Читать книгу "Огонь синего перламутра. Сборник стихов"

А я свою строку укоротил…4343
  Шуточные стихи.


[Закрыть]

 
А я свою строку укоротил, ведь
Тридцать семь поэту очень мало,
Увидеть я хочу других галактик сеть
На звёздном полотне меридианов.
Я не ревнив, перчатку я с руки
Не брошу, вызывая на дуэль,
Но маюсь я от скуки и тоски,
Под рифму наливаю крепкий эль.
Постылы мне все женщины давно,
Лишь муза златокрылая, а с лирой
Пишу я черно-белое кино
Печатно, не пером, а что до мира
Смутить его своей строкой не тщусь,
В тщете других трудов ведь мало прока,
Печаль, любовь моя! Я перед ней сдаюсь!
Обрежу я строку, чтоб жить мне долго.
Разлиться бы, как пенный океан,
Но элем я боюсь испортить печень,
Ведь я пишу, когда я в стельку пьян,
Убей меня Дантес у Чёрной Речки.
 

2017.09.12.

Марина Мнишек

Четырёхстопный ямб мне надоел:

Им пишет всякий. Мальчикам в забаву

А. С. Пушкин

 
Назойливою мухой прожужжал мне ямб,
Пора глаголить мне октавой,
Пусть посмеётся надо мной хотя бы Трамп,
А русским ведь октава же в забаву.
На дальнем берегу с названьем русским «Там»
Жил-был царевич, звали его Павел,
Но что за вздор я здесь опять несу,
Вы не читайте, очень я прошу.
 
 
Нет… лучше я его Лжедмитрий назову,
В истерике зашлась Марина Мнишек,
Я Сигизмунда на престол не позову,
Поляк здесь будет точно лишним
Хрестоматийно… я сейчас ведь вру,
Но если что, пишите письма…
Как много дней и лет прошло,
И прошлое из Волги утекло…
 
 
Вы не шумите, я прошу потише…
А Дмитрий – царь Руси, душа и свет,
О нет, ведь он – Отрепьев Гришка,
Но правил он страной ведь пару лет,
А Гермоген, сказать не будет лишним,
Он Шуйского благословил в ответ.
О смутных временах поведать я хочу,
Семибояре4444
  Здесь «семибояре» – семибоярщина – принятое историками название правительства из семи бояр периода 1610—1612 гг. (примеч. автора)


[Закрыть] предали страну мечу.
 
 
Мечтаю я всегда, вот был бы царь,
Он другом Музы и искусства,
И каждый человек и даже тварь
Стихи писали бы, как Пушкин.
Но всуе я мечтаю, зря…
Как лес теряю я листы под кущей,
В тот век нам не вернуться, дело ясно,
Но как мечта моя прекрасна!
 
 
Как обострился же мой дар, осенний
Дух нисходит на меня,
Писать могу, диктует вдохновение!
Клеветники, лжецы… и мне вменят
Вину вот этих строк, напрасные волнения,
Ведь вдохновенный слог меня маня,
Перечеркнёт Асклепиады4545
  Асклепий – в древнегреческой мифологии – бог медицины и врачевания. (примеч. автора)


[Закрыть] фолианты,
И как прекрасны слОва бриллианты!
 

«А польский шляхтич смотрит на восток…»

 
А польский шляхтич смотрит на восток,
И с первой коронованной царицей
Пришёл на нашу землю смутный рок,
Кручины и войны, а время чёрной птицей
Ярится4646
  Яриться – Находиться в состоянии ярости.


[Закрыть], не жалеет ведь и бог
Крестьянский плуг за тощей кобылицей.
А скипетр власти друг у друга рвут,
И шляхтич, семь бояр на божий суд.
 
 
Не допустить бы им боярской смуты,
Не облекать их властью долгой,
Короче власть, а дружба крепче будет,
Не язвою сибирскою и колкой,
С туманами боярской правды дутой,
Коварной лжи и недомолвки,
Порукой круговой и силой
Недолгим временем соединило.
 
 
Полячка гордая, достоин ли холоп,
И самозванец быть твоей любовью,
Но высоко очерчен гордый лоб,
Амбициозно зарится4747
  Зариться – С завистью смотреть на кого-л., что-л.


[Закрыть] над новью
Земель, где чужестранец-сноб
Затопит её чуждой ему кровью,
Но русский меч не знал подобий
В те времена междоусобиц.
 
 
Была ли счастлива та польская княжна,
Заброшенная к нам арканом воли,
Иноплеменной, жаждущей сполна
Земли, рабов, просторов, доли…
О бедная, как прокляла она
Царей ведь от тоски, от голода и боли.
Проклятье4848
  Проклятие царям – имеется предание, согласно которому Мнишек перед своей смертью якобы прокляла род Романовых, будто бы предсказав, что ни один из Романовых никогда не умрёт своей смертью и что убийства будут продолжаться, пока все Романовы не погибнут.


[Закрыть] то как будто бы сбылось,
И смертью царскою отозвалось…
 
 
И говорят, что до сих пор в Коломне
Маринкиною4949
  Маринкина башня – существует версия, что Марина Мнишек была заточена в Круглой (Маринкиной) башне Коломенского Кремля, где и скончалась.


[Закрыть] башнею стоит,
И стены древние её там помнят,
Она, как будто с небом говорит,
Дитя невинное хоронит,
А сердце плачет и болит,
На стенах древних скорбная печать,
Дитя, наверно, вечно им качать,
 
 
Тяжеловесной показалась мне октава,
Осилить я смогла немного строчек,
Ведь не Гомер я, написавший Иллиаду,
У Пушкинской5050
  Пушкинская октава – октавой написана поэма А. С. Пушкина «Домик в Коломне».


[Закрыть] октавы слог отточен,
Попробовать же силы свои надо,
Перо скрипит, писать трезвучием хочет,
Предания вечные историй ворошит,
Но победитель суд всегда вершит.
 

2017.09.12.

Баллада5151
  Баллада – французская классическая баллада, написанная 5-стопным ямбом (ababbccdcd)


[Закрыть] о любви

 
Любви я не нашёл и песня тяжела,
Под ложью и душа моя согнулась,
И Каин вдруг решил: – Моя взяла!
Но мне сегодня ты вдруг улыбнулась,
И к небесам душа моя взметнулась
Поверил я обманчивым глазам,
И жадно пил устами я бальзам,
В элизиум любви я шёл, как Адонай,5252
  Адонай – Имя Бога, наиболее часто встречающееся в Торе, не имеющее произношения в традиционном иудаизме, также известное под термином тетраграмматон. Иудаизм также относится к словам Адонай буквально «Наш Господь» (Из интернета)


[Закрыть]
К чужим и неизвестным берегам,
На сердце у тебя пусть будет рай…5353
  Рефрен, повторяющийся во всех строфах.


[Закрыть]
 
 
Любовь нашёл я, как прекрасна жизнь,
И пред тобою я благоговел,
Мне вдохновения открылась высь,
Тебя на свете нету ведь милее,
Но предала ты бога Гименея,
Увидел я в глазах твоих обман,
Мадонной не предстала ты глазам,
И самою прекрасной из Данай,5454
  Даная – По мнению Вильгельма фон Боде, это изображение Сарры, которая ожидает жениха, Сарра – жена Авраама, первая из четырёх прародительниц еврейского народа. (Википедия)


[Закрыть]
Поверенной серебряным дождям,
На сердце у тебя пусть будет рай…
 
 
Грустны сегодня в небе облака,
Любовь – обман, и вдаль бегут лета,
Как лань иль перуанский альпака,
Копытами стучат: – Всё суета…
А лист перед глазами – береста,
Ты волю дай берёзовым слезам,
Но темной стороною амальгам
Не окружай себя, не окружай!
Предстанет счастие твоим глазам,
На сердце у тебя пусть будет рай…
 
 
Что ты нашёл служитель Леты?
Принёс ты в мир души обеты,
Отцвёл души прекрасный май,
Но память им твоя согрета,
На сердце у тебя пусть будет рай.
 

2017.09.13.

Вечная соль времён

Господь простит – мы знали много бед.

А ты запомни – слишком много судей.

Ты можешь жить – перед тобою свет,

Взглянул и помолись, а Бог рассудит

«Эпитафия» Вийона.

 
И стоит за рекой поднебесный алтарь восхождения,
Где кровавым клинком разрываются путы времён,
Тихо падает кровь из порочных его сновидений,
И горят будто чьи-то штандарты знамён,
 
 
Белым флагом поставлено небо у пристани,
И осаждённой рыдает и стонет весна,
Пульсы упрямо стучат: – Всё равно мы ведь выстоим!
Всем ли назло?.. кровоточит цингою десна,
 
 
Там за редеющим небом, где нет уж и флагов, а просини
Их разрывают, беснуясь, фанфары победы чужой,
А Ибелин вдруг всплывает мне в памяти, в осени
И сохранит гроб господень, как вечно святой…
 
 
Словно хранитель победы и прошлых веков покаяние,
Вечный библейский Давид, низвергающий зло,
Царь Соломон, будь же добр, рассуди в назидание…
Наше ли время… в песочных часах  утекло?
 
 
И по понятию, но без высоких рассудочных бдений,
Где «Англетер» обозначь, невысокий ведь стиль,
И разрубая гОрдиев  узел надплечий,
Не гильотиной поведай истории быль.
 
 
Солнце у вечных столетий гремело в фанфары,
И разрумянив восток, шло пожаром наверх,
И высыхали от пролитых слёз городов тротуары,
Но обнажённый застуженный дёргался нерв.
 
 
Непобедимый рассвет в золотых инкрустациях,
Не разбирая поверженных вражьих знамён,
И над огромным плацдармом историй-баталий
Истина выступит вечною солью времён.
 

2017.09.14.

Баллада о прекрасной Сюзанне5555
  Шуточные стихи о виртуальном любовном романе.


[Закрыть]

 
– Играю рифмами, шучу некстати,
Стихов я ваших тайный обожатель,
Когда мелькает на странице ваше платье,
Прекрасная, я рядом – в самиздате,
И в комментариях, как лучший ваш приятель,
Я тоже ведь пишу стихи, памфлеты,
И сам себе редактор и издатель,
Прими, прекрасная, любви моей куплеты.
 
 
Что не сбылось, ты извини же, дорогая,
Сентябрьский день дождлив был и туманен,
Закралась в рифму ведь депрессия такая,
Спаси же нас, господь, от этих маний,
Величий и предначертаний…
Но всё прошло, проходит всё на свете,
Воскликнул я: – Оса-оса-осанна!
Прими, прекрасная, любви моей куплеты.
 
 
Дождём закуталась сентябрьская погода,
И снова я твой страстный воздыхатель,
Ведь не прошло, наверное, и года,
Вернулся виртуальный твой приятель,
Стихов твоих я тайный обожатель,
Оставим мы бумаге все наветы,
Сюзанна, где страна твоя на карте?
Прими, прекрасная, любви моей куплеты.
 
 
Вельможи знатные стоят, склонив колени,
У ног твоих, прекрасная Сюзанна,
Ты разреши, ведь я не очень смелый…
Лечу к тебе я, милая, с приветом,
Открой мне дверь, крылами бьюсь я в сени,
Прими, прекрасная, любви моей куплеты.
 

Ответ Сюзанны

 
– Хочу вам сообщить, мой милый кабальеро,
Что опоздали вы всего на две недели,
Что вышла замуж я за монсеньора,
Прощай, Сюзанна! – все мне дружно пели,
Приятели, друзья и менестрели,
Мадемуазели посылали мне букеты,
Скучаю я давно… уже в апреле
Я не писала никому свои куплеты.
 
 
Сегодня я читала вас, пишу некстати,
А ваша страсть ведь выше понимания,
Мелодии стихов, как звуки арфы,
Из строф в четыре строчки без названия,
Как вечности – твоё предначертание!
Ваши прелестные любви куплеты,
О кабальеро, может быть, и странно,
Я не могу оставить без ответа.
 
 
Сегодня монсеньору… да, вотще5656
  Вотще – напрасно, тщетно.


[Закрыть]…
На завтрак пела песни я о Каннах,5757
  Канны (фр. Cannes) – город на юго-востоке Франции, является одним из наиболее популярных и известных курортов Лазурного Берега. (Википедия)


[Закрыть]
Не хочет он духовной пищи, он – не Бомарше,
Мечтает он поесть материально.
А ваши строфы, как поэмы без названий,
Ах, ваши страстные любви куплеты,
Запали в душу, выше понимания,
Я не могу оставить без ответа.
 
 
Ночь за окном, как синий баклажан,
На небе светится луна приветно,
А адрес мой – Экс-ан-Прованс,5858
  Экс-Ан-Прованс – (Aix-en-Provence) – город на юго-востоке Франции, главный город исторической обл. Прованс. (Википедия)


[Закрыть]
Где светит лучезарно Андромеда,
Вы, извините, что пишу я вам,
Вас не могу оставить без ответа.
 

Письмо прекрасной Сюзанне

 
Я, дорогая, был у вас в Париже,
И на Монмартре заблудился ненароком,
А церковь Сакре-Кёр5959
  Сакре-Кёр (буквально «базилика Святого Сердца», то есть Сердца Христова) – католический храм в Париже, построенный в 1875—1914 гг. по проекту архитектора Поля Абади в римско-византийском стиле, расположенный на вершине холма Монмартр, в самой высокой точке (130 м) города. (Википедия)


[Закрыть] во сне я вижу
На Марсовом холме, как Дионисий.6060
  Дионисий Парижский – христианский святой III века, первый епископ Парижа, священномученик, казнён вместе со святыми Рустиком и Елевферием на вершине Монмартра (фр. Montmartre – гора мучеников) (из Википедии)


[Закрыть]
Святые мученики были мне, как боги,
И в Сен-Дени6161
  Аббатство Сен-Дени – согласно преданию, сюда, со своей отрубленной головой в руках, пришёл с Монмартра первый епископ Парижа святой Дионисий Парижский, здесь были похоронены 25 французских королей, 10 королев и 84 принца и принцессы, захоронены казнённые во время революции Людовик XVI и Мария-Антуанетта, 9 июня 2004 года в церкви было захоронено сердце Людовика XVII, малолетнего, признанного правительствами многих европейских государств и США, но фактически не взошедшего на престол, сына Людовика XVI и Марии-Антуанетты, которое называют сердцем Франции.


[Закрыть] бродил до ночи,
Искал на звёздном небе рифмы, слоги,
А ведь в Прованс вели меня дороги.
 
 
Ты хороша же, как Троянская Елена,
А я характером – Наполеон,
Несчастен от любви и вскрою вены,
Троянским я конём приду в твой сон,
Куда спешит, мой бодрый конь?
Летит Пегас, и что ему дороги!
И ржёт ретивый в облаках. На поле он
Не бьёт копыта, не мозолит ноги.
 
 
Пришли, Сюзанна, фото мне в анфас
Чуть ниже подбородка… до коленей…
И выше полетит мой конь Пегас,
Ты ведь красива, как Троянская Елена!
А конь под Македонским в алой пене,
Заедет он в Прованс, сойдёт с дороги.
И спешив я коня, помоюсь в Сене,
Почищу пемзой свои ноги.
 
 
Ведут к тебе, Сюзанна, все дороги,
На перекрёстке постою в раздумье,
Марины, Светы, Ольги? Ну, а слоги
Ведут в Прованс, любовь – моё безумье.
 

Ответ Сюзанны

 
На берегу – колючие кораллы,
Как шарф лазурный, обнимает побережье
Вода… Я отдыхаю с мужем в Каннах,
Твой слог возвышенный и нежный,
Волнует сердце так безгрешно,
И будоражит, и тревожит
Как воздух с гор прохладный, вешний,
Пусть силы он твои умножит.
 
 
Сейчас у моря я гуляю с монсеньором,
Стихи твои я вспоминаю, с лёгким бризом
И с пеной волн я шлю привет вам, кабальеро,
И неуместен мой вопрос шенгенской визы?
Волна играет пенным шлейфом снизу,
От солнца брызг всё намокает моря платье,
И шум волны, как упражненье вокализа,
А штиль на море вышит белой гладью.
 
 
Солёный ветер на экран планшета
Бросает радужные брызги,
А, может, слёзы? Твои светлые куплеты
Волнуют, взвинчивают мысли
Восторгом совершенства пышным,
Прекрасным словом, звучным, русским,
И сносит прочь шезлонгов крыши
Под небом прозы очень тусклой.
 
 
Луна росла и в ночь летела,
Вертелся глобус, словно чижик,
Волна пенилась гладью белой,
Мой Сандро, жду тебя в Париже!
 

2017. 09. 14.

Но что-то я обрёл на свете оном…

ПАМЯТИ ВСЕХ ЖЕРТВ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ

ПОСВЯЩАЮ ВЕНОК СОНЕТОВ.

О, пыль миров! О, рой священных пчел!

Я исследил, измерил, взвесил, счел…

М. Волошин.

Но он еще тоскливей и грустнее,

Наш горький дух… И память нас томит.

М. Волошин.

 
Как безнадёжны ветви кровотока,
Стареют и уходят на покой,
А ведь до звёзд подать рукой?
Движения медлительного рока!
 
 
Но отрываться на орбитах слога,
Жужжать же мухой на пчелиный рой,
Не петь свои псалмы за упокой,
Велит ли день? и стелется дорога.
 
 
Но безвозвратно старятся пружины,
И видно дно заржавленное жизни,
Но я скриплю, как буфер у вагона.
 
 
Орбиту мне отмерив безвозмездно,
Мне бог сказал, тщета ведь бесполезна,
Но что-то я обрёл на свете оном…
 
 
* * *
 
 
Но что-то я обрёл на свете оном…
Как на подошве пыль ничто не значит,
И радуясь, я почему-то плачу,
Сгорели искры, мне дарованные богом.
 
 
И битой картой я иду же кон за коном,
Молюсь я, стоя под стенАми плача,
Молва же на скамейках зло судачит
И над рекой встают туманы сонма.
 
 
Здесь нет орбит, и нет давно покоя,
И не в чести же праведности Ноя
У края зла всемирного потопа.
 
 
И живы ведь всегда Содом, Гоморра,
Обманчивы у сцены, бутафорно
Краснеют рукоятки автостопа.
 
 
* * *
 
 
Краснеют рукоятки автостопа,
И нежная мАнит нас Персефона:
– Еловая тебя укроет крона,
И прошлого забудутся ведь стоны.
 
 
Нет ничего… есть вымысел наград,
Рекордов, незаслуженных медалей,
– Персей! Горгоны голову украли!
У края жизни щерится вновь ад.
 
 
На теле беззакония коросты,
И как же тленны наши кости,
А в этих строчках нету прока.
 
 
Орфей, не возвративший Эвридику,
И в скорбном пламени гвоздики.
И видит око, но неймёт же око.
 
 
* * *
 
 
И видит око, но неймёт же око:
Презумпция земных грехов,
И глупость мудрецов, и дураков,
Сальери – вечный дух порока.
 
 
Ещё… младенец, и ещё немного,
Не вспомнит век твоих оков,
Морфей погрузит в вечность снов,
А душу заберёт небес дорога.
 
 
И охладить бы жаркий пыл молитв,
Всегда ведь самый бедный будет бит,
И разобьются на ухабах дроги.
 
 
А нищему всегда – клеймо, ярлык,
Звон золота, не твой печальный крик,
Иди вперёд, куда ведёт дорога…
 
 
* * *
 
 
Иди вперёд, куда ведёт дорога,
У каждого есть посох и сума,
А у богов полны ведь закрома,
Дарующие нам не вечность слога.
 
 
Глумление оков и смрады смога,
И беспощадностью изъела моль тома,
И руку занесла ведь смерть сама,
Последняя любовь и недотрога.
 
 
Неси огонь, смелее Прометей,
В стенании тел, в мерцании огней,
В картинах вечных аполога.
 
 
Ты стой, прикованный к скале навечно,
Или иди, по чести – быстротечно,
Не верь предначертаниям порока.
 

 
* * *
 
 
Не верь предначертаниям порока,
Живи, молись, люби и ешь,
А ржа и моль съедает вещь,
Но вечность есть, наверно, лишь у бога.
 
 
Рассматривая в линзы астроскопа
Далёкую и сумрачную брешь
Дыр космоса,6262
  Здесь «дыры космоса» – «Чёрная дыра – область пространства-времени, гравитационное притяжение которой настолько велико, что покинуть её не могут даже объекты, движущиеся со скоростью света, в том числе кванты самого света.» (Википедия)


[Закрыть] но разум не утешь
Всезнанием изысканного сноба.
 
 
Не добивайте жертву, о палач,
Помилосердствуй, бог даёт всем шанс,
А у судьбы есть только ноты.
 
 
А жизнь пусть песню льёт,
И на земле пусть криво всё,
Но бог направит твои стопы.
 
 
* * *
 
 
Но бог направит твои стопы,
В туманы, в темноту – ни зги,
А главное, вперёд иди,
Аллюром по неверным тропам.
 
 
И шагом, рысью и галопом,
Ищи – найдёшь, себя найди,
Есть некрещёные пути,
И неожиданный акрополь.
 
 
Не в затхлости мышиных нор,
Не в жадности крысиных свор,
Где не хватает кислорода.
 
 
Унылость не бери в друзья,
И светит пусть звезда твоя,
Возьми своё, зачем тебе так много?
 
 
* * *
 
 
Возьми своё, зачем тебе так много?
Галлоны нефти на кровавых трупах,
Как тщетна и порочна твоя скупость,
Забыта и скамья у отчего порога.
 
 
И поле… ситцем выцвела дорога,
И помнится ли мать-старуха,
Слезу смахнувшая, и скупо:
– Дров нарубила… вот, немного…
 
 
Но крепко правишь ты словцом,
Хотя слывёшь в народе подлецом,
Но сердце сложено чешуями, как бронь.
 
 
Исчезнет жизнь ведь и твоя,
Удар и месть? Ради чего живу и для?
Немного ведь вместит твоя ладонь.
 
 
* * *
 
 
Немного ведь вместит твоя ладонь,
Она с тобой, и ты не третий лишний,
А канонады страсти в сердце тише,
Любовь проходит, оставляя боль.
 
 
Не сыпь на свежесть ран ты соль,
А вечный твой манок поёт и пишет,
Про шелест трав. Там он, на крышах,
На небесах латает с ветром толь.
 
 
Ты дай нам, бог, немного и немало,
С чужих столов, чтоб нам не перепало,
Пропеть и нам, искрит огонь.
 
 
Но не понять словесный лепет,
Понять бы нам душевный трепет,
Куда спешит мой бодрый конь?
 
 
* * *
 
 
Куда спешит мой бодрый конь?
Страдаю я от жажды у ручья,
И бог нас зрит, его не вижу я,
Держу открытой я ладонь.
 
 
Чтоб не погас в ночи огонь,
Пишу, листаю Лету бытия,
Ращу траву я белого былья,
Играет пусть печальная гармонь.
 
 
Душа иконою на аналой,
Поют за здравие, за упокой
И пух, кидает в небо тополь.
 
 
И праздник масла и блина,
И кладбищ грустная стена,
В забвеньи плит седой некрополь.
 
 
* * *
В забвеньи плит седой некрополь,
И бледный паутины волос,
И старых плит охрипший голос,
И лики фотографий блёклых.
 
 
А птицы все, трудясь, замолкли
Над крошками поминовений дола,
А рядом за стеной в ромашках поле,
Где пели песни мы негромко.
 
 
Цепочкой повилика у ограды
Сплелась причудливой наградой,
И сорняки рубашкою одежд.
 
 
Улыбка тихая заутреннего солнца,
И вечное глумление потомков,
Улыбки горькие насмешливых невежд.
 
 
* * *
 
 
Улыбки горькие насмешливых невежд,
И оскорбительны язвительные взгляды,
По-русски матом выразиться рады,
Фемиды вздохи – цирковой манеж.
 
 
Из тверди адаманта сделает Гефест
И вереницею покоев анфилады,
Пусть сторожат нас верные булаты,
Напевных рифм хорей и анапест.
 
 
Не разбуди меня, мирская суета,
Здесь нет меня, я – дальняя верста,
Не подниму своих закрытых вежд.
 
 
И ветром не поднимутся гардины,
Мазками на холсты не пишутся картины.
И мир весь у могил твоих надежд.
 
 
* * *
 
 
И мир весь у могил твоих надежд,
Звезда твоя на россыпях комет,
Склевали птицы жадно звёздный хлеб,
Тень в рубище разорванных одежд.
 
 
А соль опухших и тяжёлых вежд
Разъела и размыла пятна неб,
И солнца нет над темнотой Эреб,
И грубый крик погонщиков-невежд.
 
 
А камень преткновения во дне,
И кто-то режет твой канат во сне,
Кровавой пищей тешится не сокол.
 
 
Бродячий цирк, а путь его так долог,
А небо в памяти набрасывает полог,
И время, и палач твой проклят.
 
 
* * *
 
 
И время, и палач твой проклят,
Кровавые ремни мне будто режут кожу,
Но солнце достаёт свой луч из ножен,
И неожиданно, светло и блёкло…
 
 
И я считаю, измеряю на раскопках,
На эксгумации своей души, быть может,
Лик на кресте вдруг проступил, о боже,
В исчадии гари паровозной топки.
 
 
Но бредом назовёт все размышления
Палач не знает жертвенных томлений,
И в этих изъяснениях нету прока.
 
 
Листы уносят медленные слоги,
За горизонтом умирают и дороги,
Как безнадёжны ветви кровотока.
 
 
* * *
 
 
Как безнадёжны ветви кровотока,
Но что-то я нашёл на свете оном…
Краснеет рукоятка автостопа,
Но видит око, но неймёт же око.
 
 
Иди вперёд, куда ведёт дорога,
Не верь предначертаниям порока,
А бог направит твои стопы,
Возьми своё, зачем тебе так много?
 
 
Немного ведь вместит твоя ладонь,
Куда спешит твой бодрый конь?
В забвеньи плит – седой некрополь.
 
 
Улыбки горькие насмешливых невежд,
И мир весь у могил твоих надежд,
И время, и палач твой проклят.
 

2017.09.18.

Валтасар6363
  «Согласно Библии, в ночь взятия Вавилона персами на устроенном Валтасаром последнем пиру, он святотатственно использовал на нём для еды и напитков священные сосуды, вывезенные отцом из Иерусалимского храма. В разгар веселья на стене появились начертанные таинственной рукой слова: „мене, мене, текел, упарсин“. Пророк Даниил истолковал надпись, в переводе с арамейского означающую: „Исчислено, исчислено, взвешено, разделено“ – и расшифровал их как послание Бога Валтасару, предсказал скорую гибель ему и его царству. В ту же ночь Валтасар погиб. Книга Даниила никак не объясняет тот факт, что Вавилон, обладавший мощными укреплениями, был взят за одну ночь и что Валтасар, пировавший вместе с гостями, ничего не знал об опасности, нависшей над его царством и его жизнью.» (Википедия)


[Закрыть]…

 
Как низкопробен хлеб молвы,
Ей излагать чужие стоны,
Берут, как лошадь, под узды,
Стяжатели и валтасары.
С иерусалимских он пиал
Хвалу возносит водолею,
Не зрит святыни, не молчит
Смиренно пред высокочтимым.
На пир чумы, где грех кощунства,
Где жрицы Вакха и порока,
Горячим запивая пуншем,
В канкане поднимают ноги.
Где нет святынь, там век – «мене»,
Как в неизбежности паденья,
«Текел» напишут на стене
Пророчества от вдохновенья.
Эдемов райских красота,
Высокородных, очень бренных,
Пред истиною – на щите
Лежат в пыли обыкновенной.
Переводя пророчеств сон,
И Даниил, святой, библейский…
Кто чертит знаки, как огонь,
Под инквизиторскую песню.
Но город пал… В победе пресной
Гремят ещё пока бокалы,
И Вавилон штурмуют персы
Вином наполнены граали…
И кто же огненной рукой
Чертил пророчества земные,
Как рухнул вечный Вавилон,
Все валтасаровы твердыни.
 
 
*  *  *
 
 
Читал я Байрона вчера,
Потомок бледный и надменный,
Из-под чернильного пера
Нектар я пил!.. британец!.. гений!..
Щербет засахарен восточный,
В коврах – турецкие гаремы,
Как слог прекрасен и отточен,
Как ятаган. И для примера
Невеста – роза Абидосса6464
  А́бидосская невеста – «турецкая повесть» Джорджа Байрона.


[Закрыть],
Заметил сходства на страницах,
Для гениев-великороссов
Он был, как бог и как учитель.
 

2017.09.19.

О слонах, соловьях, скворцах…

 
Скучаете, поклонники мои?
Совсем забыла я свои страницы,
Где на алтарь все наши соловьи
Слетаются, как жертвенные птицы.
 
 
Я здесь смеюсь, а мне ведь не смешно,
Где я, устав от будничных закланий
Души, уже бесчувственной, грешно?
Я предаюсь свободе бледных маний.
 
 
И, как олень, трясу рогами свод
Небесный, не трясти же свод земной,
Наверное, чуть с хвостиком и год
Лью я поток, ка старый водяной.
 
 
Вперёд, слоны, воскликнет медный рог
Святых архангелов и Михаила,
Который нам поддаст огня, не смог
Без них писать сам Пушкин «Гавриила».
 
 
– Летят скворцы, – саврасовская кисть
Пророчила о нас так бесподобно,
И нам свой хладный пепел лить,
Я в карцере сидеть для непокорных?
 
 
Свистит по нашим спинам чья-то плеть,
Но слог вздымается всё выше,
Ах, некуда оргазм души свой деть,
И здесь и только здесь нашли мы нишу.
 
 
Мне б крылья свои тихие сложить,
И ворковать на старой голубятне,
А воду сизокрылым всё же пить
Из грязной лужи, ах, бензиновые пятна…
 
 
Не примет в рай ведь нас апостол Пётр,
Эдема кущи для послушных,
На нерестилище выходит наш осётр,
А вороны слетаются покушать.
 
 
В пчелиный рой заложен ведь рефлекс,
Носить нектар, но трудодни Икаров
Бескрылые не чтут, но наш «apEx»6565
  Здесь «apex» (лат.) – вершина (примеч. автора).


[Закрыть]
Парит зимой и летом паром.
 
 
Достопочтимые, сегодня воробьи
Кричали громче на соседней крыше,
Давид не пишет вечные «псалмы»,
Свистит пиит, как мелкий чижик.
 
 
И как легко… но что-то ведь плывёт
В стремнине бурных рек, водоворотов,
Всплывайте, а потомок вам зачтёт,
Не прочитает за обеденной икотой.
 
 
Всплываем!.. вот дошли мы до того,
Что грязь легче воды, free-вольней
Пишите, всё равно нам быть в аду,
О, всплески жизни, как дыхание агоний.
 
 
Ковром ложится лиственный наряд
Прозрачной кромки вод,
И, анраша6666
  Антраша – Прыжок в балетных танцах, при котором танцующий ударяет несколько раз ногой об ногу.


[Закрыть] выделывая, в ряд
Ложится лист берёзовый в кивот.
 
 
Есть хобби у меня – я воду лью
На мельницы, мне тягостно молчанье
Столетнее, из «нави» я прольюсь…
Ах, Церберы… права правдописаний?
 

2017.09.21.

Я – Ангел, Лету я пишу…

 
О, правда… я давно ведь не летаю,
И выщипал все перья для писаний,
Я – ангел, Лету я пишу из рая.
Смотрел на землю – ужас содроганий
От мёртвых тел,6767
  Жертвами сталинского террора по данным организации «Мемориал», в зависимости от способа подсчёта, стали от 11—12 млн до 38—39 млн человек. (Википедия)


[Закрыть] гробы летают,
Сбивая звёзды у небес. Не знаю…
Опять, наверно, битва Ватерлоо,
Иль инквизиторов приколы.
 
 
А кто не с нами – тот ведь против нас,
Девиз, не писанный на стенке,
Тиранствуя, он отдаёт приказ:
Всех расстрелять, поставить к стенке,
Железный командарм… и целит в нас,
И страх парализует нам коленки,
И в той стране не властвует закон,
О, ужас, на земле – Армагеддон…
 
 
Был молодым, и грабил он обоз,
Историк назовёт – экспроприация,
А где же вор?.. не вынесет наш мозг,
Окклюзию дорог и пертурбацию.
Старушке Смерти не хватает кос,
И косит она, косит: – Что за нация?!
Которая так любит революции,
Но ведь живёт она без Конституции.
 
 
А в мавзолее выше всех икон,
Но тоже он палач был и тиран,
У «Спаса На Крови» раздался стон,
Такой вот перекрой – не божий план,
И лапники еловых крон
Закрыли поднебесный стан,
Страдали все от мании величеств,
Преемник был плохой стратег отечеств.6868
  Здесь «плохой стратег отечеств» – докладывали Сталину информацию, полученную от агента берлинской резидентуры: «Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время». На это Сталин оставил резолюцию: «Может, послать ваш „источник“ из штаба герм. Авиации к еб*** матери. Это не „источник“, а дезинформатор». В сентябре 1941 года: хотя все генералы упрашивали Сталина вывести войска из-под Киева, он позволил нацистам взять в «мешок» и перебить военную группировку из пяти армий. (Википедия)


[Закрыть]
 
 
На небесах такой поднялся шум,
Комета шаловливая задела… звезду,
Осколки той звезды летели наобум,
Сообщники звезды сбирали мзду,
Абрек, кунак… и дел страны «наркум»,
Султан, гарем… куда же тройка?.. тпру…
А воровство ведь до сих пор – экспроприация,
Такая вот в стране, ах, пертурбация.
 
 
О, вечный ужас русских гекатомб,6969
  Гекатомба – (перен.) – Жестокое и бессмысленное истребление большого числа людей.


[Закрыть]
Упадок, не расцвет ведь демографии,
А Ангел Лету пишет – новый том,
Боится он – его пристрелит мафия,
Ведь даже и демографов на кол7070
  Здесь «демографов на кол посадит царь» – расстреляны демографы за правильные демографические показатели населения страны.


[Закрыть]
Посадит царь… Забыл я географию,
Где «меченосцы»7171
  Здесь «меченосцы» нам поют за упокой? – В 1921 году в своих набросках Сталин назвал компартию «орденом меченосцев».


[Закрыть] нам поют за упокой?
Народ вдруг стал забитый и немой.
 
 
Какой ведь был в раю переполох,
Там каждый третий был расстрелян,
А каждый ведь второй от голода подох,
Иль депортирован без новоселий,
Но только вот могилы чудаков,
Святых фанатов веры и идеи…
Ах, вечная привычка убивать,
Рабов своих на кол сажать.
 
 
Вдруг в «приводном ремне»7272
  В «приводном ремне забился Михаил» – слова Сталина – партия управляет обществом через систему «приводных ремней».


[Закрыть] забился Михаил,
И не трубит, и горло пересохло,
С небес упал на дно – туда, где ил,
И стал молиться он… и охать:
– За русский ведь народ7373
  «За русский народ!» – тост Сталина в 1945 году, Ричард Пайпс – «Он давно понял, что основную силу коммунизм черпает из русского народа. Сталин становится на позиции русского национализма в ущерб интересам национальных меньшинств».


[Закрыть] царь чарку пил,
Фальшивил, думаю, ведь пил он плохо
Вино, он кровью русскою упился,
Но странно, что как клещ не отвалился.
 
 
А бедный Ангел с удивлением сто лет
Он Лету пишет и умом не разумеет,
Великий человек оставил след?
Велик ведь тот, кто убивать не смеет,
Но бьют фанфары лагерных побед,
И черным смрадом тлена веет.
Он – Чингисхан7474
  «Он – Чингисхан» – Бухарин, в 1928 году назвавший Сталина «Чингисханом», на 17 съезде уже называл его «фельдмаршалом пролетарских сил».


[Закрыть], и кто это сказал?
А он его за «комплимент» в подвал.
 
 
Мораль же басни вам подать?
А будешь умничать, ох, попадёшь в кювет,
Ведь мудрость жизни лучше и не знать,
Пей… кушай… и ходи в клозет…
Нет… лучше буду я молчать,
Как мудр я после смерти! Всем привет!
Я белым Ангелом стою у рампы,
Но не пою царям я дифирамбы!
 

2017.09.22.