Читать книгу "Безымянный горизонт. Книга 1"

Пикка улыбнулся еще шире, вновь обнажив скол на переднем зубе.

– В общем, чтобы напугать уураси, нам нужен ияклис, – буднично констатировал он.

Яснее не стало. Дарс посмотрел на него взглядом полным мольбы. И молодой пилас сжалился.

–Уураси это… толстая длинная веревка, – принялся объяснять он, стараясь тщательно проговаривать каждое слово и даже дублировать сказанное жестами. – Он ест много корней дьюриси и его фусс хорошо горит.

– Фусс? – это слово было Дарсу знакомо, но он никак не мог припомнить, что оно означало.

– Когда мы едим, – начал медленно объяснять Пикка, вновь охотно помогая себе жестами, – фусс выходит из нас через некоторое время…

– Точно!

Дарс вспомнил. Это слово часто фигурировало в ругательствах пиласов, в том числе и Укль никогда им не брезговал. Дерьмо. Они шли собирать чье-то дерьмо. Замечательно. В этот момент Дарс понял почему из его мешка так сильно воняло.

– Тебе понятны мои слова, чосса? – поинтересовался Пикка.

– Кажется да…

– Хо-ро-шо, – растягивая слога произнес он, продолжая скалиться в улыбке. – В общем мы сначала ловим ияклиса. Ты увидишь его.

Пикка очертил руками в воздухе что-то вроде шара.

– Он безвредный. Как Патас, – Пикка кивнул в сторону не высокого пиласа, – но шумный. Как Патас. Пока молчат они оба не доставляют проблем.

– Очень смешно! – огрызнулся Патас.

–В общем! – Пикка снова обратился к Дарсу. – С помощью ияклиса и его… – пилас раскрыл рот и подняв руки изобразил пантомиму «громкий крик», – мы выгоняем его из норы и собираем фусс. Ничего сложного.

Пикка замолчал и внимательно посмотрел на Дарса, пытаясь удостовериться, что тот понял его слова.

– И что никак иначе уураси не выгнать?

Удовлетворенный, Пикка расплылся в улыбке.

– Уураси нас почему-то не боится, – пояснил он. – Даже Патас для него не настолько громкий. Да и опасно это. В норе может напасть. Поэтому крайне важно сначала его оттуда выкурить!

Пикка замолчал, не спуская глаз с Дарса. Последний коротко кивнул, давая понять, что информация благополучно усвоена.

Лес тем временем продолжал меняться и эти перемены совсем не радовали Бардина. Он слушал Пикку в пол уха, продолжая машинально двигаться вперед, не спуская глаз с огромных уродливых корней, что кривыми щупальцами вырывались из земли, сплетаясь друг с другом в сложные формы. Деревья становились больше и массивнее, а окружающие звуки – тише. Лес замолкал, словно сам пугаясь тех перемен что происходили с ним.

Не смотря на крайне улыбчивого Пикку и, в целом, невозмутимо бредущих вперед пиласов, Дарс все никак не мог унять волнение. Этот лес все больше напоминал ему о произошедшей трагедии, едва не стоившей ему жизни. Ему казалось, что под каждым корнем его поджидали те самые жуткие твари, готовые напасть в любую секунду. И с каждым мгновением это напряжение нарастало.

В какой-то момент впереди идущие пиласы, вместе с Уклем, вдруг остановились. Пригнувшись, они стали внимательно что-то разглядывать вдалеке. Дарс беспокойно обернулся к Пикке

– Нашли, похоже, – спокойно пояснил тот.

– Если хочешь посмотреть, – сказал Укль быстро вернувшись к Дарсу – пойдем, но тихо. Ияклис не любит громкие звуки.

Дарс кивнул и осторожно проследовал за Уклем.

Икуль и Лусти сидели сейчас перед большими раскидистым кустом, с необычной формой веток и высматривали что-то за ним. Когда Укль с Дарсом подошли, один из пиласов обернулся и, бросив короткий взгляд, на Дарса, заговорил с тиссулой.

– Он там. В двадцати локтях. Можно ловить.

Укль, осторожно раздвинул кусты и посмотрел в сторону куда указывал пилас. Всеобщая увлеченность невольно захватила и Дарса, и он со сдержанным интересом выглянул из-за плеча тиссулы.

– Осторожно, – предупредил его Укль, – яд этих шипов не опасен для здоровья, но настроение на весь день испортит.

Дарс, практически вплотную прильнувший к тонким, свернутым в множественные спирали веткам этого кустистого растения, испуганно отпрянул.

– Чесаться и жечь будет до утра точно, – посмеиваясь добавил подошедший Пикка, – но жить будешь.

Осторожно отодвинувшись на безопасное расстояние от усыпанного крючковатыми колючками кустарника, Дарс продолжил свое наблюдение.

Его взору открылась небольшая прогалина, в центре которой располагалось то ли озеро то ли маленький пруд. Практически вся поверхность его была покрыта зеленой тиной, которая лишь изредка, в некоторых местах, зияла темно-синими проплешинами водной глади. Туман здесь стелился по самой поверхности, а уже буквально в полуметре над ней он словно растворялся, теряя плотность. Но совсем не к этому пруду сейчас было приковано внимание их маленького отряда.

На ближнем к ним берегу восседало любопытное существо. Ростом не более полуметра, с округлым, бесформенным телом и двумя парами коротких мощных лап с длинными кривыми пальцами, оно словно распласталось по покрытому мхом корню, что выныривал из земли буквально на полметра. Оценив его комплекцию и решив про себя, что ияклис едва ли сильно проворен, Дарс, без лишнего беспокойства, продолжил внимательно изучать этого удивительного представителя местной фауны.

Тело ияклиса медленно, размеренно надувалось, словно кожаные меха, распрямляя множественные складки, а затем, так же неспешно, сдувалось в гармошку, скукоживаясь и распластываясь по корню. Но самым удивительным в этом существе было большое количество отверстий в верхней части туловища. Когда существо делало вдох и расширялось, эти отверстия закрывались с помощью плотных круговых мышц-сфинктеров. А когда ияклис с протяжным свистом выдыхал, сфинктеры расслаблялись и через открытые отверстия можно было разглядеть темно-алую блестящую слизистую.

Дарс понятия не имел какую функцию выполняли эти отверстия и, главное, почему их было так много, но про себя окрестил их «ртами». Кстати, вполне возможно, что значение у них было как раз обратным. Хотя бы потому, что «рот», в привычном для Дарса понимании, у ияклиса и так присутствовал. На одной из сторон этого бесформенного тела зияло отверстие гораздо больших размеров, из которого при выдохе высовывался толстый шершавый язык. А прямо над ним, в месте, где по идее должны были располагаться глаза, из тела торчали два достаточно тонких стебелька с небольшими круглыми глазными яблоками на концах. Стебельки находились в постоянном движении и глазные яблоки, венчающие их раскачивались в разные стороны, когда ияклис делал свой очередной вдох. Светло-зеленые зрачки постоянно асинхронно двигались в разные стороны и, судя по всему, ияклис был способен охватывать взглядом все пространство вокруг себя.

Кожа существа имело темно-коричневую неравномерную, пятнистую раскраску, в верхней своей части, а книзу, к животу, она немного светлела и становилась более однотонной. Фактура у нее была бугристая, как у жабы, шершавая, с неравномерно разбросанными по ней наростами, похожими на бородавки.

– Он видит нас? – поинтересовался Дарс у Укля, не спуская глаз с ияклиса.

– Нет. Но подобраться к нему незамеченным непросто, – пояснил тот шепотом. Его громкий крик способен повредить уши. Особенно если окажешься поблизости.

Укль посмотрел на двух пиласов, что прятались за теми же кустами что и они.

– Начинайте, – негромко скомандовал он.

Дарс, с постепенно нарастающим интересом, стал ждать дальнейшего развития событий.

Лусти и Икуль друг за другом вытащили что-то из кармашков своих поясных сумок. Затем, почти синхронно, вставили эти предметы в свои слуховые проходы. Лусти взял в руки мешок, а Икуль уже держал в мохнатой лапе небольшую кривую корягу.

– А нам эти штуки не нужны? – спросил Дарс, указывая на импровизированные беруши.

– Мы достаточно далеко. Но если закричит – будет неприятно. Будь готов прикрыть уши.

Оставшиеся пиласы, казалось, полностью потеряли интерес к происходящему. Они расселись в траве, позади Дарса с Уклем, и очень тихо переговаривались о чем-то отвлеченном. Разворачивающиеся события, очевидно, были для них привычной обыденностью. Это немного успокоило Дарса, и он уже без лишних нервов продолжил наблюдать, выглядывая из-за кустов.

Пилас с палкой пригнувшись стал обходить кусты, за которыми они прятались, а Лусти у которого в руках был мешок начал свое движение в другую сторону, левее.

– Что они делают? – поинтересовался Дарс.

– Икуль постарается отвлечь ияклиса, – пояснил Укль, – а Лусти – поймать. Ияклис видит не очень далеко, но вблизи от него ничего не скроется. Потому надо действовать синхронно и быстро.

Дарс переводил взгляд с одного крадущегося пиласа на другого, не забывая следить и за ияклисом. Последний пока никак не реагировал на подбирающихся к нему охотников. Пиласы двигались очень тихо, прятались за большими растениями, похожими на папоротники, за корнями, ползком перебирались от одного укрытия к другому, не забывая при этом постоянно держать друг друга в поле зрения.

– Все хватит, – прошептал Укль, скорее для себя, ибо услышать его мог сейчас разве что находящийся рядом Дарс, – слишком близко…

Но пиласы, как будто действительно услышали его и остановились. Икуль поднял руку, сигнализируя о чем-то товарищу по другую сторону. Затем, слегка привстав, медленно замахнулся и резким движением бросил свою палку. Лусти же, в свою очередь, прячась буквально в нескольких метрах от ияклиса, внимательно следил за действиями товарища, держа в руках раскрытый мешок. Как только Икуль сделал замах, Лусти весь напрягся, приготовившись к рывку. Кривая коряга взмыла в воздух и по дуге пролетела мимо ияклиса, плюхнувшись в воду. Как только деревяшка коснулась зеленой тины, разогнав вокруг себя белую пелену тумана, Лусти рванул со своего места, держа перед собой раскрытый мешок. Ияклис отреагировал моментально. Он заметил корягу еще в воздухе. Оба его глазных яблока мгновенно развернулись в сторону летящей палки и не отрывали от нее взгляда, пока она не рухнула в воду. Как только это произошло все тело ияклиса молниеносно надулось и замерло в таком состоянии, не отрывая взгляда от потревоженной водной глади. В это самое время с противоположной стороны, Лусти несся к нему, держа мешок перед собой на практически вытянутых руках. И все было бы хорошо, но, когда до ияклиса оставалось буквально три-четыре метра, под ногами у Лусти что-то хрустнуло. В это же мгновение Дарс услышал, как раздосадовано выдохнул Укль. Но Бардин был настолько увлечен происходящим, что даже не посмотрел в его сторону. Ияклис отреагировал мгновенно. Один из его зрительных органов резко повернулся на звук и уставился прямо на Лусти. Другой же глаз продолжал смотреть на медленно покачивающуюся на волнах корягу. Даже отсюда Дарс услышал полное нечленораздельных ругательств восклицание пиласа.

За мгновение до того, как Лусти накинул на ияклиса мешок, тот молниеносно сдулся, разорвав окружающую тишину множественными звонкими, режущими слух звуками. Каждое отверстие в теле ияклиса в момент резкого выдоха приняло в этом участие как самодостаточный, уникальный инструмент. Произошло это хоть и быстро, но не совсем синхронно и от того создавалось впечатление, будто десяток музыкантов практически одновременно, но все равно немного вразнобой, резко выдохнули в свои духовые музыкальные инструменты.

Дарс, был настолько поглощен происходящим, что упустил момент, когда ияклис выдал свою асинхронную партию. Оглушающая какофония плотным звуковым потоком ударила по незащищённым барабанным перепонкам и Дарс хоть и находился далеко от источника звука, болезненно зажмурился. Трудно было представить, каково в этот момент было несчастному Лусти!

Но пилас мужественно выдержал звуковую атаку и одним движением набросил на уже заново надувающегося ияклиса мешок. Видно было, что Лусти находится в состоянии небольшого нокдауна и, наверное, вряд ли бы справился с шевелящейся тушей ияклиса, если бы ему на помощь не подскочил Икуль. Вдвоем они затолкали ияклиса внутрь и плотно перетянули мешок веревкой.

Когда все было закончено, Лусти без сил рухнул на землю. Взгляд его блуждал из стороны в сторону, а движения были немного рассеянными. Икуль стоял рядом, держа в руке шевелящийся мешок.

Укль выпрямился и, недовольно покачивая головой, двинулся в сторону пиласов.

Дарс не шевелился, продолжая изо всех сил сжимать ладонями уши, ожидая что ияклис может повторить свой недавний концерт.

Справа в поле зрения Дарса появился Пикка. Неуверенно разжав ладони, Дарс посмотрел в его сторону.

– В мешке он не сможет кричать, – услышал он его слова, – для крика ему нужен воздух.

С этими словами молодой пилас двинулся следом за Уклем. В руках он держал какую-то плотную сеть, которая волочилась за ним по мху.

Дарс немного помедлил, а затем все же последовал за ними, осторожно подойдя к шевелящемуся мешку в руках у Икуля.

Укль с Пиккой между тем помогли Икулю плотно затянуть веревку на мешке с добычей и тут же накинули на него сеть.

– А он там не задохнется? – полюбопытствовал Дарс, опасливо поглядывая на шевелящийся мешок.

– Не переживай за него, – объяснил Укль, наматывая сеть и дергая за нее, проверяя прочность, – он ослабнет, от недостатка воздуха, но не умрет.

Лусти, наконец, пришел в себя и сел, вытаскивая из ушей беруши.

– Грязный фусс! Великая Валиса Маль! Священная мальса! – выкрикнул он громко, растирая голову и ударяя себя по ушам открытыми ладонями.

– Под ноги смотреть надо, – бросил ему Икуль, помогающий Уклю с сетью.

– Что?! – переспросил Лусти. – Громче говори!

– Ты двигаешься как удрасуль, – ответил за него Пикка, – и такой же ловкий.

Судя по всему, Пикку тот услышал, и болезненно скривившись махнул в его сторону рукой.

– Лусти, ты сможешь тащить сеть? – поинтересовался Укль, закончив наматывать на мешок сеть.

– Что? – пилас развернул ухо в его сторону.

– Ладно, Пикка, поможешь Икулю? – Укль повернулся к улыбающемуся пиласу.

Улыбка, все это время блуждавшая на его лице сразу испарилась.

– Ну, если ты просишь, – ответил он, без особого энтузиазма.

Икуль с Пиккой схватили сеть с замотанным в нее мешком и поволокли наконец окончательно притихшего ияклиса обратно к остальными пиласам. Дарс последовал за ними.

– Расскажи, как там в… – Икуль на мгновение замолчал, словно засомневался стоит ли продолжать, а затем продолжил, сильно понизив голос, – как там у Валиса Маль?

Они шли через лес уже около часа. Пикка с Икулем тащили за собой сеть с ияклисом, а Дарс пристроившись рядом, то и дело оборачивался, поглядывая на попискивающее в мешке существо.

Услышав вопрос Икуля, Бардин сразу вспомнил просьбу Укля.

– Я тогда был… в не самом лучшем состоянии, мало что помню… – уклончиво ответил он.

– Понимаю… – поспешно кивнул Икуль, – но ты… слышал что-нибудь? Видел? Неужели совсем ничего?

– Я видел… много света. А потом я потерял сознание. Очнулся уже на дереве, в Аккибусе.

– И что… совсем ничего?.. – немного разочарованно спросил Икуль.

– Ну… да…

Икуль вздохнул, но больше ничего не сказал. Он отвернулся от Дарса и дальше шел молча, глядя прямо перед собой. Было отчетливо заметно что его что-то беспокоило.

– Здесь многих интересует этот вопрос, чосса, – сказал вдруг Пикка негромко. – Ты не плохо освоил наш язык, готовься к тому, что задавать тебе его будут часто. И не по одному разу.

– Зачем? Я же ответил на него, я ничего особенного не видел.

– Не все могут доверять словам. Особенно того, кто упал с неба, – Пикка опять слегка улыбнулся, глядя прямо перед собой.

– А ты значит можешь?

– Я разве это сказал?..

– Верно, – хмыкнул Дарс, – не сказал…

Они немного помолчали.

– Мне бы кто на мои вопросы ответил… – наконец произнес Дарс, пнув какую-то сухую корягу.

– Ты упал с неба, – снова повторил Пикка, – не нам отвечать на твои вопросы.

– А кому тогда?

– Не знаю… – искренне пожал плечами Пикка, – мир большой. Может где-то, кто-то… я-то сам нигде кроме иссулы не был.

– А кто-нибудь был?

– Нет, зачем…

– Нам и здесь хорошо, – добавил Икуль, – Валиса Маль охраняет нас, а мы – ее.

– Вот, видишь, – усмехнулся Пикка, но Дарсу показалось что голос его был немного грустным, – зачем нам куда-то идти?

– Ну просто из любопытства… хотя бы.

– Любопытство вуса, всегда приводит их в живот тумаласа, – назидательно заметил Икуль.

– И это правда, – снова грустно вздохнул Пикка.

– Но бывают и обратные примеры… – не сдавался Дарс.

– Они не для нас, чосса.

Дарс ничего не ответил. В этот момент впереди раздался голос Укля.

– Дарс, подойди…

Бардин с охотой направился к тиссуле.

– Ну что, как твое здоровье? – Укль мягко коснулся плеча Дарса. – Ничего не болит?

– Нет, все нормально…

– Выглядишь немного уставшим и взволнованным.

– Да нет… ну я немного проголодался…

– Понимаю. Забыл тебя предупредить. Мы все тут голодны. Это необходимо. Как придем на место ты будешь рад что не поел.

– Еще мне кажется мы углубляемся в чащу…

–Не переживай, урсы здесь не водятся. Урсы гораздо дальше, ближе к Валиса Маль. Там гораздо более плотная мальса.

– Это… успокаивает, – усмехнулся Бардин, действительно почувствовав облегчение.

– Но за-то мы вполне можем встретить тумаласа, – тут же добавил Укль с улыбкой, – если ты вдруг соскучился. Изредка они забредают и в эту часть иссулы.

Дарсу было не очень весело, но эту, не совсем изящную попытку Укля пошутить, он оценил.

Позади звонко пискнул ияклис.

– Эй, ну поосторожнее там, – обернулся Укль, – хотите чтобы он сдох раньше времени?

Икуль с Пиккой действительно тащили ияклиса не очень аккуратно. Местность становилась все более труднопроходимой, множество оврагов, промоин, торчащих из земли огромных корней. Все эти препятствия необходимо было преодолевать и с ияклисом никто особо не церемонился. Если перед пиласами возникала какая-нибудь преграда, либо крутой спуск, обойти который не представлялось возможным, то животину банально скидывали вниз, а затем уже спускались следом сами. В такие моменты он издавал такие жалобные всхлипы, что Дарсу становилось его даже немного жаль.

Пока они шли Дарс периодически посматривал и на Рутса. Престарелый пилас двигался немного в стороне от остальных, практически ни с кем не общался и вообще выглядел слишком отчужденным. Когда остальные пиласы нет-нет да бросали на Дарса косые взгляды, то Рутса, казалось, был совершенно к нему равнодушен и шел, разглядывая лишь носки своих вуск. Рутса был стар и Дарс невольно задавался справедливым вопросом, что делал он в этом отряде. Глядя на его сгорбленную фигуру и немного нервную, старческую походку, Дарс повернул голову к Уклю, но задать свой вопрос не успел. В его ноздри неожиданно ударил очень странный неприятный запах, который разом разрушил весь ход его мыслей. Легкий порыв ветра принес этот запах откуда-то спереди, как будто со стороны огромной мусорной свалки.

– Почуял, да? – поинтересовался Укль, заметив сосредоточенное лицо принюхивающегося Дарса. – Уураси уже близко.

– Они точно безопасны? – брезгливо морщась, спросил Дарс.

С каждым новым шагом этот изысканный амбре становился все более плотным и осязаемым.

– Они совсем не безопасны, но тебя никто не заставляет лезть в нору. Это не твоя забота. К тому же на поверхности они выбираются редко, обычно только во время Араси Уана, потому что вода подтопляет их норы.

Дарс тут же отыскал глазами маленького пиласа по имени Патас, вспомнив что в нору придется лезть как раз ему. Тот шел немного правее, совершенно невозмутимо шлепая своими вусками по корням. Никакого страха или напряжения на лице. Ни запах, ни будущая операция его как будто совсем не волновали.

К стойкому зловонию, постепенно стал примешивать еще один запах. Причем крайне знакомый Дарсу, то ли бензина, то ли какого-то горючего. Смешиваясь с запахом дерьма, получалась воистину ядерная, постепенно выжигающая обонятельные рецепторы, смесь.

Местность тоже изменилась. Дарс все чаще стал замечать относительно невысокие деревья, сильно отличавшиеся от своих собратьев-великанов, что высились на десятки и даже сотни метров над головой. Кора их имела отличную от остальных фактуру, более темного цвета, а листва какой-то необычной геометрической формы, напоминавшей шестиугольник с тремя отверстиями в середине. Именно на одном из таких деревьев Дарс провел свою первую ночь в этом лесу, наслаждаясь столь манящим его запахом бензина.

Но самым странным было то, что многие из этих деревьев были словно выкорчеваны из земли, явив свету ветвистую паутину собственных корней. Выглядело все это невероятно драматично, как будто неведомая сила пронеслась по лесу, обрушив на него всю свою мощь.

– Это дьюриси, – пояснил Укль, указывая рукой вперед, – обрати внимание на их корни.

И тут Дарс, наконец, понял, что на самом деле послужило причиной всего этого хаоса и разрухи. Корни деревьев дьюриси выглядели серьезно поврежденными и как будто обглоданными гигантскими бобрами или термитами. Сильно истончившись, они ломались, отчего деревья, не выдерживая собственного веса, падали на землю и гибли.

– Уураси. Это их работа, – пояснил Укль.

Практически все упавшие деревья, что первое время попадались на пути Дарса, выглядели старыми, прогнившими и в их трухлявой коре копошилась разнообразная живность. Некоторые из этих насекомых, поедавших гнилую древесину, достигали поистине внушительных размеров. Большинство стволов целиком были изъедены изнутри, а некоторые так вовсе давно развалились на части, оставив после себя лишь какую-то темную дурно пахнущую субстанцию.

Зрелище вокруг было удручающим. Но больше всего Дарса беспокоил не сам вид гигантских трухлявых стволов, а обилие этой самой живности, собравшейся на этом пиршестве гниения.

– Тут множество старых тоннелей, нор, размытых дождем, – продолжил Укль. – Иногда норы размываются не полностью и возможно образование полостей. Если в такую провалишься – вытащить будет не просто. В общем повнимательнее.

В основном, в стволах погибших деревьев копошились уже знакомые Дарсу насекомые. Местная разновидность «термитов», большие, с фалангу пальца, которые не единожды подавались к столу и с которых, собственно, и началось знакомство Дарса с особенностями кулинарии лесного народа. Эту живность Дарс не боялся.

Но были в этой части Иссулы и другие твари, гораздо более крупные, с челюстями, вполне способными причинить вред. Беспорядочно кружа над головами путников, с неприятным жужжанием перелетая с одного места на другое, они вызывали у Дарса чувство стойкого беспокойства. Каждый раз слыша над собой этот звук, он инстинктивно втягивал шею и пригибался, чем знатно веселил окружавших его пиласов. Поглядывая в его сторону, они беспечно веселились. Громче всех хохотал Патас. Как в его маленьких легких умещалось столько воздуха Дарсу было явно невдомек.

– Эй, чосса! – окликнул он Дарса. – Расслабься и смотри под ноги, а не вверх! Наверху угрозы нет.

– Послушай его, – утвердительно сказал шедший рядом Укль, – иди спокойно, смотри вперед и вниз. Эти, – он поднял руку, указывая на крылатых насекомых, носящихся над ними, – просто летают. Они не опасны. Им нужен только старый фусс. Ты им неинтересен.

Дарс кивнул, но полностью расслабиться не получалось, как он не старался. Насекомые эти напоминали огромных навозных мух с зеленовато-синим брюшком и длинным хоботком, чуть ниже массивных овальных глаз. Тело их было покрыто редким, коротким мехом, в области груди. Брюшко же было абсолютно голым и блестящим. Их внушительные, прозрачные крылышки издавали отвратительное жужжание, а восемь кривых лапок, поделенных на три или четыре фаланги, беспомощно болтались из стороны в сторону во время их беспорядочного движения в воздухе.

Так они прошли еще некоторое время, медленно обходя огромные поваленные деревья, либо перебираясь через них там, где позволяла ситуация. Несколько раз им встречались большие ямы с неровными краями, в которых плотной массой копошились зелено-брюхие «мухи», подергивая сложенными крылышками и длинными хоботками поедая что-то на дне.

В этой, полной зловония части иссулы, Дарс наконец понял, о чем ранее говорил Укль. Борясь с подступающими приступами тошноты Бардин с благодарностью смотрел на тиссулу, радуясь, что его желудок был сейчас пуст.

Вскоре их мучения, наконец, закончились. Особо зловонную часть леса они миновали. Гниющих деревьев дьюриси стало меньше, почти пропали и эти отвратительные ямы с застарелым фуссом. Воняло, конечно, по-прежнему знатно, но градус заметно снизился. Поваленных деревьев почти не осталось, а те, что попадались на глаза, упали, по всей видимости, совсем недавно. Признаков гниения на стволах Дарс не замечал, как и отвратительных мух, термитов и прочей гадости. Живность, разумеется, была, но уже не в таком огромном количестве.

Но теперь Дарс стал ощущать нечто другое: какую-то странную вибрацию. Не постоянно, с небольшими интервалами, землю под ногами слегка потряхивало. Со временем к этой вибрации присоединился непонятный гул, шедший откуда-то из-под земли.

Довольно быстро Дарс обратил внимание, что одно из невысоких деревьев-дьюриси впереди как-то странно вздрагивало, изредка осыпая землю сухой листвой и ветками. И постепенно таких деревьев становилось все больше и больше, как будто кто-то или что-то расшатывало их. Но никого не было. Ни в высоких кронах, ни у самого ствола. Деревья тряслись сами по себе, без какого-либо постороннего вмешательства.

Что-то странное происходило с лесом.

Дарс покосился на Укля.

– Корни грызут, – просто сказал тот.

Укль остановился и стал внимательно осматриваться.

– Стойте! – наконец, окликнул он идущих впереди.

Их небольшая группа встала, и обернулась к своему тиссуле. Лусти с Иякулем и Пиккой тут же отпустили сеть. Первые двое тут же сели на землю, а Пикка остался стоять. С виду, он совершенно не выглядел уставшим.

– Давайте искать, – предложил Укль и повернулся к Дарсу. – Как ты? Устал? С нами пойдешь, или останешься здесь?

– Посторожишь пока ияклиса, – усмехнулся Пикка, кивая на притихшее в мешке существо. – Если попытается взбрыкнуть – пнешь посильнее…

– Я пожалуй с вами, – быстро ответил Дарс.

Оставаться в одиночестве в этом лесу ему совсем не хотелось.

– Тогда держись ближе ко мне, – быстро сказал Укль. – Все, вперед, поживее.

И все пиласы тут же рассыпались в разные стороны, начав прочесывая территорию.

– Что именно мы ищем? – поинтересовался Дарс, следующий за Уклем. – Норы уураси?

– Их, – утвердительно ответил тот, – судя по всему их тут не меньше трех. Но нам хватит и одного. Желательно, чтобы норы не находились близко друг от друга. Одного уураси ияклис напугает, но второго лишь привлечет. В общем, нужна одинокая нора. Смотри под ноги, будь внимателен, далеко от меня не отходи.

Дарс так-то и не собирался лезть вперед. Он шел за Уклем, практически наступая след в след, внимательно наблюдая за каждым его движением.

– А почему ияклис не может напугать второго уураси? – спросил он.

– Может. Просто его там не будет. Когда приползет другой уураси там будем мы – собирать фусс. Ты же не хочешь встретить любопытного уураси?

– Упаси Господь…

– Что?

– Не хочу конечно.

Дарс хотел обратно в Аккибус. Высоко на ветви, в свое маленькое уютное жилище. Чтобы Низза принесла ему чашку мерзких насекомых и он, уплетая их за обе щеки, предавался бы томной неге.

– А почему вы просто не используете сами корни для растопки? – поинтересовался после паузы Дарс. – Зачем вам именно фусс?

– Это не совсем удобно, – ответил Укль, – корней надо очень много чтобы хватило на время Араси Уана. А вокасса, добываемая нами из фусса горит лучше и требуется ее меньше. Мы обмазываем ею дрова и даже если они намокнут, все равно гораздо дольше дают нам тепло…

– Нашел! – раздался чей-то голос.

Тут же со всех сторон послышались одобрительные возгласы других пиласов.

– Пойдем, – Укль повернулся и быстро направился в ту сторону, откуда раздался голос.

Несколько пиласов стояли сейчас перед невысоким, покатым склоном, в котором красовалось округлое отверстие приличных размеров, уходившее под землю под небольшим углом. Диаметр норы был около метра и, по всей видимости, тоннель шел в сторону одного из деревьев дьюриси впереди. Растительность, на участке земли, ведущей к этой норе, была примята, образуя длинный след. Словно что-то ползло по ее поверхности прежде, чем решило вгрызться в землю и прокопать этот длинный тоннель. Уураси, судя по звукам и вибрации, прямо сейчас был под одним из тех деревьев дьюрисси впереди, поедая его корни.

Все пиласы, за исключением Лусти с Иякулем, столпились возле норы, из которой несло смрадом и запахом бензина. Изнутри доносился какой-то хруст и непонятная возня.

– Место хорошее, – заключил Укль, осмотревшись, – других нор рядом вроде не видно… кто-нибудь видел другие норы?!

Укль осмотрел собравшихся. Никто ему не ответил.

– Патас, друг мой… – Укль повернулся к невысокому пиласу, – твой выход, ты наш герой!

Судя по выражению лица маленького пиласа, бремя геройства не было ему в радость. Патас тяжело вздохнул и пригнувшись прошел вперед, внимательно рассматривая что-то в норе. Из-за невысокого роста дреды его казались длиннее, чем у остальных и практически касались сейчас земли, пока он, согнувшись, подбирался к отверстию в земле.

– Хорошая нора, широкая, – бросил один из пиласов, – даже Пикка туда бы залез!

– Ну так пусть он и лезет тогда, – звонко пробурчал Патас, прикрывая широкие ноздри рукой.

Несло оттуда и правда знатно.

– Я же застряну, – с сожалением в голосе констатировал Пикка, – и от этого никому не будет пользы.

Сожаление его определенно было наигранным.

В этот момент из кустов позади их группы появились Лусти с Иякулем, затаскивая вперед сеть с ияклисом.

– Опять начал дергаться, – недовольно сказал Лусти указывая на шевелящийся мешок, – чует что-то.

– Да от шума он занервничал, – пояснил Икуль, – иногда они чуят уураси.

Патас, наконец закончил исследование норы и, выпрямившись, вернулся к пиласам. Он на секунду замер перед ними, словно задумавшись, ловя на себе взгляды остальных пиласов, а затем достал из своего небольшого мешка, висевшего на поясе, плотную повязку и замотал ею нижнюю часть лица. По всей видимости она представляла собой некую защиту от мерзкой вони. Выглядела повязка старой, потертой, и походила на многослойный высушенный лист, с множеством тонких волокон, которые образовывали плотную сетку, как у медицинской марли. И Дарс, внимательно рассматривая ее, очень сильно сомневался в ее эффективности.

– Ну что, давайте ияклиса! – наконец, как обычно громко, и, с весьма заметным налетом важности, произнес он.

Лусти с Иякулем освободили мешок от сети и передали его Патасу. Ияклис снова притих и маленький пилас, схватив обеими руками за горловину, потащил мешок с животиной к норе.