Текст книги "Граф Мечников"
![](/books_files/covers/thumbs_240/graf-mechnikov-81663.jpg)
Автор книги: Василий Сахаров
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Больше в Ла-Ферроле ничего не произошло. Отряд вышел в лес, по окраине обогнул развалины, встал на след группы Серого, и через час мы были на поле боя, где всё оказалось именно так, как докладывал лейтенант. Изрытая ямами и промоинами щебёнка старой автомагистрали, извилистой лентой уходящая на восток. Слева большой овраг с отвесными склонами, а перед ним несколько ветхих строений, с местными жителями в од ном из них. Немного в стороне валяются разбросанные по траве, нелепо изломанные тела дикарей. А дальше по дороге, перекрывая её, вдоль обочины сидят воины Серого.
Полуденное летнее солнышко катится своим чередом по безоблачному синему небу. В придорожных зарослях птички поют, а в густой зелёной траве шуршат мелкие животные. В развалинах ни одного движения, а мои верные помощники, разумные псы, ведут разведку и беды для нас не чуют. Воины отряда рассредоточились вокруг кемпинга. Мы никуда не торопимся, ждём подхода подкреплений и переводчика. И когда вскоре появляется резервная группа, я вызываю к себе Диего Миронеса, чернявого паренька лет восемнадцати, который уже год вместе с женой живёт на базе «Гибралтар» и русский язык знает не хуже родного.
Моя инструкция для переводчика проста: белый флаг над головой и сто пятьдесят шагов прямо по дороге в сторону развалин. Пусть потолкует со своими сородичами и даст им информацию о нас. На всё про всё ему сорок минут. Условия наши элементарны: полное разоружение и подчинение. В этом случае испанцы остаются жить. В случае отказа отряд предпринимает ночной штурм, берёт для допроса пару пленных, а остальных пускает в расход.
Диего понял меня правильно. Из РД за спиной он торопливо достал белую рубаху, намотал её на длинную палку и, что-то выкрикивая на родном языке, поспешил к развалинам. В него не стреляли, и парламентёр беспрепятственно вошёл в кемпинг. А спустя тридцать восемь минут всё так же с импровизированным флагом над головой, словно настоящий миротворец, Миронес снова вышел на дорогу. Следом за ним показались люди, шесть молодых мужчин, скорее даже юношей, с поднятыми вверх руками и длинными складными ножами на поясе, три десятка женщин и девушек и тридцать два ребёнка в возрасте до двенадцати лет. Одеты все, включая самых маленьких детей, примерно одинаково: перетянутые портупеями серые брезентовые штаны, такие же куртки, высокие кожаные сапоги, а на головах зелёные или чёрные банданы. Татуировок замечено не было, взгляды, конечно, настороженные, но осмысленные. Для меня это показатель того, что люди передо мной адекватные, и потому я встречаю их с миром.
Сразу беседу проводить не стал, время в запасе имеется, и торопиться никуда не надо. И как только воины собрали оставшееся в развалинах оружие, выстроив спасённых и тут же пленённых испанцев в колонну, отряд вернулся к берегу. Местные жители, видно, привыкли к большим переходам, поэтому несмотря на то, что среди них было несколько раненых и многие имели истощенный вид, через два часа мы вышли на пляж мыса Приор.
Здесь рядом с маяком уже был разбит временный лагерь. По мысу оборудованы пулемётные и миномётные позиции, так что незамеченным к нам никто не подойдёт. И как только по дороге прошёл последний разведчик, бойцы ГОПа перекрыли её минами МОН-50.
Солнце начинает клониться к ровной линии горизонта, на море штиль. Сегодня отряд поработал хорошо, мы обошлись без потерь, и многие воины расценивают это как добрый знак. Я думаю точно так же, но не расслабляюсь и, приняв доклад с фрегата, что всё в порядке, отправляюсь к местным жителям, которых необходимо опросить. Однако сразу это сделать не получается. Бойцы кормят испанцев нашими армейскими рационами, и, глядя на то, с какой жадностью они поглощают пищу, особенно повидло, чернослив, сахар и шоколад, я уже не хочу их дёргать и отхожу в сторону, туда, где под стеной маяка на плащ-палатку скинули трофейное вооружение. Здесь уже находится бывший капитан ВБР Панкратов, среднего роста сорокапятилетний брюнет в светло-коричневой горке. Оружейник – фанат оружейной тематики и, перебирая автоматы испанцев, рассматривает их так, как ювелир крупный алмаз, внимательно, сосредоточенно, с большим уважением.
– Как успехи, капитан? – обращаюсь я к Панкратову. – Что-нибудь интересное увидел?
– Всё интересно, майор, – отвечает он. – Взято четырнадцать автоматов трёх разных моделей, и ни с одной из них раньше я дела не имел.
– Ну, хоть понимаешь, что к чему?
– Да.
– Тогда и мне расскажи, что за раритеты к нам в руки попали.
– Вот, – Панкратов показывает мне оружие, которое держит в руках, кургузый автомат с длинным стволом и узким магазином, – раритет, именно так правильно сказать, глядя на этот пистолет-пулемёт. Называется он Rexim Favor, и, судя по тому, что приклад у него складной, а под стволом пристёгнут штык, это оригинальный вариант, который был выпущен на местной оружейной фабрике La Coruna больше ста лет назад партией в пять тысяч стволов. Калибр этого автомата – девять миллиметров. Ёмкость магазина – тридцать два патрона. Темп стрельбы – шестьсот выстрелов в минуту. Вес – около четырёх килограммов без магазина. Из достоинств – быстросменный ствол, а из недостатков то, что он ненадёжен и сложен в использовании.
– В общем, барахло, – подытожил я.
– Именно, хотя турки его немного модернизировали и одно время в своих войсках использовали.
– Ясно.
В руках капитана оказался следующий автомат, и он продолжил:
– Ещё более древняя и ценимая любителями вещь. Пистолет-пулемёт Labora, который выпускался испанцами ещё до начала Второй мировой войны. Калибр – девять миллиметров. Вес – четыре с половиной килограмма. Темп стрельбы – семьсот пятьдесят выстрелов в минуту. Ёмкость магазина – тридцать шесть патронов. Про достоинства и недостатки ничего сказать не могу, помню только, что он в производстве дорогой. Дальше… – Не выпуская из рук Labora, который оказался у испанцев в единственном экземпляре, капитан кивнул на плащ-палатку, где лежали одинаковые коротыши, дырчатый ствол сантиметров пятьдесят в длину с прямым магазином, пистолетной рукояткой и сложенным металлическим прикладом. – Очередное чудо испанского оружейного гения – пистолет-пулемёт CETME C2. С семидесятых годов прошлого века использовался испанской полицией. Калибр – девять миллиметров. Вес – меньше трёх килограммов. Темп стрельбы – шестьсот выстрелов в минуту. Ёмкость магазина – тридцать патронов. Оружие как оружие, не самая распространённая модификация пистолета-пулемёта CETME.
– Понятно.
Я вернулся к местным жителям, которые уже закончили есть и начали разжигать костры. Присев на нагретый жарким солнцем плоский продолговатый камень, немного в стороне, пару минут наблюдал за ними. Рядом крутился Диего Миронес, и, подозвав его, я спросил:
– Кто у твоих соотечественников старший?
– Его нет, – произнёс Миронес с виноватым выражением лица. – Они бежали из города Мелида, что за горами Кареон. Но их несколько раз догоняли дикари, и те, кого вы сегодня спасли, – это лишь маленький осколок племени в семьсот пятьдесят человек.
– Ладно, нет старшего, и не надо. Без него обойдёмся. – Ткнув пальцев в двух ближайших ко мне людей, пожилую женщину, с необычным для испуганной крестьянки проницательным и умным взглядом, и курчавого темноволосого паренька рядом с ней, висок которого был украшен большой фиолетовой шишкой, я приказал: – Этих двоих позови.
Женщина и юноша оказались передо мной и что-то стали говорить, Диего сразу перевёл:
– Господин майор, они благодарят вас за спасение.
– Как их зовут?
Я решил для начала пообщаться с этими людьми, а только потом решать, как к ним отнестись. А то мало ли, вдруг они какие-нибудь сектанты-живодёры, которые похуже дикарей. Мы с такими гражданами чикаться не станем, чуть что не так, продадим их на африканский берег – и проблема решена.
– Иза Моралес, – представилась женщина.
– Родриго Перейра, – вторил ей паренёк.
– Кто мы такие, они знают?
– Да, – кивнул Диего Миронес, – я всё объяснил.
– В таком случае скажи им сразу: если начнут запираться или лгать, я это сразу пойму и накажу. А если будут сотрудничать, то жизнь их продолжится и, может быть, сложится вполне неплохо.
– Мы всё понимаем, – произнесла Иза, и я решил, что именно с ней мне и придётся вести основную беседу.
– Откуда вы?
– В основном из Мелиды, но несколько детей и две женщины – из Палас-де-Рей.
Достав из планшетки карту Галисии, я раскинул её перед Моралес.
– Что это, понимаешь?
Иза гордо вскинула голову и тонким сухим пальцем указала на места, откуда пришла их группа:
– Вот здесь мы жили, а рядом Палас-де-Рей.
– Диего сказал, – я посмотрел на переводчика, – что вы покинули Мелиду из-за дикарей и вас было семьсот пятьдесят человек. Это так?
– Да, так всё и было.
– Каким было твоё положение в вашем обществе до бегства?
Секундная заминка и ответ:
– Жена военного вождя.
– Где сейчас ваше племя?
Паренёк резко сжал кулаки и промолчал, а женщина, глаза которой подёрнулись мутной пеленой, больше ничем не выдала своего волнения и почти ровным тоном произнесла:
– Половина людей погибла, а кто уцелел, в лесах прячется.
– Кратко расскажи историю вашей общины.
– После Великого Ужаса три городка – Арзуа, Мелида и Палас-де-Рей – более-менее уцелели, рядом были горы и люди смогли продержаться до той поры, пока чума не ушла. Выживших оказалось немного, всего несколько сотен, но по сравнению с другими комарками наш район ещё легко отделался. Поначалу жили старыми запасами, а когда они закончились, стали охотиться и налаживать сельское хозяйство. У нас были коровы, хорошие фруктовые сады и овощи на полях. От мародёров отбились, и, хотя нефтепродукты вскоре закончились, а техника стала грудой бесполезного металла, мы всё-таки выжили. Со временем, через пару лет, наладилась связь с побережьем, Ла-Коруньей и Ла-Ферролем, и общины, в обмен на продовольствие, даже получили от них немного бензина и дизтоплива. Но потом на приморские города налетели пираты, которые выжгли всё, до чего только дотянулись.
– Пираты? – заинтересовался я. – Кто такие? Откуда?
– Это случилось лет тридцать назад, я тогда была ещё совсем маленькой девочкой. На побережье пришли Люди Океана, которые пережидали чуму на воде, и за многие годы они так привыкли к этому образу жизни, что иначе жить уже не хотели. У них было много военных кораблей и сильный десант, и именно они уничтожили почти все прибрежные поселения в Галисии и в соседней Астурии. Эти убийцы взяли всё, что хотели, сожгли города и ушли, и, хотя с той поры о них ничего не известно, земли вдоль океана долгое время были необитаемы. Подробностей той войны я не знаю, это мой муж был военным, делом интересовался, и молодёжь вокруг него увивалась, а мне это без надобности.
– Хм, Люди Океана, значит? Продолжай.
– Жили тихо-мирно, работали на полях и детей растили. И так продолжалось до той поры, пока восемь лет назад не появились неоварвары, которые пришли с реки Эбро. Наши мужчины вооружились старым оружием, вышли к ним навстречу и разбили их в пух и прах. Однако на следующий год они появились вновь. Снова мы победили, но вскоре к той волне, что катилась на нас от Сарагоссы, присоединилась ещё одна, от Саламанки. Нас становилось всё меньше, люди стали уходить к океану, на север, в Бурелу и Фос, или на запад, в Виго и Понтеведру. Дикари наступали, и наша община была последней, кто покинул родину. Мы решили идти к Ла-Ферролю и Седейре, но вышли поздно, неоварвары повисли на нас, словно охотничьи псы на диком секаче. И пока взрослые мужчины во главе с моим мужем прикрывали женщин и детей, все остальные беглецы рассеялись на мелкие группы и бежали. Дальше вы знаете: нашу группу догнали, и мы готовились к гибели, а ваши воины нас спасли.
– Вы наверняка договорились о точке сбора. Где вы должны встретиться с другими отрядами?
– А зачем вам это знать?
Посмотрев в её светло-карие глаза, я усмехнулся:
– Опасаетесь, что вас и ваших соплеменников сделают рабами? Правильное опасение, госпожа Иза Моралес. Мир переменился и стал опасен. Никому доверять нельзя, и если вы не хотите отвечать на мой вопрос, то не надо. Рано или поздно основные силы дикарей доберутся в эти места, прочешут побережье и все окрестные горы, и ваши соплеменники, которых они найдут, погибнут мучительной смертью. Хотя некоторые счастливчики могут успеть спрятаться под моим крылом в Ла-Ферроле, который я намерен превратить в крепость. Можете идти к своим кострам. Пока отдыхайте, а завтра ещё раз поговорим, более подробно и обстоятельно.
Женщина и паренёк, опасливо оглядываясь на меня, в сопровождении Диего ушли, а я ещё раз посмотрел на карту, сложил её и спрятал в планшетку. Все мысли были сосредоточены на завтрашнем дне, который будет посвящён поисковым работам в Ла-Корунье и городских окрестностях. Что же касается участи спасённых людей, то, как с ними поступить, я пока не определился. Слишком мало информации о их жизни и внутриобщинном устройстве. Однако в любом случае убивать этих беженцев и издеваться над ними никто не собирается.
Глава 6
Испания. Ла-Ферроль. 30.06.2066
Разведка прибрежной зоны бывшей провинции Ла-Корунья продолжалась четыре дня. Наши группы излазили весь берег в радиусе тридцати пяти километров от места первой высадки. В глубине материка было обнаружено немало того, что нас могло заинтересовать, поэтому рейд отряда не был напрасным. За это время нашлись ещё две группы беженцев из общин, которые ранее проживали за Кареонским хребтом. И можно было сказать, что всё, что мы намечали сделать, отрядом было осуществлено. И дабы окончательно определиться с нашими дальнейшими планами относительно создания форпоста, я собрал небольшой военный совет командиров отряда.
Сошлись мы на берегу, на моём временном командном пункте в развалинах маяка на мысе Приор. Рядом испытанные боевые товарищи: Скоков, Игнач, Кум и Серый, и это не просто статисты, которые слепо выполняют мои приказы, а командиры, способные сами разрабатывать планы и претворять их в жизнь. Поэтому мнением таких людей я дорожу и считать их обычными исполнителями с моей стороны было бы большой глупостью.
– Итак, камрады, – оглядев своих офицеров, которые расположились вдоль внутренних стен маяка, я открыл совет, – разведка проведена, и пора решать, что мы будем делать дальше. Я предлагаю остановиться на развалинах Ла-Ферроля, но перед принятием окончательного решения хочу услышать ваше мнение.
Первым отозвался капитан «Ветрогона»:
– Основать здесь поселение можно, бухта хорошая, и вчера был найден фарватер, так что фрегат хоть сегодня к причальной стенке поставлю. Однако дикари всё ближе к побережью, и на следующий год нам придётся с ними драться. Отряду может не хватить на это сил.
Следом слово взял Игнач:
– Техники нет, чтобы развалины расчищать, и рабочих рук не хватает. Где взять и то и другое – вот самый главный вопрос, а всё остальное решаемо, и это место ничем не хуже любого другого.
Дальше высказался Кум:
– Согласен, проблема в нехватке людей. Отвлекать воинов на работы в городе нельзя, а делать их всё равно придётся. Что же касается моей службы, то стационарную береговую радиосвязь с «Гибралтаром» налажу за три-четыре дня. Благо оборудование для этого у нас в запасе имеется, а радиовышки на военно-морской базе всё ещё стоят.
Оставался Серый, который пожал плечами:
– Думаю, Мечник понимает, чего хочет добиться, и в своей голове уже представил, как и какими силами будет построен форпост. Поэтому мне сказать нечего, а наоборот, хотелось бы услышать нашего командира, и только тогда уже вставить своё слово. Если есть серьёзная задумка и конкретные договоренности с «Гибралтаром», то я только за, а если всё наобум делается – конечно же против.
Выслушав офицеров, я решил, что пора приоткрыть им некоторые свои планы, про которые никому из них раньше не говорил, держал при себе:
– В общем, други, я вас понял, и, дабы развеять ваши опасения, пришла пора кое-что разъяснить. Первый вопрос – это оборона форпоста. Нам может не хватить бойцов, и это чистая правда. Но вскоре эта проблема будет решена, по крайней мере частично. Через неделю с «Гибралтара» на Сицилию под руководством Семёнова отправится небольшой караван из двух БДК, который произведёт вербовку племенных воинов провинции Рагуза на службу ККФ. Всего комендант наймёт два батальона пехоты и попутно заберёт на «Гибралтар» роту Джузеппе Патти, который прибудет к нам на помощь, так что мы получим ещё более сотни стволов. Второй вопрос – техника, и он тоже решаем. С «Гибралтара» нам перешлют десяток тракторов, пару автокранов и несколько дизель-генераторов, не навсегда, конечно, а на время, но и это немало. Плюс к этому, как дополнение, будет кое-что из стройматериалов, в основном цемент. Третий вопрос – это люди, не профессиональные строители и инженеры, они у нас имеются, а чернорабочие, которые станут таскать кирпич и бетон месить. Эта проблема кажется неразрешимой, так как взять рабочих нам попросту негде. Местных жителей очень мало, неволить их я не хочу, а добровольно с нами останется меньше половины. Ну а из дикарей, даже если этих упырков в плен захватить, ничего хорошего не выйдет. Правда, есть ещё африканский берег и та же Сицилия, но, чтобы отловить крупную партию людей, нам придётся совершать экспедиции на большие расстояния от побережья. Это возможно, на проведение подобного рейда нам сил хватит. Но зачем в форте африканцы и сицилийцы, которых придётся держать под жёстким контролем, кормить и обучать нашему языку? Незачем.
– И что ты надумал? – спросил Скоков.
– Идём на Балтику.
На мгновение молчание и новый вопрос командира фрегата:
– Боевой поход или торговля?
– По обстоятельствам. Мы прекрасно знаем, что у шведов есть рынки рабов. Это один из вариантов добычи людей. Кроме того, имеется бывшая Сестрорецкая Рабочая Республика, где не все жители довольны своей жизнью. Хотя, по сведениям наших дипломатов в Гатчине, московские каратели ещё полгода назад ушли к себе домой, и быт граждан СРР понемногу налаживается. Считаю, можно попробовать сманить людей из Сестрорецка и по-тихому вывезти их с собой на поселение в нашем владении.
– Как вольных колонистов?
– Разумеется, это же свои люди.
– А на чём их перевезём, фрегат ведь не резиновый?
– На «Аделаиде». Если мы с вами сейчас примем окончательное решение основать в Ла-Ферроле форпост, то уже завтра утром с нашими семьями на борту, нагруженный техникой и стройматериалами лайнер выйдет в океан и направится к нам. Через четверо суток он будет здесь, и после разгрузки фрегат и «Аделаида» сразу же пойдут на Балтику.
Скоков посмотрел на лейтенантов, одобрительно покивал и согласился:
– Слушай, Мечник, а ведь это всё реально.
– Будем надеяться, что да, а иначе туго нам придётся.
– Да чего там сомневаться, всё получится. Может, не сторгуемся со шведами. Ладно. Не выгорит дело в Сестрорецке. Пусть. Тем же питерским повольникам предложи новые земли, где погулять можно, и красочно тёплый морской берег распиши, пойдут с нами и долго думать не станут. При этом никого из них дикари не смущают, лишь бы мы им боеприпасы подбрасывали и хабар по справедливой цене принимали. Это же можно такие дела завертеть…
Видя, что кавторанг разошёлся, я остановил его:
– Про большие дела и светлое безоблачное будущее позже поговорим, а пока решаем за день сегодняшний. Кто за то, чтобы остаться в Ла-Ферроле?
Проголосовали единогласно, все четверо за. Командиры отряда в очередной раз убедились, что новоиспечённый граф Мечников понимает, что делает, и просчитывает свои шаги, и были готовы выполнять мои приказания дальше.
– Раз всё решили, – продолжил я, – то начинаем работу. Максим Сергеевич, – взгляд на Скокова, – швартуй фрегат к причалу, нечего ему в океане болтаться.
– Как и сказал, уже сегодня буду у причальной стенки.
– Игнач, ты своими артиллеристами и группой огневой поддержки начинаете готовить оборону порта Ла-Ферроль. Оборудуй позиции для миномётов и гранатомётов и прикинь места для постановки минных полей. На ближайшие пару месяцев, до возвращения «Ветрогона» и «Аделаиды» с Балтики, мы будем держать за собой только десять квадратных километров бывшей военно-морской базы. А город станем рассматривать как боевое предполье.
– Понял. – Согласный кивок пластуна.
– Кум, – следующий приказ для связиста, – до отхода «Ветрогона» в поход восстанови местную радиоточку, чтобы гарнизон мог с «Гибралтаром» и с нами общаться. Ты говорил, что в несколько дней уложишься. Это реально?
– Да.
– Добро. Серый, теперь ты.
– Готов, – отозвался командир роты разведки.
– На Балтику пойдёт рота Крепыша, а твоя, соответственно, останется здесь. Поэтому уже завтра начинай более подробную разведку местности и наноси на карту всё, что нам может пригодиться. Точные карты провинции и городов у тебя уже есть, так что не ленись и каждый брошенный заводик или мастерскую на учёт бери. Плевать, что развалины, под ними подвалы имеются, а в них может оказаться всё что угодно.
– С местными жителями, если таковых встретим, как себя вести?
– Нейтрально, предлагай к нам перебираться, но особо не настаивай. Кстати, из тех беглецов, кто у нас останется, можешь к себе в проводники нескольких человек взять. Я видел, какими завидущими глазами молодёжь на твоих ветеранов смотрела, так что выбирай кого угодно, за тобой любой пойдёт.
– Псов с собой заберёшь?
– Только Лихого, а Умный здесь останется.
– Всё ясно. Вопросов больше не имею.
– В таком случае, товарищи офицеры, расходимся. Что делать, вы знаете, а рабочие вопросы будем решать по мере их поступления.
Командный пункт опустел. Я отдал приказ охране паковать вещи и готовиться к маршу на Ла-Ферроль и отправился к испанцам, которые всё так же находились на пляже. Беженцы, которых скопилось более ста пятидесяти человек, увидели среди моих воинов суету и уходящие в море мотоботы и тоже задёргались. Это было объяснимо. Общением я испанцев не баловал, поблажек не давал, своими мыслями и планами на их счёт не делился, и конечно же они беспокоились за свою жизнь, в которой не было ни ясности, ни определённости.
Я подошёл к толпе, которая сгрудилась в одном месте. Рядом со мной встал Диего Миронес, который всё время находился рядом со своими соотечественниками, и я начал говорить:
– Внимание! Кто ещё не знает, я граф Кубанской Конфедерации Александр Мечников. Среди вас нет старшего, и у вас нет единого мнения о том, что делать дальше, поэтому я обращаюсь ко всем сразу. Отныне земли бывшего автономного сообщества Галисия принадлежат нашему государству, и мой отряд решил здесь поселиться. Вы – местные жители, и я даю вам возможность выбора, который невелик. Вы можете уйти, и вам вернут ваше оружие и вещи. Или же, если имеется желание, оставайтесь с нами. Выбирайте, воля и смерть от дикарей, которые уже в следующем году будут здесь. Или же подчинение мне, клятва на верность и жизнь под защитой нашего оружия. Кто остаётся с отрядом, налево. Кто уходит сам по себе, направо.
Развернувшись и отойдя в сторону, я остановился метрах в десяти от толпы, которая зашумела, заспорила, и минуты через три-четыре разделилась на две неравные части. Одна, маленькая, человек в тридцать, готова была уйти. Другая, в которой собралась основная масса людей, оставалась со мной. Честно говоря, я ожидал, что испанцы разделятся поровну. Но, видимо, большинство беглецов чётко осознавали, что для выживания необходимо подчиниться и принять власть иноземца, то есть мою, и решили остаться.
– Диего, иди сюда, – окликнул я переводчика, который всматривался в лица уходящих на свободу людей так, как если бы хотел запомнить их навсегда.
– Да, командир?
– Отныне ты старший над всеми своими соплеменниками.
– Так точно. – Армейский ответ и согласный кивок. – Что мне делать?
– Основное требование. Если я или мои заместители дают тебе приказ, твои люди его исполняют безоговорочно, без выкрутасов, хочу или не хочу. Ничего сверхъестественного от вас требовать не станут и женщин обижать не будут, так что за это не беспокойтесь. Далее. Никаких сношений с людьми за пределами нашей базы без нашего разрешения. Это будет расценено как измена и подготовка к мятежу. Кроме того. Учите русский язык, потому что территория нашего форпоста отныне земля ККФ. И последнее. Поговори с людьми насчёт того, где можно поискать старые станки и технику. Да и вообще, объясни им, что выживание нашей общины – это и их выживание, а моё благополучие так или иначе, но и на них скажется.
– Понял, командир. Беженцы примут все ваши условия, они хотят жить и надеются, что со временем станут полноправными членами вашего общества. А насчёт поиска всяких полезных вещей из древних времён Золотого Века с вами два человека поговорить хотели.
– Вот это уже интересно. Сейчас мы снимемся с пляжа и двинемся к Ла-Ферролю, и по дороге я с ними переговорю.
Спустя полчаса длинная колонна людей, две разведгруппы и беженцы, покинула пляж мыса Приор и по хорошо натоптанной тропе двинулась к нашей будущей базе. Скорость продвижения из-за малолетних детей была не очень высока. Поэтому, никуда не торопясь, я шёл в центре колонны и беседовал с теми, кто желал со мной переговорить.
Первым собеседником оказалась Иза Моралес, которая сообщила, что может указать на несколько схронов с оружием и продовольствием, которые её муж готовил для беженцев в расположенных на востоке горах Ксистраль и на побережье океана. Что лежит в тайниках, в подробностях ни она, никто другой точно не знали. Но в том, что в одном из них находится не менее двух сотен автоматических винтовок CETME модель С калибра 7,62 мм, которые до чумы использовалась солдатами испанской морской пехоты, Иза была уверена. Кроме того, она попросила выделить ей сопровождение до городка Седейра, который находился в тридцати пяти километрах от Ла-Ферроля. Именно там должны были сойтись все мелкие группы беженцев из Мелиды, и Моралес надеялась, что не только её группа спаслась от дикарей, но и кто-то ещё смог достичь океана.
Конечно, я согласился выделить ей сопровождение, а места схронов нашим разведчикам должен был указать оказавшийся её племянником Родриго Перейра. В общем, жизнь определённо опять меня баловала. За спасение людей я получил небольшой бонус, и это было просто замечательно.
После разговора Иза Моралес присоединилась к беженцам, а Диего Миронес подозвал второго человека, желающего мне что-то сообщить. Этот собеседник, среднего роста плотный мускулистый брюнет лет сорока, в обычной для местных жителей брезентовой горке представился как альмугавар Роберто, без обозначения своей фамилии. Лично мне слово «альмугавар» ни о чём не говорило. Однако, увидев, с каким почтением на этого мужика посмотрел Диего, я спросил переводчика:
– Что такое альмугавар?
– Раньше, во время Реконкисты, так звали горцев из Каталонии, Арагона и Наварры. Они вооружались дротиками и короткими мечами и ходили в разведывательные рейды на территорию мавров. Очень сильные и злые воины были. Я даже немного их древнюю боевую песню помню: «Мы вынесем усталость, дожди, снег и жару. И если сон настигнет нас, как кровать, мы будем использовать нашу землю. И если мы проголодаемся, то съедим сырое мясо. Проснитесь! Вперёд! Быстро и неотразимо, словно молнии, нападайте на вражеский лагерь, где много добычи! Вперёд, альмугавары – воины гор! Давайте пойдём туда, чтобы накрошить мяса, ибо дикие звери голодны всегда».
– Ну а к данному человеку, – кивнув на Роберто, спросил я, – это прозвище какое отношение имеет?
– Сейчас альмугавар – это определение высокопрофессиональных наёмников, которые в одиночку бродят по всей Испании от одного редкого поселения людей к другому и за немалую плату предлагают свои услуги. Очень крутые ребята, которых все боятся и уважают, а дикари их просто ненавидят, потому что они уничтожают этих тварей без разбору, не щадя ни женщин, ни детей.
– И откуда ты про них столько знаешь?
– С детства мечтал альмугаваром стать. Прибиться к какому-нибудь одиночке в ученики и пойти с ним по всему Пиренейскому полуострову бродить.
– Теперь твой интерес становится понятным. Ну что же, спроси этого вольного наёмника, как он в этих краях оказался, почему к нашей разведгруппе вышел и что желает сообщить.
Переводчик задал альмугавару вопрос, и тот ответил:
– Полтора месяца назад меня наняли жители городка Арзуа, которые с дикарями воевали, и, когда их разбили, по автостраде А-9 я увёл группу беженцев на соединение с людьми из Мелиды. Невдалеке от Ла-Коруньи встретил ваших воинов, людей бросить не мог, моё слово крепкое, и я сдался вместе с ними. Здесь встретил мелидцев, значит, моя миссия выполнена, и теперь я хотел бы наняться в ваш отряд.
– Странно, а я считал, что ты хочешь информацией поделиться.
– Возьмёшь на службу, многое тебе расскажу, не пожалеешь.
– Что умеешь и сколько хочешь получить?
На ходу наёмник принял горделивое выражение лица и произнёс:
– Я воин и умею всё. А в оплату хочу хорошее оружие. – Он указал на мой «абакан», который висел за спиной, и «стечкин» на портупее. – Килограмм золота ежемесячно, патронов, сколько мне надо, еду с твоего стола и двух женщин, каких сам выберу.
– Да ты с претензиями, наёмник, – усмехнулся я и, окинув его смешливым взглядом, ответил: – Нет, в твоих услугах мы не нуждаемся.
– Проверь меня сначала! Ты просто не знаешь, какой я рукопашник и сколько в моей голове ценной информации, которая может тебе пригодиться!
Как раз в этот момент на небольшой придорожной полянке с чистым источником отряд остановился на привал, и, скинув с плеча автомат, я махнул рукой немного в сторону, на открытое пространство, и сказал:
– Пойдём проверим, каков ты в деле, а то языком трындеть, как правильно говорится в одной древней присказке, не мешки ворочать.
– Неужели сам выйдешь? – удивился альмугавар.
– Выйду.
Наёмник скинул куртку и, последовав за мной, ухмыльнулся и произнёс:
– Если победа будет за мной, то берёшь меня на службу ровно на год со всеми моими условиями.
– Только женщин тебе не обещаю, они не рабыни.
– Идёт.
– Конечно идёт. Вот только если я выиграю эту схватку, то ты станешь моим рабом. На один год. И все двенадцать месяцев будешь мне служить за еду, кров и одежду.
– Принимается, – на миг заколебавшись, всё-таки согласился Роберто.
Видя, что намечается схватка, вокруг пятачка метров десять на десять, где мы с альмугаваром остановились один против другого, сгрудились зрители, вперемешку беженцы и разведчики. Какое-никакое, а развлечение, в котором местные жители могут посмотреть на схватку нового владетеля Ла-Ферроля с «легендарным» наёмником. Ничего, пускай полюбопытствуют, мне чужое внимание не мешает, а осрамиться я не боюсь, так как реально сильней Роберто, который наверняка боец знатный, но до уровня большинства моих воинов ему ещё расти и расти.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?