Читать книгу "Эскорт для золушки"

Я указал пальцем на «мальчика-модель», как раз перекладывающего снимки в портфолио. И хотя я не спец, но от молодого человека за версту веяло голубизной.

Видела это и Ирина.

– Хгм… он мне по типажу не подходит, – выдохнула она и, набрав в грудь воздуха, размашисто подписала последнюю страницу договора.

– Все листы, – улыбнулся я, и когда все было закончено, один экземпляр вручил своей «хозяйке», второй себе, а третий оставил бармену, чтобы тот передал Оксане.

– Итак, дело сделано! – повернувшись к Ирине, произнес я. – Что дальше? Куда поедем? К тебе? Или ко мне, дорогая?

Я многозначительно поиграл бровями, замечая, как густо краснеет клиентка. Прелесть же.

И все же она ответила:

– Ко мне. В Москву. Мы должны успеть на «Сапсан».

Глава 2

Перед «Сапсаном» мы на такси заехали в гостиницу и забрали большой кожаный чемодан с его вещами, после чего и отправились по моей нужде. Изображать любовь в Москву.

К сожалению, стоило нам оказаться в поезде, я уснула и проснулась перед самым приездом. Сказывались переживания последних часов. Поэтому разговор с Русланом был очень коротким и узнать его получше почти не удалось.

Выяснилось немногое: ему тридцать два, не женат, последние пять лет жил в Японии и прилетел к Оксане Владимировне как раз перед моим появлением. Когда начала спрашивать про страну восходящего солнца, Руслан стал подолгу молчать, и я сделала единственно верный вывод: некая клиентка разбила его сердце!

Даже картинка перед глазами встала: он и маленькая изящная японка, которая говорит: «Все кончено, Руслан-сан, мне пора двигаться дальше и идти замуж. Я расторгаю контракт».

Аж слезы на глаза навернулись: мне ли не знать, как тяжело любить кого-то недоступного?

Руслан выглядел спокойным и уверенным в себе, умело скрывая сердечную травму.

Мы прибыли на Ленинградский вокзал спустя четыре часа! Из которых больше трех я спала…

В итоге почти вся пятница ушла на поиск и наем мужчины, но я все-таки успела! Я смогла!

Мое сердце пело!

Или… стоп! Это пел мой мобильник из сумки. Остановившись, присмотрелась к надписи на вызове – звонок от Евгения Петровича.

– Что такое? – спросил честно добытый мной красавчик из Питера.

– Мне звонят, – шепнула я, прикладывая палец к губам, чтобы он умолк. – Начальник. Погоди минутку. Алло!

– Ирочка! – обрадовался Евгений Петрович. – Я знаю, что отпустил тебя на весь день. Спросонья. Но мы тут, мягко говоря, не справляемся. Ты могла бы подъехать? Как там твой салон красоты?

Я покосилась на собственное отражение в стеклянной витрине. Вроде ничего так выгляжу, только прическа немного вбок накренилась.

– Осталось еще к парикмахеру сходить, – ответила я, – и все. Но, боюсь, я уже не успею на работу сегодня. У вас же там Лена…

– Ирочка, не бросай нас! – взмолился шеф. – Ты нам и со старой прической нравишься, только приезжай. Давай машину пришлю, если надо! Отчеты горят! И… пригласительные ждут тебя. Ты ведь помнишь про вечеринку?

Я посмотрела на Руслана.

Он выглядел странно. Неуместно, что ли. Слишком чужеродно среди снующего вокруг народа, бегущего к метро Комсомольская. В «Сапсане», к слову, было то же самое. Статный, в сшитом идеально по фигуре костюме, с веселым интересом рассматривающий меня и окружение, Руслан загадочно улыбался то своим мыслям, то другим пассажирам, и те начинали улыбаться в ответ, как зачарованные.

Была в нем некая магическая способность притягивать взгляды.

Не зря я ему такие деньги плачу!

Вот и теперь он усмехнулся длинноногой девице с поясом вместо юбки, и та притормозила свой бег из метро к вокзалу, томно затрепетав ресницами.

– Ирочка, – напомнил про себя Евгений Петрович.

– Я не могу сейчас! – неожиданно даже для себя выдала я, при этом встав между девицей и арендованным на две недели Русланом. – Вы мне дали отгул на весь день! Первый раз за время работы, между прочим. Пригласительные возьмите, пожалуйста, завтра с собой, а адрес я знаю сама. Мы с моим молодым человеком приедем на его автомобиле, там и встретимся! У него «фольксваген»!

– Э-эм… – глубокомысленно выдал Евгений Петрович. – Ты как будто не в духе, Ира. Что-то случилось?

– У меня свидание с Русланом, – придумывала на ходу я. – И сейчас он страшно злится, ведь я обещала ему время наедине.

Покосившись на предмет обсуждения, заметила, как он поднял вверх большой палец, и принялась врать с еще большим воодушевлением:

– Он забрал меня из спа-салона и грозил поругаться, если хоть слово услышит о моей работе!

– Вот как, – Евгений Петрович засмеялся, – так и сказал?

Я облизнула пересохшие губы и посмотрела на Руслана, помахав правой рукой. Он склонил голову набок, не понимая, чего я хочу. Фыркнув, я прикрыла трубку рукой и, встав на цыпочки, шепнула ему в ухо:

– Порычи уже. Чтоб шеф поверил, что ты ревнуешь.

Брови Руслана взмыли, а сам он… покачал головой, после чего отнял у меня трубку и проговорил своим низким, волнующим голосом:

– Евгений? Да. И вам того же. Вы знаете, я забронировал столик в ресторане и хотел подарить Ирочке незабываемый вечер. Я знаю, что вы и сами устраиваете их для нее, закидывая ворохом бумаг и отчетов, но сегодня – насколько понял – у моей девочки полноценный выходной. Вы ведь дали слово, верно? Отлично. Тогда всего доброго. И вам.

Руслан отключился первым и передал мне телефон, после чего подмигнул мне и пояснил:

– Ирина, запомни, уверенный в себе мужчина никогда не станет ревновать свою женщину. И рычать по этому поводу тоже не станет. И кстати, есть еще один важный, можно сказать, животрепещущий вопрос, почему «фольксваген»?

– Хорошая марка, – пожала плечами я. – И арендовать можно недорого.

Руслан будто хотел что-то сказать, но передумал. Кивнул и, взглянув на двери метро, предложил:

– Поехали дальше? – И, помолчав пару секунд, добавил глубокомысленно: – Сказал бы мне кто с утра, где я буду к вечеру… Вот уж верно говорят: когда ты рассуждаешь о завтрашнем дне, крысы на чердаке смеются.

– Какие крысы? – не поняла я.

– О, это японская пословица… не бери в голову, Ирина. Я уже предвкушаю встречу с новым домом! Сколько у тебя комнат?

– Ты что, жить у меня планируешь? – встрепенулась я.

– Конечно. – Руслан взял меня за руку и сам повел к метро, договаривая: – Но если ты против – арендуй мне квартиру на две недели. Меньше всего я хочу тебя смущать.

Я быстро переставляла ноги и медленно, едва шевеля мозгами, думала о только что услышанном… Квартирка в Москве на две недели могла встать мне в еще один кредит!

– У меня две комнаты, – ответила тихо, обреченно вздохнув. – Ну или полторы. Одна из них совсем крошечная. Но диван там есть, ты меня не смутишь.

– О, здорово! – Руслан улыбнулся и протянул ко мне пустую ладонь.

Я опасливо на нее посмотрела, не понимая, чего он хочет.

– Еще какая-то японская мудрость? – предположила наконец, переживая, что разбередила его сердечную рану. – Предлагаешь мне открыться тебе?

– Ирочка, – ласково проговорил он, все так же улыбаясь, – открыться тоже не помешает, но сначала дай денег на оплату проезда. Насколько понимаю, в Москве метро, как и в Питере, платное.

Я охнула, покраснела и полезла в сумочку за проездным. Надо же было так сглупить! Конечно, ему нужны деньги… Интересно, много ли он ест и протяну ли я с ним рядом две недели?!

* * *

Руслан

Все же воображение меня подвело, когда я представлял, где именно живет Ирина: видел приличную квартиру, в скандинавском стиле, возможно небольшую – две-три комнаты.

Но когда мы приехали в «очень спальный» район Бирюлево, мои представления пошатнулись.

Выяснилось, что Гулька снимала двушку, видавшую еще Хрущева, и выглядел этот дом так, будто в нем умер не один десяток старых бабушек.

Казалось, я даже слышу их запах уже при входе в подъезд.

Запах кошек и бабушек.

Когда же Ирина открыла длинным ключом старенькую обшарпанную дверь, я был готов схватиться за сердце и получить инфаркт. И это в мои тридцать с хвостиком.

Такие квартирки я даже в свои студенческие годы не посещал…

Радовало, что внутри прибрано, чисто, с едва заметным запахом либо парфюма для дома, либо аромасвечей. Вот тут я немного успокоился, потому что перспектива пребывать две недели в клоповнике меня ужаснула.

– Вот тут туалет, ванна, – инструктировала Ирина, явно испытывая неловкость, когда показывала мне старый кафельный санузел с попытками неумелого ремонта и, будто оправдываясь, добавляла: – Хозяин, который сдает мне квартиру, против изменений. Так бы я уже давно…

– Переехала? – предложил вариант я.

И Ирина замотала головой, раздаваясь тирадой, что тут удобно, метро рядом, и хотя она может себе позволить лучшее жилье, к этому у нее душа прикипела.

Врушка!

Я чуял ее фальшь за версту, но винить не мог.

Одно мне было непонятно: почему свои деньги, которые она явно хранила где-то в чулке, решила потратить на эскорт, а не на что-то полезное. Неужели ее и вправду так довели на работе, что Ирина решила гульнуть две недели на последние сбережения?!

Это с моей мужской логикой не вязалось никак.

Так мы добрались до кухни.

Советские шкафчики, газовая плита и пожелтевший от времени холодильник «Саратов». Мать моя.

Еще мгновение и был готов сам предложить Гульке денег и признаться, что ни фига я не из службы эскорта, но ей, так и быть, по доброте душевной помогу. Только она сама все испортила:

– Если вы решили, что я убогая, раз так живу, – пафосно вскинув нос по ветру, заявила она, – то вы ошибаетесь. Мне хватает денег на ваши услуги, так что ни в чем себе не отказывайте.

– Серьезно? – Я вздернул левую бровь, ради интереса заглядывая в один из шкафчиков на предмет – не найдется ли там чего съестного.

Будто в противовес ее словам, дверца шкафчика жалобно скрипнула и со скрежетом повисла на одной петле. Я едва успел ее поймать, прежде чем она грохнулась бы мне на ногу.

– Эй! Вы что творите! – мгновенно потеряла выдержку Ирина. – Хозяин квартиры меня прибьет, если узнает, что я сломала мебель. Немедленно чините!

И от ее вредного тона мне вновь захотелось играть свою роль дальше. Ну ладно, хочешь держать хорошую мину при плохой игре, Гулька? Пожалуйста.

– Я? Чинить? – изумился. – Вы меня с кем-то спутали. Услуги «муж на час» не входят в мои обязанности.

– Что значит не входят? – вспылила она. – Да за двести пятьдесят тысяч вы тут все должны перечинить.

Я равнодушно пожал плечами.

– Я вообще никому ничего не должен. А денег ваших пока в глаза не видел, да и не умею я ничего чинить. – Сделав шаг навстречу запыхавшейся Гульке, сграбастал ее в объятия и подмигнул. – Зато умею кое-что другое.

Ирина вспыхнула подобно спичке, глаза округлились, а сама она захапала ртом воздух подобно рыбке. Трепыхнулась в моих руках, как бабочка в паутине, просипев: «Пустите»… и с тихим писком сбежала в другую комнату.

Моя провокация удалась, ничего другого от нее я и не ожидал.

Ее не было минут пять, за это время я с опаской, но освоил другие части кухни. В холодильнике мышь повесилась, и кроме забродившего компота и куска пирога я там ничего не нашел. Зато отыскал яблоки.

Обычную русскую антоновку.

Мать моя, уже лет пять не ел.

Не утруждая себя даже на мытье под краном, бесцеремонно обтер бок яблока о дорогущий дизайнерский костюм и смачно откусил.

– А-а-а-а… божественно, – простонал вслух, закатывая к потолку глаза.

Честно, это было волшебно. Вкус обычного яблока сейчас пришелся куда круче любого заморского деликатеса, которые я мог есть на завтрак, обед и ужин.

– Кхе… кхе, – раздалось от двери.

Я приоткрыл один глаз, второй. Жевать перестал.

На пороге вновь стояла Ирина, пялилась на меня, и в руке ее была длиннющая отвертка.

Я нервно сглотнул.

– Только, чур, не убивать! – произнес я, когда она все же отлипла от дверного косяка и сделала шаг на кухню.

Только пошла не ко мне, а прикручивать злосчастную оторванную дверцу.

Целую минуту я с офигевшим лицом наблюдал за тем, как русская женщина чинит шкаф.

За это время от яблока остался только огрызок, а я, будто заедая свое внутреннее унижение как мужчины, съел еще два. Ладно, так и быть, когда все это закончится, я верну Гульке все деньги и оплачу новую кухню. Кем бы там ни был хозяин этой бобровой хатки – сомневаюсь, что он будет против.

* * *

Ирина

Руслан был не похож на человека, которого морили голодом, но когда он ел яблоки – эту кислющую антоновку, которую притащила соседка сверху в качестве компенсации за то, что залила меня, у меня аж язык в трубочку скрутился.

Руслан же ел их с плохо прикрытым удовольствием, даже глаза закатывал.

Неужели в Японии было все так плохо с нормальной едой?

От жалости даже мелькнула мысль налепить мужчине пельменей. Настоящих русских, с говядинкой.

Но потом, пока я крутила злосчастную дверцу, а он стоял и смотрел, эта благая мысль улетучилась в никуда.

Поэтому, когда я закончила, была злой как оса, и ни капли не склонна к дальнейшему гостеприимству. В конце концов, я же ему плачу, а не он мне. Это работа Руслана – вокруг меня прыгать и все такое.

– Спать будете на диване, – громко и сурово произнесла я. – Подушку и одеяло я вынесу. В мою спальню входить запрещено.

После этих слов гордо удалилась рыться в вещевом шкафу.

К сожалению, гостей у меня не бывало.

С ужасом осознав, что эскортник – вообще первый человек, которого я привела в свою берлогу, я обнаружила, что с лишним комплектом подушка-одеяло тоже не задалось. В итоге я все же нашла покрывало и декоративную игрушку – акулу из IKEA, которая при особой доле креатива вполне могла бы стать удобной лежанкой для головы.

Ну, хоть с простынями проблем не встало – застелив диван для своего «парня», я пожелала ему спокойной ночи и гордо удалилась в свою спальню – голодная, так не покормив ни себя, ни его.

Дверь решила на всякий случай запереть.

Мало ли чего.

По сути незнакомый мужчина в квартире меня пугал, а еще его эта выходка с объятиями.

Вдруг он решит до меня домогаться, что я тогда стану делать?

Накрутив себя на нервной почве, я долго возилась со стареньким дверным замком, который, будто назло, не защелкивался.

В итоге пришлось подпереть дверь стулом.

Так было спокойнее.

Только после этого я легла в кровать и, мечтая о том, как завтра произведу фурор на вечеринке – в своем лучшем платье, да еще с таким шикарным мужчиной, – уснула.

Всю ночь мне снилась Ленка, которая буквально шею свернула, заглядываясь на моего Руслана.

* * *

Руслан

Я не мог спать.

От дивана шел странный запах, а его пружины вообще жили отдельной жизнью, впиваясь мне в самые непредсказуемые части тела.

Часа в три ночи я поднялся, поняв однозначно: из этой квартиры надо валить. Тогда-то и пришлось звонить Артему – риелтору, больше трех лет сдающему мою пятикомнатную хату внаем. Я купил ее на этапе строительства, решив вложить бабки. Вдруг пригодится когда-нибудь на черный день? И вот он настал!

– Да, – хрипло ответили спустя три гудка. – Что случилось, Руслан Сергеевич?

Вежливость Артема, не пославшего меня к черту в три ночи, объяснялась просто: я всегда хорошо платил.

– Прости, что поздно, – отдал я дань вежливости, – но у меня экстренный случай. Что там с моей квартирой?

– В каком смысле?

– Ты говорил, там будет перерыв между съемом.

– Уже. – Артем помолчал, зашуршал бумагой и добавил: – До пятнадцатого сентября простой, а потом уйдет на три месяца туристам из Италии.

– Отлично! – обрадовался я. – Закажи там клининг, чтоб все отмыли до девственного блеска. И белье пусть новое привезут и перестирают. Ну и еды в холодильник набить не помешает.

– К какому числу? – безропотно уточнил Артем.

– Вчера, – ответил я. – Но ты уже опоздал, так что начни прямо сейчас, чтоб к обеду я мог приехать в родную квартиру.

– Это… будет дорого, Руслан Сергеевич.

– Понимаю, Артем, но у меня форс-мажор. Так что давай, просыпайся. Да! И еще мне нужен нормальный «фольксваген». Есть у тебя знакомые, кто поможет с оформлением завтра с утра?

– Устрою. Только вы разве не спортивные машины предпочитаете?

– Все меняется, – ответил я философски. – Мне надо что-то из нового, чтоб не стыдно в люди выехать.

– Понял вас, сделаю.

– Молодец! – похвалил я зевая. – Работай.

И отключился.

Диван подо мной натужно скрипнул. У меня аж скулы свело от этого мерзкого звука.

И тут в голову пришла гениальная мысль: попроситься на вторую половину кровати моей нанимательницы. В конце концов, в ее интересах, чтоб я выспался хоть немного к утру.

Нажал на ручку двери. Толкнул. Раздался мерзкий скрежет, от которого меня совсем перекосило. А дверь заклинило на полпути.

Я осторожно заглянул внутрь, посветил телефоном, боясь, что снова что-то сломал. Но нет. Оказалось все гораздо проще: Ирина подперла ручку двери стулом. Причем очень неумело, так что она открылась с первой попытки.

Я посветил на хранительницу девичьей невинности.

И едва не заржал в голос.

Ира спала, раскинувшись на полуторке звездой. В ворохе теплого одеяла, одетая в длинную, но сильно задравшуюся ночнушку, с гнездом вместо волос на голове, раскрыв рот и сладко посапывая. Не девушка, а мечта, знающая себе цену!

От света телефона Ира поморщилась, закрыла рот и почмокала губами, после чего перевернулась на бок, оттопырив попу.

Глядя на нее в тот момент, я понял три вещи: судя по рисунку на трусах, Ирочка – поклонница диснеевских мультиков; у нее отличные ножки и шикарная грудь моего любимого второго размера и… на этой кровати двое поместятся, только если сольются в страстных объятиях. Увы, моя нанимательница, судя по стулу у двери, к такому явно не была готова.

Пришлось уйти.

К холодильнику.

Если нельзя выспаться и переспать с кем-нибудь, то надо поесть и поработать. Закон жизни.

* * *

Ира

Я осторожно вышла из спальни, сурово глядя Руслану в затылок. Он сидел перед ноутбуком и стучал по клавишам.

Пришлось откашляться, чтоб на меня обратили внимание.

– О, доброе утро, Ирина, – он обернулся. – А я уже думал, с голоду умру.

– Там еще есть яблоки, – ответила я со злостью.

– Больше нет, – Руслан шикарно улыбнулся. – Но меня все равно нужно накормить.

– С чего бы?

– Потому что ты в ответе за того, кого наняла для разврата, – он подмигнул.

Наглец! Ведет себя так, будто ничего не случилось! А сам!..

– Послушай, – я покачала головой, подбирая нужные слова, – я хочу как раз об этом поговорить. О разврате.

– Серьезно? – Теперь Руслан развернулся всем корпусом, вместе со стулом. – Излагай, я – само внимание.

Я плотнее запахнула халат и выпалила:

– Ты пытался войти ко мне ночью!

– Да, – ни капли не смутился он. – Я замерз.

Я закатила глаза и принялась объяснять ему, как маленькому, очевидные вещи:

– Руслан! Пойми, я не обычная твоя клиентка. Мне нужна только роль жениха, и все. Греться об меня нельзя!

– Ирочка, ты и правда необычная, – он потер рукой губы, будто скрывал рвущийся наружу смех, – только вот… я имел в виду, что хотел попросить одеяло.

– Оу, – протянула я. – Вот как…

– Но что-то помешало мне войти, и я не стал ломиться.

– Ну слава богу! – я облегченно засмеялась. – А то уже в голову всякое полезло. Думала, ты… Ну вот и славно, что нет!

– Теперь мы можем поесть? – уточнил Руслан.

– Можем, – кивнула я. – Сейчас что-нибудь приготовлю.

– У меня еще полчаса, – ответил Руслан, снова отворачиваясь к ноутбуку. – Потом нужно будет отъехать, чтобы взять из проката авто на вечер. Ну и вернусь за вещами.

– В каком смысле?! – у меня все упало. – Почему за вещами?

– Друг живет в Москве и предложил свою хату временно, – беззаботно отозвался Руслан. – Прости, Ира, но спать на твоем диване – пытка. Так что я свалю и буду появляться по мере необходимости.

Я растерянно молчала. Нет, это хорошо, что у него появилось, где жить. Но не пропал бы до вечеринки! А то вся подготовка насмарку.

– А хочешь, рванем со мной? – предложил вдруг Руслан, снова посмотрев на меня. – Там пять комнат и есть замок на двери с внутренней стороны. Друга не будет до середины сентября, так что квартира в нашем полном распоряжении.

– Нет-нет, это неудобно. Зачем? – испугалась я, прекрасно понимая его намерения. Но я не такая! – Просто будем связываться и оговаривать время и место твоего появления. Это отличный план.

– Ну смотри, – он снова осчастливил меня улыбкой. – Тогда готовь нам еду, показывай, в чем пойдешь на вечеринку, и я побегу.

– А зачем тебе смотреть, в чем я пойду? – Мне стало смешно. – Хочешь костюм в цвет подобрать? Тогда нужен сиреневый, в серебряную полоску.

– Та-ак, – Руслан поперхнулся. – О'кей, отложим завтрак. Покажи-ка эту сиреневую прелесть. Не стой, Ирина, хвастайся.

Я пожала плечами и вынула из шкафа новое платье. Шифоновое. Отдельно к нему был куплен шарфик из белого газа.

Руслан восхищенно молчал.

Смотрел минуты три и не мог вымолвить ни слова.

Потом встал, подошел, взял меня за плечи и проговорил вкрадчиво, глядя сверху вниз:

– Ирина, я приглашаю тебя на шопинг.

* * *

Руслан

Если бы меня спросили, в чем нынче московские бабушки ездят на электричках на дачу – я бы, не задумываясь, ответил: в том, что Ирина надела на себя сейчас.

Последний писк моды шестидесятых.

Где она только отрыла этот прелесть, какой кошмарный наряд?

– Зачем шопинг? – изумилась она совершенно искренне, и в голосе прозвучала обида. – Не нравится платье?

– Мм-м, – промычал я, подбирая слова, а после плюнул и выдал как есть: – Ты, кажется, собиралась производить на вечеринке фурор, а не работать там пугалом.

Щеки моей нанимательницы вспыхнули.

– Ты… да ты… – задыхаясь от негодования, начала она. – Хамло!!!

Я закатил глаза к потолку.

– Так, давай разберемся, – ответил спокойно. – Ты меня наняла, чтобы я играл твоего парня на людях, был мил, услужлив и чтобы все, глядя на тебя, истекали слюной зависти. Так?

Она кивнула.

– Во-о-от, – протянул я. – И чтобы это произошло, ты обратилась к профи, то бишь ко мне. А я, поверь, эксперт в мероприятиях высшего света и знаю, во что именно принято там одеваться, как нужно выглядеть и что такое стиль!

Ирина всхлипнула и выдала шокирующее:

– Ты гей?

Я аж перекрестился.

– Господь помилуй. С чего такие выводы?

– Только геи разбираются в моде, – уверенно поделилась со мной знаниями Ирина. – Особенно женской.

И я вновь закатил глаза к потолку. Кажется, у меня скоро глазные яблоки ко лбу прирастут от общения с этой женщиной.

– Запомни две вещи, Ирина. Первое – я не гей. А второе – любой нормальный мужчина понимает, когда на женщине надето красивое платье, а когда ширпотреб. На тебе сейчас второй вариант!

– Но это Дольче Габбана! – возмутилась Ирина, и от остервенелости принялась стаскивать с себя платье прямо при мне. – Вот тут даже бирочка, я его брала в приличном магазине. На распродаже.

Она уже успела оголить плечико, когда, едва не залипнув на зрелище внезапного стриптиза, я очнулся и встряхнул эту сумасшедшую за плечи.

– Габбана так Габбана, просто сделаем вывод, что этот кутюрье не для тебя, милая. – Я успокаивающе погладил ее по плечу, по правде опасаясь, что перегнул палку. В этот же момент пришлось отвлечься, на телефон пришло СМС от Артема: чтобы мне не ехать в салон самому – он пригнал машину мне прямо сюда, к подъезду. Вот что значит сервис. – А теперь давай успокоимся и поедем по магазинам. К дому уже пригнали машину, так что мы даже на колесах.

От смены темы Ирина резко пришла в себя.

– Откуда машина? – насторожились она. – Ты же только собирался ее нанять.

– Из проката, – соврал я. – Я сумел договориться на «фольксваген» по сниженной цене. Всего пять тысяч в сутки.

– Сколько? – пискнула девица, и я прямо по ее лицу увидел, как в голове заработал калькулятор.

Мысленно усмехнулся, думал, даст обратку прямо здесь и сейчас. И идиоту понятно, что денег у нее особо нет, но… моя нанимательница опять натянула на лицо маску независимой стервы.

– Пять так пять, – гордо заявила она. – Могу себе позволить!

Вот же упрямица… ну да ладно!

Оставив Ирину переодеваться, я вышел во двор один, где мой агент передал договор купли-продажи на авто на мое имя и ключи.

– Люксовая комплектация, полный фарш, лучшая модель, что нашел по Москве, – отчитался Артем. – Пришлось повозиться при оформлении номеров, но все проблемы улажены.

Я мельком пролистал накладные из салона. «Фольксваген-Туарег» нынче стоил около шести миллионов – все как и хотела Ирина – отличная машина, жрущая топлива столько, что, пожалуй, пяти тысяч как раз хватит от заправки до заправки.

Пожав друг другу руки, мы распрощались с Артемом.

И пока я возился в салоне тачки, привыкая к габаритам и изучая приборную панель, из подъезда вышла Ирина.

Постояла, потопталась, рассеянно осмотрелась по сторонам и не нашла меня. Из-за тонировки на стеклах видеть меня она не могла, и на личике мелькнул испуг.

Неужели она думает, что я сбежал?

Опустив стекло, я выглянул наружу и на манер кавказского таксиста окликнул ее:

– Эй, красавыца! Подвёзты?

От неожиданности Ирина аж подпрыгнула, прижав свою скромную сумочку к груди, будто ее собирались вырвать грабители.

– Руслан? – не поверила она, шокированно оглядывая машину.

– А ты кого-то еще наняла?

– Но машина… – Она сделала шаг вперед.

Ну, конечно же, она не была совсем идиоткой. Кое в чем явно соображала и вполне могла распознать подвох в излишне дорогой тачке.

– Прокатная, – настоял я на своей версии лжи. – Садись уже.

Забравшись в салон, Ирина робко потрогала кожаные сидения, недоверчиво – ремни безопасности. Так, будто они были эфемерными и ненастоящими.

– Не бойся, в полночь карета не превратиться в тыкву, – успокоил я.

– С трудом верится, – нервно сглотнув, ответила она и перевела взгляд на приборную панель. – Так странно все, и пробег у тыквы почти нулевой.

Я тоже проследил за взглядом Ирины и недовольно цокнул языком. На экране в графе километраж стояли гордые нули с тем мизером, который успел накатать Артем, гоня машину из салона.

– Я же говорю, выгодно договорился, – пробормотал я. – Зато теперь твои коллеги точно бошки свернут от зависти. Все как ты хотела, Золушка. Мечты сбываются.