Текст книги "Запах страха"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zapah-straha-201427.jpg)
Автор книги: Виктор Мельников
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)
Каучук
1Иду в бар выпить пива.
Заведения, подобные этому, имеют один и тот же запах: кисло-рыбно-прокуренный.
Беру два бокала пива, фисташек.
Вечер только начался, а уже почти все посетители – дрова! Интересно, это зависит от некачественного дешёвого пенистого напитка или от состава посетителей?
Много женщин. Полупьяных. Все – затасканные: этих я называю бабами. Они ищут грязного секса, а иначе – разве можно появиться уважающей себя даме в таком обществе?!
Но на них мало кто обращает внимание. В последней стадии опьянения некоторые из мужчин начнут приставать к ним, – какая потом уже разница! Конечно, жаль весь скотный двор, но ничем не поможешь…
Часто сам бываю в подобном состоянии… Но у меня оправдание – трезвый пьяного не понимает. В данный момент.
Пока я не в форме, чтобы напиться. Литр пива – это не показатель.
Допиваю остатки, выхожу на улицу, закуриваю. Чем бы заняться?
Достаю сотовый телефон, звоню Ленке.
Ленка – проститутка. Работает в «Эскорте» – элитное агентство продажной любви. Раз элитное, значит лучшее, значит дорогое. Но за хорошее обслуживание – денег не жалко.
Возвращаюсь домой.
2Я заказываю только Ленку. Она мне нравится. Можно сказать, она красавица. Описывать внешние данные – это всё равно, что алкоголика выводить из похмелья заочно, рассказывая ему басни о водке и не давая выпить; у всех своё представление о красоте, как и о вреде алкоголизма.
Ей двадцать пять лет. Как она говорит. Я даю больше, но это не важно.
Дома делаю уборку, жду.
Сутенёр привёз девушку в назначенное время. Я открыл дверь. Он зашёл первый, она – следом. Ленка остановилась возле меня, он, не разуваясь, пошёл через прихожую в одну комнату, в другую, выискивая, как ищейка, непонятно что.
– Всё нормально, шеф, – говорю. – Ты не в первый раз здесь. Я живу один.
– Положено.
– Ты, как ментяра, – смеюсь.
– Я – он и есть.
– Бывший, – шепчет Ленка в моё ухо. Возбуждает.
Он выныривает из кухни, смотрит на часы:
– Время пошло. В два часа ночи я звоню в дверь.
Уходит. За ним запираю дверь на все замки.
Ленка сидит в кресле, нога за ногу. Длинные тонкие ноги оголены выше колен до неприличия. Я любуюсь ими какое-то мгновение. Она улыбается. Редкое явление для проститутки. У неё ровные белые зубы – пока никто не бил, видимо. Это – такая же редкость, как гроза в Антарктиде.
– Витёк, с тобой я отдыхаю. Уморили меня сегодня. Давай чуть позже, а?
– Как скажешь, – говорю. – Мне не горит.
– Не ври. Горит, ещё как! Иначе – не вызывал бы.
– Угадала. Но ты заметила, что третий раз я хочу только тебя. Не знаю, что буду делать, если уйдёшь из агентства. Не дрочить же!
– Я девушка красивая, – она оголяет сиськи и два тёмных соска нагло смотрят на меня, – знатная… Короче, хватит разглагольствовать, – я жрать хочу!
– Проголодалась, девочка, – я целую соски поочерёдно, – еда на кухне.
Ленка отталкивает меня, вырывается из рук.
– Чуть позже, Витя.
Она сама открывает холодильник, достаёт ветчину, майонез. Я отрезаю хлеб.
– Чай заваришь? – просит.
– Могу водки предложить.
– До утра ещё успею набраться. Не стоит!
Включаю электрочайник.
– А я выпью.
– Для храбрости? – она издевается надо мной с забитым ртом. Но не зло.
– Шутка неудачная.
– Неприкасаемый! Шутка может быть и неудачная, но, когда твоё чудовище входит в мои дырочки, здесь не до шуток, – она смеётся заливным обаятельным голоском. – Тебе нужна лоханка. У нас в «Эскорте» есть Жанна. Могу посоветовать.
– Жанна из тех королев, кто любит роскошь и ночь?.. Учтём на будущее. Она хоть ничего? Внешне.
– Тебе понравится. Я и Жанна – самые востребованные девушки…
– Интересно. – Я наливаю сто грамм водки, выпиваю, занюхиваю душистыми волосами Ленки, закусываю кусочком ветчины. – Закажу вас двоих. После.
– Валяй! Мы тебя затрахаем!
– Уверена?
– Уверена. На сто процентов.
– Посмотрим. А не боишься, что Жанна придётся мне по вкусу?
– Я не ревнивая, Витя, – голос Ленки завибрировал.
Разговор ни о чём продолжается ещё минут тридцать. Я даю девчонке отдышаться от предыдущих клиентов.
– Этот урод, что с тобой приехал, – где он там стоит, внизу? – что он ищет, что ему нужно?
– Ты заказываешь девушку для себя, один. Бывали случаи, что в подобных ситуациях некоторых из нас ждала группавуха. Шесть, а то и семь человек. Поверь, это страшно. Обычно без побоев не обходится. Дважды сама попадала в подобные ситуации. Живого места нет. Неделя потеряна. И для меня. И для маман.
– Понятно. – Я закуриваю сигарету.
– Ещё он смотрит, пьян ты или трезв. К пьяным нас не пускают. Но в процессе работы – можно, и нам, и клиентам.
– И всем руководит женщина?
– А ты не знал, что ли?
– Откуда мне знать.
Ленка и я идём в душ. Первый выхожу я.
Я раздеваюсь, ложусь в постель.
3У нас с ней всё по-домашнему, как у мужа с женой. Разница только в том, что, в конце сексуальной гонки, я достаю рубли, отсчитываю положенную сумму, расплачиваюсь. Сделка совершена. Каждый остался довольным. И продавец, и покупатель.
А там, внизу, под балконом, сидит сутенёр в машине. Он ждёт Ленку. И он готов по первому зову, наверное, прийти ей на помощь. Получится?
Но я её и пальцем не трону. А вот его побил бы. Морда лица сутенёра просит кирпича! Есть люди, которым желание помочь возникает безвозмездно, так они выглядят; или излучают флюиды жертвы, если за ними наблюдает психически нездоровый человек. А есть такие люди, которым выписать пиздюлей как сказать «здрасти» хочется – каучук.
Теперь я понимаю, почему маньяки редко ошибаются в выборе жертвы. Она, жертва, сама притягивает насильника: то ли поведением, то ли внешностью, то ли чем-то ещё… Ленка – уже жертва тех обстоятельств, вогнавших её в древнее ремесло. Да, со мной она оживает, с другими – черствеет (самозащита), превращается в резиновую женщину…
От злости я сжимаю челюсти. Звук скрежещущих зубов приводит в себя.
4После секса – как разбитый арбуз, с тебя течёт, ничего не хочется. Я удивляюсь в работоспособности рабынь любви – ведь это не в кайф! Несколько раз в день с кем попало! Я у Ленки не последний за сегодня. А кто следующий? Конь в пальто?
Сверх положенной суммы кладу три сотки.
– Нормально?
– Витенька, ты мой любимчик. А Жанночка – она не достойна такого клиента. Она, понимаешь, дура. Ей подавай мальчика с обложки!
– Я тебя не променяю, не боись. Но ты сама меня заинтриговала.
В оставшееся время я накатил три рюмки водки.
Ровно в два часа раздался требовательный звонок в дверь.
– Мне пора, Витюля!
– Вали. Как зовут-то этого сутенёра-мента?
– Вадик. – Она идёт на выход.
– Почему я не люблю это имя, а? Ленка, ты не знаешь?
Меня целуют – это новенькое что-то. Я открываю дверь, выпускаю девушку.
– Вадик? – обращаюсь к долговязому пареньку. – Мне тебя так представили. Эээ… значит, ты мне не нравишься. В следующий раз приедешь вместе с Ленкой, то получишь точно так же, – и бью его в лицо. Прикладываюсь изо всех сил, он летит по лестничному маршу вниз.
– Что ты делаешь! – орёт Ленка на весь ночной подъезд. Эхо, исходящее от стен, усиливает крик.
Она подбегает к Вадику, который не двигается, опускается перед ним на колени.
– Брось его, сам очухается.
– Ты меня подставляешь, – она смотрит бешеными глазами. – Обслуживания больше не будет, дурак. Не в моих силах сделать невозможное – тебя накажут!
Подхожу к Вадику. Он потерял ориентацию и не может подняться. Я его ещё разок пинаю ногой в рёбра, он хрипит.
– Убьёшь, успокойся!.. Сволочь!
– Таких не жалко, – я завожусь от того, что Ленка пытается остановить меня.
Я бью его второй раз кулаком в нос и чувствую хрустящую мягкую кость переносицы. Вот теперь он теряет сознание – точно. И в этот момент чувствую ощутимый пинок в пах.
– Сволочь, ты!
Ленка тут же получает «леща» по щеке! Секундная пауза – и она ревёт, захлёбывается слезами, выступившими из больших красивых глаз.
– Он ничего не сделал…
– Уверена?
– Да!
– И что ты хочешь этим сказать? Он – хороший, а я – плохой, так что ли?
– Я говорю – ты безмозглое животное, зверь…
Взваливаю пострадавшего на плечо, спускаю к машине – он тяжелый, хотя и худой. Ленка находит ключи в карманах его брюк, открывает дверь. Сажаю бесчувственного Вадика за руль старенькой «шестёрки».
– Сиди с ним. Придёт в себя, скажи, если привезёт тебя ко мне опять – получит, как я обещал. Он, думаю, всё прекрасно усёк. Поняла? А лучше сама отвези его в больницу, водить ты умеешь, думаю, – и ухожу.
– Следующего раза не будет, – слышу. – Не надейся.
5Дома допиваю бутылку водки.
Не нахожу себе места. Блядво, нашла кого жалеть! Себя уважать надо в первую очередь. Я удивляюсь… Правда заключается в жёсткости слов и в силе кулака, а чем жестче слова и костлявей кулак, тем правдивей сказанное в лицо.
«Шестёрки» под окном нет. Значит, не сомневаюсь, будет жить… Вадик… Такие живучие!
Я закуриваю сигарету из пачки, забытой Ленкой.
Откуда у меня взялось столько силы для удара? Это от злости. Нет злости, нет поставленного удара. Иногда я плохо о себе думаю.
2009 год
Чермет
«Я знал, что это сон.
Небыль, чепуха, болотный пузырь со дна памяти. Дремотный всплеск фантазии пьяницы. Судорга похмельного пробуждения».
Братья Вайнеры «Петля и камень в зелёной траве».
Второй день запоя.
В доме выпить мало и нечем закусить.
Танюха спит, уткнувшись лицом в стену. Она перебрала вчера больше меня, но опьянела меньше. У неё всегда так. Гладко в первый день, а на второй – её воротит. Если не дать выпивки.
Егор лежит рядом с ней. Его рука залезла ей под блузку. Никто из них не ощущает прикосновения. Инстинкт в пьяном угаре: без чувств.
Я открываю бутылку пива зубами (армейская привычка), одним залпом опорожняю её содержимое.
Легче!
Надолго ли?
Ноутбук не закрыт. Шевелю мышку. Вспыхивает экран: порнография. Егор пялился. Танюхи мало, что ли? Она вчера стриптиз показывала. Уже в стельку пьяной. После оделась – и в отруб! Наверное, ничего не помнит. Всегда так: трезвеет, говоришь, какой у неё классный танец получился, а она не верит, что могла раздеться.
Но сон её всегда спасает от секса. Оно и понятно, собрались не для оргии – побухать. А пьём быстро – быстрей, чем кончаем. Дальше, как карта ляжет.
Рождённый пить – е… ть не может.
Алкоголизм.
Но только я один считаю себя алкоголиком.
Ни Егор, который пьёт, наверное, с первого класса, ни Танюха, блуждающая, где наливают, из хаты в хату, на протяжении уже трёх лет, не признают этот факт. Они здоровые члены общества! Танька видит в себе пока ещё женщину, смазливую, которой только за тридцать, а Егор в двадцать девять лет выглядит на все сорок, но ему срать на свой внешний вид, он не баба, а мужик, которому не в зеркало надо смотреть. Правда есть разница, я на четвертый день приду в себя, а они – не знаю. Там узелок покрепче завязан. На этой почве.
В магазине беру ещё водки и пива. Закусь: грибной салат, маринованные огурчики, курица-гриль, полторашка колы. На оставшиеся сутки хватит.
Звенит мобила. С работы. Трубку не беру. Отмажусь после. Не в первый раз. Прокатит.
Входную дверь открываю тихо, чтобы не разбудить спящих. Медленно крадусь в гостиную.
Егор не спит. Он стащил джинсы с Танюхи, снял её трусики, но Танька, кажется, продолжала спать или претворялась.
– Ты что делаешь? – спрашиваю.
– Витёк, сколько баб было у меня за всё время, но ни у одной не рассматривал так близко…
Меня пробивает смех. Я не сдерживаю себя. Эта сцена из другой жизни. Егор не врёт. Все мимолётные пьяные трахи проходили у него на скорую руку. Как у мастурбирующего мальчика. Откуда ж познания анатомии женского тела?! Бедняжка. Дорвался до халявы!
Танюха приходит в себя и по инерции бьёт в лоб Егора пяткой.
Приступ смеха истеричный. Я валюсь на пол. Егор, отлетевший в сторону, не понимает, что произошло. Он смотрит то на меня, то на Таньку.
После сам начинает смеяться.
– Вы меня хотели изнасиловать! – заявляет потерпевшая.
– Тебя просто рассматривали, как картинку в порножурнале, – говорю я сквозь слёзы.
Танька натягивает джинсы, забыв про трусы. Ей не до смеха.
– Врёте!
– Успокойся. Это правда.
Она мне не верит. По глазам вижу: испугана. Своей беззащитностью.
– За два года нашего знакомства тебя трогал кто-нибудь без твоего согласия? Я или Егор? Другие – знать не хочу.
– Нет.
– Вот видишь. А Егор был сломлен твоей красотой. Между ног особенно. Да и выпил не в меру. Вчерашний стриптиз раззадорил. Любопытство проснулось. Ему захотелось заглянуть во внутрь.
– И что там интересного, гинеколог хренов?
– Да так…
Она успокоилась. Я был убедителен.
– Выпить ещё есть? – Танюху трясло.
Я кинул бутылку пива. Она, как кошка, поймала свою добычу. Но не без труда.
Егор открыл водку и принялся пить с горла. Я остановил его.
– Дружок, не наглей. Это не пиво. Разлей по рюмкам.
Недовольный, он нашёл на журнальном столике грязную замусоленную тару, налил по пятьдесят, сказал:
– За вас, ребята.
– Извинись, – говорю, – перед Танькой.
– Щас, выпью…
Он отставляет рюмку и лезет целоваться. Танюха отталкивает его рукой в лицо. Егор валится на пол.
– Сука!
– Тихо, извращенец. Не ругайся.
– Витёк, она издевается надо мной.
– Правильно делает.
Егор заползает на диван, ложится, отвернувшись от нас. Обиделся. Слабохарактерный, он всегда так поступает.
– Пить больше не будешь? – спрашивает Танька.
– Оставьте пива.
– Я думал, тебя оставить в покое.
– Витя, ты – скотина, – шепчет он.
Его слова я пропускаю мимо ушей. Не стоит волноваться по пустякам.
Бутылка допита. Сон смаривает. Хотя всего три часа дня.
Первой засыпает Танюха. Егор спит давно. Я ухожу последним…
– Тань, а Тань? – спрашиваю.
– Чего надо?
– Давай тебе в жопу засуну два пальца.
– Почему два?
– Три не поместится.
Егора интригует наш диалог. Он говорит мне:
– У тебя не стоит уже? Пальцы решил применить?
– Хочешь на себе испытать?
– Витя, ты гомик!
– Зачем так грубо, Танька тебе поможет. А, Танюха? И с Егором квиты будете.
– Не хочу руки марать…
– Жаль, а то бы он подмылся.
Полночь.
Шведский стол пуст.
Снаряжаю Егора в ночной ларь. Даю деньги.
– Ментам, смотри, не попадись. Мне на тебя… сам понимаешь, а вот нас оставишь ни с чем.
– Лады, – отвечает. И уходит.
Танюха начинает приставать первой. Алкоголь делает женщину нимфоманкой. Она говорит:
– Я, Витя, ребёнок, милый, наивный… я не принадлежу никому. Я вижу свободу во всём, когда показываю вот это… – она снимает блузку и лифчик, большая отвисшая грудь беспомощно свисает до пупка; сиськи кажутся мне неестественными, днём раньше они были не такими, и я мотаю головой. – Хочешь, я взберусь тебе на колени котёнком? Ты погладишь меня.
– Отсоси!
Кончить в рот невозможно, коль не стоит. И Егор вернулся быстро…
– Я не помешал?
– Нет, – говорю.
Ширинку мою Танюха застегнула сама.
Всё повторяется. Пьём молча. Не по правилам. Егор думает, что я на него злюсь из-за Таньки. Ошибается. Я добрый и злюсь на себя. Я не вижу разницы между нами. Интересно, а у Егора получится?
– Танюша, Егорка тоже человек.
Она делает ему минет, я пью пиво. Смотрю.
Странное чувство возникает, когда ты не при делах. Егор оказался сильней меня, пусть я и старше…
– Идите вон! – не выдерживаю.
– Ты сам попросил, – говорит Егор.
Я бью его в лицо. Он падает на четвереньки.
Танька убегает в ванную, закрывается. Я не могу сломать дверь. Мне хочется её ударить. Злость закипает во мне расплавленным свинцом. От бессилия я поворачиваюсь, чтобы ударить ещё раз Егора, но получаю сам чем-то тяжёлым по голове…
Силуэт двоится. Фокусировка не удаётся сразу.
– На. Выпей!
Двести грамм водки. Егор протягивает мне гранёный стакан. Где он его взял?
– Ты живой?
– А что произошло?
– Да так, ничего.
– Где Танька?
– Ушла. Больше не придёт. Тебя испугалась.
Я выпиваю лишь половину. Закусываю пучком петрушки. Егор допивает всё остальное.
– Я пойду, – говорит он. И поспешно уходит, не объяснив ничего.
На работе отмазаться не получилось. Уволили.
Грусть возрастает, когда нет сочувствия, а природа смеётся тёплым деньком. Я знал, что предпринять, но желание выпить отпадало само собой сразу, в одно мгновение, когда на встречу шла какая-нибудь красотка. И я оглядывался, переводя взгляд вниз, на бёдра, не стесняясь взглядов прохожих, бросаемых в мою сторону, на эту наглость. Мне было всё равно; я не знал почему.
Пьяный без вина, без вины виноватый (так я считал в тот момент) я болтался сам по себе по местной округе, не желая заходить ни в одно кафе или бар, где предмет вожделения можно было найти почти сразу. Требовалось чего-то другого, романтики, наверное. И это в тридцать пять лет, когда всё романтичное отпадает само собой за ненадобностью, а из-за повседневности возникает суета, перекрывающая чёрной вуалью цвета радуги, и дни превращаются в однообразное варево кислых щей. Радость, как всплеск эмоций, на короткий миг, улетучивается яркой искрой, показавшись в ночном небе падающей звездой, да так, что не успеть желание загадать. И от этого становится грустно больше. Обиды лишь нет: обижаться-то не на кого, только на себя. И злости нет. Безволие и апатия.
Танюха позвонила на сотовый:
– Я хочу выпить. Я приду?
– С Егором?
– Он умер. Не знаешь?
Мне было всё равно.
– Нет.
– Я приду? Помянем.
Такое случается. И с каждым может случиться.
– Как он умер?
– Сбил пьяный водитель.
– А он был трезвый?
– Не знаю.
Какая разница. Действительно, равнодушие опустошало.
– Царство небесное! – И я отключил телефон.
В голове слышится стук металла о металл. Не металла о плоть, нет…
«Вторчермет»… Я оттуда уволен.
2008 год
Романы
Клиент всегда прав, клиент всегда лох
«Однажды утром я проснулся с твёрдым намерением найти наконец работу, настоящую работу. Я не представлял себе точно, какой она будет, знал только, что это должно быть нечто стоящее, важное».
«Нексус», Генри Миллер
Люди дохнут от работы,
Когда такая зарплата,
Я бы мог бы быть богатым
Но нету автомата.
Песня группы «Ленинград»
– Ненавижу людей! – Мизантроп?
– Продавец-консультант.
Герой моей книги не я сам, а собирательный образ общества меня окружающего.
Все лица вымышлены, все совпадения случайны.
Часть первая
«Из-за обострения ситуации на Украине и последовавшего вступления Крыма в состав России западные страны с весны вводят против России санкции. Санкционное давление на Россию оказывают США, ЕС, Канада, Австралия, Швейцария, Япония и др.
Первый блок санкций был введен 17 марта, на следующий день после крымского референдума, на котором подавляющее число жителей высказались за воссоединение с Россией. Запад обвинил Россию в том, что она вмешивается во внутренние дела Украины. В тот же день президент США Барак Обама заявил, что санкции могут быть расширены.
Среди мер политического давления – замораживание переговоров о безвизовом режиме с Евросоюзом, отказ от июньского саммита РФ – ЕС и формата «большой восьмерки». Саммит G8, председательство в которой Россия приняла в 2014 году, должен был пройти в Сочи в июне. Но Великобритания, Германия, Италия, Канада, США, Франция и Япония заявили о замораживании формата «восьмерки». Саммит был перенесен в Брюссель, Россия в нем не участвовала».
1Спрос – это запрос фактического или потенциального покупателя, потребителя на приобретение товара по имеющимся у него средствам, которые предназначены для этой покупки. Спрос отражает, с одной стороны, потребность покупателя в некоторых товарах или услугах, желание приобрести эти товары или услуги в определенном количестве и, с другой стороны, возможность оплатить покупку по цене, находящейся в пределах «доступного» диапазона.
Предложение – возможность и желание продавца (производителя) предлагать свои товары для реализации на рынке по определённым ценам. Такое определение описывает предложение и отражает его суть с качественной стороны. В количественном плане предложение характеризуется по своей величине и объёму. Объём, величина предложения – это количество продукта (товара, услуг), которое продавец (производитель) желает, может и способен в соответствии с наличием или производительными возможностями предложить для продажи на рынке в течение некоторого периода времени при определённой цене.
Маркетинг – это организационная функция и совокупность процессов создания, продвижения и предоставления ценностей покупателям и управления взаимоотношениями с ними с выгодой для организации.
Я перечитал определения трижды. Понял одно – всё очень сложно. А ведь всё просто: купи дешевле – продай дороже. Ничего сложного… Кстати, как же я ошибался – всё намного проще: как громыхание палкой внутри помойного ведра.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.