Читать книгу "Materia Prima – 7. Вступай в Культ"

Вова Бо
Materia Prima – 7. Вступай в Культ

Глава 1. Это моё кресло, и я буду за него биться насмерть

Я стоял на одной из вышек стены и внимательно наблюдал за раскинувшимся передо мной полем битвы. Свинцовые облака принимали более светлые оттенки – значит, наступало утро, но бой и не думал прекращаться.

И зрелище, честно говоря, выглядело эпично.

Тысячи мёртвых продолжали подступать к стене, тысячи уже лежали под ней грудами костей. Десятки золотых куполов, вроде того, что создал Грэм, раскиданы вдоль всей линии боя. Только эти были больше и мощнее.

Стена буквально горела и дымила. Кто-то разлил масло и поджёг его, так что нежити приходилось карабкаться сквозь пламя. Но только мелкой нежити, обычной. Я думал, что самые крупные твари – это некротические големы, но я ошибался. Тут были великаны. Буквально великаны.

Мёртвые, с посиневшей кожей, одетые в обрывки одежды из сшитых шкур, вооружённые стволами древних деревьев, словно дубинами. Самый низкий из них достигал пятнадцати метров в высоту. Самый высокий был почти вровень со стеной.

Именно они несли основную опасность, потому что под ударами этих чудовищ крошился камень. Пролом, о котором говорила Нила, я видел. И в нём как раз лежало сразу два великана, окончательно упокоенных. Ноги с одной стороны стены, головы с другой.

На их спинах стояли защитники из числа служителей Апола, по телам великанов карабкалась нежить, но церковники не отступали ни на шаг.

В небе кружили птицы, похожие на глубинных птаров, только перепонки на крыльях давно иссохлись и сейчас походили на рваные паруса. Но тем не менее некротическая энергия позволяла им летать и пикировать на головы защитников.

Армия нежити была столь многочисленна, что некротическая аура сливалась в единое полотно светло-голубого цвета. Их встречала ровная золотая стена божественных благословений. Две стихии столкнулись на краю стены, и никто не желал уступать.

Защитников было в разы меньше, но сейчас здесь сражались все, в том числе и сильнейшие, лучшие из лучших. Я не мог не признать, насколько эффективна была церковная магия против нежити. Апол Защитник не подвёл свою паству.

Нежить брала количеством, а не качеством. Но и этого хватало, чтобы чаша весов качалась из стороны в сторону.

И только одна фигура в центре не давала ледяной волне мёртвых затопить земли за стеной. Борроуз, маг Апола, спирит третьей ступени. Он не стоял на стене, а парил над нею. В белых одеяниях, с золотыми крыльями за спиной, сотканными из божественной энергии, сейчас он больше всего походил на самого Апола, каким того изображают в церкви. Разве что в руках он сжимал массивный посох, а не меч.

От Борроуза исходили пульсирующие волны света, поддерживающие защитников и ослабляющие нежить. При этом сам маг периодически атаковал и напрямую. Либо широкой волной золотой энергии, от которой нежить рассыпалась буквально сотнями. Либо концентрированным лучом. Один такой прямо на моих глазах лазером распилил великана от ключицы до пупка.

И несмотря на вал из мёртвых тел и костей, по которому можно было взобраться практически до верха стены, люди побеждали. С потерями, с трудом, но побеждали. Нежити осталось не так уж и много по сравнению с тем, сколько уже лежит под стеной.

Примерно к обеду нежить истребят окончательно. И это пугало меня даже больше, чем масштабный прорыв. Не сходилось.

Я уже даже сам начал подумывать, что ошибся в Борроузе, что он вовсе не лич, которого я видел на площади. Может, это его брат-близнец или какой-нибудь клон, на худой конец пластическая магия, меняющая внешность, как у братца кота.

Но потом вспоминаю нашу встречу, его взгляд. Нет, он меня точно узнал, это был он. Да и не стала бы нежить отворачивать в сторону от основного пути на мой особняк. Может, какая-то заблудившаяся мелочь и добралась бы, но не армия под руководством Полководца.

А эта атака на стену? Это что вообще такое? Нежити десятки тысяч, защитников сотен семь-восемь. Ну может тысяча. Да ударь нежить равными группами по всему периметру, форт сейчас бы уже доедали, окружив со всех сторон. Что за дохлый гений тактики это спланировал?

Нет, нежить повели в одну точку. Очень удобно, чтобы оборонять. И никто другой, кроме Борроуза, не мог отдать им приказ. Тогда я не понимаю, почему он сейчас сражается против нежити. В чём его план?

С этими мыслями я и вернулся в особняк. В любом случае у меня есть немного времени, надо подготовиться получше.

В особняке всё было… спокойно, что ли? Шипогривы дерутся с корнями Обнимающего, пытаясь отобрать друг у друга кости. Суббота грызёт хвост ящерицы, который он притащил ещё от стены. Люди хоть и нервно косятся на чудовищ, но занимаются своими делами.

Грэм начертил большую печать на старом ипподроме во дворе. Спириты потихонечку стаскивают в неё останки дохляков, а печать сдерживает некротическую ауру, не позволяя нежити восстать.

Обычные люди помогают с баррикадами и укреплениями, разбирают завалы, раскапывают то, что осталось от лужайки. Там в земле слишком много костей, и не всё может контролировать Обнимающий. Как бы ещё один голем тут не собрался.

Котейка же показывает, где копать в первую очередь, люди Чарли обезвреживают, Яркий следит за общим состоянием и вовремя меняет работников, чтобы те не надышались некротической аурой.

– Потери? – спросил я у Сектора, заходя в дом.

– На удивление нет, – произнёс тот. – Но у нас пара десятков раненых, в том числе и очень тяжёлых. Они в подвале, за ними ухаживают, но им нужно полноценное лечение.

– В Алеппо сейчас не попасть. Может быть, ближе к вечеру, но вряд ли.

Я спустился в подвал и зашёл в помещение лазарета. И первый, кого я увидел, это Уильям со своими людьми. Он сидел у одной из коек, когда я услышал доносящийся оттуда голос:

– Скажите отцу, что я не струсил. Что я сражался до самого конца. Изо всех сил.

– Чего у вас тут происходит? – подошёл я ближе.

– Сэр Рейн, – обернулся на мой голос Уильям.

Посмотрел на сына главы местной мафии. Выглядел тот как настоящий наёмник и охотник за нежитью. Побитый, измученный, уставший, под глазами синие круги, но взгляд твёрдый, уверенный. Ну и энергетическое истощение в полной красе.

Пацан явно не имел большого боевого опыта, так что моментально перенапрягся, израсходовав кучу энергии.

– Николас умирает, – произнёс Уильям. – Принял удар вместо меня. Нежить цепанула когтями, некротизация вот-вот доберётся до сердца. Я должен быть со своим человеком, когда это произойдёт.

– Ага, а помощь ему уже оказали? – я глянул на парня, это был тот самый новичок.

– Всех раненых обрабатывал Спрут, – произнёс Сектор из-за плеча. – Тех, кого цепанули когтями и клыками, в первую очередь. Как ты и сказал.

– Ага, – подошёл я ближе и склонился над Николасом. А затем пинком спихнул его с койки. – Ну так а хрен ли ты тут разлёгся, симулянт. Вали наверх, кости сами себя не соберут.

– Сэр Рейн. Его нежить ударила в грудь, – Уильям таращился на меня круглыми глазами. – Он вот-вот обратится в нежить.

– Эй, слушайте все. Никто не обратится в нежить, некротизацию уже вылечили. Так что даже если вас укусили, вы уже здоровы. Так что поднимайте свои жопы и наверх, работать, – я похлопал в ладоши для убедительности. – Давайте, давайте, пошевеливаемся. Вместе пашем, вместе добычу делим. А добычи там дохренища. Нет, кроме тебя, здоровяк, ты лежи. Тебе и без некротизации хреново. И кроме тебя. И вы пятеро тоже. О, Логос, дайте им кто-нибудь зелья, а?

– Так я что, не умру? – с надеждой ощупывал повязку на груди Николас. – Холода я и впрямь не чувствую.

– Если продолжишь и дальше валяться, я тебя лично добью. Иди наверх, Чарли подберёт тебе работу полегче, чтобы швы не разошлись. Это всех касается.

– Сэр Рейн, – осторожно произнёс Уильям. – Как так? Некротизацию невозможно исцелить полностью.

– Ага, как и твою вязь. Однако же у меня целое крыло на первом этаже до сих пор льдом покрыто после твоего боя.

– Ваш слуга… Этот Спрут, он не только вязь, он ещё и некротизацию лечит?

– Типы энергии разные, а суть одна и та же. Чужеродный эйб в организме. Так что да.

Сказал и сам задумался, насколько я прав. Ведь действительно, принцип некротизации чем-то схож с вязью, только форма заражения более агрессивная. Это натолкнуло меня на какую-то мысль, но я никак не мог уловить её суть. Ладно, оставлю в голове заметку на будущее, сейчас и других дел по горло.

Обрадованных раненых рассортировали. Тех, кто могли двигаться, отправили наверх, остальных принялись усердно лечить. Только тут до меня дошло, что это помещение отвели не под лазарет, а под морг. Тут были те, кто пострадал не от оружия или ещё чего, а от прямых атак нежити.

То есть все были уверены, что в этом помещении скоро появится несколько десятков зомби, и просто давали им время дожить последние минуты. Поэтому тут стоял Шут с парой ребят. Чтобы добить, если что.

– Слава яйцам, – пробормотал он с облегчением. – Я уж думал, придётся грех на душу брать. Тьфу ты, хорошо, что сразу не грохнули.

Я же сходил в комнату Нилы и проведал её. Девушка была измотана, но её жизни ничто не угрожало. Разобравшись с остальными делами, понял, что моё присутствие не особо и нужно. Яркий, Сектор и Чарли неплохо разделили обязанности и держат ситуацию под контролем.

Поэтому я позволил себе несколько минут отдыха. Забрался на крышу, чтобы просто посидеть. Но тут меня ждал очень неприятный сюрприз, от которого у меня начал дёргаться глаз.

– Это моё кресло, – обреченно произнёс я.

В ответ Суббота лишь прорычал что-то нечленораздельное, продолжая при этом грызть хвост ящера. Затем поворочался, устраиваясь поудобнее. Разумеется, обшивка кресла на каждое движение отвечала лишь новыми дырами, из которых тут же лез наполнитель.

– Кажется, он с тобой не очень согласен, – усмехнулся Роджер.

Я повернулся, пытаясь перебороть эмоции. Глянул на его новенькое кресло, в котором он развалился. Роджер успел где-то раздобыть солнечные очки и широкополую шляпу. Ему только коктейля с зонтиком не хватало.

– Во-первых, – произнёс он, – это твой подарок, так что отбирать его обратно как минимум некрасиво. Во-вторых, это моё кресло, и я буду за него биться насмерть. Предупреждаю.

Справедливо. Я бы за своё тоже бился. Но не с Субботой. Тем более не с таким Субботой. Нет, в прошлый раз, ещё в замке Реборн, я бы наверняка попытался прогнать шипогрива в подобной ситуации. Но тогда он был вдвое слабее по эйбу, в полтора раза меньше, у него не было багряной ауры и собственной стаи.

Короче, есть ощущение, что я качаюсь просто, чтобы догнать наконец собственного пса в развитии. И неизменно отстаю.

– Зря ты так расстраиваешься, – произнёс Роджер.

Я спокойно пододвинул старое скрипучее кресло-качалку и уселся в него. Суббота зарычал.

– Что, мне уже и на собственной крыше посидеть нельзя? Или крыша тоже твоя? Учти, тогда тебе придётся драться сначала с ним, – я кивнул в сторону Роджера.

Шипогрив ещё пять секунд порычал для виду и вернулся к недогрызенному хвосту. Я лишь выдохнул и откинулся на спинку. Пейзаж, конечно, стал значительно хуже, чем до битвы. А ведь он и до этого был не ахти.

– Запах, – произнёс Роджер.

– Запах что?

– Он занял твоё кресло, потому что на нём твой запах. Это, – он помахал рукой, подбирая слова, – как знак… Не знаю, привязанности. Верности. Мне Коричка объясняла, когда я налаживал контакт с Пламеняшкой.

– Хм… Теперь как-то и злиться на него неудобно. Но я так вообще без кресел останусь.

– Такова цена верности. Не самая высокая плата, согласись.

Забавно. Интересно, Роджера я тоже приручил за кресло? Или ещё нет?

– Он просто приходит и уходит, когда ему вздумается. Вряд ли это можно назвать верностью.

– А как иначе? Он же приходит. И ещё привёл тебе стаю.

– Это его стая.

– Нет. Он ткнулся тебе в ногу, я видел. Он признаёт твоё главенство, ты альфа. А у стаи может быть только один вожак. Так что готовься, тебе понадобится очень много кресел.

От ответа меня отвлёк шум. Кто-то поднимался. Шаги нарочито громкие и при этом мягкие. Никто из моих так не ходит. Никому из них не нужно предупреждать заранее, я и так их услышу. Значит, это был Грэм. Значит, он прекрасно понял, что я не могу почуять, когда он приближается, и сейчас нарочно шумит.

– Рейн, – раздался голос паладина за спиной. – Со мной связался командующий на стене Борроуз. Если Рейну интересно, нападение отбито, стена выстояла.

– Со вторым утверждением я бы поспорил, там дыра размером с мой особняк.

– Скоро это перестанет иметь значение. Командующий Борроуз просил передать, что он ждёт Рейна на личную встречу через три дня.

Я напрягся. Ничем хорошим от встречи с личом и не пахло. Разве что смертью и могильным холодом.

– Командующий предлагает встретиться в городе, но если Рейн откажется, он может явиться лично.

– Угроза? Быстро он меняет тактики. Передай Борроузу, что я приду.

Сказал и сам задумался. Глядя на пепелище, оставшееся от моей лужайки, понял, что завидую Борроузу. Если у него есть какие-то проблемы, он просто может приказать армии нежити, и нет у него никаких проблем.

И тут картинка в голове сложилась.

– Четверг, у меня гениальная идея.

– Утверждение, мягко говоря, спорное.

– Мне нужна армия. Сильнейшая в Логосе армия. Собственная, абсолютно лояльная и такая, которую вообще будет не жалко.

– Сбавь обороты, я уже обдумывал эту же идею. Но пока что под эти требования лишь тебя нашел.

– Я знаю, где ее достать.

– Нейрозадом чувствую, сейчас какую-то дичь сморозишь.

– Нам нужно попасть в самое сердце полуострова.

– Слушай, помнишь ты грозился перенести меня в картошку? Так вот, я согласен.

Глава 2. Он даже мёртвому медицинскую страховку продаст

– Не понимаю я местных, – произнёс Сектор. – Они же в среднем довольно крутые ребята, а шипогривов за сто метров обходят. Нет, зверь опасный, кто спорит. Но они же вчера мертвяков только в путь гоняли, а это ведь вообще какая-то нездоровая чертовщина.

– Ты смотришь со своей колокольни, а они со своей. Ты жил на свалке, а нежить только здесь увидел. А они с нежитью бок о бок живут, а вот в глубину большинство из них спускалось один раз в жизни, и то под инициацией.

– И что?

– Для них шипогрив – это что-то, что показывают в передвижных цирках. В одном ряду с другими чудовищами. А ты, я смотрю, уже решил показать свою удаль.

– Да нет, – Сектор смущённо спрятал перебинтованную руку. – Просто один из них сам ко мне полез. Ну я и погладил. Кто ж знал, что у них шипы настолько острые.

– Не переживай. Подтянем тебя по эйбу совсем чуть-чуть, и вновь станешь Железнокожим. А пока всё же перчатками обзаведись.

– Откуда твой Суббота вообще нашёл целую стаю? Не в глубину же он за ней нырял?

– Не знаю. Может, и в глубину. Я вообще не перестаю удивляться этому псу. Давай уже к делу.

– К делу… Дела нормально. Насколько это возможно. Стену разгребать будут ещё неделю. А хоронить останки ещё месяц. Чарли сказал, что можно воспользоваться восточным проходом, чтобы попасть в Алеппо, через него сейчас ходят разведчики.

– Когда Чарли отправляется?

– Скоро. Тяжелораненых в первую очередь, немного сундуков, первую партию. Обратно потащим лекарства и припасы. Только Чарли хотел к тебе лично прийти, переговорить. Не приходил?

– Ещё нет. План нормальный, если есть проход, надо отправляться. Заодно Уильяма вернём отцу, а то разнервничается ещё. Нам ведь нервного мафиози тут только и не хватает.

– Ладно, пойду проконтролирую.

Сектор ушёл, я остался сидеть на крыше, наблюдая за раскинувшейся внизу деятельностью. Роджер куда-то свалил, так что я наслаждался тишиной, как мог.

Работы предстояло много. Про лужайку, дорогу и фонтан вообще молчу, тут надо сначала пласт спекшейся земли снять, потом уже что-то делать можно будет. Но особняку тоже досталось.

Почти весь фасад держится на честном слове, каким чудом не обвалилось ничего, я не представляю. Скорее всего на рунах укрепления держится. Кстати, надо бы уточнить у Грэма, сколько те будут действовать.

Сам я не делал ничего. И если честно, то вообще не понимал, почему остальные что-то делают, хотя их никто не просил. У меня сложилось стойкое ощущение, будто бы это я пришёл в чужой дом и просто занимаю спальное место. А настоящие хозяева почему-то работают, суетятся, что-то делают. И почему-то при этом решили, что главный тут я.

Оно как-то само собой получилось, что люди начали считать особняк своим, может быть временным, но родным домом. И потому стараются всё здесь обустроить. Может, боятся, что я их выгоню? Да только мне-то что? Пусть живут, места полно, мне не мешают. Да и оно как-то… поживее что ли.

– Рейн? – раздался за спиной голос Яркого.

– Привет, Джордж.

– Чарли уже говорил с тобой?

– Мне кажется, Чарли уже со всеми поговорил, кроме меня.

– О, здорово. Тогда лучше я скажу. Я присяду?

– Да, конечно. Только учти, что за это кресло тебе придётся драться с вожаком шипогривов.

– А… А это?

– С психопатом-пиромантом в кроличьей маске. Это тот, у которого мина в затылке.

– А… А зачем ему мина в затылке?

– Говорю же, псих.

– Ясно. Я лучше на ящичек присяду тогда.

– Вот и я так же решил. Шут с этими креслами.

– Я чего пришёл. Хотел поговорить по поводу твоего этого аппарата. Который со Спрутом, как мне рассказали. Который лечит вязь, некротизацию и, поговаривают, даже мужское достоинство больше становится.

– Последнее вряд ли, хотя наверняка утверждать не стану.

– Но самое главное я видел своими глазами. Берсерк с ледяной магией.

– И что? У Уильяма неплохой запас энергии в ядре, вполне может себе позволить иметь в арсенале хотя бы одно атакующее заклинание.

– Ясно, – покачал головой Яркий. – Рейн, я буду говорить прямо, чтобы не тратить время понапрасну. Ты вообще понимаешь, как устроено развитие спиритов?

– Конечно.

– Нет, ты не понял. Я говорю про нормальных, обычных, среднестатистических спиритов. Не со свалки. И уж точно не про тебя.

– Нормальный я спирит, – возмутился я.

– Ага, как же. Давай я расскажу, как это происходит, хотя бы на примере Королевства.

В общих чертах я и сам знал, хотя глубоко в вопрос никогда не погружался. Мне было просто неинтересно, что и как там у других.

В каждом человеке в Королевстве есть немного эйба. Прямо совсем немного, примерно первый ранг свалки, максимум второй. Значения такие мизерные, что я даже исключил их из фильтров спектрального зрения как побочку.

При этом никаких особых способностей у людей нет. Чуть покрепче, реже болеют, быстрее всему обучаются, меньше едят, меньше спят, но всё это незначительные изменения. А вот если эйба к пятнадцати годам набирается выше среднего, то это уже претендент на поход в глубину.

К шестнадцати годам человек проходит ритуал инициации. Дорогое удовольствие, которое могут позволить себе далеко не все. Но если нет денег, всегда можно пойти на службу к короне. Инициация – это банальный туризм, как было на свалке.

Спускаешься в глубину в составе матёрого отряда, а затем быстро возвращаешься на поверхность. Для местных подобного хватает, чтобы сразу взять минимум половину первой ступени, а то и больше. Хотя погружаются они строго на первый слой.

И тут определяется вектор спирита. Не только в какую часть энергосистемы пойдёт эйб, но и первые способности.

Дальше стандартное развитие: кто побогаче – те хлещут чистый эйб, кто победнее – либо получают его за выслугу короне, либо идут в дайверы. Но и те, и другие, и третьи примерно раз в половину ступени спускаются в глубину.

И получают новые способности от Логоса, которые чаще всего синергируют с уже имеющимися. Золотой серединой считается взять вторую ступень. Это оптимальный баланс вложенных сил и результата. Обычно к этому моменту спирит владеет тремя-пятью способностями. Как повезет.

Хочешь дополнительных? Без проблем. Способности можно извлекать и передавать другим, предварительно тщательно очистив эйб от примесей. Можно даже копировать до определённого предела.

Но если не хочешь поиметь вязь, проблемы со здоровьем, а то и вовсе сломать себе энергоструктуру, то выбирать способности нужно в соответствии со своим вектором.

В Королевстве за это отвечает церковь Эбола. У них хранятся огромные базы знаний с каталогами. Какой вектор хорошо сочетается с какими способностями, что скорее всего работать не будет, а что может и сильно навредить.

Грубо говоря, в первое погружение определяется класс спирита, в дальнейшие погружения это направление углубляется. И есть возможность сделать шаг в сторону по своему желанию. Шагнёшь на два от основного вектора – получишь ослабленную версию того, что хотел. Шагнёшь на три – не получишь ничего, просто впустую потратишь место, ведь количество способностей напрямую зависит от того, насколько хорошо развита связь.

Шагнёшь в противоположную сторону – станешь слабее, потому что энергоструктура начнёт конфликтовать сама с собой.

На меня эти правила распространяются лишь частично. Мне Логос ничего не предлагал, кроме голого эйба. И я до сих пор не знаю почему. Разумеется, дело как-то связано с тем, что я ненастоящий человек, но как именно всё это работает, мы так и не выяснили.

Но зато на меня действуют ограничения по количеству способностей. И чем сильнее Четверг, тем больше активных программ он может поддерживать. Но даже в этом количестве я давно опережаю местных спиритов. А уж про то, что ничего у меня внутри не конфликтует, можно и не говорить.

Единственный мой внутренний конфликт – это вечные взаимоподколки с самим Четвергом. Но слушая Яркого, я не мог не отметить, что в его словах есть доля истины. Большинство способностей я брал из артефактов и эйба побеждённых врагов. Но они неизменно работали слабее оригинала или не так вовсе. Я это связывал с тем, что часть программы терялась при очистке, но вполне возможно, что направленность вектора тоже имеет значение.

Правда, какой у меня может быть вектор, если я сам решаю, что мне использовать?

– В общем, – подытожил Яркий, – Ледяной берсерк, это не совсем то, что одобрила бы церковь Эбола. И вязь парнишки тому наглядное подтверждение.

– И к чему ты клонишь, Джордж?

– К тому, что если твоя машина способна нейтрализовать побочные эффекты, то это уникальный товар.

– Ага, – кивнул я. – Узнаю старого доброго торгаша Джорджа.

– Ты пойми, Рейн. Да, я вижу в этом огромный потенциал, но я ведь не обогатиться за твой счёт пытаюсь.

– Так, стоп, – поднял я руку. – Я понимаю, что сейчас начнётся, так что у меня есть одно условие для начала. Пошли.

Мы спустились с крыши, а потом ещё и в подвал. Добрались до комнаты с оборудованием, где я указал Джорджу на платформу.

– Зачем? – не понял он. – Я чувствую, что это поможет убедить тебя, Рейн, но не понимаю, как именно.

– Вот именно так и поможет. Ты говорил, что тебе от Логоса досталась способность. Ты интуитивно понимаешь, как получить от человека желаемое. Сейчас ты собираешься использовать эту способность на мне, ты ведь это не контролируешь. А я хочу контролировать.

– Что ж… Ладно.

Он лёг на платформу и сложил руки на груди. Спрут не появился, но сканирование пошло, так что я просто уселся рядом.

– Продолжай, Джордж. Я внимательно слушаю.

– Я просто посчитал немного. У бойцов Чарли в среднем по две способности. Но в Алеппо легко можно накупить новых, крайне полезных в борьбе с нежитью. Можно набрать оптом по дешёвке очень грязного эйба, способности от глубинных монстров или множество раз копированные. Твоя машина сможет их привить и при этом избавить от всех недостатков. При этом спириты смогут закрыть свои главные слабости, я ведь прав?

– Думаю, да.

– Представь магов, обладающих рывками. Такие будут мобильными бойцами, не нуждающимися в прикрытии. Умелые воины с собственной защитой, которые могут рубиться с толпой, не боясь помереть от шальной атаки. Тяжёлые рыцари, но обладающие заклинаниями контроля или стягивания врагов. Им не нужно будет разрываться, чтобы защитить всех, ведь атаковать будут только их. Целителя с мечом в руках или луком, который не будет обузой в и так здоровом отряде.

– Это повысит боевой потенциал отряда Чарли.

– Смотри дальше, Рейн. Не у всех есть деньги на подобное. Не все хотят служить короне или нести службу на стене. Тебе не нужны сильные воины, которые потребуют огромной оплаты, ты можешь набрать бедняков и сделать из них верную гвардию.

– Мне не нужна гвардия.

– Но людям нужна защита. Нежить никуда не исчезла. А исчезнет, так на её место придёт другая угроза, уж тебе ли не знать. Тебе нужны деньги, чтобы отремонтировать особняк, построить стену, выкопать ров, по-хорошему где-нибудь крокодила достать, а это тоже деньги. Даже обычных людей, работяг, можно здорово укрепить. Тогда они смогут кинуть рукав до моря, я видел насосную станцию, мы решим вопрос с водой. Тебе нужен эйб, много эйба. Для госпожи Нилы, господина Сектора, да и лампочки в особняке явно горят не за спасибо.

– Ага. И мы подходим к деньгам. И сколько ты предлагаешь брать за процедуру?

– Честно? Я знаю, что скажу то, что вы хотите услышать, но я и сам хочу это сказать. За уникальный дар надо брать столько, сколько человек может заплатить. Богатеев вытрясти до дна. Но если человек умирает от вязи или некротического поражения, он должен быть вылечен.

– Звучит утопично. Но не забывай, что каждая процедура жрёт энергию. Ты прав, мне нужен эйб, много эйба. Некротический не подойдет, божественный тоже. Но то, что ты предлагаешь, это скорее трата, а не заработок.

– Поэтому надо тщательно подходить к вопросу. Бедный человек тоже может заплатить. Но не деньгами. У тех, кто пришёл со мной, нет ни монеты, но это не делает их бесполезными.

– Ясно.

– Это значит, что вы согласны? Хотя бы попробовать?

– Очевидно, да. Я прекрасно понимаю, что цены в храме Апола сегодня обвалились. Мы грохнули кучу нежити, ещё вчера такое количество некротического эйба стоило целое состояние. Но я видел то, что творилось под стеной. Наша добыча – лишь капля в море. А деньги нам нужны. Но и трубить на главной площади о чудо-машине не надо.

– Что вы предлагаете, господин Рейн?

– Ты первым вышел на контакт с местным торговцем.

– Вы про господина Альва? Мне до сих пор стыдно за этот казус.

– Тем не менее у нас с ним сложились деловые отношения. А его собственный сын будет лучшим гарантом качества наших услуг. Вот с его отца и начни. Поможем ему, его людям и тем, на кого он укажет. Цену определяй сам. Кого вести – тоже. Нужны руки – веди больных, нужны деньги – веди богатых. Если ты готов заняться этим делом, то я не против.

– Готов? Господин Рейн, у меня есть стойкое ощущение, что вся моя жизнь была подготовкой к этому моменту. Это ведь… Поворотный момент в истории. Сообщу Чарли, чтобы он прикупил все необходимое для его отряда.

Яркий слез с платформы, отряхнулся, и мы пожали руки.

– Ах да, самое главное, – вспомнил я. – Не хочу, чтобы посторонние сюда ходили. Так что оборудуй помещение на улице и перенеси оборудование туда. В пределах кольца всё будет работать.

Под кольцом я имел в виду территорию энергокупола, но Яркий это и так понял. Все видели странную незримую линию, где трава из зелёной резко становилась чёрной. И где густые деревья через шаг превращаются в голые скалы, на которых даже мох не растёт.

Яркий ушёл. Отправился вместе с Чарли и Уильямом, чтобы лично познакомиться с Вийто Альва, наладить деловые отношения и привести мне первых клиентов.

Рисковая затея, ведь я собирался устроить прямую конкуренцию церкви Апола. Не в целом, но часть их дохода я точно срежу. Зачем больному вязью платить по сотне золотых до конца жизни, когда можно исцелиться раз и навсегда? Так ещё и способности почти не пострадают.

У Нилы был тяжёлый случай, но Уильям исцелился практически без потерь. Да что там говорить, я даже за операцией не следил, Спрут сам со всем справился.

Но придётся рискнуть, потому что ресурсов у меня нет, а они мне позарез нужны. Мне бы и самому прокачаться стоило, ещё и одежду запитать нормально, оружие даже наполовину не заряжено до сих пор.

Вроде бы столько мастеров старались, а я словно в фантики упаковался. Выглядит красиво, а на деле даже треть потенциала не используется.

Вопрос только в том, согласится ли Вийто? Пойдёт ли один столп Алеппо против другого? Впрочем, к нему же Яркий отправился. Он даже мёртвому медицинскую страховку продаст, если понадобится.

Я и сам был готов согласиться примерно на этапе рва с крокодилами, просто хотел собрать побольше данных.

– Что скажешь? – спросил я Четверга.

– К моему удивлению, он говорил правду. Это не бред сумасшедшего, это действительно какая-то способность.

– Он видит будущее? Или как-то создаёт альтернативные слои реальности, через которые прогоняет варианты диалогов?

– В том-то и странность. Его способность вообще иначе работает. Он словно бы принимает какие-то сигналы во время разговора. Ровно перед тем, как что-то сказать.

– Сигналы? Инопланетяне? Рептилоиды? Демоны? Хаос? Только не говори, что это просто Логос.

– Снимай шапочку из фольги. Кстати, а можно сделать из шапочки из фольги реальный артефакт? В Логосе же наверняка такое прокатит. Какая-нибудь защита от ментальных воздействий появится.

– Четверг.

– Да не знаю я, – признал наконец компаньон. – Нет никакого источника сигнала. Только приём. Он как ходячая антенна. Похоже, он и впрямь настроен на какую-то волну, которая даёт ему подсказки.

– Ага, Логос-ФМ, значит. Что дальше? Реклама от мироздания? «Вступай в ряды Форсайта, приводи друга и получай бонусы за регистрацию»?

– Согласись, было бы удобно. Реклама прямо в мозг. Разумеется, было бы удобно, владей этой технологией я.

– Ты хотел сказать «мы»?

– Ты же знаешь, что не хотел.

До назначенной встречи с личом, он же новый герой-защитник Алеппо, командующий Борроуз, оставалось два дня с небольшим. Я же решил, что не стоит идти на встречу с пустыми руками. Надо подготовиться.

Поэтому я убедился, что в особняке несколько дней справятся и без меня, собрал немного припасов и отправился в путь. Надо было кое-что проверить, и дорога лежала в самое сердце полуострова.

– Что, дружок, хочешь пуститься в очередное приключение? – потрепал я Субботу. – Только ты и я, как в старые добрые.

Тот что-то лениво рыкнул и зевнул.

– Говорят, там водятся великаны. А у них кости размером с дом.

Суббота фыркнул и потрусил вперёд. Хм, кажется, я и без антенны неплохо справляюсь.