Текст книги "Бояться поздно"
![](/books_files/covers/thumbs_240/boyatsya-pozdno-296015.jpg)
Автор книги: Шамиль Идиатуллин
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
3. Нескучной будет дорога
Электричка, качаясь и постукивая, проскочила бесконечную слепящую равнину и нырнула в лес, в тень, во мрак, удивительно прохладный и категорически непроглядный. Наверное, по контрасту.
Нет. Аля поморгала, чтобы глаза привыкли поскорей, но глаза по-прежнему были будто залиты гуталином. Она повела перед собой ладонью и замерла, ткнувшись пальцами в длинную шерсть, холодную и жесткую. Под шерстью тут же вздулась бугром горячая мышца и заклокотал неслышный рык. Он поставил дыбом уже шерсть Али, о существовании которой та не подозревала. Коже на лопатках стало больно. В лицо дохнула жаркая вонь. Аля застыла, пытаясь и боясь вдохнуть.
Зверь, играясь, тронул плечо:
– Аль, подъем, подъезжаем.
Аля выдралась из сна, как из битумной лужи, с трудом удерживая себя от крика и испуганных озираний по сторонам. Было тепло и светло. За окном отползал не темный лес и не белоснежная равнина, а поблескивающие под солнцем холмы смутно знакомых форм. Будто мягкие игрушки, на которые накинули простыню, но голову слоника и туловище мишки поди замаскируй, подумала Аля, и холмы тут же сменились частыми столбами электропередачи на фоне бесконечного забора тоскливого цвета. Все было неправильно, не по-настоящему и как будто не в первый раз.
Поезд замедлил ход. Карим и Марк расставляли в проходе, примериваясь, уже выдернутый с полки багаж. Алиса с Алиной выжидающе глядели на Алю.
– Ага, бежим, – сипло сказала Аля и вскочила, тут же уцепившись за спинку сиденья: голову повело так, что накатила тошнота.
– Аль, ты нормально? – спросил Марк, подхватывая ее под локоток.
Это не выезд, а парад позора, подумала Аля с отчаянием, сглотнула и торопливо закивала, пытаясь ухватить чемодан. Марк не отдавал, навьюченный Карим уже шагал к тамбуру, чудом не цепляя пассажиров, в спину Алю подпихивала Алиса, а Алина наверняка смотрела с утомленной досадой. Аля отпустила чемодан, а Марк, обнаружив, что больше ему багажа не досталось, с возмущенными воплями устремился за Каримом – и чуть не врезался тому в спину, когда электричка затормозила.
На перрон они выскакивали, хохоча и вскрикивая, причем Карим умудрился подхватывать девчонок, не снимая ноши с плеч. Потом он ловко уворачивался от Марка и девочек, пытавшихся разжиться полезной нагрузкой, а когда электричка предупреждающе свистнула, пошел прочь по гудящим под снегом доскам настила, бросив через плечо:
– Да разница-то, это ж только до машины.
– Какой машины? – брюзгливо спросила Алина, с мрачным видом вцепившаяся в ремень ярко-желтого рюкзака.
Она явно вошла в раж.
Карим махнул рукой вперед. В ответ ему отсалютовали парень и девушка, очевидно, Дискард и сама Тинатин, дежурившие возле пожилого ярко-красного джипчика. Джипчик пыхтел, вздымая к солнышку толстый столб белого дыма, почти у деревянной лесенки, по которой надо было спускаться в обход замерзшего зданьица станции на небольшую площадь. Больше никого на площади не было.
Дискард, отрекомендовавшийся Володей, оказался полноватым, смуглым и улыбчивым, к тому же заметно старше остальных – под тридцать, если не за. Одет он был, как сказала бы мама, немарко, и был похож не на геймера, а на охранника в магазе. То ли поэтому, то ли потому, что вписался в чатик даже позднее Али, Володя предпочитал дела словам. Он сразу принялся упихивать в багажник и на задние сиденья снятые с Карима сумки с рюкзаками и лишь потом поздоровался с ребятами за руку, а девочкам кивнул, улыбнувшись чуть шире.
Тинатин, она же Тинатин, она же хозяйка, владычица и мать драконов, выглядела противоположностью своему пассажиру: малюсенькая, как пятиклассница, и суровая, как завуч. Аля увидела в этом еще один повод загрустить, но остальные вроде приняли легко – хотя для всех встреча была, как и для Али, первой. Но, обменявшись репликами про настроение, холодрыгу и готовность к вечеру, все как-то резко замолчали, поглядывая друг на друга.
Тинатин спросила:
– Так кто со мной?
Карим рассудительно ответил:
– Кошерненько, чтобы девчонки.
– Два места, – отрезала Тинатин, кивая на заваленное заднее сиденье. – Мне еще мясо грузить. Володь, ты же договорился, там замариновано все?
Володя степенно кивнул.
Он живет неподалеку, потому и базу предложил, и знает всё, вспомнила Аля и быстро сказала:
– Я пешком. Гулять так гулять.
Не хватало еще из-за этого ссориться с Алиной, которой езда всяко роднее пешего хода. Сапожки у нее были, как вся она, очень красивые, но никак не для прогулок по сугробам: куцые, на каблучке и из легко промокающей рыжей замши.
Аля вот точно ходу что угодно предпочитает, но сейчас об этом лучше забыть.
– Я тогда тоже, – заявила Алиса.
Карим обвел всех взглядом, но Тинатин его опередила:
– Это само собой. Мне мальчик нужен.
– А кому не нужен? – осведомилась Алина очень серьезно.
Ой, подумала Аля, а Тинатин свирепо спросила:
– Я одна с продуктами таскаться буду? Там мяса две бадьи, и из магазина еще кило двадцать.
– Да разница-то, это ж только до машины, – сказал Марк Каримовым голосом и принялся ржать тем радостней, чем прилежней Тинатин испепеляла его взглядом.
– Лол ты и есть Лол, – констатировала она и перевела взгляд на Карима.
Карим осмотрел себя, потом салон джипчика и пожал плечами.
– Володя договорился, Володя пусть и таскает, – доверительно сообщил Марк Але.
Аля смущенно зыркнула на Володю. Тот улыбался.
– Ну, значит, с тобой, – согласилась Тинатин. – Сидай. Хоть не заблудимся. Мы пока в столовку за мясом и в магазины, а вам прямо и через лес. До базы километра два. Я, в принципе, могу вернуться, как выгружусь. Дорога не очень для пеших-то.
– Да мы раньше дойдем, – отрезал Карим и зашагал по укатанной дороге.
Дорога втыкалась в недалекий лесок, выглядящий по-сказочному и неопасно.
Аля поежилась, обменялась взглядом с Алисой и двинулась следом.
Хлопнули двери. Джипчик, загудев, проскрипел за спиной и умчался в сторону тоскливого забора.
Зато полюбуемся красотами и насладимся тишиной, подумала Аля.
– Мемас про девушку в джипе знаете? – немедленно спросил Марк, всовываясь между нею и Алисой.
– Нескучной будет дорога-то, – отметила Алиса.
И оказалась права.
4. Декорация, приближенная к боевой
Карим, держа смартфон перед собой, шагнул в комнату и медленно пошел вдоль стен.
– Кэ Тарантино, – сказал Марк. – Дэ Вильнёв. Жэ Крыжовников.
Обращался он явно к Але. Та, как и остальные, предпочла пропустить реплику мимо ушей. Поняла уже, что так проще. На игнор Марк не обижается, зато от любого знака внимания выпрыгивает из штанов.
Аля поспешно откатила от стены свой чемодан, чтобы Карим не споткнулся, выстраивая панораму. Но он все равно споткнулся – уже за порогом – под возмущенный басовитый мяв. И спросил с досадой:
– Ты-то, зверюга, откуда взялась?
Народ немедленно высыпал изо всех комнат и принялся жалеть, ласкать и наглаживать кошку, белую, с почти черным хвостом и темным архипелагом на башке, округлую, очень пушистую и суровую. Кошка хмуро разглядывала девочек, а от ласк уклонялась, подрагивая хвостом всё с большим раздражением. Ломтик колбасы, подсунутый Алисой, она обнюхала с презрением и уселась, показывая, что готова подождать чего-то более съедобного.
Алина тут же метнулась на кухню, а Марк спросил:
– Так-то на фига?
– В смысле? – уточнила Алиса, переводя взгляд с него на ломтик колбасы в своих пальцах.
– Ну кто так колбасу режет? Надо же под углом, чтобы ломтики длинными были, а не такими вот кругляшками.
– А разница? – спросила Тинатин, тоже разглядывая ломтик. – Все равно через две минуты разжуем. Хоть кружок, хоть овал, хоть звездочку.
– Ну уродство же, – сказал Марк с напором.
Он, похоже, нервничал всерьез. Но Алиса этого не понимала – или не хотела понимать.
– Ты-ы уродство, – отрезала она в детсадовской своей манере. – Кабы палка целая была, я бы наискосок пошла. А там полпалки, и срезано поперек. Я дальше так и резала.
Она кинула ломтик в рот и сообщила, старательно жуя:
– М-м, удобно-то как, оказывается. Теперь всегда буду строго под девяносто градусов резать.
– Так, – сказал Марк, сдерживаясь. – Дальше я сам.
Он утопал на кухню, Алиса с гоготом перегнала его, восклицая:
– Мужикам здесь не место!
Алина, которая несла перед собой, как два факела, вяленую куриную ножку и некрабовую крабовую палочку, зашипев, увернулась от столкновения и присела перед кошкой с видом профессиональной жертвоприносительницы.
Кошка брезгливо обнюхала угощение, выругалась почти по-человечески и, каждым шагом демонстрируя неудовольствие, удалилась в сторону выхода. Почти сразу оттуда донеслось проклятие – очевидно, черно-белая злыдня снова сунулась Кариму под ноги.
На кухне бранились уже в голос. Алиса побеждала с явным преимуществом.
– Отсчет трупов стартует еще до начала игры, – отметила Алина, задумчиво поигрывая съестным, как маракасами.
Тинатин смотрела на выход. Там было тихо и покойно.
– Вот панораму собьет, сами хуже трупов будем: головами на плечо бегать и спотыкаться на каждом шагу, – отметила она, поводя складным ножом, и двинулась к кухне с видом отчаянного гнома-маньяка.
– Почему? – удивилась Аля.
Тинатин то ли не услышала, то ли не сочла нужным ответить. Аля сконфуженно посмотрела на Алину. Та, перехватывая отвергнутое кошкой угощение, выдернула из огромного тюка пакет с одноразовой посудой, отложила еду на одну из тарелок, а остальные принялась собирать в стопки. При этом она замысловато сгибала пальцы, чтобы не задействовать в процессе испачканные, и поясняла будто сама себе:
– Игра такая, в анонсах писали же. Есть дефолтные сеттинги, общие для всех. Но можно заморочиться и сделать так, чтобы действие происходило прямо у тебя дома ну или где ты там сейчас. Для этого надо загрузить интерьер через приложение, оно только сегодня появилось.
– Если успеешь, – вредным голосом вклинился Марк, поспешно являясь из кухни под неразборчивое, но явно насмешливое приговаривание Алисы.
My girl, одобрительно подумала Аля. Алина спокойно продолжила:
– Надо не позднее пяти вечера. Карим вроде успевает.
– Ого, – сказала Аля с чуть преувеличенным восторгом, относящимся скорее к отзывчивости Алины, чем к тонкостям игры.
А Марк сообщил:
– Ну и взвоем от жизы такой.
– В смысле? – кисло уточнила Алина все так же себе под нос.
– Не понимаешь как будто. Ты для чего играешь?
Алина и головой в его сторону не повела. Марка это, конечно, не смутило:
– Как и все – чтобы интересно было. То есть не так, как в жизни. Так на фига делать так, как в жизни?
– Фигня, – отрезала Алина. – Эскапизм в играх не главное – это раз. Второе – хочешь не как в жизни, играй в Mass Effect, Dishonored или Assassin’s Creed. Их полно. А тут как раз главный прикол в том, что самая тухлая жиза может раз – и повернуться, как в сказке, к лесу передом.
Марк заухмылялся. Чтобы упредить ненужную скабрезность, Аля поспешно ввернула:
– Дополненная реальность.
– Переполненная, – буркнула Алина, глянув на Алю неласково, но, быстро подумав, согласилась: – Ну или так. Это просто игра: взять и ввернуть как-нибудь наш тухляк. Или вывернуть. Была тупо база для воскресных пьянок, тут беседки и мангалы, там лесок и карьер со спусками для санок и лыж, а здесь еще каток…
– Незалитый, – напомнил вредный Марк.
– А в игре будет залитый. Причем, может, не льдом, а серебром или там лавой, круто же.
– Ладно, если каток, а если подвал?
– Тут есть подвал? – настороженно спросила Аля, которая видела слишком много хорроров.
– С привидениями! – радостно подтвердил Марк.
– Вы так говорите, как будто это что-то хорошее, – сказала Аля с максимально доступной ей невозмутимостью.
Откуда здесь подвал, подумала она, и, главное, зачем.
База оказалась небольшой. Три десятка одно– и двухэтажных домиков – а до недавних пор, похоже, и того меньше: улочки ближе к карьеру с обустроенным санным склоном выглядели отчаянно новенькими, как кусок модернового скандинавского поселка, выкроенного из норвежского ландшафта и каким-то чудом переброшенного в Поволжье. Центральные же домики несли неизгладимую печать советской заскорузлости, которую не исправили ремонт, окраска, пристройка красивых веранд и фэншуй стриженых кустарников и вычурных фонарей.
Ребятам такой и достался – двухэтажный, заскорузлый. Еще и с подвалом, значит, если верить Марку.
– Зато сигнала топчик, как дома, – отметил Марк, сверившись с телефоном.
– А вот это что-то хорошее, – вынуждена была согласиться Аля.
Хороший вайфай для игры важнее декораций, сеттинга, иногда даже геймплея и героев.
Впрочем, быть героями придется нам самим. Всю жизнь мечтала.
Не бурчи, велела себе Аля. Что тебе не нравится? Компания куда лучше, чем ожидалось, домик уютный, еда ожидается вкусная, снег чистый, воздух хороший, уже пахнет дымком, а недалекие незлобливые окрики с матерком не напрягают.
Соседние домики оккупировали веселые группы, шумные, но вроде неопасные. В одной, правда, угадывались гопники-переростки, сразу заголосившие: «О, девчонки, айда к нам!» Аля боялась не столько их, сколько того, что мальчишки примутся косплеить «Слово пацана» и нарвутся на неприятности. Марк сразу начал разворачиваться к живой оградке, выпятив челюсть. Но Карим подхватил его под мышку и внес в дом так быстро и легко, что тот и вякнуть не успел – а потом уже было поздно.
Все будет хорошо, настойчиво, будто заглушая убежденность в обратном, сказала себе Аля.
Стукнула дверь, сквозь комнату на кухню протрусила, не обращая ни на кого внимания, черно-белая кошка. Следом, расстегивая куртку, вошел Карим, не отрывавший взгляда от своего телефона. Он кивнул и сказал:
– Загрузилось православненько, модель строится. К ужину будет готова декорация, приближенная к боевой.
– А ужин когда? – осведомился Марк.
– Как аппетит нагуляем, – строго сказала Алина. – Ты про тюбинги договорился?
И Тинатин крикнула с кухни:
– Молодежь, тюбинги привезли. Вы готовы там?
5. А потом как получится
Шашлык был невероятный: мягкий, пахучий и сочный. И куриный, и бараний. Свиной, наверное, тоже – Алиса, ударявшая по нему, закатывала глаза и мычала так, что становилось неловко. Аля пробовать отказалась, поймала одобрительный взгляд Карима и немного смутилась.
Возможно, сказывались мороз, прыжки по горке и гипервентиляция, которые выжрали из мышц все питательные вещества, так что организм вопил, звенел и готов был усвоить и мгновенно переварить хоть дубовый брусок с гвоздями. Особенно в заиндевелой беседке на границе оттаивающего круга, медленно расползающегося от мангала.
А может, Тинатин и Володя просто были шашлычными гениями.
Кошка так и бродила под столом, бодаясь с разными коленями и отказываясь от любых угощений. Настойчивую руку Тинатин она даже оттолкнула, привстав на задние лапы, что привело народ в дикий восторг.
– Мусульманка, по ходу, – свинину, падаль и кровь не жрет, – объяснил Карим, посмеиваясь, ловко выкромсал из кубика баранины мягкое нутро и протянул кошке. Кошка обнюхала мясо издали, облизала нос и несильно цапнула Карима за запястье.
Карим ойкнул, отдергивая руку. Кошка неодобрительно заорала и пошла прочь.
– Зажралась, паразитка, – сказал Карим, засмеялся и добил кубик сам.
– Ну нельзя им человеческое, не кормите! – не в первый раз воззвал Володя, суя каждому в руку по шампуру из очередного букета, и опять утек к мангалу.
Аля с запоздалой благодарностью кивнула ему вслед и осоловело уставилась на шампур. Он манил и дразнил, но места в животе не осталось. Аля была сыта, довольна, в шапке и, кажется, счастлива.
Она съехала на тюбинге, ледянках и санках по длиннющим пологим склонам карьера кучу раз: сбилась со счета после двадцатого. Потом перебежала к отвесным и ухабистым, которые вышибают прямо в небо, ярко-синее и щекочущее глаза полыханием солнца, и тоже быстро потеряла счет. Стоя, лежа, спиной вперед и с закрытыми глазами. Ничего не сломала и не ушибла ни себе, ни кому еще, не отморозила палец, не врезалась в дерево и не провалилась под лед, не раздавила ребенка или старушку.
Детей и старушек не было. Было несколько компаний двадцати – сорока лет. Они не мешали, не приставали, не курили рядом и не торчали на трассе. Они катались, хохотали и не лезли.
Алиса, изнемогая от удовольствия, заставляла Алю съезжать то на брудершафт, то бутербродиком, Марк немножко преследовал, но границ не переходил, Карим и Володя помогали затащить санки в гору, и даже Алину и Тинатин вынудили скатиться втроем, затем всей толпой – и толпа долго расползалась из сугроба, обессилев от громкой радости.
Радость не улеглась ни по пути к домику, ни пока все переодевались, приводили себя в порядок и ждали первую порцию шашлыка, пожаренную Володей при участии Тинатин с изумительным проворством. А в беседке, куда народ ввалился после сурового клича Тинатин «Идите жрат, пажалусто!», радость, как в каком-нибудь учебнике метафизики, превратилась из душевной в телесную. Причем без особого участия увеселительной запивки, как бы там ни происходили друг от друга слова «спирт» и «спирит».
Водки, к общему облегчению, не было, от вискаря – «Заморского! – голосил Марк, заводясь от улыбочки смущенного Володи. – Контрабандного!», – от вина и тем более от пива Аля уклонилась и снова поймала благосклонный взгляд Карима. Стало приятно и тут же неприятно: чего это она ведется на чужие реприманды и поощрительные сигналы? У нас тут не махалля и не смотр девичьей чистоты. Вот хряпну ему и всем назло, подумала Аля и сделала огромный глоток морса.
Она понимала, что получится в первую очередь назло не ему и не всем, а себе. Ой назло-о. Так что надо не дурить, а оставаться умненькой-благоразумненькой. Вечером пригодится.
– Не думал, что веган так позитивно в шашлык умеет, – сообщил закосевший от пережора Марк, кивая Володе в такт словам.
Володя оторвался от краюхи с настеленными поверху слоями нарезанных овощей и улыбнулся набитым ртом.
– Запивай-запивай, – сказала Алиса, подсовывая ему стаканчик с вискарем.
Володя мотнул головой, помычал, прижав ладонь к груди, и показал на коробку с морсом.
Молодец, подумала Аля. И вкуснее, и не воняет. А Алиса восхитилась вслух:
– Еще и не пьет. Мечта хозяйки.
– Реально очень удачное мясо, – мрачно сказала Тинатин, покачивая шампуром с сиротливо одиноким куском. – И маринад исключительный. Заеду на обратном к тому мужику, рецепт спишу.
Она вздохнула и вцепилась в сиротинку зубами.
Карим махнул рукой, привлекая внимание разомлевшего народа, дождался, пока уймется Марк, втолковывавший Володе что-то про опасности веганства и умирания здоровеньким, и заявил, подняв над собой телефон:
– Всё, регистрация и статус у нас подтверждены, декорации построены, пошел обратный отсчет. Через полчаса общий старт. Добьем тут все и айда места поудобнее занимать.
Марк вскочил, засуетился над столом, быстро набирая на тарелку мясо с овощами, и под вопль «Чур, я у розетки, у меня акк дохлый!» скрипуче рванул к дому.
– Куда с едой, договаривались же! – запоздало крикнула ему вслед Тинатин. – Языком вытирать будешь, если насвинячишь!
– Даже если не насвинячит, будет, – мрачно сказала Алина.
Алиса прыснула, остальные захохотали чуть погодя.
– А ты шалунья, – отметила Тинатин все с тем же строгим видом.
– Да ну вас, – сказала Алина и тоже хихикнула. – О стратегии договариваться-то будем или как получится?
– Будем-будем, – заверил ее Карим. – Договоримся, согласуем. А потом как получится.
– Значит, как всегда, – сказала Алина, поднимаясь так изящно, будто не мела всё подряд наравне с остальными. – Но я по-любому в нападении.
Ее труп стал для Али первым.
Часть вторая
Приезд
1. Преступление происходит только в игре
Прорисовка и детализация впрямь были замечательные. Аля некоторое время вертела мышкой и головой, сравнивая гостиную, в углу которой сидела, с гостиной, по которой бродил ее персонаж. Обшитые сосновой вагонкой стены, дощатые пол и потолок, тусклые, как бы кованые светильники, прибавляющие света только над раскоряченным бильярдом, багровые тяжелые портьеры на окнах, резной стол, темный приземистый диван и четыре кресла той же породы – разницы в интерьере не обнаруживалось. Она обнаруживалась только в населенности: комната на экране была безлюдна.
Подумав, Аля повела ноутбуком справа налево и обратно. На экране синхронно съездили в обе стороны стены комнаты, будто в объективе камеры на крышке ноута. Никакой камеры там, понятно, не было.
Интересно, а персонаж тоже полностью скопирован с игрока, и если да, то как это удалось, хотя нас никто не сканировал? – подумала Аля. Рост и скорость движений, во всяком случае, соответствовали привычным для Али. Одежда – джинсы и темный свитшот – тоже. Впрочем, это как раз не удивляло. В подобном интерьере и в этом сезоне схожим образом должно было одеваться большинство игроков. Для такого вывода не нужен мощный интеллект, неважно, искусственный или естественный. И нейросети не нужны.
Надо дойти до ванной или спальни и посмотреться в зеркало, мельком подумала Аля и огляделась.
Гостиная погрузилась в полумрак, теплый и практически неподвижный. Народ сосредоточенно пялился в ноутбуки, изредка помаргивая и поводя мышками, – в отсвете экранов различить это было непросто, а светляки за коваными забралами обеспечивали не столько яркость, сколько уют.
Марк, как и грозил, уселся возле розетки, между окнами. Сперва, конечно, на пол. После грозных окриков Тинатин и веской ремарки Карима он все-таки подтащил, ворча, стул, на котором расположился точно так же, как на полу: торча локтями и коленями во все стороны, будто схуднувшая и изрядно ощипанная модель коронавируса.
Тинатин утонула в кресле напротив Марка. Кресло не было великанским или слишком мягким. Аля знала, потому что сидела в таком же. Но Тинатин кресло будто заглотило. Только шерстяные носочки шевелились иногда, да из-за ноутбука поначалу постреливали острые взгляды, проверяющие, не сполз ли кто на пол, к окну, в так и не предъявленный общественности подвал или в иное небезопасное положение.
Алиса же, воспользовавшись тем, что Карим, Володя и Алина предпочли уто́пать на второй этаж или еще куда-то, вольготно распростерлась на диване, отпуская реплики про то, как круто и удобно устроилась. Но распростертому с пережору неудобно. Особенно играть. Так что Алиса быстро замолкла, подобралась и приняла привычное положение, в котором Аля в основном ее и видела, что дома, что в гостях: округлой кучкой в углу дивана.
Аля и сама устроилась примерно так же, пусть не круто, но удобно, расслабленной, хоть и куда более компактной кучкой в кресле за камином, бездействие которого компенсировал как мог радиатор. Получилась стандартная домашняя картинка «Алиса почти всегда дома», только как будто удвоенная. А если представить здание в разрезе, наверное, утроенная и мультиплицированная, будто цветные стеклышки в калейдоскопе. А если взять тысячи игроков, пристегнувшихся к экранам в эти минуты…
Аля чуть было не выступила на эту тему вслух, как дома, но вовремя спохватилась. Не стоило отвлекать народ, который, похоже, уже вступил в игру: глаза заметались, мышки задергались.
Так, подумала Аля, поправив наушники и сосредоточиваясь на экране. А у меня где все это вот?
Игра загрузилась легко, титры, стильные и легкие, мелькнули и тут же ушли, не позволив всмотреться, и персонаж Али сразу оказался на пороге нарисованной комнаты, ничем не отличающейся от той, в которой сидела сама Аля. Очевидно, это условие она приняла еще днем, когда регистрировалась и подтверждала, что играть будет в команде, вот в этой, выбравшей вот эту локацию. И теперь вся команда, похоже, наслаждалась игрой, а Аля торчала на пороге. За которым ничего не происходило.
Так нечестно.
Аля пустила персонажа в обход комнаты. Декорации намекали на детектив – значит, надо сразу изучить обстановку и запомнить детали. Некоторые из них окажутся ключом к разгадке. И неважно, что загадки пока нет. Появится, никуда не денется.
Что искать, Аля не представляла. Логичнее всего высматривать различия между настоящей и нарисованной комнатами. Преступление ведь происходит только в игре. И связанные с ним улики существуют только в игре. Нацелимся на них.
Аля и не задумалась, почему толчок игре должно дать именно преступление. Полно других завязок: загадка прошлого, тайник, клад, интриги любовные или политические, мистические проявления, привидения, в конце концов. Но собранный здесь народ угорал по детективным расследованиям, на этом он сошелся, в связи с этим Алиса подтянула Алю, и из этих соображений подбирался повод для выезда с одной ночевкой. Игра точно должна быть про преступление. Вроде про это и Карим с Марком говорили, смутно припомнила Аля, хотя и не представляла, как и когда могла услышать. Возможно, пока дрыхла в электричке.
Будем надеяться, что это взрослая игра, а не чушь для подростков, в которой пришлось бы лазить по стенам, приседать в знак унижения, собирать ачивки и тратиться на прочую морось, недостойную серьезного человека.
Искать различия стоило в темных участках: углах, оконных рамах, дверных проемах или за креслами и диваном. В идеале – сравнивая по квадратам нарисованный и натуральный фрагменты. Но для этого надо было встать и бродить по комнате, а Але не хотелось ни шевелиться, ни отвлекать заигравшихся товарищей. Ничего не хотелось – только валяться в истоме. Было ей тепло, уютно и покойно, хоть откладывай ноут и соскальзывай в сладкий сон на полчасика.
Не для того ехала, сурово напомнила себе Аля, пожмурилась и пошевелила ступнями, чтобы приободриться. Вперед, за ключами. Положение обязывает.
Посканирую поверхности невооруженной мышкой, решила Аля, а если глаз за что зацепится, встану и пойду сравнивать с оригиналом. И она погнала персонажа по затемнениям.
Оцифровка была все-таки обалденной. Даже в густых тенях, если приблизиться вплотную, можно было различить текстуру обивки и фактуру металла, неровность краски на досках или тонкий серпик пыли, не задетый уборщицей. Они не распадались на пиксели или мутные пятна и при максимальном увеличении, которое, к сожалению, было ограничено: а то, не исключено, можно было бы рассмотреть клеточную структуру и проникнуть в тайны атома. Игра получилась бы про другое, но перспективную идею надо запомнить, подумала Аля, с усилием выдергивая себя из разглядывания громадных пылинок под разными углами, отчего они чарующе меняли цвет.
За мебелью ничего не нашлось, под креслами и диваном тоже, только прямоугольники пыли, обозначенные, к счастью, схематично. В противном случае зацикленность создателей игры на малосущественных деталях просто пугала бы и обесценивала наблюдательность: если все обрисовано с одинаковой тщательностью, выделить важное не проще, чем в жизни. А ведь это просто игра, здесь так нельзя.
Отодвигалась мебель с трудом и с визгливым грохотом, который, реверберируя, раскатывался по всему дому. И озвучка прекрасная, отметила Аля, замерев.
Она ожидала появления не столько ребят, сколько тех, кто должен стать движком сюжета – скрывавшихся в подвале хозяев, бандитов или призраков. Никто не явился. Аля вернула кресло на место, на прочее махнула рукой и принялась осматривать окна.
Подоконники, карнизы и двойные рамы не таили ничего. Складки штор тоже, хоть и колебались, кажется, гораздо медленнее и торжественнее, чем в натуре, – только органной музыки не хватало. И по стеклу скользнула тень.
Аля вздрогнула и медленно рассмотрела декорации. Ничего в них не изменилось: пусто, сумрачно, покойно. А может, тень падала снаружи, сообразила Аля и принялась разглядывать дворик и видимые окрестности.
Снег был голубым, небо темно-синим, зубчатая кромка леса черной, а луна над ней белой с серыми пятнами. Следов на снегу не было, как будто Алиса не пыталась утопить Марка в сугробе. Все правильно, это было уже после того, как Карим залил съемку на сервер, так что в декорациях игры снежное одеяло вокруг тропинки осталось нетронутым.
Силуэты соседних домиков были нечеткими и глухо черными, хотя на самом деле там наверняка фестивалили на предельном градусе света, звука и всего остального. Тоже правильно: Карим снимал днем и только в домике. Наружу он не выходил, так что умная программа могла распознать объекты в окнах как здания и перевести их образ в ночной вариант, но не стала подсвечивать окошки и дворы, чтобы не отвлекать внимание игрока от значимого интерьера.
Только игроку поднадоело это все уже.
Ладно, знала, во что ввязываешься, в который раз напомнил себе игрок, вздохнул и повернулся спиной к окну.
Что-то изменилось.
Кресла и диван оставались чуть сдвинутыми. Светильники тлели бережно и бережливо. Комната была пустой, сумрачной и покойной. Особенно в дальнем углу, растянувшем густую тень замысловатым многоугольником вокруг выхода к лестнице на второй этаж.
В тени было только одно пятно посветлее. Небольшое, четких очертаний.
Перед лестницей кто-то лежал, чуть не дотягиваясь до порога каблучком куцего сапожка. Рыжего и легко промокающего.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?