![](/books_files/covers/thumbs_240/kak-stat-astronavtom-vse-chto-vam-sleduet-znat-prezhde-chem-vy-pokinete-zemlyu-211875.jpg)
Автор книги: Терри Вёртс
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
10. Одежда астронавта
Как собрать вещи для шестимесячного пребывания в космосе
До старта надо успеть многое: научиться управлять шаттлом, производить стыковку, обслуживать космический корабль, справляться с перегрузками, осуществлять выходы в открытый космос, пользоваться фото– и видеоаппаратурой и т. д. Однако одним из наиболее важных вопросов является выбор одежды, которую вы будете носить в космосе. Хорошая новость состоит в том, что особо большого выбора у вас не будет, но некоторые важные решения все-таки придется принять. Для двухнедельного полета на шаттле это не имеет такого уж большого значения. Однако неправильный выбор одежды для длительного 200-дневного полета и затем ношение ее могут сильно испортить вам настроение и даже некоторым образом осложнить жизнь.
Давайте начнем с футболок. Для полета на шаттле НАСА предоставляло мне новую футболку каждый день, что было довольно забавно, но я не жаловался, потому что после завершения полета приятно было оставить их у себя в качестве сувениров на память. Это были хлопковые поло Lands End[5]5
Lands End – американский бренд повседневной одежды и предметов домашнего декора (Здесь и далее – Прим. пер.).
[Закрыть], в которых не использовалась современная полиэфирная ткань: современные полиэстерные ткани не подходят нам из-за их пожароопасности. В космосе вы сильно не пачкаетесь и не потеете, если не занимаетесь спортом, поэтому эти поло были в довольно хорошем состоянии даже через день или даже два дня. Если полет был длительным, мне предоставлялась одна футболка в месяц, которую я должен был надевать по особым случаям, таким как запись на видеокамеру интервью для СМИ. Астронавтам также предоставлялись футболки для ежедневного ношения, цветовая гамма для летчика-истребителя была довольно простой – черные, зеленые, красные и синие футболки. Они были хорошего качества, удобные, но не слишком модные. Я всегда думал, что, по крайней мере, можно было нанести на них хотя бы логотип миссии. Нам также выдавали длинные брюки или шорты в тактическом стиле, со множеством карманов на липучках. Честно говоря, это гениальное изобретение. Я придумал собственную систему хранения: многофункциональный инструмент я держал в одном кармане, чистые карты памяти формата CF для фотоаппарата – во втором, в третьем лежали уже использованные карты памяти, в четвертом – гигиеническая помада, в пятом – головной фонарь, и т. д. Эти карманы спасали меня бесчисленное множество раз, избавив от необходимости копаться в вещах, потому что все, что мне требовалось, всегда было у меня с собой. На Земле было бы невозможно носить с собой столько вещей в карманах, потому что они неминуемо оттягивали бы их. Но в космосе, в условиях невесомости, это не было проблемой. Пару шорт можно было носить несколько недель, обычно я носил их в течение месяца. Я редко надевал длинные штаны, обычно оставляя их для медиасобытий.
Одежда для тренировок также была очень важна, хотя в этом вопросе тоже особенно выбирать не приходилось. Каждую неделю нам полагались новые шорты для бега, а каждые две недели – новая рубашка Under Armour[6]6
Under Armour – американский бренд спортивной одежды и экипировки.
[Закрыть]. Через некоторое время шорты для бега были уже довольно несвежими, но через неделю появлялись новые. Рубашка же становилась пахучей уже после одной тренировки на беговой дорожке, а получить новую можно было только через тринадцать дней! К концу их использования они были очень и очень грязными, чтобы не сказать больше. Один из использованных комплектов, плотно запечатав его в пакет Ziploc (с застежкой-молнией) и обмотав клейкой лентой, я отправил на Землю на грузовом корабле SpaceX Dragon. Когда через несколько месяцев я вернулся на Землю и открыл пакет, то чуть не умер – такой плохой был запах. На самом деле, я принимал участие в одном из экспериментов по тестированию новых футболок для занятий спортом, которые были изготовлены из шерстяной ткани, нейтрализующей запахи. Я довольно скептично отнесся к этой затее, потому что думал, что ношение такой рубашки может вызвать кожный зуд. Но все равно согласился. Я надевал эту футболку в течение месяца, занимаясь спортом, по два с половиной часа обливаясь потом, но после тридцати дней использования она не воняла. Я был в шоке. Эта шерстяная ткань действительно работала!
Нижнее белье – интересная тема. За несколько недель до моего старта сразу после запуска взорвался грузовой корабль «Сигнус», а на нем на станцию была отправлена половина одежды и нижнего белья для моего предстоящего полугодового полета. Это было плохо. К счастью, выбор, который я сделал, отбирая одежду для полета, в конечном счете спас меня. Примерно за год до полета члены экипажа отправляются с офис «Материального обеспечения летного экипажа» (Flight Crew Equipment), как в Хьюстоне, так и в России (здесь я имею в виду Звездный городок, и американские астронавты обычно думают о нем, когда говорят о России), чтобы собрать личные вещи для полета. Вы сидите вместе со специалистами и выбираете одежду, инструменты, головные лампы, ноутбуки, бритвы, солнечные очки, зубную пасту и дезодорант – в основном все личные вещи, которые вам потребуются в полете. Но при этом вы не можете взять все, что хотите. Это должны быть вещи из довольно ограниченного, но одобренного полетного меню. К счастью, я придерживался философского принципа, что во всем нужно разнообразие. Не хотелось выбирать совершенно одинаковые вещи, чтобы затем, оказавшись в космосе, обнаружить, что что-то перестало мне подходить. Поэтому я старался взять одежду разных видов и размеров. В основном это были футболки размера L, но также несколько футболок размеров M и XL. Я также выбрал шорты, но не отказался от двух пар длинных брюк. Преимущественно толстые носки, но при этом и несколько пар тонких. Ну, вы улавливаете идею.
Когда дело дошло до нижнего белья, выбор пал в большинстве на стандартные облегающие белые трусы-плавки, и на всякий случай я также отложил несколько пар более длинных трусов.
Перенесемся в первую неделю моего пребывания в космосе. Как же было больно! Казалось, что мой пенис зажат в тиски, и не в самом хорошем смысле этого слова. Сначала я думал, что тело приспосабливается к невесомости, но потом понял, что во всем виновато нижнее белье. Поэтому я просто поменял трусы на другие и потом чувствовал себя просто великолепно. Оказывается, нижнее белье можно носить очень долго. Находясь там 200 дней, я носил только две пары трусов, которые менял через две недели. В результате у меня оказалось множество ненужных дополнительных трусов, которые я приспособил как полотенца или запасные тряпки. Это было немного неловко, но я был в космосе, а там надо было быть находчивым и пользоваться тем, что есть под рукой. Парни из «Аполлона-13» могли бы гордиться мной. Философия разнообразия нижнего белья дала мне шанс выжить после катастрофы «Сигнуса».
Еще один важный предмет одежды – кроссовки. Физические упражнения были важной частью повседневной жизни на станции, и, принимая это во внимание, нам позволяли выбирать ту обувь для них, которую мы хотели. Я взял две пары кроссовок той же марки, в которых ходил на Земле. Большую часть времени в космосе я не носил обуви, но всегда надевал кроссовки для занятий на беговой дорожке и на тренажере для поднятия тяжестей (для занятий на велосипеде я надевал стандартные велосипедные ботинки на липучках). Вернувшись на Землю, я отправил эти кроссовки в известную компанию по производству спортивного снаряжения, чтобы они проанализировали, насколько обувь была изношена в космосе. Сотрудники компании провели тестирование кроссовок при помощи рентгена и МРТ-тестов, после чего инженер компании сказал, что в их лаборатории никогда не видели кроссовок в столь хорошем состоянии после 200 дней активного ношения. Оказалось, что они были почти как новые. Я был крайне удивлен, потому что много бегал в них. Возможно, потому что при занятиях на беговой дорожке в космосе был более низкий коэффициент нагрузки, чем на Земле. Мы бегали, привязанные эластичным тросом, который тянул нас вниз с силой менее 70 % веса тела. А может быть, это объяснялось тем, что сама беговая дорожка не была прикреплена к стене, а плавала в невесомости, что делало удары кроссовок по ней более щадящими, чем на Земле. Это один из примеров – я о кроссовках, – по которому можно судить о том, что жизнь в космосе несколько дешевле, чем на Земле.
Возвращение некоторых личных вещей и одежды на Землю не было проблемой во время моего полета на шаттле, но на космическом корабле «Союз» было очень мало места для возвращаемых на Землю вещей. Хорошей новостью было то, что для оборудования, которое нужно было вернуть на грузовом корабле SpaceX Dragon, требовалась упаковка. Иногда для этого мы пользовались изношенной одеждой, которую нам иногда даже возвращали обратно. В итоге мне вернули несколько тренировочных футболок и поло. Когда я умру, моим детям передадут ящик, заполненный старыми космическими вещами. И тогда они смогут узнать, какой запах исходил от их папы много лет назад во время бега по беговой дорожке на МКС. Интересно, поймут ли они, насколько важно было иметь два вида нижнего белья?
11. Кроссфит[7]7
Кроссфит – система физических упражнений, созданная Грегом Глассманом.
[Закрыть] для астронавтов
Физическая подготовка для полетов в космос
Давайте посмотрим правде в глаза: ходить в спортзал непросто. Для меня самым большим препятствием является время – у меня на все уходит несколько часов: одеться, поехать в спортзал, заняться тяжелой атлетикой и кардио, одновременно смотря сериалы по Netflix, затем ехать домой и принимать душ. Это не двадцать минут тренировки. Даже пробежка по окрестностям занимает целый час времени, в течение которого я потею во влажной атмосфере Хьюстона, после чего сразу же иду под душ. Итак, стоит ли это того? И как занятым астронавтам удается выкраивать из своего насыщенного рабочего графика время на занятия спортом?
Самым важным для меня было осознание того, что фитнес жизненно необходим. В космосе вашим костям и мышцам не нужно постоянно бороться с гравитацией, как на Земле, и это приводит к атрофии. Возможно, вы читаете эту книгу, лежа на пляже, вам кажется, что вы бездельничаете, но на самом деле вы тренируетесь, даже просто поднимая голову или руки, какими бы легкими они ни были. Такая активность, продолжающаяся 24 часа 7 дней в неделю, на орбите просто отсутствует, и это приводит к серьезным последствиям. Во время длительной работы российской космической станции «Мир» в 1980–90-х годах учеными было установлено, что кости космонавтов атрофируются примерно на 1,5 % в месяц, независимо от того, как долго они находятся в космосе. Как будто они шли по прямой, постепенно превращаясь в медузу. Помимо потери плотности костей, космические путешественники также теряли мышечную массу, особенно в нижней части тела, что приводило к серьезным проблемам при возвращении на нашу планету. Я знаю двух людей, у которых были переломы бедренных костей, а им было еще очень и очень далеко до девяноста лет, и оба недавно вернулись из длительного космического полета.
Чтобы бороться с проблемами атрофии костей и мышц на МКС, мы разработали очень эффективный комплекс физических упражнений. Как и в любом хорошем тренировочном режиме, применяющемся на Земле, в нем два основных компонента: аэробный и анаэробный. Аэробный компонент выполнялся на TVIS (беговая дорожка, аббревиатура НАСА) и на CEVIS (велосипед, аббревиатура НАСА), а анаэробный – на ARED (тренажер по поднятию веса, аббревиатура НАСА). Но об этом я расскажу подробнее, потому что, прежде чем попасть в космос, нужно приобрести хорошую физическую форму на Земле.
Одно из преимуществ астронавта – доступ к удивительному спортзалу. Когда я впервые пришел в Космический центр Джонсона в 2000 году, это была погибающая реликвия 1960-х годов. Но недавно построенный тренажерный зал для астронавтов – это дворец, который может вызвать ревность любой профессиональной футбольной команды. Размером он примерно с торговый зал продуктового магазина, и в нем редко можно увидеть больше нескольких людей, занимающихся спортом. Там есть все тренажеры для аэробных нагрузок и пауэрлифтинга. Самый интересный тренажер – это беговая дорожка с нулевой нагрузкой, на которой вы оборачиваете вокруг своей талии гигантскую юбку, которая является одним большим надувным шаром, в чем вы убедитесь, когда заполните ее воздухом. Это приспособление снижает ваш вес во время бега, что уменьшает удар ноги и позволяет бегать с меньшим износом для старых коленей. Там есть процедурный кабинет, куда наши летные врачи могли бы прийти и сдать экзамены, есть бассейн для тренировок, горячие и холодные ванны. А также помещение, в котором установлены макеты космического оборудования – CEVIS, TVIS и ARED, – на котором мы тоже можем тренироваться. В целом это довольно впечатляющий объект.
Но важнее всех этих тренажеров были наши ASCRs (произносится как [асерс]), аббревиатура НАСА для обозначения личных тренеров. Эти парни и девушки – лучшие тренеры по силовой и спортивной подготовке, и их задача – подготовить нас к космическим полетам. Как только мы оказываемся в космосе, они корректируют ежедневную программу тренировок и отслеживают наш прогресс, анализируя записи занятий, и отправляют нам обновленные планы. Они также следят за нашей формой и техникой, просматривая видео, которое транслируется с МКС, и критикуют нас, следя за тем, чтобы мы достаточно низко сидели на корточках, с хорошей нагрузкой бегали по беговой дорожке и т. д. Примерно раз в месяц у экипажа станции были предусмотрены короткие сеансы связи с ними, что мне очень нравилось, потому что можно было поговорить не только о технике выполнения упражнений, но и о последних спортивных достижениях на Земле, семейных событиях, а иногда даже просто посплетничать. Эти звонки вносили немного разнообразия в нашу жизнь на МКС, которая состояла из ремонта оборудования и проведения научных опытов.
Помимо поддержания в норме костей и мышц, была еще одна важная причина, по которой мы должны были оставаться в хорошей физической форме. Это выход в открытый космос. Надеть на себя громоздкий скафандр и передвигаться в нем по восемь-девять часов – серьезная тренировка, для которой требуется значительная мышечная сила в верхней части тела, выносливость и мощь рук. Эта сила не возникает сама по себе: чтобы она появилась, потребуется провести много времени в спортивном зале, выполняя упражнения по увеличению мышечной массы предплечий и рук, такие как подтягивания, поднятие гирь и т. д.
Принимая во внимание все вышеизложенное, каким же был план наших тренировок для подготовки к космическому полету? Все космонавты индивидуальны, среди них есть марафонцы тридцати с лишним лет и альпинисты, которым еще не исполнилось и шестидесяти и которых с полным правом можно назвать «опытными астронавтами». А средний возраст членов экипажа, летящих в космос, вероятно, около пятидесяти. Космическому вакууму не свойственна политкорректность. Неважно, какой у вас возраст или пол. Воздействие невесомости на ваше тело неизбежно приведет к негативным последствиям, если вы не найдете времени на тренировки. Все это понимают, и многие предпринимают усилия, чтобы достичь хорошей формы перед полетом, поддерживать ее, оказавшись в космосе, чтобы затем быстрее восстановиться на Земле.
Одним из лучших вариантов работы с ASCR была индивидуальная тренировка, а также мотивация продолжать карьеру астронавта. На доске объявлений в тренажерном зале всегда есть WOD (тренировка дня), это быстрая и интенсивная программа по снижению веса: отжимания, подтягивания, выпады, спринты, растяжки и т. д. Если вы работаете в быстром темпе, вы можете выполнить всю программу за двадцать-тридцать минут, но это уничтожит вас. Есть также более официальная программа по тяжелой атлетике, ориентированная на подъемы тяжестей по олимпийским стандартам, а также много аэробных возможностей – открытые беговые дорожки, тренажеры в помещении и бассейн.
Результаты ежедневных упражнений всегда оцениваются. Также проводится ежегодная оценка пригодности астронавтов. Это комплексная процедура, которая включает в себя все аспекты – от бега на дистанцию в 2,5 километра или заплыва на 800 метров до максимальных значений отжиманий лежа, подтягиваний, упражнений для укрепления мышц брюшного пресса, измерений силы руки и ног, гибкости, а также любимый всеми челночный бег с препятствиями. Важной частью нашей фитнес-программы является реабилитация после возвращения на Землю.
После приземления «Союза» в Казахстане мы сразу же встретились с людьми, которые через несколько минут после того, как мы вышли из ракеты, приступили к пыткам (я имею в виду к программе реабилитации). Затем последовала двадцатичетырехчасовая поездка обратно в Хьюстон, на трех ногах. Самым первым, что я сделал по прибытии, было посещение тренажерного зала для астронавтов, где я провел интенсивную тренировку. Она включала в себя челночный бег, во время которого я должен был бегать вокруг стоек (пилонов) и во время которого кружилась голова, потом бегал по заполненным гелем матам, что заставляло меня серьезно сосредоточиться на удержании равновесия. А мой личный инструктор в это время стоял в трех метрах от меня и бросал медицинский мяч. Это упражнение достаточно сложно сделать в нормальных условиях, и еще более сложным оно становится после полугода, проведенного в невесомости. Но эти упражнения, в которых основное внимание уделялось удержанию равновесия, координации и укреплению мышечного каркаса, ускорили мое возвращение в привычную физическую форму на Земле.
Я решил посещать спортзал каждый день на протяжении нескольких месяцев по возвращении на Землю, и, как оказалось, это дало свои результаты. Я не испытывал серьезных болей в спине, которые были у некоторых моих коллег; у меня никогда не было серьезных ортопедических травм, хотя болезненные ощущения в ахилловом сухожилии или проблемы с мышцами были обычным делом. На протяжении недели после приземления я выполнял по двадцать подтягиваний, моя сила по поднятию тяжестей была на уровне 90 % от предполетных показателей. Несмотря на то, что я посещал спортзал каждый день, я не слишком напрягался. Я знал многих коллег, которые форсировали подготовку и в результате страдали от разорванных мышц или сухожилий. Я решил поработать над своим телом, не сильно утруждая его. Лучше тренироваться каждый день на достойном уровне, чем прилагать максимум усилий и получать травмы, а потом пропустить месяц тренировок, во время которого я буду восстанавливаться. Этот подход оказался удачным для меня, я был поражен тем, насколько быстро удалось восстановить форму, избежав травм. Некоторым из моих друзей, которые не прикладывали особых усилий в спортзале, пришлось гораздо труднее.
Невесомость оказывает на наши кости неблагоприятное влияние, сравнимое с воздействием остеопороза, которому подвержены пожилые женщины, а иногда и мужчины. Поэтому, когда я выступаю перед большой аудиторией, я всегда рассказываю о преимуществах резистивных упражнений, которые можно выполнять даже с маленькими двухкилограммовыми гантелями, чтобы сохранить здоровье костей, особенно женщинам. Не надо дожидаться старости, когда вы уже сгорбитесь от этой ужасной болезни. Начинать занятия с аэробными и анаэробными упражнениями хорошо для всех и в любом возрасте. Мне повезло, потому что я мог готовиться к космическим полетам в тренажерном зале для астронавтов. А вам рекомендую найти место для тренировок неподалеку от дома. Если потребуется, вы подготовитесь к космическим полетам и, более того, будете великолепно выглядеть на пляже во время каникул!
12. Джетлаг (и спейслаг)
Адаптация вашего организма к смене циркадных ритмов
Есть много навыков, которыми вам необходимо овладеть, прежде чем вы станете астронавтом. Многое из того, чем им приходится заниматься, вам известно – это плавание в невесомости, выход в открытый космос, проведение экспериментов, ремонт оборудования и т. д. Другие навыки и знания покажутся вам не слишком нужными, но они также важны. Это изучение русского языка, медицинская подготовка, нужно научиться снимать фильмы для компании IMAX. А есть и другие умения, о которых я расскажу ниже, они станут для вас неожиданными. Одно из них – адаптация к изменению часовых поясов, которая актуальна не только на Земле, но и в космосе. Было много случаев, когда внутренние часы моего организма чувствовали себя как теннисный мяч, который бросают туда-сюда, что было неожиданно и мучительно.
Я начал ездить за границу, еще учась в средней школе, когда отправился по школьному обмену в Финляндию. За время учебы в колледже я побывал во Франции, а когда служил в ВВС – во многих странах мира. Я думал, что знаю, как себя вести при изменении часовых поясов. Сперва ваш циркадный ритм сбивается, а затем в течение нескольких дней вы настраиваетесь на новый часовой пояс. Но когда получил назначение в долгосрочную миссию, я узнал совершенно новое значение смены часовых поясов. Я постоянно летал в Европу, Японию, Канаду, но чаще всего в Россию – для прохождения обязательной подготовки. Эти поездки часто совпадали. Так, например, я мог отправиться в командировку по Европе и России на четыре недели. Несколько раз я даже выполнил то, что называлось «медленной орбитой» – перелет в Россию, потом в Японию, а затем обратно в Хьюстон, за двадцать четыре часа совершив кругосветную поездку, на которую обычно уходит месяц.
Этот циркадный пинг-понг продолжался около трех с половиной лет, и это действительно сказалось на моем организме. Летные врачи НАСА рассказали нам о том, как лучше всего управлять часами нашего тела. Для меня самым важным фактором была продолжительность путешествия. Если бы я поехал в Россию на три или четыре недели обучения, я бы полностью перестроился на их часовой пояс. Если бы это была однодневная или двухдневная поездка, я бы не стал даже беспокоиться; я бы просто лег спать, когда почувствовал усталость. Было несколько приемов, которые помогали полностью приспособиться к новому часовому поясу. Я всегда считал, что лететь на запад легче, чем на восток, потому что это было похоже на более поздний отход ко сну или на прибавку к рабочему дню нескольких дополнительных часов, что никогда не было для меня проблемой. Летать на восток всегда труднее, потому что это похоже на потерю нескольких часов в течение дня или на ранний подъем после ночного сна, что я очень не люблю. Конечно, если вы собираетесь в Японию или Китай, речь пойдет о двенадцатичасовом джетлаге, и в этом случае уже не будет иметь значения, летите вы на восток или на запад. В любом случае – вам придется трудно!
Во время обучения в НАСА я усвоил девиз «лучше жить, пользуясь химией». Это шутка о важности правильного приема лекарств в нужное время. Например, в нашей «рвотной комете», учебном самолете для освоения невесомости, было очень важно принимать лекарства против укачивания. Точно так же, когда вы меняете часовой пояс, вы можете принимать лекарства, которые посодействуют вашему режиму сна. Sonata – это относительно мягкое снотворное, которое поможет вам уснуть, но выспаться вы не сможете. Ambien – самое сильное снотворное, и мне требовалась всего лишь одна маленькая таблетка, а иногда только половина, чтобы уснуть на несколько часов. Однажды мне нужно было быстро заснуть, чтобы потом проснуться в полночь для того, чтобы отправиться в контрольный полет. Поэтому я выпил две таблетки Ambien. Это была большая ошибка. Да, я быстро уснул, через несколько минут просто провалился в глубокий сон, а затем мне приснилось очень много кошмаров. Когда сработал сигнал будильника, я чувствовал себя совершенно ужасно, и у меня была страшная головная боль, похожая на сильное похмелье, и это состояние продолжалось двадцать четыре часа. Мне больше не нужна двойная доза этого снотворного; теперь я стараюсь вообще не принимать Ambien, за исключением случаев, когда мне совершенно необходимо уснуть, а мой организм чрезмерно бодр.
Другим медицинским препаратом был мелатонин, природный химический элемент человеческого организма, который отвечает за регулирование суточного ритма. Прием мелатонина перед сном не приведет к тому, что вы заснете, но он даст вашему организму понять, что пришло ночное время, т. е. препарат не поможет уснуть, но позволит сдвинуть время сна. С другой стороны этого уравнения находится пробуждение. Военные используют несколько видов сильнодействующих препаратов «для пробуждения», которые предназначены для того, чтобы наполнить вас энергией после того, как вы проснетесь. В НАСА пользуются препаратом под названием Prоvigil. Это ядерный вариант, обеспечивающий бодрствование. Если Ambien – это инь, то Provigil – это янь.
В НАСА перед первым полетом мне дали пакет лекарств, чтобы я протестировал их дома и убедился, что у меня нет аллергических реакций на некоторые из них. Несколько из этих лекарств могли понадобиться во время полета. Это были снотворные препараты, таблетки для «бодрствования», лекарства от укачивания, для пищеварения и т. д. Во второй половине того же дня, сразу после полудня, я пошел в аптеку, чтобы забрать все предписанные мне лекарства. Фармацевт вручил мне товар, в том числе маленький коричневый флакон с одной таблеткой Provigil. Я сказал ей: «Этот флакончик мне не нужен, я приму эту таблетку сейчас». Она посмотрела так, как если бы у меня было две головы, и выпалила: «Вы уверены, что хотите принять это сейчас? Уже больше часа дня!» Я самодовольно ответил: «Со мной все будет в порядке, эти штуки на меня не влияют». Хорошо, прошло тринадцать часов, была глубокая ночь, а я лежал дома в своей постели, на спине, с широко открытыми глазами, крутя большими пальцами рук. И думал про себя: «Ну, теперь я знаю, что, если мне нужно бодрствовать целый день, нужно просто принять Provigil!» Фармацевт в аптеке была права: принимать эту таблетку во второй половине дня – плохая идея. К счастью, это был единственный раз, когда я пользовался Provigil. Поняв, насколько агрессивно действует этот препарат, я решил прибегнуть к менее суровым мерам, чтобы сместить часы сна и подготовить свой организм к тому, чтобы он был бодрым к моменту запуска, который был запланирован на 04:00 утра. Для этого нужно было ложиться в постель в 10 часов утра предшествующего дня и просыпаться в 6 вечера. Поскольку внутренние часы нашего организма нужно было сместить на двенадцать часов, НАСА примерно за неделю до старта заставляло нас просыпаться каждый день чуть раньше обычного. Чтобы облегчить процесс, мы переехали в жилое помещение для экипажа в Космическом центре Джонсона. Это было современное здание, в котором мы могли спать, есть, у нас были помещения для тренировок. Там было около миллиона чрезвычайно ярких люминесцентных ламп, поэтому, когда за окном было темно, наш организм, обманутый их ярким светом, считал, что наступил день. И наоборот; когда на улице было светло, мы закрывали все источники внешнего света, чтобы заставить организм думать, что наступила ночь. Интересно, но зимой в России мало солнечного света, потому что световой день очень короткий. Поэтому по рекомендации летных врачей в наших комнатах были установлены специальные переносные светильники синего света, необходимые для того, чтобы дать понять нашему мозгу, что светает и настает время просыпаться. Этот процесс оказался эффективным, но я все еще чувствовал себя немного не в своей тарелке, когда организм подсказывал мне, что пора спать. Поэтому я принимал энергетические добавки. Вначале я отнесся к этому скептически, однако наш летный врач порекомендовал принимать их, потому что они помогают чувствовать себя бодрствующим, но действуют гораздо мягче, чем Provigil. Добавки, которыми я пользовался, в основном содержали витамины группы B с минимальным количеством кофеина, и для меня они подошли как нельзя лучше. Я чувствовал себя бодрым без каких-либо побочных эффектов. Добавки на самом деле работали так хорошо, что я воспользовался ими при подготовке к следующей миссии. Они были особенно полезны в течение первых нескольких дней после прибытия в Россию, Японию или Европу, потому что их энергетический удар позволял преодолеть пятичасовую воздушную яму в моем циркадном ритме. Я даже принимал их перед выходом в открытый космос или другими значительными событиями на орбите, когда мне нужно было взбодриться.
Есть еще одна важная деталь в этом пазле со смещением времени сна. На международных рейсах билет в бизнес-класс позволил бы путешествию начаться правильным образом, потому что в бизнес-классе можно спать в положении лежа. Я просто не могу спать сидя в обычном кресле самолета. Представьте поток людей, постоянно пробирающихся мимо вас, сидящего на месте 34F, потому что на протяжении двенадцати часов полета им всем нужно в туалет, и вы получите следующую картину – долгий перелет без сна. На мою способность бодрствовать во время чрезвычайно важных тренировок через день или два после приезда в Россию/Европу/Японию напрямую влияет количество и качество сна в дни, которые предшествуют поездке. Если мне удается во время перелетов поспать шесть часов лежа, это разительно улучшает мои умственные способности в последующие дни. Я все еще могу чувствовать сонливость в течение нескольких дней после приезда, но после хорошего ночного сна во время полета чувствую себя намного лучше.
Это мои маленькие секреты, связанные с изменением часовых поясов и смещением времени сна. Если можете, постарайтесь как можно дольше поспать, желательно лежа. При необходимости медикаменты, такие как Ambien, помогут вам уснуть, но ими следует пользоваться с осторожностью. Энергетические добавки помогут вам проснуться хотя бы на непродолжительное время, когда диетическая кола с этой задачей не справится. Яркий синий свет во время пробуждения и отсутствие света во время сна очень важны для того, чтобы ваши внутренние часы срабатывали по заданному им расписанию.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?