Текст книги "Факелы ада"
![](/books_files/covers/thumbs_240/fakely-ada-43221.jpg)
Автор книги: Тимур Туров
Жанр: Городское фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 4
Участок старой застройки в Канавино, что между вокзалом «Горький-Московский» и Окой, с давних пор был вотчиной Часовщиков. Первые «желтые» поселились тут еще в конце девятнадцатого века, когда Нижний готовился принять Всероссийскую промышленную выставку, а позже, после Октябрьской революции семнадцатого года, здесь возник настоящий анклав, вроде «Большого дома» в Москве.
Еще позже, когда вождь племени Каддаги увел большую часть подданных на восток, искать счастья на «стройках социализма», количество Часовщиков уменьшилось, но многие все равно остались.
Жили тут и люди, и сатра, попадались дейвона и даже верог.
Но разнородная компания, появившаяся на улице Даля вскоре после того, как двадцать седьмое августа сменилось двадцать восьмым, вызвала бы интерес даже у аборигенов – редко увидишь, чтобы столь разношерстная братия действовала так дружно и быстро.
Правда, местные жители в большинстве своем сидели по домам, и никто не видел, как со стороны площади Революции появились два автомобиля с потушенными фарами.
Двигались они неспешно, без лишнего шума и остановились, едва переехав трамвайные пути.
– Все чисто. Вперед, – сказал выбравшийся из первой машины черноволосый верог, в котором осведомленный человек, да и не только человек, узнал бы Ивана, главу «Союза семи».
Его приказ исполнили не только двое людей и двое оборотней, вылезших из того же автомобиля, а и экипаж второго, состоявший целиком из «желтых». Их целью был двухэтажный кирпичный дом чуть дальше по улице, без единого светящегося окна.
Двое оборотней разошлись в стороны и встали так, чтобы контролировать подходы к дому с улицы, люди взяли под присмотр крохотный двор с сараями и бельевыми веревками.
В свете уличного фонаря сверкнули отмычки, извлеченные одним из Часовщиков, негромко крякнул вскрытый замок, и пятеро «желтых» во главе с вампиром проникли в подъезд. На лестнице их встретила черная кошка, с сердитым мяуканьем бросившаяся вверх по лестнице.
– И тут чисто, – проговорил Иван, принюхиваясь. – Твоя очередь, Нар-Тин.
Предводитель Часовщиков, сутулый и лысый, оскалил в усмешке редкие желтые зубы:
– Не сомневайся, этот гад от нас не уйдет!
Двое «желтых» встали по сторонам от обшарпанной двери с латунной цифрой «пять». Третий прилепил на нее некий прибор, напоминавший микросхему с множеством серебристых щупалец и присоской, отступил на шаг и негромко хлопнул в ладоши.
«Микросхема» засветилась и задрожала, по поверхности двери побежали крохотные волны. В паре мест вздулись небольшие горбы, вокруг замка образовался валик.
– Все, как и положено, сверлить мне не пересверлить, – заметил сутулый Нар-Тин с довольным смешком.
Незваный гость, вздумавший сломать петли, вскрыть замок или выпилить его, столкнется с большими проблемами.
Дверь перестала трястись, но волны побежали дальше, двинулись по косякам, словно ощупывая их, покатили по стенам, постепенно слабея и затухая. На косяках после них остались четыре вздутия, по два с каждой стороны, и еще одно, довольно большое, с кулак, появилось на стене вверху, почти под самым потолком.
– Дело сделано, – очень тонким голосом сказал тот Часовщик, что ставил прибор, и снял его.
– Только наполовину, – покачал головой Нар-Тин. – За работу!
Тот из «желтых», что располагался справа от двери, вытащил из сумки маленький нож с очень широким лезвием из белого металла, на котором темнели вытравленные символы, и принялся резать им косяк с такой легкостью, словно тот был из пластилина. Второй пустил в дело похожий на скальпель инструмент, изготовленный из кости, а еще двое посадили сутулого предводителя на плечи, чтобы он мог дотянуться до вздутия под потолком.
Иван наблюдал за происходящим без любопытства – магия «желтых» была для верог странной, и ни один из «красных», насколько знал глава «Союза семи», никогда и не пытался в ней разобраться.
– Есть! – воскликнул Часовщик с ножом, выковыривая из косяка хитро закрученный обрывок проволоки.
– Детонатор заклинания, – прокомментировал Нар-Тин явно для Ивана, – а там, скорее всего… психогенератор, чтобы отпугивать случайных грабителей… ну а сверху… – он принялся орудовать длинным клинком без рукояти, зато с дополнительными лезвиями, выскакивающими из основного при нажатии особой кнопки, – вот тут… уф… высоко как, зараза… элемент на саморазрушение двери…
«Психогенератор» оказался серым шариком чуть меньше мяча для малого тенниса, зато предназначенная для разрушения двери штуковина выглядела даже красиво – металлический «еж», каждая колючка которого была окрашена в свой цвет и с капелькой смолы на кончике.
Нар-Тин положил ее на пол и безжалостно раздавил ногой.
– Теперь можно открывать, – сказал он, почти с нежностью поглядывая на раскуроченную дверь.
Вновь пошла в дело отмычка, но в этот раз все оказалось не так просто, как при входе в подъезд. Изготовленный хозяином квартиры замок начал сопротивляться, зажимать всунутый в него инструмент, а затем и вовсе принялся щелкать все громче и громче.
– Дайте, я, – сказал Иван, понимая, что еще немного, и шум кого-нибудь разбудит.
Часовщики отступили в стороны, и вампир ткнул в непокорный механизм указательным пальцем. Щелканье стихло, зашипело, запахло горелым деревом, и по двери потекли капли расплавленного металла.
– Неплохо, – оценил Нар-Тин. – Внутрь мы…
– Я пойду первым, – прервал его глава «Союза семи». – Убить меня куда сложнее, чем любого из вас.
Спорить предводитель Часовщиков не стал, хотя на его носатой физиономии отразилось недовольство. Вампир приоткрыл дверь, как показалось, всего на несколько сантиметров, и совершенно бесшумно проскользнул в образовавшуюся щель.
Нар-Тин выждал пару минут, а затем двинулся следом.
Квартира, прятавшаяся за дверью с цифрой «пять», более всего напоминала склад: в прихожей штабеля ящиков под потолок, в коридоре – картонные коробки, аккуратно прикрытые газетами, в единственной комнате груды металлических деталей на огромном столе и стеллаж с разнообразными инструментами.
Еще тут имелся небольшой диван, втиснутый в угол, к самому окну.
Иван стоял рядом с окном, а на диване, укрывшись клетчатым одеялом, безмятежно посапывал тот Часовщик, чье лицо фигурировало в воспоминаниях руководителя клуба «Следопыт».
– Он самый… – сказал Нар-Тин, более не заботясь о скрытности. – Попался!
Спавший заворочался, веки его задрожали и поднялись, обнажив полные сонной мути глаза. Один из «желтых» включил в комнате свет, и глаза эти мгновенно широко раскрылись, в них появилось беспокойство.
– Вик-Цам Каддаги? – спросил Иван.
– Да-а… – отозвался хозяин квартиры. – А вы кто?
– Твой ночной кошмар, – сказал Нар-Тин. – Вставай, сволочь, и молись богам своего племени!
Клетчатое одеяло полетело на пол, стало видно, что Вик-Цам наряжен в пижаму из теплой фланели. Двое помощников Нар-Тина схватили хозяина квартиры за руки, выдернули из постели и поставили на колени.
– Вздумаешь орать, я возьмусь за тебя всерьез, – холодно пообещал Иван. – Ты знаешь, что такое «короткий повод»?
Открывший уже рот Вик-Цам поспешно захлопнул его и кивнул.
– Отвечай тихо и спокойно, только по существу, – предводитель «Союза семи» смотрел хозяину квартиры прямо в глаза, туда, где в серой радужке прятались зрачки, и видел в них дикий ужас. – Ты помнишь, как сделал одному маах’керу полсотни значков?
– Э… да… – Вик-Цам сглотнул, и страха в его глазах стало куда больше.
– Ты сам их изготовил? – вкрадчиво спросил Иван.
– Да, конечно…
– Но ты же не маг, я вижу! – вмешался Нар-Тин. – Ты не можешь изготавливать амулеты!
– При чем тут амулеты? – глаза хозяина квартиры забегали.
«Жаль, что с нами нет Турнова, – с досадой подумал предводитель «Союза семи», – с ним все было бы намного проще. Может быть, забрать этого червяка с собой и завтра предъявить его Рыцарю?»
– Не притворяйся идиотом! – побагровевший Нар-Тин размахнулся и ударил стоявшего на коленях сородича по лицу. – Кто помогал тебе зачаровывать те значки? Отвечай немедленно!
Вик-Цам прохрипел нечто невнятное, дернулся с такой силой, что мотнуло и державших его Часовщиков. Зубы его клацнули, и изо рта, ноздрей и ушей потекла кровь, сначала ярко-красная, а затем светлая, почти прозрачная.
Иван, наблюдавший за телом Силы хозяина квартиры, видел нечто странное – чакры, расположенные у «желтых» овалом, вспыхивали одна за другой, а саму ауру корежило, точно по ней колотили невидимым молотом. По всем признакам, действовало некое заклинание, но какое именно, предводитель «Союза семи» понять не мог, несмотря на свои знания и опыт.
Глаза Вик-Цама выпучились, налились кровью, пепельные волосы встали дыбом, голова начала раздуваться, будто череп внезапно стал резиновым и внутрь него принялись закачивать воздух.
– Ой, ничего себе… – воскликнул один из подручных Нар-Тина.
Голова Вик-Цама с глухим хрустом лопнула, в стороны полетели окровавленные ошметки. Один из державших хозяина квартиры Часовщиков не выдержал, отвернулся, другой побледнел и метнулся в туалет, донесся глухой хлопок двери и рыгающие звуки.
Лишенное головы тело упало на пол, заливая его кровью из обрубка шеи.
– О… что это было? – спросил Нар-Тин, оглядывая испачканные багровым и серо-желтым стены, упавший на рабочий стол кусок черепа с прядью волос и ошметки мозга на потолке.
– Наложенное на него заклинание, предназначенное для того, чтобы устранить ценного свидетеля, – сказал Иван. – Сложное, очень сложное, тонко настроенное, самоактивирующееся и созданное никак не этим бедолагой. Он, как ты верно заметил, магом не был.
– И что же нам делать? – сутулый Часовщик, вряд ли когда-либо сталкивавшийся с такой ситуацией, выглядел растерянным и вертел в пальцах «скальпель» из желтой кости.
– Есть один вариант, – ответил глава «Союза семи». – Неприятный, но в этой ситуации неизбежный. Прикажи своим парням собрать тело, я имею в виду все эти ошметки, и с потолка тоже…
Компания, собранная для того, чтобы расследовать взрыв источника на стадионе «Радий», напомнила о себе гораздо раньше, чем рассчитывал Олег, – сотовый заиграл «Последнего героя» в шесть ноль одну, ровно через минуту после того, как «Буревестник», увозивший Лену с Леонидом Олеговичем, отошел от платформы.
– Да? – спросил Турнов, подивившись столь раннему вызову, а также тому, что звонят с незнакомого номера.
– Ты уже не спишь? – спросили из трубки.
Сначала Олег не узнал этот глуховатый голос, хотя понял, что слышал его раньше, и не один раз, но затем придавленные недосыпом мозги завертелись, и он определил – Иван.
– Скорее, еще не сплю, но надеюсь пару часов подремать, – произнесено это было достаточно недружелюбно, но глава «Союза семи» не обратил на тон собеседника внимания.
– Нам нужен ты, – просто сказал он. – Вернее, нам срочно необходим «черный».
– Что? – Такой просьбы Олег не ждал, он бы удивился меньше, попроси вампир взаймы пол-литра свежей крови.
– Нам необходим слаш-некромант.
– Ну а я при чем?
– Ты же имел с ними дело, – Иван не собирался отступать так легко. – И они у тебя в некотором долгу.
Уроженцев черной сферы было очень немного, чуть более четырех десятков на весь Нижний, и славились они крайней замкнутостью. Слаш, худые, чернокожие и безволосые, не испытывали необходимости общаться даже с себе подобными, никогда не образовывали ничего похожего на орден или клан и по мере сил старались держаться подальше ото всех без исключения.
Во многом заслугой Олега стало то, что в феврале двухтысячного года все не закончилось истреблением «черных», но были ли они ему за это благодарны – он не знал, да и подозревал, что слаш вовсе не ведают такой вещи, как благодарность.
– Я могу попробовать… – сказал Турнов. – Только я не помню, где их искать…
– Мы потревожили твой орден, и сейчас тебе скинут адресок из того досье, что вы в свое время купили у «бесцветных» из Желтого Ока, – тут глава «Союза семи» проявил необычную информированность, и Олег подумал, что у этого верог наверняка есть осведомитель в «Золотой розе».
– Хм… ладно… – сказал он, думая, что даже если поедет домой, то спать все равно не ляжет, а если и ляжет, то выспаться не успеет – в девять общий сбор в «Контакте».
– Я не сомневался в тебе, – в голосе Ивана прорезалось что-то похожее на одобрение. – Ты где находишься, дома? Сейчас к тебе подъедет Нар-Тин, и вы вдвоем отправитесь за «черным».
Узнав, что Олег на Московском вокзале, верог удивления не высказал, они договорились о месте встречи и закончили разговор. Через пару минут на телефон Турнова пришла эсэмэска, где было написано: «Нефтегазовская улица, дом 15, квартира 2, Зафрид, отпрыск Вагера», а еще через десять к вокзалу подъехало такси, из которого вылез тот самый сутулый Часовщик.
– Доброе утро, – сказал он, поеживаясь. – Ну что, двинули?
– Двинули, – кивнул Олег. – Только я не знаю, где эта самая Нефтегазовская улица…
Пришлось покупать в газетном киоске на вокзале карту Нижнего и шарить по ней в поисках нужного адреса. Оказалось, что расположена улица со столь «промышленным» названием недалеко, но что предстоит немного попетлять, дабы до нее добраться.
Дождь, поливавший город всю ночь, к этому времени прекратился, дороги были пустынны, гаишники дремали где-то, и Олег мог бы даже получить от этой поездки удовольствие, если бы так сильно не хотел спать. Дважды чуть не пропустил нужный поворот, а единожды непонятным образом не увидел выруливавшую со двора красную «шестерку».
Затормозил в последний момент и дальше ехал медленно, осторожно.
– Вот мы и приехали, – сказал Часовщик, когда они остановились. – Ну и сарай.
Дом пятнадцать по Нефтегазовской улице походил скорее не на сарай, а на предназначенную к сносу руину – мутные стекла, трещины в стенах, покосившаяся крыша, висящая на одной петле дверь единственного подъезда.
– Зато тот, кто нам нужен, на месте, – отозвался Олег, радуясь, что одет вовсе не по-деловому, а в банальные джинсы и куртку и на ногах у него кроссовки и что все это можно в принципе спокойно испачкать.
Он чувствовал страх, желание обернуться и посмотреть, что такое жуткое прячется на заднем сиденье. И это говорило о том, что Зафрид, отпрыск Вагера, сейчас дома, в этом самом неказистом строении.
«Черные» заставляли испытывать страх всех, кто оказывался рядом, и людей, и уроженцев прочих сфер.
– Как неуютно, а? – сказал Нар-Тин. – Не облажаться бы, в прямом смысле слова…
– Даже если и облажаешься, никого этим не удивишь. – Олег вышел из машины, вдохнул сырого воздуха, насыщенного запахами прелого дерева. – Главное, чтобы сменные штаны с собой были.
Часовщик сдавленно хихикнул.
До дома оставалось каких-то десять метров, но их пройти оказалось немногим проще, чем подняться по отвесному склону такой же высоты. Олег вспотел, Нар-Тин несколько раз останавливался, принимался вертеть головой и сдавленно ругаться, а затем шагал дальше.
Страх накатывал мутными волнами, заставляя сердце дергаться.
– Ничего, еще немного, – подбодрил себя Олег, когда они вошли в подъезд, такой пыльный, словно им не пользовались лет десять. – Интересно, кто тут еще живет, кроме слаш?
Перед квартирой номер два страх усилился, показалось, что потолок вот-вот рухнет на голову и что нужно бежать из дома как можно быстрее. Преодолевая судорожное подергивание мышц предплечья, Олег поднял руку и постучал – звук прозвучал глухо и слабо, точно за дверью была не пустота, а сплошная стена.
Прошло несколько томительно тяжелых минут, и раздались негромкие шаркающие шаги.
– Вот как, гости? – сказало открывшее дверь существо, лысое и смуглое, в черных шортах, из которых торчали невероятно тощие ноги, и белой майке, что висела на костлявых плечах как на вешалке.
– Нет, посетители, – ответил Олег, сражаясь с вздумавшей затрястись челюстью. – Нам нужны твои услуги, Зафрид, отпрыск Вагера. Проблема еще в том, что мало что осталось от головы погибшего.
– Это плохо… – прошептал слаш. – Это обойдется вам дороже. Вы привезли труп?
– Нет, тебе придется работать на выезде, – вступил в разговор Нар-Тин.
Зафрид посмотрел на него темными, очень глубоко посаженными глазами:
– А это обойдется вам еще дороже. – Тут последовала пауза. – Обошлось бы. Но я помню тебя, – худая рука указала на Турнова, – и поэтому ставка будет стандартной – семьсот «зеленых», да еще я заберу все, что мне понравится, от жмурика. Такой вариант устраивает?
– Да, – сказал Олег, думая, что слаш, по крайней мере некоторые, умеют быть хоть немного благодарными.
– Ждите, – бросил Зафрид, после чего развернулся и, не закрывая двери, ушел.
Из тьмы, заполнявшей квартиру, некоторое время доносились те звуки, какие издает, собирая вещи, существо любой сферы, затем «черный» показался вновь. К его наряду добавились сланцы и большая спортивная сумка через плечо, из которой торчало нечто похожее на украшенный резьбой посох.
– Я готов, – сообщил Зафрид.
– Тогда поехали, – в этот момент Олег понял, что страх стал меньше, как всегда после некоторого времени, проведенного в компании слаш. – Или ты отправишься на своей машине?
– Нет, на вашей прокачусь.
При виде «Форда Мондео» Зафрид буркнул нечто одобрительное, а забравшись на заднее сиденье, попросту улегся там, положив сумку под голову.
– Подремлю немного, – пояснил он. – А то как раз спать собирался.
– А, ну-ну, – только и сказал Олег.
Осознавать, что позади находится слаш, было неуютно, и это несмотря на то, что Турнов прекрасно знал – уроженцы черной сферы не агрессивны и никогда не нападают просто так.
Но дорога есть дорога, и вскоре он почти забыл про необычного пассажира.
Около «Контакта» их встретил сам Иван в компании двух молодых оборотней из «Союза семи». Зафриду он кивнул как давнему приятелю, на что тот ответил зверской гримасой и довольным фырканьем.
Вполне вероятно, что эти двое и вправду знакомы лет двести.
– Где труп? – деловито спросил слаш. – Чем быстрее я примусь за дело, тем лучше…
Дом культуры, вчера оживленный и шумный, в этот ранний час был пустынным и тихим. На стенах актового зала виднелись следы магической атаки – подпалины, участки с отвалившейся штукатуркой, защитные рисунки выглядели аккуратно подновленными. На месте загоревшегося кресла зияло пустое место, торчали из пола скобы с болтами, а на сцене лежал мертвец в пижаме.
Был он, судя по габаритам, Часовщиком и выглядел несколько куцым потому, что у него не имелось головы.
– Ерш твою меть… – пробормотал Олег, вспоминая гараж рядом с железной дорогой и дейвона в наручниках, допрос которого закончился тем, что череп того взорвался, как граната.
– Это плохо, – сказал Зафрид при виде тела. – От башки что-то осталось? Особенно полезным был бы язык.
Иван молча подал слаш плотно набитый полиэтиленовый пакет, и когда «черный» заглянул внутрь, на лице его появилась довольная усмешка.
– А вот это лучше, – одобрил он. – Слабонервных просим выйти, поскольку я начинаю.
Желающих покинуть зал не нашлось.
Зафрид влез на сцену, поставил сумку и осторожно вытряхнул из пакета неаппетитное месиво, некогда бывшее головой Часовщика. Отбросил пакет и начал рыться в ошметках мозга и кусках черепа, деловито комментируя особо удачные находки:
– Глаз, правый… без него я легко обойдусь… лучше потом съем… А это лобная кость. Пригодится! О, а это самое главное – язык! Скоро наш покойник будет говорить лучше, чем при жизни.
Похоже, этот слаш был самым настоящим балагуром.
Вжикнула молния спортивной сумки, и глазам зрителей предстали инструменты из арсенала некроманта: несколько разноразмерных пузырьков из толстого стекла, лопата с резьбой на рукояти, моток проволоки, кусачки и плоскогубцы, нож с лезвием из моржового клыка, молоток и гвозди.
Орудуя кусачками и плоскогубцами, Зафрид соорудил каркас в форме регбийного мяча и принялся крепить к нему части головы мертвого Часовщика – отдельные кости, уши…
– Магическая модель… – потрясенно прошептал Нар-Тин.
– Мы предпочитаем называть это «заменителем», – отозвался слаш, прикрепляя язык.
Жуткая конструкция была приставлена к шее, и настало время одного из пузырьков. Когда Зафрид вытащил пробку, Олег заранее сморщился, ожидая резкой вони, но запахло приятно – сиренью.
Несколько капель белесой, точно скисшее молоко, жидкости упали на доски сцены.
– Теперь закрепим его, и можно поднимать, – сказал слаш, вытряхивая из коробки на ладонь огромные гвозди.
Турнову доводилось присутствовать при допросе мертвеца, и он примерно знал, что сейчас будет происходить. Иван за три века жизни повидал всякого, а вот оборотни из его команды нервно вздрогнули, когда Зафрид начал приколачивать труп к сцене, вгоняя гвозди прямо в плоть.
Нар-Тин побледнел и принялся ожесточенно тереть виски.
– Это чтобы он не удрал в процессе, – пояснил слаш. – Как там в старом анекдоте про некроманта? Хорошо зафиксированный труп в гробе не нуждается. Устраивает вас такой вариант?
Вопрос был, по всем признакам, риторическим.
Закончив колотить, Зафрид отложил молоток, взял нож из моржового клыка и начал произносить некие сочетания звуков, которые «словами» можно было назвать только ввиду отсутствия другого термина. Аура мага-«черного», раскрывшегося для осуществления заклинания, стала доступной глазам Олега, и он покачал головой – судя по яркости и размерам тела Силы, этот слаш был очень силен.
В актовом зале ДК «Контакт» начало происходить нечто странное – ослабли звуки, исчезло сопение одного из оборотней, отдалился кашель Нар-Тина, ну а горевшие под потолком лампы пригасли, а затем словно вовсе исчезли.
На мгновение к Олегу вернулся страх, и даже Иван нервно покачал головой.
Из досок сцены подобно чудовищным побегам вылезли тонкие черные вихри, задвигались вокруг мертвого Часовщика. Лиловый огонь потек по рукам Зафрида, заструился по лезвию ножа, срываясь с него тяжелыми редкими каплями и падая на начавшее дергаться тело.
Вихри слились в один, он переместился мертвецу на грудь, и в темной глубине проглянуло сплетение серебристых и болотно-зеленых струй энергии, бешено вращающееся, дергающееся из стороны в сторону.
Три года назад, когда Олег впервые столкнулся с некромантией, он только научился «видеть» и, само собой, не понимал, что представало его глазам. Сейчас он прекрасно осознавал, что делает слаш – восстанавливает ауру мертвеца, создает некий ее эрзац, что позволит телу функционировать какое-то время и даже вспомнить, что было с ним до смерти.
Вихрь стремительно втянулся в грудь Часовщика, и труп зашевелил пальцами, задергал ногами. С лязгом и стуком приподнялась скрученная из проволоки голова, закачался насаженный на крюк язык.
– Спящий проснулся, – торжественно возгласил Зафрид. – Молчалив он или разговорчив?
Язык зашевелился, словно толстый червяк, и это оказалось настолько мерзким, что Олегу захотелось блевать. Чуть позже донеслись звуки, глухие, искаженные, но вполне разборчивые и складывающиеся в слова:
– Кхльто спрашиваеххррт?
– Надо же, никакой защиты? – слаш покачал головой и отступил на шаг. – Ну, кто будет вести допрос?
– Я, – Иван подошел вплотную к сцене. – Вик-Цам, ты помнишь, как весной по заказу одного маах’керу изготовил партию значков с изображением отпечатка волчьей лапы?
– Да… – проклацал труп, пытаясь встать.
Гвозди длиной в пятнадцать сантиметров держали крепко, но вот плоть мертвеца не выдерживала его же усилий и кое-где проминалась. Хрустели суставы и кости, и из отверстий начинала сочиться черная вязкая жидкость, куда больше похожая на деготь, чем на кровь. От попавших на доски сцены капель поднимался вонючий серый дымок.
– Кто помогал тебе их изготавливать? Кто превратил их в амулеты?
Нар-Тин подался вперед, сжал руки в кулаки.
– Никто, – ответил безголовый Часовщик, и Олег почувствовал то, что всегда ощущал при соприкосновении с ложью.
– Врет, – сказал он.
– Но это невозможно! – запротестовал Зафрид. – Он может не отвечать, но лгать в принципе не способен.
– И все же он нас обманывает, – возразил Иван. – Чутье Рыцаря до сих пор еще ни разу не подводило. Давай повторим вопрос, чтобы он сфальшивил повторно, и попытаемся увидеть, в чем тут дело. Нар-Тин, если для наблюдения тебе нужны какие-нибудь устройства, то готовь их побыстрее.
Сутулый Часовщик кивнул, сдернул с плеча рюкзак и вытащил оттуда прибор, похожий на выкрашенный в желтый цвет театральный бинокль с дополнительной трубкой сверху и амулетом-фиксатором на веревочке снизу.
– Я готов! – сообщил он дрожащим от возбуждения голосом.
Глава «Союза семи» вновь спросил насчет значков-амулетов, мертвец ответил так же, и Олегу показалось, что над телом на миг вспыхнула призрачная розовая молния, ударила от паха до горла.
– Есть, вижу след заклинания! – завопил Нар-Тин. – Но слишком тонкий!
– Даже не след, отблеск… – Иван покачал головой. – Триста лет живу, такого не встречал…
– А я ничего не вижу, – в голосе слаш прозвучала досада. – А ну-ка, попробуем.
Он присел на корточки, и вонзил нож мертвецу в грудь, и с хрустом принялся водить им туда-сюда. Труп вздрогнул, откинул то, что заменяло ему голову так, что металлические дуги затылка с клацаньем ударились об пол, а потом замер.
– Ага, вот теперь лучше… – сказал Зафрид, когда розовая молния появилась вновь, на этот раз куда более яркая, чем ранее, и повисла над телом, разбрасывая в стороны шипящие искры.
Олег видел энергетическую структуру заклинания, но вот понять, что это такое и как оно сделано, не мог – слишком изощренно все было перекручено, составлено по незнакомым правилам и работало на не совсем традиционных принципах.
Нар-Тин неотрывно таращился в «бинокль», амулет-фиксатор мерцал, слаш досадливо кривился, лица Ивана Олег видеть не мог, ну а подручные главы «Союза семи» и вовсе замерли, боясь даже дышать.
Первым нарушил молчание Зафрид.
– Стыдно признаться, но я не смогу это убрать, – сказал он. – Все сделано так искусно, что его разрушение приведет к разрушению тела, а с этой фигней труп будет говорить не правду, а то, что записано в некоей информационной программе.
– Не можешь? – спросил Иван.
– Я знаю пределы собственных сил, и это находится за ними, – слаш выдернул нож из груди трупа, и тот вновь задергался, заскреб пальцами. – Не знаю, кто поработал тут, но мне в голову приходят мысли об Игроке.
Игроками называли немногочисленных магов, не черпающих силу из источников, а добывающих ее откуда-то из-за пределов нашего мира. Возможностями они превосходили обычных колдунов так же, как молодой акробат парализованного калеку, но большей частью занимались вещами странными, для прочих непостижимыми, и в разборки между орденами не вмешивались.
– Этого только не хватало, – Нар-Тин опустил «бинокль» и отцепил амулет-фиксатор от веревочки. – Я записал параметры заклинания. Может быть, совместными усилиями нам удастся расшифровать, а затем и снять его…
Олег вспомнил те случаи, когда сталкивался с Игроком по кличке Граф, и подумал, что сутулый Часовщик слишком оптимистичен. Чары подобного существа не разобрать и всем магам Нижнего, соберись они вместе и потрать на это год.
– Можно попробовать, – сказал Иван. – Ты сможешь остаться здесь еще на пару-тройку часов?
– За соответствующую оплату – несомненно, – кивнул Зафрид. – По сто «зеленых» в час плюс те же расценки, что и ранее, на повторный подъем. Устраивает вас такой вариант?
– Да, – не стал торговаться глава «Союза семи».
– Тогда мы пока выключим это… – слаш махнул рукой, серебристо-зеленый вихрь неторопливо поднялся над телом Часовщика, изогнулся несколько раз и рассыпался, распался на сотни гаснущих блесток. – И подыщите мне тихий уголок, чтобы я мог подремать до того момента, как понадоблюсь.
– И я бы от такого не отказался, – очень тихо, чтобы никто ни в коем случае не услышал, сказал Олег.
Он оставался на ногах более суток, и это давало о себе знать – голова была тяжелой, словно «цинк», мысли ворочались вяло-вяло, спину ломило, а глаза чесались, и очень хотелось опустить веки. Все это напоминало не самые радостные дни, проведенные в составе «ограниченного контингента советских войск», те дни, на которые выпадала многодневная операция.
И не выспаться, и не поесть как следует, а то еще можно и пульку в задницу словить, и осколок в плечо, и это только в лучшем случае, если останешься живым и по большому счету целым.
Олег тряхнул головой, возвращаясь из прошлого к настоящему: Зафрида увели, должно быть, в тот самый «тихий уголок», слаш уволок сумку с инструментами, так что на сцене остался лишь мертвый Часовщик.
– Эй, Рыцарь! – окликнул Турнова Нар-Тин. – Чего замер? Не задремал? Пошли кофе пить!
– Пошли, – согласился Олег.
Он ожидал, что их будут поить отвратительной бурдой из термоса, но в кабинете, принадлежащем, должно быть, директору «Контакта», обнаружился настоящий серебряный кофейник и набор чашек к нему. А уж запах, исходивший от черной, как глаза слаш, жидкости, оставил бы довольным самого изысканного ценителя кофе.
– Сахару? Сливок? – предложил распоряжавшийся тут оборотень из «Союза семи».
– Так обойдусь, – ответил Олег, усаживаясь на стул.
Время подходило к восьми, оставался час до момента, как в «Контакт» начнут прибывать маги из орденов, которым «Союз семи» чуть более суток назад предъявил обвинения. Минуло двадцать с чем-то часов, но тайна взорвавшегося источника так и не раскрыта, а ситуация выглядит еще хуже, чем вчера.
Ясно, что все это – часть обширного, неплохо замаскированного плана…
Неясно, кому он принадлежит и на что нацелен… не на ликвидацию же «Союза семи»?
– Сидите? – спросил, войдя в кабинет, Иван.
– А что нам еще остается? – пожал сутулыми плечами Нар-Тин. – Можно, конечно, заняться тем заклинанием, провести спектральный анализ, но для этого у меня здесь нет соответствующего оборудования.
– Можно и заняться, – глава «Союза семи» уселся в директорское кресло и взял чашку с кофе. – Если что нужно – позвони своим, пусть привозят к девяти. Работать будем все вместе.
– А толку от этой работы? – проворчал Олег. – Мы тычемся во тьме, пытаемся нащупать хоть что-то, а наш противник отлично видит во мраке, он предугадывает все наши действия и преспокойно делает свое дело!
Сам понимал, что срывает досаду, выплескивает накопившееся за последние сутки раздражение, но остановиться не мог. Иван, судя по понимающей ухмылке, догадывался, что творится с человеком, и не думал возражать, а вот Нар-Тину выдержки и психологического чутья откровенно не хватало.
– Нет, ты зря так говоришь! – воскликнул Часовщик. – Не стоит преувеличивать могущество того, кто стоит за взрывом источника! Не веришь же ты, что это и вправду кто-то из Игроков? Не…
– Преувеличиваю? – перебил «желтого» Олег. – А что ты думаешь об этом?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?