Текст книги "Обманутые сердца"
![](/books_files/covers/thumbs_240/obmanutye-serdca-12502.jpg)
Автор книги: Шерил Биггз
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Белль уцепилась за полированные деревянные перила и уже хотела сделать шаг вперед, когда Трекстон, словно почувствовав на себе ее взгляд, обернулся.
Его лицо, так же как и лицо старшего брата, было аристократически красиво. Но Трекстон был немного стройнее, суровее, заостренные черты лица несли на себе печать какой-то необузданной дикости по сравнению с более изящным лицом Трейса. Черные густые брови изгибались дугой над глубоко посаженными серо-голубыми глазами. Прямой, почти орлиный нос со слегка раздувающимися ноздрями придавал надменный вид. Полные чувственные губы и волевой подбородок напомнили Белль лики на гранитных монументах. Смуглая кожа говорила о том, что в его венах течет креольская кровь, унаследованная от матери, и что он много времени проводит на солнце.
Из расстегнутого воротничка белой батистовой рубашки виднелась крепкая шея, черный кожаный жилет подчеркивал торс и широкие плечи, брюки с кожаными вставками обтягивали длинные стройные ноги. На правом бедре висела кобура, из которой виднелась отделанная деревом рукоятка. Кобура надежно крепилась к бедру тонкими кожаными ремнями. Солнечные лучи отражались на серебряных шпорах сапог и брючных лампасах.
У Белль перехватило дыхание, а он, не моргая, смотрел на нее, словно гипнотизируя. Наконец один уголок губ дернулся вверх, изображая подобие улыбки, он перевел взгляд с ее лица и дерзко осмотрел с ног до головы. Никогда еще мужчина таким наглым образом не раздевал ее взглядом. У Белль вспыхнули щеки, она закипела от ярости. Пришлось выдавить из себя улыбку, чтобы не показать, какие ощущения вызывает у нее этот взгляд. Ни в Натчезе, ни в каком другом месте не существовало мужчины, который сумел бы одержать верх над Белиндой Сорбонтэ. Естественно, она не хотела, чтобы это удалось этому… наглому, бестактному, небритому – взгляд упал на револьвер на его бедре – ковбою. Даже если он так поразительно красив какой-то дикой, первобытной красотой и является членом одной из лучших семей Нового Орлеана.
На последней мысли она осеклась. Верно, одна из лучших семей Нового Орлеана, но среди ее членов скрывается убийца. Белль отвела глаза от Трекстона, вздернула подбородок и спустилась по лестнице. Он, естественно, вне подозрений в убийстве своего отца, так как только что прибыл в город. Нет, все подозрения касались Трейса, хотя старший Браггетт вел себя как истинный джентльмен, а Трекстон – как человек вне закона. Он из того типа людей, что способны убить даже собственного отца.
Белль спустилась по лестнице. Выбора не было. Пришлось направиться в сторону хозяев. Она улыбнулась, хотя внутри все дрожало, и подошла к Евгении и мужчине, который, по ее заключению, являлся Трекстоном.
– Белль, хорошо, что вы решили позавтракать с нами. Дорогая, познакомьтесь с моим сыном Трекстоном, – Евгения улыбнулась. – Трекстон, это наша гостья мисс Белль Сент-Круа, приехала из Виксберга на свадьбу Терезы. Она знакомая Джея и подруга кузины Хелен.
Белль снова посмотрела на Трекстона, хотя, видит Бог, ей совершенно не хотелось этого делать. У него были такие же серые глаза, как у матери и брата, но гораздо темнее, чем у остальных Браггеттов, и напоминали ночное небо. Белль ощутила исходящую от Трекстона Браггетта ауру сексуальности и чувственности. Ощущение было столь сильным, что, к своему удивлению, девушка почувствовала, как эта аура обволакивает ее, будто руки сжимают в теплых объятиях.
Глаза Трекстона торжествующе засветились, словно сознавая, какое впечатление произвел на гостью его взгляд. Он взял руку Белль в свои ладони, галантно, но как-то насмешливо наклонил голову, прижавшись губами к кончикам ее пальцев.
– Не могу выразить, какую радость испытываю, познакомившись с вами, мисс Сент-Круа, – произнес Трекстон низким, вкрадчивым голосом. В речи смешивался мягкий говор Луизианы и протяжный – Техаса. – Для нас большая честь видеть вас в «Шедоуз Нуар».
– Благодарю вас, – стараясь говорить вежливо, ответила Белль. Она отдернула руку. – Но хочу повторить то, что говорила вашему брату Трейсу, – это честь для меня.
От Трекстона не ускользнуло, что она сослалась на Трейса как на хозяина «Шедоуз Нуар». Не испытывая ни малейшего желания узурпировать положение брата или даже разделить его с ним, решил проигнорировать двусмысленный комментарий. Однако не смог удержаться от своего собственного.
– А вы приехали в Новый Орлеан одна, мисс Сент-Круа?
– Достаточно, прошу тебя, – вмешалась Евгения. В ее тоне послышалось предостережение.
Услышав столь язвительный вопрос, Белль изумленно вскинула брови, а глаза ее расширились от удивления. Она улыбнулась Евгении.
– Все в порядке. Да, мистер Браггетт, я приехала одна. Мой отец очень болен, и в данное время не может путешествовать.
– Мне жаль.
Белль проигнорировала извинение, подозревая, что оно далеко от искренности, и продолжила:
– У нас в Новом Орлеане дела, не терпящие отлагательства, поэтому я вынуждена была приехать, – на лице заиграла нежная улыбка, Белль застенчиво посмотрела на Трекстона, хотя в этот момент испытывала почти непреодолимое желание съездить ему по голове вазой, стоящей на столике. Возможно, тогда он не будет таким наглым и самоуверенным. Но пришлось подавить это желание, кстати, не без усилий. – Надеюсь, это не ранит ваше самолюбие, мистер Браггетт.
– Не беспокойтесь, мое самолюбие не так-то легко ранить, мисс Сент-Круа, – Трекстон снова окинул ее взглядом, в котором читался бесстыдный интерес. Не часто ему приходилось встречать столь красивую женщину, в венах которой пылал огонь. Один взгляд на Белль Сент-Круа убедил его, что в ее венах бурлят огненные реки, несмотря на светлые волосы и синие глаза. Если бы только она позволила забраться в ее постель без претензий на брак… Трекстон решил, что стоит рискнуть ради возможности обнять ее обнаженное тело. Однако женитьба не входила в его планы ни сейчас, ни потом, так что риск сводился к минимуму. Самое худшее, что могло случиться, – это ее отказ переспать с ним. Он улыбнулся.
– И чтобы доказать вам, что мое самолюбие такое же непоколебимое, как у любого другого мужчины, приглашаю вас после завтрака на верховую прогулку по плантации.
Белль сразу догадалась, к чему он клонит. Тайный смысл заложен не столько в приглашающем тоне, сколько в оценивающем выражении глаз, где ясно читалось – у него на уме гораздо больше, чем просто прогулка.
Она рассердилась. Пусть воображает, что хочет, но ее намерения расходятся с его мечтами. Белль уже открыла рот, чтобы ответить, но ее опередили.
– Трекс, – Тереза надула губки. – Ты не можешь вот так взять и уехать, ты ведь только что прибыл, – она обняла брата за талию.
– Тесси, я…
– Будь я проклят, ты все же приехал.
Все взгляды устремились на лестницу.
Трейс Браггетт неторопливо, но уверенно спускался по лестнице. Его лицо напоминало красивую, но бесчувственную маску, только светло-серые глаза таили какой-то намек на эмоции.
Белль содрогнулась, изумленная выражением холодной отчужденности и высокомерия на красивом лице Трейса.
– А кто-то сомневался, что я приеду на свадьбу Тесси? – спросил Трекстон. Не обращая внимания на явную отчужденность старшего брата, он схватил Трейса в охапку.
– Меня уже больше никто не зовет Тесси, – вставила Тереза, но братья пропустили замечание мимо ушей.
– Трекстон, – черные брови Трейса насмешливо взметнулись вверх, хотя на губах промелькнуло подобие улыбки. – Там, где ты, всегда есть сомнения.
– Все еще сердишься из-за моего отъезда? – добродушно спросил Трекстон.
– Я никогда не сердился на…
– Конечно, сердился, – перебил Трекстон с озорной улыбкой. – Но ты прав. Мне не следовало оставлять тебя одного заниматься всем этим. Я очень сожалею.
– Миссис, завтрак подан, – сказала Занна, стоя в дверях.
Трекстон, словно хищник, приметивший жертву, в тот же миг отскочил от Трейса и предложил Белль руку.
– Если вы ничего не имеете против дорожной пыли, – он отряхнул рукав рубашки, – я сочту за честь проводить вас в столовую, мисс Сент-Круа.
Нет, не этого она добивалась. Не его подозревала. Белль бросила на Трейса безнадежный взгляд, но тот стоял к ней спиной, подавая руку сестре, чтобы проводить ее к столу.
Выругавшись про себя, Белль вложила ладонь в протянутую руку Трекстона, и он тут же накрыл ее другой рукой. Она почувствовала, как ее обдало жаром. Изумившись своей реакции, хотела отдернуть руку, но Трекстон держал крепко. Что происходит? У нее участился пульс. Господи, почему они не откроют окна? Белль пожалела, что не захватила веер. Она посмотрела на свою руку и увидела, что та полностью исчезла в большой сильной ладони.
– Вы вдруг так покраснели, – тихо заметал Трекстон, склонившись к ее уху, чтобы слышала только она. – Я польщен, – он многозначительно улыбнулся.
– Напрасно, – огрызнулась Белль, разозлившись еще больше от его насмешливой улыбки. – Просто здесь очень жарко, – этот мужчина совершенно несносен.
«Но он, безусловно, очень красив», – подсказал тоненький голосок из глубины сознания.
«Хм! Возможно, только в грубоватой форме, – про себя возразила Белль. – И уж конечно, не джентльмен».
– Вы предпочитаете нежных молодых в шелках и панталонах, которые стремятся исполнить любую вашу прихоть и галантно раскланиваются? – спросил Трекстон, словно прочитав ее мысли.
Ошеломленная, Белль вздернула голову.
– Я предпочитаю мужчин с манерами, – она презрительно тряхнула головой. Свободно спадающие волосы рассыпались по плечам подобно серебристой шелковой шали. Хотя в голосе девушки звучали ледяные нотки, внутри она вся трепетала, сердце бешено билось, а все существо словно поглотили языки пламени.
Трекстон громко рассмеялся. От раскатов его смеха все тело Белль покрылось мурашками.
Евгения наблюдала за своими сыновьями. Один шел с гостьей, другой сопровождал сестру, но в глазах обоих светился интерес, когда они смотрели на Белль Сент-Круа. Евгения долгие годы ждала, чтобы вновь увидеть в их глазах этот блеск, но теперь, когда это произошло, испытала тревогу.
Белль – только одна, а это значит, что кто-то из ее сыновей будет страдать… снова.
Из-под густых золотистых ресниц Белль украдкой наблюдала за Трейсом Браггеттом. К несчастью, ее взгляд постоянно возвращался к Трекстону, который прекрасно понимал ее состояние. Каждый раз, когда их взгляды встречались, она испытывала неприятное ощущение. Почему это так на нее действует? Он ее вовсе не очаровал! Во всяком случае, она здесь для того, чтобы доказать вину Трейса Браггетта, а не для того, чтобы вскружить голову его брату. Белль заставила себя улыбнуться.
– Трейс, вы можете покататься со мной верхом сегодня? – вежливо поинтересовалась она. – Мне бы очень хотелось осмотреть «Шедоуз Нуар».
– А я считал, что привилегия показать окрестности принадлежит мне, – опередил брата Трекстон. Его глаза вызывающе блеснули. Белль начала злиться. Этот мужчина… бесил ее. Она подняв голову и свысока посмотрела на Трекстона. На губах появилась дерзкая улыбка.
– Неужели? – легкомысленно заметила она. Его взгляд остановился на глубоком вырезе ее платья.
– Да.
Белль испытала сильное желание бросить в него вилку, запустить яйцом, голландским соусом или беконом. То, как он смотрел на нее… на ее тело, – возмутительно. В голове пронесся поток грязной ругани. Отец мгновенно стал бы седым, если бы узнал, что ей известны такие слова.
– Тогда вы ошиблись, – резко возразила Белль, повернулась к Трейсу и, сразу же изменив тон, заговорила сладеньким голоском.
– Как насчет прогулки верхом. Мы можем поехать? Мне так хочется осмотреть плантацию. – сердце готово было выпрыгнуть из груди. Белль не понимала, чем это вызвано, – это реакция на встречу с Трекстоном, или на нее так сильно подействовал тот факт, что она пытается соблазнить мужчину, подозреваемого в убийстве.
Прежде чем ответить, Трейс долго смотрел на нее задумчивым взглядом. Еще вчера вечером он умирал от желания остаться с ней наедине. Почему же сейчас, когда она сама предлагает то, о чем он мечтал, испытывает какой-то дискомфорт? Трейс отогнал от себя эти ощущения. Белль – первая женщина за долгие годы, пробудившая в нем нечто большее, чем просто похоть, это и пугало, и радовало. Больше того, он хотел испытать всю полноту чувств и сделать это именно с ней. Он повернулся к брату.
– Извини, Трекс, но я просил Белль прогуляться со мной верхом еще вчера вечером.
Трекстон поднял руку.
– Никаких проблем, – он отодвинул стул и, раскачиваясь на нем, обернулся к Терезе, обнял ее за плечи, сразу же забыв о Белль и Трейсе.
– Итак, Тесси, когда я поговорю с мужчиной, который считает, что достаточно хорош, чтобы жениться на моей сестре?
Белль почувствовала раздражение. Ну и язва! Отбросить ее как… старый ботинок! Нет, она не иметь с ним ничего общего. Но ведь всего несколько минут назад его глаза неотрывно исследовали вырез ее платья! Белль посмотрела на Трекстона. Джентльмен не повел бы себя так… так… Мысли путались от досады и раздражения. Она сделала глубокий вдох и приказала себе успокоиться.
Белль отодвинула стул и встала. Трейс последовал ее примеру. Трекстон даже не повернул головы и остался сидеть, продолжая разговор с Терезой.
– Я только переоденусь в платье для верховой езды. Встретимся в холле через пятнадцать минут, хорошо? – сказала Белль. Трейс кивнул.
У дверей она помедлила и обернулась. Все были увлечены разговором, никто не смотрел в ее сторону. Взгляд задержался на Трекстоне. Белль поклялась, что до отъезда из «Шедоуз Нуар» заставит Трекстона Браггетта пожалеть о своем наглом поведении. Заставит возжелать общения с ней – она улыбнулась, – а затем откажет в таковом.
– Ты здесь уже месяц, и даже не соизволил поставить нас в известность? – вдруг громко воскликнула Тереза.
Белль уже вышла в холл, но замерла и прислонилась к стене, чтобы перевести дыхание.
– Не сердись, Тесси, я приехал по делам и не хотел встречаться со стариком. Я бы все равно заехал, когда он был в городе.
– Но целый месяц, Трекс, – повторила Тереза. – А мы по тебе так скучали!
Он наклонился и поцеловал сестру в лоб.
– Тесс, я ехал на твою свадьбу, но решил совместить приятное с полезным. Мне на ранчо необходимы породистые скакуны, я приехал к МакДугласу и еще заехал к Коннеру в Батон-Руж. В любом случае, я здесь, так что успокойся.
Белль стояла прислонившись к стене, мозг перерабатывал информацию. На сердце вдруг стало очень тяжело. Трекстон находился в Луизиане, когда убили его отца. Он мог сделать это с такой же легкостью, как и Трейс.
Глава 8
Линн глубоко вздохнула, опустила на лицо вуаль, словно от этого была какая-то польза, подошла к главному входу в отель и постаралась не обращать внимания на изумленный взгляд швейцара, распахнувшего перед ней дверь.
– Доброе утро, мисс Боннвайвер, – он приподнял украшенную золотым кантом шляпу.
Линн выдавила из себя улыбку. После того как она чуть не умерла от страха из-за встречи с аллигатором, вынуждена была прятаться в придорожной канаве, чтобы ее не увидели из проезжающего экипажа, затем одна шла пешком Бог знает сколько миль со сломанным каблуком, у нее едва хватит сил, чтобы подняться в свой номер. Поход из «Шедоуз Нуар» занял всю ночь. Платье порвалось и все было заляпано грязью, волосы растрепались и болтались сосульками.
Она вошла в вестибюль. Несмотря на ранний час, уже шел аукцион, и вокруг собралась большая толпа. Еще несколько человек расположились на диванах, расставленных по всему вестибюлю. Группа пожилых мужчин собралась на галерее, все о чем-то громко спорили.
– Может быть, на меня никто не обратит внимания, – в надежде пробормотала себе под нос Линн и торопливо зашагала к лестнице.
– Мисс Боннвайвер, с вами все в порядке? Она подняла голову и увидела Маркуса, мальчика-посыльного.
– С вами произошел несчастный случай?
Линн осмотрелась по сторонам: ей вдруг показалось, что все взгляды обращены на нее.
– Да, со мной произошел небольшой несчастный случай, но сейчас все в порядке, – она вновь повернулась к лестнице, но помедлила и оглянулась на мальчика.
– Ты не мог бы организовать мне ванну?
Маркус широко улыбнулся.
– Будет исполнено немедленно, мисс Боннвайвер, – он заспешил в сторону подсобных помещений.
Линн крепко вцепилась в перила лестницы.
– Мисс Боннвайвер!
Линн чуть не застонала, когда ее окликнул администратор. От неприязни девушку бросило в дрожь, но она заставила себя улыбнуться и обернулась к служащему.
– Слушаю вас, мистер Луши.
– О, мисс Боннвайвер, что с вами случилось? – он подбежал, осматривая ее с головы до ног. – О Господи! Господи! Чем мы можем вам помочь? На вас кто-нибудь напал? Я немедленно поставлю в известность власти!
– Не нужно.
Луши остановился, с удивлением глядя на Линн.
– Со мной все в порядке, мистер Луши, правда. Просто небольшое происшествие. Я иду в свой номер и попросила Маркуса организовать для ванну, – Линн снова попыталась улыбнуться. – Затем я лягу спать.
Судя по виду Луши, Линн его не убедила.
– Вы уверены, что не следует уведомить власти? Я хотел сказать, если кто-нибудь…
Линн почувствовала раздражение, хотя понижала, что администратор просто пытается помочь.
– Со мной все в порядке. Мне не причинили никакого вреда. А сейчас, – она начала подниматься по лестнице, – прошу меня извинить, но я очень устала. Мне бы хотелось подняться в номер до того, как рухну на пол.
У администратора задрожали руки.
– О, конечно, мисс Боннвайвер, конечно. Я потороплю Маркуса. Могу еще чем-нибудь помочь?
Линн покачала головой, даже не взглянув на настойчивого клерка.
– Благодарю, мистер Луши, ничего не нужно. Я валюсь с ног от усталости и хочу отдохнуть.
– Ей поможет кофе, – пробормотал администратор себе под нос, пропустив мимо ушей отказ Линн. – И бисквиты. Свежие бисквиты с джемом. Да, ей просто необходимо поесть, – у него вдруг загорелись глаза. – Нет, лучше пирожки. Стоит поесть пирожков, и ей сразу станет лучше, – он посмотрел на одного из посыльных. – Эй, ты, иди сюда. Сбегай к Дюманду и принеси свежих пирожков. Поторапливайся. И проверь, чтобы их хорошенько обсыпали сахарной пудрой.
Администратор потер длинные костлявые руки и улыбнулся. Возможно, еще есть надежда, и у него появится шанс в отношении мисс Боннвайвер.
Через несколько минут служанки под руководством Маркуса внесли в комнату Линн ванну, наполнили ее водой и щедро налили ароматического масла, отчего на поверхности воды образовалось множество пузырьков.
Линн заперла дверь и принялась снимать грязные лохмотья, в которые превратилась одежда. Уцелел только кринолин, требовавший чистки, и сорочка. Чулки и туфли безнадежно испорчены, гофрированная оборка и нижние юбки превратились в грязные лохмотья, а когда-то желтое платье вообще невозможно было узнать. Линн сбросила одежду на пол в углу. Все, что можно привести в порядок, она отдаст горничным, остальное нужно будет выкинуть.
Девушка перекинула ногу через край ванны и вздохнула от удовольствия, чувствуя, как измученное тело обволакивает душистая, пенящаяся вода.
– Вот это и есть настоящий рай, – она снова вздохнула, опустилась в ванну и почувствовала, как шее мышцы сразу же начали расслабляться. Линн положила голову на край ванны и закрыла глаза. Пусть вода делает свое дело, совершит чудо над измученным телом.
Линн задремала, но через несколько минут ее разбудил стук в дверь.
– Мадемуазель Боннвайвер, – донесся голос Пьера Луши. – Я принес вам кофе с горячими пирожками.
Линн чуть не застонала и глубже погрузилась в ванну. Она всегда старалась быть вежливой, действительно старалась. Отыскивала в человеке что-от хорошее, но Луши выводил ее из себя. При каждом общении с ним она чуть ли не содрогалась от отвращения.
– Мадемуазель Боннвайвер? – снова позвал Луши. – С вами все в порядке?
Линн постаралась, чтобы голос звучал вежливо и не выдал реальных чувств.
– Да, мистер Луши, у меня все хорошо. Пожалуйста, оставьте поднос у двери.
– Вы уверены? – в его голосе звучало разочарование. Линн почувствовала холодную дрожь, вызванную отвращением к этому человеку. Тело помылось мурашками даже в горячей воде.
– Да, мистер Луши, уверена. Благодарю вас.
Услышав стук подноса, Линн вздохнула с облегчением, снова положила голову на край ванны и закрыла глаза. И сразу же в сознании возник образ Трейса Браггетта. Ей стало тепло, но это не имело отношения к горячей воде. Тело разомлело и мышцы приятно покалывало.
Когда отца заключили в тюрьму, Линн терпеливо выслушала доводы Белль, что Трейс убийца и что именно он подставил их отца. Некоторые из ее теорий имели смысл, другие были просто глупостью. Но Линн всегда шла на поводу у сестры, и этот случай тоже не оказался исключением. Но теперь, проведя в обществе Трейса несколько часов, заглянув ему в глаза и почувствовав прикосновение руки, было очень трудно поверить, что он мог кого-нибудь убить.
5 голове всплыли события прошлого вечера. Оказавшись в обществе Трейса, удалось сдержать себя и не устроить истерику. Это возвысило ее в собственных глазах. Трейс Браггетт оказался истинным джентльменом, да к тому же таким красивым, что она временами ловила себя на том, что смотрит на него с восхищением. Линн кончиками пальцев коснулась губ, вспоминая легкий поцелуй, когда они стояли перед «Шедоуз Нуар».
А Белль убеждена, что он убийца! Линн не часто сердилась, но сейчас чувствовала, что начинает злиться. Она не знала, направлен ли ее гнев на Белль, считавшую Трейса виновным, или на саму себя за то, что позволила ему раскрыть себя, а потом увлеклась им.
– Вот проклятие! – выругалась Линн и хихикнула. Она никогда не ругалась. Белль была бы в шоке. Она, конечно, была бы шокирована еше более, если бы узнала, что Линн не только познакомилась с Трейсом Браггеттом, но еще и обедала с ним, а затем отправилась в «Шедоуз Нуар». Оставалось надеяться, что она ничего не испортила!
Белль стояла в галерее перед центральным входом.
– Что за чертовщина? – выругалась она про себя. – Что скрывает этот человек?
Трейс отправился на конюшню седлать лошадей, и галантно предложил подождать в галерее, а этого ей хотелось меньше всего, потому что у открытого окна гостиной, прямо напротив нее, с Трекстон. Белль сначала заспорила с Трейсом, но, заметив его хмурый вид и промелькнувшую в глазах тень, уступила. Девушка украдкой бросида взгляд из-за плеча и вздохнула с облегчением, увидев Трекстона, все еще беседующего с матерью и сестрой.
Она отвернулась и принялась смотреть в сторону конюшни. Вдруг внимание привлекло какое-то движение на дороге. Белль прикрыла глаза от солнца и принялась всматриваться вдаль.
– О нет, – чем отчетливее становились черты лица приближающегося всадника, тем сильнее билось сердце. Из-под полей стетсона виднелись черные волнистые волосы, длинные ноги обтягивали брюки серебристо-серого цвета, темно-синий короткий камзол подчеркивал широкие плечи и узкую талию, а из-под него виднелся синий с серебром парчовый жилет. Даже на расстоянии Белль рассмотрела явное сходство между всадником и Браггеттами, Трейсом и Трекстоном.
– Да, хороший денек сегодня не предвидится, – пробормотала Белль себе под нос. Она ни на секунду не усомнилась, что это еще один из братьев Браггеттов. Как только Трейс вернется в галерею и обнаружит вновь прибывшего, утренняя прогулка будет отложена или вообще отменена. Она следила за приближающимся всадником и чувствовала, как ухудшается настроение. В отчаянии Белль хлестнула кнутом по юбке.
– Проклятие! Проклятие! Проклятие!
– Т-с-с, а ваш отец знает, что вы ругаетесь, мисс Белль Сент-Круа?
Девушка резко обернулась. Прислонившись плечом к косяку двери и просунув пальцы под кобуру, позади стоял Трекстон.
У Белль подпрыгнуло сердце и забилось где-то в горле. Она изумленно уставилась на него. Он упомянул ее отца. Означает ли это, что ему известно, кто ее отец? Или это всего лишь невинное замечание? Белль сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, а сама прислушивалась к стуку копыт.
Трекстон усмехнулся:
– Не беспокойтесь, мою чувствительность не так-то легко оскорбить, вы помните?
Замешательство Белль переросло в раздражение.
– Я думала… что была…
– Одна?
– Да.
– Извините, – Трекстон улыбнулся, и по изгибу губ Белль догадалась, что он опять ломает комедию. – Я вышел покурить.
Только тут Белль заметила тонкую длинную сигару, зажатую у него между пальцами.
– Мама не любит, когда мы курим в доме. Белль вздернула подбородок и снова повернулась к дороге. Куда, черт подери, пропал Трейс?
– Мой братец подвел вас? – Трекстон прекрасно понимал, что этот вопрос заденет девушку.
– Нет, не подвел. Он пошел в конюшню за лошадьми.
– Угу, – Трекстон посмотрел в сторону конюшни. – Всегда джентльмен, в этом весь Трейс.
– Полагаю, вы заставили бы меня саму седлать свою лошадь?
Он снова ухмыльнулся. Черт побери, ему нравился горящий в ней огонь.
– Эй, Треке, это ты?
Трекстон оторвался от косяка, легким шагом пересек галерею и остановился рядом с Белль.
– Тревис, какого черта ты так долго? Я приехал уже несколько часов тому назад.
Тревис Браггетт перекинул через лошадь длинную ногу и спрыгнул на землю.
– Ну, мне положено появляться после тебя, ты ведь старший, – он рассмеялся и пошел по тропинке к дому.
Мужчины пожали друг другу руки, и Трекстон стиснул Тревиса в объятиях.
– Да, слишком долго, – сказал Тревис.
– Итак, как поживает мой братец, владелец салуна?
– Предпочитаю называть себя владельцем казино, – со смехом возразил Тревис.
– Полагаю, в Неваде названия более хитроумные, чем в Техасе?
Белль отошла от братьев. Ну, хоть этот выпадает из списка подозреваемых. Хотя Белль не имела ни малейшего представления, в какой части Америки находится Невада. Более того, ее это совершенно не интересовало. Тревиса здесь не было, когда убили Томаса Браггетта, он вне подозрений. Это все, что занимало ее в настоящее время.
Вдруг в голову пришла мысль – это она так думает, что его здесь не было. Белль чуть не застонала вслух. «Боже, умоляю, сделай так, чтобы Тревиса не было в Луизиане, когда убили Томаса Браггетта!» – взмолилась девушка. Ей не нужны лишние подозреваемые.
Трекстон отступил назад и осмотрел брата с ног до головы.
– Сколько лет прошло с тех пор, как ты проезжал через Техас? Три года?
– Почти шесть, – поправил Тревис.
– Шесть лет, – Трекстон покачал головой. – Как я уже говорил, долгое время здесь был настоящий ад.
– Я бы приехал раньше, но… Трекстон кивнул.
– Я тоже, – он по-братски обнял Тревиса за плечи и повел к распахнутым дверям.
– Пошли, Трев, мама и Тесс в гостиной.
Оба пошли к дверям, когда Трекстон остановился, уголком глаза заметив Белль, все еще стоящую в галерее.
– О, извините. Трев, познакомься с нашей гостьей, мисс Белль Сент-Круа. Белль, это мой младший брат Тревис.
– Очень приятно, – Белль улыбнулась. Тревис Браггетт был похож на Трейса и Трекстона. Такае же черные волосы, серо-голубые глаза и аристократические черты лица, но одежда представляла полную противоположность одежде братьев. Ничто не напоминало степенного джентльмена, владельца ранчо или грубоватого ковбоя, или даже пароходного картежника в традиционном черном с шелковой отделкой костюме. В его одежде сочетались сразу три стиля. Цепочка золотых часов образовывала на груди петлю и подчеркивала богатство расшитого серебряной нитью темно-синего парчового жилета. Вокруг шеи был повязан тонкий шелковый галстук такого же сочного синего цвета, что и камзол. В глаза бросалась ослепительно-белая рубашка. С правой стороны под камзолом четко обрисовывались очертания кобуры с кольтом, прикрепленной к бедру кожаными ремнями.
– Напротив, это мне очень приятно, – Тревис слегка поклонился, поднес руку Белль к губах.
– Надеюсь, за время вашего пребывания у нас, мисс Сент-Круа, мы станем хорошими друзьями.
Трекстон рассмеялся:
– Тебе потребуется для этого не слишком много времени, а?
Белль окинула Трекстона ледяным взглядом затем кокетливо улыбнулась Тревису.
– Думаю, это было бы замечательно, мистер Браггетт, – заметила она голосом, полным очарования.
– Прошу вас, зовите меня Тревис.
– Только при условии, что вы будете называть меня Белль.
– Пошли, Трев, мама и Тереза ждут, а Белль, – подчеркнул Трекстон, бросив на девушку выразительный взгляд, – собирается на прогулку с Трейсом.
Белль подчеркнуто пренебрежительно отвернулась от него, но, когда мужчины уходили, удалось подслушать обрывки их разговора.
– Похоже, парень, ты ее совсем не интересуешь? – тихо заметил Тревис.
Трекстон похлопал брата по спине.
– Люблю женщин, в крови которых пылает огонь, – он понизил голос. – Но у этой огня хватит, чтобы спалить всю округу.
– Слишком горяча для тебя?
– Ну, братишка, я не против, чтобы сгореть в ее огне. К тому же мне еще не доводилось встречать слишком горячую для меня женщину. – Оба рассмеялись.
Белль разозлилась:
– Ну, мистер Трекстон Браггетт, теперь-то вы уж точно ее встретили.
– Белль, вы готовы?
Она оглянулась, смутившись, что ее застали врасплох. Черт бы побрал этих братьев Браггеттов с их необыкновенной способностью бесшумно подкрадываться к людям!
– О, конечно, – торопливо выпалила Белль и пересекла галерею.
Трейс заметил лошадь, мирно жевавшую траву на обочине.
– Чья это?
Белль поняла, что утренняя прогулка верхом и возможность расспросить Трейса находится на грани срыва.
– Несколько минут тому назад приехал ваш брат Тревис, – она попробовала изобразить улыбку. – Вы хотите отложить прогулку?
Трейс окинул гостью долгим взглядом, испытал удовольствие при виде разочарованного выражения ее глаз и покачал головой.
– Нет, я сдержу свое обещание. Для общения с Тревисом у нас будет еще достаточно времени.
– Трейс!
Белль чуть не застонала. Неужели еще один! Они обернулись к дороге. Стоило бросить только один взгляд, чтобы сразу определить, что приближающийся всадник – младший из братьев Браггеттов, Трейнор.
Трейс стоял неподвижно и заговорил только после того, как Трейнор остановился перед ними.
– Рад тебя видеть.
Трейнор перемахнул через коня и спрыгнул на землю.
– Черт, уж и не думал, что когда-нибудь снова увижу все это. Но очень рад, что так случилось. Конечно же, не сравнить с пребыванием на «Морской Колдунье», – он рассмеялся. – Но здорово, – Трейнор двумя руками стиснул ладонь Трейса. -Я скучал по тебе, старший брат.
На губах Трейса промелькнула улыбка.
– Мы тоже по тебе скучали, Трейнор, – он посмотрел на Белль. – Позволь представить тебе нашу гостью. Белль, это мой младший брат Трейнор Браггетт. Трейнор, наша гостья мисс Белль Сент-Круа.
Трейнор снял с головы черную шляпу с широкими опущенными полями и галантно поклонился.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?