Текст книги "Мы однопланетяне!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/my-odnoplanetyane-231102.jpg)
Автор книги: Сергей Ярчук
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Слово “приёмная” меньше всего подходило для места, в котором оказался молодой человек. Это было какое-то фантасмагорическое смешение склада, ремонтного цеха и отдела перспективных разработок. Вдоль стен тянулись ломящиеся от запчастей стеллажи, готовые вот-вот обрушиться под непомерным количеством инженерной рухляди. Рядом с ними находились столы ремонтников, которые тоже отнюдь не блистали чистотой и порядком. Кое-где из-за завалов даже казалось, что они являются необычными продолжениями настенных хранилищ. В центре помещения располагался широченный голографический экран, отображающий сразу несколько десятков информационных слоёв, сплошь исчёрканных непонятными формулами и набросками.
Попялившись несколько секунд на это техногенное безобразие, Даниил сообразил, что в помещении отсутствует самое важное для приёмной – дверь в кабинет начальника. Обложив тут же втихомолку тупого проводника, рекламный агент поспешил выбраться в коридор.
Заглянув в соседние кабинеты, молодой человек с удивлением обнаружил нескольких техников, головы которых целиком были погружены в персональные гиперобъёмы, а руки по локти запущены в неведомые аппараты. Отвлекать их вопросами показалось в высшей степени кощунством, и Даниил решил отловить кого-нибудь в коридоре. Буквально через пару минут блужданий на него налетел нескладный тощий парень в фирменной спецовке.
– Подождите, пожалуйста! – взмолился Даниил.
– А? – вскрикнул парень неожиданно высоким голосом и уставился на незнакомца.
– Простите! Мне нужно найти приёмную руководителя сервисной службы.
– Зачем? – тощий тут же подозрительно сощурился.
– Видите ли… – Даниил даже растерялся от такой неожиданной наглости, – Я сотрудник отдела рекламы. В моём биотеле произошёл сбой нейродатчиков. Меня пригласили на тестирование.
Услышав это, тощий техник надменно выпятил губу, бесцеремонно оглядел Даниила с ног до головы и полным спеси фальцетом процедил:
– Кабинет 03-05.
После чего развернулся и уже нарочито важной поступью скрылся за поворотом. А Даниил ещё несколько мгновений оторопело глазел вслед странному собеседнику, пытаясь выстроить в голове понимание произошедшего разговора.
– Позвольте пройти! – нежный женский голосок разом вывел молодого человека из оцепенения.
Даниил вздрогнул и обернулся. На него в упор смотрели огромные бирюзовые глаза в обрамлении струящихся платиновых волос.
– Извините! Пожалуйста, проходите.
Парень прижался к стене, пропуская худенькую невысокую девчушку, несущую в руках огромный бумажный стакан кофе. Она едва заметно кивнула и одарила молодого человека такой беззащитной улыбкой, того чуть не хватил сердечный приступ.
Даниил автоматически стёр выступившую испарину. В голове метались мысли одна нелепей другой. “Да, что ж это за место такое?! То хамят, то околдовывают… Приёмную даже не найти! Чёрт, надо было ту девушку спросить… Или надо было не спрашивать, а… А что?..” Размышляя подобным образом, Даниил брёл по запутанным коридорам минус третьего этажа. Нумерация помещений тоже ясности не вносила. Единственное, что удалось понять – все номера кабинетов начинались с 03. Но дальше шла полная неразбериха.
Поплутав ещё немного, Даниил неожиданно наткнулся на пищевой уголок – в тупичке за нагромождением коробок приютилась кофемашина с кулером, а на замызганном холодильнике стояли аж три микроволновки. Рядом сгрудились несколько упаковок разовой посуды. Хмыкнув, молодой человек развернулся, но сделав пару шагов застыл как вкопанный. Расширившиеся от ужаса глаза уставились на стеллаж, который сам по себе начал отъезжать от стены. Перепуганный работник рекламного отдела отпрыгнул в сторону и даже завопил:
– Это ещё что за хрень?!!
Оказалось, что металлические полки были прикреплены прямо к дверному полотну. Неискушённый в столь рачительном использовании рабочего пространства рекламный агент с интересом осмотрел конструкцию. Она оказалась весьма прочной: каркас крепился на три стальные петли. Ход был настолько мягкий и бесшумный, что даже у далёкого от техники человека в памяти всплыло словцо “подшипник”. Тут же пришло понимание, что в приёмной запросто могло быть несколько незамеченных им дверей. Подивившись местным особенностям, молодой человек заглянул в открывшееся за волшебной дверью помещение. Оно оказалось банальным туалетом, которым Даниил и решил воспользоваться. Но только в двери мягко щёлкнул замок, как в коридоре послышались шаги. И секунду спустя раздались голоса, в одном из которых был безошибочно узнан визгливый фальцет тощего техника:
– Я тебе говорю, скоро всё будет в норме. Эту ведьму выкинут.
– А если нет?
– Ещё как “да”! Сейчас к ней этот клоун из рекламщиков пошёл. Стопудово такой косяк ей не простят.
– Может это и не её косяк?
– Её! Я уже утром всё проверил.
– А вдруг она захочет скрыть это? Ты же знаешь, что она далеко не дурочка.
– Не получится. Я ей жучка воткнул.
– Когда?
– Сейчас, когда она за кофе побежала.
– Думаешь, она не заметит?
– Сильно сомневаюсь. Она держится за место, а значит будет занята только этим идиотом. А жучок через полчаса самоуничтожится. Ну, а уж как красиво передать запись руководству – это потом обдумаем. Понял?
– Блин! Ну, ты и рисковый парень!
– А то! Стану начальником, помогу и тебе подняться…
Затем послышался мягкий шлепок дверцы холодильника, шуршание каких-то пакетов и удаляющиеся шаги.
Даниил не верил своим ушам. “Так та куколка и есть их начальник? А они её подсидеть собираются! Вот сволочи!” Но что предпринять в этом случае было совершенно не ясно. “Что ж делать? Догнать их и устроить драку? Да ну, детский сад какой-то! Пойти к ней и сказать, что её хотят подставить? А вдруг не поверит? Может, просто позвонить и сказать, что был пьян? Но у неё остались данные удалённого теста… Так что же делать?..” Молодой человек несколько секунд ломал голову, пока внезапно не осознал, что лучше всего ничего не делать. “Поеду на работу и просто забуду о сбое”.
И действительно, досадная неполадка нейродатчиков тут же вылетела из головы. В отличие от белокурой красотки, которая целиком заняла все его мысли.
Даниил заскочил на родной двадцать восьмой этаж, где располагался отдел рекламы. Перекинулся несколькими фразами с сослуживцами, доложил начальнику о небольшом сбое, на ходу придумав легенду о выходе из строя нейродатчика обонятельных ощущений. После чего стремительно отбыл в место постоянного дислоцирования – Северо-западный центр криогенных технологий.
Наслаждаясь бесшумной поездкой в электробусе, Даниил раз за разом перебирал в памяти секундное общение с неведомой феей. Планы по знакомству с ней строились тысячами и тут же отвергались. В конце концов, изрядно утомившись, молодой человек решил восстановить всю цепочку событий, что привела к этой необычной встрече.
Авария… Да, всё началось именно с неё. Выжить шансов не было. Но мозг не пострадал. И это давало мизерную надежду. Родители отлично понимали, что для приобретения невероятно дорогого искусственного тела не хватит никакого доступного простым смертным кредита. А потому щедрое предложение руководства корпорации “Satellite” показалось отчаявшимся старикам не меньше чем чудом господним. Это позднее Даниил сообразил, что угодил в жуткую пожизненную кабалу. Осознание этого факта приводило в неописуемое бешенство. И молодой человек поначалу даже и не думал сдерживаться, ломая мебель, крича на родителей, разбивая о стену кулаки и просто рыдая в подушку. Но, как не уставала повторять мама, любая пожизненная кабала хороша наличием жизни. Даниил соглашался и постепенно успокаивался.
И вот теперь он сам работает, завлекая в такую же неволю наивных простачков. Поначалу это казалось верхом цинизма, но постепенно он убедил себя, что ситуации его клиентов далеки от безвыходности. Хотя смотреть на это можно было по-разному. Необычность их положения была в том, что все они находились в глубокой заморозке. Мода на сохранение безнадёжно больных в криокамерах началась ещё в конце двадцатого века. Но в середине двадцать первого выяснилось, что все ранее замороженные люди никогда не смогут быть оживлены.
На заре эры криотехнологий считалось, что глубокая заморозка аналогична коматозному состоянию. Последующие же исследования опровергли это предположение. Оказалось, что замороженное тело, в котором длительное время не функционирует сознание, уже не может быть возвращено к жизни. Обнаружение данного факта поставило под вопрос само существование мировой индустрии криоконсервации. Но никто не собирался разрушать то, во что были вложены колоссальные суммы. А потому заинтересованные лица тут же выделили грант невиданной щедрости для быстрейшего выхода из создавшейся ситуации. И решение не заставило себя ждать. Были спроектированы и построены плазмокристаллические процессоры, обеспечивающие столь высокую вычислительную мощность, что без труда обслуживали любые запросы мозга закованного в лёд пациента. Это подняло стоимость криоконсервации на порядок. Однако, как ни странно, поток клиентов только увеличился.
Используя уникальный пси-интерфейс, замороженные люди могли бесконечно долго находиться в виртуальном мире. В нём можно было реализовать любую причуду, без труда воплотить самую невероятную фантазию. Первоначально многие весьма уважаемые учёные и даже светила науки были против предоставления пользователям полной вседозволенности, мотивируя это тем, что после обретения всемогущества в искусно нарисованном мире, никто не захочет возвращаться в переполненную проблемами действительность. Но к счастью, подавляющему большинству клиентов центра заморозки довольно быстро приедалось всевластие. Отсутствие фантазии для мало-мальски приличного развития виртуального мира приводило многих пользователей в глубокую депрессию. Это, в свою очередь, породило целое новое направление в дизайне – разработку сверхреалистичных виртуальных миров.
И всё же действительность людям была привычней. Именно на возвращении замороженных персон в реальность и строилась одна из ключевых бизнес-стратегий корпорации “Satellite”. Для этого была обанкрочена и выкуплена компания, создавшая гигантскую сеть криоцентров, которые, в свою очередь, поддерживали существование десятков тысяч погружённых в лёд хомо сапиенсов.
В одном из таких центров и трудился Даниил. Рекламный агент подключался к виртуальным доменам замороженных и, изо всех сил напрягая красноречие, расхваливал преимущества искусственного организма. Обладая заводским биотелом, Даниил зачастую находил весьма нестандартные плюсы, о которых профессиональные маркетологи не могли и подумать. Не мудрено, что процент успешных сделок у Даниила был довольно высок. И всё же частенько попадались субъекты, ни в какую не желающие расставаться с нарисованной вселенной. Они не поддавались ни разумным доводам, ни уговорам родни. Порой, казалось невозможным понять, что твориться в голове такого упрямца. Даже для опытных психологов это были задачки без решения. Даниилу же не раз чудесным образом удавалось вывести человека из плена сладких грёз виртуальной реальности. Как это происходило он не рассказывал никому, отлично понимая, что на этом держится его благополучие. В секрет сына не были посвящены даже родители.
Впервые это случилось на вторую ночь, после злополучной аварии. Извлечённый из погибшего тела мозг плавал в питательном растворе. Не получая привычных сигналов от тела, разум, тем не менее, отлично сознавал, что жив и решил восстановить обычный темп жизни. Пришедший следом сон надолго вывел Даниила из равновесия. Молодой человек отлично понимал, что частенько ночные грёзы дарят ни на что не похожие видения и совершенно неведомые ощущения. Но то, что снова и снова стало происходить по ночам более всего напоминало принудительную подписку на просмотр фильма “Мысли моих соседей”.
Почти каждую ночь Даниил ощущал себя совершенно другим человеком. Он мог быть и стариком, и юной девочкой, быть дружелюбным или нелюдимым, работать или бездельничать, писать стихи или истомлять разум научными расчетами. Но при всём разнообразии картинок странного человеческого калейдоскопа, во всех этих снах был один, объединяющий их момент – люди, жизни которых наблюдал Даниил, жили вокруг него.
Поначалу это забавляло молодого человека. Ведь мать постоянно сетовала, что Даниил рос замкнутым ребёнком и дичился соседей. Дескать, теперь это вышло боком. Но со временем он ощутил, что с этими грёзами не всё так просто. Ночь за ночью наблюдая жизнь как друзей, так и едва знакомых, молодой человек уловил, что те всегда далеки от душевного равновесия. Иной раз это бывал приступ гнева или обиды, тоски или затаённой радости. Но чаще всего человек волновался, словно в предвкушении чего-то. Понять, что ожидает тот или иной знакомец, было невозможно. Но попытки разгадать это странное состояние необычайно увлекали Даниила.
Природу этого чувства Даниил выяснил случайно. Однажды, сидя дома, он погрузился в детские воспоминания, переживая, казалось бы, давно забытые ребяческие обиды. А потом неожиданно всплыло стёртое из памяти лицо первой школьной любви… Вот тут-то его словно как током ударило. Даниил сообразил, что в эти моменты его подключения те люди размышляют о самом главном для себя. Пусть эти мысли зачастую не оформляются в слова и даже не имеют чётких образов, но молодой человек точно знал – каждый его нырок в чужую жизнь происходит в момент ухода того от обыденности.
Но полностью дар подсматривать за настроениями окружающих раскрылся в самый неожиданный момент. На испытательном сроке Даниил получил задание уговорить одного своенравного пациента на переселение в искусственное тело. Старикан, как на зло, оказался тем ещё упрямцем. Он ни в какую не желал тратить деньги на биотело, а был готов торчать в криокамере вечно. Молодой человек истратил последние остатки красноречия, но ничего не добился. Но когда позднее, уже выйдя из виртуального домена несговорчивого пациента, он задремал на диване в офисе, то неожиданно поймал себя на том, что сознание раздвоилось. Одна часть охотно подтвердила, что человек расслабленно сидит в помещении криоцентра, другая же… Другая жила печалью давешнего узника криокамеры.
Даниил несказанно поразился произошедшему. Ему стоило невероятных усилий удержать себя в этом состоянии. Но когда контроль над двумя потоками сознания стал стабильным, парень двинулся вглубь переживаний старика. И вот тут-то его и ждала разгадка.
Когда позднее родители стали замечать непривычные засыпания Даниила средь бела дня, то непременно ругали за переутомления на работе. Сын же лишь загадочно улыбался, благоразумно помалкивая, что только благодаря этим снам и смог удержаться на таком непростом месте.
Глава 4. Неясности
Оказавшись в фойе криоцентра, Даниил был немало удивлён витавшим вокруг напряжением. Никто не разговаривал, не доносилось мурлыканье успокаивающей музыки, что ласкала слух посетителей. Даже рыбы в гигантском аквариуме, казалось, застыли в каком-то непонятном недоумении. Рекламный агент уже собирался привычно прошествовать мимо поста службы безопасности, но не тут-то было! Знакомый охранник неожиданно состроил грозную мину и, поприветствовав нарочито суконными словами, попросил предъявить удостоверение.
Когда же от Даниила потребовали пройти тест сетчатки глаза, молодой человек изумлённо запротестовал:
– Тест сетчатки глаза? Вы серьёзно? Вы же отлично знаете, что у меня искусственное тело!
– Не беспокойтесь. Это универсальная модель сканера. Он считает с вашей радужки цифровой код.
Даниил пожал плечами, но безропотно выполнив требования секьюрити, всё же поинтересовался:
– Слушай, а что, собственно, происходит?
Но насупившийся страж, демонстративно не желающий выказывать, что отлично знает Даниила, пробурчал:
– Стандартная проверка. Проходите!
Миновав последнюю рамку сканера, сбитый с толку молодой человек потопал в сторону своего кабинета. Но не успев дойти до двери пары шагов, услышал, как его окликнули:
– Дан, привет! – голос с хорошо знакомой хрипотцой принадлежал Стасу Шурыгину.
Стас трудился в криоцентре на должности техника-электронщика. Они познакомились в самый первый рабочий день Даниила. Худой, нескладный инженер хоть и был очень вежлив, предупредителен и тактичен, а в работе педантичен и необычайно исполнителен, однако регулярно умудрялся получать выговоры от начальства. Причиной тому были постоянные нарушения дресс-кода, а точнее – полное отсутствие причёски. Да, на голове этого представителя технического персонала творилось чёрт знает что. То ли копна, то ли гнездо… Именно эта неряшливость, с болью напоминающая Даниилу его самого до аварии, и подтолкнула нового рекламного агента к знакомству со Стасом. Даниил неоднократно ловил себя на мысли, что порой смотрел на него как на своё отражение. В такие минуты он даже жалел, что техник тёмно-рус, и глаза у него карие.
Стас неуклюже догнал Даниила, сунул для рукопожатия узкую ладонь и, скорчив скорбную мину, пробубнил:
– Слушай… Я опять кошелёк посеял. Одолжишь на обед?
– Опять потерял? – брови Даниила поползли вверх от удивления, – Ну, ты даёшь! Сколько раз ты свою карточку восстанавливал? Тебя банк ещё не послал с такой архаикой?
– Нет, – Стас расплылся в улыбке, – Им приятно, что есть клиенты, пользующиеся антикварными услугами.
– Угу. Как же… Это только тебе так кажется. Ты их деланные улыбки не принимай за чистую монету. Хотя… За те деньги, что с тебя регулярно сдирают, за перевыпуск древней карты можно и не только улыбнуться. И как ты ещё не удосужился выпросить банковские расписки на пергаментах с сургучёвыми печатями?
– Дан, кончай издеваться!
– Ладно. Пожуём на мои, – Даниил приложил электронный ключ к замку и тут же спохватился: – Слушай, а что сегодня на проходной творится?
– А ты не в курсе?
– Нет.
Они прошли в кабинет. Даниил уселся в рабочее кресло, которое тут же начало подстраиваться под выбранную хозяином позу. Такие кресла, обладающие конформной авторегуляцией были обязательны для тех немногих счастливчиков, кто подключался к системе виртуальной реальности через пси-интерфейс.
Даниил ежедневно гостил в виртуальных доменах пациентов криоцентра и за несколько месяцев работы успел навидаться такого, что запросто можно было съехать с катушек. Лежащие в заморозке, но бодрствующие разумом творили в своих мирах такое, что порой хотелось или кричать от ужаса, или рыдать от зависти. Программисты и дизайнеры зачастую ночи на пролёт корпели над воплощением пожеланий страдающих в одиночестве узников криокамер. Сами же пациенты получали в своё распоряжение упрощённые, но не менее действенные рычаги управления собственным миром. Порой, наблюдая за виртуальными бесчинствами, Даниил закипал гневом. Но быстро успокаивался, вспоминая, что волшебные миры для несчастных пациентов лишь нарисованная сказка. Средневековая резня и постъядерный ад, гигантские звездолёты и бесчисленные загадки затонувших цивилизаций, дичайшие вакханалии и тишина райских кущ…
Казалось, привыкнуть к этому невозможно. Но мало-помалу всё это для Даниила стало обыденностью. Снежный ком впечатлений потихоньку укатывался, уплотнялся, незримо таял. И, осознавая иллюзорность виртуальных красот, рекламный агент постепенно перестал удивляться. Но своё первое погружение в цифровую пси-реальность он помнил до мельчайших подробностей.
Попав впервые в виртуальность, разработанную корпорацией “Satellite”, Даниил был шокирован уровнем отображения окружающего мира. Нет, это была вовсе не та нарисованная реальность, где зависали миллионы геймеров, и которую невозможно было сравнить с опостылевшей действительностью. Оказавшись в тестовом домене, Даниил осознал, что такое истинное погружение в параллельный мир. Мир, наполненный не только картинками и звуками, но и исчерпывающим набором осязательных впечатлений. А уж про гамму ударивших в нос ароматов и говорить было нечего.
Он бродил по каменному крошеву, чувствуя каждый камешек подошвами ног.
Сквозь полотняную рубашку, щекоча кожу, то и дело прорывался тёплый ветер.
В нос летела сказочная смесь ароматов соснового бора, южного моря и грозового озона. Глаза резала невероятная чёткость картинки – он будто глядел на мир сквозь фантастический бинокль, снабжённый функцией усиления цветопередачи. Когда же неожиданно ощутил, что силы его тела тоже значительно выше, он метнулся к развалинам замка и одним прыжком заскочил на высоченную крепостную стену. Повинуясь неудержимому, бившему через край восторгу, Даниил завопил что было мочи в радостном безумстве…
Едва молодой рекламный агент оправился от шока первого виртуального путешествия, он набросился на техника с вопросом: “Почему на основе пси-интерфейса не построить глобальную сеть?” На что Стас разразился грустной получасовой тирадой о невообразимо сложном технологическом процессе производства плазмокристаллов и, как следствие, неподъёмной для рынка информационных систем цене.
И вот сейчас Даниил крутил в руках бесценный шлем виртуальной реальности, но мысли были далеки от грядущих впечатлений сказочного цифрового мира. Он поднял глаза на техника и вторично поинтересовался:
– Так что случилось?
– Вот вызовут на допрос к безопасникам, узнаешь.
– Что за бред! Какой ещё допрос? – Даниил испуганно вытаращился на друга.
– Да, не трусь. Уже почти всех перетрясли. Ищут какого-то постороннего.
– Чего?
– Шефу померещилось, что к нам проник кто-то левый. Вот и пошла свистопляска. А как по мне, так у него просто начался маразм. Вот и всё.
Прокомментировать это предположение Даниил уже не успел. В дверь заглянул начальник охраны и пригласил рекламного агента на беседу.
Следующие двадцать минут Даниил с удивлением выслушивал какие-то стандартные до тупоумия вопросы и давал максимально понятные односложные ответы. Делал он это не напрягаясь и даже не задумываясь. Происходящее не имело к нему никакого отношения. Он и слыхом не слыхивал о проникновении в центр посторонних и даже с трудом представлял, кому и для чего это вообще могло понадобиться. Задававший вопросы безопасник удовлетворился полным недоумением Даниила и уже готов был распрощаться с ним, когда рекламный агент, неожиданно для самого себя, задал вопрос:
– А можно взглянуть на нарушителя? У вас же есть записи с камер слежения.
Безопасник хмыкнул и включил запись. Сперва экран показывал лишь пустой коридор, но потом… У Даниила земля ушла из-под ног. Потому что на экране возникла маячившая в памяти миниатюрная фигурка. Да, ошибки быть не могло. Волны длиннющих платиновых волос покачивались в такт шагов точь-в-точь как и при их давешней встрече…
Даниил едва не вскрикнул. Но, к счастью, биотело было отрегулировано на приличный уровень управления эмоциями. И молодой человек лишь сдержанно покачал головой.
– Нет. Я её не знаю.
***
Вечерело. Даниил вышел на свежий воздух, несколько раз глубоко вдохнул. Со стороны могло показаться, что парень весь день томился в духоте, и не было в тесном офисе не то что ультрасовременной климатической установки, но даже старенького кондиционера. А Даниилу сейчас хотелось чего-то совершенно непривычного, нового…
Он бросил кислый взгляд на сверкавший в заходящем солнце фасад криоцентра и побрёл в неизвестном направлении. Весь день он ломал голову над вопросом: за каким чёртом понадобилось руководителю сервисной службы департамента биотел тайно проникать в криоцентр? Версии тысячами роились в голове, но ни одна не тянула на сколько-нибудь удовлетворительное объяснение. В конце концов, устав играть в догадки, молодой человек остановился на том, что у каждого в жизни есть тайны.
Голова постепенно очищалась, настроение выравнивалось. Будоражащие ум проблемы зафиксировались на дальнем рубеже памяти погасшими маяками. И сейчас Даниил просто наслаждался прогулкой. Вокруг него благоухал фимиам окутавшего город вечера, под ногами мягко шуршал чисто вымытый тротуар, а незаметно сгущающиеся сумерки неслышно шептали о тщетности рабочей суеты и звали нырнуть в подступающий карнавал ночи.
Молодой человек завернул в летнее кафе, очень кстати оказавшееся поблизости. Уют этого заведения сразу бросался в глаза. Плетёные стулья и миниатюрные столики прятались в тени радужных зонтов, а витавшие вокруг ароматы запросто могли заворожить самого отъявленного гурмана. Не мудрено, что найти свободное место оказалось непросто. Но Даниилу повезло. Веснушчатая и улыбчивая официантка тут же принесла горячий как лава кофе и пару золотистых круассанов. Окружающая гармония постепенно перетекала в самые неприступные уголки разума, и лицо молодого человека само собой расплылось в широченной улыбке. Шум городских улиц магическим образом трансформировался в наполненную летним очарованием мелодию. Глаза радостно взирали на проходящих и летящих мимо в авто, на весёлые блики окон и витрин…
И тут Даниила будто ударило током. Через витрину магазина напротив маячила знакомая фигура. Худенькая, невысокая девушка с огромной гривой струящиеся платиновых волос. У парня перехватило дыхание. Он напрягся, изо всех сил разглядывая загадочную деву. Внезапно нахлынул страх, что стоит ему пошевелиться, и принцесса растает как сказочная снегурочка. Но девушка, как ни в чём не бывало, продолжала неторопливо перебирать наряды. Даниил зачарованно смотрел, забыв обо всём на свете. Превосходно отрегулированные глаза искусственного тела отметили невероятно бледную кожу. Молодой человек, ранее не терпевший отсутствие даже минимального загара, теперь же с блаженством взирал на будто выточенные из слоновой кости руки и ноги. Движения девушки были настолько плавны, что в голове парня шелохнулось подозрение в искусственности происхождения и её тела. Но додумать эту мысль он не успел. Девушка, словно почувствовав, что за ней наблюдают, обернулась в сторону Даниила. Их взгляды встретились на какой-то миг. Этого было достаточно, чтобы молодой человек потонул в водовороте бирюзовых глаз. Когда же девушка одарила его своей едва заметной улыбкой, то он окончательно утратил контроль над собой.
Очнулся Даниил лишь когда ворвался в магазина женской одежды. По его внутреннему ощущению рывок через улицу занял не более пары секунд. Но в торговом павильоне уже никого не было…
Глава 5. Инга
Восток полыхнул столь неожиданно, что в реальности любой бы мигом решил, что никакой это не рассвет, а натуральный ядерный взрыв. Ибо ничто иное не могло в считанные мгновения растворить царящую на небе непроглядную черноту и залить пространство теплом и светом. Но Даниил привык и не к таким выкрутасам сновидений. Он автоматически прищурился и, усмехнувшись, привычно щёлкнул пальцами. Незамысловатый жест запускал во сне процедуру создания различных вспомогательных объектов. В этот раз солнцезащитные очки не появились. Это немало озадачило. Повторный щелчок также не возымел никакого действия. Даниил уже хотел выругаться, но не тут то было! В следующее мгновение он ощутил, что полностью утратил контроль над происходящим.
Он одиноко стоял на берегу и беспомощно таращился на поднимающееся над горизонтом светило. Невыносимо жгло глаза, но отвернуться и даже опустить веки не было никакой возможности. Не хватало сил сделать даже вдох. Тело ему не принадлежало, а разум готов был вскипеть от ужаса. Сознание металось в голове, вопя в предвкушении ещё большей опасности. И вот когда рассудок почти достиг критической точки, сдерживающие цепи разом рухнули.
Даниил кулём повалился наземь. Прерванное дыхание заработало на полную катушку, гоня в истомлённые лёгкие морской воздух. Пальцы судорожно загребали ещё не успевший нагреться песок. Тело колотила крупная дрожь. Рубашка была насквозь мокрой от пота. Молодой человек с ужасом понял, что каким-то непостижимым образом сновидение перешло во что-то совершенно реальное. Никогда ранее с ним такого не случалось.
Полежав ничком несколько минут, он осторожно приподнялся и осмотрелся. Тело привычно слушалось, сознание чётко ощущало себя в сновидении. Даниил стёр с губ прилипший песок и уже вознамерился было проснуться, но какая-то шальная мысль просигналила: “Не спеши!”
“А действительно! Куда это я тороплюсь? Ну, испугался. И что? Когда-то ведь я тоже с ума сходил от ночных кошмаров. Почему бы теперь не попугаться?” Он встал, отряхнулся и, уже владея ситуацией, осмотрелся повнимательнее. Вокруг был обычный для грёз идиллически чистый пейзаж: лазурное море, безоблачное небо, белый песок… Это всё он видел во сне сотни раз. А вот дальше было куда интереснее. Полоска пляжа переходила в ровный травянистый ковёр, устилавший подножие циклопической горы, широкими террасами уходящей в небо.
Горизонтальные выступы были столь безупречно ровными, что не возникало и тени сомнения в их искусственном происхождении. “На них явно должно что-то располагаться” – промелькнуло в голове. Одни выступы были невелики – разве что беседку поставить, а другие же запросто могли нести на себе бетонные многоэтажки. Но никаких строений Даниил не увидел. Вокруг царила тишь. Хотя назвать местность необитаемою язык не поворачивался. Напротив, искусно выровненный травянистый покров явно не рос без надзора.
Даниил медленно подошёл к краю травяного ковра. Зелень была столь сочна, что даже у бывалого путешественника в мире грёз она вызывала резь в глазах. Молодой человек недовольно скривил рот и с удивлением обнаружил висящие тут и там хрустальные капельки. “Роса? Надо ж…” Тут его внимание привлек просвет в траве. Узкая, хорошо протоптанная дорожка, слегка виляя между неровностями местности, убегала в сторону далёкого леса.
“Ну, что ж. Посмотрим, куда ведёт эта тропа.” Но едва он ступил на неведомую стёжку-дорожку, как за спиной раздались голоса.
– Зачем ты его привёл? – тихий девичий голос был столь хорошо знаком, что Даниил едва не подскочил. Он вознамерился обернуться, но не тут-то было! Тело опять вышло из повиновения. И молодой человек, застыв истуканом, лишь слушал чужой разговор. Благо, голоса были столь отчётливы, что казалось, говорившие стоят всего в паре метров позади. Незнакомый ломающийся голос, явно принадлежащий мальчишке-подростку, недовольно возразил:
– Ну, ты ж его сама выбрала!
– Это не значит, что можно вмешиваться в процесс.
– Инга! Ничего плохого я не делаю. Пусть посмотрит.
– Да он же ничего не может увидеть!
– Но он должен учиться.
– Должен? Не слишком ли многого ты хочешь от его природы?
– Природа здесь ни при чём! Стоит ему напрячься, и он увидит.
– Неужели?
– Более того, насколько я могу судить, ты даже затормозить его полностью не смогла.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?