Текст книги "Мой муж"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moy-muzh-270289.jpg)
Автор книги: Светла Литвин
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Да ты в серединке покопайся, а не сверху смотри. Внутри порой бывает куда интересней, – очень лукаво сказал Исаев, и не стал брать вишнёвую конфету, к тому же ещё и замер в ожидании, глядя на меня.
Только от одного этого его вида было страшно лезть в эту гору печенья и конфет. Первое о чём я подумала, что меня ждёт месть за жгучий кофеёк. Даже плохо стало, адреналиновая атака какая-то. Вздохнув, смело взяла ложку и под медвежий смех стала разгребать съедобную горку так, словно там меня за руку могла цапнуть мышеловка.
Лучше бы мышеловка. Голова резко разболелась, когда из-под крендельков, баранок и карамели рассыпавшихся по краям подноса показалась красная коробочка.
Чёрт!
Напрасно я думала, что мой план идеален и всё будет просто и легко. Даже этого наглого Медведя обманывать было невероятно сложно. Мысль что он сам виноват, загнав меня в тупи́к с моими родственничками, совесть уже не успокаивала.
– Чего смотришь? Бери, это тебе, – довольно проворчал Исаев, а голос у него именно ворчливый, а не хриплый потому и медвежий.
– Что это? – подалась вперёд и оперлась локтями на колени, чтобы уменьшить хотя бы видимость того, как дрожат мои руки.
Бархатная коробочка была такой приятной на ощупь. Я никогда таких вещей не держала в руках и была очарована этой вещицей, как сорока чем-то блестящим.
– Откроешь? Или будешь щупать коробочку? – томно спросил Исаев, посмеиваясь надо мной.
– Сам же сказал, что это мне! Вот хочу и щупаю! – взглядом моментально отыскала шоколадную конфету, которые действительно были на подносе, – На вот, ты просил, – всучила её хохочущему Медведю и чуть отвернулась от его сканирующего взгляда.
Мне было и стыдно и в то же время я очень хотела эту коробочку. Даже не зная, что внутри неё, меня уже было не остановить. Не отнять её.
Продажная ты шкурка Кудряшова! С такой мыслью я открыла бархатную крышечку. Она так приятно щёлкнула по подушечкам пальцев, радуя белым атла́сом внутри. Конечно, в коробочке находилось кольцо. Можно было в этом даже не сомневаться. А я так впечатлилась лишь коробочкой, что на красоту кольца эмоции зашкалило. Глаза защипало от слёз, когда разглядывала множество нежных розовых камушков в обрамлении тоненьких золотых полосок.
– Такое красивое…– буквально заставила себя хоть что-то сказать дрожащим голосом, а слёзы уже вовсю катились по щекам, мешая разглядывать подарок.
– Твоя реакция на тапочки мне понравилась больше, – проворчал Исаев, недовольный тем, что я так разревелась.
Ну хоть смеяться надо мной перестал.
– Просто мне такого никогда не дарили, – призналась в оправданье, утирая слёзы.
Даже на восемнадцатилетие я не ждала ничего грандиозного и правильно делала. Мама не могла мне ничего подарить, а папа просто не собирался этого делать и спасибо, что хоть стол праздничный накрыл, тогда я смогла пригласить друзей. Раньше я этому значения не придавала, понимала, что мы небогаты, но теперь всё заиграло другими красками. Отец просто не хотел тратить деньги на ерунду, по его мнению, при этом братьям в каждый день рождения что-то да дарил. А я лишь удачное стечение обстоятельств, которое можно выгодно пристроить.
– Давай надену, – не без труда передала колечко Исаеву, даже временно отдать его было трудно, – Это вроде как на помолвку, сюда, значит, – надел мне его на безымянный пальчик правой руки, и оно село как влитое.
– Блестит так, что даже слепит, – уже было всё равно на дрожь в руках, я подставила руку солнцу, любуясь блеском камушков и золота под его лучами.
Не терпелось похвастаться перед Сашкой, которая уверяла меня что Исаев жмот. И чего мне так нужно было убедить её в обратном?
– Рад, что нравится, теперь чай попить можно, – Исаев подвинул мне кружку, но я подумала о другом.
Целовать его за тапочки и не поцеловать за кольцо было бы свинством. Тем более с этой прелестью я не собиралась расставаться, как с Исаевым. Рассчитаюсь с Анатолием хотя бы поцелуем.
– Спасибо, – потянула к Медведю руки, а он и рад – радёхонек был такому стечению событий.
За секунду сграбастал меня и перетянул с плетёного кресла на свои колени. Его волшебные поцелуи брали верх надо мной всё за те же секунды, и я уже не могла думать о его возрасте, весе и славе по посёлку. Даже забывала о том, как он меня раздражал и бесил ещё за секунду до того, как его губы касались моих.
6
Если бы можно было целоваться весь промежуток времени до самого побега, я бы с радостью так и поступила. Но увы, это была реальность, а не сказочный мир.
– Ну, хватит целоваться! А то попарить тебя не успею, – заявил Исаев, прервав наш поцелуй.
– А? – я как ошалевшая корова только хлопала ресницами, глядя на Исаева и не понимая, чего он от меня хочет.
– Вернёшься на своё место? Или так чай попьём? – спросил довольный Медведь, прищурив глаза.
– Ах чай! – спешно вернулась на своё кресло, не упустив возможности полюбоваться блеском колечка в лучах утреннего солнца.
Пока мы пили чай, я наблюдала за Исаевым, заметив что-то новенькое и странненькое. Он явно был неравнодушен к шоколадным конфетам. За несколько минут съел целых пять штук при этом не притронулся ни к карамели, ни к кренделькам и уж тем более к баранкам. Но любопытно было не это, что Исаев сладкоежка я поняла ещё на первом свидании, но вот с фантиками от конфет он делал что-то странное.
После каждой съеденной конфеты бережно разложив на столе шуршащий серебристый фантик с красным рисунком Исаев принимался его разглаживать. Он делал это ногтем указательного пальца, прикусывая нижнюю губу то ли от удовольствия, то ли от усердия. Ему явно нравился серебристый фантик с красным рисунком, и то, каким он становится ровненьким от разглаживающих движений. После процедуры, когда все складки были тщательно разглажены он сосредоточивал свой взгляд на цветной обёртке, любовался ею и бережно откладывал в сторонку.
– Фантики собираешь? – эта мысль в голове буквально выстрелила и произвела невероятный фурор в моих мозгах.
Я расхохоталась ещё до того, как Исаев кивнул, пряча свою добычу под пузатый чайник.
– Чай попила? – поинтересовался Медведь, встав с места, реагируя на моё веселье хмурым выражением лица.
– Нет ещё, я пью, – знала же, зачем он интересуется.
Не терпелось Исаеву отхлестать меня веником, потому и долила себе в кружку ещё чая.
Наивная.
– Потом допьёшь, – заявил Исаев, поднимая меня под руку из кресла и настойчиво повёл обратно в баню.
Идти мне было сложно, мешала простынь и я, семеня за хмурым Медведем несколько раз чуть не упала, но он меня поддерживал.
– Шапка, – как только оказались в предбаннике, Исаев нахлобучил мне рогатую шапку на голову и забрал простынь, резко размотав, – Дуй в парилку, я сейчас приду, – велел строжайшим голосом и хотела бы ослушаться, взбрыкнуть, но оказавшись снова голой, быстро юркнула за дверь парилки.
И мне уже было как-то совсем несмешно.
Неужели так из-за фантиков расстроился? Зря я так, конечно. И всё равно мысли извиниться у меня даже не возникло, он сам надо мной вечно потешаться, пусть знает кого это!
После первого захода и передышки на свежем воздухе, второй дался значительно легче, а может так только, казалось, из-за нахлынувших эмоций. Только вот на полок я всё равно лечь не смогла, доски были горячие, а коврик, который мне дал Исаев был маловат. Но Медведь решил эту проблему. Явился в парилку с деревянным бочонком из которого торчали ароматные веники и плотной дорожкой для полока.
– Держи, – передал мне дорожку, а сам стал что-то шаманить в бочонке, так удачно отвернувшись от меня.
Я быстро застелила полок и улеглась на него попой кверху, спрятав лицо под рогатой шапкой.
Тело наливалось тяжёлым теплом, а на горячих камнях зашипела испаряющаяся вода и парилка наполнилась чудным ароматом лимона и чего-то приятного, но мне незнакомого. Я не видела, но чувствовала, как Исаев подошёл ближе, ждала, что вот-вот начнёт меня лупить вениками со всей дури в отместку уж если не за кофе, так за свои фантики дурацкие, но вместо этого нагнал сверху горячего пара.
– Нормально ты там? – поинтересовался у меня, поправляя мои руки вдоль тела так, чтобы ладони были открыты.
– Отлично, – буркнула я, понимая, что я вообще прекрасно, уже сроднилась с полоком и буквально вот-вот растекусь по нему, как масло на горячей сковородке и это, чёрт возьми, чудесно.
Вот бы так после окучивания или копки картошки…
Пока я размышляла о степени испытываемого блаженства, Исаев продолжал меня парить. Немного поводил обжигающими кончиками веток по плечам до ступней и обратно, потом похлопал вениками камни и начал методично и равномерно лупить меня, не упуская ни сантиметра тела.
Исаев не сдерживал силы ударов, но и больно мне не было. Кожу приятно обжигало, но так, что я даже взвизгнуть не могла. Вероятно было так, потому что веники у Исаева были не лысые, как у нас обычно бывало дома. Отец с братьями хоть и заготавливали каждый год множество берёзовых и дубовых веников, но мы их вечно экономили, чтобы продавать большую часть на рынке, а потому и ощущения были как земля и небо.
– Переворачивайся, – велел Исаев, когда я потяжелела настолько, что окончательно впечаталась телом в полок, покрытый грубой дорожкой.
Рогатая шапка с макушки перекочевала на лицо, Исаев снова плеснул ароматной воды на камни и всё повторилось, а я настолько расслабилась, что было даже не стыдно лежать вот так голяком перед ним.
После отпаривания вениками Исаев вывел меня разомлевшую в тот закуток, где уже окатывал ледяной водой, и я ждала чего-то такого, но вместо этого получила в руки тяжёленькую банку.
– Что это? – понюхала содержимое.
Пахло мёдом, но масса была коричневого цвета, грубая на вид.
– Это скраб для тела, натрись им хорошенько, потом смоешь и будешь как новенькая, вон душ, – Исаев указал на кран с водой в стороне.
– А я и так не старенькая, – огрызнулась, даже можно сказать специально, чтобы Исаев повеселел, а то из-за своих фантиков так огорчился, что мне было как-то не по себе.
И цель моя была достигнута, предбанник наполнился хохотом Исаева, а я ещё решила закрепить.
– А тебя что попарить не надо? – спросила с любопытством, выгребая из банки густую массу.
– Тебе силёнок не хватит, – ехидно ответил Исаев, облокотившись о деревянную стенку и прищурившись, он с улыбкой смотрел прямо мне в глаза.
– А по-моему, просто кто-то стесняется, – перевела взгляд на простынку которой был по пояс обмотан Исаев, даже не думая о том, что у моего заявления могут быть последствия.
– Мойся, – посмеиваясь, снисходительно отшил меня Медведь, и вышел снова на задний двор.
Ну точно стесняется!
А я-то думала, что мне от него до самого побега прятаться придётся.
Только потом до меня дошло, по какому краю я беспечно прогулялась. А что, если бы он повёлся на мою провокацию? Оголился бы? От этой мысли меня передёрнуло. Я быстро и не очень тщательно натёрлась скрабом, боясь, что Исаев вдруг передумает и вернётся.
Заставит меня хлестать вениками его пухлое тельце и спереди, и сзади.
Быстро смыв с себя скраб прохладной водой, вытерлась насухо, и не найдя своих вещей, снова замотавшись в простынку, выскочила на улицу через главную дверь.
– С лёгким паром! – громко крикнул мне вроде бы Игорь, возившийся с установкой шатра.
– Спасибо!
Рядом с другом Исаева скакали все четыре девицы, уже в коротких шортиках и топах. Да и в целом во дворе кипела жизнь. Пока пробиралась к дому, чтобы найти Исаева и узнать, куда этот стеснительный хитрец дел моё платье с трусами, мне навстречу попался Клим. Он с лёгкостью нёс на вытянутых руках здоровенный мангал.
– Доброе утро! С лёгким паром!
– Доброе, спасибо! – спешно ответив, юркнула в дом, расхаживать при гостях Исаева в простыне на голое тело, для меня было ещё ужасней, чем при самом Исаеве голышом.
Даже готова была на пижаму, если не получится найти платье.
На ловца и зверь бежал, Исаев хоть и выходил на задний двор бани, а я столкнулась с ним в доме.
– Меня ищешь, милая? – спросил посмеиваясь. Он, кстати, не стеснялся ходить перед гостями по пояс в простыне.
– Я ищу своё платье и трусы! – ответила очень громко и эмоционально, в это время как раз мимо нас на выход прошёл ещё один друг Исаева, и я вновь испытала это жгучее чувство стыда, от которого щёки загораются румянцем.
– Так пока походи, всё стирается, – заявил Исаев.
– Так? Перед ними?! – я пыхтела от злости словно кипящий чайник, – Нужно было предупреждать, я бы хоть вещи с собой сменные взяла, – ворчала, а в голове возникла очередная дурная идея.
Запилить Исаева до такого состояния, что он отменит свадьбу сам. Вот только Исаев снова лишь посмеялся надо мной и повёл меня на кухню к Анне Захаровне, решать мою проблему.
– Тёть Ань, нам платье нужно. Подбери что-нибудь ей, – оставил меня с тётушкой, а сам не просто ушёл, а убежал.
– Ну, пойдём посмотрим, милая, что у меня есть. Размеры у нас с тобой правда больно разные, если только что-то из старого посмотреть.
Мы пошли в комнату к Анне Захаровне, и миновав шкаф, она подошла к сундуку. Это был непросто бутафорский сундук, а видно было, что самый натуральный, старинный сундук. Замочки из непонятного металла золотистого цвета, обитые простой жестью углы, старые кожаные ручки по бокам.
– Обалдеть! Это что? Настоящий сундук? – спросила, ещё до того как Анна Захаровна его открыла.
Внутри он был оклеен ситцевой тканью в мелкий цветок, и до середины наполнен ровно уложенными вещами.
– Конечно! От прапрабабки ещё достался, больше ста двадцати лет ему, – подтвердила мои мысли Анна Захаровна, перебирая стопки с вещами.
– Красивый, – села прямо на пол перед раритетной мебелью, любуясь старинными клёпками.
– На-ка, вот это примерь, – предложила тётушка, передав мне лимонного цвета длинный сарафан.
– Широкий, – две меня можно было завернуть в эту вещицу, пахнущую лаком и лавандой.
– Так мы позади прихватим, – пообещала Анна Захаровна, – А лямки по росту можно подвязать.
– Ладно, – согласилась, понимая, что это лучше, чем ничего, и уж тем более лучше, чем пижама в жару.
– Давай я его водичкой туалетной сбрызну, – предложила Анна Захаровна, отнимая у меня вещь.
Спустя десять минут сбрызгивания, подшивания и отутюживания сарафана, я смогла его надеть и выйти на улицу.
За время моего отсутствия двор изменился ещё больше. У забора стоял уже собранный шатёр, под ним девушки накрывали стол и расставляли стулья, Клим колдовал над мангалом. Явно затевались знатные гулянья, продолжение вчерашнего банкета.
Я чувствовала себя неуютно и не решалась спуститься с крыльца. Исаева ещё, как назло, нигде не было. Уже развернулась и хотела вернуться в дом, в компании Анны Захаровны мне было куда проще, но тут Клим заметил меня.
– Никуся, иди к нам! – крикнул мне, обращая внимание девушек на меня и они так противно рассмеялись.
Даже не сомневалась, что хохотали они над моим сарафаном. Я бы и сама рассмеялась, увидев такую клуньку самоварную.
– Иду! – бодро сбежала со ступенек, словно не замечала ехидных смешков девушек, – А где Толя? – спросила у Клима, подойдя ближе.
– По делам отъехал, скоро вернётся, – объяснил он.
– Ясно, – беседа дальше не клеилась, и я отошла в сторонку.
Помогать накрывать стол меня не звали, но я не привыкла стоять в стороне, поэтому на правах хозяйки подошла к столу, заставленному продуктами. Искала глазами за что бы взяться, когда ко мне обратилась Камилла.
Пожалуй, единственная нормальная девушка во всей этой девичьей компании.
– Ника, рыбу нарезай пока, – подсказала мне, указав ножом на балык из красной рыбы.
– Хорошо, – взялась за свободные нож и доску, и села рядом.
– А ты здесь живёшь? Местная да? – поинтересовалась всё та же Камилла, другие же девушки хихикая окружили Клима, подкуривая у мангала сигареты.
Курильщицы позорные!
– Ау! Ответишь? – Камилла помахала перед моим лицом ладонью.
– А? Да, местная, родилась здесь и выросла, – тьфу блин, отвлеклась на этих дур и запоздала с ответом, – Как рыбу нарезать? – я такую видела редко и в красивой нарезке была не мастером, а Камилла так красиво строгала огурец, что есть жалко было бы.
– Да как хочешь, а с Толей давно знакомы? – на этом вопросе я напряглась, потому что одна из девушек повернулась к нам и явно подслушивала.
Та самая Катя, которую вчера отшивал Исаев.
– Давно, – ну не скажу же я, что мы и месяца лично незнакомы, тем более слава у Исаева по посёлку такая, что его фамилию я выучила раньше, чем свою.
– Ясно, а встречаться давно начали? – уж теперь-то мне всё стало более чем ясней.
Камилла выуживала из меня информацию для своей подружки.
– А тебе зачем? – странное дело, ещё сегодня утром была рада сбежать, чтобы эта Катенька утешала Исаева, а заодно и прибрала его к рукам, а теперь злилась оттого, что они тут с подружкой вынюхивают кто и когда с кем встречаться начал.
– Ну просто интересно, – не подав вида, спокойненько ответила Камилла, а Катя, докурив свою вонючую сигарету присела рядом.
– Встречаться начали недавно, но предложение Толенька мне уже сделал, вот, – показала этим любопытным городским варварам своё колечко.
Пусть своего Исаева окучивают уже после того как я сбегу, а при мне такого не надо.
– Что-то простовато, – фыркнула Катя.
– А мне нравится, нежное, – оценила Камилла, словно змея, втирающаяся в доверие.
Только я не дурочка и ко всем к ним относилась теперь с недоверием.
– На вкус и цвет, мне же носить, а не тебе, – ответила Катерине, и конкретно взялась за нарезку рыбы.
К возвращению Исаева я уже успела нарезать рыбу, сходить помыть доску и нож и заняться нарезкой лука. Я бы и не отвлекалась он дела, но больно знакомой расцветки сумки были в медвежьих лапах.
– Я сейчас, – отложила недорезанный лук и засеменила наперерез Исаеву.
Чем ближе я подходила к нему, тем дурней мне становилось. Сумки эти мама моя шила, я узнала её фирменную закрепку в виде квадратика и шва в нём крест накрест.
– Это что у тебя? – с ужасом спросила.
– Вещи твои, я съездил быстро забрал, можешь идти переодеваться.
– Я не собиралась переезжать к тебе до свадьбы, – зашипела на Анатолия, заходя за ним в дом, – Ты что в моих вещах рылся?! – ничего такого в них правда не было, что можно было бы скрывать, но всё равно неприятно стало.
– Я нет, но твой брат Борис любезно помог мне, – объяснил Исаев и посмеиваясь добавил, – Достала ты их видать ретивая. Я же платье с нижним бельём попросил, а он вот в две сумки всё выгреб, это я ещё зимние вещи ждать не стал.
Отлично! Я ещё и без одежды осталась!
– Ладно, пусть здесь будут, но я домой всё равно поеду, – сказала, сдерживая эмоции.
– До свадьбы? – прищурившись, уточнил Исаев, неся мои вещи к себе.
– Именно, – подтвердила я, понятия не имея, как буду жить без вещей.
– Ну смотри, а то может останешься насовсем? – лукаво спросил Исаев, поставил сумки у шкафа и приобнял меня, – Я обещаю не приставать, – говорил это, а сам взялся за лямку сарафана, словно собирался её скинуть с моего плеча, – До свадьбы, – добавил и поцеловал.
Снова.
Снова я растекалась в его руках от поцелуя, под мимолётную мысль что надо к бабке сходить. Может приворот какой, да и в целом хотела узнать, как дело пойдёт. Удачно или будут проблемы.
– Ну ладно, хорош целоваться! – заявил Исаев, резко оторвав от себя так, словно это я к нему присосалась пиявкой! – Нас же гости ждут, переодеваться будешь? – спросил, отходя к двери, сам он был в футболке и спортивных трико, что было понятно, ведь ездил за моими вещами.
– Эм, да, – переодеваться я не собиралась, что я, дура какая?
Но вот зад трусами прикрыть было необходимо. Надеялась, что хоть в одной сумке они были.
– Ну давай, а я пойду.
Исаев, подмигнув вышел из комнаты, а я лихорадочно начала потрошить сумки.
Реально Борька хотел от меня избавиться и сложил все вещи кроме зимних. Даже носки без пары затолкал идиот! Сопя от злости, быстро разобралась с нижним бельём и вернулась за стол, прихватив по пути блюдо с овощами для гриля от Анны Захаровны.
– Ну мы, наверное, сначала в баньку, а потом уже шашлыки, – сказала одна из девушек, понятия не имела как её зовут, но волосы у неё были странные словно седые.
– Толя, ты же меня попаришь? – Катерина обратилась к Исаеву, зачем-то по-идиотски надув губы.
Ну и дура же она!
Я так громко фыркнула, что многие на меня покосились. Многие, но только не эта прилипала Катя, она ждала от Исаева ответа, сверля его своими глазёнками.
– Тебя Клим попарит, а мы с Никой пока шашлыками займёмся, – ответил спокойно, меняясь с другом местами.
– Ну что девахи?! – во всё горло рявкнул Клим, – В баню шагом марш! Раз! Два!
Они послушно направились в баню, а за девушками вместе с Климом ушли Игорь с Павлом и Сергеем. Мне показалось это странным, как же они будут раздеваться? Все вместе?
– Я мясо на шампуры насажу, а ты овощи выкладывай, – Исаев передал мне решётку для гриля, а сам встал рядом с огромным тазиком маринованного мяса.
В спину палило солнце, а я сгорала от бессознательного стремления всё выяснить. Проще говоря любопытно мне было, аж температура поднялась.
– А Катя с Камиллой и остальные девушки, они чьи-то невесты? – много чего не знала о нравах городских жителей, но вот такого не ожидала.
Исаев рассмеялся даже громче обычного и даже перестал накалывать куски мяса на шампуры. Трясся весь от смеха как холодец на блюде.
– Они бабочки, – заявил Исаев, после того как отсмеялся, – Ну, понимаешь да? Ночные в смысле, как в песне. Ах да! Ты же не знаешь, – почесав затылок, Исаев начал напевать и действительно такой песни не слышала, но чёрт с ней с песней.
Я одурела просто!
– Проститутки?! – взвизгнув, отключила рот как взмыленная кобыла.
Для меня эта новость была шоком.
– Каждый зарабатывает как может, – пожав плечами, заявил Исаев.
– И вот эта Катя, она что?! Она для тебя да?! – у меня от этого понимания не только температура повысилась, но и голова резко разболелась.
Вот же коза лишайная!
Знает, что я невеста и без стеснения чуть ли на шею к Исаеву не лезет! Вон оно что! Клиента боится потерять!
– Так это до тебя было, и я её не приглашал, это мужики что-то затупили, – оправдывался Медведь, и надо сказать, очень уверенно это делал, не чувствуя своей вины.
Я просто на какое-то время потеряла дар речи, с дрожью в руках выкладывая на решётку перцы и баклажаны.
– Почему с проституткой? Что нормальных женщин нет? – спросила с недоумением, выполнив данное задание.
– Да есть нормальные, но ты же, когда конфет хочешь только их и покупаешь, а не конфетную фабрику, – усмехнувшись, ответил Исаев.
Всё то у него логично, куда деваться!
– А я типа конфетная фабрика?
– Конечно, с тебя не только конфеты, а с меня ответственность, – с улыбкой ответил Медведь, а вот я лишь злилась.
Скривилась от отвращения и не желала сидеть с проститутками за одним столом направилась к калитке.
– Куда поскакала фабрика? – с хохотом спросил Исаев, к моему счастью, не останавливая меня.
Он прежнему выкладывал на мангал шампуры с мясом.
– Хочу домой! – крикнула я.
– Ну раз хочешь, то позже поедем, – сказал Исаев, но не торопился меня останавливать.
Через несколько минут полных безуспешных попыток открыть калитку, поняла почему не догнал меня. Она была закрыта, и Исаев знал, что не смогу её открыть, а утром это так легко получилось лишь потому что он стоял за калиткой.
– Выпусти меня немедленно! – закричала на весь двор, наверное, если бы у Исаева были соседи, они бы слышали.
Анна Захаровна точно услышала, выглянула в окно кухни.
– Что у вас случилось? – хмурясь, спросила у племянничка.
– Тёть Ань, всё хорошо, – отмахнулся от неё, а сам пошёл в мою сторону, окидывая недобрым взглядом.
– Ты зачем позоришь меня? Я тебя с собой взял, чтобы расслабились, отдохнули вместе. Попарились, шашлыков поели, – начал отчитывать меня, как только подошёл ближе.
– С проститутками?! – возмутилась, пятясь назад, потому что Исаев на месте не стоял, он наступал на меня и его намерения были более чем ясны.
Явно не разговаривать пришёл, а вернуть меня к столу.
– Брезгуешь? – удивился он, приподняв бровь.
– Да брезгую! Они спят со всеми, кто им денег заплатит! Не хочу с твоей Катькой за одним столом сидеть!
– Вот это да…– протянул Исаев, усмехнувшись после.
Между нами зависла тишина палящего солнца. Исаев смотрел на меня, я на него в ожидании что хоть что-то скажет, потому что я понятия не имела, как из этой ситуации выйти.
– Что да? – спросила спустя минуты две молчания, когда поняла, что он ждёт этого вопроса.
– Приступ ревности с твоей стороны. – довольно заключил Исаев, а я чуть не взорвалась от негодования.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?