Текст книги "Охота за «Красным Октябрём»"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ohota-za-krasnym-oktyabrem-2367.jpg)
Автор книги: Том Клэнси
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 44 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
– Должно быть, погода в Англии такая же отвратительная, как и здесь, Райан. – Давенпорт бросил свою адмиральскую шинель на пальто Райана. – Вижу, вы где-то спёрли шинель офицера Королевского флота.
Райан успел полюбить своё новое пальто.
– Эту шинель мне подарили, сэр, она очень тёплая.
– Боже милостивый, да вы и говорите теперь по-британски. Джеймс, парню пора возвращаться домой.
– Будь с ним повежливее, Чарли. Он привёз тебе подарок. Налей-ка себе кофе.
Казимир поспешил наполнить кружку для своего босса, затем сел справа от него. Райан заставил их немного подождать, прежде чем открыл свой кейс, достал оттуда четыре папки, оставил одну себе, а остальные три роздал.
– Говорят, вы работаете там довольно успешно, Райан, – заметил Давенпорт. Джек слышал о его переменчивом характере – то он ведёт себя дружески, то выходит из себя. Возможно, это помогает ему лишать подчинённых состояния душевного покоя. – О, Господи! – Давенпорт открыл свою папку.
– Господа, перед вами «Красный Октябрь». Эти снимки любезно предоставила нам британская секретная служба, – торжественно произнёс Райан.
Фотографии в папках были подобраны попарно, по четыре каждого из отпечатков размером четыре дюйма на четыре, а под ними те же фотографии, но увеличенные до размера десять на десять дюймов. Снимки были сделаны под острым углом, скорее всего, с края ремонтного дока, в котором стоял ракетоносец после ходовых испытаний. Фотографии были подобраны попарно – с носа и с кормы, с носа и с кормы.
– Как видите, господа, освещение было неважным, так что качество снимков оставляет желать лучшего. Фотографировали миниатюрной камерой, заряженной цветной плёнкой чувствительностью четыреста единиц. Первая пара фотографий подверглась нормальной обработке, чтобы установить уровень освещения. Вторая проявлена обычными средствами с увеличением яркости. Третья подверглась цифровому улучшению качества цвета, а четвёртая – цифровому улучшению чёткости изображения. У меня есть непроявленные кадры каждого изображения, которые будут переданы для обработки Барри Сомерсу.
– Вот как? – Давенпорт поднял на мгновение голову. – Очень любезно со стороны британцев. Какова цена? – Грир объяснил условия предлагаемой сделки. – Плати, – заявил Давенпорт. – Снимки стоят того.
– Джек предлагает то же самое.
– Ещё бы, – усмехнулся Давенпорт. – Ты же знаешь, что он работает на них.
Слова директора Управления военно-морской разведки задели Райана за живое. Ему нравились англичане, работать с их разведывательным сообществом было интересно, но он никогда не забывал о своей родине. Джек сделал глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. Давенпорт любил подкалывать людей, и, если Джек попадётся на провокацию, он сочтёт себя победителем.
– Полагаю, сэр Джон Райан по-прежнему имеет хорошие связи по другую сторону океана? – язвительно продолжал Давенпорт.
Дворянский титул Райан получил в награду за то, что предупредил нападение террористов на двух членов королевской семьи в районе лондонского парка Сент-Джеймс. Тогда он был простым туристом, американским простаком за границей, задолго до того, как его пригласили на службу в ЦРУ. То обстоятельство, что Райан, не подозревая того, сумел предотвратить убийство столь важных особ, принесло ему больше известности, чем он мог ожидать, но одновременно и привлекло внимание множества англичан, причём нередко весьма видного положения. Благодаря этим знакомствам Райан стал ценным человеком для ЦРУ и получил предложение войти в состав англо-американской группы связи. Так он установил хорошие деловые отношения с сэром Базилом Чарлстоном.
– У нас там немало друзей, сэр, и некоторые из них оказались столь любезны, что предоставили нам эти материалы, – холодно ответил Райан.
Давенпорт смягчился.
– Ну хорошо, Джек, тогда сделай одолжение. Я согласен: чтобы тот, кто передал нам вот это, получил кое-что в качестве рождественского подарка. Объясни теперь, что тут на этих снимках?
Для несведущего это были фотографии обычной атомной подводной лодки. Стальной корпус выглядел тупым с одного конца и заострённым с другого. О масштабе можно было судить по фигуркам рабочих, стоящих на палубе дока, – лодка была огромной. В кормовой части, по сторонам плоского отростка, который русские называли бобровым хвостом – по крайней мере так говорилось в разведывательных сводках, – виднелись два бронзовых гребных винта. Корма с гребными винтами выглядела самой обычной и не привлекала особого внимания – за исключением одной детали.
– Что это за люки? – спросил Казимир.
– Гм. Огромная стерва. – Давенпорт, по-видимому, не расслышал вопроса. – На первый взгляд футов на сорок длиннее, чем мы предполагали.
– Примерно на сорок четыре. – Давенпорт не нравился Райану, но, судя по всему, адмирал знал своё дело. – Сомерс проведёт более точные измерения. И на два метра шире, чем остальные «тайфуны». Несомненно, это дальнейшее развитие ракетоносцев типа «тайфун», но…
– Вы правы, капитан, – прервал Райана Давенпорт. – Что это за люки?
– Поэтому я и приехал сюда. – Райан давно ожидал этого вопроса. Сам он мгновенно обратил внимание на люки, как только впервые взглянул на снимки. – Я не знаю этого и англичане тоже.
У «Красного Октября» на корме и в носу виднелось по два люка, каждый метра два диаметром, хотя они и не были абсолютно круглыми. Во время фотосъёмки они были закрыты и отчётливо виднелись лишь на четвёртой паре фотографий.
– Торпедные аппараты? Нет, вот они, все четыре у продольной оси подлодки. – Грир достал из ящика стола увеличительное стекло. В век компьютерного анализа фотоснимков это показалось Райану умилительным анахронизмом.
– Ты ведь подводник, Джеймс, кто разберётся в этом лучше тебя? – заметил Давенпорт.
– С тех пор прошло больше двадцати лет, Чарли. – Грир превратился из кадрового офицера-подводника в профессионального разведчика ещё в начале шестидесятых. На кителе капитана первого ранга Казимира, заметил Райан, красовались крылышки морского лётчика, так что понятно, почему он благоразумно молчал – он не был «ньюком», не плавал на атомных лодках.
– Значит, это не торпедные аппараты. Они расположены ближе к продольной оси, как и полагается, тогда как люки дальше от неё.., да и поперечные размеры люков футов шести-семи. Может, это пусковые установки для новых крылатых ракет, которые разрабатываются русскими?
– Специалисты Королевского флота придерживаются именно такого мнения. Мне удалось переговорить с их аналитиками из разведки. Однако я сомневаюсь. Зачем устанавливать на стратегическую платформу ракеты, предназначенные для борьбы с надводными кораблями? Мы так не делаем, а ведь приступили к разработке подводных ракетоносцев гораздо раньше. Смотрите, люки симметричны по отношению к продольной оси лодки. Невозможно запустить ракеты со стороны кормы – люки слишком близко к гребным винтам.
– Направлены в сторону буксируемых гидроакустических датчиков, – кивнул Давенпорт.
– Да, согласен, это возможно, если работает только один винт. Но зачем им два люка? – задал вопрос Райан. Давенпорт недовольно посмотрел на него.
– Русские любят дублировать механизмы.
– Два люка в носу, два в корме – пожалуй, можно согласиться, что они предназначены для запуска крылатых ракет. Могу согласиться и с тем, что через такой люк можно выпустить буксируемую гидроакустическую антенну. Но два комплекта люков в точности одинакового размера? – Райан покачал головой. – Слишком явное совпадение. Думаю, это нечто новое. По этой-то причине они и прерывали строительство «Красного Октября». Русские придумали для своего ракетоносца что-то новое, и два года ушло у них на изменение формы корпуса, чтобы он мог вместить это. Обратите внимание, что они ещё добавили и шесть ракетных пусковых шахт.
– Это всего лишь точка зрения, – заметил Давенпорт.
– За то мне и платят.
– Ну хорошо, Джек, что это, как ты считаешь? – спросил Грир.
– Представления не имею, сэр. Я ведь не инженер.
Адмирал Грир неторопливо обвёл взглядом находившихся в кабинете, улыбнулся и откинулся на спинку кресла. – Итак, господа, здесь присутствует девяносто лет военно-морского опыта плюс этот молодой дилетант. – Он кивнул в сторону Райана. – О'кей, Джек, ты что-то задумал. Почему ты лично привёз эти фотографии?
– Я хотел бы показать их одному человеку.
– Кому именно? – Грир подозрительно наклонил голову.
– Скипу Тайлеру. Кто-нибудь из вас знаком с ним?
– Я знаю его, – кивнул Казимир. – В Аннаполисе он учился классом ниже меня. Но с Тайлером что-то случилось – он был ранен или пострадал от чего-то?
– Да, – подтвердил Райан. – Лишился ноги в автомобильной катастрофе. Только получил назначение на должность командира подлодки типа «лос-анджелес», как в него врезался пьяный водитель. Сейчас Скип преподаёт в Военно-морской академии и Управление морских систем всё время привлекает его в качестве консультанта – технический анализ, изучение конструкции кораблей. Он получил степень доктора в Массачусетсе и обладает весьма нестандартным мышлением.
– У него есть допуск к секретной работе? – спросил Грир.
– Самый высокий или даже почище – благодаря работе в Кристалл-Сити.
– У тебя есть возражения, Чарли?
Давенпорт нахмурился. Тайлер не входил в разведывательное сообщество.
– Это тот парень, что занимался анализом тактико-технических данных нового «Кирова»?
– Совершенно верно, сэр, теперь и я вспомнил о его работе, – отозвался Казимир. – Он и Сондерс из Управления морских систем.
– Отличная работа. У меня нет возражений.
– Когда ты встретишься с ним? – спросил Грир у Райана.
– Сегодня, если не возражаете, сэр. Мне всё равно нужно съездить в Аннаполис – забрать кое-что из дому и сделать рождественские покупки.
– Вот как? Купить пару кукол? – поинтересовался Давенпорт. Райан посмотрел прямо в глаза адмиралу.
– Да, сэр, именно кукол. Моя дочурка заказала лыжницу Барби и несколько кукольных платьев от Джордаша. Вам никогда не доводилось выступать в роли Санта-Клауса, адмирал?
Давенпорт понял, что ему не смутить Райана. Молодой человек не был его подчинённым и умел сохранять спокойствие. В конце концов, Райан всегда мог повернуться и уйти. Адмирал попробовал зайти с другой стороны.
– Вам говорили в Англии, что «Красный Октябрь» вышел в море в прошлую пятницу?
– Да? – Эта новость застала Райана врасплох. – Я думал, что отплытие намечено через неделю.
– И мы так считали. Им командует Марк Рамиус. Слышали о таком?
– Кое-что. Англичане говорят, что Рамиус – опытный командир.
– Не просто опытный, – заметил Грир. – У них он едва ли не лучший подводник, настоящий морской волк. На него было заведено внушительное досье в разведывательном управлении Министерства обороны. А кого послали следить за ним, Чарли?
– «Бремертон». Эта подлежа находилась довольно далеко и занималась сбором электронной информации, когда Рамиус вышел в море, но ей передали приказ идти за ним. Шкипер «Бремертона» – Бад Уилсон. Помнишь его отца?
– Рыжего Уилсона? – засмеялся Грир. – Спрашиваешь! Это был подводник от Бога! А насколько хорош его сын?
– Говорят, отличный парень. Рамиус, пожалуй, лучший подводник у русских, зато у Уилсона подлодка 688-го проекта. К концу недели мы сможем открыть новую страницу в деле о «Красном Октябре». – Давенпорт встал. – Нам пора, Джеймс. – Казимир поспешил за шинелями. – Мне можно забрать с собой эти снимки?
– Забирай, Чарли. Только не вешай их на стену, даже в качестве мишени для стрел. Ты тоже уезжаешь, Джек?
– Да, сэр.
Грир поднял трубку телефона.
– Нэнси, через пятнадцать минут доктору Райану понадобится машина с водителем. Хорошо. – Он положил трубку и подождал, пока уйдёт Давенпорт. – Нет смысла рисковать жизнью на заснеженном шоссе. К тому же после года в Англии ты, наверно, поедешь по левой стороне дороги. Значит, тебе нужна лыжница Барби?
– У вас ведь были только мальчики, сэр? С девочками – совсем другое дело. – Райан улыбнулся. – Надо знать мою маленькую Салли.
– Папина дочка?
– Да. Пусть Господь поможет тому, кто женится на ней. Можно оставить эти фотографии у Тайлера?
– Надеюсь, сынок, что ты в нём не ошибаешься. Да, оставь – только в этом случае он должен найти для них надёжное место.
– Понял, сэр.
– При езде по таким дорогам вернёшься, наверно, поздно вечером. Ты остановился в «Мариотте»?
– Да, сэр.
Грир задумался.
– Скорее всего, я задержусь допоздна. Загляни сюда, перед тем как лечь спать. Не исключено, мне понадобится кое-что обсудить с тобой.
– Непременно, сэр. Спасибо за машину. – Райан встал.
– Отправляйся за своими куклами, сынок.
Грир посмотрел вслед Райану. Ему нравился этот парень, который не боялся иметь свою точку зрения. Отчасти это объяснялось его финансовой независимостью и тем, что и у его жены тоже было некоторое состояние. У такой независимости есть свои преимущества. Райана не подкупишь и не застращаешь. Он всегда может вернуться к своим книгам, к своей истории. За четыре года игры на бирже он сумел заработать огромные деньги. Он рисковал, скупая акции компаний, балансирующих на грани краха, и всегда оставался в выигрыше, а потом бросил все это, заявив, что больше не хочет искушать судьбу. Грир не верил этому объяснению. Он считал, что Райану просто стало скучно – скучно делать деньги. Адмирал покачал головой. Теперь своим талантам разгадывать выигрышные комбинации Райан нашёл применение в ЦРУ, быстро став лучшим аналитиком Грира, а его британские связи удваивали ценность молодого сотрудника. Джек мог мигом перелопатить кучу данных и извлечь именно те несколько фактов, которые представляют интерес. А такое для ЦРУ было редкостью. Управление по-прежнему тратило слишком много средств на сбор информации, считал Грир, и недостаточно – на её изучение. В работе аналитиков не было того внешнего блеска и романтического ореола, которыми Голливуд наделяет тайных агентов, действующих за рубежом. Однако Джек умел анализировать сообщения, полученные от оперативников, а также данные, почерпнутые из технических источников. Он не боялся принимать решения и высказывать своё мнение, нравилось ли то его начальникам или нет.
Иногда это раздражало старого адмирала, но в целом ему импонировали подчинённые, к которым он испытывал уважение. В ЦРУ и так с избытком тех, кто только и способны целовать задницу боссам, подумал Грир.
Военно-морская академия США
При том, что левая нога у него была ампутирована выше колена, Оливер Уэнделл Тайлер сохранил внешность весельчака и вкус к жизни. Его жена могла это подтвердить. За четыре года после ухода с военной службы в семье их прибавилось ещё трое детей и это к тем двоим, что у них уже были, а сейчас они ждали шестого.
Райан нашёл Тайлера за столом в Риковер-холле, здании научно-технического факультета академии. Он проверял работы курсантов.
– Как дела, Скип? – спросил Райан, опершись плечом о дверную раму. Его водитель из ЦРУ остался в вестибюле.
– Привет, Джек! А я думал ты в Англии. – Тайлер «вскочил на ногу», как он сам выражался, – и запрыгал навстречу Райану, чтобы пожать ему руку. Его протез вместо ступни кончался квадратным резиновым наконечником и немного сгибался в коленном суставе. Шестнадцать лет назад Тайлер выступал полузащитником во второй команде «Все звезды», и мышцы его были не менее твёрдыми, чем алюминий и фибергласс в искусственной ноге. От рукопожатия Тайлера поморщилась бы даже горилла. – Как ты тут оказался?
– Прилетел поработать кое над чем и сделать кое-какие покупки. Как поживает Джин, как твои.., сколько их там? Пятеро?
– Пять и две трети.
– Опять? Джин следовало бы кастрировать тебя.
– Она такого же мнения, но у меня и без того не хватает деталей. – Тайлер рассмеялся. – Думаю, это компенсация за все годы монастырской жизни на атомной подлодке. Иди сюда, присаживайся.
Райан устроился на краю стола, открыл кейс и протянул Тайлеру папку.
– Мне хотелось показать тебе кое-какие фотографии.
– О'кей. – Тайлер открыл папку. – Чья это?.. Русская, конечно! Ну и большая же стерва. Судя по форме корпуса – ракетоносец типа «тайфун», только сильно модифицированный. Двадцать шесть пусковых ракетных установок вместо обычных двадцати. И кажется длиннее. Более плоский корпус. И шире?
– На два или три метра.
– Слышал, ты работаешь в ЦРУ. Наверно, не можешь об этом распространяться?
– Похоже на то. И ты в жизни не видел этих фотографий, Скип. Понятно?
– Понятно. – В глазах Тайлера мелькнуло веселье. – Так на что ты хочешь, чтобы я не смотрел?
Райан достал из папки увеличенные снимки.
– Взгляни вот на эти люки, в носу и на корме.
– Ага. – Тайлер положил снимки перед собой, один рядом с другим. – Очень большие, метра по два, расположены попарно в носу и в корме. Выглядят симметричными относительно продольной оси. Это не пусковые установки крылатых ракет, а?
– На подводном ракетоносце? Ты бы разместил их на стратегическом ракетоносце?
– Русские – странный народ, Джек, их проектировщики мыслят весьма своеобразно. Это те самые парни, что построили крейсер типа «Киров» с атомным реактором и паровой двигательной установкой на дизельном топливе. Гм.., два гребных винта. Кормовые люки не могут быть предназначены для буксируемой гидролокационной антенны – она будет мешать работе винтов.
– А если они остановят один винт?
– Русские поступают так с надводными кораблями для экономии топлива, а иногда – и с ударными подлодками. Управление двухвинтовым подводным ракетоносцем с одним выключенным винтом дело, наверно, весьма сложное. Говорят, что лодки типа «тайфун» и без того плохо поддаются управлению, а лодки с непредсказуемым поведением очень чувствительны к мощности, передаваемой на винтомоторную группу. Может случится, что её начнёт бросать из сторону в сторону, так что придерживаться заданного курса будет непросто. Ты заметил, что люки на корме сближаются?
– Нет.
Тайлер поднял голову.
– Черт побери! Как я сразу не сообразил?! Да это же водомётная движительная система! От этих курсантских работ у меня явное размягчение мозгов.
– Движительная система?
– Мы приглядывались к ней – лет двадцать назад, когда я ещё здесь учился. Впрочем, дальше экспериментов дело не пошло. Система оказалась недостаточно эффективной.
– Расскажи поподробнее.
– Эта система называется туннельной. Знаешь гидроэлектростанции в западных штатах? Это же по большей части плотины. Вода падает на колёса турбин, вращающих генераторы. А теперь создано несколько новых гидроэлектростанций, которые действуют вроде как наоборот. Их устанавливают в подземных реках, и текущая вода вращает импеллеры, а уже те в свою очередь вращают генераторы вместо модифицированного мельничного колеса. Импеллер – крыльчатка – походит на гребной винт, только в движение его приводит вода, а он сообщает движение судну за счёт отбрасывания воды. Существуют и другие незначительные технические различия, но ничего существенного. Пока тебе все понятно? Так вот, при этой движительной системе все происходит наоборот. Вода всасывается в носовой люк, а затем импеллеры выбрасывают её через кормовое отверстие, и образовавшаяся водная струя приводит в движение корабль. – Тайлер замолчал и нахмурился. – Насколько я помню, при этой системе на каждый туннель требуется больше одного импеллера. Эту систему подвергли испытаниям в начале шестидесятых годов и построили экспериментальную модель, прежде чем окончательно отказаться от неё. Одним из недостатков её явилось ещё и то, что один импеллер действует не так эффективно, как несколько. Что-то тут связанно с обратным давлением. Это был новый принцип, и возникли неожиданные трудности. В конце концов, если я не ошибаюсь, смонтировали четыре импеллера, и установка, должно быть, походила на осевой компрессор в турбореактивном двигателе.
– Почему от неё отказались? – спросил Райан, делая пометки в блокноте.
– Главным образом из-за недостаточной эффективности. Независимо от мощности двигателей в трубы можно засосать всего лишь ограниченный объём воды. Кроме того, подобная движительная система занимает много места. От этого недостатка вроде бы удалось отчасти избавиться, установив новый тип электрического индукционного двигателя, но даже в этом случае внутри корпуса находится масса дополнительных механизмов. На подлодках мало места, даже на громадинах вроде вот этой. Удалось добиться предельной скорости примерно в десять узлов, а это слишком мало, несмотря на то что при использовании такой установки почти полностью исчезали кавитационные шумы.
– Кавитационные шумы?
– Когда гребной винт с большой скоростью вращается в водной среде, позади задней кромки лопасти образуется участок пониженного давления. При этом часть воды испаряется, превращаясь в массу воздушных пузырьков. Они быстро исчезают под давлением воды, вода рвётся на их место и с силой бьёт по лопастям гребного винта. Это приводит к нескольким нежелательным последствиям. Во-первых, увеличивается шум, а подводники всячески стараются избегать его. Далее, кавитация вызывает вибрацию, что тоже крайне вредно. На старых пассажирских лайнерах, например, вибрация в районе кормы порой доходила до нескольких дюймов. Требуются колоссальные силы, чтобы заставить вибрировать корабль водоизмещением в пятьдесят тысяч тонн! Такие силы ведут к преждевременному разрушению корпуса. Наконец, многократно повторяющиеся гидравлические удары приводят к интенсивному износу лопастей. Большие гребные винты выдерживают всего несколько лет эксплуатации. Вот почему в прошлом их устанавливали на втулках осей, вместо того чтобы отливать как единое целое. Вибрация мешает главным образом надводным кораблям, и в конце концов удалось избежать разрушения винтов путём совершенствования технологии отливки. Так вот, туннельная движительная система позволяет избежать кавитации. Вернее, кавитация по-прежнему возникает, но шум от неё почти полностью поглощается в туннеле. Это большое достижение. Проблема, однако, заключается в том, что невозможно заставить подлодку развить высокую скорость без значительного увеличения размеров туннеля, а это практически неосуществимо. Пока одна исследовательская группа занималась туннельным движителем, другая работала над совершенствованием формы гребного винта. Сегодня винт подводной лодки очень велик и потому способен придавать ей высокую скорость при малом количестве оборотов. При уменьшении числа оборотов гребного винта кавитация исчезает. Кроме того, кавитация уменьшается с глубиной погружения. На глубине в несколько сотен футов давление воды препятствует образованию воздушных пузырьков.
– Тогда почему бы русским просто не скопировать форму нашего гребного винта?
– По-видимому, по нескольким причинам. Форма винта должна соответствовать определённым очертаниям корпуса подлодки и работе двигательной установки, так что копирование не станет для них автоматическим решением проблемы. К тому же значительная часть проектирования все ещё осуществляется эмпирическим путём, все тот же метод проб и ошибок. Проектирование формы гребного винта намного труднее, чем, например, проектирование профиля крыла самолёта, потому что поперечное сечение лопасти резко меняется от одной точки к другой. Кроме того, думаю, ещё одной причиной является то, что их металлургическая технология отстаёт от нашей – вот почему реактивные и ракетные двигатели русских менее эффективны, чем американские. Поэтому в новых проектах огромное внимание уделяется высокопрочным сплавам. Это узкая область, и я тут могу говорить только в общих чертах.
– Итак, по твоему мнению, речь идёт о бесшумной движительной системе, способной развивать скорость не выше десяти узлов? – Райану хотелось уяснить все как можно точнее.
– Это приблизительная цифра. Тут не обойтись без компьютерного моделирования, чтобы получить более точные данные. Не исключено, что материалы на этот счёт все ещё хранятся где-то в лаборатории Тейлора. – Тайлер имел в виду исследовательскую лабораторию Управления морских систем на северном берегу реки Северн. – Вероятно, эти данные до сих пор остаются секретными, и мне придётся отнестись к ним весьма критически.
– Почему?
– Эти исследования проводились двадцать лет назад. Экспериментировали только с пятнадцатифутовой моделью – для такой работы подобные размеры слишком малы. Не забудь, что они и тут натолкнулись на серьёзное препятствие – обратное давление, о котором я говорил. Вполне возможно, что это было не единственным препятствием. Думаю, они пробовали использовать компьютерное моделирование, но даже в этом случае техника математического моделирования в то время была очень примитивной. Чтобы повторить сегодня эти исследования мне придётся запросить старые данные и программы из лаборатории Тейлора, проверить их и затем составить новую программу, основанную вот на этой конфигурации корпуса. – Скип постучал пальцем по фотографиям. – После этого для прогона программы мне понадобится доступ к большому универсальному компьютеру.
– Но ты можешь сделать это?
– Конечно. Мне нужны точные размеры этой крошки, но я уже занимался такой работой для парней из Кристалл-Сити. Самым трудным будет получить машинное время. Мне нужен самый мощный компьютер.
– Постараюсь раздобыть тебе такой.
– Постараюсь – недостаточно убедительно, Джек. Расчёты необходимые для решения такой проблемы, можно произвести только на компьютере «Крей-2», самом совершенном. Чтобы сделать то, о чём ты говоришь, нужно математически смоделировать поведение миллионов мельчайших частиц воды, обтекающей со всех сторон – а в нашем случае и сквозь – корпус подводной лодки. НАСА пришлось проделать аналогичную работу со своим «шаттлом» – космическим челноком. Сама по себе работа не такая уж и сложная – трудность заключается только в объёме. Расчёты простые, но основаны на миллионах действий в секунду. Это означает, что решить проблему может лишь большой «Крей» с его быстродействием, а их существует всего несколько. По-моему, один такой в Хьюстоне у НАСА. Пара в Норфолке у ВМС – они пользуются такими компьютерами для исследования проблем противолодочной обороны. О них можешь забыть. Ещё один есть, кажется, у ВВС в Пентагоне, а остальные в Калифорнии.
– Но ты мог бы это сделать?
– Конечно.
– Тогда берись за дело, Скип, а я постараюсь обеспечить тебя машинным временем. Как долго ты провозишься?
– Это зависит от того, что за материалы у Тейлора. Неделю, а может, и меньше.
– Сколько ты хочешь за работу?
– А, брось, Джек! – Тайлер махнул рукой.
– Скип, сегодня понедельник. Проверни работу к пятнице, и мы заплатим тебе двадцать тысяч. Ты стоишь этих денег, а нам информация нужна позарез. Согласен?
– Договорились. – Они пожали руки. – Могу я оставить себе фотографии?
– При условии, что ты найдёшь надёжное место для хранения. Никто не должен их видеть, Скип. Никто.
– В кабинете суперинтенданта есть хороший сейф.
– Хорошо, но и он не должен их видеть.
– Суперинтендант – бывший подводник. Ему это не понравится, – покачал головой Тайлер. – Ну да ладно.
– В случае сомнений пусть позвонит адмиралу Гриру. Вот по этому телефону. – Райан передал карточку Тайлеру. – Если я тебе понадоблюсь, найдёшь меня по этому же номеру. Если меня не окажется на месте, попроси, чтобы тебя соединили с адмиралом.
– Теперь скажи мне, насколько это все важно?
– Очень важно. Ты – первый, кто сумел разумно объяснить назначение этих люков. Поэтому-то я и приехал к тебе. Если тебе удастся создать математическую модель движителя, это будет чертовски полезным. И вот ещё что, Скип: тут требуется крайняя деликатность. Стоит кому-нибудь увидеть эти снимки, и я окажусь в дерьме.
– Ладно, Джек, я всё понял. Ну что ж, раз ты дал мне жёсткий срок, нужно браться за работу. Увидимся.
Обменявшись с Райаном прощальным рукопожатием, Тайлер достал блокнот и принялся составлять список того, что ему необходимо сделать. Райан вышел из здания в сопровождении водителя. Он помнил, что на шоссе номер 2, ведущем прямо из Аннаполиса, есть магазин игрушек, а ему нужна была кукла для Салли.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?