Текст книги "Никукуя. Стихи хулиганские и просто забавные"

Поездка с матерком

 
Основано на реальных событиях.
 
 
С мамой мы вчера на дачу
Поутру собрались рано.
К рюкзакам везли в придачу
Вазу – ящик деревянный.
 
 
Ну, такой, чтоб у калитки
Посадить в него ромашки!
Вот и тащим – две улитки —
Вазу, взмокли прям рубашки!
 
 
Вот дошли мы до перрона,
Поезд вовремя, на славу!
Ящик донесли, с разгону,
Мы до крайних к входу лавок.
 
 
Там супружеская пара
У окна расположилась.
С ними – то (и что за кара?)
Отношений не сложилось.
 
 
Только мы к двойному месту
Вазу примостили рядом,
Как мужик взглянул не лестно:
«Что поставили? Не надо!
 
 
Любоваться всю дорогу
Ящиком» – и стук ладошкой.
Мы в ответ – «Да ради Бога!
Вон  гляди сиди в окошко».
 
 
Тетка ж сумку рядом с попой,
Шмяк – чтоб рядом не садились.
«Уберите, сесть нам чтобы» —
Вежливо мы попросились.
 
 
Тут мужик как взъелся тигрой:
«Чем вам сумка помешала?».
Мы ему: «Ты тихо, тихо…
Просто нам тут места мало!
 
 
Сумку положи на полку,
В чем проблема – то, приятель?».
Он же, глупый, смотрит волком.
Ну, достали, в общем мать их!
 
 
Говорю: «Мужик, не надо!
Ты остынь, пока не поздно!»
Он  в ответ: «Да ты пощады,
Тут сама запросишь слезно!».
 
 
Я ему: «Один на лавку
Сел, как боров раздобревший!
На людей привык ты гавкать
Толь не спавший, толь не евший!».
 
 
Он —«А вы – то, две тростинки,
Задавлю в миг, как младенцев!».
И не смотрит на ботинки,
А на мне – родные берцы!
 
 
Тут супруги вопли в ухо:
«Молодая, как ты смеешь?»
Я в ответ: «Сиди уж, брюхо!
Что ты там визжишь и блеешь?
 
 
Муженек твой – полубочка
Прикажи, чтобы заткнулся!».
Мне: «Ему годишься в дочки!
Как язык – то повернулся!
 
 
Он такой, такой! Ну, что ты!
Ты себе найди – ка, ну же!».
Я: «Такого идиота?
Задарма он мне не нужен!».
 
 
Тут в душе супруги верной,
Ярость закипела глухо
И она, ручонкой нервной,
Поцарапала мне ухо.
 
 
Твою мать! А я, признаться,
Бить по – бабьи не умею.
Если уж решила драться,
Двину так, что околеешь!
 
 
Ну, и я ей за «царапки»,
 (с перебором, чуть, похоже)
Приложилась крепко лапкой,
По нахально – жирной роже.
 
 
Визг прошел на пол – вагона.
А мужик, как мул в упряжке,
На меня  (поди с полтонны),
Аж дрожат, скрипят подтяжки.
 
 
Мама, к лавке встав удобно,
И скрутив его за руку,
На его пыхтенье злобно
Говорит: «Да, сядь ты, сука!».
 
 
Он же маты гнет от сердца!
Сузил глаз, как у китайца…
И настало время берцем
Залепить ему по… кедам.
 
 
Тут в меня вцепилась дама,
Что в купе была напротив:
«Вы с ума сошли тут прямо?
Что же вы мужчину бьете?».
 
 
На руке пудовым грузом,
В ухе звон от криков бабьих.
А супруга давит пузом,
И глаза таращит жабьи.
 
 
Муж ее в то время тихо,
Безразлично съехал на пол.
Вот урок – не трогай лихо,
Не тяни бездумно лапы!
 
 
На скамейку понемножку.
С мамой мы чуть постояли,
Но они глядят в окошко,
Как вначале предлагали.
 
 
Мы присели. Поболтали.
Вот и наша остановка.
Ящик мы опять подняли,
Из вагона выйдя ловко.
 
 
В общем, мы ушли в молчаньи,
А мужик в окошке мрачный.
Я в догонку, на прощанье,
Жест ему послала смачный.
 
 
Вывести мораль охота:
Коль не хошь себе поминки,
Прежде, чем гнобить кого – то…
ОЦЕНИ ЕГО БОТИНКИ!!!
 

2010

Вор у вора топоришку украл

 
Вот, давно хочу себе на дачу,
Посадить я бульданеж – калину,
Но, не так проста моя задача —
Денег – то, как раз на половину!
 
 
Торгаши на рынке одурели —
Саженец до пятисот и больше!
Их отдать за кустик, в самом деле,
Не поднимется моя рука, похоже.
 
 
Только вот калину – бульданежку,
Прямо силы нету, как охота!
Я грызу в печали кириешки,
Где достать деньгИ не знаю, что – то.
 
 
Вдруг идея – стук..Куда уж круче!
Мураши до пяток от надежды.
Есть в поселке дачном дядька злючий
У него калина – бульданежка.
 
 
На другом конце живет поселка,
Ненавидит всех и поголовно,
Нет, просить в займы – тут нету толку,
Путь другой есть! (малость уголовный…)
 
 
Оживаю. И – за подготовку!
Выход будет мой в три тридцать ночи.
Вот и дождик начал крапать – ловко!
Погулять поди никто не хочет?
 
 
Я в рюкзак лопату и фонарик,
На себя одежку потемнее,
Коньячку для храбрости стопарик,
И в калитку – шасть. К мечте, скорее!
 
 
Как японский ниндзя, меж домами,
Чтоб собак не разбудить в округе.
Сердце ух – по ребрам бьет толчками,
От адреналина в дрожи руки.
 
 
Наконец, добралась до объекта,
Вся в поту, тревожно огляделась,
Не совсем в восторге от «проекта»
Но… калина прям в печенку въелась!
 
 
Ладно. Осторожно, без напряга,
Открываю нужную калитку.
Я надеюсь, тут не спит собака?
Вдоль ограды двигаюсь улиткой…
 
 
Метров пять пробравшись осторожно,
(Бульданежка вон, вблизи кустится)
Я лицом втыкаюсь вдруг безбожно,
В тюк… Ой, еп! Ой, тссс! Не матерится!!!
 
 
Словно сеттер в стойке, замираю,
А передо мной, в пятиметровке,
Тени две. Ой, мама! Помираю…
А они туда – сюда, так ловко!
 
 
Я, чуть – чуть очнувшись от испуга,
Пригляделась. А они с лопатой!
Бульданеж копают, вот ворюги!!!
И таскают в тюк, который рядом.
 
 
Подошли, пакуют деловито.
Замерла! Затихла я в тревоге!
Не заметили!! Ну, значит, шито – крыто!
Все! Пора отсюда делать ноги.
 
 
Я обратно отползла к калитке,
Неудобно вдесятеро стало!
Я ж тащу с собою на загривке
Их мешок с калиною, устало.
 
 
Вот свобода! Мчу я прочь, дурная,
Лишь успела за забор укрыться,
Там пальба и вопли, мать честная!!!
Слышу, как хозяин матерится.
 
 
«Ах, вы гады, воры, ах, отродье!
Руки в гору!» – тех двоих зацапал.
Но в моей засаде тихо, вроде.
Хорошо, что дождь опять закапал.
 
 
Тихо – тихо, вдоль заборов кошкой,
Лес. Уж успокоилось сердчишко.
И иду, со смехом, по дорожке —
У вора украл вор топоришку…
 
 
В чем мораль? Не укради, конечно!
А воруешь, пользуясь моментом,
Карауль, чтоб ту же бульданежку,
У тебя не сперли конкуренты!
 

2010

Корпоратив

 
Собрались рано поутру,
Еды с собою захватив,
Кормить лесную мошкару,
На выездной корпоратив.
 
 
И кто подал «идею фикс»?
Теперь и черт не разберет!
Но план, ей – богу, слишком дик,
А мы идем. Ура! Вперед!
 
 
У речки ледяной в тиши,
Мангал, палатки, пир да гул.
И вот, «шумят» уж «камыши»
Короче, мы пошли в разгул!
 
 
Еще часок – народ созрел,
Айда в леса, искать грибы.
Купались в речке, кто хотел,
Из – за деревьев – звук борьбы.
 
 
Ну, в общем, дух единый рос.
В конце концов, братался люд.
И тут напасть – пропал наш босс!
Ой – ей! Не есть такое гут!
 
 
Все разбежались, кто – куда.
Все протрезвели аж, кажись.
Искали тут и там. Беда!
Эй, Пал Михалыч!!! Отзовись!
 
 
А утром, с ясною зарей
Поднял один из нас башку —
А босс, в трех метрах над землей,
Спит на березовом суку…
 

2010

У мышки в норке

 
У мышки в норке сплошная сырость,
У мышки в норке прилечь – то негде!
И как же жить ей, скажи на милость?
Еще и кошки у входа, черти!
 
 
Украдкой мышка наружу ходит,
Пока, бывает, не смотрят кошки.
Ей моциона хватает, вроде —
Все тащит в норку еды немножко.
 
 
Толстеет мышка, животик вырос,
На пользу мышке ее прогулки —
У мышки в норке сплошная СЫРость —
Кусками, пластиками и булкой.
 

Хищники и травоядные

 
На работе все, почти поголовно,
На капустную подсели диету.
И, жуют капусту, кролики словно…
Вы себе представить можете это?
 
 
Но, чем длительней идет голодовка,
Все круглее и пышней наши дамы.
И, по – прежнему, не входят в обновки,
Не теряются у них килограммы.
 
 
А причина всех несчастий простая,
Ведь в природе все всегда равномерно —
Травоядные – сальцом обрастают,
Расплываются в объеме безмерно!
 
 
Бегемотики, коровки, слоненки-
Все на травке разъедаются шустро…
Вот поэтому без толку, девчонки,
Кушать яблоки, петрушку, капусту.
 
 
А вот хищники в природе – красивы.
Мясо кушают – да горя не знают!
И живут себе на свете счастливо,
Стройной грацией своей щеголяют.
 
 
Так, что если с сельдерея с салатом,
Перейти на отбивные с котлетой,
То фигурка станет – во! То, что надо!
(Дамы, я вам говорю по секрету)
 

2010

Непопулярный театр

Ходила сегодня в театр —

Весь день собиралась усердно!

Ушла на наряд вся зарплата

(Ведь цены то – немилосердны!)

Ну это – то ладно… не страшно!

Не жаль на такое, ей – богу.

К культуре высокой – вот! Важно!

Хочу приобщиться немного.

Вечернее платье – прелестно!

прическа, рубины на теле.

Пораньше пошла, если честно,

Ну, чтоб не бежать на пределе.

Спектакль проходил в малом зале…

Я с главного входа спросила —

«Там… сзади…» – в ответ мне сказали…

Пошла – «С нами Крестная сила!»

Темно… освещенье зажали,

Крыльцо все в щербинах и ямах

К двери подошла я в печали,

Ужасно! Скажу уж тут прямо.

Ну ладно… чего не бывает!

Театры богатством не блещут…

Я в холл осторожно ступаю,

Боюсь – может дальше похлеще?

Холл был сине – желт, не особо,

Но весело. В общем, прилично…

Я тихо прошла к гардеробу,

Там было все, скажем, обычно.

Ну, в общем, я туфли достала —

Переобуваюсь неспешно,

Напротив две девушки встали…

И смотрят, ну, прям, безудержно!

Одна все другую – за руку,

И – в голос – «Ой! платье какое!

А серьги! Ты видишь, подруга?».

На них я глядела с тоскою.

Вот первый звонок, слава Богу…

Я в зал прохожу среди давки…

Чтоб статуей встать у порога —

Там, в зале, не кресла, а лавки!

И лавки, не то чтоб в гламуре —

Без краски лежит деревяшка!

Ту глазки бы, что ли зажмурить?

Куда ж ты попала, бедняжка?

Ну, ладно… на место прошла я

(места – кто какое уловит!)

Досталось мне лавочка с краю,

А рядышком тетка со мною.

Не буду тут ерничать, ахать…

Скажу я про тетю умильно —

Под ней деревянная плаха

Прогнулась… но, в общем не сильно.

И я оказалась нежданно

Ну, как – то, слегка не на месте.

Но… что ж так про тетю пространно?

Не слишком ли много ей чести?

Ну, что мне еще тут добавить —

Весь зал в черной ткани с узором.

Совсем не спектакли в нем ставить —

Прощаться с усопшим тут в пору.

За сценой (сколоченной грубо),

Был бархат – метровый кусочек.

Красивый, но выглядел глупо.

Зачем? Оборву многоточьем…

Смотрю постановку. И что же?

Актеры – красою не блещут.

Играли не плохо… негоже

Ругаться тут. Им рукоплещут.

И все было, в общем, тут гладко,

Я может закончила б строчки,

Но стало вот как – то несладко,

В районе моей пятой точки.

Сидеть (два часа представленье!)

Той тете —недурственно может…

Я ж чую – мурашки в коленях

И встать не смогу я, похоже!

Но вот и антракт! Ну же – опа!

Я с лавки – почти что с кряхтеньем.

Согнувшись, бреду к гардеробу —

И… просим, любезно, прощенья!

Вся радость похода – исчезла.

Все так невозможно вульгарно!

Поставьте же в зале вы кресла!

Такие вы – неПОПУлярны.

2010

Подготовка к НГ

Забит холодильник уже до отказа,

Араспел искриться на шкафчике гордо,

И (ужас!) нельзя это стрескать все сразу,

Ждать нужно неделю… до Нового года!

И дом вверх тормашками из – за уборки.

Подкрасить, подклеить, почистить все прямо!

Стандартные не подойдут отговорки —

«Ведь праздник такой!» – объявляет мне мама.

И елка макушку царапает жутко,

Когда я ее в уголок помещаю…

Ну, хоть бы мне отдыха дали минутку!

Так нет же! «Ой, вот не успеем!» – стращают.

Еще тридцать первого ужас приидет —

Готовить, на стол наставлять, чтоб красиво!

Ведь, год наступающий, кто вдруг обидит,

Его проживет, ну, совсем несчастливо.

И вот я квартиру свою наряжаю,

Наряд подобрать все надеюсь до срока..

Нет, праздники я, в общем – то, уважаю..

Но здесь же не праздник, а просто морока!

Готовиться столько, чтоб всех озадачить,

Лишиться покоя совсем, между прочим,

Все ради того чтоб безмерно хомячить,

Единственный раз, новогоднею ночью.

Встречать Новый год По Москве, по Тюмени

По Владивостоку, (чтоб раньше дорваться)

К утру по квартире уже по – тюленьи,

Тем слава, кто в спальню сумеет добраться.

А лучший момент – пробуждение после.

Вопрос риторический: «На фиг мне было?»

И благо, когда кто – то крутится возле,

И даст эликсира для жизни и силы.

Ну вот… лишь неделя. И гроши в кармане.

Пока пробавляюсь картошкой да сальцем.

Зато тридцать первого буду в нирване…

В обнимку с пришедшем на празднество… зайцем.

2010

Свободу попугаям!

 
Попугай порхнул из форточки
И летает над перроном.
Я ему крошила корочку —
Ох, красив, желто – зеленый!
 
 
Рядом люди собираются:
«Попугай! Гляди! Откуда?»
И толпой поймать пытаются
Разукрашенное чудо.
 
 
Говорю я им: «Да что же вы?
Дайте малому свободу!
С логикой своей непрошенной,
И ненужною заботой…».
 
 
Он – особа, хоть и южная,
Средь воробушков – жар – птица,
Но ему свобода – нужная!
Он летит, пока летится.
 
 
Веселится, развлекается,
Захлестнула жизнь с краями,
У вокзала побирается
Да дерется с воробьями.
 
 
Проживет, наверно, лето лишь,
Может срок такой – короткий,
Только лучше, чем тоска и тишь,
Сытый корм, но за решеткой.
 
 
Ну, поймаете волнистого,
Ведь не сможет он смириться —
Он узнал свет неба чистого,
Просто стал свободной птицей!
 

2010

Мороз и яйца. Не Пушкин

Зима морозом жмет, зараза,

Сегодня утром – сорок с лишком!

Чуть нос на улицу – и сразу,

Прям, превращаюсь я в ледышку.

И на работу, и обратно,

Рекордным спринтерским забегом,

Неужто ей (зиме) приятно,

Глумиться так над человеком???

Но это ладно… полпечали!

Но боссы тут (комедианты!!!)

Как раз в мороз зарплату дали,

Теперь идти за провиантом.

Полдня по рынкам бегать, значит.

На целый месяц запасаться,

Такую вот решить задачу,

Чтобы потом без бед питаться.

Ну что ж…с утра, вдвоем с собачкой,

Шарфом закрывшись по-арабски,

Пошли на рынок мы за жрачкой,

Такой вот труд сегодня рабский.

Туда – сюда, рюкзак до верха,

В руках пакеты по полтонны,

Уже в глазах чего – то меркнет,

И пес скулит мой обреченно.

Ну, вроде все! Застыли пальцы,

И с рынка выбираться можно

И тут: «Мы ж не купили яйца!!».

Вот черт! А как нести – то? Сложно!

Ну, не идти ж потом обратно!

Вернулись, докупили, значит.

Мой пес глядит почти злорадно,

Поди ругает по – собачьи.

Мне продавщица, видя ношу,

В пакетик черный – с упаковки.

Ну, вот… теперь до дому можно,

Хоть груз нести совсем неловко!

На улицу, как танк с базара,

Загружена до изумленья.

Заняв, как раз полтротуара,

Иду в усталом настроенье.

Народ сторонится уныло,

Скрежещет вслед: «Куда вот столько?»,

А мне, увы, хватает силы

Пройти до поворота только!

И руки – все! Окоченели!

Я – псу: «Постой маленько, дескать…»

Да что ж такое, в самом деле!

Как можно столько много трескать?

Пакеты ставлю на дорожку,

А пес уже трясется зайцем.

«Ну, ладно, что ж… пройдем немножко

А то же заморозим яйца!»

Кхе..кхе… реакция народа

Не поддается описанью,

Все замолчали отчего – то…

Глядят квадратными глазами..

Ну, что же..мы с собакой – ходу

Не чуя даже холод в пальцах,

Чтобы в такую вот погоду,

Не заморозить, к черту, яйца…

2011

Ревность к инету

Наткнулась на форум я тут на неделе,

А там обсуждение: «Ревность к инету».

Ну, нет… не к сети мировой, в самом деле,

А вот к собеседникам разным по свету.

Мол, вот мой мужик в «Одноклассниках» сутки,

Сидит и болтает с какой – то девахой…

Что нет для жены у него и минутки,

Короче мужчину, похоже, на плаху.

Но девушки! Вдумайтесь! В чем тут проблема?

К кому ревновать? К монитору и фотке?

По – моему, это совсем не дилемма,

И незачем зря здесь раскачивать лодку.

Ведь дело одно – потрепаться под вечер,

Другое – и впрямь убежать от супруги.

К тому ж (даже если и сбудется встреча)

В реале другою предстанет подруга…

Да, если измену ты, впрямь, ожидала,

То и без инета такое бы было!

А так… с чем бы, в общем, дитя не играло,

А только бы денежку в дом приносило…

2011

Примета про багажник

Холодно… тряско… затекшие ноги…

Каждая кочка в башке отдается.

Мчится машинка моя по дороге,

Прямо мотор на куски вроде рвется.

Темень вокруг – хоть коли сейчас очи.

Слышно, как шины по грязи да лужам,

Катит авто по проселкам по ночи,

А голова моя кружит и кружит.

Что же судьба – то – такая собака???

И непечатные мысли не лестны…

Ох, и плохая примета, однако,

Ехать за город в багажнике тесном.

Самое главное, бей – но не знаю!

Как мне попасть – то в него подфартило???

И на капот я ногой нажимаю —

Может откроется… вот бы мне силы!

Вот голова бы еще не болела…

Где там! О! Вроде бы остановились.

Я так, на случай, вся похолодела.

Даже сердчишко, похоже, не билось.

Щелк. И в багажнике – свет из домишка.

Про «камыши» вон горланят там звонко.

Елки – зеленые! Это же Гришка!

Вон Михаил и Танюха в сторонке!

Голову я зажимаю в ладонях:

«Что же вы, гады, со мной сотворили???»

«Ты что, не помнишь??» – хихикает Тоня:

«Мы ведь вчера коньяку закупили!

Все напились, до потери сознанья,

Ну, и на дачу – ведь все! Воскресенье!

Ты же спала сном невинных созданий,

Где тебе место найти на сиденье?

Ну и решили – в багажнике, значит,

Можно тебе хорошенько проспаться.

Ну, поздравляю с приездом на дачу!

Хватит с запаской – то рядом валяться!».

Значит, вот так начинается лето…

(Благо, в ключах отыскала бумажник…)

Боль головную ворожит примета,

Если тебя затолкали в багажник!

2011

Никукуя

У русского народа такая есть примета:

Кукушка закукует – настало значит лето!

Ни заморозков больше, не инея к восходу,

Расти редис на даче – не бойся за погоду!

Смекнув такое дело, не напрягаясь, в общем,

Решила: «Ну – тка, жизню я сделаю попроще!».

Чтоб не страдать рассаде от рос холодных значит,

Кукушкин голос жду я. Сижу без дел на даче.

Соседи отсадились и за прополку – дружно,

А я «ку – ку» не слышу! Хотя мне очень нужно!

Ведь заморозить больше я не хочу капусту

И напрягаю слух я до черепного хруста.

Соседи огурцовый салат кромсают с грядки,

Но я – то не волнуюсь! Все у меня в порядке!

Вот как «ку – ку» услышу – все разом засажаю

И осенью я буду с огромным урожаем!

И тут, когда соседи с теплиц снимали пленку,

Пришла вдруг баба Маша с холщовою котомкой:

«Ты что же это, девка, все лето просидела?

Участок весь заросший… совсем плохое дело!».

А я: «Сия есть мудрость народная, старушка!!»,

А мне в ответ: «Да сроду здесь не было кукушки!!!

Почти сто лет живу я» – мне бабушка сказала:

«И здесь вовек кукушки я что – то не слыхала….»

Ну, что сказать… похоже, и впрямь плохое дело.

Лицом, как та кукушка, я тихо посерела…

И на бурьян матерый взглянула я, тоскуя…

Вот так, с приметой верной, с участка – никукуя!

2011

Длинноносая философия

 
Я сижу один под липой
И грущу, и плачу даже
Потому, что я безумно одинок!
Я философ, это правда!
Но от этого не краше
Мой лесной, такой дремучий уголок…
 
 
Я когда – то был счастливым,
И носил джинсу и берцы,
Но потом влюбился так, что еле жив…
А она ушла к другому
И мое разбила сердце
Потому, что нос мой длинный некрасив!
 
 
А она сказала: «Леня!
Ты, конечно, очень милый,
Только мне с тобой встречаться – на беду!
Ты представь, хоть на минуту —
Это ж, елки, просто вилы —
Как с тобою я по улице пойду???»
 
 
Я просил меня послушать,
Нес ромашки, прям как эти!
Бесконечно ей о чувствах говорил!
Но она ушла к другому
И потом лишь только ветер
Все слова мои об этом повторил.
 
 
Я сменил берцЫ на тапки,
Я одел на тело рясу,
Что теперь уже изношена до дыр.
Я ушел от мира в дебри,
Не встречал Ее ни разу.
Навсегда оставил равнодушный мир.
 
 
И теперь сижу под липой
И ногой топчу ромашки,
В даль смотрю с тоскою я в который раз…
Вытираю нос мой длинный
Рукавом своей рубашки,
Льются слезы из небесно – синих глаз.
 

2011

Козы – это страшно!

За что же мне такое? Осподи!

Похоже я была весной в ударе

И рублики я все свои, гляди!

Потратила на этих жутких тварей!

А что они? Они все ме да ме!

Давай, мол, жрать! Чего стоишь на месте?

И лето все я по уши в дерьме —

В сарае пол скоблила честь по чести!

Да что сарай? С утра на луг вести.

Без привязи их отпустить не смея.

(Они же обожрут все до «кости»

Все, до чего достать сейчас сумеют!)

И вот тащу к лужайке на ремне.

А эти стервы, нет идти спокойно,

Выкручивают, к черту, руки мне,

Рогами бьют. И до чего же больно!

А дойка! Это форменная жуть!

То семенят ногами, как чертовки.

То хвост подымут и – любезна будь,

Не убран коль подойник со сноровкой.

И голосят ужасно. Целый день!

Трава. Вода! Ну, что еще вам нужно???

Уж пузо и на нос и набекрень,

А все «ме-ме» выводят стадом дружно.

А как в сарай загонишь – тот же миг,

Вступают в бой за лучшую лежанку.

И что потом? Потом козлят – то – фиг!

Друг другу все повышибут, засранки.

А сено! Это ж чистый мазохизм!

То машешь по полдня косой по полю,

А вечером тебе за это приз —

Таскай тюки с травой домой с «раздолья»!

Короче, к сентябрю сказала: «Ша!»,

От жизни охреневши натуральной,

Не выдержала большего душа,

Решила распродать, к чертям, банально.

Ну, объявленья в миг расположив

На всяких, значит, SLANDO и AVITO

Ходила я, смеялась от души,

Надеясь, что теперь все шито – крыто.

И что? Не тут – то было! Этот скот,

Никто, в уме тверезом, брать не хочет!

Умней меня, похоже, весь народ.

Зря жду сижу звонков и днем и ночью!

Я цену все сбавляла. Наконец,

Пишу: «Эй, люд! Берите на халяву!».

И – нет звонков! В гостях зверек писец…

Теперь я не найду на них управу.

И мысли все сегодня об одном —

О, так сказать, уже финальной сцене!

Пойти к ним рано утром с колуном,

И пришибить за раз, к едрене – фене!

А то все ходят летом грибники:

«Ой! Козочки! А можно их погладим?».

Сюсюкаются с ними, простаки…

А это же, пардон, такие… леди!

2011

Суд Линча

Соседка прибежала снизу

И ну, с порога материться:

«Я вам устрою экспертизу!» —

И лично мне: «Ах ты, мокрица!!!».

Я, охреневши от напора,

Ей говорю: «С чего сорвалась?».

Мне б в суть проникнуть разговора —

А то, аж сердце как – то сжалось.

Она же: «Затопили, суки!

Уже раз в третий, сколько можно!!».

Я ей: «У нас полы все сухи!

Никак такое невозможно!».

Она: «Я в суд пойду, ЗАЭТА!

Вы мне заплатите, поверьте!».

И дверью хрясь, в конце сюжета..

Ну, вроде избежали смерти!

И к карам диким уж готовы,

Мы в аварийную пищали…

А нам диспетчер: «Это ново,

Чтобы те, кто топит сообщали!».

Мы говорим: «Судом стращает!

И нам..ну, как – то неприятно!».

«Ну, что же, ждите!» – обещают:

«Соседка раз неадекватна…»

Приходят скоро пара дядек,

Ну, ключик газовый за ухом:

«И где у вас тут непорядок?» —

Я говорю: «У нас – то сухо!

Соседкой снизу шум устроен!».

Они все осмотрели четко.

Плечами пожимают строем,

Один пошел проверить к тетке.

Короче, воду поспускали,

Спросили как да что, построже,

К соседке шагом, все в печали,

Потом совсем ушли, похоже.

Не знаю, что она им пела,

И с чем утопали мужчины…

Но я за дверь иду не смело —

А вдруг соседка там, с дубиной?

И ждать чего, не знаю нынче,

Что сотворит она в отместку:

Суда бояться стоит Линча,

Иль из суда придет повестка?

2012