Читать книгу "Англия второй половины XVI века в описании современника"

Кроме сахара выросли в цене и специи, которые щедро использовались в английской кухне. Разнообразные приправы становились популярны в Англии, начиная с эпохи Средневековья не только потому, что с их помощью «маскировали» вкус немного подпорченных продуктов (хотя и это тоже было актуально), но и для придания нового вкуса однообразным соленым и высушенным продуктам, заготавливаемым на зиму.

Цена на корицу, мускатный орех, гвоздику всегда была высока ввиду того, что прямых поставок этих продуктов не было, закупались они на рынках других европейских стран, и лишь потом переправляться в Англию. Гаррисон пишет, что в его время специи дорожали: мускатный орех на 2 пенса полпенни за унцию, имбирь на пенни за унцию, корица на 4 пенса за унцию, гвоздика на 2 пенса, и перец от 12 до 16 пенсов за фунт.

Гаррисон не случайно приводит в качестве примера именно эти специи, говоря о повышении на них цен. Они являлись довольно востребованными на столах англичан и играли важную роль в их питании. Разнообразные рецепты английской кухни, начиная с эпохи Средневековья, неоднократно указывают на применения большого количества специй. В рецептах более раннего периода встречается упоминание об использовании при приготовлении блюд таких ингредиентов как корица, имбирь, гвоздика, кардамон, розовая вода, вержус (кислый сок, который делают, отжимая недозрелый виноград) и очищенный миндаль. Во времена Гаррисона специи были не менее популярны. Рецепты всей второй половины XVI в. предполагали щедрое использование корицы, имбиря, перца, шафрана, гвоздики, а также мускатного цвета2121
  Ма́цис, или Мускатный цвет – пряность, представляющая собой высушенный присемяник мускатника душистого или некоторых других видов мускатника. Мускатный цвет обладает приятным ароматом и пряно-жгучим вкусом, отличающимися от запаха и вкуса мускатного ореха – семени того же растения, поэтому мускатный цвет и мускатный орех считаются разными пряностями.


[Закрыть], мелкого изюма, бланшированного миндаля.

Специи использовались и в мясных блюдах, и в сладких – в пирогах, пирожках, печенье. Во времена Гаррисона, благодаря развитию садоводства и стремлению английских садоводов довести это мастерство до совершенства, многие фрукты, привозимые ранее из-за границы, выращивали в Англии, и, соответственно, использовали для приготовления в пищу. Фрукты использовали не только ля приготовления сладких блюд, но заготавливали. Яблоки, груши, вишни и сливы сушили, для того чтобы в холодное время года их можно было использовать в качестве начинки для пирогов.

Например, в Великий пост готовили пирог с инжиром, черносливом и финиками. Из персиков готовили открытый пирог, который было принято подавать очень горячим. Некоторые рецепты предполагают использовать сладкие фрукты в приготовлении блюд из мяса. Примером такого блюда может послужить каплун с апельсинами. Стоит отметить, что для английской кухни XVI вообще было характерно часто в рецептах смешивать мясо с фруктами и специями, часто сладкими.

Был распространен импорт фруктов и сухофруктов. Цены на ввозимые лакомства также росли, по словам Гаррисона изюм стоил ранее дешево (дословно пишет «a penny»), а теперь его цена колебалась от 6 до 10 пенсов за фунт. В два раза подорожал чернослив, а крупный изюм вместо 1 пенса теперь стоил 3 фунта.

Особым фактором, который повлиял на рацион питания англичан, стало расположение страны на острове, а это означало разнообразие морской и океанической рыбы, которой было в изобилии. Рыба, выловленная у побережья Англии, составляла значительную часть питания всех категорий населения. Рыба являлась необходимым и, что немаловажно, легкодоступным в силу географического расположения страны, продуктом питания. Особенно были богаты рыбой отмели близ острова Ньюфаундленд, где крупномасштабный лов трески стал настоящей революцией с конца XV в.

В эпоху Средних веков, когда католическая церковь постановила, что по пятницам и до позднего вечера по субботам запрещается употреблять мясо, молочные продукты и яйца, рыба становилась для англичан основным продуктом питания на половину дней в году. В XVI в. она также занимала важное место в их рационе. Королевский двор был вынужден употреблять рыбу, потому что законы, точно так же, как и раньше, запрещали есть мясо во время Великого поста и по пятницам. В целях поощрения рыболовства и развития рыболовного флота устанавливались «рыбные» дни (когда всем англичанам предписывалось есть рыбу) Рыбная ловля была настолько серьезным занятием, что, по словам Гаррисона, весь флот Англии можно разделить на три сорта: для войны, торговли и рыболовства.

Строгому контролю со стороны государства подвергалась рыбная торговля – устанавливался определенный уровень цен, и регламентировался экспорт. В какой-то мере такие законы были частью продовольственной политики Елизаветы, направленной на предотвращение продовольственных кризисов, и которая, в данном случае, была направлена на увеличение потребления рыбы.

Англичанам испокон веков было известно множество видов рыбы. И прежде всего это относится к морской – лосось, форель, сельдь, треска, морской петух, брим – рецепты блюд из этих видов рыбы были популярны в кулинарии второй половины века. Рыба пользовалась спросом не только в прибрежных городах – ее солили и отправляли вглубь страны.

Рыба составляла значительную часть рациона крестьянского населения. Изобилие разнообразных видов рыб, нетрудные способы ее добычи, делали этот продукт недорогим и доступным многим категориям населения. Основной массой потребителей рыбных продуктов являлись беднейшие слои населения, которые испытывали острую нехватку других продуктов питания. Рыба обладала возможностью продолжительного хранения посредством засолки, а также являлась удобным для перевозки и запаса на некоторое время, продуктом. Соленая и маринованная сельдь, сушенная или как ее еще называли вяленая треска, могли долго храниться и отправлялись на продажу в удаленные от моря области. Свежая речная рыба также пользовалась большим спросом. Из карпа, щуки и др. рыбы готовили достаточно сложное блюдо в Великий пост.

Важной составляющей рациона англичан были напитки. Пожалуй, одним из главных напитком на столах англичан было пиво. Основными ингредиентами для приготовления пива были ячмень и солод. Ячмень из Восточной Англии шел через города, изготовляющие пиво, вроде Ройстона, в Лондон. Несомненным новшеством в пивоварении стало добавление в напиток хмеля. Хмель в Англии узнали в начале XV в., но до 1556 года он был под запретом. Что касается второй воловины столетия, то в это время, по словам Гаррисона хмеля на английской земле было уже достаточно, чтобы добавлять его в пиво. В Кенте и Эссексе учились возделывать хмель для придания особого вкуса и запаха своему пиву. А это говорит о том, что в пивоварении англичане достигали немалого мастерства. Гаррисон весьма подробно описывает сложный процесс пивоварения, дело в том, что его супруга самостоятельно варила пиво, и священник не раз наблюдал этот процесс.

В повседневном рационе англичан был распространён такой напиток как сидр – из яблок и груш. Правда Гаррисон пишет, что готовили его не повсеместно, а только в некоторых частях Англии. Видимо потому, что для приготовления этого напитка необходимо, во-первых, большое количества яблок, а в Англии яблочные сады были в основном в Кенте – за его богатство яблоками и вишнями его даже называли «садом Англии». А во-вторых, не все сорта яблок подходят для приготовления сидра, а только особые, богатые танинами2222
  Тани́ны, или танни́ны (от фр. tannin) – группа фенольных соединений растительного происхождения. Танины обладают дубящими свойствами и характерным вяжущим вкусом.


[Закрыть].

Уильям Гаррисон обращает внимание на изменения в культуре питания англичан, которые связаны, прежде всего, с сокращением времени, проводимого за едой. Если раньше англичане завтракали, выпивали и перекусывали после обеда, а ужинали, когда уже пора было идти спать, то теперь они довольствовались лишь обедом и ужином, – комментирует он.

Гаррисон, с одной стороны, осуждал чревоугодие, с другой объяснял его особенностями климата и географического положения Англии, которые требуют «согревать желудки обильной пищей». Однако радуясь тому, что его соотечественники избавились от привычки много есть, точнее, по его словам, сократили лишь количество приемов пищи, как уже было сказано выше до двух раз – обеда и ужина, Гаррисон противоречит сам себе. Он сообщает, что приходя в гости, принято, чтобы каждый приносил с собой одно или несколько блюд. То есть об уменьшении количества потребляемой пищи речи не идет. По-прежнему оно обильное. Хотя здесь стоит отметить, что в пример Гаррисон приводит не обычные дни, а праздники, свадьбы и прочие всевозможные пирушки, что само по себе исключение, и нельзя опираться на эти замечания при рассмотрении изменений в культуре питания.

Однако, все же сокращение потребления пищи, о котором он пишет, могло быть связано, прежде всего, с нехваткой продуктов питания для большей части населения. А также, действительно, с модой на двухразовое питание, которая появилась в это время, но не стоит забывать, что коснулась она исключительно меньшинства – представителей аристократии, которые могли себе позволить поздно вставать и соответственно, принимать пищу не раньше, чем наступало время обеда, а это, по словам Гаррисона, примерно в 11 или 12 часов. Завтрак, таким образом, смещался на обеденное время, а между пятью и шестью часами вечера проходил ужин. Вот и получались те два приема пищи, о которых говорит Гаррисон.

Немногим, по его мнению, отличалось время приемов пищи в купеческих семьях. Купцы и торговцы обедали в полдень, а ужинали в шесть часов вечера. Однако получается что, по свидетельствам Гаррисона утром они вообще не ели, что вызывает сомнение. Возможно, он имеет в виду очень богатых купцов, которые могли себе позволить праздно проводить первую половину дня, тогда вполне вероятно, что их завтрак перемещался по времени ближе к полудню.

Если говорить о нехватки продуктов питания, то, конечно, от нее страдали беднейшие слои населения, крестьяне, простые рабочие, которые не в состоянии были приобрести необходимый набор продуктов. Недоедание здесь было вынужденной мерой, и в этом случае едва ли стоит радоваться «избавлению от привычки много есть». Простые фермеры, крестьяне и горожане, ели по-прежнему три раза в день. Вынужденные вставать с восходом солнца – они принимали пищу сразу после пробуждения, и поэтому говорить об отсутствии завтрака здесь едва ли возможно. Если конечно причиной его отсутствия, впрочем, как и других приемов пищи, не являлась бедность и нужда. По мнению Гаррисона, говорить об их режиме питания бессмысленно, они «обедали и ужинали, когда могли». День горожанина, начинался со звоном церковного колокола – примерно в 4 часа утра. В 5 часов утра летом и в 6 часов утра зимой, ремесленник уже должен был приступить к работе. Долгий рабочий день (12—14 часов) предполагал перерывы для принятия пищи, которые регламентировались согласно статуту от 1495 г.: в течение дня разрешалось прервать работу для завтрака, обеда и полдника. Поэтому на счет двухразового питания как выработанной привычке с Гаррисоном согласиться нельзя – эта мода коснулась лишь аристократии.

Столы богатых англичан отличало также и количество блюд, которые подавались к обеду или ужину. Их разнообразие зависело от того разделяли ли с кем-то хозяева трапезу или нет. Если обедали или ужинали в семейном кругу, то вполне могли довольствоваться двумя-тремя блюдами, но принимая гостей в домах купцов или джентльменов, считалось обычным делом видеть на столе от четырех до шести блюд, но притом, что встреча была небольшой. В семьях аристократов блюда никогда не подавались дважды, и все, что было не съедено, все остатки с хозяйского стола передавались слугам.

Гаррисон считал, что излишества на столах англичан не идут на пользу, ни здоровью, ни душе. Однако он возносит хвалу богу и «нашему суверену, что мы не обедаем ножкой или крылом курицы и не закусываем хохолком петуха, как приходится делать жителям других стран; но если планируется важное событие, то мы подаем на стол целых каплунов, куриц, голубей и тому подобное в изобилии, которые неизменно присутствуют на каждом английском застолье», в очередной раз, идеализируя действительность, забывая о повышении цен на продукты, и т.п., и главное, обобщая всех англичан. Далеко не все могли себе позволить устраивать такие застолья.

Принимая во внимание комментарии относительно культуры питания, можно сделать вывод что, несмотря на осуждение чревоугодия Гаррисон все же не поддерживает и суровый аскетизм в еде.

В целом можно сказать, что в исследуемый период времени продовольственное положение в английском королевстве не было стабильным. Были годы относительно хорошие в плане урожайности зерновых культур, а это значило, что низшие социальные слои населения могли иметь в достатке относительно недорогой хлеб, бывший их основным продуктом питания вместе с рыбой, которая тоже была в изобилии и не дорогая. Но были и времена особой дороговизны, когда большая часть населения страдала от нехватки элементарных продуктов. Уровень обеспеченности продовольствием был разный в различных регионах страны, и зависел, в основном, от сезонов года и природно-географических факторов. Ситуация с продовольственным обеспечением населения значительно менялась в отдельные неурожайные на зерновые культуры годы, так как рост цен на хлеб приводил и к росту цен на другие продукты питания.

Изменения в одежде англичан во второй половине XVI в.

Одежда во все времена являлась составной частью материальной и духовной культуры общества. С одной стороны, это материальные ценности, созданные человеческим трудом и удовлетворяющие определенные потребности, с другой – это произведение декоративно прикладного искусства, эстетически преобразующее облик человека. И, конечно же, одежда это всегда отражение исторического периода, особенностей жизни народа и его представлений о красоте.

В эпоху Возрождения, когда внимание стало обращаться на тело, и все что с ним связано, одежда стала играть более важную роль в жизни европейцев. Немаловажным для развития моды стало то, что Европа пережила общий рост экономического процветания. В частности, наиболее интенсивно развивалась текстильная промышленность, появлялись новые ткани. Например, льняная промышленность уже с конца Средневековья развивалась в южно-германских городах, а XVI в. нюренбергские и лейпцигские купцы занимались перекупкой льняных тканей. В Англии расширила свой ассортимент шерстяная промышленность. В конце XVI века уже насчитывалось более десяти видов сукна, а объем выпускаемых в Лидсе цветных сукон по сравнению с предшествующим столетием вырос в десять раз.

Кроме того, процветание торговли между важными европейскими центрами, а также со странами Востока, позволило европейским портным получать не только простую шерсть, в диапазоне качества от самой простой до тончайшей, но и дорогие материалы, такие как шелк, дамаск, атлас. Узорчатый шелк, кисея, пурпурный дамаскин, вышитый бархат, привозимый из Венеции, а также креп, тафта, атлас, бархат, были наиболее излюбленными тканями богачей.

Из Италии и стран Востока были привезены красители – индиго, шафран, кроцеин алый2323
  Crocein scarlet – кроцеиновый алый краситель.


[Закрыть], из России и Скандинавии ценные меха – соболь, горностай, белка. Мех использовался для обшивки краев плаща, причем монархи использовали для этой цели горностай и соболь, дворяне – куний мех, буржуа – лисий и хорьковый, а крестьяне – козью шерсть и бараний мех.

Самые благоприятные условия для закладывания основ моды в Западной Европе в эпоху Возрождения сложились в Италии, как самой развитой стране эпохи Возрождения. Здесь над созданием костюма трудились не только портные, но и художники. Красота одежды выражалась в живописности сочных ярких цветовых сочетаний тканей, а средневековая дробность исчезла даже в деталях костюма.

На изготовление модных одежд шли драгоценные материи – шелк, парча, бархат, покрытые вышивками и украшенные орнаментами из цветов, ваз, гондол. Питая слабость к театральным эффектам, итальянцы носили все самое красивое и дорогое.

Весь костюм Ренессанса, особенно женский строился на сочетании пышных драпировок тяжелых тканей. Женские платья в XVI в. стали еще пышнее, лиф отрезным, рукава верхнего платья короткими и пышными в виде буфа. Из цветов особенно модными считались зеленый, красно-винный, смарагдовый2424
  Изумрудный цвет.


[Закрыть].

Являясь основоположником современной моды, Италия диктовала свой стиль другим странам. Уже с конца XV в. итальянский костюм начинает влиять на европейскую, в частности французскую моду. Приняв его, Франция внесла ряд изменений, придавая большое значение декоративной стороне. Затем центр моды переместился в Испанию. В начале XVI в. с возвышением Испании многие стали одеваться на испанский лад, а во второй половине XVI в. испанскую одежду, хотя и с разными видоизменениями, носила уже вся Европа. Наиболее сильное влияние испанские моды оказали на Францию, а через нее на Англию.

Влияние Испании, прежде всего, распространялось на костюмы высших классов. Так у высших классов вошел в моду черный суконный костюм, который являлся символом политического преобладания «всемирной» империи католического короля. Придворные и знать в этих странах, носили костюмы на испанский лад до первого десятилетия XVII в., поэтому трудно сделать различие между английской, французской и испанской модой этого времени.

На испанскую моду огромное влияние оказала католическая церковь, и на костюме отразилась особая сдержанность как в мужском варианте – темные сукна, облегающий камзол, штаны с пуфами, короткий плащ с очень высоким воротником, окаймленным небольшим жабо, так и в женском – фигура по силуэту напоминала два равнобедренных треугольника соединенных вершинами. Такую форму придавали платью искусственные подкладки и каркасы, подложенные под платье. Особой строгости испанский костюм достиг к середине XVI в. Украшением служило сочетание различных видов ткани, золотая вышивка и великолепные воротники, которые в последующем проникнут в английскую моду.

От испанской моды некоторые черты заимствовала Франция, однако даже при подражании Испании, французы стремились сохранить свою самобытность. В эпоху Генриха II, который носил преимущественно испанские черные костюмы, во французской моде, пожалуй, наиболее ярко проявилось это влияние, но затем, уже в третьей четверти XVI столетия Франция избавляется от него, и создает свои собственные весьма экстравагантные формы.

Таким образом, эпоха Возрождения, так или иначе, повлияла на изменение моды европейских стран. Внесла в одежду европейцев что-то определенно новое, и в целом сделала ее частью жизни людей, отражающей личность, достаток, род деятельности. Не стоит только забывать, что ведущей была мода, диктуемая высшими классами – аристократией и буржуазией. В народном костюме сохранялись традиции прежних лет. Однако в целом костюм эпохи Возрождения достаточно демократичен – в нем не было строгой классовой обусловленности характерной для средних веков. Мода выражала уже имущественное положение человека, а не сословное. Эта черта была характерна и для Англии.

Что же происходило с английской модой в XVI веке, как она менялась, какие европейские страны оказали на нее свое влияние, и наконец, что сообщает нам Уильям Гаррисон об одежде в елизаветинскую эпоху? Надо сказать, что те сведения, которые он оставил, весьма любопытны, хотя и лаконичны. И это неслучайно. Его мнение относительно того, как одевались соотечественники весьма однозначно, и наиболее ярко отражено в едкой фразе, о том что «только собака в камзоле могла бы превзойти моих соотечественников в странности одеяний». Что же вызывало такое замечание в глазах священника?

Начать стоит с того, что английская мода в годы правления Елизаветы отличалась переменчивостью, которая шокировала многих добропорядочных граждан. И Гаррисона в том числе. В Англии, по его словам, «нет ничего более постоянного, чем непостоянство нарядов». Но Гаррисон осуждал не только перемены в моде, но и излишнюю, по его мнению, пышность нарядов его соотечественников – причем как мужчин, так и женщин. Это касалось и причесок, особенно мужских, к которым во времена автора относились с особой щепетильностью, и чрезмерной страсти к ношению ювелирных украшений – по мнению Гаррисона ношение золотых серег, украшенных жемчугом и драгоценными камнями, «оскорбляет Бога, потому что люди стремятся улучшить то, что было дано им свыше». Не стоит забывать, что Гаррисон являлся священником и по понятным причинам осуждал ювелирные украшения, которые, действительно были весьма распространены.

В XVI веке расцвет ювелирного искусства приходился на Германию, где ювелиры создавали изящнейшие изделия. И так как германская Реформация оказала огромное влияние на всю Европу, и Англия не была исключением, а протестантская вера укрепилась здесь, то немецкое влияние можно проследить и в такой области как ювелирное искусство. В XVI веке из Нового Света в Англию хлынул поток серебра, которое предназначалось для Европы, но часто не достигало пункта своего назначения и в огромных количествах оседало в Англии. В 1587 г. было захвачено испанское золото и английские мастера золотых и серебряных дел, и ювелиры были загружены работой по переплавке слитков в различные изделия, простые и замысловатые, которые украшали драгоценными и полудрагоценными камнями, гравировкой и эмалью. В дизайне они копировали немецкий, что тоже было подтверждением влияния Германии на развитие английского ювелирного искусства.

В елизаветинские времена одежда стала просто немыслима без драгоценностей, и на официальных мероприятиях знать, а также приближенные ко двору надевали наряды, расшитые драгоценными камнями. Умение мастера огранить и подобрать оправу для драгоценного камня достигло очень высокого уровня, а сами ювелирные изделия отличались ярко выраженной индивидуальностью. Улучшилась и техника гравировки драгоценных камней. Даже пуговицы в то время были маленькими произведениями искусства и стали столь популярны, что их преподносили Елизавете в качестве подарка по многим случаям. Среди них было пять дюжин золотых пуговиц в форме короны с цветком на вершине – каждая украшена жемчужиной, и восемнадцать покрытых эмалью золотых застежек с пятью брильянтами и шестью рубинами. Королеве также принадлежала огромная коллекция петель для шнурков, которые можно было переносить с одного платья на другое: золотые, серебряные, покрытые разноцветной эмалью, а некоторые даже украшены жемчугом.

Безусловно, внешние факторы сказались на изменениях, коснувшихся английской моды. Вполне возможно, что одной из главных особенностей, повлиявших на столь негативные, по мнению Гаррисона, тенденции в моде, стало влияние и распространение в Англии чужеземной моды. По словам священника, англичане подражали «всем народам, окружающим нас, подобно хамелеону». И это подражание сказывалось на внешнем виде представителей всех сословий английского общества, который «послужит поводом для других наций посмеяться над нами…».

Действительно, несмотря на то, что англичане не любили и презирали самих иностранцев, они восхищались иностранной модой. Но надо сказать, что хотя в английском костюме и сказывалось иностранное влияние, его особенностью стало то, что англичане не подражали слепо, как считал Гаррисон, а привносили нечто новое, черты характерные именно для Англии и отражающие ее развитие в XVI веке.

Самое сильное и длительное влияние на английский мужской костюм оказали испанские моды, начиная с первой половины XVI столетия. Главной причиной этому послужило не столько их распространение по всей Европе, сколько брак Марии Тюдор с испанским королем Филиппом II. Придворные, боясь «отстать от моды» подражали испанцам. Хотя англичане и видоизменяли испанский костюм.

Наиболее ярким примером выступают знаменитые испанские воротники – рафы, как их называли в Англии. Сначала батистовые и скромных размеров, они затем все увеличивались и стали более сложными. В моде были также отложные в несколько слоев воротники, плоеные и крахмальные, а также веерообразные, достигавшие огромных размеров. В Англии изобрели цветные крахмалы и рафы становятся голубыми, желтыми, шафрановыми. Накрахмаленные воротники прекрасно держали форму, и их величина постоянно росла, и к концу столетия уже достигала 30 см.

У испанцев англичане также заимствовали небольшой плащ, который носили сверху дублета. В Англии его называли «мендилайен». А вот различные варианты фасонов штанов, которые заменили господствующие до этого времени однотипные аппа-стокс, англичане перенимали у разных народов.

Неизвестный художник. Сэр Джон Борлейз. XVI в. Англия, частная коллекция.

Корнелис Кетел. Мартин Фробишер 1577 г. Оксфорд, Бодлеянская библиотека.

В моду входили новые фасоны штанов. Появление вязаных чулок повлияло на удлинение привычных англичанам аппа-стокс. У мужчин чулки могли быть длинными или короткими – все зависело от того, с какими штанами их надевали. Длинные чулки носили с короткими «бричес» – штанами до колен, короткие чулки надевали с так называемыми «венецианскими» штанами, которые приветствовали знатные, особенно молодые англичане. Фасон таких штанов придавал мужской фигуре явное сходство с женской, что вызывало возмущение у моралистов, и Гаррисона в том числе – он писал, что «сейчас бывает, что женщины становятся мужчинами, а мужчины превращается в монстров». По его мнению, новые веяния в моде совершенно не соответствовали каким-либо моральным устоям, и уж тем более были неугодны Богу.

Изменение силуэта костюма повлекло и изменение головных уборов. Вместе с испанскими модами в Англии появились шляпы, которые англичане делали еще более высокими или же создавали свои собственные варианты, но береты начала XVI века сохранялись как часть официального костюма.

Неизвестный художник. Соколиная охота королевы Елизаветы. Фрагмент гравюры 1575 г. Лондон, Британский музей.

Шляпы и колпаки были особым предметом внимания и отличались большим разнообразием – здесь особо проявлялся индивидуальный вкус владельца. Шпаги, рапиры, трости, надушенные и вышитые перчатки, драгоценные украшения, включая серьги и ожерелья – все это дополняло костюм английских франтов. Поверхность одежды украшалась вышивкой, аппликациями, комбинацией нашитых шнуров, галунов, прорезей, драпированных буфов и т. д.

Гаспар Рутц. Костюмы Елизаветинского времени 1581 г. Гравюра.

Костюмы придворного дворянства и знати отличались необычайной роскошью и стоили очень дорого. К примеру, вышитые и богато украшенные штаны стоили от 7 до 100 фунтов, а цена рубашки колебалась от 10 шиллингов до 5 фунтов. Эти цифры станут наиболее выразительными, если учесть, что годовой доход с небольшого поместья равнялся 10—15 фунтам.

Лорд и крестьянин. Политическая карикатура XVI в.

В целом можно отметить, мужчины не меньше женщин интересовались красивыми и затейливыми нарядами, а кроме того использовали косметику и были столь же озабочены стрижкой бороды, как и покроем своего костюма. Фасон бороды был очень разнообразен, но некоторые мужчины вовсе не носили бороды и ходили гладко выбритые. Гаррисон подробно описывает, какие бороды были особенно в моде: «бороды носили или на турецкий манер, коротко стриженные, закругленные, как «щетка для чистки», или заостренные спереди и длинные». Цирюльник, по словам Гаррисона, был настолько искусен, что мог подобрать подходящий к овалу лица фасон и даже скрыть с его помощью некоторые недостатки. Так «длинное худое лицо можно было расширить при помощи фасона «маркиз Отто», обладателю плоского лица могла помочь длинная узкая борода, если внешне человек напоминал куницу, то «приходилось оставлять побольше волос на щеках, чтобы он выглядел большим, как откормленная курица, или грозным, как гусь».

Не менее разнообразными были и мужские прически. Мужчины, по словам Гаррисона, выглядели по-разному – «иногда подстрижены, иногда завиты». Он отмечал и необычные формы стрижки, когда, к примеру, волосы выстрижены то над ушами, то за ними и кругом, как под горшок, и длину волос, которая порой была не меньше чем женские локоны.

Важную роль в костюме англичан играла обувь. Представители дворянского сословия, которые проводили большую часть своего времени в помещении, как правило, носили обувь непрактичную, сделанную из тонкой ткани, кожи или бархата, с подошвой из пробки. Такие pumps (дословно туфли-лодочки) обычно украшали помпонами или розетками, и надевали в них цветные чулки, которые было видно. Чулки были очень разнообразных оттенков. Их красили в рыжий, шафрановый, желтый, красный, розовый, черный, зеленый, синий, белый.

Когда выходили на улицу, то поверх туфель надевали деревянные галоши, известные как chopines – достаточно неудобная обувь из дерева на толстой пробковой или деревянной платформе. Эти «галоши» защищали обычную обувь от плохой погоды, а также грязи, которой были заполнены улицы.

Пример chopines.

Интересные изменения произошли с мужскими сапогами. Сапоги первоначально одевали только для верховой езды. Однако примерно после 1580 г., они стали атрибутом моды на каждый день. Но их редко носили в помещении. Тем не менее, сапоги научились красиво декорировать, их украшали ажурными креплениями, а тончайшая кожа, из которой их делали, привозимая из Испании, позволяла голенищу настолько плотно облегать ногу, что оно полностью повторяло линию икр. Другие модели, наоборот, были с очень широким голенищем, которое доходило почти до бедра. Их, как правило, носили со штанами в обтяжку, и они предназначались для активного отдыха.

Женский костюм на протяжении XVI в. также претерпел значительные изменения. Несмотря на испанское господство, которое неизменно присутствовало в период царствования Марии Тюдор, появились некоторые нововведения, которые в последующий период – елизаветинское время, сохранятся и усовершенствуются.

Неизвестный художник. Жена Френсиса Дрейка – Элизабет Сиденхем. XVI в. Англия, частная коллекция.

Примером здесь выступит испанский каркас для юбки, который превратился в знаменитый колесообразный кринолин (фижмы). Кринолин представлял собой очень широкую юбку, натянутую на большой обруч и спадающую с него прямо на пол жесткими складками.

Во второй половине XVI века роскошь елизаветинского двора диктует моду женского туалета, который приобретает более торжественный и роскошный облик. Также как и в мужском костюме приветствовалась некоторая вычурность, обилие украшений – вышивка золотом или драгоценными камнями, очень пышные рукава с буфами и подложенными плечами, с множеством прорезей, в которые виднелось полотно или шелк.

Интересно, что именно в елизаветинское время в гардеробе английских аристократок появляется платье для верховой езды. Это, безусловно, было связано с модой на охоту.