Читать книгу "Год левиафана"

Глава 7

[Брунхильд Янсен]

Хильди уткнулась лбом в широкую спину Торвальда, сминая в пальцах рукав его плаща. Портал позади не смолкал, пропуская людей. Его странное стрекотание смешивалось с гвалтом, шумом и суетой, окружающими Хильди, как бурная река огибает одинокий островок.

– В нашем Лэе даже на праздничных ярмарках не наберётся только народа! – ошарашенно произнесла она, склоняя голову ниже, чтобы никто не заметил цвета её глаз. – И они все – маги?

– За исключением тебя и ещё двадцати шести неодарённых адептов, которых приняли этой осенью.

Торвальд рассёк людское море, добрался до лестницы, закрученной широкой спиралью, и увлёк Хильди наверх. Она не сдержала удивлённого вздоха, когда подошвы сапог утонули в красном ворсистом ковре, устилающем ступени.

«Какое расточительство!»

Если бы Торвальд не взял её под руку, то Хильди непременно бы отступила к стене, чтобы аккуратно идти по узкой полоске мраморных ступеней, не покрытой ковром. Чем выше они поднимались, тем стремительнее редела толпа адептов. А возле широкой дубовой двери с табличкой «Ректорат» и вовсе никого не было.

– Торвальд, – взволнованно прошептала Хильди. – А мы… я…

Он мимолётно коснулся губами её лба.

– Не бойся.

«Легко ему говорить. А если мне откажут? Увидят знак варга и прогонят прочь».

Приёмной ректората оказалось мрачное помещение с глухими каменными стенами и постаментом по центру. Под потолком на железных цепях со скрипом покачивались стеклянные сферы с запертыми внутри всполохами пламени. Они бросали на стены жутковатые тени. Хильди казалось, что скрюченные пальцы тьмы вот-вот отделятся от грубо отёсанной кладки и протянутся к ней. Она теснее прижалась к Торвальду, а он лишь усмехнулся:

– Антураж рассчитан на нерадивых адептов, отправленных к ректору за провинности. Асбьёрн считал… кхм… Считается, что такая атмосфера благотворно влияет на хулиганов: пробуждает в них подсознательное желание сюда не возвращаться, а значит и не влипать в переделки. Но я бы не был так уверен в этой теории.

– А вот мне уже хочется быстрее отсюда уйти.

– В таком случае прошу. – Торвальд подвёл Хильди к постаменту, на котором лежала вытесанная из мрамора раскрытая книга. – Это распределяющий артефакт.

Он положил ладонь на окаменевшую страницу и кивком подсказал Хильди сделать то же самое. Мраморная поверхность артефакта кольнула кожу холодом.

– Сканд и сканда ла Фрайн к сканду ван Саттеру по вопросу зачисления, – произнёс Торвальд.

С округлившимися глазами Хильди стала наблюдать, как растворяется часть каменной кладки, открывая проход в залитую солнцем комнату.

– А вот это уже настоящий ректорат.

Сканд Ифф ван Саттер оказался мужчиной преклонных лет с лучистыми морщинами вокруг глаз и густой копной седых волос. Переговоры вёл Торвальд. Он представил Хильди как свою родственницу, не конкретизируя статус. С одной стороны, она понимала – это правильно. Пропасть между ней и скандом была слишком огромной, чтобы хоть на миг допустить мысли об официальном браке. Такие, как он, никогда не женятся на таких, как она. А потому, раз судьба дала невероятный шанс на обучение, сулящее в дальнейшем нормальную жизнь, Хильди всеми силами будет за него цепляться.

«Лишь бы не прогнали».

– Ну что же… – неопределённо изрёк ректор, поднимаясь с кресла, а Хильди задержала дыхание. – Давайте разберёмся с этим.

«С этим? С чем?!»

С его пальцев вдруг сорвались тончайшие воздушные нити, словно паутинки. Вот только они не опали вниз, а потянулись в сторону и опутали гипсовый бюст, что занимал почётное место на постаменте у стены помещения. Хильди в немом восхищении смотрела, как магия, а это несомненно была она, завершила третий оборот вокруг белоснежной головы ректора Асбьёрна – так гласила табличка под бюстом. Затем нити потянулись к ней, ласково коснулись лица и оплели запястье прохладой растёртых мятных листьев, без следа растворив чернильную кляксу.

– Такая магическая привязка гарантирует конфиденциальность на территории академии, – сообщил сканд ван Саттер, отрывая Хильди от созерцания чистой кожи.

– Но за её пределами нести ответственность за тебя никто не будет, – вмешался Торвальд, расположившийся в кресле напротив ректорского стола.

– Я поняла, – послушно кивнула Хильди, поглаживая ставшую непривычной собственную руку.

Ректор бросил хмурый взгляд на Торвальда и, вздохнув, произнёс:

– Хорошо, сканда ла Фрайн. А теперь позвольте уточнить ваш уровень.

Он достал со стеллажа небольшой деревянный сундук, на крышке которого располагалась кристальная шкала. После кратких пояснений пришлось сунуть руку в измеритель магии. На миг Хильди поймала искорку отчаянной надежды – а вдруг?

Столбик измерителя чуть вспыхнул, будто бы даже дрогнул.

«Давай же! Давай!!!»

Но уровень так и остался в пределах нуля. Хоть это и было ожидаемо, ведь Хильди не являлась магом, но горечь разочарования прокатилась по телу зябкой волной.

[Торвальд Сарот Див ла Фрайн]

– Не беспокойтесь, – произнёс Ифф ван Саттер, когда за Брунхильд закрылась дверь. – Сканда Данва проводит новую адептку до дверей аудитории и, как я уже говорил, снабдит всем необходимым. Однако ваши решения я нахожу несколько опрометчивыми. Посмотрев на девушку воочию, я думаю, что мы несколько поторопились с выбором направления. По моему профессиональному мнению, сканду ла Фрайн лучше зачислить на факультет земли. Перспектива профессии травницы…

– Нет, – оборвал его Торвальд.

– Быть может, хотя бы целительство?

– Брунхильд будет обучаться на водном факультете, как мы и договаривались ранее.

«И когда я сниму с неё знак варга, она окажется подготовлена!»

Ифф ван Саттер задумчиво постучал пальцами по столешнице, но, поймав взгляд Торвальда, кивнул:

– Хорошо, пусть попробует. И в знак уважения к вам, сканд ла Фрайн, я оставлю за ней право перевода, если она не справится. А скорее всего так и случится. Однако это не всё. Ограничение передвижения я тоже не одобряю. Поймите, девушки – существа эмоциональные. Им иногда бывает нужно отвлечься, погулять по городу, объесться пирожными или купить новое платье.

– Я в состоянии купить Брунхильд и платья, и пирожные.

– Ничуть не сомневаюсь в ваших возможностях, сканд ла Фрайн. Но всё же прошу пересмотреть решение по привязке девушки к академии. Я бы мог поставить усиленную маскировку и…

– В ваших возможностях, сканд ван Саттер, я тоже не сомневаюсь, – холодно произнёс Торвальд. – Брунхильд будет находиться в академии, и только в ней. На этом всё. Предлагаю перейти к вопросам оплаты.

[Брунхильд Янсен]

Дружное «у-у-у», полное надменного презрения, гудело в аудитории, начисто стирая доброжелательную улыбку с лица Хильди. Торвальд предупреждал, что будет сложно, но чтобы вот так, с порога…

«И где же ваши манеры, благородные сканды?! – хотелось крикнуть им в ответ. – Разве этому вас учили няньки и преподаватели этикета?»

Но вслух она, конечно, этого не произнесла. Хильди бросила быстрый взгляд на магистра Зигфрида, стоявшего у доски. Он кивком головы указал в конец ряда парт. Даже в этом мимолётном жесте ей почувствовалось пренебрежение. Как же разительно было такое отношение по сравнению с аудиенцией у ректора!

Сканд ван Саттер вёл себя учтиво и обходительно. Когда он скрыл все признаки варга, первой мыслью было:

«Теперь точно никто не будет с отвращением глазеть на меня!»

Но она ошиблась. Не спасал и тот факт, что ректор пошёл на уступку и зачислил её как адептку со спящим магическим потенциалом водной стихии, а не полной «пустышкой», о чём и объявила во всеуслышание сопровождавшая её сканда Данва. Она завела Хильди в аудиторию, представила и даже мило улыбнулась, но отчего-то внутри поселилось стойкое чувство, что эта сканда бросила её будто кость своре псов. Даже худо-бедные показатели, пусть и фиктивные, вызвали волну неодобрения среди сокурсников. Да и не только у них. Магистр Зигфрид то и дело бросал хмурые взгляды в её сторону.

Скрупулёзно выводя каждый хвостик, Хильди перечертила неизвестные ей руны с доски на свой листок. Она тщетно пыталась вникнуть в слова магистра Зигфрида. Его монотонная речь, в изобилии наполненная непонятными терминами, постепенно отдалялась от сознания и замещалась насущными мыслями о Торвальде.

«Вот зачем столько усилий? В замке поселил, в столичную академию пристроил, договорился насчёт сокрытия знака варгов. Почему? Ведь он мог бы выбрать любую другую девушку под стать себе! Богатую аристократку, магически одарённую. Вон их тут сколько! Почему я?»

– Сканда ла Фрайн, вам всё понятно?

Хильди, не привыкшая к новой фамилии, не сразу поняла, что обращаются к ней.

– Сканд Зигфрид, я…

– Магистр, – строго поправил он.

– Сканд Магистр… – По аудитории прокатилась волна смешков, заставив щёки вспыхнуть. – Извините. Магистр Зигфрид. Я разберусь в предмете. Со временем.

– Времени у вас немного – до проверочной работы, вот тогда и посмотрим, как вы разобрались.

«Да, он явно не питает ко мне симпатии».

Когда кристальные часы показали окончание лекции, магистр пригласил адептов в зал для практических тренировок. Чтобы не потеряться в переплетении коридоров и людских потоков, Хильди пристроилась за парнем в бордовой рубахе. Он-то и привёл её к нужной аудитории. Стоило только на миг засмотреться на массивные двери, по которым пробегали всполохи магии, как её толкнули, и она налетела плечом на косяк:

– Ай!

Она стала оглядываться, но адепты равнодушной рекой текли в аудиторию.

– Водникам – налево, в конец зала, – внезапно шепнули ей на ухо.

Кто-то подхватил её под локоть и подтолкнул в нужном направлении. По инерции Хильди сделала несколько шагов, лишь потом обернулась и встретилась с цепким, внимательным взглядом. Высокий, безукоризненно одетый парень неопределённо кивнул, отчего его медные кудри тотчас упали на лицо. Он развернулся и смешался с толпящимися адептами. За неимением других вариантов пришлось идти в указанном направлении.

Ненадолго застряв с открытым ртом у круга, устланного матами, где сошлись в схватке два адепта воздушного факультета, Хильди всё же добралась до сектора, отведённого водникам. Огромная купель сияла отполированными мраморными боками и была до краёв заполнена зеленовато-лазурной водой. Вокруг кучковались адепты. Хильди шагнула к ближайшей группе, но натолкнулась на презрительные взгляды.

– Ну и ладно, – буркнула она под нос и заняла место у дальнего края чаши.

Мраморный борт доходил адептам до пояса, а вот магистру Гилли пришлось встать на табурет. Цверг, самый настоящий, коих Хильди в жизни не встречала, теперь возвышался над купелью и скрипучим голосом вещал о конструкциях водных спиралей. Пропуская мимо ушей мудрёные фразы, она откровенно глазела на невысокого, округлого в боках магистра Гилли, откинувшего кучерявую бороду себе за плечо – очевидно, чтобы не замочить в купели. Строгий чёрный плащ сидел на нём до того плотно, что казалось – одно резкое движение, и неумолимо раздастся треск разошедшейся по швам ткани.

В теории выходило, что нужно поймать водный поток, закрутить в жгут и вытянуть на поверхность. В теории. А на практике же Хильди никаких потоков не ощущала. Она молча смотрела, как волнуется вода, изучала сосредоточенные лица адептов, следила за плавными движениями их рук.

Всплеск! И над поверхностью поднялось водное щупальце, замерло на секунду и неловко завалилось на бок, возвращаясь в чашу купели.

«Ого!»

– Адепт Мойлн, очень хорошо. Ещё раз!.. Отлично. Можете быть свободны.

Названный паренёк расплылся в самодовольной улыбке и попрощался с магистром Гилли.

Один за другим адепты вытягивали водные жгуты и покидали аудиторию. Пока у чаши не осталось всего пять человек: она сама, два парня и две девушки. Магистр Гилли объяснял процесс снова и снова, голос его становился всё суше. Хильди для вида повторяла пассы руками, заведомо зная о тщетности своих усилий.

– Да что ж это такое! – возмутился магистр Гилли.

Он, кряхтя, спустился с табурета, подошёл к Хильди и вцепился в её запястье.

«Швахх!»

– Мизинец чуть согни! Да. Вращение вправо, по дуге. Теперь вот так. Ладонью вверх. И хватай поток. Чувствуешь?

Хильди чувствовала… как щёки заливаются румянцем. Магистр стоял непозволительно близко и, учитывая его невысокий рост, смотрел он отнюдь не в глаза. Широкоплечий адепт в белоснежной рубашке с закатанными рукавами картинно закашлялся, силясь подавить хихиканье.

– Олаф Линдхольм, – повернулся к нему магистр Гилли, – зайдите к целителю за настойкой от кашля. И принесите справку.

– Да я здоров! – вскинул брови тот и почесал коротко стриженный затылок.

– И на блох проверьтесь.

– Магистр Гилли! – возмутился здоровяк.

– Именно что магистр. Жгут, сканд Линдхольм.

Олаф безрезультатно махал ручищами над купелью. Выглядело довольно забавно, что подтверждало и насмешливое хмыканье остальных адептов.

– Бездари! – рявкнул цверг. – Всем назначаю вечернюю отработку.

«Это ещё что?»

Глупые смешки адептов сменились тяжёлыми вздохами.

Весь оставшийся день Хильди старалась держаться ближе к двум девушкам из группы неудачников, к которым теперь принадлежала и она сама. Юханна обладала острыми чертами лица и чёрными прямыми волосами, которые даже не пыталась собрать в причёску. Взгляд её синих глаз был полон уверенности, а движения отличались некоторой резкостью, если не дерзостью. Бригитт, напротив, являлась типичной представительницей мягких, изнеженных девиц. Аккуратно собранные золотисто-пшеничные волосы, фарфоровая кожа – Хильди без труда могла бы представить её кружащейся на балу в том дурацком розовом платье моды прошлого века. Парней она старалась не разглядывать, но не могла не отметить высокий рост и абсолютно белые, да ещё и длинные волосы Ингвара. Он вообще выглядел немного нездорово – хрупкое для парня телосложение, бледная восковая кожа, взгляд, постоянно устремлённый внутрь себя. Олаф тоже отличался ростом, но в отличие от Ингвара, был весьма широк в плечах. И похоже, что именно он был негласным лидером их небольшой группы.

«Олаф. Олаф Линдхольм», – повторила про себя его имя Хильди. На всякий случай.

Товарищи по вечерней отработке отнеслись к Хильди нейтрально. Познакомились, в друзья не приняли, но и агрессии не проявили: присматривались. В целом всё было не так уж плохо до тех пор, пока не началась эта самая отработка.

«Где я и где практическое занятие? Ничего не понимаю».

Магистр Гилли требовательно вещал со своей табуретки и обзывал всех неумехами, когда рядом с ним появилась сотканная из магии птаха. Он ухватил её за призрачное тельце, а в следующий миг в его руках вместо птички оказался листок бумаги.

– Мне нужно к ректору. Продолжайте тренировку.

Цверг, переваливаясь с боку на бок, засеменил к выходу. А спустя минут пять в помещение вошли трое. Лица утопали в глубоких капюшонах – не разглядеть. Двигались тихо. Хильди заметила их лишь потому, что с уходом магистра перестала изображать из себя того, кем не являлась, – мага, и просто глазела по сторонам.

Бригитт как раз сумела сотворить худосочный жгутик и радостно взвизгнула. Но ликование обернулось ужасом, когда водное щупальце взбесилось, набрало массу, обвило её за талию и утащило на дно купели, подняв кучу брызг. Быстро, мгновенно. Пока Хильди шокированно пялилась на беснующуюся воду, здоровяк Олаф бросился спасать – не как маг, а как простой порядочный парень, то есть нырнул следом. Юханна вышла из образа дерзкой девицы и в духе истинной аристократки бессознательно стекла на пол. Ингвар руками не махал, жгутов не создавал, но прямо рядом с ним из купели вздыбился жуткий монстр – водная голова и водные зубы в три ряда. Хильди и Ингвар одновременно шарахнулись в сторону, столкнувшись друг с другом. Ингвар отскочил, споткнулся о табурет магистра Гилли и в довершение суматохи плашмя растянулся на полу. Там его и настиг магический червь-переросток, вырвавшийся из купели.

А следом водный жгут обвился и вокруг талии Хильди, обдавая прохладой. Она завизжала, но тут же захлебнулась криком, потому что вода оказалась повсюду, затекала в рот и нос. Ногами она судорожно шаркала по скользкому дну купели, пытаясь встать. Волны били со всех сторон, а жгуты-щупальца не давали подобраться к бортам.

– Ну как водичка? Не холодная? – издевательски поинтересовался один из «капюшонов».

Хильди взмахнула руками, тщетно пытаясь удержать равновесие, но волна, ударившая сбоку, снова сбила с ног. А вместе с водой на неё обрушилась паника. Казалось, что коварные льды озера Мутт снова сомкнулись над головой. Один долгий миг ужаса, и кто-то рывком выдернул её на поверхность. Лишь отдышавшись, Хильди осознала, что буквально повисла на Олафе, обхватив его и ногами, и руками. Он поддерживал её за талию и стоял монолитной скалой посреди волнующегося моря.

– Что вам от нас надо? – визгливо выкрикнула Бригитт. Её некогда высокая причёска теперь липла мокрой паклей к лицу и шее Ингвара, поддерживающего её.

– Валите из нашей академии. Не сложно ведь, правда?

– Вы позорите магию, – вступил в разговор другой «капюшон». – Вы занимаете чужое место. Знаете, сколько сил у каждого из нас ушло, чтобы сдать вступительные экзамены? А сколько магов отсеялось? – Этот странный человек выудил из кармана свиток и зачитал длинный список имён. – Наши друзья не прошли. Но ничего, к следующему набору мы освободим для них места. Ведь их потенциалы куда выше, чем ваши. Достойны они, а не вы, тупорылые пустышки!

– Житья вам здесь не будет, – поднял руку тот парень, что до сих пор молчал. – Поэтому настоятельно советуем паковать вещички, а воздух в академии оставить для тех, кто действительно этого достоин. Мы – маги, вы – никто.

Глава 8

[Торвальд Сарот Див ла Фрайн]

Размашистыми шагами Торвальд спешил к портальным вратам. Зверь внутри рычал, обеспокоенная Ама тенью летела следом.

Вывернув из-за поворота, он сбился с шага, испытав облегчение и злость одновременно: вернулась.

«Какого драккара она мокрая?!»

– Кто посмел?! – рявкнул он так, что Брунхильд, стоящая в ореоле голубоватого свечения портала, вздрогнула. Это тоже ему не понравилось.

«Спокойнее», – одёрнул он себя.

– Практическое занятие, – тихо ответила она. – Дополнительное. Водное. Всё в порядке.

«Не в порядке. Врёт и напугана».

Брунхильд бочком обогнула его и явно собралась сбежать, но он легко перехватил её руку, намереваясь выяснить подробности.

– Ой, – всплеснула воздухом Ама, – сканда наверняка проголодалась, необходимо бы распорядиться насчёт ужина, сканд ла Фрайн. А девочка пока переоденется.

Торвальд перехватил благодарный взгляд, адресованный Аме. Зверь снова коротко рыкнул, но человеческая его суть сумела подавить инстинкты, поднёс ладонь Брунхильд к губам и оставил на её коже невесомый поцелуй.

– Спустишься к ужину? – уже мягко спросил он.

Она коротко кивнула и убежала. Торвальд ещё какое-то время смотрел ей вслед, а потом прошёл в свой кабинет и сел в кресло за письменный стол. Перед ним лежал ворох газет и листов, как неимоверно старых, так и совсем свежих. Всё это служило дополнительным источником знаний, ведь он пропустил так много. Целый век. Вот, казалось бы, всего несколько лет назад Асбьёрн открыл академию для магов – настоящих, мощных, даровитых. А сегодня туда может поступить даже тот, у кого нет и капли дара, но есть высокое положение и золотые пеннингары. Конечно, Торвальда это ужасно бесило.

Он пошуршал газетами и нашёл статейку, гласящую о новых возможностях для отпрысков аристократии.

«Не для того мы с Асбьёрном…»

Газета тут же покрылась инеем, затвердела, обледенев, и лопнула, усыпав стол осколками.

– Швахх!

Торвальд выдохнул. Желание скандов дорваться до магии было понятным. А кто бы не хотел?

«Но если дара нет, то и взяться ему неоткуда. Законы парной связи на людях не работают. Даже мне сложно с Хильди, хоть мой резерв совместим с ней, но она – дева хрупкая, пугливая, не смыслящая в магии и её механизмах».

– На что они вообще рассчитывают? – проворчал он вслух. – Что магия раз! – и появится?

Торвальд скептически усмехнулся.

«А если за это столетие они научились?.. Чему? Отращивать магию, как ящерицы хвосты? Пф-ф! Даже в мыслях звучит полным бредом. Невозможно. И оскорбительно».

Однако он не мог не признать, что сейчас новый закон был на руку им с Хильди. Нужно было скорее восполнить её знания. Торвальд понимал, что ей в академии придётся очень непросто. Но не думал, что снова почувствует страх. Страх потерять.

Лёгким движением пальцев он вызвал ветерок – хотел стряхнуть льдинки-осколки, чтобы те, уже начавшие таять, не испортили остальные газеты. Но лёгкого дуновения не вышло, и ворох бумаг взвился над столом вперемешку со снегом.

– Вот же чешуя облезлая! – ругнулся он, вставая и унимая сорвавшуюся метель. – Самому, что ли, в академию пойти, освежить знания и контроль прорабо…

Газеты и листовки спланировали обратно на стол, и, словно издеваясь, с самой верхней на Торвальда словно с укоризной смотрело родное лицо.

– Мы с ней едва знакомы. Это не любовь. Милая, ты же знаешь, как это всё работает. И может, когда-нибудь… Может, позже придёт само. Брунхильд…

«Моя! – вторил мыслям Зверь. – Моя!»

– Она пробудила. Смогла, представляешь? – Торвальд провёл пальцем по краю портретной зарисовки. – Пусть слабая, пусть хрупкая, пусть с варговой печатью, но сумела вызволить из заточения и хаоса.

«И не тебя, Зверь, а меня – мага в здравом уме, с подвластным контролем и в человеческом обличии».

Вторая ипостась недовольно ощерилась.

[Брунхильд Янсен]

– Мы ждали тебя к пяти, – Ама сопровождала Хильди до комнаты. – Сканд ла Фрайн и сам только что прибыл, понял, что тебя нет, – и обратно к порталу ринулся. Хорошо, что ты вернулась, а то он, чего доброго, наворотил бы дел. За тебя беспокоился очень.

– Угу, – тряхнула Хильди мокрыми волосами. – Ама, я скоро спущусь.

– Я помогу…

– Нет, нет. Я сама. Мне нужна небольшая передышка. Пожалуйста.

Ама неодобрительно покачала полупрозрачной головой и исчезла в стене.

Ни спускаться к столу, ни есть, ни говорить не хотелось. Было лишь острое желание закрыться в комнате, закутаться в одеяло и спрятаться от всего мира. В мысли вторгся Дэкс – всегда стоявший рядом в трудную минуту. Воспоминание осело на щеке колкостью его шерстяного свитера.

«Как он там? Что делает?»

Внезапная тоска сдавила грудь так, что Хильди поперхнулась вздохом, а потом упала на кровать и закричала в подушку, которая тут же стала влажной не только от её волос и одежды, но и от слёз.

Она потеряла счёт времени, не услышала, как скрипнула дверь в комнату. Лишь когда мужская ладонь опустилась на её плечи, Хильди приподняла голову. Торвальд присел на край кровати и стал мягко поглаживать её спину.

Затаив дыхание, она смотрела, как взвиваются ввысь капли с одежды и растворяются в воздухе, оставляя ткань сухой.

– Я так никогда не смогу, – прошептала она.

Отсутствие дара сейчас безумно злило. Раньше Хильди и мысли такой не допускала, но теперь… Сегодняшний день показал, насколько она ничтожна в этом мире. Насколько беззащитна и зависима. Сейчас сканд рядом, но там…

«Мы маги. Вы – никто».

Хильди вспомнила, как при этой фразе напрягся Олаф, в которого она вцепилась, даже её талию он сжал чуть сильнее. Однако на выпад не ответил. Да и все они смолчали.

Троица агрессоров развернулась в сторону выхода, а ожившие щупальца вмиг опали, растворились в водных массах, будто и не было никаких жгутов, водяных акул и диких волн.

«Капюшоны» ушли, магистр Гилли так и не вернулся, четверо мокрых адептов стояли возле купели с мрачными лицами, а сухая Юханна хлопала ресницами, готовая в любой момент снова прикинуться обморочной.

События дня выбили почву из-под ног, словно, шагнув утром в портал, Хильди перенеслась в какую-то другую жизнь: чужую и незнакомую. Но и возвращаться к прежней она уже не хотела.

Торвальд выжидательным взглядом требовал объяснений.

«А вдруг тогда он изменит решение? Не позволит продолжать обучение, посчитав опасным?»

– Брунхильд?

«Да ещё и Олаф… Торвальд же предельно ясно выразился про других мужчин. А я в первый же день… Пусть и объятия случились ненамеренно, но если он вдруг узнает, почует? Станет слушать оправдания или сразу вспылит?»

– Брунхильд, расскажи мне, – настаивал Торвальд, поглаживая её плечо. – Что произошло?

– Магия. Я ничего не смыслю в ней и в формулах, никогда не смогу так… Как ты или как они. И… – Она вздохнула и прошептала: – Никогда прежде я не чувствовала себя такой ущербной.

– Я предупреждал, что будет нелегко.

«Сейчас он скажет, что не нужно мне такое обучение, раз первый же день обернулся опозданием, мокрой одеждой и истерикой! – Она напряжённо сжалась, коря себя за слабость и слёзы. – Кажется, я всё испортила».

Будто в подтверждение её мыслей, Торвальд покачал головой:

– Тебе нужно больше времени.

– Нет! – Она села в кровати и схватила его за рукав рубашки. – Нет-нет…

– Нужно, Брунхильд. Ты должна попробовать ещё раз. – Бирюзовые омуты сверкнули непоколебимой уверенностью. – Завтра будет новый день, новые лекции. И ты пойдёшь на них.

«Он что, не злится на меня?»

– Торвальд…

– Верю, что ты не из тех, кто сдаётся после первой же неудачи. Ведь так?

Она кивнула.

– Вот и хорошо. Покажешь мне свои записи, я поясню. И не забывай – у тебя есть не только я.

– Эм-м?.. – Она недоумённо нахмурилась.

Он усмехнулся, сделал лёгкий пасс, и тотчас водный элементаль выскочил из стены, откликаясь на зов хозяина.

– Сканд ла Фрайн? – Ори склонил голову.

«Ну конечно же!»

– Назначаю тебя наставником Брунхильд по вопросам водной магии.

Элементаль важно приосанился, чем вызвал улыбку. И спешно ретировался из комнаты, повинуясь взмаху руки хозяина.

– Хм… Но есть что-то ещё, – задумчиво протянул Торвальд, буравя её пронзительным взглядом.

«Швахх знает, как работает его левиафанская суть, но чувствует он определённо больше, чем простой человек».

Когда он стал наклоняться к её шее, поднявшееся было настроение камнем рухнуло в пропасть. Это движение Хильди уже запомнила – ещё миг, и он вдохнёт её запах.

«Только ли мой? А Олафа?»

Она импульсивно вскочила с кровати:

– Может, прогуляемся? Я так соскучилась по улицам Лэя…

– Или по Дэксу? – Вопрос прозвенел осколками стали и стекла.

Торвальд поднялся с кровати. Сквозняк, пролетевший по полу, всколыхнул юбку и заставил кожу покрыться мурашками. Или то был не сквозняк? Кто-то другой, незримый взгляду, но стоящий перед ней. Хильди зябко передёрнула плечами:

– П-по Л-лэю…

Торвальд схватил её за запястье и вывел из комнаты. Они быстро шли тёмными коридорами замка, которые Хильди ещё не успела изучить. Голубоватые искры в его волосах казались особенно яркими… и опасно холодными. Ей пришлось подстраиваться под его шаг. Воздух вокруг стал будто тяжелее, а взгляды с портретов, утопающих во мраке, сердито жгли спину.

Нехорошее предчувствие встало комом поперёк горла.

«Я разозлила мага. Или его зверя. Я их обоих разозлила…»

Когда они стали спускаться по каменным ступеням в подвал, она откровенно запаниковала. В голову тут же влезли глупые сплетни горожан о чудовищах и проклятиях. Хотя теперь они уже не казались глупыми.

– Торвальд… Не надо…

Хильди попыталась отдёрнуть руку, но он не позволил, наоборот, удобнее перехватил под локоть и повёл дальше.

– Торвальд…

– Почти пришли.

Он толкнул железную створку двери, которая распахнулась с противным скрежетом, въевшимся в мозг и скользкой змеёй проползшим вдоль позвоночника.

– Велю Ори смазать петли.

Хильди нервно сглотнула. Торвальд развернулся к ней и склонился к уху:

– Разве я не говорил тебе, что никогда не обижу?

Она напряжённо кивнула, а он вдруг поцеловал её в лоб.

– Пойдём, не бойся.

Теперь его голос звучал мягко, словно обещал безопасность, но так не вязался с резкими, порывистыми движениями и гнетущей атмосферой!

Щелчком пальцев Торвальд зажёг настенные водяные лампадки. Хильди оглядела просторное и пустое помещение. Почти пустое. Единственным предметом здесь было прислонённое к стене старинное зеркало, пыльное и по краям разъеденное коррозией.

Он провёл пальцами по стеклу, описывая круг, и что-то пробормотал.

«Заклинание? Ой что сейчас будет…»

Зеркальная поверхность пошла рябью, расплывчатые отражения Хильди и Торвальда сменились буйством ярких красок. Таких кричащих расцветок на стенах она в жизни не видела. Мимо шустро сновали девушки в полупрозрачных воздушных пеньюарах, вызывая у Хильди желание прикрыть глаза. Теперь к тревоге добавилось и смущение.

– Что это?

– Твоему брату, – он особо выделил это слово, – виднее.

И действительно, через мгновенье зеркало показало широко улыбающегося Дэкса. В одной руке у него была стопка игральных костей, а за другую держалась высокая смуглая девушка с объёмной шапкой тёмных кудрей. Они прошли мимо, о чём-то оживлённо спорили, но звук зеркало не передавало.

– Дэкс! – воскликнула Хильди, но он не обратил на окрик никакого внимания и ушёл из зоны видимости. Тревога уступила месту неподдельному удивлению: – Но как? Это по-настоящему?

Торвальд кивнул:

– По-настоящему и прямо сейчас. Довольна теперь, Брунхильд? Или всё ещё хочешь погулять по Лэю?

– Можно и погулять, – упрямо пробубнила она, теряясь в собственных ощущениях.

«Дэкс выглядел… счастливым».

Внезапно перед взглядом возникла девица в корсете, из которого вот-вот вывалятся все достоинства. Она активно принялась поправлять свои природные богатства.

– Не смотри! – Хильди развернулась к Торвальду и попыталась прикрыть ему глаза.

– Ревнуешь? – довольно ухмыльнулся он, перехватил руку Хильди и прикоснулся губами к тыльной стороне её ладони.

– Нет, – нахмурилась она, смутившись своей внезапной реакции. – Просто это неприлично. С той стороны, выходит, тоже зеркало? Закрой… эм-м-м, погаси его.

С губ мага слетело очередное неразборчивое бормотание – отражение снова показало подвальную комнату, улыбающегося мужчину и пунцовую девушку.

– Дэкс… Он…

– Он неплохо проводит время, – сделал вывод Торвальд.

– Это его работа.

– Развлекаться?

– Да нет же! Он подрабатывает в «Птице» и… впрочем, какая разница.

– И действительно.

Но зерно сомнений уже пустило свои ростки:

«Он работал ночами, но сейчас только вечер. Сместили график? Взял дополнительную смену? И почему он так улыбался?»

А в следующий миг Торвальд перехватил Хильди за талию, прижал к себе и завладел её губами, да так, что весь сумбур этого безумного дня растворился в жадном поцелуе.

Утром Хильди разбудил навязчивый солнечный луч, прорвавшийся сквозь невесомую ткань балдахина. Смятая рядом простыня ещё хранила тепло мужского тела и свежий аромат прибоя.

«Может оно и к лучшему, что всё так складывается сейчас, – пришла в голову простая мысль. – Дэкс выглядел довольным. А я… Если бы вернулась домой…»