Читать книгу "Арасия. Возвращение"

Глава 6
Узник замка Кастельтерн

Король

Золотой кубок звонко бряцнул и покатился по каменному полу. Злость утихала, и король, не говоря ни слова, смотрел на лужицу вина, что медленно растекалась по полу. Термий тоже молчал, опасаясь вызвать новую вспышку гнева, пару раз порывался что-то сказать, но одёргивал сам себя и отводил взгляд. Воин, что не смог расправиться с мальчишкой, вовсе боялся поднять глаза, замер, стоя на одном колене и уставившись под ноги, будто заранее смирился с любой участью. Так они и стояли в полной тишине кабинета, пока король не бросил на них тяжёлый взгляд и не спросил глухо:

– Что именно произошло?

Термий не знал, что добавить к короткому рассказу о том, что план провалился, а Сашке удалось скрыться.

– Трудно сказать, – осторожно начал он.

– Да говори уже, – махнул рукой король.

Нерешительность советника только раздражала. Наверное, Термий боится разозлить его ещё больше. Но это не помогало решить проблему. Мальчишка каким-то чудом сбежал. И не просто сбежал – исчез. Термий успел допросить тех, кто стоял в карауле – никто ничего не видел и не слышал, словно ничего и не случилось. Значит, мальчишка по-прежнему в замке? Или каким-то чудом ему удалось улизнуть?

– Говори ты, – король указал на воина. Тот не сразу понял, что Нисам обратился к нему, а осознав, сжался ещё больше.

– Простите, повелитель. Мальчишке помогли. Судя по всему, у него был сообщник. Я почти сделал дело, мальчишка уже не дёргался, когда меня оглушили со спины. Простите, повелитель, но я не ожидал нападения…

– Возможно, сообщник всё время был в комнате, – добавил Термий. – Никто не мог знать.

– А лучшего способа избавиться от мальчишки не нашлось, – процедил король и продолжил, не дожидаясь ответа. – И что? Есть идеи, кто это может быть? Что ты узнал?

Термий опустил глаза и тихо произнёс:

– Лучше оставить дознавание до утра, чтобы не наделать шума… Но в Кастельтерне с зимы не было новых слуг. Или заговор спланирован уже давно, или…

– Или что? – рявкнул король, подгоняя замолчавшего советника.

– Или сообщник проник в замок тайком и оставался незамеченным.

Нисам застыл.

– Тайком? – неожиданно спокойно спросил он почти добродушно, что заставило сжаться даже Термия. – Может, расскажешь как? Ты же сам допросил стражу, кроме мальчишки никто посторонний в замок не входил и не выходил… Стало быть, этот неведомый сообщник в нужный момент что? Влетел в окно?

Термий молчал, и король раздосадованно махнул на него рукой и отвернулся.

Не было никакого сообщника – он знал это. Мальчишка появился в Арасии недавно, скорее всего – вчера. Неудивительно, если Кирс и Андра – первые, кого он встретил. Будь у мальчишки помощники – переодели бы во что-то менее экзотическое и придумали бы легенду получше той ерунды, что он болтал за ужином. А значит, либо эти двое что-то недоговаривают, либо мальчишке помог случай.

Король замер, обдумывая неожиданную мысль, что вдруг пришла в голову.

Как мальчишка сумел вернуться?

Без чар это невозможно. Каков шанс, что ему выпало родиться чародеем? Откровение ничего об этом не говорило. Но даже если так, как он узнал, откуда родом? И как вообще овладел чарами без наставника, ещё и в мире, где нет волшебства? Это невозможно. Стало быть, он простой человек. Тогда кто тот чародей, что отыскал и вернул его? А главное – зачем? И как вообще узнал о том, что произошло много лет назад на лесной дороге? Лишь двое знали обо всём: он сам и тот, кто много лет заперт в подземелье…

– Ступайте за мной, – бросил король и пошёл к выходу, у дверей сделал знак страже остаться.

Он шёл быстро, не оглядываясь, зная, что и Термий и воин следуют за ним.

Мог пленник сбежать? Дверь в его клетушку невозможно открыть незаметно. Ключом, чарами – не важно, король сразу об этом узнает. Он не представлял, как вызволить пленника и сохранить это втайне. Но он не знал и того, как мальчишка изловчился вернуться в Арасию. Так что… получается, всё возможно. Скоро Нисам узнает наверняка. И если пленник сбежал, мог ли помочь возвращению мальчишки? Не ведая, в какой мир того забросили чары? Помня об Откровении? Кто знает… Вчера король сказал бы, что нет. Сейчас он не был уверен.

Подземелье встретило духотой, запахом гнили и крысиного помёта. Нисам снял со стены горящий факел и шагнул в узкий коридор. Он не появлялся здесь много лет – не было повода. Он мог пройти через потайную дверь, спуститься ещё ниже, в помещения, о которых знали лишь избранные. Там, посреди большого мрачного зала, запертого сложными заклинаниями, стоял каменный алтарь Ситеса. Наверное, единственный сохранившийся во всей Арасии. Но не он был ему нужен. Король спустился по узкой лестнице, прошёл мимо вытянувшегося по струнке и сонно моргавшего привратника, мимо карцеров, не обращая внимания на звуки, что доносились из-за дверей, не глядя на лица, что прижимались к решёткам крошечных окошек, на руки, что тянулись к нему меж прутьев. Здешние обитатели давно потеряли счёт времени, не знали, какой теперь год, когда на дворе день, а когда ночь.

Нисам свернул в небольшой коридор, такой узкий, что приходилось следить, чтобы не касаться плечами влажных от сырости стен. Коридор привёл в небольшое помещение с тремя дверьми.

Было тихо. Слышалось только, как факел потрескивает, сгорая. Король прошёл к дальней двери, отодвинул железную шторку, что закрывала крошечное оконце, на котором стояла решётка.

Поначалу ничего не происходило. Казалось, камера пуста. Если узник спал, то до Нисама не доносилось ни шороха, ни вздоха. Жив ли тот вообще или давно сгнил, а кости растащили крысы?

Тень на полу в углу зашевелилась, поднялась и медленно двинулась навстречу, замерла, прильнув к двери. В камеру попадало немного света, но глаза уже привыкли к полумраку, и Нисам разглядел тощую фигуру и измученное лицо мужчины. Несколько минут они молча глядели друг на друга. Король пытался увидеть в пленнике того, кого знал много лет назад, но не мог. За прошедшие годы тот изменился: исхудал, сгорбился, зарос. Давно не мытые, свалявшиеся в колтуны волосы и борода доходили до пояса, лицо и руки покрывали морщины. От былого могущества и величия не осталось и следа. Человек стоял, вцепившись грязными подрагивающими пальцами в прутья решётки. Его голова то и дело подёргивалась, будто шее было тяжело удерживать её поднятой. И только глаза оставались прежними, живыми, горящими, и глядели с ненавистью.

Король хотел было уйти. Он увидел, что хотел, а больше делать здесь было нечего. Потянулся к шторке, чтобы вернуть её на место, но пленник вдруг заговорил:

– Сколько лет прошло? – Голос был хриплым, каркающим.

– Пятнадцать, – король не знал, зачем ответил. Что-то заворожило его, удержало.

А пленник вдруг рассмеялся. Смех был страшный, пугающий, больше похожий на лай. Король отпрянул от оконца, заметил, как Термий тоже невольно отшатнулся. А пленник смеялся, пока смех не перешёл в хрип, а потом в кашель.

Король не знал, чего ждёт, почему не уходит. Что оставалось здесь? Пленник на месте, слаб и жалок, чтобы бежать или мстить. Но король медлил, стоял, глядя на грязные скрюченные пальцы, слушая звуки, что доносились из карцера, и не мог найти силы пошевелиться, развернуться и уйти прочь.

– Знал… – продолжил пленник, успокоившись. Голос теперь звучал слабее и тише, будто недавнее веселье забрало много сил. – Знал, что придёшь… Стало быть… это случилось…

– Случилось что? – недовольно выдохнул король.

– Он вернулся… Сын кузнеца…

Король прильнул к решётке и зашипел ему в лицо:

– Что ты можешь знать? Ты? Что? Гниёшь здесь пятнадцать лет и сдохнешь здесь же, жалкий старик…

– Я знал… всегда знал, он вернётся… – сипло протянул пленник, не обращая внимания на ругань. – Твоя ошибка… Я говорил…

– Отправляйся к Ситесу, – рыкнул король.

Вместо ответа пленник плюнул ему в лицо и снова захохотал.

Нисам отскочил от двери и ринулся к выходу, на ходу оттирая плевок.

– Что с моим сыном?! – донёсся вслед отчаянный крик.

Но король не обернулся, продолжил шагать прочь. Только когда подземелье осталось позади и они снова оказались в коридорах замка, бросил через плечо Термию:

– Покажи комнату мальчишки…

И снова они шагали пустынными коридорами и переходами, пока Термий не распахнул перед королём одну из дверей.

Прибраться ещё не успели. Нисам оглядел смятую постель, брошенную в спешке одежду, лежащий на полу подсвечник. Задумался на мгновение, мог ли мальчишка дотянуться до него. Понять что-то по следам борьбы было трудно. Как знать… Когда жизнь висит на волоске, человек на многое способен. Мог и дотянуться. Если не рукой, то чарами. Страх – лучший проводник.

Король прошёл в глубь комнаты, отпихнув на ходу лежащие на пути сапоги. Задержался у кровати и разбросал подушки. Подошёл к столу и сдёрнул висящий на спинке стула жилет.

Что он хотел найти? То самое одеяло, о котором говорил Кирс? Но ему не нужны такие доказательства, дети не стали бы врать, ни к чему. Тогда зачем он здесь?

– Мы всё осмотрели, повелитель, – подал голос Термий. – Нет ничего, что указало бы на ламарцев.

Нисам разворошил одежду, в которой мальчишку привезли в замок. Беглого взгляда хватило, чтобы понять: ни в Арасии, ни в соседних землях, ни тем более на одичавшем юге такого не смастерят. Ткани, крой, шитьё, даже странная змеистая застёжка на тёплой рубахе были не просто нездешними – потусторонними. Всё убеждало Нисама, что он прав и мальчишка – тот самый.

Понять бы, как он сумел вернуться…

– С чего ты взял, что мальчишка послан южанами? – улыбнулся Нисам.

Вопрос оказался настолько неожиданным, что Термий растерялся:

– Но… Вы же… Храм, ритуал Ситеса…

– Храм, ритуал! – раздражённо передразнил Нисам. – Что ты знаешь об этом? Ламарцы что-то почувствовали, да. То, что они зашевелились, как-то связано с появлением мальчишки. Но он не шпион, нет. Он нечто большее.

Советник растерянно молчал, спокойный с виду, только глаза выдавали, что происходящее совсем не нравится ему. Он осторожно шагнул к двери.

– Повелитель, позвольте я сейчас же распоряжусь…

Нисам жестом заставил его замолчать и повернулся к воину.

– Как долго ты был без сознания?

Тот задумался на мгновение.

– Недолго, повелитель. Кровь не потемнела, и поленья в камине не выгорели.

– Он не мог уйти из замка, – пробормотал Нисам. – Значит, он где-то рядом, прячется и выжидает. Вот только сколько он сможет скрываться?

– Повелитель, я усилю караулы и распоряжусь обыскать замок, – предложил Термий.

Король посмотрел на него с неожиданным сожалением:

– Не стоит, мой друг. Если мои подозрения верны, тебе не справиться с мальчишкой.

А в следующий миг он выбросил вперёд руку и прошептал пару слов на древнем языке. С пальцев сорвался алый сгусток, похожий на короткую стрелу, и ударил воина. Несколько секунд тот стоял, удивлённо разглядывая грудь, силясь понять, что произошло, не показалось ли ему, ведь на одежде не осталось никаких следов. А потом замертво рухнул на пол.

Но всего этого Нисам не видел, задумчиво наблюдая за Термием. Тот в ужасе отшатнулся и ошарашенно уставился на короля, а потом вдруг во взгляде промелькнуло понимание, он метнулся к выходу, но дверь захлопнулась прямо перед его носом, и советник обречённо уткнулся в неё лицом.

– Я не могу более рисковать, друг мой, – произнёс Нисам. – Этот мальчишка – угроза всей Арасии.

Вторая стрела сорвалась с его руки. Пару секунд Термий ещё стоял, опираясь на дверь, а потом та распахнулась, и мёртвый советник вывалился в коридор.

Глава 7
Скоро рассвет, выхода нет

Сашка

Было тепло и неестественно светло, будто в фотошопе наложили фильтр с эффектом сияния. Сашка стоял среди высоких деревьев, но каким-то чудом солнечные лучи проникали сквозь густую листву и заливали всё вокруг золотистым светом, таким ярким и плотным, что невольно хотелось поднять руку и любоваться, как он перетекает сквозь пальцы. А ещё было удивительно тихо, словно умерли все звуки.

Что-то тёплое и влажное коснулось его плеча. Сашка повернулся и почти уткнулся носом в морду чёрного, как уголь, коня, невольно отшатнулся, открыл рот в изумлении, а пегас пошевелил сложенными крыльями, будто хотел расправить их, но не решался сделать это среди деревьев, и недовольно фыркнул. С минуту они просто глядели друг на друга. Пегас был таким красивым, что перехватывало дыхание. При каждом движении от него исходили волны тёплой, почти осязаемой магии. Шерсть и длинная грива блестели на солнце, отчего казалось, что он сияет. Влажные чёрные глаза сверкали, словно в них сохранились осколки ночного неба. Сашка не выдержал, протянул руку и осторожно прикоснулся к пегасу. Тот вздрогнул, но ступил ближе, принимая ласку. Сашка почувствовал на лице его горячее дыхание, тепло и мягкость шерсти под пальцами, и понял вдруг, что такое чудо не может существовать в реальности. Сердце сжалось от тоски, требуя волшебства.

Сашку настолько поглотило происходящее, что он не сразу обратил внимание на небольшую поляну и круглую постройку, что виднелись за деревьями. Заметил, только когда пегас, будто прощаясь, ткнулся носом в его ладонь и неспешно побрёл к зданию, бесшумно ступая по палой листве. Больше всего сооружение напоминало древние античные храмы: белокаменные стены, окружённые рядом высоких мраморных колонн, широкая веерообразная лестница, ведущая к массивным деревянным дверям. Так что же это? Храм? Посреди леса? Только теперь Сашка огляделся, и место показалось ему знакомым. Он уже был здесь! Вот только выглядело всё иначе…

Пегас остановился, оглянулся и тряхнул головой, словно звал Сашку за собой. И тот послушался, шагнул следом. Пегас ждал. Двинулся дальше, только когда Сашкина рука легла на его шею. У ступеней храма он остановился и легонько подтолкнул Сашку вперёд, наверх.

Войдя внутрь, он понял, что не ошибся – это точно храм. Свет проникал внутрь сквозь большое круглое отверстие на самой вершине купола. Вдоль стен шёл ещё один ряд колонн, кое-где между ними стояли большие чаши с водой, в которой плавали крупные белоснежные цветы, похожие на лилии. В центре зала – чаша, в которой горел огонь. А у стены напротив входа – широкий мраморный алтарь, украшенный такими же цветами. И Сашка невольно вспомнил вышивку на своём детском одеяльце.

Он не понимал, зачем пегас привёл его сюда. Но его охватило такое умиротворение, что даже шевелиться не хотелось. Казалось, он находится на пороге чего-то большого и чудесного, а до счастья рукой подать. Поэтому он просто стоял в центре круглого храма, наслаждаясь этими ощущениями, едва уловимым ароматом цветов и тишиной. А потом вдруг лёгкий ветерок коснулся его волос, будто кто-то ласково подул в макушку, и незнакомый женский голос прошептал:

– Пора, малыш! Очнись!..

* * *

Нещадно болела голова – это первое, что почувствовал Сашка, когда сознание начало возвращаться к нему. Второе – что было необычайно тихо. Никто не хлопотал над ним, не хлопал по щекам, не тряс, пытаясь привести в чувство, не звал. По спине пробежал холодок страха – что-то было не так. Сашка разлепил веки и постарался подняться, но перед глазами плыло, и он медленно сел, прислонившись к стене, чтобы перевести дух и прийти в себя окончательно.

Он по-прежнему находился в комнате Андры – хоть это успокаивало. Но где сама принцесса? Бросила его и ушла? Побежала за помощью? Или за стражниками? Нет, не верилось. Но почему тогда так тихо? Что случилось, пока он был в отключке?

В голове постепенно прояснялось. Сашка осторожно ощупал затылок – хлестнуло болью, и на пальцах остались следы крови. Шишка здоровая, но голова цела. Кажется, только царапина. Вот что за день выдался! Словно компенсация за все скучные, пустые будни, проведённые в детском доме! За последние двадцать четыре часа случилось столько, что хватило бы и на год. Вдруг вспомнилось, как в детстве он поскользнулся на кафеле в ванной, упал на спину и тоже ударился затылком. Сознание он тогда не потерял, а вот кровищи было… Даже возили на «Скорой» в травмпункт накладывать швы. По сравнению с тем случаем нынешний можно считать пустяковым. И слава богу, только проблем с головой ему сейчас не хватало. А может, это всё они и есть, проблемы с головой? Кто знает, как сходят с ума? Может, ему всё это только мерещится – нет ни Андры, ни Арасии, он сейчас лежит связанный в какой-то особой палате, а всё, что видит, – лишь бред воспалённого воображения? Это многое бы объяснило…

Голова болела. А ещё ужасно хотелось спать. Тех минут, что удалось урвать этой ночью, организму было недостаточно, и он требовал отдыха.

И всё же, куда подевалась принцесса?

Сашка медленно поднялся – голова слегка кружилась, ноги неуверенно, но держали. Опёрся о ближайший стул и огляделся. Эта комната не шла ни в какое сравнение с той, где его поселили. Даже не одна комната – несколько. Он был в весьма уютной гостиной. С потолка лился свет множества свечей, Сашке даже хотелось, чтобы сейчас его было поменьше. Стены сплошь украшены фресками. На полу ковры. В центре – деревянная мебель, обитая бархатом, а рядом, под окнами, – сразу и не понять, то ли сундуки, то ли такие резные скамейки. Ещё дальше, за открытой дверью, виднелась другая комната с большой кроватью под балдахином…

За спиной послышался шорох, Сашка обернулся, но недостаточно быстро, да и в глазах всё слегка расплывалось. Показалось, что крупная тёмная тень скользнула в окно, а затем – звук крыльев. Птица?

– Андра, ты видела? – позвал он. – Андра?

В ответ услышал тихий всхлип и повернулся на звук. Слишком резко – голова тут же отозвалась болью. Зато он увидел её. Принцесса забилась в угол, спряталась за одним из сундуков. Сидела на полу, обхватив себя руками.

– Эй, ты чего?..

Андра бросила на него быстрый затравленный взгляд и спрятала заплаканное лицо:

– Я думала, что тебя уби-и-и-ла-а-а…

Сашка с трудом разобрал её слова. Шагнул навстречу, но Андра вскинулась, вжалась в стену.

– Нет, не подходи!

Хотела предостерегающе выставить руку, но словно опомнилась, дёрнулась и затряслась в беззвучной истерике.

Сашка замер, не зная, что предпринять. Боль в затылке мешала нормально соображать. Наконец он опустился рядом, осторожно дотронулся до её плеча. Хотел погладить, чтобы утешить, но не решился.

– Андра… Я в порядке, только голова болит. Всё хорошо!

Она глянула на него с недоверием, мотнула головой и отвернулась. Зашептала едва слышно:

– Я проклята… проклята…

– Что?..

– Демоны Ситеса…

Сашка начал злиться – вот совсем не в том состоянии был, чтобы разгадывать её шарады. И всё же собрал остатки сил.

– Андра…

– Уходи, уходи! Со мной теперь опасно!

Ну это уже совсем ни в какие ворота! А там, с королём и его убийцами, стало быть, не опасно? И что, она предлагает ему бросить её в таком состоянии, после того как сама помогла? Даже обидно стало! За кого она его принимает? Сашка взял Андру за плечи, тряхнул легонько.

– Эй, посмотри на меня…

Та упрямо мотнула головой вместо ответа.

– Посмотри на меня!

Андра послушалась, повернулась. В глазах паника, на щеках слёзы. Стало невыносимо жаль её, но почему-то Сашка был уверен, что жалость сейчас совсем не к месту, только навредит. Заговорил как можно твёрже и увереннее. Если бы ещё голова поменьше болела…

– Я в полном порядке! Видишь? Ты сейчас должна взять себя в руки. Или нам обоим крышка!

– Я чуть тебя не убила…

– Это случайность! Я просто споткнулся!

Замотала головой, губы задрожали, так что Сашке снова пришлось встряхнуть её.

– Не просто споткнулся…

– Андра, ты ничего мне не сделала! Со мной всё в порядке! Сама посмотри!

Она только кивнула, указывая на что-то на его плече, а из глаз снова потекли слёзы. И Сашка только теперь заметил, что сорвавшийся с её ладони… что? Световой шар? Он всё же обжёг его, опалив рубашку и оставив на коже красный след. Сашка дотронулся до раны – больно не было, лишь саднило, и кожа в месте ожога пылала. А может, он просто сейчас ничего не чувствовал из-за головной боли…

– Андра, это всё пустяки! Даже не больно!

Ради такого дела можно и приврать. Вот только без толку. Андра словно не слышала, вновь погрузившись в свои переживания.

– Что со мной?..

Сашка не нашёлся с ответом. Упоминать магию не хотелось, слишком уж бурной оказалась реакция Андры на это слово. Да и не в состоянии он был сейчас разбираться в терминологии. Тем более у него сомнений не было – чем ещё мог оказаться этот световой шар, если не волшебством? Хоть бы голова поскорее прошла… Ему бы сейчас лёд или просто холодный компресс…

– Мне так страшно… Если кто-нибудь узнает… Меня сожгут как чародейку…

– Да что за глупости?

Та вскинула на него полный отчаяния взгляд и зашептала на одном дыхании, словно вызубренный ответ на уроке:

– «И сказал Создатель: а если женщину уличат в чародействе магическом, то сжечь надлежит её, и детей её, и внуков, и всё потомство, включая младенцев. И если мужчину – отнять голову его, и детям его, и внукам, и всему потомству его. Потому что чародейство – лишь происки Ситеса, чёрный дар, демонами его принесённый. И нет души у его обладателя, потому что лишь в обмен на душу сей дар даётся, и кровь отравляет. И поэтому одно спасение – смерть!»

– Андра, но это же бред!

Но она только яростно замотала головой в ответ.

Сашка прикрыл глаза. В горле саднило, затылок ломило, и эта боль мешала думать, а мыслей снова стало так много! Так это она? Причина, по которой родители спрятали его? Что магия в этом мире существует, Сашка теперь не сомневался. В душе он давно был готов к этому, волшебство – единственное, что объясняло его путешествие между мирами. И случай со световым шаром только убедил его. Но если в этом мире такие поверья, а его мама или папа, или даже они оба, были колдунами, и об этом узнали, понятно, что родители захотели спрятать его, Сашку. Как там Андра сказала? «Дар отравляет кровь» – значит, передаётся по наследству? Так? Нет, не так! Что-то Сашка не заметил в себе никаких магических способностей, ни в одном из миров. И почему тогда родители не сбежали вместе с ним? Ведь могли! И зачем оставили кулон, который вернул его обратно? В чём смысл? Ведь то, что кулон попал к нему только сейчас – чистая случайность. Стало быть, дело не в этом. И руины в лесу, возле которых Андра впервые почувствовала что-то необычное. А позже чувствовала то же самое возле него, Сашки. Или… возле кулона, который всегда был на нём? Догадка вдруг пронзила его: если это Андра всегда была волшебницей, но её магия проявилась только рядом с другой магией, например, с кулоном, вроде как с волшебной палочкой?! Или у него фантазия разыгралась?

– Андра, послушай меня! Это всё чушь! То есть, может, у вас в это верят, но это не так! Верить ведь можно во что угодно, не всё из этого правда! Людям вообще свойственно заблуждаться, – Сашка и сам не понимал, что несёт, но останавливаться не собирался. – Сама подумай: это началось с нашей встречи, ты ведь почувствовала что-то там, среди колонн. Раньше ведь с тобой такого не было, ты сама говорила. И эта световая фигня, которой ты в меня пульнула – всё случилось, когда я отдал тебе кулон! Но если магию приносят демоны, значит, я демон? Но почему тогда ты так легко смогла меня ранить? И демоны сознание не теряют! И потом, как можно обменять на что-то душу и не знать об этом? Значит, дело вообще в другом, демоны тут ни при чём!

Вроде помогло, во взгляде Андры промелькнуло что-то осмысленное, и Сашка продолжил ещё увереннее:

– И потом, вспомни, ты же видела в лесу чёрного пегаса, и я его тоже видел. Что это было? Глюки? У нас обоих? Сомневаюсь! С ума поодиночке сходят, а не все вместе!

Увлёкшись, Сашка взял Андру за руки, и та не стала вырываться, только слушала, как заворожённая. Сашка не знал, верит ли она в его слова или просто хочет, чтобы он оказался прав, чтобы не нужно было бояться демонов и казни. Но сейчас это было не столь важно.

– Андра, послушай меня: я сейчас уверен, что магия есть в вашем мире, и нет в ней ничего демонического. Я понятия не имею, почему никто об этом не знает, но это единственное нормальное объяснение. И этот твой световой шар, и кулон, и моё появление здесь, и даже наша встреча в лесу. Ты можешь придумать другое объяснение?

Андра медленно покачала головой.

– Вот и я не могу.

– Но жрецы, Саша! – В голосе Андры снова мелькнуло отчаяние, и Сашка сжал её ладони, приводя в чувство.

– Что с ними?

– Пусть всё так, как ты говоришь. Поверь, я очень хочу, чтобы ты оказался прав. Но если кто-то узнает о том, что сейчас произошло, если…

– Кто узнает? – оборвал её Сашка. – И как? Ты собираешься побежать и рассказать?

– Нет, но…

– Поверь мне, я тоже не планирую. Меня хотят убить, помнишь?

– Но если это случится снова?! – не выдержав, выкрикнула Андра и выдернула ладошки из его рук, взглянула со злостью, и Сашка мысленно обрадовался. Наконец-то она стала приходить в себя. Паника – плохо. Злость – хорошо. То, что нужно сейчас!

Андра продолжала:

– Я понятия не имею, как это произошло, этот… светящийся… сгусток… или что это было… он… он сам по себе возник, я не хотела! А что, если это случится опять, за обедом, например, при дяде, при жрецах?! Ты это понимаешь? За мной пошлют Воинов Создателя! И сожгут на костре! Хорошо, если пытать не станут!

– Слушай, я знаю одно: всё случилось, когда ты взяла в руки кулон. Рядом со мной ты весь вечер провела и за руки меня хватала, и я только что тебя за руки держал, и ничего не случилось! Так что дело в кулоне! Не трогай его, и всё будет хорошо!

Андра открыла было рот и тут же закрыла его, задумавшись. А Сашка с облегчением выдохнул и снова взял Андру за руки. Пальцы её слегка дрожали, и в голосе не было прежней силы, а в глазах – уверенности. Сашке вдруг пришло в голову: с кем из них за этот день случилось больше потрясений? И он невольно почувствовал себя виноватым, а ещё… ответственным, что ли. Как ни крути, но именно он втянул Андру в этот водоворот безумных событий. Не повстречайся он ей, так и жила бы дальше беззаботной дворцовой жизнью принцессы, не зная ни о других мирах, ни о магии… И что бы он там ни наплёл про кулон и про демонов – уверенности в этом не было, Сашка понятия не имел, что и почему произошло с Андрой и не повторится ли это снова. А значит, пора перестать просто плыть по течению. Ему придётся что-то придумать, чтобы помочь им обоим.

– Мы теперь в одной лодке, – твёрдо произнёс Сашка. – Нам нужно выбираться из замка. Вместе. У тебя же был какой-то план, когда ты меня сюда тащила?

Но Андра покачала головой:

– Прости, я просто сделала первое, что пришло в голову. Не знала, где ещё тебя укрыть. Подумала, что здесь стража точно искать не станет.

– Предлагаешь мне прятаться у тебя в комнате? А слуги? Если меня кто-то увидит? Не думаю, что ты сама себе всё делаешь. И как они ещё не заявились тебя в постельку укладывать? Время-то позднее!

– Саша, я принцесса. Никто не придёт, пока я не позову, – парировала Андра и потянула его к ближайшей скамье. – Давай я посмотрю твою голову.

Они поднялись с пола, поддерживая друг друга, уселись на ближайший сундук-скамью, и Сашка повернулся спиной, подставляя затылок. Андра старалась быть осторожной, он едва ощущал её прикосновения, и всё же, когда её пальцы задели рану, Сашка сморщился от боли.

– Ничего страшного. Шишка и небольшая царапина. Я попрошу сделать отвар от головной боли.

– А холодное что-то есть сейчас приложить?

Андра растерянно пожала плечами, огляделась и потянулась к увесистому серебряному подсвечнику, что стоял поблизости на столике.

– Я не в этом смысле! – Сашка остановил её руку, и Андра растерянно уставилась на него.

– Временами я тебя вообще не понимаю…

– Маленькое что-то. Монета там…

Но Андра покачала головой. Ну да, она же принцесса – зачем ей деньги.

– Я попрошу принести воды из колодца, она почти ледяная. Можно намочить платок… Только тебе придётся спрятаться…

* * *

Это было похоже на игру. Отсиживаться то под кроватью, то в огромном сундуке, который Андра освободила от лежащей в нём одежды, оставив для Сашкиного удобства лишь пару платьев, а то и в небольшой комнатке, служившей ванной и туалетом, правда, без привычных удобств, из-за чего Сашка немало смущался каждый раз, когда требовалось справить нужду.

К утру голова прошла, только шишка побаливала. Горло ещё саднило, зато шея почти не болела, хоть на ней и остались синяки. Сашке даже удалось немного выспаться, пусть кроватью ему служила большая шкура, расстеленная на полу в гостиной возле камина. К ней нашлись одеяла и подушки, было тепло и даже уютно, так что Сашка проспал до позднего утра. А проснувшись, долго лежал, наслаждаясь спокойствием, разглядывая нарисованные на стене белые цветы и поглаживая кулон – перед сном он подобрал его с пола и опять повесил на шею.

Андра сказалась больной. Отказалась от лекарей, но потребовала полного покоя, поэтому их никто не тревожил, лишь слуги заходили несколько раз да ненадолго заглянул король, поинтересовавшись между вопросами о самочувствии и настроении, когда она видела Сашку в последний раз, мол, его никто не может найти. Андра умело изобразила удивление, даже пошутила, что гость, должно быть, вышел по нужде да заблудился в коридорах замка, и попросила сообщить, если будут новости.

Незаметно вечерело. Верхний свет по приказу Андры не зажигали. В полумраке они сидели у камина, пощипывая сладкий виноград и споря, что делать дальше. Идеальный план не изобретался – грядущий турнир и празднество в честь дня рождения принца путали все карты. Ждали гостей, поэтому кругом царила суета: слуги сновали туда-сюда, готовя комнаты, к замку то и дело подъезжали подводы с едой или дровами. Сашка был уверен, что нужно выбираться, и как можно скорее, но проскользнуть незамеченными не было никакой возможности, даже ему одному. А если и удастся прокрасться по коридорам ночью, когда все уснут, то Андра опасалась, что у всех выходов из замка будет дежурить стража и их поймают.

Информации не хватало. Они понятия не имели, что происходило в замке, искали ли Сашку или король сделал вид, будто его и не было. А если искали, то тайно или открыто? Вопросов было много, но пытать ими слуг и короля Андра не решалась, чтобы не вызывать подозрений.

За этим их и застал стук в дверь. Сашка метнулся в спальню, готовый в любой момент юркнуть под кровать, а пока прильнул к двери, прислушиваясь.

– Кирс!

– Запираешься?

Звук поцелуя, какой-то невнятный шорох. Сашка вдруг вспомнил, что Кирс и Андра – жених и невеста, и это смутило его.

– Не хочу, чтобы беспокоили по пустякам, голова очень болит, – голос звучал мягко, но Сашка уловил в нём напряжение.