Читать книгу "Лживая преграда"

Глава 5

Уже на следующий день на мой мобильный приходит сообщение от Ричарда, что сегодня в восемь вечера он ждет меня на нашем первом свидании. Уточнив, что за мной заедет его водитель.

Очень долго стою в своей гардеробной, совершенно не зная, что надеть. Ричард не сообщил, куда мы поедем и что будем делать. А когда я не знаю, чего ожидать, я становлюсь ужасно нервной. Я привыкла все всегда держать под контролем. Мне важно знать, что меня ждет. Я не особый любитель сюрпризов. Особенно последние несколько лет.

Наконец-то выбираю легкое изумрудное платье с завышенной талией и драпированной юбкой, длиной чуть выше колен. Верх без рукавов с треугольным вырезом, обшитый бисером. Фасон элегантный и достаточно сдержанный, если не считать открытых острых ключиц. Не заплетаю волосы, а оставляю их лежать на плечах распущенными с небольшой природной волной. Наношу легкий макияж и последним штрихом крашу губы алой помадой.

Вздрагиваю и непроизвольно напрягаюсь, когда раздается звук домофона. На выходе из гардеробной надеваю бежевые лодочки и хватаю сумочку, в которую на всякий случай закидываю маленький газовый баллончик.

Спустившись на улицу, замечаю припаркованный у бордюра блестящий, черный роллс-ройс. Как только приближаюсь к машине, водитель выходит и открывает мне заднюю дверь, не сказав ни слова.

Сажусь в роскошный кожаный салон с бежевыми диванами, пахнущий чем-то терпким, вызывающим странную реакцию в виде мурашек. Немного теряюсь оттого, что Ричарда нет. Но не задаю вопросов водителю. Спустя какое-то время он вообще поднимает разделяющую нас темную перегородку.

Рассматривая пейзажи ночного города, с тянущимися вдоль дороги пальмами, толстые стволы которых украшены гирляндами с теплым светом, ощущаю, как с каждой минутой нарастает тревога. Я согласилась сама не зная на что. В этом мужчине есть что-то странное и опасное.

Примерно через полчаса обращаю внимание, что мы движемся по одному из самых престижных районов Майами похожего на тот, в котором я выросла, но с более дорогой недвижимостью. Это и не удивительно. Состояние Ричарда насчитывает не одну сотню миллионов долларов. Он даже успешней, чем когда-то был мой отец. Странно, что раньше я не видела его в наших кругах, когда еще позволяла себе появляться на пафосных мероприятиях элиты города. Но что больше всего вызвало у меня вопросы, когда я искала информацию о нем в интернете, которой оказалось не так много, что в свои сорок пять он не женат и никогда не был. И никаких данных о возможных детях.

Спустя несколько минут, водитель заезжает на подъездную дорожку и останавливается напротив гаража, примыкающего к трехэтажной современной вилле.

Снова без всяких слов, мужчина открывает мне дверь, и я выхожу из салона. Сердце начинает отбивать сбивчивый ритм, и волнение нарастает с геометрической прогрессией.

– Вивиан, – раздается сбоку знакомый низкий голос, и я поворачиваюсь, увидев, идущего ко мне Ричарда.

Стараюсь взять себя в руки, на автомате проходясь по нему взглядом. На широкоплечем торсе надета серо-голубая сорочка с закатанными рукавами, открывающие сильные руки с хаотично тянущимися венами. Целых три верхние пуговицы оказываются расстегнутыми, и я могу разглядеть загорелую рельефную грудь с небольшой порослью волос. На узких бедрах немного потертые синие джинсы. Кажется, что бы он не надел все на нем будет смотреться идеально.

– Добрый вечер, Ричард, – натягиваю улыбку.

– Замечательно выглядите, – произносит, смотря мне прямо в глаза.

И снова никаких пошлых взглядов с его стороны.

– Благодарю, – из-за волнения сжимаю сумочку в руках до хруста.

– Пойдемте, я покажу вам свои владения, – указывает в сторону парадного входа.

– Наше свидание пройдет в вашем доме? – не двигаюсь с места.

– А вы что-то имеете против?

– Не ожидала, что вы сразу же пригласите меня к себе.

– У нас немного нестандартная ситуация, – уголок губ приподнимается в едва заметной улыбке.

Мгновенье смотрю в его глаза, и что-то в них дает уверенность, что с ним мне ничего не угрожает. Но для непредвиденного в моей сумочке имеется баллончик.

– Показывайте уже.

Ощущаю, как подрагивают ноги, идя рядом с ним.

– Волнуетесь?

– Немного.

– Почему же?

– Давно не ходила на свидания.

– Ни за что не поверю.

– Ваше право. Но это так, – долго и изучающе посмотрев на меня, он наконец-то отводит свои пронзительные глаза, не став уточнять.

Мы входим в холл, поражающий своим масштабом и красотой. Открытое пространство выдержано в светлых тонах с покрытыми мраморной плиткой полами, блестящими от чистоты. Все окна в доме панорамные, и на первом этаже почти нет стен. Холл плавно перетекает в гостиную с большим встроенным в стену газовым камином, над которым висит плоский телевизор. Напротив стены стоит угловой черный кожаный диван. Гостиная совмещена с такой же светлой кухней, на которой хлопочет какая-то женщина примерно возраста моего отца.

Заметив наше появление, она быстро вытирает руки о свой фартук и с дружелюбной улыбкой идет к нам.

– Вивиан, это Фелисия. Моя домработница, повар и экономка в одном лице. Сегодня она приготовит для нас ужин, – Ричард представляет мне приятную на первый взгляд женщину с кудрявой копной темных волос.

– Добрый вечер, Фелисия. Очень приятно познакомиться с вами.

– Добро пожаловать, мисс Палмер. Рада видеть в нашем доме такую красивую женщину.

– Спасибо, – ее слова немного сбивают.

– У вас есть какие-нибудь предпочтения в еде?

– Ээм…нет…я всеядна.

– Как же приятно слышать это от девушки с такой стройной фигурой и не мучающей себя диетами.

– Никогда не сидела на диетах.

– Вот и замечательно.

– Фелисия, возвращайся на кухню. А я пока покажу Вивиан свой дом.

– Конечно, мистер Уильямс.

– Пойдемте, я покажу вам самое мое любимое место в этом доме, – обращается ко мне Ричард, когда женщина уходит.

По необычной парящей лестнице, поднимаемся на третий этаж, и дух захватывает. Помещение занимает целый мансардный этаж. И в нем вообще нет стен, а только окна от пола до потолка. Дом находится на возвышенности и со всех сторон открывается потрясающий вид на ночной Майами.

Только сейчас обращаю внимание, что весь этот этаж оборудован под кабинет.

У центрального окна стоит рабочий стол из красной породы дерева с компьютером и всем необходимым для работы.

Но меня больше интересует вид за окном. И не удержавшись, я подхожу к нему, положив руки на стекло.

– В ясные дни отсюда можно увидеть побережье, – за моей спиной звучит голос Ричарда.

– Очень красиво. Должно быть, вы проводите здесь много времени?

– Чаще всего ночью. Я люблю работать по ночам.

– А когда же вы спите?

– Мне хватает четырех часов для сна.

– Моя мама всегда говорила: те, кто не спит по ночам, неспокойны душой.

– И почему же она так говорила?

– Не знаю, – пожимаю плечами, ощутив тоску.

– Что вы любите, Вивиан? – летит внезапный вопрос.

– Своего отца, – выпаливаю первое, что приходит в голову.

– Я не спросил кого, я спросил, что вы любите?

– Ээм…я люблю океан. Люблю старые черно-белые фильмы, слушать музыку на пластинках, – невольно начинаю улыбаться. – Люблю лошадей и верховую езду. Хорошее белое вино. Клубнику и клубничное мороженое. Я люблю побыть наедине с собой. Люблю ходить босиком по песку. Мне дальше перечислять? – поворачиваюсь к мужчине, увидев на себе задумчивый взгляд.

Ричард отвечает не сразу. Кажется, он пытается переварить все, что я сейчас наговорила. А я же удивляюсь тому, что позволила себе такую откровенность с почти незнакомым мне человеком.

– Достаточно. Вы сказали, что любите лошадей?

– Верно.

– Я хочу показать вам еще кое-что.

Снова спустившись вниз, мы выходим через боковую дверь и идем по выложенной плитке дорожке. Следую за Ричардом, идя немного позади, и рассматриваю широкую спину. У него очень уверенная походка, и даже по ней можно сказать, что этот человек точно знает, чего хочет, и всегда добивается своих целей. Вот только я так до сих пор и не разобрала, какую цель он преследует по отношению ко мне. Банальное «я так хочу» совсем не убедило меня.

Мы подходим к одноэтажному зданию с темными воротами и небольшими прямоугольными окнами. Уже по доносящемуся знакомому запаху я начинаю догадываться о том, что увижу внутри. И от этого сердце заходится в бешеном ритме. Кровь начинает бурлить по венам быстрей.

Ричард распахивает ворота, и передо мной возникает денник с лошадиными стойлами по обеим сторонам широкого коридора.

– Вы держите лошадей? – перевожу взгляд на него.

– Я их развожу.

– Потрясающе, – на выдохе произношу. – Я хочу посмотреть на них.

– Здесь находится лишь малая часть. Но самых лучших.

Ступаю по бетонному полу, и меня сразу тянет к стойлу, из которого выглядывает большая голова дымчато-серого жеребца.

– Как его зовут? – останавливаюсь рядом, с восхищением рассматривая величественное грациозное животное.

– Туман.

– Ну здравствуй, Туман, – подношу руку и прохожусь ладонью от макушки к носу животного.

– Туман – чистокровный арабский жеребец и мой любимчик.

– Ты очень красивый, мальчик. Ты ведь знаешь это? – слегка тяну за ухоженную гриву.

В какой-то момент жеребец издает фыркающий звук и сам начинает толкаться к моей руке.

– Вы ему понравились, – заключает Ричард.

– Мне он тоже.

– Откуда у вас любовь к лошадям?

– От мамы, – не могу оторваться от животного. – Она с юного возраста каталась верхом и много времени проводила на конных ипподромах. А когда я подросла, она начала водить туда и меня.

– Что случилось с вашей матерью?

– Она умерла восемь лет назад от разрыва аневризмы аорты сосудов головного мозга. Ей было всего тридцать шесть, – грудь сдавливает от врезающихся в голову воспоминаний. – Это случилось ночью, когда папа был в командировке. Меня разбудил какой-то звук, и когда я зашла в мамину с папой комнату, я нашла маму в ванне. Она стояла, держась за голову двумя руками, а под ногами у нее лежали осколки разбитой баночки из-под крема. Я попыталась заговорить с ней. Но она уже никак не реагировала. Когда она начала оседать на пол, я подбежала к ней и прижала к себе. Я плакала и звала ее, но она быстро умерла прямо на моих руках, не издав ни звука. Ее красивые глаза мгновенно потухли и стали стеклянными, – заканчиваю свой рассказ, не сразу осознав, что прижимаюсь щекой к жеребцу, который застыл на месте.

– Вы похожи на свою мать?

– Да, очень похожа. Как вы догадались?

– Вы совсем не похожи на отца.

– Это правда. У меня только цвет его глаз.

– Ваша мать была очень красивой женщиной, – не знаю, как реагировать на его слова.

На какое-то время воцаряется тишина, и я ощущаю, как заметно изменилась атмосфера вокруг.

– Пора вернуться в дом. Ужин скорей всего уже готов.

– Да, конечно, – нехотя отпускаю лошадь. – Рада была познакомиться, Туман.

Когда входим в дом, в воздухе витает приятный запах и мой рот мгновенно наполняется слюной. Мы располагаемся за высокой барной стойкой, визуально отделяющей кухню от гостиной, которая красиво сервирована для двоих.

– Фелисия, принеси из моих запасов самое лучшее белое вино, – просит Ричард, и я кидаю на него взгляд, но его лицо не отражает ровным счетом ничего.

Или этот мужчина умеет тщательно скрывать свои эмоции, или они для него сильная роскошь.

– Конечно, мистер Уильямс.

– Откуда у вас появилась любовь к лошадям? – интересуюсь у него.

– Когда-то давно я работал смотрителем в конюшне. Ухаживал за лошадьми. Готовил их к скачкам.

– Я думала, что… – запинаюсь, не зная, как продолжить свою мысль.

– Что я так же, как и вы родился с золотой ложкой в зубах? – заканчивает за меня, но из его уст это звучит слишком грубо.

– Да, – делаю вид, что его слова меня никак не задели.

– Я вырос в приемной семье. Моя биологическая мать отказалась от меня, когда мне было три года. С четырнадцати лет я уже начал работать и зарабатывать свои собственные деньги. А в семнадцать ушел от приемных родителей, пожелав жить своей жизнью. В двадцать три я открыл свой первый бизнес, который прогорел в первый же год. Вторая попытка через два года была более успешной, но не все было гладко. Только ближе к тридцати годам мое окружение считало меня уже достаточно успешным человеком. Но были и те, кто все равно смотрел свысока.

– Уверена, вам было очень непросто.

– Все, что случилось со мной, сделало меня тем, кем я сейчас являюсь.

Возвращается домработница и передает Ричарду бутылку дорого вина.

– На сегодня ты можешь быть свободна, Фелисия. Жду тебя завтра утром.

– Конечно, сэр. Хорошего вечера, – женщина уходит, и я слегка напрягаюсь, понимая, что мы остались в доме одни.

Молча наблюдаю за тем, как мужчина разливает вино по бокалам.

– Вы можете уже положить свою сумку, Вивиан. С ней ничего не случится, – только сейчас понимаю, что до сих пор прижимаю ее к себе.

Опускаю взгляд на сумку, и на мгновенье теряюсь.

– Только не говорите, что вы взяли с собой что-то, чем собираетесь защищаться от меня?

Сглатываю слюну и перевожу взгляд на Ричарда, уловив шутливые огоньки в зелено-голубых глазах. Не знаю почему, но внутри меня есть полная уверенность, что переживать совершенно не за что.