Читать книгу "Русская гейша. Секреты обольщения"

Свиток седьмой
Бабочка над мостом снов

Знаю, нет вокруг

Никого, кто скажет, что

Я – его печаль.

Стоит ли радоваться,

Принадлежа лишь себе?

Фудзивара-но Корэмаса

В Шереметьево я с удивлением увидела встречающего меня Тима. Он широко улыбнулся и бросился ко мне, тут же повиснув на шее и целуя. Я заметила, как господин Кобаяси посмотрел на нас и тут же отвел глаза. На его лице промелькнуло удивление, смешанное с грустью. Еще бы! В Нарита провожал один, в Шереметьево встретил другой. Но его жена и дочь не отводили от Тима глаз. Его красота, как всегда, производила неизгладимое впечатление на женские сердца. Тим протянул мне букет белых гвоздик.

– Ты отлично выглядишь! – сказал он.

Я быстро представила его семье господина Кобаяси. Он церемонно раскланялся.

– Таня, вы с нами? – спросил господин Кобаяси.

– Нет, – тут же ответил Тим. – У меня машина, я сам довезу Танюшу.

– Хорошо, тогда мы поехали. Таня, звони, – сказал господин Кобаяси.

Они ушли, а я повернулась к Тиму.

– Вот как! Значит, торги между твоими дамами закончились? И у тебя машина. И думаю, что это не какая-нибудь задрипанная «Ока», – рассмеялась я.

– О чем ты? – невинно спросил Тим. – Может, я на свои купил?

– Я тебя умоляю! Да у тебя деньги сквозь пальцы текут, как вода сквозь решето.

Когда мы подошли к его машине, я присвистнула. «Феррари», алого цвета и обтекаемых форм, невольно бросался в глаза на фоне темных машин, выстроившихся на стоянке. Я знала, что такая машина стоит безумных денег. Я заметила, как господин Кобаяси подошел к черному BMW и, остановившись, в изумлении смотрит на машину Тима. А тот просто упивался своей новой дорогой игрушкой. Подняв дверцу, он усадил меня и занял место за рулем, картинно откинувшись на спинку сиденья.

– Видела, как твой Кобаяси уставился на мою тачку? – довольно сказал он. – Япошки знают толк в машинах!

– Лиза-то где? – спросила я, не отвечая на его вопрос. – Хотя сейчас по Москве всего три часа. Наверное, в агентстве. Я-то думала, что она тоже приедет встречать меня.

– Увидишь еще свою красавицу! – усмехнулся Тим. – Она там развела бурную деятельность.

– Ты это о чем? – повернулась я к нему.

– Увидишь, – загадочно произнес он.

И медленно выехал со стоянки. Когда мы оказались на трассе, Тим развил такую скорость, что у меня дух захватило. Но за несколько километров до МКАД начались пробки, машина замедлила ход, и я вздохнула с облегчением.

Мы поднялись в квартиру, и я сразу почувствовала запах свежей сдобы. Из кухни выглянула Лиза в фартучке, запачканном мукой, и, взвизгнув от радости, кинулась ко мне. Мы расцеловались.

– Ты есть, наверное, хочешь? – тараторила она, снимая фартук и беря у меня сумку. – Давай в ванную, а потом за стол. У меня все уже готово! Я для тебя состряпала настоящий праздничный обед! А то ты наверняка соскучилась по нашей кухне! Да и что эти японцы могут предложить? Одни сушеные сверчки да водоросли!

– С чего ты взяла? – расхохоталась я. – У них очень вкусные и полезные блюда.

– Не знаю, не знаю, – подхватил Тим. – Но у нас обычно все, что полезно, крайне невкусно. Вот Инга ест тертую сырую морковку или капустку жует, прямо как коза. Думаете, ей вкусно? Сомневаюсь! Я же вижу, с каким вожделением она смотрит на жареные куски мяса, которые я уплетаю!

– Значит, в торгах взяла верх Инга? – уточнила я и подмигнула Лизе.

– Фу, как грубо! – скривился Тим. – Победила дружба!

– Вы что, решили втроем сосуществовать? – спросила я.

– К чему нам такие извращения? – расхохотался он. – Инга уверена, что я люблю только ее, а Ира думает, что я принадлежу лишь ей. И все довольны.

– Смотри, малыш, допрыгаешься! – сказала я. – Так это долго продолжаться не может!

– Ну почему же? Я, словно быстрый неуловимый ручеек, скольжу меж двух берегов, которые никогда не пересекаются.

– Ну-ну, – хмыкнула я и скрылась в ванной.

Потом мы долго сидели на кухне. Я рассказывала о своей поездке. Конечно, не все. Затем отдала им подарки.

– Супер! – обрадовался Тим роскошному черному кимоно, сплошь расшитому сложными переплетениями золотых, алых и зеленых нитей.

Он тут же разделся до трусов и набросил его. Выглядел Тим великолепно.

– А почему бы тебе не продать свою роскошную машину и не купить на эти деньги квартиру? – спросила я, наблюдая, как он вертится перед зеркалом в прихожей. – На однушку в хрущевке вполне хватит.

– Что ты, Таня! – рассмеялась Лиза. – Он же еще не наигрался! Видела бы ты, с каким видом он подкатывает к агентству. Девчонки чуть из окошек не вываливаются.

– Красивому парню требуется красивое оформление, неужели непонятно? – серьезно сказал Тим. – Но в общем-то Лиза права. Наезжусь вдоволь, потом, может, продам.

– А кто ее подарил? – поинтересовалась я.

– Ирина, – ответила за него Лиза.

– Но как же Инга позволяет? – спросила я.

– А она не знает, – усмехнулся Тим. – Я ей сказал, что это машина нашего клуба. И ребята для престижа и рекламы периодически катаются на ней все по очереди.

– И думаешь, она поверила в такую галиматью? – поинтересовалась я.

– Это ее проблемы, – спокойно заметил Тим.

Вечером Лиза собралась уходить.

– Может, останешься на ночь? – спросила я. – Мы с тобой так толком и не поговорили.

– Нет, домой надо, – ответила она и улыбнулась. – А то мой раб Григорий умом тронется.

– Ясно, – вздохнула я.

– Завтра обо всем поговорим, – сказала она. – Ты когда в агентство приедешь?

– Да прямо с утра и подкачу, – ответила я. – Прохлаждаться некогда.

– Может, все-таки отдохнешь пару дней? А то разница во времени, акклиматизация…

– Нет, Лизонька, завтра, как обычно, явлюсь к девяти.

Когда за ней закрылась дверь, Тим вздохнул и снял кимоно.

– Совсем она с этим Павлом Николаевичем с ума сошла, – сказал он. – Уж и не знаю, чем девке помочь. Я даже попробовал познакомить ее с одним из клуба.

– Со стриптизером? – усмехнулась я. – Тоже мне достойная замена!

– А что? – немного агрессивно спросил Тим. – Чем мы хуже? Подумаешь, раздеваемся на сцене! Такая же работа, как и многие другие! Но ты не волнуйся, – добавил он более спокойно, – этот товарищ новый помощник постановщика. Наш, кстати, коллега. Тоже хореограф. Симпатичный парнишка.

– Да? – заинтересовалась я. – И как?

– Да никак! Ты же знаешь Лизку! Губы надула и потом мне высказалась, что я дурак конченый. Кстати, о дураках… – неожиданно сказал он и замолчал.

– Ну, чего заткнулся? – усмехнулась я.

Тим надел шорты и аккуратно сложил кимоно, поглаживая поблескивающий черный шелк руками, словно лаская.

– Твой бывший хахаль несколько раз заявлялся в агентство и сюда, – после паузы тихо проговорил он. – Уж и не знаю, чего ему от тебя надо! Расстались, но нет, все таскается! Я просто с трудом сдерживался, так кулаки и чесались при его виде. Хочешь, морду ему расквашу?

– Не стоит, – ответила я, чувствуя, как сжалось сердце.

– Смотри, Татьяна, товарищ он нервный и злой, – сказал Тим. – Могу пока пожить у тебя.

– Поживи, – улыбнулась я. – Но как твои дамы? Возражать не будут?

– Разберусь!

На следующее утро я проснулась рано и не стала будить все еще спящего Тима. Выпив наскоро кофе, я привела себя в порядок и, захватив парики прически «суми-симада», которые приобрела у госпожи Цутиды, отправилась в агентство. Охранник Слава поздоровался со мной и радостно улыбнулся. Я протянула ему коробочку с набором для саке, и он даже покраснел от удовольствия.

– Спасибо огромное, Татьяна Андреевна, – пробормотал он. – Не стоило беспокоиться!

– Ну что ты, Вячеслав! Я всем привезла сувениры, – ответила я, заходя в открытые передо мной двери.

– Елизавета уже здесь, – улыбнулся он.

– Прекрасно! – сказала я, оглядев приемную и не увидев Лизу на обычном месте за компьютером.

– Она в репетиционной, – громко произнес мне вслед Слава.

Когда я открыла дверь, то не узнала помещение. Прямо передо мной, где-то в паре метров от двери, находились самые настоящие раздвижные перегородки фусума. Я увидела на них тонкое и искусное изображение горы Фудзи. Заметив на полу циновки, я машинально сняла туфли.

– Таня! Как ты рано! – раздался звонкий голосок Лизы, и она вышла из-за перегородки, легко раздвинув ее.

– Привет! – растерянно сказала я, заглядывая за ее спину.

Я увидела классически оформленное помещение для проведения чайной церемонии. В углу даже был сооружен самый настоящий каменный очаг. Возле него на деревянной подставке находилась различная утварь, необходимая для тяною.

– Мама дорогая! – громко воскликнула я, заходя за перегородки.

Справа в стене было устроено подобие ниши токонома. К стене прикреплялись деревянные перегородки, обозначившие нишу. Я подошла и начала рассматривать какэмоно[17]17
  Какэмоно – вертикальный свиток с картиной.


[Закрыть]. Там была изображена гора Фудзи.

– Это что, подлинник? Хокусай[18]18
  Хокусай, Катсусика – знаменитый японский живописец, 1760–1849 (жанровые иллюстрации, рисунки, сцены из народного быта, пейзажи, портреты).


[Закрыть], кажется, – испугалась я. – А деньги на нашем счету еще остались?

– Это просто отличная копия, – рассмеялась Лиза. – Да, Хокусай. Один из видов его бесчисленных изображений Фудзиямы. Красиво, правда?

– И не отличишь от настоящего!

– Еще бы! Я старалась! – сказала Лиза. – А как тебе икебана? А то ты всегда меня ругала за неряшливые бессмысленные букеты. Пришлось походить на курсы.

– Отлично! – одобрила я, посмотрев на длинную сосновую веточку, торчащую из темной керамической вазы.

Маленькие розовые звездочки чеддерской гвоздики красиво выделялись на фоне темно-зеленых сосновых игл. Я ощутила тонкий сладкий аромат и улыбнулась.

– А я сейчас стала настоящей тядзин, – хвастливо заявила Лиза и подняла свой хорошенький носик. – Так что я здесь времени зря не теряла. Ты будешь довольна. Правда, пришлось обратиться за консультацией к твоему Ито. Но он с удовольствием помог.

– Нужно особо поблагодарить его, – заметила я.

– Но это еще не все, – лукаво сказала Лиза и прошла в конец комнаты.

Она отодвинула перегородку, и мы оказались еще в одном помещении меньших размеров. Я увидела все те же циновки на полу и по бокам узкие деревянные скамеечки. Сбоку каким-то образом Лиза ухитрилась втиснуть шкаф-купе. Он был облицован светлым деревом и прекрасно гармонировал с общим убранством.

– А это вход в наш чайный дом, – сказала она. – Здесь гости смогут снять верхнюю одежду и обувь и привести себя в порядок. А потом уже пройдут в зал. Помнишь, тот запущенный внутренний дворик?

– Помню, – нехотя ответила я.

И перед глазами невольно возник Степан, прячущийся за кустом сирени.

– Идем, – сказала Лиза.

Мы приблизились к новой деревянной двери, и Лиза распахнула ее передо мной. От неожиданности я ахнула. Место было просто не узнать. От помойки не осталось и следа. Дворик был отгорожен от основного пространства высокими коваными решетками. Кусты сирени удачно закрывали его от любопытных глаз. От кованой калитки шла дорожка, выложенная цветными кусками гранита. Я вышла в садик. Небольшая, тоже кованая скамья стояла возле крошечной, но густо усаженной оранжевыми настурциями клумбы. За ней я с изумлением увидела выложенный камнями прудик размером примерно метр на полтора. Посередине бил фонтанчик, а на воде покачивались какие-то растения с крупными зелеными листьями. Возле прудика стояла вторая скамья и возвышался фонарь. Ровный гранитный столбик венчался белым стеклянным шаром, который обхватывали причудливые переплетения кованых стеблей с маленькими остроконечными листочками.

– Зажечь фонарь? – спросила Лиза, с явным удовольствием наблюдая за мной. – Ночью он необыкновенно красиво отражается в воде пруда.

– Вот вечером и зажжем. Но ты просто превзошла саму себя! – воскликнула я. – И как нам сохранить все это? Народ у нас дикий! Им лишь бы ломать и засорять.

– Ну, во‑первых, у калитки есть внушительный замок. Во-вторых, я уже думала над этим. Не мешало бы взять еще охранников для этого входа.

– Да, ты абсолютно права! – тут же согласилась я. – Расход не такой большой, зато спокойнее. К тому же проведение чайной церемонии в таком обрамлении привлечет дополнительных клиентов, – добавила я после паузы. – Займись рекламой!

– Уже! – рассмеялась Лиза.

Из черной записной книжки с изображением красного дракона на обложке:

«Все, что вы делаете, делайте от всей души. Это и есть первородный ум. Если же вы сомневаетесь, действовать или не действовать, – это эмоции. Прилежно делайте то, что вы желаете делать, и не делайте того, в чем вы не уверены. Глубоко осознанные желания исходят от первородного ума, тогда как неуверенность – это проявление эмоций.

Жажда заставляет думать о воде. Голод заставляет думать о еде. Слыша карканье ворона или вой лисицы, вы вспоминаете о неудачах и думаете, что это может быть плохим предзнаменованием. Но судьба естественна. То же касается и удачи в повседневных делах. Когда несчастье случается, оно случается. Когда приходит удача, она приходит. Неудачи не сопровождают нас все время. То же самое можно сказать и об удачах.

Добро и зло, везение и невезение – все относительно и подобно двум колесам одной повозки. Если нет зла, добра тоже нет. Вы не можете все время быть удачливым, как бы вы ни стремились к удаче. Даже если вы ненавидите неудачу, вы не можете сделать так, чтобы неудача никогда не настигла вас. Поскольку удача и неудача следуют друг за другом по кругу, будет лучше, если вы забудете о них и не будете волноваться. Когда вы не обеспокоены удачей и неудачей, на душе легко, и вам нет дела до каркающих воронов и воющих лисиц».

Такуан Сохо

Вечером за мной заехал господин Ито. Я видела, что он непритворно рад встрече.

– Ты великолепно выглядишь, Таня! – сказал он, целуя меня. – Поездка явно пошла тебе на пользу.

– Это благодаря вам, Ито-сан, – ответила я.

– Хочу отпраздновать твой приезд, – радостно проговорил он. – Мы решили покататься на яхте, которую я снял. Присоединишься? Если Лиза хочет, то приглашаю и ее.

Но Лиза отказалась, сославшись на неотложные дела.

– Это в восемь вечера! – сказала я и укоризненно на нее глянула.

– Развлекайтесь без меня, – улыбнулась она.

Когда мы оказались на месте, я увидела множество уже пьяных гостей. Господин Ито снял яхту на всю ночь. Я остановилась на палубе, смотря в темную, быстро несущуюся мимо меня воду, а господин Ито побежал искать капитана, чтобы обсудить с ним маршрут.

– Добрый вечер, прекрасная принцесса! – услышала я знакомый голос и резко обернулась.

Возле меня с бокалом в руке стоял господин Миура.

– Акира! – радостно воскликнула я.

– Он самый, – улыбнулся он.

А меня вдруг бросило в жар. Я вспомнила, что Акира знаком со мной только в образе гейши Аямэ. Я замолчала, пытаясь справиться со смущением.

– И как продвигается изучение тантрического секса? – еле слышно сказал он мне на ухо.

– Пока никак! – рассмеялась я.

И сразу почувствовала себя легко. Раз Акира знал, кто я, то смысла скрывать это не было никакого.

– Я только вчера вернулась в Москву, – сказала я после паузы.

– О! А я и не знал! Решил, что прекрасная Аямэ забыла меня.

– Меня зовут Таня, – тихо сказала я.

– Замечательно! Что-нибудь выпьешь?

– Пожалуй, – ответила я, с удивлением глядя на его бокал.

Я помнила, что Акира не употреблял спиртное.

– Я пью виноградный сок, – сказал он. – Но для тебя возьму шампанское. О’кей?

Я кивнула, и он быстро скрылся в освещенном салоне. Я пригладила волосы, но волнение отчего-то унять не могла. Акира обладал ненавязчивым обаянием и несомненным ики. Это меня невольно, но сильно возбуждало. Мое тело хотело секса, помимо моей воли, и мгновенно откликалось на присутствие молодого представителя противоположного пола.

Когда Акира появился с бокалом шампанского, я мельком глянула на его спортивное, хорошо накачанное тело и почувствовала, что возбуждение нарастает.

– Как ты съездила? – спокойно спросил он.

«Вот прямо сейчас затащить его куда-нибудь», – подумала я, сосредоточившись на его пухлых красных губах.

Акира смотрел на меня с непонятным выражением, потом улыбнулся.

– Хорошо съездила, – сказала я, с трудом отводя взгляд от его лица и глядя на темную воду.

– Я вижу, – тихо заметил он. – В тебе появилась ясность и… – Он запнулся. – Не знаю, как точнее выразиться. Я бы сказал: живой источник.

– Меня укачивает на воде, – сообщила я. – К тому же разница во времени еще дает о себе знать.

– Можем высадиться, пока не оказались за пределами города, – тут же сориентировался Акира. – А то наш друг Ито собрался в бухту Радости, это где-то на севере какого-то водохранилища.

– Кошмар! – рассмеялась я. – Но ведь ради нас яхту не остановят.

– Сейчас я что-нибудь придумаю, – сказал Акира.

Уж и не знаю каким образом он договорился, но, вернувшись, потащил меня к спуску с палубы. Там уже находился матрос. Нам приготовили лодку. Я рассмеялась от неожиданности его действий. Акира, видимо, не привык долго рассуждать и взвешивать. Он спустился в лодку и подал мне руку.

– Но куда мы поплывем? – спросила я, с трудом удерживаясь на ногах и пробираясь к скамеечке на корме.

– К берегу, – рассмеялся он. – А там я доставлю тебя, куда скажешь. Все по твоему желанию, – добавил он и глубоко заглянул мне в глаза.

– Но надо бы предупредить господина Ито, – спохватилась я.

– Я его не нашел, но сообщил капитану, – ответил Акира и взялся за весла.

Я с удовольствием посмотрела на его вздувшиеся под обтягивающими рукавами белой футболки мышцы. Он начал энергично грести, а я опустила руку в прохладную воду. И как ни странно, но в этот момент я думала о том, как хорошо, что на мне узкая льняная юбка и белая блузка. Я незаметно расстегнула еще одну пуговичку и слегка расставила обнаженные колени, словно искала опору при качке. Но Акира греб ритмично, и лодка шла на удивление ровно. Его тело, с напряженными мышцами рук и раздвинутыми ногами, обтянутыми белыми брюками, неотступно притягивало меня. И я буквально изнывала от желания.

– До берега далеко? – задала я глупый вопрос.

Огни набережной виднелись практически в нескольких метрах от нас. Мне показалось, что я вижу какой-то длинный шпиль.

Акира не ответил и почему-то перестал грести. Его глаза неотступно смотрели на меня. Неожиданно он закрепил весла и передвинулся ко мне, обхватив за талию и опустив голову к моему животу. Я застонала и откинулась назад. Лодка закачалась. Но мы не обращали на это внимания. Я сдвинулась вниз и подняла юбку. И тут же почувствовала, как пальцы торопливо отодвигают серединку трусиков и начинают ласкать. Я легла спиной на узкую скамейку. И ощутила, как влажный язык проникает внутрь. Но я невыносимо хотела «нефритовый стебель».

– Скорее! – попросила я на русском, совершенно потеряв голову.

Но Акира понял. Он осторожно перевернул меня на живот. Лодка вновь сильно закачалась.

«Не хватало только свалиться в воду!» – подумала я и тихо засмеялась.

И сразу замолчала, так как ощутила влажное прикосновение. Я приподняла ягодицы и застонала, почувствовав, как «нефритовый стебель» мягко входит в меня…

Когда мы разъединились, сели на скамейки и посмотрели друг на друга, то вдруг дружно рассмеялись.

– Извини, я не смог с собой справиться, – сказал Акира, когда мы успокоились. – Желание захлестнуло.

– Но ведь я хотела не меньше тебя, – ответила я.

– Но я хотел явно дольше, – возразил он. – С нашей первой встречи.

– Все прекрасно, – сказала я. – Ты мне очень нравишься.

– А ты мне, – ответил он и огляделся по сторонам. – Как ты думаешь, мы сейчас где?

– В лодке, – снова рассмеялась я.

– О да! – тут же подхватил он. – В лодке коралловой любви, плывущей по зеленой воде страсти.

Акира взялся за весла и начал грести к видневшемуся темному берегу.

«Интересно, куда нас отнесло?» – подумала я, оглядываясь по сторонам и не видя узкий шпиль.

– Сейчас высадимся, найдем такси и поедем домой, – сказал Акира.

– Хорошо бы, – сказала я. – Весь вопрос, где мы высадимся.

– А не все ли равно! Такси везде можно найти, – уверенно ответил он.

«В Японии, возможно, но не у нас», – подумала я и улыбнулась.

Когда лодка уткнулась носом в камень набережной, Акира закрепил весла и встал, с трудом удерживая равновесие.

– Но мы тут не выберемся, – сказала я, глядя на шершавую отвесную каменную стену.

– Здесь не так и высоко. Я подсажу тебя. А то причал мы тут долго будем искать.

– Мне кажется, я видела шпиль Северного речного вокзала, – задумчиво проговорила я.

– Когда?

– А кто ж знает! – рассмеялась я. – Еще до того, как…

– Вставай, Таня. Я тебя подсажу, – решительно проговорил Акира.

Я с трудом выбралась наверх, оцарапав колени. Акира вылез намного легче. Его тело двигалось быстро и гибко. Мне показалось, что он плавно выпрыгнул ко мне без каких-то особых усилий.

– А лодка? – спросила я, когда мы пошли в глубь какого-то темного и безлюдного парка.

– Я ее купил, – засмеялся он. – Так что пусть плывет!

Я изумленно глянула на него, но промолчала. Этот парень удивлял меня все больше.

Мы шли через парк, больше напоминающий лес, какое-то время молча. Было уже очень поздно, что-то около полуночи. Я чувствовала легкую усталость, но в то же время возбуждение не покидало меня. Все происходящее казалось необычным и увлекательным. Место, где мы очутились, было незнакомо ни мне, ни тем более Акире. Темный, без единого фонаря парк, отсутствие людей и зданий, тишина и влажная трава под ногами создавали своеобразную атмосферу приключения. И я периодически прижималась к Акире, тихо и нервно посмеиваясь.

И вот вдалеке блеснул свет. Мы припустили туда бегом, дурашливо подталкивая друг друга. Скоро перед нами возник дом. Я посмотрела на два квадрата освещенных окон, прикрытых ветками деревьев, и отчего-то замедлила шаг.

– Странное местечко, – тихо сказала я. – Особняк, по-моему, в три этажа, стоит в лесу. Я не вижу ни ограды, ни охраны, ни других зданий.

– Почему странное? – удивленно заметил Акира. – Просто кому-то нравится жить в уединении.

– Может, для Японии это и нормально, – пробормотала я.

В этот момент мы наткнулись на низкую ограду из коротко подстриженных кустов, плотно растущих друг к другу.

– Ну, вот и забор, – усмехнулась я. – Перелезем?

– Давай! – согласился Акира и ловко перепрыгнул через кусты.

«Главное, чтобы собак не было», – подумала я, перелезая следом за ним.

Но вокруг по-прежнему царила тишина.

– Постучим и выясним, где мы, – сказал Акира и двинулся к дому.

– Подожди! – зашептала я, хватая его за руку. – Давай лучше вначале в окно поглядим. А то мало ли! Вдруг это какой-нибудь бандитский притон!

Акира глянул на меня и тихо рассмеялся, но шаг замедлил. Мы подошли к одному из освещенных окон и осторожно отвели ветки.

Я увидела роскошно обставленную комнату с горящим камином. Посередине находился стол, за которым сидели двое мужчин и две женщины. Они играли в карты. Меня удивило, что женщины были в вечерних платьях. Ко мне лицом находился мужчина, одетый во все черное. Его строгое властное и красивое лицо сильно портило огромное красно-коричневое родимое пятно на виске. Казалось, что это кровь, выступившая после удара или выстрела. Я перевела взгляд на затылок женщины, сидевшей напротив него. Густые русые волосы, убранные в замысловатую высокую прическу, полная белая шея, на которой поблескивало ожерелье, открытые плечи – ничего особенного я не видела. Но мой взгляд словно прилип к ней. В этот момент в комнату зашел парень в строгом черном костюме и с подносом в руках. Он поставил бокалы и разлил вино. Когда он пошел к двери, женщина, так привлекшая мое внимание, развернулась и что-то ему сказала. Увидев ее профиль, я мгновенно узнала Ингу, подругу Тимура, и невольно отпрянула от окна.

– Красивый череп, – сказал в этот момент Акира.

Я посмотрела на него с недоумением. Потом вновь глянула в окно и тут только заметила, что на каминной полке стоит настоящий на вид череп. Внутри, видимо, была помещена свеча, потому что из отверстий выходил неровный желтоватый свет. Это выглядело жутковато.

– Пойдем отсюда? – сказала я.

– Но мы же хотели выяснить… – начал Акира.

– Как-то же они сюда добираются, – перебила я, – так что дорога наверняка рядом.

Мы обогнули особняк и скоро действительно вышли на узкую асфальтированную дорогу, приведшую нас на шоссе. Я остановила медленно ехавшую «шестерку» и попросила довезти нас до ближайшего метро. Водитель, пожилой мужчина, усмехнулся, оглядев мои голые ноги с ободранными коленями. Он перевел взгляд на молчащего Акиру, задумался, но потом все-таки согласился нас подвезти. Мы забрались на заднее сиденье и прижались друг к другу.

Ближайшим метро оказалась станция «Речной вокзал», и ехали мы до него почти час. Притормозив у входа, водитель повернулся ко мне. Я протянула деньги.

– А дальше-то куда? Метро уже закрыто, – сказал он. – Может, нам по пути?

– До метро «Аэропорт», – сказала я.

– Так чего ж ты, девонька, молчала? – добродушно улыбнулся он. – Мне в ту же сторону! Могу к дому доставить, а то твой чучмек совсем уже засыпает. Вон, глазенки-то прижмурил.

В мои планы не входило приглашать Акиру в гости, но я так устала, что только молча кивнула.

Когда мы высадились у моего подъезда, Акира сказал, что поедет домой на такси.

– Пойдем, вызову по телефону, – сказала я. – А то куда ты сейчас ночью?

Мы поднялись ко мне. Я скинула туфли и взяла телефон. Но гудков не было.

– Ну вот! Телефон почему-то не работает! – недовольно пробормотала я.

– Таня, не хочу больше тебя беспокоить, – сказал Акира и направился к двери.

– Ты останешься! – строго сказала я. – Сейчас в душ и спать! Если ты голоден, то в холодильнике всего полно.

Он улыбнулся. Я обняла его и легко поцеловала. Он ответил неожиданно страстно.

– В душ! – прошептала я, оторвавшись от его губ.

– Привет, Танюха! – раздался в этот момент сонный голос. – Ой, извините!

Я повернула голову и увидела абсолютно голого Тима. Он стоял в дверях гостиной и зевал. Потом спокойно повернулся и ушел, прикрыв дверь.

– О! – только и сказал Акира.

– Это мой друг, – быстро проговорила я. – Он стриптизер, поэтому привык не стесняться. Так что прошу прощения. И не думай, мы с ним только дружим и ничего более.

– Я и не думаю. Но он очень красив.

Тим появился вновь, но уже в халате. Я их познакомила и пошла в ванную. Когда вернулась, Акира сидел на кухне и пил чай.

– Чаек? – обрадовалась я. – Как раз то, что нужно!

– А где это ты так коленки ободрала? – испуганно спросил Тим и укоризненно глянул на Акиру.

– Потом расскажу, – усмехнулась я, усаживаясь за стол.

Акира извинился и ушел в ванную.

– Где ты его подцепила? – рассмеялся Тим, наливая мне чай и пододвигая тарелочку с бутербродами.

– Друг господина Ито, – сказала я. – Слушай, а где твоя Инга?

– Дома, наверное, а что? – удивился он.

– Да так, – ответила я и замолчала, не зная, рассказывать ему или нет об увиденном.

– Думаешь, почему она не со мной? – предположил Тим.

– Да, именно, – ответила я. – Ведь у тебя сегодня такой редкий выходной.

– Ну не сюда же ее тащить, не при тебе же! – усмехнулся он. – А она, знаешь ли, ненасытная бабенка. Просто удивляюсь! Хоть сутки напролет.

– Понятно, – сказала я.

– А ты куда его спать уложишь? – поинтересовался Тим. – Хочешь, на мое место? А я могу на балконе. Ночь теплая.

– Успокойся! – рассмеялась я. – Акира будет спать со мной.

Почему я так решила, мне трудно объяснить.

Но это давно забытое ощущение прижимающегося ко мне всю ночь мужчины, его объятия, сонные поцелуи, тяжесть горячей руки на груди практически не давали уснуть. Я лежала на его плече, привалившись всем телом и уткнувшись носом в шею, и улыбалась, чувствуя покой и защищенность.

 
Влажная роза
Опять распустилась
В тумане.
Счастье осталось
На кончике языка.
 

Рубоко Шо

Утром мы расстались с Акирой возле метро. Я отправилась в агентство, а он по своим делам.

– Придется ходить в брюках, – тихо сказала я, когда он осторожно пожал мне пальцы. – Пока колени не заживут.

– Ты жалеешь? – спросил он.

– Нисколько! – улыбнулась я и крепко его поцеловала.

Когда я приехала в агентство, то первым делом попросила охранника Славу позвонить матери Степана.

– Скажешь, что ты его знакомый, что давно не виделись, и спросишь, где он, – дала я указания.

– Хорошо, – с недоумением произнес Слава. – Сейчас позвоню.

– Просто это мой должник, – серьезно проговорила я. – Уклоняется, понимаешь?

– Да-да, конечно, – сказал он и снял трубку.

Мать Степана сообщила, что ее сын в данный момент находится во Владимирской области, и когда вернется – неизвестно. Я поблагодарила Славу, и он вернулся на место.

«Интересно, что Степан там делает? – подумала я. – Хотя, главное, что его сейчас здесь нет».

В полдень пришла на занятия Сакура. А через час появилась сияющая Идзуми, которая только что вернулась из отпуска. Следом за ней робко вошла невысокая черноглазая девчушка на вид лет четырнадцати. Идзуми радостно со всеми поздоровалась, а потом подтолкнула ко мне девчушку и сказала:

– Вот, Татьяна Андреевна, пополнение вам привезла. Знакомьтесь, это Рита, моя землячка. Только что культпросвет окончила.

– Здравствуйте, Рита, – немного настороженно поздоровалась я, внимательно оглядывая ее невысокое стройное тело, угольно-черные волосы, заплетенные в две косички, и карие миндалевидные глаза. – Тебе лет-то сколько? – уточнила я.

– Восемнадцать, – сказала она, испуганно на меня глядя.

– А на вид – малолетка! – усмехнулась я.

– Кто бы говорил! – неожиданно осмелела Рита. – Вам-то самой сколько? Поди, не больше шестнадцати, а ведь дире-е-ектор! – насмешливо протянула она.

– Рита! – тут же одернула ее покрасневшая Идзуми.

– Нари! – ответила она с вызовом и даже ногой притопнула.

– Вот это да! – заметила вышедшая в этот момент из чайной комнаты Сакура. – Вот это кадр!

– Пойдем, Рита, в мой кабинет, – предложила я и улыбнулась.

Она мне показалась забавной. И это сочетание совершенно невинного юного личика с задиристым характером вполне подходило для такой работы.

Я зашла в кабинет и села за свой стол. Рита устроилась напротив и подняла на меня глаза. И я увидела, что на самом деле она смущена и растеряна.

– Меня зовут Татьяна Андреевна, – немного официально начала я. – И мне, если тебе уж так интересно, в сентябре исполнится двадцать один. В этом заведении я директор, кроме этого, преподаватель основных дисциплин и также выступаю с девушками в качестве гейши Аямэ.

– Классно! – заметила Рита.

Ее смущение явно пошло на убыль, лицо стало более оживленным.

– Я думаю, что Нари, но девушки здесь общаются под псевдонимами, так что привыкай называть ее Идзуми, рассказала о нашей работе. Ты живешь, как и она, в Волгограде?

– Да, – подтвердила Рита. – Недалеко от Родины-матери. Прямо сбоку. И с детства боялась ее огромной нависающей над нашим кварталом фигуры. Вы были в нашем городе?

– Ни разу!

– Ее один палец на ноге по размерам, как я, – округлила глаза Рита. – И я всегда боялась, что если она упадет, то раздавит все наши дома одним махом.