Читать книгу "Пёс неприкаянный"

– Автоматов в городе по пальцам пересчитать. Везде висят камеры наблюдения. В это время, да и вообще сейчас мало кто пользуется допотопными средствами связи. Надо выяснить из какой будки звонили в час тридцать. Потом пробить гражданина по программе идентификации личности.

– Я уже послал людей.

– Что с отпечатками пальцев?

– Криминалисты нашли несколько. По базам ни одни не проходят. Но эксперты ещё продолжают работу.

– Хорошо, – кивнул детектив. – То есть пока ничего хорошего, – уже по ходу бросил Болеслав и добавил, – Держи меня в курсе. С утра начинайте опрос жителей с близлежащих домов и найдите хозяина машины. Я осмотрюсь внутри.

В салоне «Фиата» горел свет, дверь была распахнутой, а на выдвинутых ступенях расположился эксперт. Он, разместив на коленях чемодан, складывал пластиковые пакетики с уликами.

– Доброй ночи пан детектив, – улыбнулся пожилой эксперт. Он стянул с себя перчатки, сбросил капюшон оранжевой униформы и вытер потный лоб. – Совсем угорел внутри. Там такая вонь несусветная. Тело несколько дней находилось в тёплом пространстве. Мух налетела целая орда, – он протянул Болеславу медицинскую маску. – Если пойдёшь внутрь, то лучше закрыть лицо вот этим.

– Спасибо, – детектив взял маску.

– Перчатки надо?

– Не надо. Всегда ношу с собой, – сыщик натянул резиновые перчатки на руки. – Есть, что интересного?

– В нашей работе всё интересно, – хмыкнул эксперт. – Один недостаток – работа ненормированная.

– Личность как-то можно идентифицировать?

– Пока нет на это ответа. Проверили каждый сантиметр, но никаких документов и личных вещей не обнаружили. На мой взгляд, кто-то воспользовался машиной для своих целей. Кстати внутри всё прибрано. Сначала совсем не заметно, что тут разыгралась трагедия. Только голова на кровати и рой мух. Это потом нашли тело в душевой кабине, когда стали осматривать помещение. Отпечатки везде стёрты. Свежие следы оставил тот, кто обнаружил труп и на внутренних дверцах шкафов есть давние пальцы скорее всего хозяина машины.

– Можно понять, чем убийца обезглавил тело? Рубил топориком?

– По предварительным данным можно предположить, что всё это проделывал какой-то псих. Если бы рубил топором, то наделал бы много шума. В планы убийцы не входило привлечение внимания. Ещё ударами острым предметом он мог бы повредить пластиковый поддон душевой кабины. Резал сильный человек ножом. Таким, каким разделывают туши на мясокомбинатах.

– Ты мне своё мнение скажи, – детектив знал, что опытный эксперт поделится выводами, если в его голове сложилась твёрдая стопроцентная комбинация. Те мысли, в которых не уверен, он просто не станет озвучивать. – Так по дружески.

– Сажу, – кивнул криминалист. Он отошёл от автомобиля на пару метров и начал стягивать с себя комбинезон. – На самом деле убийца совсем не псих. Он сделал всё для того, чтобы следствие как можно дольше не установило личность жертвы. Для этого он ампутировал руки. Мы в любом случае узнаем, кто этот умерший человек, но на все экспертизы нужно время.

– Убийца резал человека, когда тот был ещё жив?

– Именно. Только покойник находился под воздействием препаратов. Он не оказывал сопротивления. А вот какие преступник использовал вещества для парализации силы и воли, я скажу позднее.

– Всё это он проделал в автомобиле или приволок тело позднее?

– Жертва добровольно вошла в домик на колёсах. Потом пара могла выпивать или препарат попал в организм с водой. В сцене участвовали двое – жертва и убийца. Третьему не хватило бы места. В салоне довольно тесно. Преступник заволок безвольного мужика в душевую кабину. Сначала обезглавил тело. Голову, чтобы она не мешала перенёс в спальню. А дальше уже занялся руками. Не думаю, что он хотел продолжения кровавой вакханалии. Он сделал всё что запланировал и возвращаться на место преступления не намеревался. Проделывал всё в перчатках.

– Зачем тогда протёр все поверхности?

– Именно из тех соображений, чтобы следствие как можно дольше не выяснило личность убитого.

– Но почему именно здесь? Почти в центре города в чужом автомобиле? – Кулганек пожал плечами. Он знал ответ, но хотел, чтобы его выводы подтвердил коллега. – Убийца рисковал.

– А куда ещё можно заманить человека, чтобы не вызвать подозрений? Убивать в отеле или в квартире не вариант. Кругом соседи, персонал, прохожие и камеры наблюдения. Чтобы вывезти на окраину нужен автомобиль. Транспортное средство тоже быстро можно отследить. Убийца присмотрел этот «Фиат» заранее, он знал, что камеры наблюдения не охватывают эту зону стоянки.

– Ладно, пойду осмотрюсь на месте, – детектив направился к дверям, ведущим в салон каравана.

– Иди, посмотри. Работают не боги и не роботы, могли что-нибудь пропустить, но мало вероятно, – эксперт свернул униформу, сунул в пакет и подняв с земли объёмный чемодан направился к полицейской машине, махнув рукой. – Удачи! Завтра увидимся. То есть уже сегодня, – добавил эксперт себе под нос.

Болеслав натянул маску и зашёл в салон. Он не ждал никаких находок – эксперты знали своё дело туго, но ему надо было своими глазами осмотреть место преступления. Его мутило от смрадного запаха и обилия мух. Детектив заглянул в душевую комнату и осмотрел кабину, покрытую уже застывшей кровью. В спальне, глянув на тёмное покрывало, Болеславу стало понятно, почему свидетель не сразу обнаружил отрезанную голову и красные пятна.

Выйдя на воздух, детектив стянул с лица маску и вздохнул полной грудью ночной прохладный воздух. Он стянул резиновые перчатки и глянул на часы. Возвращаться домой не имело смысла. Всё равно уже не уснёт, а если задремлет, то только растравит себя подушкой. Потом придётся мучительно возвращаться из лап Морфея в реальность. Болеслав проехал по городу в поисках открытого кафе. На улице Нерудова, увидев многолюдность на крыльце одной забегаловки, Кулганек вышел из автомобиля и протиснувшись к стойке бара, заказал кофе и трдельник – пирожное в виде трубочки. В кафе посетители шумели, громко смеялись и пили пиво с вином. В голове Болеслава мелькнула мысль о том, что существует два мира – светлый и тёмный. В одном веселье и хохот, в другом кровь и смерть. И он детектив Кулганек находится на границе этих миров. Он двадцать пять лет стоит стойким стражем и ничего не меняется. Эти два мира неистребимы, словно один дополняет другой. Без смерти нет жизни и добро всегда будет бороться со злом. А если зло перестанет существовать и добру не с чем будет бороться, тогда никто не узнает, что есть добро на самом деле и как оно выглядит. Болеслав отогнал совершенно ненужные в этот момент мысли и вернулся к действительности.

«Пока не определим личность, мы не поймём причины убийства, – детектив усилием воли вернул в голову картины с места преступления. Он, закатив глаза в два укуса доел воздушное пирожное, выпил остатки кофе и замер на секунду. – Утром надо предупредить жену.»

В управлении детектив заметил оживление, не свойственное такому времени суток. На стуле возле дверей кабинета его поджидал всё тот же светловолосый сыщик. Увидев Болеслава он подскочил и вытянулся по стойке смирно. Детектив махнул рукой, отменяя субординацию, отпер дверь и широко распахнул её со словами:

– Есть новости?

– Мы обнаружили сначала телефонную будку, а следом получили фотографию с камеры наблюдения парня, который звонил в час тридцать ночи. Это чернокожий молодой мужчина. В базе он не числится. Да, кстати, после него в автоматом никто не пользовался. Удалось снять отпечатки пальцев. Они совпали с теми, которые нашлись в домике на колёсах.

– Срочно раздайте снимки всем патрулям, которые на улицах, постовым и дорожным службам. Пустите информацию по радио и опубликуйте на телевидении. Только не надо пугать народ кровавыми подробностями. Все причастные к расследованию должны сохранять тайну следствия. Африканца надо найти во что бы то ни стало пока он не покинул город. Скорее всего это один из беженцев, который ещё не получил регистрацию. Иначе мы бы уже узнали кто он и из какой страны. Есть ещё что-то? – Кулганек сбросил ветровку и накинул её на спинку стула. – Есть новости о владельце «Фиата»?

– Отто Шуберт находится в госпитале милосердных сестёр Святого Карла Борромео. Я послал туда человека. Как только появится возможность, он поговорит с пациентом. В госпитале строгие порядки. Сотрудники даже для полиции не делают исключения.

– Будем ждать. В нашу работу это тоже входит, – детектив махнул рукой, жестом отправляя подчинённого на трудовые подвиги.

Болеслав откатил кресло, опустился и придвинулся к компьютеру. Он решил для начала проверить все подобные дела. За последние пару лет. Расчленение тел встречалось в его практике не часто, но заниматься такими преступлениями приходилось. И все были связаны с психически больными людьми. Только однажды муж разрезал жену для того, чтобы спрятать следы преступления. На кону стояло большое наследство. А какая корысть резать мужика? Ревность? Жадность? Деньги? Зависть? Воровство чужих идей?

Если бы убийца хотел шоу, то обязательно предоставил обществу наказанного. Как средневековый палач, положив смертника на плаху, рубит голову. А после своего кровавого дела потрясает перед публикой мёртвой головой, держа за волосы. Нате, смотрите! Так произойдёт с каждым, кто нарушит закон! А в этом случае убийца спрятал концы, и теперь попробуй найди, кто этот несчастный, тело которого разлучено с головой? Кто его похоронит и заплачет на могиле?

Кехинде спал глубоко и нервно. Он заховался на территории Малостранского кладбища за костёлом Пресвятой троицы. Здесь его никто не тронет. Сначала было страшновато. В сознании крутились жуткие картины из домика на колёсах – кошмарная голова, которую он касался руками! Его передёргивало от этих воспоминаний. Парень гнал от себя страхи, но они возвращались помимо его воли. Как ни крути, а африканец боялся мертвецов. Он воспитывался в традициях католической веры, а там с покойниками шутки плохи! Кладбище именно их территория. Кехинде не шумел, передвигался тихо, дабы не спугнуть души усопших. Ночью люди должны спать, а покойникам в темноте раздолье! Это их время и их законное место! Но нигериец так устал, что забыл о своих страхах и свернувшись калачиком в кустарнике вырубился совсем без ног. И снилась ему мама, отец, братья и сёстры. Он проснулся от рыданий. Ещё находясь на грани сна и яви, Кехинде кое-как утихомирил всхлипы. Неожиданно он понял, что очень устал от скитаний. Дома было всё понятно, а здесь в Европе жизнь оказалась враждебной и непредсказуемой. Парень несколько секунд ещё лежал на траве сохраняя душевное равновесие. Солнце светило во всю. Кехинде протёр глаза, потянулся и подскочил на ноги. При свете дня, ночные страхи рассеялись. Кехинде почувствовал себя совсем даже ничего. Он закинул голову, глянул на крест, который возвышался над костёлом и неожиданно для себя перекрестился. Мать приучала детей к католической вере, но парню было не до такой ерунды. Однако сейчас он нуждался в поддержке высших сил. Кехинде убеждал себя в том, что всё наладится и неожиданно сам поверил в это. Только жутко хотелось есть. Перед дальней дорогой нужно укрепить тело, а с душой он уже разобрался. Нигириец решил наведаться в пункт красного креста. Там давали еду и оказывали медицинскую помощь. Он чувствовал себя здоровым, а вот поесть надо обязательно. Кехинде устроился в парке прямо на траве. Он с удовольствием, с чавкающими звуками хлебал суп, жадно отрывая куски хлеба. Неподалёку в стороне стояли двое в штатском. Они терпеливо ждали, когда парень доест скудный паёк. Когда мужчины подошли к африканцу, он совсем не удивился, лишь замотал досадливо головой. Парень небрежно бросил пластиковую тарелку в мусорный бак и протянул руки, которые тут же подхватили два здоровяка в гражданской одежде.

По дороге в управление, один, который сидел рядом, всё время морщился и воротил брезгливо нос. Потом он не выдержал и спросил на английском языке:

– Ты когда последний раз принимал душ?

– Не помню, – африканца не смущали такие вопросы. – Моя забота не сдохнуть с голода. А уж помыться я успею. Как вы меня нашли?

– Тебя ждёт детектив. Вот он тебе всё и расскажет. Ну, а ты ему.

– Годится, – легко согласился Кехинде. – Только сразу говорю – я никого не убивал!

– Вот и молодец, – засмеялся второй, который вёл автомобиль и открыл окно.

Детектив Кулганек знал, что парня, который звонил на номер экстренного вызова, уже везут в управление. Прошло полчаса, потом ещё десять минут, а задержанного так и не доставили в кабинет. Болеслав уже потянулся к трубке, как в дверь открылась и на пороге возник всё тот же следователь-блондин со словами:

– Пан детектив произошла задержка. Мы решили сначала парня привести в порядок, а уж потом доставить к вам для допроса. Этот юноша из Нигерии. По документам ему двадцать три года. Имя Кехинде, фамилия Абимбола. Он нелегальный эмигрант. Как давно прибыл неизвестно, но долго скитался по Европе. Говорит, что приплыл сначала в Испанию на лодке с такими же беженцами. Тем же путём, которым прибывают граждане из африканских стран. Сейчас он принимает душ. Ещё надо найти свежую одежду. Парень пропитался дорогой, пылью, потом и совершенно истрепался. Одежду возьмём в отделении красного креста. Кстати именно там мы его и вычислили.

– При нём нашлись документы?

– Да, – следователь положил на стол пластиковый пакет. – Во внутреннем кармане куртки нашёлся паспорт гражданина Нигерии, сотовый телефон, карманный фонарик и несколько чешских крон мелочью. И ещё одну вещицу мы обнаружили, когда он раздевался. В носке парень хранил мужской браслет из белого металла, скорее всего из золота. Вот она может привести к убитому.

– Почему вы так считаете?

– В браслет помещена небольшая пластина с гравировкой, – полицейский указал на пакет. – Да вы сами посмотрите. Там надпись на кириллице. А наш парень прибыл с африканского континента, где о таком алфавите слыхом не слыхивали.

– Может он украл браслет у какого-нибудь зазевавшегося туриста в другой стране или уже здесь?

– Он утверждает, что нашёл ювелирное изделие в злополучном «Фиате».

– Он не отказывается от того, что был ночью в машине?

– Конечно нет. Да он и не упирался вовсе и не пытался скрыться.

– Интересно, – Болеслав вытряхнул из пакета ювелирное украшение. Чтобы не оставить своих следов взял салфетку и поднял браслет на уровень глаз. Потом зажёг настольную лампу повертел вещицу в разные стороны. – Странно. Очень странно. Да вещь тяжёлая, не женская. И не изысканная в ювелирном смысле. Точно принадлежит мужику.– детектив бросил цепочку назад в пакет. – как подберёте парню одежду, сразу ведите ко мне.

Следователь вышел. Болеслав поднялся, включил чайник и остановился возле окна. В кабинет проникло солнце и начало припекать. Весной город обволакивает тепло и ароматы цветов текут по булыжным улочкам и мостам. Берега Влатвы покрываются изумрудной зеленью и ивы смотрят в реку как в зеркало, любуясь пышными кудрями. В это время толпы туристов заполняют город и особенно прыткими становятся карманники. Вместе с кошельками вытягивают и документы. Ещё драки в барах и в увеселительных заведениях становятся не редкостью. Все дела стекаются в криминальную полицию. Но его никто не тронет, пока не появится ясность в деле с трупом из «Фиата». А у него тоже отпуск через несколько дней. Они с женой решили попасть в Египет и посмотреть на пирамиды. Самое время посетить Африку до жуткой жары. Вот такая карусель – кто-то хочет в Прагу из Африки, а кто-то из Европы тянется посмотреть на египетские пирамиды. Чайник возмущённо щёлкнул и утихомирил бурление. Болеслав забыл, что хотел сделать кофе. Он вернулся к компьютеру и набрал в поисковике текст, потом удовлетворённо кивнул головой.

– То, что надо! На браслете в слове есть буква «Ё». Такая буква употребляется только в русском и белорусском алфавите. Теперь обнаружение хозяина браслета это дело техники.

Часы на Староместской площади пробили девять утра.

Глава 2

За окном занималось серое утро. Евгений проснулся рано, когда птицы только начали прочищать свой певческий аппарат перед восходом солнца. Его раздражала новая привычка, которая появилась сразу после смерти жены. Он совершенно не высыпался, потом весь день чувствовал себя разбитым. К тому времени, когда начинался интересный фильм по телевизору, голова валилась на бок. Каждое утро он силой закрывал глаза и заставлял себя оставаться в кровати, но сон не возвращался. В голове лениво кружились мысли о кофе, о планах на день и мочевой пузырь просился в туалет. Тогда Женя сбрасывал ноги с кровати, поднимался и шаркая тапкам по полу, шёл в ванную комнату по ходу включая везде свет. Осматривая себя в зеркале, мужчина понимал, насколько изменился. Эта мысль ужасала – он превращается в старика. Обвисшее лицо и даже шаркающую походку можно было не брать во внимание. Эти внешние признаки возможно изменить при помощи косметологов и спорта. Но что делать с дряхлеющими мыслями? Они засиживали голову, как голуби засиживают оконные карнизы. И мысли витали не о будущем, не о любви и предстоящих путешествиях. Евгений с раздражением думал о повышенной квартирной плате, о ценах на продукты и о расшалившихся почках, которые не справляясь со своей работой, оставляют жуткие мешки на нижних веках. Иногда мужчина, отстраняясь от своего раздражения, грустно усмехался – он неумолимо превращается в брюзгливого старикашку. Ещё он думал о кладбище и о том, что надо там побывать, поправить оградку, убрать жухлую траву и оставить цветы.

Когда Анна узнала свой болезни, что-то щёлкнуло в её голове. Вероятно, осознание неминуемой кончины переполняло её сознание. Сначала она лихорадочно искала тот пункт, с которого всё началось. Вскоре у неё появилось больше времени для самокопания и Аня взялась раскладывать по полочкам даты, людей, события и пережитые страдания. В итоге женщина дошла до той точки, в которой соединились она и Евгений. Так появился монстр, из-за которого зародилась болезнь. Потом Евгений старался вспомнить тот день, но подробности стёрлись в его памяти. И только факт того, что он ударил жену отпечатался хорошо. И даже не удар, не пощёчина, а толчок в плечо. Он забыл причины скандала, но хорошо запомнил взгляд жены, в котором читалась целая гамма чувств. Аня отскочила от мужа и посмотрела на него такими глазами, словно увидела впервые. Словно и не муж он вовсе, не близкий человек, а гадкий червь. Время прошло, они помирились, но иногда в пылу Анна не забывала выплёвывать ему в лицо обвинения замешанные на презрении. Женя понимал, что она никогда не забудет ему этот толчок и никогда не простит окончательно. Её обида и унижение, как пузыри метана из густого болота будут всплывать на поверхность при каждом удобном случае. Когда Анна услышала диагноз, то сначала билась в истериках, а затем впала в прострацию. Жена пыталась обнаружить виноватого. Она искала в памяти тот момент с которого всё началось. И вот нашла. Начитавшись всякой литературы Аня решила, что болезнь поражает людей из-за стресса. Для себя она выявила виновника. Анна не лезла в дебри прошлого, не считала причиной прошлый развод и проблемы на работе. А вот Женька, с которым она прожила во втором браке пять лет оказался тем самым спусковым механизмом. Анна настолько качественно вживила в сознание мужа чувство вины, что у него не возникало даже толики сомнения – именно он причина страданий жены. Этот груз Евгений взгромоздил на свои плечи не сразу. Обвинительные речи он списывал на стресс и удручающее положение жены. Однако Анна оказалась неутомимой. Ежедневно она внушала мужу негативные чувства. И Женька постепенно поверил в тот факт, что именно он – поганка такая довёл до ручки самого близкого человека. Аня не кричала, не скандалила, а тихим ровным голосом заявляла, что он своим поведением приблизил её кончину. Сразу после похорон, Женя пытался обелить себя перед самим же собой. Он навёл справки о бывшем муже Анны. На поминках собрались какие-то знакомые, коллеги, дальние родственники и соседи. Евгений на кухне завёл беседу с особенно близкой подругой жены, которая без прикрас и поведала, что Анна в первом браке была абсолютно несчастной. Нет сначала пара жила мирно, но со временем муж стал выпивать и скандалить. Мало того, он неоднократно поднимал руку на жену. И кстати, поднимал так, что Аннушке приходилось накладывать швы и делать пластику носа. Семья была обречена на распад.

«Вот тебе раз! – подумал тогда Женька. – Бывший муж волтузил Аню до кровопролития, и он ни при чём. А я толкнул раз, так буквально стал врагом до гробовой доски.»

Вообще мужчина надеялся, что разрушающее чувство вины выйдет из его сердца на девятый день после похорон. Пусть не на девятый, но после сорока дней его душа успокоиться и перестанет терзаться. Однако прошёл больше одиннадцати месяцев, а проклятие продолжало висеть гирей на его плечах.

Он никому и никогда не позволял манипулировать собой, но в случае с женой мужчина пропустил удар и дал слабину. Женя копался в себе, пытался стать психоаналитиком для лечения собственного душевного недуга. Через какое-то время он понял, что ничего изменить нельзя. Этот сплин есть проклятие почившей жены.

Евгений Александрович Сташевский много лет служил лектором философского факультета при Гуманитарном Университете в звании доцента. Как преподаватель он был азартен, студенты его почитали и пропускали лекции лишь по уважительным причинам. И лишь в последнее время Сташевский как-то сдулся. На работу приходил в несвежих рубашках и пары вёл без прежнего энтузиазма. Женя сам понимал, что сдаёт позиции, но ничего не мог с собой поделать, словно фитиль ещё греет по инерции, но вот– вот погаснет на сквозняке. Доцент кое-как довёл студентов до весны и вздохнул свободно – свой курс он закончил. Лектор согласовал с ректоратом смещение сроков и заранее принял зачёты у студентов. Ректор, не найдя никаких нарушений, подписал преподавателю заявление на отпуск. Все живые люди и понимают, что мужик пережил тяжёлую потерю. Коллеги заметили, как сдал Сташевскйи, стал неопрятен, неразговорчив и потерял изюминку, за которую его любили студенты. Пусть уже приходит в себя и возвращается в прежнем образе. И только одна сотрудница на кафедре проводила сутулую спину печальным взглядом. Розе Романовне нравился доцент. Женщина восхищалась его талантом оратора и считала Евгения невероятным эрудитом. Когда он появлялся на кафедре, то казалось его крупная фигура занимала всё пространство. Одевался мужчина дорого, со вкусом и пользовался изысканным ароматом. Иногда Розочка, пройдя по вестибюлю, безошибочно угадывала – не так давно здесь появлялся Сташевский. Она в глубине души строила планы на их взаимоотношения. И ведь так кстати скончалась жена. А Роза и до её смерти строила глазки и пыталась флиртовать с коллегой. А что связывало Сташевского с Анной? Да ничего! Всего пять лет вместе, детей общих нет. И на жилплощадь Анна пришла к своему мужу. Так что Розочка всеми способами пыталась привлечь внимание Сташевского. Однако она была умной женщиной и понимала, что если бы встретила философа сейчас, то прошла бы мимо него и не обратила на мужика никакого внимания. В данный момент Евгений Александрович представлял собой печальное зрелище – сутулая спина, мятые пуловеры и давно нестриженая голова. Загвоздка в том и состояла – Роза помнила, каким он был и знала, что при хорошем уходе можно вернуть мужику прежний лоск. Один вопрос – что делать с душой. Возможно ли снова зажечь огонь в этих глазах? Роза Романовна Сябитова частенько вспоминала притчу о старике, которого спросили – почему он живёт со страшной сварливой старухой? И старик ответил:

– Потому и живу, что помню, какой она была в молодости!

Когда закрылась дверь кабинета за спиной преподавателя-вдовца, на кафедре про него сразу забыли. Каждый кружился в своём мире с проблемами и страстями. И лишь Розочка с тоской во взгляде глядела в окно, наблюдая, как предмет желания садится в автомобиль. Она хотела покрываться румянцем в его присутствии, но не могла, потому что имела смуглую кожу, мечтала заливаться от смеха над его шутками, но неимоверно стеснялась выражать эмоции в его присутствии. То есть ей никак не удавалось обналичить перед коллегой свою симпатию. А теперь вообще увидится с ним не раньше августа. Да он старше лет на двадцать, но разве это имеет хоть какое-то значение? Всё это очень печально.

А Сташевский легко вздыхал – теперь целое лето он сможет заниматься только собственной персоной. До болезни Анны он вёл активный образ жизни – общался с друзьями, играл в покер и пил пиво в барах. Вот уже год, как всё сошло на нет. Самое странное, что Женя не сожалел от тех временах. Он не хотел вернуться в тот бар и к тому покерному столу. А приятели не настаивали, не лезли в душу и не навязывали своё общество. Люди все взрослые, воспитанные, чуткие и интеллигентные. Мол, не делайте того, о чём вас не просят. Пройдёт этот период, наступит следующий более оптимистичный. Друг в своей тоске никому не интересен, а наоборот скучен и тосклив! Кому нужна такая компания, даже не поржать толком. Слушать слезливые воспоминания – зачем? Жизнь удивительна и нова. Она может вызывать тоску только о прошлом, и никак не о настоящем или будущем! Вот придёт друг в адекватное состояние, переживёт, поборет стресс, тогда он вновь нам будет мил! А Евгений надеялся, что за время долгого отпуска он всё же сможет вникнуть внутрь себя. Дома он решил разобрать вещи жены. Женя ни к чему не прикасался с момента похорон. Он пылесосил, смахивал пыль, но ничего не трогал. Сегодня настал тот день. В супермаркете он купил продуктов на неделю. Во всяком случае именно столько дней он не желал выползать из своей берлоги. Затарился алкоголем и полуфабрикатами. Сташевский не любил пьянство, но в этот раз он хотел поселить в голову лёгкий туман и растворить в нём ненужные мысли.

Евгений никогда не был женат. Он заводил романы, сожительствовал, вёл общее хозяйство, но никогда не связывал себя узами брака официально. К пятидесяти годам мужик не смог или не сумел, а может и вовсе не захотел завести ребёнка. То есть, если бы такое случилось, то, наверное вся жизнь сложилась по-другому. Расставался мужчина безболезненно. Часто инициатором разрыва выступал он, иногда он надоедал женщинам. И Женя понимал, почему именно. Он никому не предлагал руку и сердце, не покупал кольца и не приглашал в ЗАГС. И вот пять лет назад он встретил Анну. Вот кто не собирался ничего менять в их отношениях. И скорее всего именно это зацепило мужика. Как это все хотят, а она нет? Даже свадьбу гуляли в ресторане. На тот момент ему исполнилось сорок пять, а ей сорок три. То есть не по залёту, не по пьяной дурнине, а с чувством, с толком и с расстановкой. На момент знакомства Анна находилась в разводе. Она ушла от мужа и снимала квартиру где-то на окраине. Познакомились они случайно в ресторане, когда к ней приставал нетрезвый гуляка. Женя выходил из туалетной комнаты, когда заметил, как прилично выпивший мужик хватает за руки хорошо одетую, красивую даму. В первый момент Евгений подумал, что она иностранка и не знает русского языка. Женщина смотрела с отчаянием в глазах словно лань, попавшая в капкан. Она пыталась избавиться от цепких мужских пальцев. Уже потом Сташевский со смехом вспоминая тот инцидент, сравнивал себя с неандертальцем, который отбил у соперника добычу и уволок в свою пещеру. Женька влюбился. Он сам не ожидал от себя такого взрыва чувств. В Анне ему нравилось всё – гладкое лицо, незамутнённое тревогами, и её чувство стиля. И самое главное – женщина ничего не просила. Несколько дней Сташевский уговаривал возлюбленную выйти за него замуж. Вот же чушь из чуши! Да чтобы он уговаривал кого-то, тем более женщину! Они расписались и стали жить вместе. Она не лезла без нужды в его прошлое, и он не особенно напрягал её расспросами по поводу жизни до встречи с ним. Женя познакомился с подругами Анны и этого было достаточно. Ещё он знал, что женщина выбралась из брака с мужем выпивохой. Она работала администратором в магазине «Пятёрочка», он преподавал в университете. Странная на первый взгляд парочка очень уютно и гармонично соединилась. Евгений не хотел какую-нибудь умную философиню, которая не умеет готовить. А Анна уже не хотела маргинального алкаша. Они устраивали друг друга. Он внешней привлекательностью, воспитанием, статусом (всё-таки доцент в университете) и квартирой в конце концов. А Аня хорошо готовила, не вела заумных речей, имела чувство стиля, была проста и бесхитростна.

Вот эта простота оказалась обманчивой.

В большие чёрные пакеты Сташевский укладывал вещи жены. Он не знал. Что с ними делать дальше, но держать в шкафах платья и туфли не имеет смысла. Он и в голове не держал мысли о том, что приведёт другую женщину. Не до того сейчас. С собой бы разобраться. А вещи он укладывал лишь с одной целью – надо как-то убрать чувство вины. И начать Евгений решил с чистки шкафов, столов и ящиков. Перебирая вещи Сташевский неожиданно для себя стал акцентировать внимание на бирках. С некоторыми блузками, платьями и туфлями он подходил к окну, чтобы яснее рассмотреть имя производителя. После исследования одного пиджака он сел на стул в глубокой задумчивости. Его пальцы перебирали тонкую шерсть, а этикетка показывала незатейливый логотип «Шанель». Евгений знал толк в брендовых вещах и понял, что вещи не подделка, а оригинал. И только этот, казалось простенький серый пиджачок тянул почти на миллион рублей. Мужчина тряхнул головой. Как мог он прожить с женщиной в одной квартире пять лет и не замечать такие важные мелочи! Да какие же это мелочи! Администратору в «Пятёрочке» ни за что не заработать вот на такой пиджак, а про туфли от Кристиана Лобутена, сапоги из магазина Баленсиага и говорить нечего! Когда они сошлись и Анна перевезла свои вещи, Сташевский одну из кладовок превратил в гардеробную. Его пиджаки по-прежнему висели в шкафу спальни. Женю никогда не интересовали вещи жены. Выглядела она всегда отлично и на этом всё. Да Аня всегда красиво одевалась и выглядела шикарно, с ней было не стыдно появиться на людях. Но эти вещи! Откуда?

Сташевский так углубился в расследование, что совсем забыл о времени и о бутылке с рюмкой, которая ждала его на кухонном столе. Он не торопился. Медленно, вещица за вещицей, он раскладывал по сторонам ювелирные изделия и кожгалантерею. Постепенно картина в голове Евгения начала складываться. С самого начала как-то повелось, что они не соединяли заработанные средства. Он не требовал отчёта за покупки, а Анна не просила деньги на что-то дорогостоящее. Она пришла в жизнь Сташевского, когда его быт был уже налажен. Перед тем, как съехаться Женя нанял модного дизайнера, сделал в квартире дорогостоящий ремонт. Сотрудники дизайнерского агентства справились с задачей великолепно. Они заменил сантехнику и бытовые приборы, даже приволокли пальму в кадушке. Недвижимость в центре Москвы досталась ему от родителей. Мать давно умерла, а отец – бывший министр лёгкой промышленности времён СССР, бобылём жил за городом на уютной даче. Неожиданно Евгений вспомнил, что отец на дух не переносил первую и единственную жену сына. И за дело – дама не собиралась заводить ребёнка и господин бывший министр рисковал так и умереть не услышав радостного весёлого смеха внуков.