Читать книгу "Вампирское сердце"

Он был выше. Мне приходилось задирать голову, чтобы видеть его лицо. Глаза теперь горели ровным алым светом, без бешенства, но от этого становилось только страшнее. Его губы – я смотрела на них против воли – были влажными.

Запах.

От него пахло…а, нет смысла теперь скрывать даже от самой себя – кровью. Той самой, что я только что выпила. Тонкий, дразнящий аромат, смешанный с чем-то личным, глубоким. С его запахом.

Это пробирало насквозь.

Я хотела провести языком по его губам. Подойти ближе, попробовать еще…

Он заметил.

В его глазах мелькнуло что-то – удивление? интерес? – и он медленно поднял руку. Я замерла, чувствуя, как кончики его пальцев почти касаются моей щеки.

Что-то происходило… Воздух словно наэлектризовался, а падала в его огромные алые глаза, обрамленные тьмой ресниц.

Хотелось коснуться его. Как я мечтала пару мгновений назад – дотронуться до его обнаженной гладкой груди, пройтись пальцами по изгибам мышц, узнать, такие ли они на ощупь, как мне казалось…

Но его пальцы так и не двинулись дальше.

Рука застыла в миллиметре от кожи, а потом он резко отдернул ее, словно обжегся. Скривился. Посмотрел на меня с брезгливостью, от которой захотелось провалиться сквозь мрамор его чудовищно дорого пола.

– Ты из Безумных, – сказал он не спрашивая. Констатировал факт. И вдруг сплюнул на пол, прямо себе под ноги. – Тьфу, плесень.

Я моргнула, не понимая, о чем он вообще говорит.

С какой стати я должна быть из Безумных?..

– Разберусь с тобой потом. – Он уже говорил в пространство, разворачиваясь и направляясь прочь, в боковую дверь, которую я даже не заметила. – Если скучно станет.

И ушел.

Просто ушел. Оставил меня одну посреди этой роскошной комнаты, с запахом крови из его кубка на своих губах и его презрением в памяти.

Дверь, за которой он скрылся, даже не хлопнула. Тихо, по-вампирски, она просто стала частью стены.

А из главного входа вдруг появился слуга.

Это был сухой, как вобла, мужчина неопределенного возраста во фраке, который, кажется, помнил еще те времена, когда в Ихордаррине в качестве деликатеса ели некролягушек. Он молча кивнул на выход и проговорил:

– Вы идете со мной.

И я пошла.

Слишком много всего случилось за последние часы, чтобы спорить. Да и что-то подсказывало: если ослушаюсь, меня скрутят в бараний рог быстрее, чем успею чихнуть.

С другой стороны, вампир я теперь или нет?..

Этого типа я оглядела внимательнее и поняла, что он совершенно точно – человек. А значит, теоретически опасности для меня не представляет. Так ведь?..

Мы спускались. Долго. Лестницы, пролеты, коридоры. Богатство и роскошь этажей этого замка (а оказалась я, несомненно, в каком-то замке) сменились сначала простыми, но добротными интерьерами для гостей, потом – попроще, для прислуги, а потом…

Потом мы пришли в подвал.

Но не страшный, сырой и промозглый, как положено подвалу. А сухой, чисто выметенный и с газовыми лампами на стенах.

– Так, а почему вы меня совсем не боитесь? – проговорила я слегка сбивчиво. – Авось пристукну вас сзади, вы и не заметите?

Дворецкий остановился у одной из деревянных дверей, окованных металлом, и бросил на меня какой-то до обидного презрительный взгляд. Затем отпер тяжелый засов и жестом пригласил войти, со словами:

– Зачем вам меня стукать, госпожа? В моей кровивампирский антидот. А это ваши покои, – сухо добавил он. – Выходить запрещено. Кстати, если вы меня пристукнете, вас гарантированно убьют. А так есть шанс пожить подольше.

Комната оказалась простенькой, но милой. С краю стояла черная металлическая кровать со странными небольшими заборчиками по краям. Создавалось впечатление, что это не кровать, а какая-то коробка с постельным бельем. Рядом тумбочка на одной ножке в виде лапы, стул, стол и небольшой шкаф.

– Ну а если я убегу?

Дворецкий хмыкнул.

– Куда вы убежите, госпожа? Замок Серебряного страха охраняю не я один. Вы будете убиты прежде, чем доберетесь до холла. А теперь будьте любезны пройти внутрь.

Я шагнула через порог. Окон тут не было, как и дверки, за которой бы скрывалась уборная.

– Что это за комната такая? – нахмурилась. – Я узница?

– Это покои для низших слуг, вампиров, обслуживающих мероприятия, – ответил дворецкий. – Таких бывает много, для них сделан целый этаж. Но сейчас он пуст, мероприятий такого характера не намечается.

Он вышел. Лязгнул засов.

Я осталась одна, вряд ли что-то важное поняв из его ответа. Кроме, конечно того, что просто так мне отсюда не выбраться.

Плюхнулась на кровать, провела рукой по лицу, остановилась на губах. Большой палец скользнул под них и уперся в острый, как игла, клык.

Закрыла глаза, судорожно вздохнув.

А затем перестав дышать.

Открыла глаза я минут через пять.

– Ну… как я и думала, – проговорила я тихо, глядя в потолок и чувствуя, что не могу унять дрожь в голосе.

За эти пять минут я не вздохнула ни разу.

Глава 6. Морган и некрогарпии

– Так вот, Карцер, представляешь, она вынуждена сдавать кровь для вампиров, чтобы сводить концы с концами, и ее чуть не выпивают другие вампиры, которым добровольная кровь не по вкусу. Как тебе ситуация? – я вопросительно уставился на собеседника, словно он мог ответить что-то вразумительное.

Хотя что значит “как будто”?

– Хр-р-р-фр!!! АУФ! – Карцер был немногословен, но как всегда все по делу.

– Вот и я так думаю. А вообще, знаешь, она хорошенькая… тебе нравятся рыжие?

– Хррр!

Карцером звали моего пса. Самого обычного пса, размером с живого лабрадора. Он был такой же добродушный, всегда готовый прийти на помощь, заискивающе глядя в глаза. Со всех сторон такой же… только полностью мертвый. Я еще в юношестве сумел поднять давно умершую животинку и, как ни странно, даже умудрился сохранить ему разум. Понятия не имею, как это вышло, но не устаю радоваться этому уже много лет.

Получилась у меня жуткая животина с ярко-алыми глазами. Умный, хитрый и очень преданный. Ну и совершенно неприхотливый, что крайне удобно, чего уж там. С ним не надо было гулять, как с обычным псом, и можно совершенно не волноваться по поводу блох. Тем в его полулысой шкуре совершенно нечем питаться.

Я переоделся, сменив форму гульсара на свою обычную одежду. На мне не было ран, что после схватки с упырями – нонсенс. А вот парочка синяков от драки с Галуром явно будут досаждать еще не меньше недели. Что еще раз подтверждает факт: Галур, паскуда, попротивнее вампиров будет.

Но беспокоило меня другое: из головы не выходила Илайна, та странная девушка из переулка. Имя у нее еще такое – мягкое и податливое, как яблочная тянучка.

Но как она смотрела на вампиров! С интересом, граничащим с безумием. А на меня?

Как она смотрела на меня?..

Тьма его знает. Но даже Алиера на меня так не глядела никогда.

– Ну что, дружище, пошли развеемся? А то денек сегодня – мерзкий, словно задница гарпии.

– Грр!! – с радостью согласился Карцер.

Послушный пес.

Естественно мы направились в мужскую святую-святых.

Гараж.

Весь он – плод моих трудов, как и шикарный некромобиль, стоящий внутри. Неколько лет я собирал его по деталям, едва ли не из костей и палок. То была точная копия кабриолета верховного маршала Туманной империи… вековой давности. Штучный экземпляр! Детали найти было той еще задачкой, но я справился.

Теперь никто бы и подумать не смог, что такая роскошь стоит в хлипеньком гараже простого вице-гульсара императорского корпуса. Ну ладно, бывшего вице-гульсара.

Сердце этой “малышке” тоже создал я сам. В одиночку выследил банши, но не прибил, как полагается по уставу, а заковал в кристалл, который теперь обеспечивал некромобилю запредельную динамику.

Да, противозаконно. Да, без лицензии такое вытворять запрещено. А любой жрец вообще скажет, что это аморально. Но мне плевать, потому что теперь моя красотка “жива”.

На левом крыле красовался серебряный шильдик с названием «Zondalgul», и каждый раз, когда я на него смотрел, в душе теплело.

– Запрыгивай, дружище, пора позволить ветру развеять нашу тоску, – бросил я, ожидая, пока Карцер усядется на пассажирском кресле. – Ты же тоже тоскуешь, верно?

– Угр-р-р, – что-то провыл-прорычал друг. И мы помчали.

Подальше от столицы, подальше от темных зданий, разукрашенных неоновой призрачной подсветкой и каменными тварями. Поближе к местам, где водились те же твари, только настоящие.

За городом начинались холмы, а между ними нитью вилась магистраль. Мотор рычал, где-то в глубине темного кристалла под капотом неистовствовала банши, и некромобиль летел вперед, придавая вкус жизни и смысл встречать новый день.

Дурные мысли довольно быстро выветрились из головы, как и полагалось. А затем мое внимание привлекло нечто любопытное.

На повороте мы с Карцером лихо обогнали “Драугарри”. Такую тачку редко встретишь на трассе. Тем более за пределами Ихордаррина!

ИНЗИ (Императорский Некромобильный завод Ихордаррина) совсем недавно начал выпуск небольших, но очень дорогих и быстрых болидов на темной тяге. По слухам, за дополнительную плату, в них могли установить до трех темных кристаллов! А это похлеще чем одна моя несчастная банши.

– Гляди-ка, Карцер, с нами хотят потягаться, – в зеркале заднего вида “Драугарри” стремительно набирала скорость, – ну что, дадим бой?

Пес плотоядно завыл, словно был на охоте и собирался ухватить за задницу жирненькую утку. Кстати, когда мы вот так выбирались за город, он периодически так и делал. Тогда на ужин у нас было неплохое жаркое.

Но сегодня добычей оказалось нечто другое. Моя “Зондальгуль” вырывалась вперед на поворотах, а чья-то возмутительно красивая “Драугарри” отыгрывалась на прямой, и дальше все повторялось. Незнакомец был хорош на трассе, и в какой-то момент я даже понял, что улыбаюсь.

Но вот “Драугарри” вышел вперед, скрылся за поворотом, и Карцер разочарованно завыл. Костяной гребень у него на спине встал дыбом, словно “утка” вырвалась из пасти.

– Ничего, погоди, сейчас мы его… – начал было я, резко выворачивая руль.

А через мгновение, выйдя на прямую, увидел резко тормозащий некромобиль соперника, который был буквально облеплен некрогарпиями.

– …упырь меня задери, – закончил совсем не так, как планировал.

Работа никак не хотела отпускать бывшего охотника.

Вокруг не было ни единой живой души. Без моей помощи у водителя “Драугарри” не было ни единого шанса. Мерзкие крылатые твари рано или поздно откроют самую дорогую консерву в их “жизни”, и растерзают бедолагу.

Честно говоря, я впервые видел, чтобы такая толпа некрогарпий разом нападала на человека. Да еще и в быстро едущем некравто… Ну да мало ли чего не бывает, верно?..

Я аккуратно затормозил Зонду, переехав двух некрогарпий, выскочил и ринулся в атаку.

Ну а что было еще делать?..

Следом с диким воем бросился в бой Карцер. У него тоже не было выхода.

Все мы иногда делаем не то, что хочется, а то, что должны.

Мой бывший начальник и наставник кавалергарпий Дейран в редкие моменты хорошего настроения, говаривал, что во мне живет сама Тьма.

Чушь, конечно.

Но стоило признать, что с самых первых дней в императорском корпусе мне легче других давалось обучение, особенно практика. Мой анарель с поразительной “охотой” отдавал Тьму, чтобы упокаивать или окончательно уничтожать нежить. Заклинания на эшгенрейском иногда и вовсе будто сами собой заканчивались нужным слогом и ударением, хотя я мог и не помнить точной формулы. Магический жезл в бою становился продолжением руки.

Последнего я сейчас, к сожалению, был лишен. Вот только в бардачке “Зонды” я всегда держал копию…

Можно было выгнать охотника из корпуса, но корпус из охотника не выгнать никакими проклятьями.

Выпрыгивая из некромобиля, я временно сунул некрожезл в карман, одновременно вытаскивая из-за пояса два револьвера. Начинать лучше с малого. За пару секунд я выпустил все патроны, стараясь целиться в сердце летающим тварям. Вдруг этого хватит хоть на парочку?..

Пули в револьверах были заговорены – после проникновения в нежить они вызывали окаменение мертвой ткани. Простенько, но действенно. И много магии не требует. Однажды, я и вовсе удачненько попал такой пулей в лоб гулю, и голова последнего сразу отвалилась под собственным весом, превратившись в крупный булыжник.

Но, к сожалению, некрогарпии – премерзкий враг. Сильные и крылатые твари одинаково хорошо дрались как в воздухе, так и на земле. И были гораздо опаснее гулей. Одних револьверов, как и предполагалось, не хватило. Тут то в дело и пошел жезл охотника.

Да, на самом деле никакая это была не копия, а самый что ни на есть настоящий некрожезл правоохранителя. С серийным номером и охранной печатью – такой в магазине не купишь. Да и я его не покупал.

Как-то после особенно жуткой драки с вампирами наш отряд вернулся в Корпус сильно поредевшим. Нас тогда было два десятка. Двадцать сильных, хорошо обученных некромантов против Безумных, которых должно было быть трое…

Их было девять. А вот нас осталось лишь трое.

В тот день я сказал, что некрожезл был уничтожен в битве. Мне сделали выговор, лишили премии на год. Зато с тех пор уникальное оружие осталось в моем личном пользовании навсегда.

В пылу сражения я мало о чем думал, руки действовали сами. Правая сжала металлическую рукоять, щедро исписанную рунами эшгенрейского, и с каменного навершия рванула Тьма.

Накопитель жезла был полон до отказа. Боевые заклятья рвали крылья мерзких чудищ в лоскуты, ничуть не тратя мой собственный резерв. Я же успевал вертеться волчком, уходя от укусов и атак, одновременно сплетая собственную магию. Таким образом один я по атакующей способности становился равен как минимум трем некромантам.

Карцер тоже помогал – добивал свалившихся чудищ, отгрызая им головы. Он свое дело знал – и мне не приходилось заморачивать с тем, чтобы бить на поражение. Достаточно было лишь зацепить.

Некоторое время здесь творился полный хаос.

Смешались в кучу нежить, люди, и вопли бешенных горгулий слились в протяжный вой.

Едва я смог освободить вокруг себя достаточно пространства, как Карцер бросился на ближайшее чудище, дав мне очередную драгоценную секунду на заклинание. Из жезла вырвались языки темного пламени, а свободная рука влила в пламя дополнительную силу, увеличив радиус поражения и точность.

Некрогарпии вспыхнули, как сухой хворост. Все до одной.

Битва была окончена. Команда мертвецов потерпела сокрушительное поражение.

Жалкие останки тварей догорали темным пламенем, а я уже сидел у своего некромобиля, и трепал загривок Карцеру.

– Ну-ну, чего ты такой довольный? – хмыкнул я. – Тоже рад, что нашу Зондочку не зацепило?

Пес двовольно зачафкал, клацая клыками. Умный зубастик.

Открылись двери “Драугарри”.

На дорогу вышел молодой, хорошо одетый парень с умным и веселым лицом. Тоже крайне счастливый. Явно рад был, что не пришлось в драке участвовать.

Хотя его то “красотка” была изрядно помята. Я б расстроился.

– Клянусь Тьмой, вы спасли мне жизнь! Эта жалкая колымага, – он кивнул на дорогущую “Драугарри”, – встала, как вкопанная, после того, как налетели некрогарпии. – Я даже не мог открыть дверь, ее заклинило!

Я подавил смешок, стирая следы пороха с пальцев.

– Я рад, что оказался в нужном месте в нужное время. Не утруждайте себя благодарностями, уверен, вы поступили бы также.

– Как я могу отблагодарить вас? – ухмыльнулся мужчина. Я все гадал, сколько ему лет, но в голову ничего не приходило.

– О, не стоит благодарности, уверяю. Вы уже подарили мне прекрасное состязание на дороге, – уголок губ невольно дернулся. Действительно покатались на славу.

Однако что-то в этом мужчине казалось странным. Что-то будто ускользало от глаз. Я даже прищурился, пытаясь разглядеть шлейф его ауры, но все без толку. Он выглядел как простой человек. Очень богатый простой человек.

– Гуль меня раздери, это была великолепная поездка! И все же! Я видел, как вы держитесь на трассе, имел удовольствие наблюдать, как вы расправились со стаей бешеных некрогарпий, и я уверен, мне есть что вам предложить. Может быть проедем ко мне? Тут совсем недалеко. В погребе найдутся отличные напитки, а в камине мы сможем разогреть баранью ногу. Не оставляйте меня в долгу. Обещаю – вы не пожалеете.

Я чуть склонил голову на бок, широко улыбнувшись. Мысль о бараньей ноге, признаться, вытеснила все остальное, включая привычное недоверие.

– Я заинтригован. Да и промочить горло у камина не откажусь. Меня зовут Морган Вейрон. Буду рад услышать ваше имя, уважаемый.

На миг боковое зрение уловило изумрудную зелень холмов и огненный закат, в которых неуловимо мелькнул образ рыжей Илайны. Мелькнул и исчез.

“Лишь дымка воспоминания… Скоро пройдет…” – тряхнул я головой.

– Мое имя Навьерс Шанх, – проговорил мужчина с легким поклоном, отчего короткая прядь черных волос выбилась из его безупречной, уложенной гелем прически, и упала на глаза. – Поедете за мной, Морган?

Я улыбнулся и кивнул.

– С удовольствием, Навьерс. Ко мне можно на ты.

– Прекра-а-асно, – протянул он чрезвычайно довольно.

Его физиономия на миг напомнила мне Карцера. В момент когда тот хватал за задницу особенно жирную утку.

Снова тряхнул головой, прикладывая ладонь к приборной панели.

Под капотом “Зонды” послушно заревела банши.

Глава 7. Анаис и ее Тень

– Безумная, значит, – прошептала я в пустоту. – Почему он так меня назвал?..

В “чулане”, куда меня запихнули, заняться было, ясное дело, нечем. И когда любопытство было удовлетворено тщательным осмотром скромной мебелировки и обитыми тканью стенами, оставалось лишь размышлять о том, о чем размышлять было откровенно страшно.

“Безумными” называли проклятых вампиров. То, что мерзкий кровосос Навьерс убил меня вчера ночью и каким-то образом превратил в нежить – стало неоспоримым крайне печальным фактом. Но если на этом зацикливаться, так можно и с ума сойти.

Стоило на мгновение зажмуриться и представить, что вся моя прошлая жизнь пошла гулям под хвост (хотя у них и хвоста-то никакого нет), как накатывало такое откровенное чувство ледяной безнадеги, что хотелось удавиться.

Но даже это теперь не освободило бы меня от бренного существования низшего упыря.

Поэтому о случившемся я старалась думать лишь как о факте, с которым надо дальше как-то мириться. А раз так, значит стоило понять, какого драугра меня записали в Безумные.

Мне совершенно не хотелось быть вампиршей, изгнанной из сообщества кровососов, а именно такими и были Безумные. Я еще и вступить-то в это самое сообщество не успела, какого упыря меня оттуда уже изгнали?..

Да и как это вообще можно было понять?

То, что существуют “нормальные” дети ночи и те, что отринули Устав Крови – всем известно. А вот как отличить одних от других – люди пока не придумали. Коллегия Жрецов Ихордаррина недавно внесла предложение императору – делать на лицах всех вампиров татуировку в виде черной слезы. На лицах Безумных – в виде красной.

Но ясное дело, упыри, и те, и другие, против. Хотя последних пока никто особо ни о чем не спрашивал – их и разыскать-то непросто. Безумные приравнены к дикой неуправляемой нежити и при обнаружении подлежат уничтожению.

Спрашивается, зачем им тогда татуировка?.. А затем, что Безумные – это изгнанники королевства Кровавой луны, а не Туманной империи. Это когда упыри прогнали упырей, лишив “косточек со своего стола” за такие провинности, как человеческое убийство. Прогнали… но, естественно, не казнили.

И таким образом выпустили на городские улицы, в свободный, так сказать, “выгул”. Безумные – равно “убийцы”. И с ними уже император и его правоохранительный корпус вроде как должны разбираться сами.

С каждым годом из-за подобного странного положения дел волнения и напряженность в народе усиливаются. Многие считают, что скоро закон о татуировках император все же одобрит. И раньше я была бы даже рада! Ведь не все люди обладают анарелем, не все способны отличить вампира от человека. А уж кто там из них чудовищно опасный вампир, а кто вампир “розовый пупсик”, понять и подавно невозможно.

Но теперь… Мало того, что я умерла, заперта в вампирском особняке одного из шестерки Древних, так еще и каким-то образом числюсь среди отщепенцев упырьского общества.

– Кстати о Древнем, – пробормотала я, выхаживая по комнате из стороны в сторону. Это занялоу меня не более четырех шагов туда и столько же обратно. – Не разгуляешься тут у вас! А еще замок… Тьфу. Итак, сконцентрируемся… Фирель… Что я о нем помню? – задумчиво произнесла я.

На самом деле “открылось” мне немногое. Шестерка Древних, куда входил чудовищно старый по людским меркам кровосос Фирель анх-Травиан по прозвищу Серебрянный страх, была самой могущественной нежитью в мире. Да, в мире… Вампиры – по академической классификации мертвяков считаются нежитью первого уровня, наравне с личами, дивами и разумными призраками. Древние же были вне всяких уровней. Как и воскресшие иллишарины, костяные драконы. Это означало, что убить их невозможно, а конфликт с ними равносилен гарантированной смерти.

Удивительно, что чуть меньше, чем полвека назад столь сильные представители разумной нежити вышли “на свет” и пожелали жить с людьми бок о бок. Без вражды. Иначе нас, конечно, очень быстро накрыл бы бесславный и кровавый конец.

– Так, о чем это я, – продолжала размышлять. – Фирель анх-Травиан, четвертый из Шестерки древних, распорядитель кровавых вечеринок и организатор торжеств детей ночи. О чем нам это говорит?..

Я на несколько мгновений замерла, а потом резко выдохнула:

– Да ни о чем.

Закрыла глаза, а затем и лицо – руками.

Вот-вот должен был наступить момент, когда я бы признала, что нахожусь в полной неотвратимой и необратимой зад…

– А это еще что?

Я резко повернула голову, заметив, что происходит нечто странное. На полу шевелилось…

Свет от газовых ламп в форме гаргульих голов под самым потолком светил ровно. Внутри каждой лампы была тоненькая спираль, что позволяло газу полностью сгорать. Никакого дребезжания огня, никаких “танцующих” бликов на стенах.

Так какого упыря я только что видела?..

Тишина вокруг оглушала. Ни шуршания мышки в углу, ни разговоров в соседних комнатах. Пол был простым, каменным. Большие серые плиты плотно прилегали друг к другу, на некоторых паутинкой вились тонкие трещинки под моей тенью.

– Странно, – проговорила тихо, снова вышагивая по комнате, но теперь гораздо медленнее. Стало страшновато.

Забавно, учитывая, что я теперь вампирша, и нас таких боится половина Ихордаррина. Страшная, опасная нежить… но…

– Отцом Тьмы клянусь, если увижу мышь, закричу, – проговорила я, будто пыталась эту самую мышь заранее напугать.

Не вышло.

Раздался тихий треск – и все лампы в комнате на миг погасли. Ничтожная доля секунды, за которую я успела помянуть всех богов и попрощаться с новообретенным посмертием. Затем лампы снова загорелись.

А вот моя тень на полу так и не приняла исходное положение…

– Это еще что за жесть? – выдохнула еле слышно, широко распахнув глаза и с ужасом наблюдая, как тень отделилась от моего тела и шагнула к кровати.

Натурально, сделала движение ногами так, словно передвигается, только в своей собственной плоскости! Затем подняла руку и коснулась металлической ножки, слегка погладив ее.

Короткое дыхание – и вот тень уже метнулась к другой части комнаты и дотронулась до невысокого шкафчика.

Я боялась шевельнуться. Создавалось впечатление, что тень что-то изучает. Как и я некоторое время назад, когда только попала сюда. Но… что вообще происходит?..

Стоило подумать об этом, как тень резко повернула голову в мою сторону.

У меня сердце чуть не оборвалось. Прежде я не испытывала страха? Что ж, это прелестное чувство вернулось ко мне, отдавая холодом в кончиках пальцев и онемением в конечностях. Как-то раньше все проходило иначе, но какая теперь уже разница?..

Глаз у тени не было, лишь черные контуры моего собственного лица. Однако откуда-то я чувствовала, что “это” смотрит точно на меня.

– Кто ты?.. – спросила я, не отводя взгляда. Словно стоит отвернуться, как тень меня сожрет.

Медленно, настолько неторопливо, что это стало походить на подкрадывание, тень стала приближаться ко мне.

У меня все сильнее холодели руки. Мозг старательно перебирал в памяти всю возможную нежить, что водилась в Ихордаррине и окрестностях. Всех возможных тварей, созданных Тьмой, и в принципе существовавших когда-либо.

Но ничего похожего на это я не помнила. Этого просто не могло быть.

“Оно” наступало, протягивая руку к моей ноге…

В этот миг за спиной лязгнул дверной замок.

Я резко дернулась от неожиданности, взглянув на медленно распахивающуюся дверь. А затем с ужасом вернула взгляд тени.

Та полностью повторяла мою позу и находилась ровно там, где ей и положено. Вот только в последний момент она подняла руку, повернула лицо в профиль, очевидно, чтобы мне было лучше видно, и приложила палец к губам.

По спине прокатилась волна мурашек, причем, клянусь, ощущения были гораздо сильнее, чем… при жизни.

– Пройдемте со мной, госпожа, – сказал тот самый дворецкий, который меня сюда и привел, наверное, уже примерно половину суток назад.

– Куда? – нервно спросила я, переведя очередной короткий взгляд с него на свою тень. Но теперь уже смотреть там было не на что. “Оно” полностью повторяло все мои движения, как и положено нормальной тени.

Едва я отвлеклась, как дворецкий оказался у меня за спиной, а затем на шее у меня что-то щелкнуло.

– Ай! Что это? – ахнула я возмущенно, ощупывая штуковину, которая напоминала металлический ошейник с какими-то углублениями.

– Это блокиратор магии, – спокойно ответил он. – Безумные, повторно совершившие правонарушение против членов королевства Алой луны, подвергаются наказанию. Вас не вернут в клан изгнанников, пока Черный дождь не вынесет по вашему делу вердикт. Поэтому пока вы отправляетесь в тюрьму.

– Но за что? – ахнула я, чувствуя, как злая судьбинушка смыкает свои костлявые пальцы на моем горле похлеще металлического ошейника.

– Вы злонамеренно проникли на территорию Четвертого из Шестерки Древних, распорядителя пиров Алой луны. Вы…

– Но я не проникала! Я вообще не знаю, как тут оказалась! И не было у меня никаких “злых намерений”!

Дворецкий, казалось, не обращал никакого внимания на то, что я говорю.

– Вы и ваши планы – отныне прерогатива Черного дождя. Следуйте за мной.

Бледное лицо дворецкого не выражало ничего, хотя, готова поклясться, что в его спокойных темных глазах нет-нет да и проскальзывало что-то наподобие презрения, когда он смотрел на меня.

Чем я вообще заслужила такое обращение?

Ответ напрашивался сам: меня причислили к Безумным, и, видимо, у “приличных” вампиров ничего кроме отвращения я не вызывала. Как и у их слуг.

– Это чудовищное недоразумение! – воскликнула я, всплеснув руками.

Движение получилось резким и ужасно быстрым. Руки буквально скользили по воздуху, “размазываясь”, как мушиные крылья в полете.

Но удивляться собственной скорости было некогда.

– Я не одна из Безумных! – закончила я.

Но дворецкий уже спокойно повернулся ко мне спиной и, щелкнув пальцами, указал направление, куда мне следует идти. А сам просто двинулся вперед.

Словно я и впрямь не могу убежать или, к примеру, напасть на него сзади. Он был полностью уверен, что я пойду за ним несмотря ни на что!

Это пугало. Жутко пугало, честно говоря. Словно у меня нет ни малейшего шанса на спасение.

Кусая губы, я проследовала за мужчиной, нервно оглядываясь по сторонам, надеясь, что все же представится шанс сбежать. Окно какое-нибудь, к примеру. Обязательно сигану через него, тем более что мне не привыкать.

Однако пока коридор был совершенно пуст, а попадающиеся на пути двери – закрыты. Кто знает, куда они ведут? Может в еще одну клетку?..

Я ждала, что вот-вот мы поднимемся на этаж выше, окажемся в холле, где есть выход во двор. Но вместо этого дворецкий подвел меня к какой-то стене с металлическими дверьми, украшенными изображением некрогарпий и как ни странно – живых оссифлоров некрофагусов, а в народе просто некроцветов.

За последние сутки я встречала этих существ уже второй раз! Хотя прежде видела их лишь на страницах учебных некрономиконов. Однако если в переулке Ихордаррина куст был небольшой без голодных “завязей”, тут оказалось все иначе.

Сильное зрелое некро-растение возле металлических дверей раскинуло свои руки-листья, словно выжидая.

Эти страшные хищные твари, растущие на старых, измененных Тьмой могилах, могли быть разных цветов. Сейчас передо мной расстелились редчайшие белые. Громадные бутоны имели своей сердцевиной человеческий череп. Мясистые снежные лепестки пронизывали темно-багровые прожилки, словно цветок глотнул крови.

При нашем приближении несколько соцветий качнули головами. Их лепестки распахнулись шире, а кровавый череп внутри зашевелил челюстями.

Это было жутко. Тело начало будто каменеть от нежелания двигаться дальше.

– Неужели некроцветы жрут даже в-в-вампиров? – отрывисто спросила я, сделав шаг назад.

Черепа все еще щелкали, их темные глазницы, периодически вспыхивающие алым, как и положено нежити, клянусь, смотрели точно на меня.

– Конечно, – дворецкий бросил на меня через плечо взгляд, который мне совсем не понравился. – Но вам не стоит этого бояться. Пока.

С этими словами он протянул руку вперед, и тут же, цветы отшатнулись в разные стороны от нее.

Я нервно стиснула зубы. Сумеречное зрение, которое теперь функционировало словно бы само, безо всякого моего участия, подсказывало, что Тьма в воздухе пришла в движение, распространяясь от ладони дворецкого, словно тепло – от рук простого человека.

Некроцветы стали медлительнее, спокойнее. Лепестки прикрыли кровавые черепа, “головки” опустились, будто растения уснули.

– Цветики-скелетики! Это потрясающе, – ахнула я, даже шагнув поближе. Это было совершенно удивительно!

Получается, все, что мы проходили об этих цветах по некроботанике, было ложью! Считалось, что как-либо воздействовать на оссифлоры некрофагусы невозможно! Будто бы это все равно что пытаться убаюкать зомби или задобрить драугра. Чушь! Единственным решением при встрече с некроцветом было полное его уничтожение физическим или колдовским путем. Ну или цветочек просто вас сожрет.

Дворецкий хмыкнул, а затем таинственные металлические двери открылись и он просто втолкнул меня внутрь. Неприятно, я вам скажу! А еще вдруг стало ясно, что стоит мне проявить непокорность, как этот тип быстренько меня оттащит туда, куда нужно, несмотря на то, что он должен быть гораздо слабее меня.

Но не был.

Я вздохнула. По привычке. И поняла, что это совершенно не успокаивает. Да и в принципе никакого эффекта на мое тело не производит.

Вообще, если честно, все это казалось таким любопытным! Если отбросить факт, что мое становление вампиром – это крайне тоскливо и грустно, то оставался еще непочатый край для изучения и наблюдения! В ЦИАНиДе не было ни одного пособия по вампирам, что было бы написано самим вампиром. Кровососов изучали исключительно некроманты, и потому знания о них были в непростительно скудном состоянии.