Текст книги "Селение Горыни"
![](/books_files/covers/thumbs_240/selenie-goryni-200812.jpg)
Автор книги: Юрий Тупикин
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Войдя в купе, они тотчас заперлись на запор и обнялись. Он её раздевал и укладывал.
– Гришенька, милый, я первый раз столько пила, обычно я обходилась несколькими глотками. Я пьяная. Мне кажется, я тоже люблю тебя, мой хороший. Это вздор, но я влюбилась и в Графа…
– В него все влюбляются. Один его взгляд, и человек у него в рабах. Я уже семь лет добровольно рабствую у него. И буду ему служить всю жизнь. Но он кремень для женщин. Кроме жены, никто от него не получит, поверь мне. По всей вероятности, такие, как он, находят свою любовь под зонтиком во время дождя, а потом этой любовью живут и дышат. Так что люби его платонически, а со мной ты будешь спать, и со мной ты будешь рожать наших детей… – весьма прагматично определил Гриша суть обстоятельств.
– Да я и тебя люблю, я же сказала, не обижайся. Я сидела в ресторане и думала, когда же, наконец, я начну тебя целовать и к тебе прижиматься. Ты не хуже Графа, хоть и не вождь… Я пьяная. Не принимай мои слова близко к сердцу.
– А твоё прекрасное тело я могу принимать близко к сердцу?
– Ха-ха! Мой любимый. Ты остроумен. У меня всё болит… Мы не можем ограничиться поцелуями? Я сама тебя исцелую, я обещала… Ты мой победитель!
– Твоё слово – закон, сделаем так, как ты хочешь… – Однако у влюблённых слова не сходятся с делом. Она теперь знала, где живёт их знакомый зверёк – молчаливый трудяга крот. Он как раз вышел на волю, посмотреть на Большую Медведицу. Крот был ручной. Он подчинялся её желаниям. Она положила руку рядом с кротом, и тот немедленно попросился к ней в гости. Она изменила желание.
– Гришенька, только нежно и осторожно, как днём, ладно… – Они отправили крота рыть землю, всё равно он не видит звёзд; звёзды у него сыплются из глаз, когда он копает, освещая нору…
Узкая полка купе не была неудобной любимым.
Знакомство с ВыборамиТак разрешаются, порой возникающие проблемы горыничей, когда без склок и ссор совсем уж не обойтись. Впрочем, насыщенный образ жизни горыничей способствовал тому, что мелочи жизни как-то не замечались, они поглощались большими делами. Слово Выборы будет встречаться часто, к нему нужно привыкнуть. Самым большим делом названного селения считается смена элит через каждые 50 лет. Ибо со сменой старого Внука уходила в историю вся элита его чиновников. Из числа победителей отбирали на чиновные должности: председателя Совета, казначея селения, директоров школ, детских воспитателей, штатных учителей, главврача, начальника почты, директоров коммунальных служб, заведующих библиотекой и так далее. На любые знатные должности – только из числа прошедших голосование. Их формировал Совет селения (администрация), который сам формировался Внуком из желающих работать на это поприще. Баллотироваться на это место записывались многие претенденты. В свою очередь, на место Внука баллотировались десятки достойнейших молодых людей. Но побеждал один. Молодой Внук, с которым проигравшие, бывало, озоровали, дурачились, ревновали, интриговали и строили планы на жизнь, отныне распоряжался их служебным положением. Сказать по правде, не всегда назначение на должность укладывалось в какой-то условленный срок. И здесь выборы меняют характер. Какой характер? Изменчивый. Ибо всё течёт, всё изменяется. Но, изменяясь, покоится. Могло так казаться, что однажды выбранный на должность претендент, мог всю жизнь мучиться как на каторге, потому что характер должности в действительности не совпадал с характером человека. Тут и вступало гибкое правило. Человек, вступивший в должность и почувствовавший вкус к её содержанию, должен достичь здесь совершенства. Для достижения совершенства отводится срок, равный четырём-пяти годам. Через четыре-пять лет или оставайся на своём посту, или подавай заявку на переизбрание на другой пост. Часто инициатива ротации исходит от Совета селения, когда он видит результат совершенства. Тогда человека перемещали на иное место по согласованию с ним, не дожидаясь выборов, но согласовывая с ними данные результаты текущей замены. А не видит Совет, тогда видит претендент. Но, как это подтверждено всемирной историей, руководство всегда видит и плоды совершенства, и плоды несовершенства. Короче говоря, через четыре-пять лет проходят ротационные выборы. Ротация, чередование, смена по обычаю, а не по просьбе или по усмотрению Внука. Но всякий раз этот акт сопровождается учётом победы на выборах местных органов власти, устраиваемых правительством России, раньше – Советского Союза, ещё раньше – проводили сами. Срок соотносится с местными выборами. Элита меняется на Выборах. Иногда устраивали внутренний конкурс, но тоже путём довыборов. Стимулы? Ещё какие. Все результаты победителей подшиваются в Храме Богов в делах победителей. Уже говорилось, что там ведётся Книга Памяти Горыней и Книги Памяти рода. В Книги вписываются имена победителей на всяких выборах. Имя, записанное в Книгу памяти Горыней, имеет право быть занесённым в Книгу Памяти рода. Имена проигравших на Выборах не записывались. Но у проигравших есть утешительный «приз». Не попав в Книгу по итогам Выборов, они могли попасть туда и легко попадают в неё по делам своей неслужебной деятельности. Ибо главный смысл всех книг памяти состоит в увековечивании большого славного дела любого горынича, отличившегося на своём поприще. От Книги Гиннеса Книги Памяти отличаются тем, что в них записываются существенно полезные деяния, а не те, кто дальше плюнет или кто больше проглотит еды определённого вида, хотя бы пельменей или блинов.
За сто лет жизни отдельных горыничей Книга Памяти или Книга рода распухала от записей славных открытий и дел больше, чем у большинства россиян медицинские книжки с записями их болезней… По прошествии ста лет Книга Рода складывалась в ларец архива, содержащегося тут же, при новой Книге. Стало быть, с завершением ХХ века заканчивалась история отжившего поколения столетних людей. Люди нехотя уходили в иной мир, а их Книга оставалась на память пришедшим жить и творить вместе с новой Книгой Рода. Тут возникали свои проблемы. Накопившиеся Книги приходилось обобщать, ибо ими было затруднительно пользоваться. Но и старые Книги старались уберечь от мышей и тлена, хотя безуспешно.
Выборы – смена старого новым, смена ХХ века XXI веком! Это не кризис. А естественное явление, установленное устоями. В 1990 году начата предвыборная подготовка к Выборам. В 2001 году должна придти Администрация, которая вместе с Внуком будет управлять селением 50 лет. Лишь через 40 лет обязаны будут приступать к новой предвыборной кампании, которая будет завершена в 2050-м году. А затем новые Выборы XXII века… Два раза в век, но истинной демократии. В остальное же время между демократиями – обыкновенная воля жизни, в смысле свободы, поощряемой и не притеснённой.
Но кто-нибудь из живущих в России видел ли что-то подобное в своём селении, в своём посёлке, в своём городе, в своей стране? Не видел. Потому что даже в мыслях не приходит подобное смыслостроение. Потому что невероятно сложно. То голод, то мор, то война, то красные, то белые, то тюрьмы, то ранняя смерть, то международный терроризм, то новое толкование истории, то отселение писателей в воспитательные учреждения… С утратой практики родословия (генеалогии родов), в России утрачена и практика правдивого летописания. Наша история укорочена на тысячи лет до пресловутого крещения. Поскольку Горыни устроились в биопаталогической зоне, то им никто не мешал вести родословие, они лишь усовершенствовали его ежедневной психологогической надобностью, идущей от природы бессмертия. Эта надобность двигала смыслом их жизни. Поэтому у них существует термин «смыслостроение», записанный в Языцах. В словарях этого слова нет. Никто к ним не лезет, с ними общаются лишь с помощью соколов и голубей, курьеров, почты, телеграфа и телефона, налогов и отчётов, а ныне – с помощью мобильной связи. Но это совсем не то, что назойливые уполномоченные и проверяющие, не дающие работать и требующие к себе внимания как к самым важным персонам. И выдворить их нельзя – тотчас жезлы угрозы, шантажа, донесения наверх. Уж они бы натворили, напроверяли бы! Площадь Богов и Героев они бы, несомненно, переименовали в площадь царя или секретаря. Названия Горыни и сейчас нет в почтовых книгах – этого названия лишили бы вовсе; не при царе, так при советской бы власти. А Храм Богов они бы превратили в зернохранилище или в хран госрезервов, как христианские церкви в бытность советской власти. В Горынях квартировал бы отдел тайной полиции или особый отдел НКВД, КГБ или ФСБ. Тут бы непременно царили райком и райисполком с управлением внутренних дел, а селение было бы районным центром. Об опыте Горыней мы бы никогда не узнали. Да и сейчас их нет и всё о них – это, возможно, как вымысел.
Итак, один раз в 50 лет в Горынях производятся Выборы Внука. Внук правит 50 лет, начиная от 25-летнего возраста. В выборах принимают участие всё население Горыней. Это бывает событие из событий для каждого рода селения. Все знают начало очередной предвыборной кампании за 40 лет вперёд. Вся политика родов строится, выстраивается и подстраивается под это событие. За 10 лет до выборов каждый род имеет право подать заявку на своего претендента-кандидата. Кандидатами могут стать юноши и девушки, которым через 10 лет исполнится 25 лет. Могут быть небольшие отступления по возрасту. То есть кандидатами могут стать и 16—17-летние юноши и девушки, ибо трудно, практически невозможно подравнять всех кандидатов к строгому возрасту 15 лет. Этого отступления не может быть лишь у правящего рода Горыниных. Здесь кандидата всегда выставляли в 15 лет, чтобы он мог заступить на пост строго в 25 лет. Летоисчисление, то есть история Горыней, строится по датам смены Внука, по два раза в столетие, и описаний событий внутри них между датами. Так им удобно вести родословную и свою историю, чтобы не путаться. Остальные горыничи следуют тому же правилу, с той разницей, что у них не всегда получается тютелька в тютельку, как у Горыней.
Как правило, Горыни свои вопросы решают комплексно на основе Выборов. Не хочешь, не участвуй, наблюдай и соси лапу. Но лапу никто не сосал. Энтузиазм предвыборной кампании поглощал абсолютно всех, без исключения. Каждая молодая семья планировала рождение детей под будущую кампанию. Надо было всё подсчитать. Когда жениться сыну и когда выходить замуж дочери. С учётом того, что в этот период дочь обязательно выходила замуж и рожала детей, зачав их в определённую ночь… Этот естественный процесс никто не отменял, ибо отменить никто не мог, и никто на него не замахивался. Забот хватало с теми, кто был готов выступить, кого могли выставить претендентом. Претендентов оказывалось подворно, по числу дворов-родов и родов-дворов. Размах необычайный. Если бы что-то подобное представить в официальном масштабе России или какого-то региона, стали бы требовать деньги на организацию кампании-столпотворения. В Горынях на эти цели не тратилось ни гроша. Всё шло в рамках исторически заведённых традиций и правил. Расходы ложились на сами роды-дворы. И они расходами не озабочивались. У них было, на что готовить дочь и сына на выборы. Значительным стимулом каждого рода было не просто выставить кандидата. Он должен отвечать обязательным требованиям. Начиная с 15 лет, юноша был обязан: высказать политический прогноз по России – кто будет править и как править ко дню выборов. Все прогнозы, даже нелепые, записывались комиссией. Чтобы потом сравнить и выбрать. Девушки не освобождались от этого требования. А как же? Хочешь править, докажи, что можешь править. Но девушки, выйдя замуж, а все они в процессе подготовки к выборам становились жёнами, то есть естественно выходили замуж, были обязаны родить трёх детей. Не могли же они насильничать над природой и ждать окончания выборов, чтобы затем планировать свадьбу и любовь к мужу и с мужем? Таким образом, рождение трёх детей считалось вторым требованием для претендентов-женщин. Точно так же, если не в большей степени, касалась их и поэзия. Насквозь трогательная, удивительная цельность лирики, то есть наиболее возвышенная часть поэзии, дышит возвышенной грудью юной поэтессы. Но не только лирикой сильны поэтессы. Поэтам быть посредственными во всех жанрах поэзии не позволяют ни боги, ни люди, ни книжные магазины. Девушки в этом осведомлены. Чистую и чувственную поэзию юности никто не облапает, а на возвышенную грудь поэтессы рук охотников в Горынях не бывает. Но поэзия девушек – это третье условие Выборов. Не рассчитав, мы перескочили пространство… Девушки освобождались лишь от второго условия Выборов.
Вторым условием для юношей был сущий пустяк – необходимость поражения дикого животного или мишень стрелой из лука. Проводились соревнования в помощь. 15 лет – на 10 метров, далее по годам – на 15, 25, 50, 75, 100 метров. Практически 10 метров никто не рассматривал как дистанцию. Сами шутят, что они рождаются со стрелой и с луком в руках. Сызмальства они бьют на 25 и более метров. Если победителей на последней дистанции оказывается несколько человек, то им увеличивается расстояние до 100 метров. Если и на этой дистанции оказывается более одного, им больше не увеличивают дистанцию. С этим результатом идут на выборы. А там, что народ даст. Это было важным препятствием молодёжи на пути к власти и в то же время знаком их равенства перед законом. У власти не должен стоять абсолютный победитель. Должен встать победитель Выборов. Другое дело, что для победы на Выборах нужны многие слагаемые, достигнутые до Выборов. Победитель во всех номинациях имеет шансы стать Внуком. Как правило, правящая династия не упускает своих шансов. Не было случая, чтобы кто-нибудь переплюнул старого Внука или его молодого внука, идущего на смену Внуку в качестве Внука. Наследный внук должен был обладать наследственными качествами своего деда. Это затравливало мужские поколения всех родов до невероятных азартов. Мастеров-лучников было много. Понятно, все мужчины были охотниками-лучниками с младых ногтей. Все они были здоровяками-спортсменами на протяжении ста лет своей жизни. Но это прекрасное качество здоровья тоже не ставили в грош, поскольку оно естественно и как бы обязательно от природы. Главным считался результат от сравнения с Внуками. Соревнования шли одно за другим два раза в год. Старый Внук участвовал лишь на годовых состязаниях и неизменно не оставлял никому надежд, в том числе своему внуку. Порой на тренировках Внук поддавал жару, проигрывая одну-две стрелы, и это вселяло надежды. Но зачётных стрельб он не проигрывал. Зато внук стрелял, как и все. Заменить это условие откупом или залогом не представлялось возможным, ибо стрелковый спорт из лука был доминирующим видом спорта для мужчин – горыничей. В этом состоял образ их жизни, идущий из древности. Они из принципа не имели ружей ни в один из веков их использования в войнах и на охоте. Они были гуманны и благородны. Диких зверей здесь хватало. Из истреблённых лесов звери сбегались сюда. Горыни позволяли животным плодиться и размножаться в своих лесах. Отношения горыничей с миром животных – это непознанный мир. Они научились воздействовать на животных ультразвуком. Скорее всего, их научил пользованию ультразвуком бог ветра Стрибог. Правда, не все имеют к этому дар, а лишь один из родов селения. Есть у них излучатели, и какие они – это покрыто мраком секретности. Несекретным сохраняется помощь Стрибога… А с животными, пожалуйста. Они звуком и песенными мелодиями, слышимыми животными, зовут их на водопой, на зимнюю подкормку, они предупреждают их об опасности, связанной с началом своей охоты на них, тревожными звуками. Своеобразное «иду на вы». Но никогда не убивают их на водопое и на подкормке. Только в лесу, в свободной охоте, соревнуясь с самим животным в хитрости и умении выжить. Кто не спрятался и не убежал – трофей охотника или зверя. Горыничи отстреливали излишество многоплодия зверей для своего питания. Мясо здесь добывалось исключительно охотой с помощью лука. Мясом приторговывали в торговых Рядах… Они давно научились продавать зверей в зоопарки страны. А когда у них появилась авиатехника, они отвозили диких зверей в иностранные зоопарки. Своего аэродрома не строили по важной причине не распугивать диких животных. Они пользовались областным аэропортом, платя налоги. Конечно, им помогал статус биопатологической зоны. Сказано, район Горыней сам по себе не велик. Он велик прилегающим лесом, куда не проникают люди других селений. Эти люди свои леса уже вырубили на отопление и на продажу. А частью сожгли пожарами. А горыничи свой лес берегут как своё жилище. Лес у них заповедником не объявлен. Но он имеет все признаки национального заповедника. Им тоже трудно. Им тысячи раз спускали планы-разнарядки по заготовке древесины. Ни один план не исполнен по причине невозможности войти в лес по патологической причине… Был курьёз, когда в лесу был обнаружен чужой окурок. А никто из горыничей не курит. Совет селения поднял шум на всю область о том, что летающие вертолёты выбрасывают горящие окурки над их лесом. И представили вещдок (окурок) и номера нарушителей-вертолётов. Никого не судили, но предостережения помнили. И на свою голову навлекли аргументы: откуда знаете об окурке, если в лес не заходите?.. Отвечали: в лес-то ходим по ягоды и по грибы, но работать в лесу невозможно. Поди, проверь… Ныне, когда большинство лесов заражено энцефалитным клещом, леса Горыней сохраняют свою девственную экологию.
Третьим условием претендентам служит сочинение стихов по любому случаю, но, главным образом, социальной направленности, чтобы она, направленность, отражала какую-то общественную проблему… Хотя учитывалась собственно поэтическая составляющая, то есть насколько стихи были поэзией, но вторым слагаемым было, как сказано, отображение вопросов жизни. И это было удивительно правильным. Ибо в новой России конца ХХ и начала XXI веков царила самая оголтелая попса, которая «отображала» всё что угодно, но только не социальную реальность. А, может быть, наоборот, попса отражала то, что можно отразить, ибо другого не было. Но почему к молодым людям выставлялось именно это требование? Объяснение было столько же романтическим, столько и рассудительным. Молодые люди этой поры, от 15 до 25 лет преисполнены чувственными вожделениями, любовью, мечтой, поэзией жизни и счастьем. Всё это, в основном, ложится в стихи. Но равно дозволялись рассказы, пьесы, эссе, повести и, конечно, роман, если хватит ума и таланта. И хватало. К 25 годам, при благоприятных обстоятельствах, при величайшем накале мысли, духа, амбиций писалось всё, до поэм и романов. И тут история культуры Руси и России, в которой примеров юных талантов хватало с избытком, была примером и источником юного гонора. Что же ещё могло лучше выразить сущность молодого таланта, как не его способность к поэзии, к творчеству! Рациональность требования объясняется тем, что именно литературное творчество наиболее полно способствует развитию гармонической личности, что считается необходимым качеством для формирующихся политиков… И это тоже трогательно и необычно. Повсеместно отмечается, что достаточно послушать современных министров, членов госдумы или губернаторов, или вообще руководителей предприятий, бизнеса и учреждений России, как становятся волосы дыбом от их косной речи и примитивности рассуждений… Стихами претенденты не обходились. В последний предвыборный год каждый из них представлял контрольное произведение, художественную поэму, или повесть, или значительный рассказ. На этом этапе романы не принимались, чтобы не загружать членов комиссии рукописными горами. Этот период, в основном, считался завершением становления личности молодого человека, способного к любому уровню общественной деятельности и к дальнейшему саморазвитию.
Было из-за чего каждому роду сходить с ума. Но не сходили, а были объяты состязательным творчеством. Ты мог перед выборами не поразить вепря на дальней дистанции. И тогда твои лучшие вирши шли в зачёт роду, но ты сходил с тропы выборов. Твой удел – похудел. И, наоборот, каждый мог убить вепря, но его политические прогнозы или его стихи, не говоря о поэме, не набирали веса. Речь не шла о том, что их вообще не могло быть, ибо были всегда. Всё было. Но каков ажиотаж! И это притом, что жизнь не останавливалась на данных требованиях. Люди продолжали пахать, учиться, работать по профессии, любить, конфликтовать, и всё что угодно по жизни. Но доминировали ВЫБОРЫ. Они были такой доминантой, от которой не скучно жить и бороться. А мог быть подлог при оценках того, другого и третьего? Никогда. Избирательная комиссия состояла из самых знатных старейшин, которые дорожили своим авторитетом. Не хватало им того позора, как изгнание из комиссии по мотивам мошенничества. Могли изгнать не только из комиссии, но и отселить из Горыней по той же формулировке. Если бы хоть сотую долю их щепетильности да судьям РФ или членам избиркомов!
Амбициоз Горыней необычайный, но вполне продуманный и объяснимый. Чтобы люди не сидели, не кисли, а готовились и готовились, творили и развивались однажды и на всю жизнь.
А муки? Страдания? Сородичи помогали своим выдвиженцам всем, чем могли. Вплоть до того, что за них сочиняли отдельные куплеты. Они правили творения детей. Многократно изводились самокритикой. Отдавая отчёт, что кандидат от рода был обязан оправдывать надежды рода, они пытались выведывать секреты остальных домов, то есть шпионили. Да кто же им что покажет до момента представления работ на комиссию или до публикации, ибо все творения ребят в срок публиковались. Вот тогда шло сравнение, кто чем лучше. А комиссия промежуточные результаты не подытоживала. Хотя внутри себя занималась именно этим, накапливая качество сравнений.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?