Текст книги "Записки героя труда. Том 1. Мемуары"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zapiski-geroya-truda-tom-1-memuary-127001.jpg)
Автор книги: Юрий Копаев
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Вьетнамские страшилки
В конце восьмидесятых я принимал участие в строительстве музея Хо Ши Мина в столице Вьетнама городе Ханое. Познакомившись с историей Вьетнама, я узнал о чрезвычайной воинственности вьетнамцев.
У них существует легенда, объясняющая причину этого. В древности китайский император отослал своего самого буйного сына в отдалённую вотчину – с глаз долой. Сынок отделился и стал обижать не только своих братьев-соседей, но и остальные народы.
Присоединил множество княжеств и создал воинственную нацию, которая будоражила китайскую империю. Вьетнамцы частенько воевали не только с врагами, но и с братьями по крови. Будучи отважными воинами, они на протяжении веков не знали поражений и создали мощное государство.
В новой истории колониальные страны пытались поработить Вьетнам, но это ими не удавалось. Вьетнамцы справились с французами и даже с американцами, которые были «впереди планеты всей!». Тех и других после продолжительного сопротивления они прогнали со своей территории. Изощрённую и безжалостную войну вьетнамцы вели коварными приёмами, непривычными для других цивилизаций. Приведу несколько примеров (информация получена мною из вьетнамских источников, поэтому я не несу ответственность за неточности и не стыковки).
Война с Францией на севере страны. После ожесточённого сопротивления вьетнамцы вытеснили основную массу французов в неприступный форт. Взять его прямой атакой, даже всеми имеющимися силами, было невозможно. Форт – это город на возвышенности среди рисовых полей и болт, огороженный высокими и мощными бетонными стенами. К нему со всех сторон пристроены дамбы, по которым круглосуточно снуют машины, мотоциклы и велосипеды. Дамбы тщательно заминированы и охраняются блокпостами. Но, несмотря, ни на что, вьетнамцы взяли этот форт за сутки, не имея даже вертолетов. Произошло это так.
Война вступала в свою завершающую стадию. На очередном митинге вождь вьетнамцев заявил, что в течение суток рухнет главный оплот колонизаторов – неприступный форт, и, как ни странно, форт капитулировал за 48 часов. Однако предварительно была проделана длительная и тщательная подготовительная работа.
Наши метростроевцы помогли вьетнамцам построить подземный туннель для рикш и соединить его с подземной частью города, где в кустарных мастерских «на коленях» сваривались облегчённые танки. Изготовлено их было не больше десятка. Сборку корпусов производили бытовым газом и серебряной проволокой. Под стены форта с четырёх сторон была заложена взрывчатка. Доставляли её солдаты – «болотники». Солдат, имея запас пищи в виде фляжки с рыбным составом (типа рыбьего жира), мог находиться под водой в рисовых чеках значительное время, дыша через бамбуковою трубку и не высовываясь из воды. Когда подготовка была закончена, вождь произнёс свою историческую речь, после которой прогремел мощный взрыв, стены с разных сторон форта рухнули и туда хлынули солдаты – «болотники». Из подполья выскочили танки и стали носиться по городу, наводя ужас, сея панику и расстреливая опорные посты с тыла. Французам ничего не оставалось, как объявить капитуляцию и в 48 часов покинуть форт. С тех пор это день считается праздничным! Все эти события были зафиксированы кинохроникой. Было ужасно смотреть, как безмятежный город превратился в кромешный ад!
Расскажу ещё об одном эпизоде войны с французами, как-то связанным с Россией. Меня и товарищей в выходные дни везут купаться на «Царское озеро» по бесконечной дамбе через городишки и посёлки. Приглядываюсь к вывескам, некоторые написаны кириллицей, и можно кое-что прочитать. Во многих местах то и дело мелькает «… имени А. Матросова…». Мы просим переводчика остановиться и ознакомить нас с производством за глухими воротами. Нашу просьбу выполняют. Оказывается, что это типовая, современная по тем временам, фабрика по производству бройлерных лягушек. Я мог уверенно сказать, что фабрика современная, потому что недавно оформлял ДК бройлерной фабрики в Союзе и был знаком с аналогичным производством. Разница была только в том, что эти животные (громадные лягушки весом около килограмма) постоянно находились у воды или в воде.
Нас пригласили пообедать. Приветливые вьетнамцы любят хорошо покушать и выпить. Правда, они пьют понемногу, но часто (в результате выходит не меньше нашего), и закусывают множеством блюд. В меню вошло блюдо, которое наши люди обозвали «Царевна-лягушка». По вкусу оно напоминало речную рыбу и курицу одновременно. Далеко не каждый россиянин может освоить этот продукт. Мы спросили у руководства, почему фабрика имеет такое название. Вот что нам рассказали.
Во время войны с французами было много дзотов, которые невозможно было взять, и были случаи повтора подвига А. Матросова. В сельском хозяйстве, если нужно было накормить лягушек, то стучали по кувшину, и те на стук направлялись к кормушке. Кто-то и предложил откармливать лягушек под звук автоматной очереди, а перед боем добавлять в корм наркотики. Дальше всё просто. Солдаты на велосипедах подъезжали по дамбе как можно ближе к дзоту и выпускали множество лягушек в рисовые чеки. Затем провоцировали противника на стрельбу из дзота, и лягушки подбирались к дзоту. Начинался бой с непрерывными очередями из дзота. Лягушки, одурманенные и проголодавшиеся, набрасывались на амбразуру, и стрельба заканчивалась. Французских солдат отправляли в лагерь для военнопленных, живых животных – в откормочный пункт, а убиенных съедали – не пропадать же добру!
Американцы тоже потерпели сокрушительное поражение, ввязавшись в дела Вьетнама. Как только ушли французы, тут же появились американцы (свято место пусто не бывает) и начали устанавливать свои порядки: натравили Юг страны на Север и стали воевать на стороне Юга (то есть на стороне королевской династии). На вершину военной пирамиды водрузили доллар (смотри долларовую купюру). Военные действия во Вьетнаме вынудили США объявить всеобщую мобилизацию. Молодежь воевать не хотела, в армию набирали наёмников, а все, кто мог (призывники), уезжали за границу.
Я сам общался с американскими парнями, которые годами жили на курортах Пицунды в СССР. У них там был свой магазин, фитнес и бар (всё за доллары). При них постоянно были девицы (они предпочитали хохлушек). С уверенностью могу сказать, что парни жили там годами, потому как, приехав в командировку наследующий год, общался с теми же парнями, и их (дезертиров) становилось всё больше. Когда одни парни отдыхали, другие гибли частенько страшной смертью. За применение напалмовых бомб, гангренозных гранат и испытание химического оружия на мирном населении вьетнамцы американцев ненавидели и, в случае пленения, расправлялись с ними варварски. Деятельность по пленению американских солдат была поставлена на поток по принципу «товар-деньги-товар». На каждую вещь и оружие была своя цена, даже на солдата США. Живой – 10 долларов, фрагмент тела (ухо с солдатским жетоном) – 7 долларов. Бизнесом по отлову солдат занимались не только военные, но и крестьяне. Уничтожив лишь одного солдата, семья вьетнамца могла просуществовать месяц. Для поимки солдат устраивались хитроумные ловушки.
Например, крестьянин-пчеловод отлавливал рой диких пчёл, кормил их соком банановой патоки с нервнопаралитическим ядом и раскладывал по коробкам, к каждой коробке прикреплял коробку с домашним голубем. Устанавливал коробки и натягивал леску в тех местах, где могли пройти солдаты США. Идёт солдат и задевает леску; открывается «Ящик Пандоры»; озверевшие пчёлы вылетают на волю, а голубь летит к хозяину. Достаточно одного-двух укусов, чтобы солдата парализовало на какое-то время. Оставалось только забрать его и на велосипеде довезти до пункта приёма военнопленных. Если не представляется такой возможности, крестьянин забирает амуницию, отрезает ухо, а ещё живого солдата сбрасывает в воду или оставляет в джунглях.
При допросах военнопленных порой применяли древнекитайскую казнь. В истории России периода татаромонгольского ига казни были тоже достаточно жестокими: непокорным князьям ломали позвоночник (чтобы тот до конца своих дней был обездвижен), кого-то сажали на кол, а воинам противника отрубали голову. У себя в ханстве провинившихся единоверцев сажали на бамбук (бамбук при большой влажности и температуре растёт до 5 см. в сутки), и он запросто прорастал в человека. Вьетнамцы порой практиковали такую казнь, отсняли её, а фотографии показывали пленному солдату, от которого было необходимо получить информацию, и тот, седея от ужаса, рассказывал всё, что знал и не знал. Одна из фотографий казни была ужасной. На ней изображен солдат, сидящий на земле, а через него пророс бамбук. Может быть, кто-то видел на юге или в джунглях, как одно дерево прорастает сквозь другое, и из одного ствола выходят две ветви с разной листвой. Это было что-то подобное: симбиоз человека и бамбука – ужас!
Вьетнамцы настолько «озверели» в результате войн, что и к своим коммунистам – одно партийцам в мирное время, после войны, применяли аналогичные казни, производя чистки рядов партии от «врагов народа», копируя нашу прошлую печальную историю. С той лишь разницей, что вьетнамцы творили суд принародно на площадях, а наших «врагов народа» судили «тройки» и расстреливали втихаря.
Мне рассказывал однокурсник, демобилизованный офицер, как у нас расстреливали заключённых. В одной из казарм НКВД в центре Москвы был «расстрельный коридор», по которому на первом плане двигалась мишень, имитируя идущего человека; солдаты периодически с приличного расстояния отстреливали её; позади, когда надо, проходил осужденный, и солдаты не ведали, что они расстреливают живых людей. Самое страшное, что США развязывают братоубийственную войну на Украине по строго отработанному сценарию войны во Вьетнаме. Их цель – ослабить экономическую мощь России и Евросоюза, пользоваться ресурсами Украины. Конечно, они знают, что гибнуть будут не только военные, но и мирное население. Поставив войну на службу бизнесу, США не считаются ни с какими людскими потерями, даже со своей стороны. Богатенькие граждане США воевать не будут, а вольнонаёмные застрахованы, и им будут отрезать уши, чтобы доказать страховой компании, что солдат погиб. В свою очередь, страховой компании даже выгодно участвовать в выкупе попавших в плен наёмников, лишь бы не платить страховки. У вольнонаемных же одна цель – выжить и не погибнуть «без вести», иначе семья не получит страховки.
Самое печальное, что коренное население Украины будет гибнуть «за Родину» и за «того парня», который занимается бизнес США. США отлично знают, что они проиграют кампанию, но с минимальными потерями и оптимальной выгодой. Они воевали в Вьетнаме до тех пор, пока у них не возникло общественное движение против войны. Всего США воевали во Вьетнаме около 15 лет.
Представьте, что будет, если война на Украине продлится 10 лет! Остановить это безумие очень сложно и возможно только совместными усилиями Украины, Евросоюза и России! Другого пути нет, и не может быть.
Вор в законе (Против притчи не поспоришь.)
Моя профессия обеспечивала мне широчайший круг общения. Имел честь быть знакомым и с президентами, и с рабочими высочайшего уровня профессионализма. Иногда в этот круг судьба затягивала странных, необычных людей. Например, была встреча с моим близнецом по дате рождения (см. рассказ «Астрологические близнецы»). Поведаю о человеке, знакомство с которым навело меня на интересные размышления и всколыхнуло много воспоминаний.
Я находился уже в пенсионном возрасте. Возникла необходимость в замене сустава, и я оказался в больнице. Соседом по палате был человек моего возраста с таким же диагнозом. Одновременно мы проходили подготовку к операции, саму операцию, реабилитацию. Почти полуторамесячное общение сблизило нас. Общей оказалась не только болезнь, но и воспоминания о юности. Оба мы были из Москвы, из многодетных интеллигентных семей, у обоих отцы пропали без вести на фронте и, как результат – безотцовщина со всеми вытекающими последствиями. Совпало даже второгодничество, «подворотня», приводы в милицию. С 17-ти лет совпадения прекратились, и жизни наши пошли в разные стороны. Я начал много и тяжело работать, дослужился до высшего профессионального уровня в своей сфере деятельности; он же, по воле случая, загремел в детскую колонию. Виной его была всего-то драка с «ножичком». Жизнь начала мотать его, как на качелях: заключение-свобода, опять заключение и т. д. Результат – он стал вором в законе. Каждый из нас мог оказаться на месте другого, но судьба распорядился так, как ей было угодно.
Сосед оказался человеком интересным, приятным в общении: начитанный, рассудительный, хорошо играл в шахматы и карты. Но внешность у него была неприглядная – весь в наколках с головы до пят. Когда врач его осматривал, вся лечащая братия сбегалась посмотреть на «живопись». Странно, но он стеснялся и просил посторонних выйти. Смысла татуировок мы не понимали, он же утверждал, что в них вся его «трудовая биография» и «профессиональные достижения». Был он, видимо, честолюбив, не любил проигрывать, но победителя уважал. По его манере вести беседу я понял, что он склонен уходить от конфликта: чувствует логику собеседника и вовремя прекращает разговор, и умело предугадывал следующую фразу разговора. Нецензурных выражений практически не употреблял даже для «красного словца», в отличие от меня.
Семьи у него не было, однако он усыновил мальчика, по его словам, за деньги. В то время его приёмный сын учился на третьем курсе технического вуза. Я помогал соседу писать для сына курсовую работу. Братва, навещавшая его, приносила специальную литературу. Как ни странно, сосед обладал техническими познаниями. Общаясь с ним, я лишний раз убедился, что профессионалы бывают в каждом деле. А он, видимо, был профессионал, к тому же востребованный. Из больницы его раза два увозили на «разборки» и «стрелки» в качестве консультанта. За каждый выезд он получал не менее четырёхсот долларов. За время нашего знакомства я ни разу не слышал из его уст сожаления о прожитой жизни. По статусу ему полагалось охрана, и она была у него даже в больнице. Я это понял сразу.
Дело в том, что у меня был опыт общения с персонами, имеющими телохранителей. Приведу три случая из моей жизни за всю мою трудовую деятельность. Первый. В качестве главного конструктора я создаю выставку, которую курирует член Политбюро КПСС Кириленко (в лицо я его не знал). На стройке он появился инкогнито без охраны и стал выуживать информацию о реализации выставки. У меня был принцип «начальник моего начальника – не мой начальник!» Так как мне было приказано не выдавать никакой информации конкурентам, я послал его к своему начальству и стал выдворять со стройки. Тут же, откуда ни возьмись, появились двое мужчин и, скрутив меня в «конверт», провели со мной «разъяснительную» работу, а позже меня чуть не уволили со службы. Второй. Принимаю участие в создании выставки «250 лет Академии наук» в качестве главного конструктора. Меня угораздило вступить в конфликт по техническому вопросу с куратором выставки, и.о. президента Академии наук (он был пожилой дядечка). На одном из совещаний я вступил с ним в пререкания, он, не имея аргументов, перешёл на личности, стал критиковать мою прическу а-ля – Битлз. От чрезмерного волнения ему стало плохо. Тут же двое мужчин вывели меня из зала и начали запугивать: «Если с ним что лучится, Вам несдобровать!» Меня не отпускали, пока он не пришёл в себя. Кроме того он выяснилось, что без меня выставку открыть будет сложно. Меня отпустили и убедительно попросили с ним не спорить.
Третий. Уже в новой России мне пришлось общаться с крупным дельцом, который открыл модное молодёжное кафе в Москве, будучи кандидатом в президенты. После выборов, он хотел поговорить со мной как с главным дизайнером на предмет открытия ещё сорок таких же кофе. У него была двойная охрана. Первая – милиция с оружием, а вторая (разрешённая бывшим московским мэром) – наёмники с автоматами «Узи». Меня тщательно обыскали и попросили открыть сумку. Мне было противно, что меня обыскивают, как последнего фраера. Я отказался, и они доложили боссу. Он встал, подошёл к моему столику и поздоровался за руку. В беседе, когда я попытался открыть сумку и что – то ему показать, тут же подскочила охрана. Он жестом их урезонил.
Охрана у моего соседа по палате была своеобразная: люди, имеющие вид мед братьев, совсем на них не похожие; посетители, приходящие к нему в любое время; врачи, смотрящие ему в рот, выполняющие все его желания и прихоти. После выписки из больницы мы никогда больше не общались. Я дал ему свой мобильный телефон, но звонка не последовало. Для конспирации он пользовался пейджером, а я не люблю писать смс, предпочитаю личное общение «с глазу на глаз».
Сравнивая наши жизни, я пришёл к печальному выводу. Он всю жизнь воровал, наносил ущерб государству и людям. Я всю жизнь много и тяжело работал, приносил только пользу. Он прожил жизнь и в тюрьме, и на воле безбедно; находясь в пенсионном возрасте, мог сам оплатить дорогую операцию. Я же вынужден доживать на нищенскую пенсию, и операцию сам оплатить не могу. Вывод: что-то в нашем государстве не так!
В России воровали всегда. Но и при «проклятом царизме», и при «советах» государство на уровне закона и общество на уровне светской и религиозной морали строго осуждали воровство. На уровне правоприменительной практики, конечно, были отклонения, но, в общем, государство стояло на страже закона.
В современной России воровство расцвело махровым цветом. Структура воровства имеет вид пирамиды.
Верхушка: власть предержащие и олигархи. Им закон не писан, они сами пишут закон! Написанные ими законы позволяют законно грабить страну и население. То приватизацию объявят, то дефолт организуют, то налоги повысят, то Стабфонд в США разместят, то рубль «опустят» – всё по закону!
Средняя часть пирамиды: чиновники среднего звена, судейские, полицейские, воры в законе и т. д. Они воруют, пока им разрешает верхушка. Периодически и эпизодически их наказывают как для их устрашения, так и для успокоения народа (ниже я приведу притчу на эту тему).
Нижняя часть пирамиды – все остальные воры, масштаб деятельности которых широк, но мелок. Здесь много случайных людей, которые воруют по нужде. Вот их-то в основном ловят и сажают.
Самое страшное случается, когда воры «не под законом» из разных стран начинают разборки с применением армий (локальные войны), как сейчас происходит на Донбассе.
Размышляя о наказании за воровство, я вспомнил старую притчу.
Многодетный вор пошёл на каждодневную работу – грабить зажиточных горожан, но произошла оказия. Залезая в окно чужого дома, он поскользнулся, ступив на подоконник, и грохнулся о землю, поломав себе ноги и рёбра. В большой семье не стало кормильца. Нищета пришла в дом. Земляки, как могли, стали поддерживать нищенское существование семьи вора. Вор пошёл к правителю искать справедливости. Правитель провел надлежащее расследование, убедился, что человек шёл на повседневную работу и получил увечье, а семья лишилась кормильца. Вызвал архитектора дома, с которого грохнулся вор, и обвинил его. Архитектор переложил вину на прораба. Прораб заверил правителя, что он всё сделал по картинке, и переложил вину на каменотеса, который тесал подоконник и всё сделал не так. Каменотес стал утверждать, что он обтесал камень строго по рисунку, но только отполировал поверхность, чтобы легче было убирать пыль с подоконника. Хотел – как лучше! Правитель распорядился наказать каменотёса, чтобы никто не смел, принимать самостоятельных решений. Казнь назначили в праздничный день принародно. Когда на виселице палач стал надевать каменотёсу петлю на шею, она оказалась мала, так как у камнетеса была слишком большая голова. Произошла задержка в исполнении приговора, и правитель возмутился. Ему рассказали о причине неисполнения приговора и спросили, что делать? Правитель принял решение: взять из толпы кого угодно и повесить, чтобы правосудие свершилось, ведь народ ждать не любит!
В СССР законы о наказании за воровство были гораздо жёстче, чем сейчас. Утверждаю это на основании личного опыта. В 35 лет мне довелось работать народным заседателем в суде вместо постоянного заседателя, ушедшего на сессию в вузе. Необходим был человек моего возраста, беспартийный. Телефонное право процветало. Приказы и инструкции выполнялись неукоснительно.
Относительно партийных чиновников существовала следующая инструкция. Если чиновник украл менее пятидесяти тысяч рублей (доллар в то время официально стоил меньше рубля), но был ценным работником (его предприятие выполняло и перевыполняло план), то партия брала наказание на себя. Ему объявляли строгий выговор, снимали с должности и подыскивали другую работу, зачастую более высокооплачиваемую, чтобы он «от нужды» не воровал! Если дело все же попадало в следственные органы, а провинившийся «дорогу начальству не перебегал», то дело всячески спускалось на тормозах. Если же провинившийся с начальством не делился, то его осуждали на минимальный срок с конфискацией имущества. Если чиновник своровал более пятидесяти тысяч рублей, то его не могла спасти даже партия КПСС. Наказание было жестокое, вплоть до расстрела. Конфискация имущества проводилась не только у осуждённого, но и у родственников. Осуждённый лишался даже орденов и наград. Сейчас конфискацию применяют очень, редко, да и сроки заключения невелики. Тем самым поощряется воровство, казнокрадство и мошенничество. Хотелось бы надеяться, что рано или поздно разберутся с наказанием за эти пороки и законы станут справедливее. Наше поколение старцев с малолетства жило почти по воровским законам. Очень многие прошли через колонии и тюрьмы. Нынешнему поколению надо начинать с себя. С малолетства не брать и не присваивать чужого! Блюсти заповедь «НЕ УКРАДИ».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?