![](/books_files/covers/thumbs_240/mirra-lot-borodina-istorik-literator-filosof-bogoslov-212217.jpg)
Автор книги: Тереза Оболевич
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
И все же мысли о посещении России не оставляли Лот-Бородину. За два года до своей смерти, в 1956 г. она писала сестре о планируемой поездке, которую
твердо решила предпринять в апреле 57 года, если будут силы, а именно: к вам в СССР, точнее в Ленинград! Теперь это вполне возможно, и проф. Мазон, который приглашен в Москву этим летом, обещал приготовить мне все. Он обещает навестить тебя, но я не знаю, будешь ли ты там еще через два месяца? Во всяком случае, я, наверное, смогу получить весной индивидуальную визу (коллективная мне ни к чему, ибо я не турист!), ведь я никогда не была эмигранткой, как ты знаешь, и с 1909 г. французская] гражданка. Я была так счастлива приему, оказанному нашим франц[узским] правителям-социалистам (моя партия на моей первой родине). Русские всегда любили Францию, страну по духу им близкую. Теперь общение и мирная coexistence между Востоком и Западом наконец восстанавливаются на благо всем народам. <…> Я буду счастлива повидать Л[ялю] и познакомиться с Алисой[268]268
Алиса Евгеньевна Бородина-Грабовская (род. 1953) – дочь двоюродной племянницы М. И. Лот-Бородиной Мелитины Александровны Бородиной, в настоящее время старший научный сотрудник Ботанического института им. В. Л. Комарова РАН.
[Закрыть] в буд[ущем] году, а потом и она, надеюсь, приедет в Париж в командировку[269]269
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 28 мая 1956 г. Л. 1 об. – 2 лиц. // Собрание А. Е. Бородиной-Грабовской.
[Закрыть].
К этой же теме Лот-Бородина вернулась несколько месяцев спустя:
В СССР несомненно большие сдвиги, хотя по существу положение не изменилось. Сама я мечтала съездить туда к сестре, хоть на 2–3 недели. Мне это бы было вполне возможно, т. к. я ведь не эмигрантка (живу в Париже 50 лет). Но увы, состояние моего здоровья таково, что я должна отказаться от осуществления моих планов[270]270
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 9 октября 1956 г. // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть].
Больше побывать в родных местах Лот-Бородиной так и не довелось.
Немало испытаний принесла Лот-Бородиной Вторая мировая война. К ней у нее было совершенно особое, свое, категоричное отношение. Этот период в ее биографии стоит выделить отдельно еще и потому, что все рассуждения Лот-Бородиной об испытаниях войны пронизывают ее глубоко религиозные размышления о добре и зле, Божьей каре и Промысле, поддерживаемые ее собственными научными выводами, которые позволили ей занять однозначно гуманистическую позицию и при всех сложностях и перипетиях судьбы не сомневаться в торжестве правды жизни. Еще в 1934 г.
Лот-Бородина подписала манифест «За справедливость и мир»[271]271
Nouveaux signataires du manifeste // Sept. 25.10.1934. P. 14.
[Закрыть]. В 1938 г. она делилась своими проницательными наблюдениями с Ольгой Добиаш-Рождественской:
Политические события, за которыми я слежу с большим волнением и очень зорко, еще более удручают – несчастная Испания, Китай, теперь Австрия, наглое торжество тоталитарных государств и отступление европейских демократий по всей линии – все не дает покоя измученной душе, несмотря на то, что она обрела среди испытаний свое внутреннее равновесие и больше не ропщет. Наша современность еще не финал мировой истории[272]272
Письмо М.И. Лот-Бородиной к О.А. Добиаш-Рождественской от 24 февраля 1938 г. Цит. по: Каганович Б. С. Переписка О. А. Добиаш-Рождественской и Ф. Лота. С. 428.
[Закрыть].
Спустя год ситуация еще более усугубилась, о чем Лот-Бородина писала 24 марта 1939 г.:
Новые грозные события в нашей несчастной Европе всё заслонили в последнее время в нашем сознании. Мы живем в ужасный варварский век, вечно на вулкане по милости дикого фашизма, хотя я, признаюсь, с осени была уверена, что никому из соседей Гитлера несдобровать: он и его сподвижники после Мюнхена и капитуляции демократий окончательно обнаглели, а сейчас сорвали все маски, от наших наивных «правителей» скрывавшие доселе истинный лик зверя. Гибель Чехословакии только второй акт сей трагедии, но для Вас лично, вероятно, самый мучительный. Все же о судьбе коренной своей родины Вам опасаться нечего, ибо Сов[етский] Союз нельзя раздавить немецким каблуком, и, может, быть, именно там произойдет окончательный] крах нового колосса на глиняных ногах. Но прекрасная, милая Франция!.. Довольно, впрочем, еще рано ее оплакивать[273]273
Письмо М.И. Лот-Бородиной к О.А. Добиаш-Рождественской от 24 марта 1939 г. // ОР РНБ. Ф. 254. Д. 395. Л. 38 лиц. – 39 лиц.
[Закрыть].
В этой связи Лот-Бородина увещевала кардинала Альфреда Бодрийара[274]274
Альфред Бодрийар (Alfred-Henri-Marie Baudrillart, 1859–1942) – французский кардинал, священник Католической церкви, историк, профессор и ректор Католического института в Париже, член Французской академии.
[Закрыть], поддерживавшего фашистский режим Виши как защиту от коммунизма:
Ваше Преосвященство,
Страх – плохой советчик. Христианин, особенно священник не должен бояться ничего; даже жестокая гражданская война за свой народ – это ничто, за исключением Божьего суда, открытого каждому члену Мистического тела в глубине его сознания. В этом сознании приоритет имеет истина. Свидетельство Духа не может быть закрыто никакой человеческой умудренной рассудительностью[275]275
Письмо М. И. Лот-Бородиной к кард. А. Бодрийару от 22 ноября 1940 г. // AICP. Carton 1940, R.Ba. 173. Л. 1. Ом. также: Christophe Р. Le cardinal Baudrillart et ses choix pendant la Seconde Guerre mondiale // Revue d’histoire de l’Église de France. 78/200 (1992). P. 64; Christophe Р. 1939–1940: Les catholiques devant la guerre. Paris: Éditions ouvrières, 1989. P. 87.
[Закрыть].
Лот-Бородина призывала ректора Альфреда Бодрийара:
Вы не можете проигнорировать того, что все христианские конфессии, со всеми их основополагающими принципами, ненавидятся и преследуются современными повелителями Европы. Вы не можете проигнорировать мученичество католической Польши, заново распятой на наших глазах теми же исполнителями. И Вы не можете забыть великий голос Рима, решительно осудивший расистское учение, в первую очередь антисемитское, как неоязыческое и нечестивое.
Автор этих строк, известная своими работами в богословской среде и ведущая переписку с известными церковными деятелями всех стран, занимает здесь позицию исключительно на религиозной почве. Она протестует, полностью отдавая себе отчет в причине, во имя духовности, которая противостоит всяческим нравственным компромиссам, всяческой бренной политике, инверсии неизменной ценности: отдачи Кесарю того, что дано Богом[276]276
Письмо М. И. Лот-Бородиной к кард. А. Бодрийару от 22 ноября 1940 г. // AICP. Carton 1940. R. Ba. 173. Л. 1.
[Закрыть].
Лот-Бородина обращалась к кардиналу Бодрийару с призывом изменить свою позицию, которая бросает тень на Церковь, сохранить верность досточтимой французской традиции верности, чести и защиты угнетаемых, «извечных жертв сил этого мрачного мира», но, к сожалению, ее слова не возымели действия…
В военный период основной темой размышлений Лот-Бородиной становится проблема страдания. По ее словам, «Апокалипсис действительно есть книга, подходящая для настоящего времени»[277]277
Письмо М.И. Лот-Бородиной к С. Л. и Т. С. Франкам от 16 декабря 1943 г. // Архив ДРЗ. Ф. 4. Оп. 4. Ед. хр. 5. Л. 12 об.
[Закрыть]:
Закон страдания таинственным роком тяготеет над нашим тварным родом, а ведь создан он был для радости и в плотском бытии. Все же надо верить в «новую землю» и «новое небо»; иначе даже личное посмертное блаженство – visio beata богословов – не может удовлетворить религиозно-нравственного нашего сознания. Пока все мы держимся единой надеждой на скорый, отныне быстро приближающийся желанный конец историч[еской] трагедии. Мир не должен лежать во зле торжествующем. Но пока мы все еще, увы, в кровавом тумане и живем, движемся, словно по инерции[278]278
Письмо М.И. Лот-Бородиной к С.Л. и Т.С. Франкам от 24 июля 1942 г. // Там же. Л. 9 лиц.
[Закрыть].
Хотя Лот-Бородина характеризовала себя как «женщину малой веры»[279]279
Письмо М. И. Лот-Бородиной к о. К. Лялину от 24 июня 1944 г. // AAC. Fond Lialine, Lettres.
[Закрыть], в ее письмах многократно появляются увещания к надежде:
Кругом океан скорби и слез, и в нем тонет собственное горе, хотя порой встает и протест против страданий всего рода человеч[еского], миллионов невинных жертв. Но последний надо пересилить даже не христианину, а для нас ведь как-никак мир – падшая тварь. Во вс[яком] случае, зло не вечно, и к[а]к ни неисповедимы пути Божьи, Промысел бодрствует над нами[280]280
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 15 апреля 1945 г. // Архив ДРЗ. Ф. 4. Оп. 4. Ед. хр. 5. Л. 19 об.
[Закрыть].
Лот-Бородина особенно беспокоилась о своих родных и близких, интересуясь судьбой «Шурочки Смирнова»[281]281
См. выше.
[Закрыть], Верховских[282]282
См. выше.
[Закрыть], Л. А. Иванова[283]283
Леонид Александрович Иванов (1871–1962) – русский и советский ботаник и физиолог растений, член-корреспондент Академии наук СССР, профессор Санкт-Петербургского лесного института (затем Ленинградской лесотехнической академии).
[Закрыть], В. П. Адрианова-Перетц[284]284
Варвара Павловна Адрианова-Перетц (1888–1972) – русский и советский литературовед, исследовательница древнерусского фольклора, поэзии и религиозных преданий Киевской и Московской Руси, член-корреспондент Академии наук СССР и Академии наук УССР, жена академика Владимира Перетца, двоюродного дяди М. И. Лот-Бородиной со стороны матери.
[Закрыть] и, прежде всего, ее племянника (сына сводной сестры Татьяны) Сергея Стрельникова, офицера Красной армии[285]285
См., напр.: Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 23 мая 1945 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 10 об.
[Закрыть]. В 1945 г. Лот-Бородина огорчалась:
С Сов[етской] Россией эпистолярную связь почти невозможно наладить, т. к. даже открытки идут 2½> мес[яца], пока удалось получить письмо с «оказией» <…> от сестры в Л[енингра]де. По существу оно дает мало сведений о тамошней жизни, т. к., по-видимому, цензура по-прежнему оч[ень] строгая у них[286]286
Письмо М.И. Лот-Бородиной к о. К. Лялину от 5 декабря 1945 г. // AAC. Fond Lialine, Lettres.
[Закрыть].
Лот-Бородина сообщала сестре: «Великой радостью, буквально воскресившей меня в черные дни томления, было нам узнать, что ты, дорогая, уцелела», добавляя (скорее для отслеживавших переписку цензоров): «Честь и слава доблестному советскому оружию и всем Alliés!» и спрашивая: «Как вы все это выдержали и что осталось от чудесной Невской столицы?»[287]287
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 12 марта 1945 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 6 лиц.
[Закрыть] Стоит добавить, что Инна Любименко пережила блокаду[288]288
См.: Басаргина Е.Ю., Кирикова О.А. Воспоминания И. И. Любименко о месяцах войны и блокады в Ленинграде. 22 июня 1941 – 12 июля 1942 гг. URL: http://www.ranar.spb.ru/rus/books6/id/679.
[Закрыть], с 1942 по 1944 г. находилась в эвакуации в Ташкенте, а после освобождения Ленинграда написала стихотворение, посвященное своему любимому городу[289]289
См.: Любименко И. И. Освобожденному Ленинграду. 28 января 1944 г. Ташкент // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Д. 215. Л. 63.
[Закрыть].
Лот-Бородина глубоко сочувствовала всем жертвам сталинских репрессий и гитлеровского геноцида. После войны она занималась общественной деятельностью в Фонтене-о-Роз в Женском комитете, членами которого являлись только «коммунистки и социалистки»[290]290
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 31 декабря 1945 г. // Там же. Ед. хр. 277. Л. 44 об.
[Закрыть], а также Обществе друзей Ecole laïque, сообщая: «веду беседы с детьми по четвергам по… греч[еской] мифологии, собираюсь читать отрывки из Илиады и Одиссеи»[291]291
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 15 декабря 1945 г. // Там же. Л. 14 лиц.
[Закрыть]. По словам Лот-Бородиной, она стремилась помочь «страждущим и обремененным вокруг меня и не только материально, это меня поддерживает, когда я не могу работать для себя или на общественном плане»[292]292
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 21 июня 1947 г. // Там же. Л. 57 об.
[Закрыть]. Она раскрывала некоторые подробности своей собственной функции:
Лично я принимаю живое участие в местной политике и особенно в action sociale Union des F[emmes] françaises в Fontenay, где состою вице-председательницей <…>. [И] с социалистами, и с коммунистами отношения у меня самые дружественные, но записалась я лишь в Front national de la Résistance и никакой официальной партии не принадлежу[293]293
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 23 мая 1945 г. Цит. по: Каганович Б. С. Между Петербургом и Парижем. Из переписки М. И. Лот-Бородиной и И. И. Любименко. С. 461.
[Закрыть].
Лот-Бородина делилась с Т.С. Франк следующими переживаниями:
Вчера наш местный ж[енский] комитет, где я вице-председательница, чествовал по случаю jour des Mères [дня матери. – Т. О.] матерей погибших на войне, я сказала неск[олько] слов о человеч[еском] героизме вообще и женской доле в частности. В эту страшную годину необходимо каждому выйти из себя, подняться над личными горестями <…>. Страдание безнадежно лишь тогда, когда оно духом не приемлется[294]294
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 5 июня 1945 г. // Архив ДРЗ. Ф. 4. Оп. 4. Ед. хр. 5. Л. 22 лиц. – 22 об.
[Закрыть].
Неудивительно, что в это время профессор Лот писал о своей жене:
Настрой ее всегда чудесен, несмотря на страдания, удвоенные после пары месяцев на море, которое в этот раз ей не на пользу. Она отказывается вернуться в наш бретонский домик. <…> Всецело отдавшись до середины ноября уборке, заготовкам и стряпне, теперь она вполне заслуженно отдыхает в нашем пансионе. Лечится и, может, вернется даже к своим любимым исследованиям. В то же время она очень занята общественными делами и местной политикой[295]295
Письмо Ф. Лота к И. И. Любименко от 25 января 1947 г. Цит. по: Федосеева К. В., Маслов А. Н. «Увидимся ли мы однажды? Я все-таки хотел бы в это верить…». С. 171.
[Закрыть].
Следует добавить, что Лот-Бородина в посланиях, адресованных близким в Ленинград, воздерживалась от негативных оценок коммунистического режима. Например, в письме к сестре Инне Любименко она хвалила финансовую поддержку матерям и систему яслей в Советской России («У нас далеко не так умно все устроено для работающих женщин»[296]296
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 11 октября 1949 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 116 лиц.
[Закрыть]), информируя: «Кстати, я буду говорить о семейной политике в СССР в нашем местном комитете»[297]297
Цит. по: Манойленко К.В. Иван Парфеньевич Бородин. С. 234.
[Закрыть]. Однако Лот-Бородина с гордостью писала также о своей второй родине:
Франц[узское] соц[иальное] законодательство самое передовое во всем капиталистическом мире и не только в одной Европе. Миролюбие здесь во всех классах населения, и мы крепко надеемся на нормальные отношения с др[угими] странами, каков бы ни был их режим[298]298
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 13 декабря 1954 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 176 об.
[Закрыть].
После войны Лот-Бородина иногда выступала перед слушателями, о чем писала сестре: «На днях <…> читала лекцию на тему “Проблема зла в христианстве”, имевшую большой успех»[299]299
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 10 января 1946 г. // Там же. Л. 16 лиц.
[Закрыть]. В 50-е гг. она «приняла предложение прочесть лекцию в École Normale des j[eune] f[illes] в Fonteneay o… Cretiene de Troyes»[300]300
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 16 декабря 1953 г. // Там же. Л. 167 об.
[Закрыть], составляющем предмет ее докторской диссертации. Лот-Бородина также много читала, особенно по философии, религии и новейшей психологии. «Современная] франц[узская] поэзия для меня, признаюсь, книга за семью печатями»[301]301
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 23 февраля 1947 г. // Там же. Л. 44 об.
[Закрыть], – досадовала она, зато всерьез увлеклась советской литературой:
Сама я только теперь с ней по-настоящему познакомилась и прочла 1015 современных] романов. Любимые мои авторы Шолохов, Гладков, Пильняк и Ал. Толстой, самый талантливый, несомненно. И все-таки старые р[усские] писатели в чисто худож[ественном] отношении куда выше, из нашего поколения, конечно, Чехов и Горький. Эвелина и ее муж увлекаются Толстым[302]302
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 31 декабря 1946 г. // Там же. Л. 29 лиц.
[Закрыть].
Лот-Бородина также полюбила «патриотические романы и прекрасные стихи К. Симонова»[303]303
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 15 января 1955 г. // Там же. Л. 179 об.
[Закрыть]. Она добавляла:
Сейчас много читаю по истории войны, и это, признаюсь, мало утешительно, но поучительно. Да, живем мы в трагическую эпоху, и судьбы мiра (через i) и всей цивилизации висят на волоске, а тут еще атомная бомба, за к[ото]рую я бы привлекла американцев на суд, к[а]к criminels de guerre [военных преступников. – Т. О.]. Кстати, написали ли у вас о Нюрнбергском процессе? Теперь становятся известны все документы его и кошмар герм[анского] нац[ионал-]социализма уже развертывается перед глазами во всей полноте. Но самое страшное это «лагеря смерти». Оттуда прибывшие в наст[оящее] время евр[еи] издают свои воспоминания, между прочим, женщины, вернувшиеся из Ревенсбрюка и Аушвица. <…> Довольно мучений, крови на земле, уже насыщенной ими, так страстно хочется покоя и мира[304]304
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 21 июня 1947 г. // Там же. Л. 56 об. – 57 лиц.
[Закрыть].
В письме к сестре Лот-Бородина рассуждала:
Я не в силах забыть пережитые ужасы: миллионы замученных в германских] концлагерях евреев и т. д. и т. д. Вообще я дорожу отдельными людьми, живыми лицами, а человечество в отвлеченном аспекте внушает мало доверия в наш жестокий век, даже с т[очки] зрения христ[ианской]. А ведь ты не признаешь последней, и потому не должна, не можешь провидеть в мировой истории провиденц[иального] смысла. Это уже постулат слепой веры, с голыми фактами не совпадающей. В конце концов, весь вопрос опять-таки сводится к собственной субъективной оценке существующего, т. е. в его душевном восприятии каждого. Но, разумеется, вера в будущее – очаг действенной энергии[305]305
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 15 апреля 1951 г. // Там же. Л. 131 лиц. – 131 об.
[Закрыть].
В послевоенные годы личных испытаний, выпавших на долю Лот-Бородиной, не убавилось. В СССР возвращались многие эмигранты. В частности, ее старая приятельница М. Д. Городцева[306]306
Мария Дмитриевна Городцева (Городцова, 1864–1954) – путешественница-этнограф, профессор кафедры русского языка в Сорбонне.
[Закрыть], некогда жившая у Лотов на даче и дававшая уроки немецкого и русского их дочерям[307]307
См.: Письма М.И. Лот-Бородиной к О. А. Добиаш-Рождественской от 26 июля 1932 г. и от 14 августа 1932 г. // ОР РНБ. Ф. 254. Д. 395. Л. 17 лиц., 22 лиц.
[Закрыть], уехала к своему престарелому брату, архиепископу (затем – митрополиту) Варфоломею (Городцеву, 1866–1956) в Новосибирск[308]308
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 31 декабря 1946 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 46 об.
[Закрыть], и Лот-Бородину все больше удручала тоска по родине. Кроме того, постоянные болезни мужа и ее собственные, непонимание близких, чрезмерная работа подрывали ее физические и духовные силы. Фердинанд Лот писал своей свояченице Инне Любименко, что здоровье Мирры
не улучшилось, напротив. Она более чем когда-либо мучается болями в спине, однако врач не видит в этом ничего страшного (она так сильно похудела, 47 кг!). <…> Зимы суровы. В последнюю не было угля. К счастью, нам удалось провести четыре месяца в хорошем пансионе для стариков в том же Фонтене, – помещение отапливалось, а нас сносно кормили. Это просто спасло нам жизнь. Ирэн и Эвелин устроились в маленькой квартире с дровяной печью[309]309
Ср.: Письмо Ф. Лота к И. И. Любименко от 9 июня 1945 г. Цит. по: Федосеева К.В., Маслов А.Н. «Увидимся ли мы однажды? Я все-таки хотел бы в это верить…». С. 164.
[Закрыть].
Даже полтора года спустя материальная ситуация не улучшалась. Франция находилась в серьезном финансовом и духовном кризисе: «страх, алчность, жажда наживы после долгих мучений отравляют общественное сознание»[310]310
Письмо Ф. Лота к И. И. Любименко от 25 января 1947 г. Цит. по: Там же. С. 169.
[Закрыть], – писал профессор Лот, продолжая:
Нам в третий раз пришлось спасаться в пансионе для стариков, обогреваемом, но очень дорогом для нас неимущих, что живут только на пенсию. Ее недостаточно даже для нас с Миррой, хотя мы ничего не приобретаем, никуда не выходим и совсем не закупаемся на черном рынке. К счастью, в последние пять-шесть лет я могу заработать немного денег написанием научно-популярных трудов[311]311
Там же. С. 170.
[Закрыть].
Вследствие плохого самочувствия Лот-Бородина часто была вынуждена пропускать литургию и причастие, что еще больше огорчало ее. Тем не менее она продолжала уповать на Бога в темном мраке, окутывающем ее дни. Лот-Бородина видела «один исход – принять высшую волю и нести безропотно свой крест», хотя в письме к Т. С. Франк она признавалась: «страдания не приводят к той “просветленной печали”, о к[ото]рой так прекрасно говорит Семен Людвигович»[312]312
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 17 января 1955 г. // Архив ДРЗ. Ф. 4. Оп. 4. Ед. хр. 5. Л. 28 лиц.
[Закрыть]. Со своей сестрой Лот-Бородина также была откровенна:
Христиане не могут быть <…> пессимистами, но в наш столь жестокий, словно обездушенный век трудно, почти невозможно быть оптимистом, по кр[айней] мере в близком будущем. Но я все-таки надеюсь <…> на лучшие дни в сей юдоли слез и горячо <…> молюсь. Лично для себя жду вечного покоя, хотя сознаю, ч[то] далеко не завершила своего земного искуса[313]313
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 8 января 1947 г. // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть].
«По-моему, менее мучительно нести собственный крест, менее трудно мне ужиться со своими страданиями, чем со страданиями близких и дальних»[314]314
Письмо М.И. Лот-Бородиной к о. К. Лялину от 29 января 1946 г. // AAC. Fond Lialine, Lettres.
[Закрыть], – писала Лот-Бородина, но при этом в ее письмах многократно звучат евангельские слова: «Да будет воля Твоя!» «Даже во тьме кромешной луч надежды и любви не угасает»[315]315
Там же.
[Закрыть].
В конце жизни исполнилось давнее желание Лот-Бородиной – в апреле 1954 г. она смогла посетить Грецию, которой восхищалась с юности: «Полвека мечтала увидеть Элладу – это первая любовь! – и наконец перед закатом дождалась этой радости, к[ото]рая была для меня настоящим откровением в эстетическом смысле, ибо для древних греков оба понятия неразрывно связаны»[316]316
Письмо М.И. Лот-Бородиной к Т.С. Франк от 9 мая 1954 г. // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть]. «Я была и в Афинах – дивный Парфенон! – и в Дельфах, и в Олимпии, и на о. Делос – везде полуразрушенные храмы и еще более руины, но какой неизреченной красоты…»[317]317
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 3 мая 1954 г. Цит. по: Каганович Б. С. Между Петербургом и Парижем. Из переписки М. И. Лот-Бородиной и И. И. Любименко. С. 467.
[Закрыть]; «пила в буквальном смысле слова из Кастальского ключа»[318]318
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 26 мая 1954 г. // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть], – делилась она своими впечатлениями. Во время путешествия Лот-Бородина побывала также в Югославии и Турции – странах, восходящих к другой ее большой любви – Византии. Согласно ее рассказу:
Но самое, б[ыть] м[ожет], изумительное, это Крит, где цвела первая европейская культура 3–4 тысячи лет до Р. Хр. Зато Стамбул произвел на меня тяжелое впечатление[319]319
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 3 мая 1954 г. Цит. по: Каганович Б. С. Между Петербургом и Парижем. Из переписки М. И. Лот-Бородиной и И. И. Любименко. С. 467.
[Закрыть].
После возвращения из поездки Лот-Бородина запоем перечитывала Гомера и диалоги Платона, снова начала писать стихи. Однако она не посещала ни театры, ни кино «вот уже 15 лет», и у нее не было радио: «Впрочем, я любила слушать только серьезную музыку, да и то по вечерам»[320]320
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 13 декабря 1954 г. Цит. по: Там же.
[Закрыть].
Увлеченная философской и религиозной тематикой, Лот-Бородина с не меньшим беспокойством следила за социальной и политической ситуацией в Европе. Когда ей предложили заполнить социологическую анкету «по вопросу о производстве во Франции атомных бомб», она без колебаний ответила отрицательно, добавив: «Парижскому договору о вооружении Германии я никогда не сочувствовала»[321]321
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 8 марта 1955 г. Цит. по: Там же.
[Закрыть]. Рассуждая о причинах фашизма, Лот-Бородина соглашалась с о. Г. Флоровским: «Вы, конечно, совершенно правы, видя духовные корни его в немецкой философии прошлого столетия и, в частности, в богоборческом ницшеанстве, хотя современный германский “прагматический” вывод из этой последней идеологии превзошел самые пессимистические ожидания, увы»[322]322
Письмо М.И. Лот-Бородиной к Г. В. Флоровскому от 2 февраля [1946 г.] // PUL RBSC. Georges Florovsky Papers. Box 27. F. 30.
[Закрыть].
Как уже отмечалось, Лот-Бородина считала Францию своей второй родиной[323]323
След, который оставила Лот-Бородина во французской культуре, отмечен французскими историками. См.: Trespeuch-Berthelot A. Lot-Borodine, Miro-pia, dite Myrrha // Dictionnaire des étrangers qui ont fait la France / dir. P. Ory. Paris: Éditions Robert Laffont, 2013. P. 532–533.
[Закрыть], «несравненно более близкой» ее сердцу, чем первая, которую, согласно ее признанию, она «никогда не любила: прежде за царизм и некультурность, гнет власти и отсутствие полит[ической] свободы; позже за ужасы “большевистской” революции, а сейчас за гнусный оппортунизм и новое лицемерие р[усских] вождей коммунизма, ныне превратившихся в “волков в овечьей шкуре”»[324]324
Письмо М.И. Лот-Бородиной к Т.С. Франк от 3 мая 1956 г. // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть]. Впрочем, письмо к сестре, отправленное полугодoм ранее, содержит следующее признание, которое вряд ли можно считать лукавством:
При моей верной любви к обоим отечествам, судьбою мне данным, хочется верить, что доверие пересилит и мало-помалу внешние и внутренние преграды падут. Французский народ исключительно умный, восприимчивый к новым идеям и самый талантливый в Европе – его портит лишь скептицизм слишком культурной старой нации. А наш русский гениален от природы – нигде нет столько непочатых сил и возможностей[325]325
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 19 ноября 1955 г. Цит. по: Каганович Б. С. Между Петербургом и Парижем. Из переписки М. И. Лот-Бородиной и И. И. Любименко. C. 468.
[Закрыть].
В 50-е гг. Лот-Бородина вновь стала сотрудничать с журналом «Романия», редактируемым ее старым университетским учителем Марио Роком. Тот не скрывал своего удовольствия, хотя неоднократно высказывал беспокойство о здоровье Лот-Бородиной[326]326
См., напр.: Письмо М. Рока к М.И. Лот-Бородиной от 3 октября 1956 г. // BIF. Fonds Mario Roques. Ms 7739. F. 169.
[Закрыть]. В 1955 г. она получила приглашение от организаторов Второй международной конференции патристических исследований в Оксфорде, однако физические недомогания не позволили ей принять в ней участие. В последние годы своей жизни Лот-Бородина страдала от катаракты, из-за чего почти не могла «читать без боли и утомления»[327]327
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 8 ноября 1948 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 106 лиц.
[Закрыть], а также хронического полиневрита. Заболев раком, она перенесла операцию, а весной 1956 г. долго восстанавливалась после перелома, в течение 22 дней практически не покидая своей комнаты в пансионе[328]328
См.: Письма М. И. Лот-Бородиной к М. Року от 22 марта 1956 г., 17 апреля 1956 г. и 16 мая 1956 г. // BIF. Fonds Mario Roques. Ms 7739. F. 153, 157–158.
[Закрыть]. И все же она не переставала писать по 5–6 часов в день, читала религиозную литературу и много размышляла. «Я усиленно работаю более чем когда-либо; <…> это мой насущный хлеб», – информировала она в 1956 г., продолжая: «В духовном плане – начинаю понимать смысл испытаний и их лишь относительное значение»[329]329
Письмо М.И. Лот-Бородиной к Т.С. Франк от 3 мая 1956 г. // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть]. Осенью того же года, находясь в клинике, Лот-Бородина испытала мистическое переживание, «первый в жизни личный непосредственный контакт с божественной Реальностью», что позволило ей, несмотря на страдания, написать: «Вот почему я не только спокойна, но и бесконечно счастлива»[330]330
Письмо М.И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 4 декабря 1956 г. // Там же.
[Закрыть]. Согласно воспоминаниям известного педагога русского зарубежья А. П. Жихаревой[331]331
Анна Петровна Жихарева (урожд. Брызгалова, 1886–1975) – педагог и благотворительница. Эмигрировала во Францию с мужем, врачом С. С. Жихаревым в 1928 г. Работала экскурсоводом по Лувру, читала лекции по античному искусству в Русской школе живописи (1930), по литературе – в Русской секции Международной федерации университетских женщин (1933–1936) и русскому языку в Четверговой школе РСХД в Париже (по четвергам не было уроков во французских школах и вместо них проводились занятия по религии). Сотрудничала в Российском обществе Красного Креста. Состояла членом Ассоциации Тургеневской библиотеки в Париже.
[Закрыть], переданным Т. С. Франк:
Всех, кто бывал у Мирры Ивановны в эти месяцы ее страданий, она, худенькая, прозрачно-бледная и такая просветленная, встречала приветствием Преподобного Серафима: «Радость моя». И это не были пустые слова. Она сама излучала свет любви. О себе говорила мало. Редактировала свою последнюю статью о духе мученичества на заре христианства. Она всегда живо интересовалась жизнью своих друзей и как-то застенчиво говорила: «Сколько я вижу любви к себе. Какие у меня друзья»[332]332
[Жихарева А.П.] Свете тихий // BA. S. L. Frank Papers. Box 2. F. Lot-Borodina, Mirra Ivanovna.
[Закрыть].
По словам Лот-Бородиной, с октября 1956 г., когда у нее был диагностирован рак, она находилась «между жизнью и смертью»[333]333
Письмо М. И. Лот-Бородиной к Т. С. Франк от 24 апреля 1957 г. // Там же.
[Закрыть] и готовилась к переходу в «лучший мир» («grand passage»)… Осознавая близкий конец, она радовалась той поддержке, которую получала в то время от дочерей. Лот-Бородина писала сестре Инне:
Они ежедневно, несмотря на служебные обязанности, были у меня те 18 дней, которые я провела в клинике. <…> Скажу тебе совершенно откровенно: так наз[ываемый] «инстинкт жизни» (vouloir vivre) у меня пропал и я бы желала – для себя лично – уйти отсюда возможно скорее. В нашей семье никто (кроме покойной матери, которая умерла в 80 лет) смерти не боится. А я – одна из вас глубоко верующая – жажду пакибытия. Но даже если его нет, то я легко приму небытие после долгой жизни, полной тяжелых испытаний, но и счастливых событий-осуществлений[334]334
Письмо М.И. Лот-Бородиной к И.И. Любименко от 1 декабря 1956 г. Цит. по: Каганович Б. С. Между Петербургом и Парижем. Из переписки М. И. Лот-Бородиной и И. И. Любименко. С. 469.
[Закрыть].
Перед смертью Лот-Бородина успела закончить 150-страничную «Историю моей жизни» – «L’Itinéraire de ma vie», предназначенную исключительно «pro domo», для «семейного потомства», которая, по ее словам, представляла собой «настоящую исповедь», правдивую и вместе с тем по возможности объективную[335]335
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 8 января 1957 г. Цит. по: Там же.
[Закрыть].
Свой духовный опыт последних месяцев Лот-Бородина запечатлела в стихах-молитвах, стихах-размышлениях (méditations). В Великую субботу 20 апреля 1957 г. она писала:
Что-то меня осенило,
Кто-то склонился ко мне,
Тайная горняя сила
Призыв нежданный в огне.
Душу пронзил он лучами,
Светом она залита.
Неба безбрежность над нами
И ПРИБЛИЖЕНЬЕ КРЕСТА.
Имени нет для виденья,
Мир благодати святой.
Новое в духе рожденье,
Веры венец золотой[336]336
Цит. по: [Жихарева А.П.] Свете тихий.
[Закрыть].
На Пасху 1957 г. Лот-Бородина не могла участвовать в Литургии и «слушала передачу Заутрени по радио»: его ей «принесли на полдня»[337]337
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 23 апреля 1957 г. // СПФ АРАН. Ф. 885. Оп. 1. Ед. хр. 277. Л. 224 лиц.
[Закрыть]. Она искренне поблагодарила сестру за поздравления с Пасхой, которая, по ее словам, есть «действительно не традиционный праздник детства, а залог вечной жизни», признаваясь: «смерть все сильнее притягивает мое старое измученное, хотя и не одинокое сердце»[338]338
Письмо М. И. Лот-Бородиной к И. И. Любименко от 9 мая 1957 г. // Там же. Л. 225 лиц.
[Закрыть]. После Пасхи врач запретил все посещения больной.
Миропия Лот-Бородина (Miropia Borodine, согласно официальным французским документам[339]339
См.: Les registres paroissiaux et d’état civil (1612–2012), 400 ans d’histoires fontenaisiennes, Ville de Fontenay-aux-Roses. URL: https://www.fontenay-aux-roses.fr/fileadmin/fontenay/MEDIA/decouvrir_la_ville/histoire/Publications/ Expositions/Livret_registres_paroissiaux.pdf, p. 22.
[Закрыть]) тихо скончалась 18 июля 1957 г. в городке Фонтене-о-Роз в 10 километрах от Парижа и была похоронена на местном кладбище рядом с мужем в секторе 38[340]340
См.: Promenade Cimetière – Ville de Fontenay-aux-Roses. URL: https:// webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:a21imFdDqiYJ: https://media. fontenay-aux-roses.fr/fileadmin/fontenay/MEDIA/decouvrir_la_ville/histoire/ Promenade_Cimetiere.pdf+&cd=20&hl=pl&ct=clnk&gl=pl&client=firefox-b.
[Закрыть]. Отпевание совершил 22 июля протоиерей Виктор Юрьев[341]341
Прот. Виктор (Андреевич) Юрьев (1893–1966) – сын офицера, выпускник (1913 г.) Михайловского артиллерийского училища, участник Первой мировой и Гражданской войн. В эмиграции с 1920 г. Окончил Свято-Сергиевский богословский институт, в 1932 г. был рукоположен во иерея. Член РСХД. С 1939 г. настоятель Введенского храма в Париже.
[Закрыть]. На похоронах были все три дочери и многочисленные друзья Лот-Бородиной. В газете «Русская мысль» появилось следующее сообщение о ее смерти:
В четверг 18 июля, после продолжительной болезни, скончалась Мирра Ивановна LOT (урожд. Бородина).
Погребена на местном кладбище в Фонтене-о-Роз.
В 9-й день кончины, в пятницу 26-го июля, в 19 час. 30 мин. в церкви – 91, рю Оливье де Серр, будет совершена панихида[342]342
Мирра Ивановна Lot // Русская мысль. 1086 (1957). С. 7.
[Закрыть].
Библиография Лот-Бородиной, составленная о. Борисом Даниленко, насчитывает 72 названия[343]343
См.: Прот. Б. Даниленко. Суббота от суббот. Жизнь и религиозная поэзия М. И. Лот-Бородиной. С. 50.
[Закрыть], однако до сих пор не изданы большинство ее писем. А они сами по себе представляют огромный интерес не только в свете биографии исследовательницы и даже чисто исторического их содержания, но прежде всего – как литературный документ, запечатлевший стиль, лексику, аромат того времени. И надо отметить чрезвычайно насыщенный, богатый наблюдениями и очень искренний тон этих писем. Нет также русских переводов ее основных работ, опубликованных во Франции. Одна из наиболее плодотворных и оригинальных православных духовных писательниц ХХ в. пока еще остается в тени своих великих собеседников и корреспондентов, таких как о. Георгий Флоровский, Н. А. Бердяев, архиепископ Василий Кривошеин и многие другие.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?