Читать книгу "Проект «Наполеон»"

Глава 6

Вот это я удивился! Даже неважно, что говорили, а язык, который прозвучал! Родной, ласкающий слух и греющий сердце! Прошло много лет, как я слышал его в последний раз. И оказался не в силах бороться с любопытством, ноги сами вынесли меня из-за бухты канатов на открытое место.

Картина мне открылась, мягко говоря, нехорошая. На верхней палубе, возле капитанского мостика, друг напротив друга напряженно замерли два заклинателя. Для простых людей было легко определить, кто перед тобой – обладатель атрибута из аномалии или нет. Заклинатели создают вокруг себя ауру угрозы, такую же, как твари из Закрытых городов. У обычных людей после катастрофы проснулись глубинные, заложенные на генном уровне нервные импульсы, сигнализирующие из нижней части спинного мозга, что перед ними сверхчеловеческие сущности. В народе женщин, получивших атрибут и ставших заклинателем, прозвали чаровницами. А мужчин – кудесниками.

Мрачная чаровница на палубе была безупречно красива – черные волосы, прозрачная кожа, зелёные глаза. Чёрное платье до пола и белые перчатки придавали ей сдержанную строгость. На вид ей было лет двадцать.

Её оппонент – лысеющий пузанчик с пухлыми короткими ручками на кривеньких ножках – выглядел почти комично. Но холодный взгляд и рука, уверенно лежащая на эфесе рапиры с бриллиантовыми вставками, намекали, что он может оказаться по-настоящему опасным.

– Катерина, не дури. Тебе не справиться со мной: ментальные штучки на меня теперь не действуют. А спрятаться на этой лоханке у тебя не выйдет, – заявил кудесник с ноткой превосходства в голосе. – Попробовать ты, конечно, можешь. Но когда я тебя найду – а это неизбежно – то буду в очень плохом расположении духа, что не способствует моему великодушию. Потому прекрати валять дурака. Отдай мне Книгу.

– Синьора, если этот субъект вам докучает и мешает наслаждаться морским вояжем, то могу попросить его удалиться, – я даже сам поразился вычурности своей фразы, произнесённой на французском языке. И своему волнению удивился не меньше. Я взрослый мужчина – но тело мое было молодо, и сердце учащенно забилось при виде этой красавицы.

– О боже, Катя, где ты находишь идиотов, готовых умереть за тебя? Мне даже завидно, – не отрывая взгляда от чаровницы, на русском произнёс её неприятный противник. И оттого мне еще больше захотелось хорошенько его отделать.

– Идиотов поищи в зеркале, – на чистом русском ответил я. Кудесник дёрнулся так, будто ему в лицо плеснули вином. – А за «умрёт» ответишь прямо сейчас. Я вызываю тебя на дуэль.

Кудесник наконец удостоил меня взглядом.

– Русский? – с удивлением спросил он. И не дожидаясь ответа продолжил, – Знаешь, мальчик, я давно не убивал соотечественников. Но для тебя сделаю исключение.

Рапира со свистом покинула ножны.

Я уже был готов сорваться в ускоренный режим – сердце учащённо билось, руки сами тянулись к оружию, – как вдруг голос капитана, раздавшийся с надстройки, застопорил нас обоих. Ветер с моря забавно шевелил его усы, но в тоне не было ни капли шутки.

– Господа, на моей шхуне все бои ведутся только по корсиканским правилам и никак иначе. В противном случае выживших в дуэли не будет.

– Капитан, вы смеете угрожать кудеснику с атрибутом «Щит бегемота»? Даже поцарапать меня вам не удастся! – надменно хохотнул мой оппонент.

Кончики усов капитана задорно поднялись.

– А зачем тебя царапать? Всей командой скрутим, накинем сеть да вышвырнем за борт, а там чароплетствуй себе на здоровье, – весело пообещал он.

– Ну, что ж, придётся убить этого наглого юнца по вашим правилам. За это прошу не вмешиваться в мои разборки с чаровницей, – картинно вздохнув, согласился кудесник, пытаясь не подавать виду, что угрозы капитана его хоть сколько-то тронули.

Я невольно проникся уважением к хозяину корабля – не каждый может найти подход к «Щиту бегемота». Похоже, он и не таких видал. Опытный.

– Нам нет дела до бабы, это твои проблемы, – махнул рукой капитан. – Кстати, умная зараза, успела слинять. Я даже не увидел, куда.

– Ладно, чаровницу я найду. По каким правилам мне придётся убивать этого заносчивого юнца? – спросил мой противник.

– Всё просто. Каждый из вас получит вендетта корса – складной нож. Через люки на баке и юте вас спустят в темный трюм, к балласту. Дальше правил нет. Веселитесь сколько хотите. Крикните, и уцелевшего достанем.

Я усмехнулся, глядя на самоуверенного заклинателя. Этот хлыщ был у меня не первым. Первого обладателя «Щита бегемота» я до сих пор вспоминаю, вздрагивая по ночам. Выжил тогда чудом.

* * *

В тот день из аномалии вышел обезумевший от горя кудесник. Он потерял в аномалии братьев и сыновей, и его накрыло жаждой крови. Испытать всю его злобу на себе выпало несчастье именно нашей группе.

Он в считанные минуты уложил шестерых ведьмаков старших курсов.

Нас уже просветили, что кудесники при сильных нагрузках на атрибут быстро теряют силы. Используя подарок дракона, я замедлил личное время, выхватил саблю и, избегая близкого контакта, начал резать его как можно чаще и быстрее. Десятки мелких порезов просадили его «Щит бегемота». На третьей минуте клинок рассёк мышцу на правой ноге. Старик с криком упал.

Я поднял саблю, чтобы добить – и осёкся. Передо мной лежал уже не обезумевший убийца, а старичок, дрожащей рукой пытающийся защититься.

Я плюнул на главное правило любого боя – не оставлять живых врагов за спиной – и пошёл к раненым соратникам.

Острая боль обожгла спину. Развернувшись на пятках, я рубанул саблей по голове этого гада, что метнул в меня нож. А потом и сам свалился на его безжизненное тело.

Шёпот дракона пробился сквозь боль.

– Регенерацию подключил. Что с энергией пазла этого безумца? Готов обменять твоё мешающее выжить милосердие на «Гнев орков», который еще и подскажет наилучший рисунок боя.

– А бонусом?..

– «Зрение дракона» или «Слух дракона». На выбор.

«Глаза важнее», – решил я. Дальше были боль, ледяная арена паразита и долгое лечение, несмотря на регенерацию.

* * *

Все это напомнило мне, что пора воспользоваться подарком дракона. «Равнодушие эльфов» показало, что противник смотрит на меня свысока, как на досадную помеху, которую можно убрать одним взмахом руки. Он явно не ожидал сопротивления, несмотря на мою форму ведьмака. Вероятно, мой юный возраст внушил ему иллюзию, что перед ним всего лишь новобранец.

Его уверенность была понятна. Кудесники неосознанно чувствуют тех, кто тоже прошел через аномалию и получил атрибут. А перед ним стоял простой молодой ведьмак, который ножом физически не смог бы пробить «Щит бегемота». А зря. Хоть я и не кудесник с атрибутом, про запас у меня нечто уникальное – два специфических умения, подаренных драконом, которые делали меня единственным в своем роде.

«Гнев орков» подсказал наилучший вариант боя: вначале бить по рукам и туловищу, чтобы вызвать сосредоточение всей защиты на них. Затем перенести атаки на незащищённые части тела, нанеся несколько ран, снова заставить противника перераспределить магический щит, оголив жизненно важные органы для моего последнего удара. Всё просто, но эффективно. И смертельно.

Подошёл матрос и потребовал от нас оставить все свое оружие на палубе. Взамен ему выдал каждому по ножу, после чего предложил пройти на ют. Канат в недра корабля как будто приглашал к бою.

Спустившись, я включил «Зрение дракона», которое позволяло видеть в темноте и замечать потоки магической субстанции внутри заклинателей. Трюм «Донны Розы» в несколько рядов был заставлен полированными гранитными блоками, видимо, для строительства или ремонта одного из множества храмов Корсики. Я видел, как мой оппонент брел почти вслепую. Атрибут «Щит бегемота» был силён, но когда это единственная аномальная способность, то преимущество в поединке должно быть на моей стороне. Сблизившись, я нанес несколько коротких быстрых ударов, лишь слегка касаясь соперника ножом, чтобы проверить его реакцию. Лезвие ни разу не прорезало кожу, но этого хватило, чтобы заставить его напрячься.

Почувствовав угрозу, кудесник тут же перенаправил свою магическую энергию в верхнюю часть торса. Этого я и ждал. Включив «Замедление времени», начал молниеносно наносить удары, целясь в его не прикрытые магией места. Но поскользнувшись на гладких камнях, чуть не рухнул прямо перед ним. Кудесник, умело воспользовавшись ситуацией, атаковал ударом в голову. Я едва успел уклониться в последний момент. Лезвие ножа просвистело рядом с моим лицом.

Сердце бешено колотилось. Ноги постоянно скользили на отшлифованной поверхности гранита, замедляя движения. Каждая секунда была на счету, ведь «Замедление времени» работает всего пять минут. Мои удары не достигали цели или попадали по магической защите.

Кудесник, уверенный в своей неуязвимости, наступал на меня, размахивая клинком то сверху вниз, то из стороны в сторону. Я с трудом уворачивался от атак, пятясь и чувствуя, как острие ножа разрезало воздух справа и слева от меня.

Видя, что его тактика не работает, пузан решил ее изменить, сбить меня с ног и прирезать, набросившись сверху. Хитрый коротышка при этом ничем не рисковал, подставляя под удары лишь защищенные части тела. Расставив руки в стороны, он вновь бросился на меня, пытаясь не дать мне увернуться от захвата.

Сделав два шага назад, я спрыгнул в узкий, едва заметный коридорчик между рядов блоков, и выставил руку с клинком вверх. Кудесник, не ожидая моего финта, по инерции перескочил мое убежище, а лезвие достало его ровно между ног. Он рухнул на следующие ряды гранита.

Катаясь по холодному камню, пузан истошно вопил, с каждой секундой все громче и визгливее. «Зрение дракона» показывало, что магической энергии у поверженного соперника почти не осталось. Взяв нож в левую руку, а правую положив на тыльник рукоятки, я подошел к нему и с силой нанес удар в область сердца. Раздался треск ломающегося ребра, лезвие вошло в грудь на всю глубину. Визг замолк, концерт окончен.

Вынув из груди кудесника оружие, я машинально вытер о его белоснежное кружевное жабо, которое уже наливалось багрянцем.

Я с трудом перевел дух. Ускорение прекращалось, и реальность снова обрела привычную скорость. Да уж, я сильно рисковал. Тело кудесника всё ещё излучало остатки магии, рассеивая ее в темноте трюма.

Я двинулся к выходу. Каждый шаг давался с трудом – мышцы ныли, а тело требовало отдыха. Поднявшись наверх, я почувствовал свежий морской ветер, ласково растрепавший мне волосы. Мне стало легче. С детства люблю морской воздух!

На палубе я сразу увидел Катерину. Убедившись, что живым вернулся именно я, она перестала прятаться. Встретившись со мной взглядом, слегка кивнула. Лицо её было спокойным, но в глазах я заметил удивление – вероятно, не ожидала меня увидеть целым и невредимым. Матросы поглядывали на нее неприязненно, явно ожидая новых проблем от странной пассажирки и воображая, что сделали бы с ней во избежание дальнейших неприятностей, если бы капитан разрешил. Катерина же молча прошла мимо в свою каюту, чтобы там укрыться от этих взглядов.

Капитан сидел на бочке возле грот-мачты и с интересом рассматривал клинок убитого. Заметив меня, он уперся взглядом в мое лицо.

– Его шпага и вещи ваши, капитан, – сказал я. – Пусть ваши люди выпьют за мое здоровье!

– Тело – за борт, – сухо распорядился капитан. – Добро на дележку, раз победитель не претендует.

А я действительно не претендовал. Носить приметные украшения кудесника из России – плохая идея. Пусть лучше их продадут в чужие руки незаконопослушные корсиканские моряки. Исчез кудесник – значит, исчез.

А вот его каюту я на время поездки забрал себе.

И вот я лежал там в гамаке и слушал бубнеж дракона. Эта жадная рептилия пыталась безвозмездно – значит, даром – получить энергию, заработанную тяжким трудом на дуэли! Видите ли, эта энергия позволит консолидировать мои способности, разгрузив кратковременную память, систематизировав и объединив её в единый пакет. И вообще, очень хочется энергии на халяву.

Под это бормотание я впал в полусон, вспоминая прошедшие годы.

* * *

Метеоритный дождь, надолго ставший темой номер один во всех уголках света, вскоре уступил место другому слуху. Народ рассказывал о летающем железном чудовище, сеющем смерть взглядом и сжигающем своим дыханием столицы государств. Во время очередной медитации я спросил об этом НЛО у паразита.

– Скорее всего, это автоматическая станция-культиватор, созданная древней расой. Такие станции обрабатывают планеты без разумной жизни: создают в ключевых точках Закрытые города, запускают разные формы разумных и ждут, кто победит в борьбе за место. Параллельно по всему миру возникают аномалии – подземные пещеры или осколки других миров. Разумные добровольно заходят туда за магическим атрибутом.

«Данж», – перевёл я для себя на привычный язык. Попал – получи атрибут, не попал – остался на дне.

– И каковы шансы?

– Группа из десяти. Выживет один.

Один из десяти. Примерно, как у наших игр на запуске – из десяти проектов девять уходят в безвестность, один выстреливает.

– Упростить прохождение могут артефакты, – продолжил паразит. – Парадоксально, что получить их можно только ближе к завершению игры на выживание, зачищая Закрытые города. Но на твоей планете они остались ещё с прошлого раза.

– С прошлого раза?

– Культиватор проходит по этому миру уже не впервые. Видимо, произошёл сбой.

Я задумался. Если Земля – повторная станция-культиватор, значит, где-то лежат артефакты, оставленные прошлой цивилизацией. И кто-то о них наверняка знает.

* * *

Лёгкие шаги и скрип открывающейся двери выдернули меня из состояния умиротворения сразу в боевой режим. На пороге с улыбкой на устах застыла Катерина.

– Мой рыцарь, – немного пафосно, но крайне приятным голосом сказала она. – Ты избавил меня от страшного врага. Теперь род Потемкиных перед тобой в долгу.

«Равнодушие эльфов» протранслировало мне её желание. После чего гормоны молодого тела отключили мозг и включили другой орган. И – не буду врать – это было великолепно!

Только под утро схлынувшая энергия либидо вернула возможность думать головой. Открыв глаза, я обнаружил себя лежащим на мягкой кровати, а рядом, свернувшись калачиком и с довольным лицом, спала чаровница.

«Кровать-то откуда?» – подумал я.

Огляделся вокруг. Я даже не помнил, как оказался в этой каюте. Молодое тело просто требовало подвигов во имя вечной любви. Голос Дракона сбил гормональный шторм:

– Готов обменять пазл убитого тобой кудесника, заменив Любовь на «Похоть гоблинов».

– Совсем берега попутал, чешуйчатый? – возмутился я. – Мне только не хватает посвятить жизнь постоянному осеменению.

– Не держи меня за идиота. «Похоть гоблинов» позволяет не терять голову от любви, а главное, от страсти. Также есть полезный побочный бонус «Интуитивная клептомания». Гоблины – лучшие воры во вселенной! Их навык даст почуять, какая вещь самая ценная у любого разумного, где она находится, и как ее присвоить.

– О, великий монстр Мезозоя, в преддверии сделки века я не увидел своего бакшиша, а проще говоря, взятки, – с чисто восточными нотками произнёс я.

– Ну, ты артист, – усмехнулся дракон. – Из тебя иранский принц как из меня колибри. Добавлю еще способность, которая здорово подойдет бонусу от «Похоти гоблинов». Это создание овеществлённой копии неодушевлённого предмета. Поясняю: под правую руку – предмет, под левую – любой обломок материала, родственного образцу. Мысленно говоришь «копия» и получаешь дубликат, внешне неотличимый от объекта. Например, кладёшь под правую руку кинжал, под левую – любую железку. Произносишь «копия» – и получаешь реплику, с виду точно такую же. Только при попытке использовать копию по назначению, «карета превратится обратно в тыкву». Особенности этой способности теперь ясны?

– Ладно, хватит зубоскалить. Обмен проведём чуть позже, – пробурчал я.

– Почему?

– Потому что, как только я получаю твой «подарок», теряю сознание от боли и прихожу в себя мокрым и злым. Не хочу видеть рядом с собой Катерину с пустым ведром, – высказал я накипевшее. – Мне кажется, это очень плохая примета!

Дракон заржал, а я разозлился не на шутку.

– Что ржёшь, скотина? – прорычал я. – Знаешь, как больно?

– Ладно, успокойся. В этот раз боли не будет. Где-то через час после копирования появится зуд в кистях рук, так что можешь проводить обмен, – успокоил меня чешуйчатый.

Лёгкая дезориентация подтвердила сделку. Чувство влюбленности и желание творить добро во имя прекрасной дамы сменилось циничной заботой о собственном организме. Взглянув сначала на красавицу, я вслед за этим оглядел каюту и попробовал испытать навык определения самого ценного предмета.

Проверить вторичную способность гоблинов я решил, вспомнив, что покойный кудесник желал получить от девушки некую книгу. Обстановка каюты раскрасилась во все оттенки жёлтого цвета. Тихонько выбравшись из кровати, я осмотрелся новым взглядом в поисках самой ценной вещи. Это походило на чутьё из игры «Ведьмак». Самый яркий оттенок жёлтого, переходящего в золотистый, окрасил небольшой сундучок. С него-то я и решил начать свои изыскания.

Ларчик был с секретом: странное расположение драгоценных камней навело на мысль, что нужно одновременно нажать на несколько камней с одной и с другой стороны. После нескольких попыток я нажал по четыре камня, крышка открылась, показались два бархатных мешочка. Один был набит деньгами, другой – драгоценными безделушками. Положив их на стол, я сравнил цвета ценностей. Бархатные кошельки светились лишь ярко-жёлтым, а шкатулка – золотистым. Изучив ее внимательнее, я нашел три небольших кристалла, почти сливающихся с древесиной. Простой перебор вариантов открыл потайное дно.

В тайнике одиноко лежала книга в кожаном переплёте, размером с небольшой блокнот. Именно она испускала золотое сияние. В голове всплыло название – Альтериум, хотя нигде это не было указано. Казалось, оно само собой возникло, заполнив разум, как хорошо забытое воспоминание. На обложке в середине книги виднелась овальная выемка, явно предназначенная для инкрустации. Но самой инкрустации не было. В этот момент я потерял контроль над телом, и управление перехватили инстинкты гоблина! Дракон не предупреждал о такой побочке.

Действуя под влиянием неудержимого порыва «Интуитивной клептомании», я взял в правую руку книгу из ларца, в левую – попавшийся под руку листок бумаги со стола, мысленно произнеся: «Копия».

Результат превзошёл все ожидания. Копия вышла неотличимой от оригинала, даже по весу. Положив дубликат на место оригинала и закрыв фальшивое дно, я аккуратно вернул в сундучок нетронутые кошельки, запер его и поставил обратно.

Катерина зашевелилась и во сне натянула на себя одеяло. Пытаясь вернуть контроль над телом, я задался вопросом, почему она не проснулась, пока я шарился по её каюте.

– Во время действия «Интуитивной клептомании» её и пушкой не разбудишь, – раздался шёпот дракона в голове.

Тихо собрав одежду и прихватив книгу, я выскользнул из каюты чаровницы.

Уже в своей каюте я пришел в себя, и мне это крайне не понравилось. Утрата контроля, заставляющая совершать несвойственные мне поступки очень опасна. Я зарёкся без острой необходимости не пользоваться этой способностью.

Но раз книга всё равно у меня, решил хотя бы понять, что это за Альтериум такой. Страницы внутри, которых было всего тринадцать, оказались чистыми. Повертев книгу и так и сяк, убрал ее во внутренний карман своей куртки.

Вышел в астрал, поприветствовав своего паразита. Полюбовался красно-оранжево-жёлтым периметром. Да, жизнь меняла меня на глазах, теперь это даже не было метафорой. Пазл моей души, прежде бесцветный, окрашивался в яркие цвета новых эмоций и поступков. Я убивал. Я сражался. Я менялся.

– Паразит, ты знаешь, что это такое? – спросил я, воспроизведя иллюзию книги.

– Да! Это очередное подтверждение, что у культиватора произошёл сбой, – объявил тот. – Он уже засеивал вашу планету, и вы – та раса, которая вытеснила всех остальных. В твои руки попал артефакт, оставшийся после зачистки одного из Закрытых городов. Он может служить навигатором в простых аномалиях и ключом к Закрытому городу. Для его активации как ключа не хватает правильно огранённого рубина, который должен стоять в углублении на обложке. А вот с прохождением аномалий он поможет и в таком виде.

– Ты знаешь, где он может быть?

– К сожалению, этой информацией я не обладаю.

Я вышел из астрала. Спать хотелось неимоверно. Сквозь круглое окно каюты уже пробивался серый рассвет. Ладно, Корсика уже близко. Я там не был восемь лет. Интересно, узнают ли меня родные…

Отосплюсь чуток, а потом верну книгу Катерине и домой – к своим.

Спрятав книгу во внутренний карман, я закрыл глаза.