занимался. Нет. Не стал бы Эстен Джальн просто так делиться информацией. Предупреждать. Важно понять, с какой целью он это делает, чтоб, избегая одной ловушки, не угодить в другую, еще худшую.
С другой стороны… врать Эстен Джальн тоже не стал бы. Не в его характере. Это ниже его достоинства. В его устах правда может быть смертоноснее иной лжи – но до вранья он опускаться не станет. Раз сказал, значит, так и есть. Впрочем, проверить нетрудно.
Что ж, проверим.
Зикер никогда не дружил с мятежным Великим Магистром.
Как раз когда звезда Эстена Джальна начинала восходить, и он уверенными шагами двигался вверх по ступеням иерархии Ордена, звезда самого Зикера медленно, но верно клонилась к закату. Сила его убывала. Враги подняли головы. Зикер старательно изображал из себя старого дурня, чтобы выжить – и ему нечего было делать в компании блестящего молодого мага, увенчанного славой, друзьями, женщинами и достижениями. Один старательно маскировал свои прошлые подвиги теперешними анекдотическими случаями, другой уверенно шел к подвигам нынешним, не зная недостачи ни в силе, ни в таланте.
Они просто не могли оказаться друзьями. Даже близкими знакомыми. Зикер по натуре своей скорей склонен был оказывать покровительство, чем принимать его – а старый маг, лишившийся большей части своих сил и тратящий оставшиеся на то, чтоб его не принимали всерьез, не способен оказывать покровительство Великому Магистру, введенному в Малый Круг, пользующемуся доверием самого Архимага. Принять покровительство молодого нахала? Спасибо, но это для кого-то другого. Тем более что он и не предлагал. А если б даже и предложил…
Кроме того, Зикера раздражали манеры Эстена Джальна. Чересчур, избыточно яркий, блестящий, феерический… его было слишком много для Зикера, привыкшего к умеренности и точности во всем. Старый маг был в восторге от его живописных талантов и талантов вообще – и единственно Зикер угадал точку, после которой Эстен Джальн пошел вразнос. Он рос, как дерево в закрытом помещении. Рос… и вырос. Он мог бы расти еще – но дальше был потолок. Зикер ведь тогда посоветовал отпустить молодого мага из Ордена. Пусть создает собственный Черный Орден! Может ведь. И если б тогда к словам Зикера прислушались, многое сложилось бы по-другому. Но слово Зикера тогда мало что значило. Очень уж талантливо он убедил окружающих в собственной ничтожности. Поэтому никто Великого Магистра Эстена Джальна из Ордена не отпустил.
«Ишь чего удумал, старый дурак! Такими силами разбрасываться.» – так, кажется, высказался бывший Архимаг. – «И конкурирующий Орден нам ни к чему. И вообще. Пусть поработает пока со всеми вместе этот юный нахал – а вот годков этак через четыреста, когда я уйду на покой…»
Но Эстен Джальн не собирался ждать так долго.
При всей своей способности к ясновиденью, Зикер даже не был уверен, в том, как Эстен Джальн относился к нему. Зикер не знал, что планировавший переворот Эстен Джальн не собирался становиться Архимагом. А уж что он собирался предложить этот пост ему, Зикеру… такое старому магу и во сне не снилось. Тем не менее это было так. Эстен Джальн относился к Зикеру с уважением и даже восхищением. Он помнил все легенды о его подвигах и все анекдоты о его глупостях. Джальну нравилось и то, и другое. Он хотел бы подружиться со старым магом – но просто не догадывался, как к нему подступиться. А кроме того… маска, которую он себе создал, чтоб защитить свою живопись от окружающей его реальности орденской жизни – маска блестящего, подающего надежды, яркого и пустого первого ученика и гордости Ордена не давала ему сблизится с кем бы то ни было. Она ведь на то и создавалась, чтоб к нему не лезли разные скользкие типы, развлекающиеся страданиями девственниц и пожирающие драконов натощак. Создавалась, создавалась – и создалась. Теперь к нему не только мерзавцы, к нему и хорошие люди не приближаются. Маска не пускает.
Ничего этого Зикер не знал – а потому сразу заподозрил, что Эстен Джальн ведет какую-то свою игру. Хоть и сообщил ему правду, а все же с каким-то хитрым умыслом. Ведь как сбежал в свой нарисованный мир, так и носа оттуда не казал. А теперь – на тебе! Послание. Хитрое. Вычурное. Рыбки у него, понимаешь ли… Кроме Зикера, такое и не прочтет никто. Даже если сумеет в его сны забраться – все равно не прочтет. Архимаг уж точно не прочтет. Ну, и что теперь? Что этому сумасшедшему художнику нужно? Чего он добивается для себя?
Ничего?
Извините, это вы кому-нибудь другому скажете. Причем о ком-нибудь другом.
Так-то вот. Какое ему дело до Зикера? До Тенгере? Тенгере… Быть может ему тоже нужен Тенгере? Или ему нужно убрать Зикера из Ордена? Зачем? А этот Темный Бог… в самом ли деле он был? И как же он, Зикер, опытнейший маг, не почуял, кем является посланец! Не сообразил, кто его послал и зачем. Разве что чары амулета таковы, что способны прятать любую информацию… И ведь как хитро спрятано! Идеальный способ спрятать информацию – придать ей вид чего-то несущественного и сделать общедоступной. Не принял Зикер всерьез полусгнившего человечка с грошовым амулетиком «для самого главного мага». Не принял. Заставил Архимага выслушать это страшилище. Пусть, дескать, вони понюхает, чтоб жизнь праздником не казалась.
Позлорадствовал да и пошел дальше. Выбросил ситуацию из головы. А зря выбросил. Лучше бы я голову свою выбросил. К чему она, если думать не хочет? Потому что ситуация развивается. Если верить Эстену Джальну. А если не верить? Если не верить, то…
Зикер достал из воздуха хрустальный шар, одними губами прочел заклинание и увидел Архимага. Архимага, удивленно вытаращившгося в другой хрустальный шар.
Архимаг пытался сосчитать линии реальности.
– Умник! – пробурчал Зикер, гася свой собственный шар. – А капли дождя считать не пробовал? Увлекательное занятие…
Эстен Джальн был прав. Уже одно то, что Архимаг умудрился увидеть эти линии… не просто событие из будущего – сами линии… уже одно это было очень плохим знаком. Стоит этому недоумку хоть пару раз подряд угадать – и он решит, что уже во всем разбирается. А тогда…
Что ж… неважно, что задумал Эстен Джальн. Неважно, почему он поделился информацией. Пока – неважно. Важно, что он сказал правду.
«Пора уносить ноги.» – подумал Зикер.
Солнечным утром Курт вышел, наконец, из храма. Начинался третий день его, Курта, божественности. Храм стоял на высоком месте, со всех сторон к нему карабкались дома и домики обширно раскинувшейся деревни.
– Ну, и куда нам сначала? – спросил Курт.
– Седьмая Левая улица. Дом Жаворонка, – откликнулся Мур.
– Везде дома с номерами, а улицы с названиями, – заметил Курт. – А у этих… у этих все наоборот. Странные люди.
– Ты даже представить себе не можешь, насколько странные, – усмехнулся Мур. – Я как эти названия услыхал – сразу понял, где мы. Такое место во всем мире одно только и есть. И только в нем Сиген почитается за главного Бога. Да ты не стой столбом. Сворачивай налево, и пойдем. А я пока расскажу.
– Годится, – кивнул Курт, неторопливо, как и подобает Богу, спускаясь с холма.
– Ну так вот, – продолжил Мур, – когда-то здесь был магический Орден. Давно, правда. Он поссорился с другим магическим Орденом. Кто там из их был прав, из-за чего все началось и так далее – теперь дело темное. Для нас важно то, что здешний Орден был побежден. Часть магов погибла в бою, остальные бежали. Свои магические инструменты они прихватили, разумеется – в здравом уме ни один маг такими штуками разбрасываться не станет – а вот слуг, стражников и гаремы, всяких там фей и гурий бросили. Не с руки им было все это за собой волочить. Слишком хлопотно, а они не могли мешкать. Враги шли за ними по пятам. Какое-то время остававшиеся в Ордене люди жили, как раньше, ожидая возвращения магов, но те так и не пришли. Кто знает, что с ними сталось? Стражники и часть слуг разошлись, подыскав себе другие места службы. А феи и гурии остались. Не захотели покинуть это место. Одни повыходили замуж за тех стражников и слуг, что так и не собрались уйти, другие за случайных путников, которые захотели остаться. Так и образовалась эта деревня. А Сиген у них за главного Бога еще с тех времен – потому как маги не позволяли своим наложницам к серьезным Богам обращаться. Боялись, верно, что те им нажалуются. Думаю, это были не очень светлые маги.
– Да уж, – сказал Курт. – Значит, феи и гурии.
– А также люди, – добавил Мур. – А случайными прохожими могли оказаться и эльфы, и гномы, и оборотни, и много еще кто.
– Да уж, – еще раз повторил Курт.
Кто-то торопился им навстречу.
– Ох! – разглядев, испугался Курт. – Это та самая старуха, которую я баловаться послал. Что-то у нее больно уж грозный вид.
– Небось, решила, что тряпкой тебя протирать бесполезно – все равно не блестишь! – хихикнул Мур. – Наверно, решила точильным камнем попробовать.
– Чтоб у тебя набалдашник треснул за такие шуточки! – отозвался Курт. – От этой ведьмы всего ожидать можно.
Ждать пришлось недолго. Несмотря на явно солидный возраст, старуха двигалась широким бодрым шагом хорошо выспавшегося боевого коня, вдруг угодившего в табун с отборными кобылицами. Подойдя, она отвесила подобающий случаю поклон и подняла на Курта виноватый взгляд.
– Я ухожу, – сообщила она.
– Да ты ж придти не успела! – удивился Курт.
– Я с должности своей ухожу, – степенно промолвила старуха.
– Почему? – спросил Курт, стараясь, чтоб в голосе не прозвучала смесь радости с облегчением, переполнявшая его.
– Потому как в должности Хозяйки вдове либо девице незамужней быть надлежит, – поведала старуха. – А раз я уже таковая не есть, значит, согласно обряду мне полный поворот вышел, и замена необходима есть.
– Не понял, – честно признался Курт.
Мур фыркнул. Старуха улыбнулась.
– Следуя твоему божественному велению, я отправилась баловаться. – Старуха распялила пальцы, загибая их по одному на каждое следующее сообщение. – На одной ножке скакала – раз, в кошку плевалась – два, а потом старосте язык показала – три. А староста, он обиделся. И я ему сказала тогда, какой мне от тебя приказ вышел. Чтоб он за обиду себе того не держал. А он тогда сказал, что он вдовец, и что я вдова, и что нечего мне, как маленькой девочке баловаться. И предложил пойти ко мне и побаловаться, как взрослые люди балуются. Как от Богов заповедано. И сказал еще, что он давно на меня заглядывался. А я ему тогда сказала – а что ж мне с должностью-то делать? А он ответил, что я тебя неверно поняла, и что если б ты хотел, чтобы я в кошек плевалась, то не меня бы выбрал бы, а и вправду маленькую девочку. А что до него самого, то он давно в мою сторону смотрит, но против обряда поступать не можно, вот он и молчит. Ну, а раз ты сам велел… Я ему, конечно, много чего сказать хотела, да только ведь и он мне по нраву, что тут скажешь… А потом он меня слушать не стал, а просто взял на руки и понес. И вся деревня это видела. А отбиваться я не стала, потому что он сильный и всем смешно бы вышло, а разве ж я маленькая девочка, чтобы всем смешно делать? Так что я теперь – мужняя жена. А жена не может быть Хозяйкой, это все знают. Вот я и боюсь, не прогневала ли я тебя, и хочу знать, кто все-таки был прав тогда – я или мой муж?
Посох мелко вибрировал от сдерживаемого смеха. Курт не мог себе позволить даже такой роскоши.
– Твой муж прав, женщина! – мягко, но властно изрекло Божество. – Возвращайся к нему и будьте счастливы. Мне, пребывающему во плоти, не нужна Хозяйка. Уходя, я подберу тебе смену. Иди с миром женщина. Я благословляю тебя и твой брак.
Благодарно улыбнувшись, старуха низко поклонилась и тронулась обратно. А Курт получил основательный удар по лбу.
– Мур! – тоненько взвыл он.
Зато пришел в себя. Произнося «божественный», монолог он сам почти уверовал в свою божественность.
– Очнулся? – поинтересовался посох.
– Вроде бы… – выдохнул Курт.
– Тогда порадуйся, – предложил Мур. – Старая курица добаловалась, и теперь никто не будет вытирать грязные тряпки о твою физиономию.
– Это хорошо, – проворчал Курт, ощупывая лоб, – а только ты все же поосторожней. Синяки и шишки плохо сочетаются с сиянием божественности.
– Я тебе не говорил, что у тебя совсем нет художественного чутья? – поинтересовался посох.
– Нет, – удивился Курт. – Не говорил. А что, и вправду нету?
– Пойди к ближайшей луже и полюбуйся на себя! – гордо воскликнул Мур. – Я создал из тебя совершенное произведение исскуства! Ничто так не сочетается с сиянием нимба, как пара-тройка шишек и добрый синяк под глазом.
– Врешь ты все, – вздохнул Курт, возобновляя шествие по склону холма.
– И вовсе я не вру, а стараюсь тебя утешить, – проговорил посох. – Ну сам подумай, стало бы тебе легче если бы я сказал – ну и поганая у тебя рожа, Курт! Просто ужас! Кстати, мы пришли! – добавил он. – Сворачивай в эту улицу. Видишь во-он тот пестренький дом?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?