Текст книги "Идолы"

Железняк

Отделаться от журналистов удалось только после того, как он заверил, что на днях соберёт официальную пресс-конференцию и подробно, обстоятельно и откровенно ответит на все интересующие их вопросы – как относительно бывших проектов, так и относительно будущих.

Железняк страсть как не любил всю эту алчную журналистскую братию, которой дай только палец – оттяпает руку минимум по локоть. Но он понимал, что со СМИ надо дружить. Мысленно стиснув зубы и мило улыбаясь им в глаза – дружить и терпеть. Всячески задабривать этих акул пера, умасливать, льстить, ублажать – потому что, хоть у него и был собственный прекрасный пиар-отдел, независимые издания могли здорово подгадить, а то и вовсе погубить карьеру. Напишут про твоего артиста какое-нибудь дерьмо, другие подхватят – и потом опровергай, не опровергай, а осадочек у публики всё равно останется.

Прессуху, конечно, всё равно пришлось бы собирать рано или поздно. «Будем считать, что просто получилось чуть раньше, чем планировалось», – подумал Железняк. Ничего, ему не привыкать работать в условиях форс-мажора и дедлайна.

Мальчишки, конечно, ещё совсем сырой материал, там работы – непочатый край. Они пока не были готовы даже к банальной фотосессии, не то что к встрече со СМИ. И прежде всего им требовалась нешуточная работа стилиста. Господи, во что они одеты, это ж уму непостижимо… А причёски? У Крапивина вообще воронье гнездо на голове. Ну и единения между ними ещё никакого, друг для друга они – всего лишь случайные попутчики в одном купе, а не слаженная команда. Что ж, значит, журналистам пока придётся обойтись без сладенького. Тем лучше – это подогреет интерес прессы к «Идолам», заставит по-настоящему их ждать.

Отпустив ребят по домам, Железняк ещё некоторое время оставался в студии. Глотал остывший кофе и размышлял, мысленно перебирая в памяти каждого из участников будущего музыкального проекта. Он был почти на сто процентов уверен, что пацаны пропустили мимо ушей его рекомендации насчёт завтрашнего медосмотра. Напьются ведь на радостях, сопляки безответственные, он по глазам это видел. И срать они хотели на нарколога! Железняк был бы рад ошибиться, но особо не обольщался. Дай-то бог, чтобы хотя бы не нажрались в говно…

Он снова и снова возвращался мыслями к мальчишкам – к каждому из них. Опыт позволял смело предсказывать, что станет с ними в ближайшем будущем. Он видел насквозь слабости и недостатки каждого – но также видел и потенциал. Что ж… посмотрим, как они сработаются, как споются-станцуются.

Костя Миронов. Однозначный лидер, тут не может быть и тени сомнений. Во-первых, смазливая морда, девчонки от таких красавчиков кипятком ссутся. Во-вторых – небольшой, но всё же серьёзный опыт в шоубизе. Реалити-шоу, мюзикл… В-третьих, конечно же, голос. Тембр невероятной красоты, буквально завораживающий. Миронов выглядел наиболее готовым к звёздному будущему и не носил розовых очков. С ним, пожалуй, будет легче всего работать.

Иван Крапивин. Талантливый мальчик, охренительный контратенор – но идеалист и максималист, каких поискать… Железняк усмехнулся, вспомнив горящие глаза Ивана и его возмущённое: «У меня есть девушка и я её люблю!» Милый, милый смешной дуралей, как сказал классик…1313
  Строки из поэмы «Сорокоуст» Сергея Есенина (1920).


[Закрыть] Ещё и песни собрался для группы писать, оборжаться можно! Да, мальчишке придётся испытать несколько серьёзных разочарований в процессе ломки… а ломка неизбежна. Такие, как Крапивин, не гнутся – им безжалостно ломают кости и учат затем ходить на костылях. Жаль его девчонку, кем бы она ни была. Придётся ей поискать себе нового парня, Крапивина она точно не получит – его отобьёт у неё слава.

Женя Огай. Совсем ещё зелёный мальчишка, чистый и неиспорченный, как прозрачный родник. Типичный «хороший мальчик». Нет в нём ни броской вызывающей красоты Миронова, ни дерзости и пылкости Крапивина, но по таким скромняшам девочки тоже прутся, так что свой пласт поклонниц ему обеспечен. К тому же, мягкий и податливый, как пластилин – этот не станет спорить с пеной у рта, отстаивая свою точку зрения. У него, видимо, в крови эта привычка подчиняться старшим, уважать авторитеты… с ним тоже будет легко. Жаль только портить этакую невинность, невесело усмехнулся Железняк, но ничего не попишешь – нырнуть с головой в мир шоу-бизнеса и остаться чистеньким ещё никому доселе не удавалось.

Антон Троицкий… Железняк поморщился. Досадно, что придётся искать ему замену. Пацан-то видный, яркий, по харизме ничуть не уступающий Миронову. Забавно, он почему-то был уверен, что парнишка так просто не сдастся – а тот покорно ушёл после соответствующего указания. Неужели Железняк разучился разбираться в людях? Ему казалось, что упрямства и целеустремлённости, а также здоровой спортивной злости Троицкому не занимать.

Задумчиво повертев в руках мобильный, он всё-таки решил раз и навсегда покончить с тем, что его подсознательно грызло, и набрал номер Ленки.

– Слушаю, – томно мурлыкнула она в трубку, как ни в чём не бывало. Сучка крашена.1414
  «Ах, ты! Сучка ты… крашена!» – цитата из фильма Владимира Меньшова «Любовь и голуби» (1984)


[Закрыть]

– Что, вода совсем в жопе не держится? – произнёс он вместо приветствия. – Какого хрена ты растрепала всем о том, что рассталась со мной из-за моего нового проекта?

– Вообще-то я чистую правду сказала, – обиженно протянула Ленка. – Или мне нужно было врать и отмалчиваться, чтобы сделать тебе приятно? Заметь, ты сам разорвал со мной деловые отношения. Мне абсолютно плевать на твои чувства, как и тебе на мои. Предлагаю на этом закончить.

– Я перестал бы работать с тобой в любом случае, даже если бы не собрал группу! – прорычал Железняк. – Ты вообще не имела права приплетать сюда моих новых подопечных.

– Да пошёл ты в жопу, Серёжа, – ощетинилась Ленка. – Кого хочу – того и приплетаю. Как говорится, за что купила, за то и продаю. Мне так-то на тебя вообще пофиг. У меня теперь новый продюсер… Прекрасный человек, который в меня верит.

– Уже? – он не мог не подивиться её прыткости. – Резво ты. И кто же этот несчастный?

– Альберт Маркелов.

– Альбертик? – не на шутку поразился Железняк. – Этот пидopacинa?

– Тебе-то что? – разозлилась Ленка.

– Да мне-то ничего… за тебя переживаю, родная. Ты ж привыкла трахаться со своими продюсерами, а с новым этот номер не прокатит. Выдержишь на голодном пайке-то?

– Козёл, – разобиделась Ленка и бросила трубку.

Железняк потянулся, хрустнув суставами, и решительно засобирался домой. Этот бесконечный день здорово его вымотал…

Кивнув на проходной клюющему носом охраннику, он вышел на улицу и невольно поёжился от прихватившего к вечеру морозца. И всё-таки воздух был таким чистым и свежим, что ему невольно подумалось: хорошо-то как, господи… Сейчас он доберётся до дома, примет горячую ванну и заснёт с бутылочкой пива под телевизор – что может быть лучше? Наверное, это и есть старость, самокритично усмехнулся Железняк.

– Сергей Львович! – послышалось со стороны. Повернув голову, Железняк увидел, как из темноты в свет фонаря выступила какая-то фигура. Сфокусировав взгляд, он с удивлением (и радостью, чего уж!) узнал Антона Троицкого.

– Я всё-таки хотел бы объясниться… и извиниться, если вы не возражаете, – начал тот, глядя на Железняка исподлобья, словно вот-вот ожидал от него какой-нибудь пакости.

«Ну что ж, – подумал продюсер удовлетворённо и даже чуточку самодовольно, – я в тебе не ошибся, парень».

Иван

Квартира, в которой им с Женькой предстояло жить, оказалась шикарной – ну, во всяком случае, на скромный провинциальный взгляд Ивана. Чистенькая, полностью меблированная трёшка с двумя спальнями, в которой имелось абсолютно всё, что необходимо для жизни: от стиралки до кофемашины.

– Круто, – с уважением присвистнул Костя, оказавшись внутри и оглядываясь по сторонам. – Я сам хату снимаю, так что примерно в курсе цен… Такая, как ваша, в месяц должна не меньше восьмидесяти косарей стоить.

Женя, с размаху плюхнувшись было на диван и с удовольствием вытянув ноги, тут же испуганно выпрямился и подобрался, словно боясь ненароком что-нибудь задеть или сломать. Да уж, подумал Иван, сами бы они такую квартиру точно не потянули. Спасибо хоть, что на первые несколько месяцев Железняк взял эти расходы на себя. Неужели когда-нибудь они начнут столько зарабатывать, что отдавать ежемесячно восемьдесят тысяч за съёмное жильё будет обыденным, плёвым делом?

Заглянув поочерёдно в каждую из спален, Иван поинтересовался:

– Жень, ты какую комнату себе хочешь?

– Мне всё равно, – дипломатично откликнулся тот. – Сам выбери, какая тебе больше нравится.

Иван незаметно хмыкнул себе под нос. С соседом, судя по всему, проблем не возникнет – парнишка покладистый и скромный. Тем лучше!

Костя тем временем уже тыкал пальцем в телефон, чтобы заказать доставку.

– Кто какую кухню предпочитает?

Иван только отмахнулся:

– Да не принципиально, я всеядный, лишь бы мясо было и порции побольше. Прям вот побольше, побольше!

Костя окинул его насмешливым взглядом:

– А по тебе и не скажешь, что ты любитель пожрать.

Иван не обиделся – давно привык к добродушным насмешкам над своим весом. С подросткового возраста он был длинным и тощим. Правда, за последние пару лет обзавёлся мускулами на руках и подкачал пресс, но до настоящего качка ему было, как до луны пешком, тем более в одежде.

– А ты? – повернулся Костя к Жене.

Тот неуверенно пожал плечами.

– Даже не знаю… Наверное, корейская еда в Москве непопулярна?

– Как раз в Москве можно найти любую из кухонь мира, даже африканскую, – заверил Костя. – Ну что ж… корейская – так корейская, – и снова принялся тыкать пальцем в экран. – О, вот круглосуточная доставка! Ресторан «Мир Куксу». Взгляни, что у них за меню, а то для меня это всё филькина грамота, сейчас такого по незнанию назаказываю, что ты есть не сможешь…

Пока парни серьёзно и обстоятельно обсуждали выбор блюд, Иван незаметно выскользнул из комнаты и, оказавшись в кухне, набрал заветный номер.

– Ванька! – обрадованно воскликнула Маша, ответив после первого же гудка. – А я твоего звонка с утра жду. Куда ты пропал?

– Да вот только более-менее освободился, – откликнулся он, присаживаясь на табурет и чувствуя, как губы против воли растягиваются в улыбке – он тоже был очень рад её слышать, уже успев соскучиться. – Сначала в студии с продюсером встречались, контракт подписывали, сейчас вот с пацанами на нашей съёмной квартире…

– С какими пацанами? – удивилась Маша.

Ах да, точно, она же ещё ничего не знает, спохватился Иван, и принялся с жаром рассказывать ей о создании поп-группы.

– Кру-у-уто, – протянула Маша. – А что за парни-то хоть, нормальные?

– Да вообще мировые, мы с ними сразу общий язык нашли, – заверил Иван. – Сейчас вот собираемся немного отметить…

– Я смотрю, ты там не скучаешь, – вздохнула она, и в её вздохе он ясно услышал тщательно скрываемую обиду.

– Мне тебя очень не хватает, Машунь, – быстро сказал он, до боли в пальцах стиснув трубку. – Если бы ты только знала, как!

– Мне тоже тебя не хватает, – жалобно отозвалась она голосом, в котором уже звенели слёзы.

– Ну что ты, маленький мой, – тут же встревожился Иван. – Не грусти и не накручивай себя, у нас всё хорошо, всё по-прежнему! Я же обещал…

Справившись с предательским всхлипом, Маша с надеждой спросила:

– А ты приедешь в выходные?

Иван смутился.

– Прямо в эти, наверное, не получится… – виновато пробормотал он. – Понимаешь, мы ещё даже не начали толком работать. График у нас, судя по всему, будет очень жёстким. Думаю, и по субботам, и по воскресеньям пахать придётся. Но я обязательно выкрою время и приеду, обещаю! – заверил он.

Маша тяжело вздохнула – так, что у него чуть сердце не разорвалось.

– Ясно…

– Не грусти, хорошо? – шепнул он. – Я тебя очень люблю. Не забывай об этом, пожалуйста.

– И ты тоже… не забывай, что любишь меня, – сказала она, вкладывая в эти слова какой-то особенный смысл. – Ну ладно, ты иди… Твои пацаны, наверное, уже заждались. Желаю хорошо повеселиться!

И вроде бы в целом нормально пообщались, а всё равно на душе остался какой-то неприятный осадок, словно он не договорил и упустил что-то важное.

…Впрочем, долго грузиться по этому поводу ему не пришлось. Вскоре приехал первый курьер, и они все переместились на кухню.

– Ну, за знакомство и начало совместной работы? – предложил Костя, салютуя им бутылкой пива.

– И за будущий успех! – с жаром подхватил Иван. – Пусть всё у нас получится!

Женя лишь застенчиво улыбнулся и промолчал, сделав глоток безалкогольного пива из своей бутылки.

Они с аппетитом захрустели острыми куриными крыльями, обмакивая их в медово-горчичный соус.

– А ты из «Закрытой школы» теперь уйдёшь? – поинтересовался Женя у Кости.

Иван припомнил, что это, вроде бы, название мюзикла, в котором Миронов исполнял главную роль – а попал он туда после победы в реалити-шоу для молодых артистов, финал которого прошёл этим летом. Иван не следил за отбором, но отдельные детали всё равно были на слуху и невольно зацепились в памяти.

Костя мотнул головой:

– Нет, уходить не планирую… во всяком случае, пока. Постараюсь как-то совмещать, насколько это возможно. Сейчас-то полегче, – добавил он, – это сразу после премьеры у нас было по тридцать спектаклей в месяц, ещё и без второго состава. А теперь у меня есть артист на замену, да и мюзикл всего пару раз в неделю идёт.

– Здоровски, – с уважением протянул Женя. – Я бы хотел как-нибудь сходить на представление. Только предупреди, когда именно ты играть будешь, а не второй состав.

– Не вопрос, – кивнул Костя. – Если хочешь, я тебе проходку достану, – и, заметив, как недоумевающе округлились Женины глаза, пояснил:

– Ну, в смысле – контрамарку. Билет покупать не надо.

– Ух ты! – Женя засиял. – Спасибище!

– А мне можно? – заинтересовался Иван. – Тоже хочу увидеть тебя на сцене.

– Договорились, – легко согласился Костя.

В это время тренькнул дверной звонок.

– Это, наверное, твоя корейская кухня приехала, – сказал Иван, обращаясь к Жене, и тот мигом подорвался из-за стола:

– Я открою!..

Однако это оказался не курьер. Несколько мгновений спустя в сопровождении Жени на кухне появился блондин, которого они видели днём в студии. Тот самый, которого продюсер выставил вон за опоздание.

– Ну, привет, что ли? – улыбнулся тот. – Давайте знакомиться, пацаны. Я Антон.

Костя

Он сразу же почувствовал напряжение – неотчётливое, невысказанное, но всё же вполне осязаемое. Чёрт его знает, что это было – интуиция? Шестое чувство? Ведь формально к поведению Антона невозможно было придраться: парень буквально источал дружелюбие и вообще был сама любезность.

Но всё-таки, когда Антон плюхнулся на табурет, занимая своё место за столом, Костя явственно ощутил, как с той стороны повеяло холодом. Причём этот холод был адресован не Ивану с Женей, а конкретно ему – Косте, словно Антон подсознательно чуял в нём противника или конкурента. Да вот только в чём им было конкурировать? Однако он буквально физически ощущал какую-то фальшь в искренней белозубой улыбке гостя.

Впрочем, гостя ли?.. С этим ещё предстояло разобраться.

– Ты тоже с нами жить будешь? – бесхитростно поинтересовался Женя у Антона, когда тот сообщил, что адрес ему дал Железняк.

Тот усмехнулся чуточку снисходительно:

– Нет, я коренной москвич.

Ну охренеть теперь, фыркнул про себя Костя, сколько пафоса, гордости и самомнения в одной коротенькой фразе! «Я коренной ма-а-асквич…» Сдохнуть можно, какое великое достижение – в котором, так-то, нет ни капли заслуги самого Антона.

– Сергей Львович сказал, что мне нужно познакомиться с вами и пообщаться… чтобы вы ввели меня в курс дела, – пояснил между тем он. – Я только в общих чертах знаю, что он решил создать группу из нас четверых, но хотелось бы детальнее понимать, что к чему.

– А договор внимательно прочитать – не? Не царское это дело? – не удержался от шпильки Костя.

Антон стрельнул в него быстрым взглядом, а затем ответил с милой улыбочкой:

– Договор мне обещали дать завтра, я его ещё в глаза не видел.

– Понятно, – кивнул Костя, – ты среди нас пока единственный неофициальный участник… то есть ты вроде как есть, но тебя как бы нет.

Антон сжал зубы. Костя понимал, что ведёт себя как детсадовец, но не мог отказаться от невинного развлечения – очень уж хотелось куснуть этого самодовольного зажравшегося «ма-а-асквича».

– Это всего лишь формальность, – глядя на Костю в упор, отозвался Антон. – Я такой же полноправный участник «Идолов», как и все вы.

– И как тебе удалось вымолить у Железняка прощение за то, что опоздал? – продолжая строить саму невинность, полюбопытствовал Костя. – Он же ненавидит непунктуальных людей. Видно было, что ты его пипец как выбесил.

– Когда нужно, я умею быть очень убедительным и обаятельным, – откликнулся Антон. – Так что не переживай, в ногах ползать и умолять мне не пришлось.

– Жаль, – хмыкнул Костя, – наверное, забавное было бы зрелище.

Почуяв, что дело запахло жареным, Иван кинулся разряжать атмосферу. Он торопливо сунул Антону в руки бутылку пива и кивнул на куриные крылышки с картофелем по-деревенски:

– Угощайся.

Антон снова включил режим лапочки и послал Ивану благодарную улыбку.

– И всё-таки, пацаны, что там с условиями? Реально много ограничений?

– Чуть больше, чем до хрена, – вздохнул Иван. – Если вкратце, то запрещено почти всё. Курить нельзя, пить нельзя, наркотики, разумеется, тоже нельзя.

– Пить нельзя? – Антон выразительно покосился на бутылку в своей руке, из которой пока не успел сделать ни глотка.

– Ай, да забей, мы же по чуть-чуть – чтобы отметить, – отмахнулся Иван.

– Да нет, я, наверное, не буду, – покачал головой тот. – Тем более, я за рулём…

– Я тоже за рулём, – заявил Костя. – А что, один разочек вызвать такси религия не позволяет? Или «тру масквичи» на такси не ездят, только на собственных крутых тачках?

– Если хочешь, пей моё пиво, оно безалкогольное, – любезно предложил Антону Женя, сглаживая острые углы. – А можете вообще сегодня у нас переночевать. Оба – и ты, и Костя! Всё равно завтра с утра нам вместе на медосмотр…

– Кстати, отличная идея, – подхватил Иван. – Места всем хватит.

Костя хотел было отказаться, но в этот момент Антон демонстративно сделал глоток из своей бутылки и кивнул:

– Так и быть, уговорили!

Тогда и ему ничего не оставалось, кроме как согласиться:

– Хорошо, я тоже останусь, раз мы не помешаем.

Почему-то не хотелось оставлять Антона вместе с пацанами без присмотра – как будто на подсознательном уровне Костя боялся, что тот настроит их против него. Откуда такие странные мысли возникли в его голове, он и сам не знал. По факту, Антон ведь не сделал ему ничего плохого, с чего Костя вообще на него так взъелся? Чёрт его знает… Неужели завидовал? Бред, но… слишком уж похожий на неприглядную правду.

Костя привык быть в центре внимания, а в любой незнакомой компании все девчонки клевали первым делом именно на него и его яркую выразительную внешность. Практически никогда не имея достойных соперников, при желании он мог получить абсолютно любую девчонку, на которую просто показал бы пальцем. И вот теперь он вынужден был признать, что Антон обладает не меньшей харизмой и внешней привлекательностью. Костя, конечно, не мог оценивать его объективно, но всё-таки парень и впрямь был видный. Настоящий красавец, этакий викинг – высокий, сильный, широкоплечий, с густыми светлыми волосами, серо-зелёными глазами и упрямым волевым подбородком, который смягчала симпатичная аккуратная ямочка.

– Так что там ещё нельзя? – уточнил Антон, аккуратно обмакивая в соус ломтик картофеля.

– Нельзя проявлять излишнюю самостоятельность, – ответил Костя, перехватывая инициативу. – Во всём слушайся Львовича. Его приказы не обсуждаются, а молча и быстро выполняются. Короче, Железняк всегда прав, даже когда он не прав.

– И серьёзные постоянные отношения заводить тоже нельзя, – ввернул Иван – вероятно, эта тема оказалась для него самой болезненной среди прочих.

Антон приподнял брови:

– В смысле?

– У тебя девушка есть? – спросил Иван.

– Ну… постоянной – нет.

– Вот и забудь! Никаких подруг и тем более жён, для публики ты всегда должен быть холост и свободен.

– Сексом заниматься в принципе можно, но только с защитой, – ехидно вставил Костя, – потому что дети тоже под запретом… как и ЗППП.1515
  ЗППП – заболевания, передающиеся половым путём.


[Закрыть] Короче, если резюмировать всё ранее сказанное, ты должен быть здоровым как бык, кротким как ягнёнок, одиноким как волк и немым как рыба.

– Пипец развели зоопарк… – недовольно буркнул Антон. – Дрочить тоже по расписанию, с разрешения Львовича?

– Не исключено, – заржал Костя, – но ты можешь сам уточнить у него завтра.