Текст книги "Селение Горыни"
![](/books_files/covers/thumbs_240/selenie-goryni-200812.jpg)
Автор книги: Юрий Тупикин
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
После столь убедительных аргументов возникли другие вопросы. Почему до этого чудес не происходило? Происходили. Ответ смотрим выше. Но надо было ответить заново. Как посещать теперь Храм Бога Рода, не будучи в желании зачинаться? Это были менее сложные вопросы, на которые тоже нашлись ответы. На первый вопрос внесли предположение: «А не ответила ли сама пирамида на демографическую ситуацию в стране? Во-первых, война, во-вторых, ведь были же предсказания об особой роли России в пассионарном процессе»? Предположение уступало бесспорности, но возразить против него не было умственных сил. Родоточение само по себе – неслыханное явление. До сих пор имели дело с мироточением, которое много раз высмеивалось как шельма церковных прислужников, якобы напускающих пар миро на ту или иную икону; через какое-то время на иконе появляются конденсированные слёзы… А тут родоточение. Плоские шутки о том, что нельзя немножко беременеть, по всей вероятности, возникли отсюда, как некий аргумент сторон. Короче говоря, от дальнейших обоснований временно отказались, ибо как сказано, не было умственных сил. По второму вопросу нашли выверенные решения. Нечего попусту хаживать в пирамиду. Убедитесь с мужем, что Бог Род не имел к вам воздействий, тогда и идите в Храм уже в развившемся состоянии. Или заходите с мужем (с женой), а потом, в домашних условиях поспешествуйте божественному помазанию. Так и начали делать. А дети до совершеннолетия не беременели. Всё вошло в норму. Вышло так, что население Горыней, несмотря на безвозвратные потери на фронте, божественным образом не сократилось, а, как видим, умножилось… Что касается мужчин, то они боялись напрасно. Храм перестал родоточить. И им удалось внушить, что мужчины при кратковременном посещении Храма будут оставаться «девственными» в той степени, в какой они станут заходить в Храм и из него выходить. И «божественные» соседи тоже примирились. Погодовая очередность обслуживания Храма Богов была сохранена за их дворами. С нашей бы стороны, спорить следовало не об уходе за престолом, а за подвалами, набитыми золотом. Но к подвалам никого не подпускали небесные силы, названные в селении тонкими технологиями. Из этого события извлекли практический вывод. Казалось до той поры, что человеку суждено один раз в жизни пройти сквозь игольное ушко. Но тут вышла прерогатива, что можно избежать различения брачных и внебрачных детей, и тогда всем родившимся можно сделать искусственное облегчение. Замена естественного искусственным почему-то никого не испугала, потому что действительно муки родов не сравнимы с болью профессионального сечения. Говорят, что от этого выиграли не только дети, но и родители. Женщины после родов не «раздавались в плечах», а мужчины продолжали любить своих жён в их как бы девичьем состоянии. А кесари достигли вершин перинатального совершенства. Они научились делать шовчик почти незаметным даже после многих родов. Впоследствии, когда на службу медицине явились электро– и лазерные приспособления, то швов и совсем стало не видно, что импонировало модницам селянкам. Это явление, безусловно, не новое. Люди давно догадались бы поступать не хуже каких-то селянок. Но не поступают, продолжая использовать естественный путь через «игольное ушко». Говорят, что ребёнок, «нанюхавшись» природных запахов мамы, меньше болеет. Это только в Горынях, где стоит пирамида-лечебница, допустимы такие «штучки». Попутно заметим, что детей в Горынях не пеленают. И даже когда появились памперсы, детей в них не пробовали облачать. С первого вздоха ребёнка на белом свете ему предоставляют истинную, то есть естественную свободу жизни, утеплённую традиционными распашонками и подгузниками. Детей, первый раз показав маме и покормив, отправляют в Храм на прививку иммунитета самим Богом Родом. После этого дети растут крикливыми, прожорливыми и здоровыми, на радость папе и маме.
Горыничи блюдут все обычаи Руси, но не соблюдают постов и свадебных запретов. Основные свадебные периоды россиян приходятся на осень, здесь ещё и на весну – пробуждение природы, посев и зачатие – март и апрель. И зимой часты свадьбы. И на святки женятся. И на масленицу тоже играют, совмещая масленые гуляния с торжеством любви. То есть, нет запрета и нет осуждений. На то они и родноверы, что нет у них ограничений родорождения. Ограничение свадебных дней привело к обезлюдению России, и этому нет оправдания, хотя аргументов тыщи.
ЕвграфГригорий и сам не знал, что его друг не вождь племени, и что он не женат. Но он был очень близок к вождю, поскольку был его братом. Чтобы показать его, надо сначала рассказать, кем он является, кое-что уяснить и хоть немного понять планету обитания этого человека. Сначала кажется, что всё несерьёзно, надумано и придумано, не может быть и так далее. А потом, по мере освоения новой планеты, хочется заглянуть в неё без скафандра и даже попасть туда в командировку. В селении, откуда он родом, вождь называется Внуком. Внук и Вождь – это синонимы правящего лица. Живут себе несколько братьев. Они тоже чьи-то внуки. Они женятся, у них родятся дети. Эти дети – двоюродные братья. Первый внук от этих братьев становится Внуком. Правит всегда первый внук. Начинается новый круг. У Внука есть свои дети. От их детей тоже ждут первого внука, чтобы сделать его Внуком. Теоретически от любого сына может родиться первый внук. Но практически несколько иначе. Друг Гриши был всего лишь сыном второго сына правящего Внука, то есть он был тоже внуком, но не первым, а вторым из всех внуков. Он был двоюродным братом первого внука, который принял власть 1 января 1951 года. Это и был Евграф, друг Григория. Он и был двоюродным братом принявшего власть ВНУКА. Тут всё очень сложно необременённому дилетанту. Для необременённого дилетанта тут непролазные дебри. Но в селении Горыни, о котором идёт речь, как о непознанной планете, эти вещи считают проще рублей. От младшего двоюродного внука может родиться первый внук только в случае бесплодия Внука или его младших сыновей. Так что от двоюродного младшего внука, друга Григория, практически не может родиться старший внук, могущий стать Внуком. Другу Гриши и сыну второго внука вождя тоже было 22 года, и он ещё не был женатым, хотя невеста уже жила в их селении, привыкала к его климату и к обществу таинственного селения. Его свадьбе предстояло быть через два года. Полное имя друга Евграф Евфимьевич Горынин. Евфимий, стало быть, был вторым сыном Внука. А первым сыном правящего Внука был сын Гурий. От него и ждали преемствующего внука, поскольку не было случая, чтобы кто-то из сыновей Внука страдал бесплодием. «Ев» в имени и в отчестве Евграфа Евфимьевича – это слишком, но так нарекли, и это не наше дело. И он ехал тем поездом лета 1976 года совсем не по своему желанию, а по строгому указанию своего отца Евфимия, то есть второго сына правящего Внука Малая Мироновича Горынина, вождя данного племени. Повторим, второй внук (хоть родной, хоть двоюродный) не правил, но, как брат правящего Внука, был опорой его и прологом во многих начинаниях брата. Точно так же строго действовал Евфимий Малаевич, потому что здесь все работали на своего сородича, вождя племени. Евграф действовал в строгих рамках указания отца, хотя не знал обо всём. Он знал, что 29 марта 1975 года от его дяди Гурия родился первый сын, он же – внук своего Внука, которому предстоит принять власть первого января 2001 года, чтобы править ровно пятьдесят лет. Но какое отношение он, Евграф, имел к своему товарищу? Не всё сразу. Евграф однажды уже выполнял аналогичное указание отца. Приглядывал за прекрасной принцессой по имени Елена Купцова. Такая была у неё фамилия. Она ему очень понравилась. Но он, как уже сказано, должен жениться на ожидавшей его невесте в 1978 году, с тем расчетом, чтобы сильно не нарушать цикличность генеалогии своего господствующего рода. Он был свободнее своего двоюродного первого брата. В отличие от того, у которого брак и зачатие были расписаны по дням, ночам и минутам, у этого, младшего внука, строгой точности не было. Ему было достаточно соблюдать примерную разницу в 3 – 4 года от своих лет, и никакой строгости в зачатии детей не было. Этим ему было легче жить. В отличие от него, первый внук, родившийся год назад, будет правящим ВНУКОМ, он обязан жениться в 24 года с небольшим хвостиком, то есть в марте 2000 года, чтобы в определённое время зачать ребёнка, и ребёнок должен быть мальчиком. А не родится сын, отец будущего нового Внука, не бывать и коронации настоящего первого внука. Тогда катастрофа династии, длящейся более трёх тысяч лет. Родившийся мальчик должен быть отцом нового наследного Внука. Но он родился, и ему уже подыскали невесту, которая должна родиться в начале марта 1982 года… Кошмар. Кошмар для непосвящённых. Евграф посвящённый. С большой буквы Внук, повторим, – это название вождя селения Горыни. Но это не его имя. Имя у каждого Внука своё, естественное от рождения. У этого годовалого мальчика, будущего вождя, в свою очередь, должен родиться сын в декабре 2000 года, с тем расчётом, чтобы его первый (старший) внук, внук-преемник, мог сменить его на посту в 2050 году. Тут впрость не раскусишь. Тут не простота простот, тут хитро; а что хитро, то не просто, десятью девять девяносто. Тут всё очень и очень продумано и серьёзно. Продумано, но не выдумано и не надумано! У Евграфа было задание «окрутить» Гришу и Елю. Эту задачу он получил накануне. Согласно ему, он должен был добираться домой не самолётом, а поездом, в котором, по игре предопределённых случайностей, ехала из гостей прекрасная шахматистка. Евграф должен был предпринять всё от него зависящее для осуществления «плановой операции». Если поручил вождь, или брат вождя, или иной его родич – будет исполнено не только сыном, но самым последним двором по алфавиту. В расходах не ограничиваться. Впрочем, в указании о расходах ни слова. Просто по опыту Евграф знал, что если он выполнял задание отца, расходы не принимались во внимание. Ещё Евграф знал, что его друг Григорий является далёким выходцем из его селения Горыней. Его прапращур Купцов был отселенцем этого селения. Что значит быть отселенцем селения, подробно узнаем позднее. Евграф знал, что по прошествии семи поколений лучшие представители бывших отселенцев могут вернуться обратно в Горыни. Больше того, и Елена была также представительницей отселенца прапращура, деда Купцова, общего пращура с женихом Григорием. Целомудренные традиции допускают браки дальних родственников, прошедших освежение и обогащение крови в рамках семи поколений. Григорий и Еля ни сном, ни духом, ни интуицией не могли представлять себе любовь друг к другу как отдалённые во времени брат и сестра. Евграф в самом начале этой, на первый взгляд, детективной истории, тоже по поручению отца, присматривал за Григорием Купцовым. Обязанность переросла в дружбу, скреплённую общим их днём рождения. Оба родились 9 апреля 1954 года. Их циклограмма была превосходной. Она состояла из трёх девяток и двух пятёрок с общей суммой 37 пунктов. Они подшучивали друг над другом, что оба, дескать, являются вундеркиндами. Евграф сообщил при этом, конечно, в порядке шутки, что в их селении не редки личные индексы жизни, зашкаливающие за 42 и даже за 48 пунктов. Видимо, он дал понять Григорию, что им далеко до вундеркиндов. Само собой, Евграф знал день рождения нового старшего внука и Елены Купцовой, как знал он и её набор хромосом. Они отвечали кандидатке на возвращение в Горыни плюсом к её образованию… Но зачем ей возвращаться на родину, о которой она не бредила даже во сне? Об этом немного позже. Пока же Григорий и Елечка переживают бурный накат любви и романтики без участия Евграфа, а Евграф… обязан был осуществить именно это. Он своё дело сделал. Свёл их, а дальше события развивались почти самостоятельно, если бы не иметь в виду, что Евграф уже не расстанется с Гришей и Елей до конца жизни… Романтика романтикой, а генеалогия генеалогией. Романтика за генеалогию не отвечает. За генеалогию несёт ответственность родовая идеология. Родовая, а не семейная. Семья не удерживает традиций своего рода, а стало быть, и традиций своего народа. Что мы и видим на примере России. Здесь на все эти вещи, то есть на традиции предков, на идеологию рода и на генеалогию рода давно уже, от самой революции 1917 года, плюют с высокой и низкой кочек. В поле нашего зрения не революция, а масштаб провидения и предвидения странных людей, о которых мы ничего никогда не слышали. Они планируют свою судьбу по минутам, часам, суткам, месяцам и годам за четверть века вперёд, а то и за целое столетие. А мы-то думаем, что человек – кузнец своего счастья… Но тут метафизика. Именно ковкой своего счастья и занимались тысячи родов селения Горыни, планируя вместе со своим Внуком рождение своих сыновей и дочерей, внуков и внучек к декабрю 1975 года, чтобы они на правах претендентов на высшую власть селения, могли участвовать в Выборах, назначенных 50 лет назад на 15 декабря 2000 года! Чтобы затем новые преемники провели Выборы через 50, через 100 лет и так далее. Весьма любопытная планета. Но, может быть, пора посмотреть на младшего внука вождя?
СчастьеИх растормошил Евграф, друг Григория. Вечером он постучал в купе.
– Григорий, пора и честь знать. Идёмте ужинать!
– В ресторан? – спросил Гриша, надевая трико.
– Как вам будет угодно.
– Граф, а ты сказал проводнице, что я еду теперь в пятом купе? – разговаривал Григорий через дверь.
– Да, она переложила твой билет в другой кармашек своего бумажника.
– Граф, а ты догадался, что я женился?
– Да, это лучшее из того, к чему я пришёл после твоего исчезновения…
– Всё, идём. Ты посмотришь, какую богиню я оторвал. Только, чур, не отбивать… Мы с ней с поезда в ЗАГС… – Елене было угодно слушать и улыбаться. Она была переполнена бременем счастья.
Елена принарядилась. Юбочка, кофточка, туфельки. Она во всех нарядах была прекрасна. И в рубище была бы тоже прекрасной. Тьфу, тьфу, не дай Бог! И как тот парень, который мок с ней под зонтиком, не понял простого – она не пахла девушкой, она и в штанах была девушкой. Глупец…
Ребята тоже сменили брюки, и надели свежие сорочки. Произошло новое знакомство Елены.
– Евграф! – представился друг Григория.
– Елена! – протянула она свою ручку. – Ваш друг стал звать меня Елей… – Она увидела перед собой молодого красивого атлета, не уступающего Григорию. Если Григория поразили глаза Елены, серые с прозеленью, то, в свою очередь, её поразили глаза Евграфа. Жгучие серые, они соколами налетели на её голову, на лицо – смяли, выпрямили, встряхнули и… улыбнулись. Удивлённая, она смутилась. Такое тоже впервые. Обычно от её прозелёных глаз без ума, но тут шло от прекрасного. Она знала себе цену. А Евграф покорял цепкостью взгляда без предварительной игры в шахматы. Она почувствовала знак судьбы. Во всяком случае, его взгляда она не забудет никогда. И кажется… Нет, почудилось. Нет, всё же, кажется, что голос Евграфа однажды она где-то слышала…
– Григорий меня обольстил и мы с ним на «ты». А как с Евграфом?
– Чем проще, тем лучше.
– Спасибо. Ты тоже играешь в шахматы?
– Иногда, под интерес.., – смеясь, отвечал Евграф.
– Как это?
– Когда надо кого-нибудь обыграть, я принимаюсь…
– Но именно таким способом меня обыграл твой друг. Ты можешь обыграть Григория?
– Этого? Да он и играть не умеет…
– Как?! Он же чемпион республики!
– Он сказал? А он не уточнил, какой республики?.. Он подтвердил единственный раз первый разряд в средней школе, когда ему было с десяток лет. С ним можно играть, давая ему фору в двух коней. Он тебя не обидел?
– Ещё как. Обыграл три раза, а когда я разревелась, обманул меня, заявив, что он чемпион республики… А я Мастер спорта по шахматам…
– Слышал? – перебил Григорий разговор своей невесты со своим другом. – Она сама меня хотела провести. Разве она сказала мне, что она Мастер спорта по шахматам! А то – «у меня званий нет»… – то было запоздалое разоблачение Гриши.
– Приятно слышать, Еля, это не обида, это утешение. Он тоже играл на интерес?
– А вы по поездам ездите по этим интересам?
– Что ты, Елечка. Нам еще рано быть шарлатанами. У нас свои поприща…
– Но он выиграл не у меня, а меня в шахматы! Мы играли на спор…
– Я так и понял. Поздравляю вас, Елена! Вы достались толковому прохо… то бишь, толковому другу. Он тебя не предаст, я его знаю.
– Ну, слава Богу, а то я тоже думала, что он проходимец…
– Ха-ха! – стали смеяться втроём.
– Как же тебе удалось проиграть, Елечка, мне интересно? – спрашивал Граф.
– Я сначала не обратила внимания на его демократическую одежду. То есть обратила, но как на одеяние бедного юноши… А потом я почувствовала, что от его тела заманчиво пахнет. Я хотела выгнать его из купе одеться, но у меня не хватило характера лишить себя удовольствия. Теперь я понимаю, что он был хитрее, остерегаясь целовать меня по условиям за проигранные партии. Я принуждала его целовать меня в надежде, что он потеряет голову. А сама потеряла разум. Его запах меня волновал и отвлекал. В конце концов, хотелось, чтобы этот молодец обнял меня, то есть хотелось к нему прижаться… Думаю, в этом причина его победы… Но что же теперь, он мой господин, любит сам прижиматься ко мне…
– Но признайся, ты обратила внимание на мою конституцию? – гордился Григорий, или был немного уязвлен.
– Обратила. Ты Аполлон рядом с Зевсом… – хитро ответила Еля.
– Я тебе дам Зевса, я тебе дам, – общий смех поглотил угрозы Григория.
– А как тебе удалось обыграть Мастера спорта? – адресовал Евграф вопрос другу.
– Я выиграл свою любовь. Я в неё сразу влюбился. Ну, ты же видишь – разве можно в неё не влюбиться?! А дальше всё было честно. Её никто никогда не обыгрывал. Она самоуверенно согласилась сама на интерес… Я сражался как древний герой… Теперь мы должны обмыть мой выигрыш.
– Правду он говорит, Елюшка?
– Да, но…
– Он тебе не противен?
– Нет, но…
– Всё ясно. Идёмте в ресторан, а то закроют. Я угощу вас шампанским. Имей в виду, Елечка-Елюшка, что мой друг всегда рассчитывал на мой кошелёк. Иногда я жадничал, но сегодня исключение. Я радуюсь, что Григорий был умён и решителен. Я радуюсь, что тебе, Еленюшка, достался самый завидный муж. Идёмте, идёмте!
Елена с Григорием были весьма удивлены, когда Граф посадил их за сервированный стол. «Советское шампанское» цвета тёмного изумруда внушительно украшало стол. Жаркое интриговало гостей своей керамической крышкой. Суп дымился открыто. Бокалы сверкали. Не мешкая, Граф-Евграф начал операцию против пробки. Шампанское выстрелило. Все закричали «Ура». Елена чувствовала себя как среди давнишних и верных друзей. В то же время Елена, будучи проигранной, вела настойчивую разведку – кто же и что её новые друзья. Играя теперь роль искренней простушки, она задавала ребятам прямые вопросы, но разве в прямых вопросах меньше содержания, чем в скрытых тестах? Но и друзья оказались не лыком шиты. Если она, хоть и в шутку, назвала Григория вундеркиндом, то о Графе и говорить было излишне. Кроме всего, что числилось за Григорием, то есть университет, служба, воинское звание и умение плавать в воде находчивости, за Графом стоял престиж вождя неведомого племени и несметное богатство. Граф изучал Елену по её же вопросам, по их формулировкам, по психологической стороне игры, которую, несомненно, вела прекрасная Елечка. Елюшка. Елена.
Граф еще раз поздравил молодожёнов, и все с удовольствием выпили. Началась та самая непринуждённая беседа-разведка, в которой заранее врагов не содержалось. Слово дали Елене, и она, не стесняясь, казалось, что, не стесняясь, понесла такое, о чем не каждая девушка предпочла бы высказываться. Но от неординарных людей, порой, и не то услышишь.
– Ой, я так рада, что мы оба оказались девственниками и оба не знали, как всё происходит практически… Но Григорий нашёл выход и замечательно справился со своею задачей… Его словом, он «оформил» меня… Мне было приятно… Я бы предложила тост за Григория!..
Начался ажиотаж вокруг слова «выход». Граф шутливо настаивал на том, что Григорий скорее нашёл аллегорический вход и уж после того, управившись с целью, без труда нашёл практический выход…
В ответ должен был сказать тост польщённый Григорий-муж, и он отколол не менее оригинальное:
– Елюшка-Еля, я счастлив безмерно. Но, Еля, я не для того тебя выигрывал в шахматы, чтобы ты строила зелёные глазки моему другу!.. – Все принялись хохотать. На них смотрели с других столов. Взрыв смеха за их столом детонировал остальные столы вагона-ресторана. Поэтому в этом вагоне царило веселое настроение, ибо всегда приятно видеть молодую красоту и искренность в большом количестве. Большая аура исходит от этого количества и, как говорят философы, превращается в качество праздника.
– Наш союз ещё не столь прочен, чтобы «оформить» его пропиской, поэтому мои зелёные светофоры свободны, – парировала Елена.
– Но у нас общий ребёнок! – вскричал муж-ревнивец, и опять было весело. – Но этот вскрик был не более реплики. Инициативой полностью владел друг Евграф.
– Если то не секрет, то когда же Елечка родилась? По дате и числам?
– А, хитрец, мне понятно, что из меня выманивают. Ты подозреваешь, не глупа ли невеста! Не буду скрывать: я родилась двадцать первого марта тысяча девятьсот пятьдесят шестого года, и мой интеллектуальный, биологический и энергетический индексы равны тридцати шести! Ты доволен, Граф? – Елена победно хихикнула. Всем известно, что мощные ресурсы человека исчисляются после тридцатого пункта его циклограммы. Со стороны, однако, не ясно, зачем спрашивал Граф о такой детали? Коли он присматривал за Еленой, то уж, будем уверены, справился лучше разведчика – ресурс Елены вызнал в первую очередь, ибо это в крови у поселенцев Горыней. Видимо, в порядке светского трёпа хотел намекнуть, как о знании сокровенного. За это схлопотал комплимент «хитреца».
– Более чем доволен, – подтвердил Граф. – Хочется всегда предполагать рядом с красотой и её могучий потенциал в виде ума и здоровья. Но я бы спросил построже: каково твоё кредо, Елечка? Шахматы или что-то другое? – другого разведчика подпустил Граф к Елене своим вопросом, не забыв пополнить бокалы. Елена ответила всем врагам и разведчикам.
– Мне так часто говорят, что я красавица, что у меня выработалась эгоистическая потребность слышать об этом ещё и ещё. Это не намёк на то, чтобы и вы, как дятлы, долбили одну сосну. Я к тому, что у меня сформировалось желание быть на виду, поэтому, признаюсь вам. Я буду стремиться к научной карьере на педагогическом поприще, достойном моего эго. Как видишь, Граф, поприще и у меня есть. Это и есть кредо, а не порок. Я хотела бы разработать теорию воспитания вундеркиндов. Мне кажется, что в наше время несчастнее вундеркиндов нет. Они как бы рождаются для того, чтобы как можно скорее умереть или засохнуть. В прямом смысле и в смысле метафоры. – Никто не взялся бы предсказать, какое последствие принадлежит данным словам Елены и ей самой. Вместе с тем слова Елены были для Графа приятнее хорошей музыки. Не эта ли информация интересовала второго внука правящего вождя селения Горыни? Он сказал с удовольствием:
– Любопытно. Считай, что мы это запомнили… Дерзай, поможем!.. – Вот так отреагировал Граф, загадочная личность родственника вождя. «Последствие» могло исходить и из его последних слов.
– Считайте оба, что я тоже запомнила о вашей вероятной помощи, – пальчики в зубки ей не клади, это лишь Григорию удаётся засовывать между её губ полотенце, чтобы она его послюнявила для оттирания несуществующей имплантации косметических полимеров.
– Не сомневайся. Если не верить нам, тогда кому же? – подтвердил Григорий.
– Я, как будущий педагог, хотела бы услышать ваши педагогические представления, – пожелала узнать Елена.
– Я согласен со своим отцом. Он повторял, что воспитывать надо с умом, вольной моралью и мягким ремнём… – изложил свои педагогические основы Григорий.
– Педагогика – кузница, а не подгузник. Вот наковальня, вот воспитанник – плут. Тут же свобода морали, тут же свободный кнут. Лишь бы знать, во имя чего нужны питомцам любовь, книга и плуг, – углубил педагогические воззрения Граф. Ему этого показалось мало, и он продолжал. – Мы отошлём тебя к ЯЗЫЦАМ, своду русской нравственности, изложенную для Сына-Деда, Сына-Отеча и Сына-Внука по притчу рода родовичам русичам. Григорий знает текст, и между вашими поцелуями он будет его рассказывать, а ты запомнишь. Оттуда пойдёшь и к методикам воспитания вундеркиндов.
– Насколько я догадлива, не намекаете ли вы мне, что я заслуживаю порку? – поинтересовалась Елена.
– Отец щадил тебя? – спросил Граф.
– Кнутом и ремнём не стегал, но крутости было достаточно, – призналась Елена.
– Кажется, Василий Смыслов говорил, что проиграть партию в шахматы – это трагедия. А ты поставила на кон свою честь и жизнь. Это же счастье, что ты проигралась Григорию. А какая трагедия случилась бы, проиграй Григорий? Посмотри на него, он продолжает пылать, – в словах Графа обнаружились менторские звоночки. – Но мы тебе указываем общий путь педагогики.
– Для данного случая, конечно, риск был велик. Но кто поручился бы за то, что было бы лучше, не произойди этот случай? На Гришу я налетела, как он сказал, нарвалась. Я искала умного, упуская из виду, что ум и нравственность могут быть разной пробы. Гриша меня…
– Накрыл… – засмеялся Григорий.
– Очаровал, – смягчил Граф.
– И первое, и второе верно, – согласилась Елена. – Но Граф, я поняла об общем пути. Спасибо. Обязательно Гриша меня обучит ЯЗЫЦАМ… Но ты обронил слово «счастье». Нельзя ли развить данную тему, хотелось бы поучиться и здесь, – хотелось ей преуспеть везде.
– Вечный вопрос молодых. И пожилых. Бедных, богатых. Рассуждения о счастье сродни рассуждениям об истине. Счастье – это лучшая часть истины… светлая сторона добра и правды. Счастье, по-моему, это не «что», а «что» и «когда», оно – содержание времени в теле и в душе человека, как их праздник. Оно и духовное, и сладостное. Оно может зависеть как от количества комнат в твоём жилище, как от радости тела, не чуждого счастью, так и от победы свободного или освободившегося от чего-то духа. Вы освободились от свободы своего одиночного существования и нашли счастье в семье. Так и другие. Счастье, когда хорошо и когда смеются; несчастье, когда плохо и когда плачут. Наивысшего счастья люди достигают в творчестве и в любви. В это время в их ушах звучит любимая музыка или песня. Я полагаю, у вас есть все основания считать сегодняшний день самым счастливым. Вы переливаете соки любви друг в друга или стремитесь к этому. – Так говорил Граф, Елена верила словам Графа, потому что сегодня она слышала песню своего сердца. В это же время Елена старалась вслушаться в смутную память других звуков. Ей не давала покоя мысль, что она знакома с голосом Графа.
– В одном случае счастье, когда на данный момент ничего не надо. Например, мне сейчас ничего не надо, кроме вашего счастья. Я насыщаюсь удовлетворением от нашего общения, от беседы, от того будущего, которое я начинаю предвидеть, и которое наверняка последует за этим событием… В другом случае – счастье, когда человеку что-то надо ещё. Дух, мозг, тело в состоянии поиска новой пищи, в творческом лёте, в стремлении к цели. Здесь первый случай сливается со вторым, дополняется, здесь вечное сочленение «что и когда», не способных существовать по отдельности. У каждого человека свои дополнения, свои примеры, своё счастье, своя музыка сердца. Счастье – не золотое кольцо, а то, что внутри него… Но не дырка. Внутри кольца перст судьбы и никак не проще. Ты, Елечка, была права, когда говорила, что, было бы лучше, а что хуже, не произойди ваш турнир с нелепыми условиями проведения… А вторично – это сама рука, владеющая перстом с кольцом, само сердце в кольце любви, судьба в кольце счастья. Таковы первые приближения к счастью. Лишь хотелось бы предупредить. В нашем селении полагают, что счастье не хрен, много не скушаешь. Но хрен всегда должен быть под рукой… – Все засмеялись.
– Очень! Очень! – захлопала Еля в ладошки. – Хочется слышать развитие интерпретации. Самый-самый пик счастья – что? Говори, Граф! – приказала Елена.
– Самый-самый пик счастья – это романтика молодости, любовь молодых и подвиг молодых, – выполнил Граф требование девушки.
– Браво! Вот вы, современные молодые люди, вы совершили свой подвиг? – разошлась Елена в своих требованиях.
– Я обедню себя, если буду слушать себя одного… – уклонился Граф. Друзья всполохнулись смехом.
– Граф совершил, я рассказывал… Его представили к ордену за «пирожки» связи, – сообщил Григорий.
– А тебя обошли? – ревниво встрепенулась Елена.
– Его тоже представили, но мы не уверены, что наш вклад в науку оценят так высоко. Наши подвиги ещё впереди… – скромно оценивал Граф
– Граф, хоть два слова о смысле жизни! – Елена даже руки тянула к Графу, прося ответа. Ей хотелось продолжения его голоса. Когда же она его слышала?
– Смысл жизни в продолжении рода и себя в роду, в чём же ещё, если во-первых? – ответил Граф.
– А, во-вторых? – нагнетала Елечка.
– А, во-вторых, лучше меня знает Григорий… – вывернулся друг Григория.
– Спасибо, Граф. Послушаем Гришу. Наедине он гипнотизировал меня красноречием, а сейчас приумолк…
– О, мне сейчас легко говорить о счастье. Я так давно мечтал о любви и, наконец, ослеплён ею. Это ли не романтика! Ничего другого я видеть пока не могу. Словами Графа, я в первой фазе «что и когда», мне ничего не надо, кроме тебя, Елечка. Я люблю тебя! – Настолько пылко и серьёзно были сказаны эти слова, что ни Граф, ни Елена не улыбнулись. Возникла тишина и в вагоне-ресторане. Значительная тишина, соответствующая словам Григория и той самой романтике. Григорий жадно допил бокал, потом и Граф, и Елена последовали его примеру.
– Вот ты какой! – задумчиво сказала Елена. – Я бы не хотела разочаровывать тебя, и, видимо, не разочарую, – прибавила Елечка.
– Он такой. Такие, как он, возглавляют атаки и подрывают себя вместе с врагами. Люби его, Елечка без сомнений. – Так охарактеризовал друга Граф, и так он посоветовал девушке, ставшей женой Григория в один день после знакомства. И это основательно, потому что в России сложилась традиция героизма подрывать врагов вместе с собою. И когорта героев уподобилась этой традиции.
Вино было допито, важное было сказано. Когда к ним подошла официантка сообщить им, что ресторан закрывается, они были единственными посидельцами заведения на колёсах. Все разошлись. Друзья вернулись в свой вагон и разошлись по туалетам. Затем Граф пошёл в своё купе, а Григорий завёл молодую жену в свою келью любви.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?