Текст книги "Словарь по психоанализу"
![](/books_files/covers/thumbs_240/slovar-po-psihoanalizu-9789.jpg)
Автор книги: Ж. Лапланш
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Ж. Лапланш, Ж.-б. Понталис
Словарь по психоанализу
АППАРАТ ПСИХИЧЕСКИЙ
Нем.: psychischer или seelischer Apparat. – Франц.: appareil psychique. – Англ.: psychic или mental apparatus. – Исп.: apparato psiquico. – Итал.: apparato psichico или mentale. – Португ.: apparкlho psiquico или mental.
• Этот термин фрейдовской теории подчеркивает определенные свойства психики: ее способность передавать и преобразовывать энергию, а также ее расчлененность на отдельные системы или инстанции.
• В «Толковании сновидений» (Die Traumdeutung, 1900) Фрейд определял психический аппарат по аналогии с оптическими аппаратами. Тем самым он стремился «…сделать понятными сложности функционирования психики, вычленяя в этом функционировании отдельные элементы и приписывая каждой составной части психического аппарата особую функцию» (la).
Такое утверждение требует пояснений:
1) говоря о психическом аппарате, Фрейд подразумевал особую структуру, внутренний склад психики, однако он не только связывал различные функции с особыми «местами психики», но и приписывал им определенный порядок, а следовательно, и определенную временную последовательность. Сосуществование внутри психического аппарата различных систем не следует понимать в анатомическом смысле, например в духе теории мозговых локализаций. Речь идет лишь о том, что возбуждения определенным образом упорядочены, обусловлены местом различных (психических) систем (2).
2) Слово «аппарат» связывается в нашем сознании с особой задачей, а значит, с работой. Фрейд прибегает здесь к аналогии с рефлекторной дугой, по которой полученная энергия передается целиком и полностью: «Психический аппарат следует понимать как рефлекторный аппарат. Рефлекторный процесс остается прообразом (Vorbild) любого функционирования психики» (1Ъ).
Функция психического аппарата в конечном счете заключается в том, чтобы сохранить внутреннюю энергию организма на возможно более низком уровне (см.: Принцип постоянства). Психический аппарат расчленяется на отдельные подструктуры, что помогает осмыслить преобразования энергии (из свободного состояния в связанное состояние) (см.: Обработка психическая) и взаимодействия нагрузок, противонагрузок и сверхнагрузок.
3) Эти краткие замечания показывают, что для Фрейда психический аппарат был моделью, или, как он сам говорил, «выдумкой» (1с). Эта модель, как явствует из приводимого выше текста, а также из главы I «Очерка психоанализа» (Abriss des Psychoanalyse, 1938), может быть не только физической, но и биологической («простейшая капелька живой субстанции» из главы IV «По ту сторону принципа удовольствия» (Jenseits des Lustprinzips, 1920)). Обсуждение самого понятия психического аппарата заставляет по-новому взглянуть на фрейдовскую метапсихологию в целом и на используемые в ней метафоры.
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ (Бсз)
Нем.: das Unbewusste, unbewusst. – Франц.: inconscient. – Англ.: unconscious. – Исп.: inconsciente. – Итал.: inconscio. – Португ.: inconsciente.
• А) Прилагательное «бессознательное» иногда используется для обозначения совокупности содержаний, не присутствующих в актуальном поле сознания – в «описательном», а не в «топическом» смысле слова, т. е. вне разграничения содержания систем предсознательного и бессознательного.
Б) Бессознательное в «топическом» смысле слова было определено Фрейдом еще в первой теории психического аппарата: бессознательное состоит из содержании, не допущенных в систему «Предсознание-Сознание»* в результате вытеснения* (вытеснение первичное* и вытеснение в последействии*).
Основные черты бессознательного как системы (Без) сводятся к следующим:
а) содержания бессознательного являются «репрезентаторами»* влечений;
б) эти содержания управляются особыми механизмами первичных процессов*, а именно сгущением* и смещением*;
в) содержания бессознательного, сильно нагруженные энергией влечений, стремятся вернуться в сознание и проявиться в поведении (возврат вытесненного*), однако они способны найти доступ к системе «Предсознание-Сознание» (Псз-Сз) лишь в результате компромиссов*, будучи искажены цензурой*;
г) чаще всего подвергаются фиксации* в бессознательном детские желания.
Бессознательное как существительное сокращенно обозначается Без (Ubw от нем. Unbewusst, les от франц. Inconscient), бессознательное как прилагательное, обозначающее содержание бессознательного как системы, – без (ubw или ics).
В) Во второй фрейдовской топике термин «бессознательное» используется чаще всего как прилагательное. По сути, бессознательное здесь – это уже не атрибут какой-то особой инстанции: это слово относится как к Оно, так отчасти и к Я и Сверх-Я. Отметим, однако:
а) что признаки, присущие бессознательному в рамках первой топики, могут быть отнесены и ко второй топике;
б) Что разграничение между предсознанием и бессознательным, которое уже не подкрепляется межсистемными различиями, сохраняется на внутрисистемном уровне (Я и Сверх-Я являются отчасти предсознательными, отчасти бессознательными).
• Если бы нужно было передать суть фрейдовского открытия одним словом, это было бы слово «бессознательное». В рамках данной работы мы не ставим целью проследить, как открытие бессознательного было подготовлено тем, что было сделано до Фрейда, и как в дальнейшем оно уточнялось после Фрейда. Стремясь к ясности, мы лишь подчеркнем здесь главные признаки этого понятия, которые теряли четкость при более широком его распространении.
1) Прежде всего фрейдовское бессознательное – это понятие одновременно и топики* и динамики*, выявленное в опыте лечения. Как показывает этот опыт, психика несводима к сознанию: некоторые ее содержания получают доступ в сознание лишь в результате преодоления сопротивлений. Этот опыт свидетельствует о том, что психическая жизнь «…полна мыслей, бессознательный характер которых не мешает их действенности; именно эти мысли и порождают симптомы» (1). На основе этого опыта был сделан вывод о существовании «раздельных групп психических явлений», а бессознательное в целом – стало рассматриваться как особое «место в психике»: не как второе сознание, но как система со своим собственным содержанием, механизмами и, возможно,«энергией». 2) Каковы эти содержания?
а) В статье «Бессознательное» (Das Unbewusste, 1915) Фрейд называет их «репрезентаторами влечений». В самом деле, находясь на границе между психикой и соматикой, влечения остаются вне противопоставления сознания и бессознательного. С одной стороны, они в принципе не могут стать объектами сознания, с другой стороны, их присутствие в бессознательном обеспечивается «представлениями как репрезентаторами [влечения]» *. В одной из своих ранних теоретических моделей Фрейд определял психический аппарат как последовательность знаковых записей (Niederschriften) (2); эта мысль вновь возникает и обсуждается и в последующих его текстах. Бессознательные представления складываются в фантазмы, в воображаемые сценарии, на которых фиксируется влечение, порождая настоящие инсценировки желания* (см.: Фантазия, фан-тазм).
б) В большинстве текстов, предшествующих созданию второй топики, Фрейд отождествлял бессознательное с вытесненным. Заметим, однако, что это уподобление обычно сопровождалось оговорками: так, Фрейд неоднократно говорил о врожденных, филогенетически присущих индивиду содержаниях как о «ядре бессознательного» (За).
Вершиной развития этой мысли было понятие первофантазий* (первофантазмов) как доиндивидуальных схем, которые присутствуют уже в детском сексуальном опыте субъекта (а).
в) Другая распространенная традиция понимания бессознательного уподобляет его тому, что в нас есть детского, хотя и здесь необходимы оговорки. Вовсе не весь детский опыт, пережитый на уровне нерефлективного сознания в феноменологическом смысле, может быть уподоблен бессознательному субъекта. Для Фрейда первое расщепление между бессознательным и системой Псз – Сз происходит под воздействием происшедшего в детстве вытеснения. Даже если, первоначало вытеснения выглядит как миф, фрейдовское бессознательное – это конструкция, а не цельное переживание.
3) Как известно, Фрейд считал сновидение «царским путем» открытия бессознательного. Механизмы работы сновидения (смещение, сгущение, символика), выявленные в «Толковании сновидений» (Die Traumdeutung, 1900) и действующие в первичных процессах, могут быть обнаружены также и в других образованиях бессознательного (ошибочные действия, оговорки и пр.); по своей структуре (компромисс) и функции («исполнение желания»*) они равнозначны симптомам.
Стремясь определить бессознательное как систему, Фрейд перечисляет такие его особенности (Зb): первичный процесс (подвижность энергетических нагрузок, характерная для свободной энергии*); отсутствие отрицания, сомнения, степеней уверенности; безразличие к реальности и воздействие одного лишь принципа «удовольствие – неудовольствие» (его цель – восстановить кратчайшими путями тождество восприятия*).
4) Наконец, Фрейд стремился обосновать собственную связность системы Без и ее решающее отличие от системы Псз посредством экономического понятия «энергетической нагрузки», свойственной каждой системе. Представления могут быть нагружены энергией бессознательного или же разгружены, причем переход от одного элемента системы к другому происходит за счет разгрузки первого и нагрузки второго.
Однако эта бессознательная энергия (отсюда и трудность ее понимания у Фрейда) оказывается то силой притяжения, направленной на представления и противостоящей осознанию (так обстоит дело в теории вытеснения, где притяжение со стороны уже вытесненных элементов действует заодно с подавлением, осуществляемым системой более высокого уровня) (4), то силой, которая приводит к появлению в сознании «отростков»* бессознательного и поддерживается лишь бдительностью цензуры (Зс).
5) Подход к фрейдовскому бессознательному, с точки зрения топики, не должен закрывать от нас всего значения динамики бессознательного, многократно подчеркивавшейся Фрейдом: напротив, разграничения на уровне топики оказываются способом учета конфликтов, повторений и сопротивлений.
Как известно, с 1920 г. фрейдовская теория психического аппарата была существенным образом переработана; при этом на уровне топики были предложены новые разграничения, не совпадающие с делением на бессознательное, предсознание и сознание. Так, в инстанции Оно можно видеть главные характеристики бессознательного, однако и другие инстанции – Я и Сверх-Я– также включают в себя бессознательное и порождаются бессознательным (см.: Оно, Я, Сверх-Я, Топика).
ВЛЕЧЕНИЕ
Нем.: Trieb. – Франц.: pulsion. – Англ.: msьnkt или drive. – Исп.: instinto. – Итал.: istinto или pulsione. – Португ.: impulso или pulsаo.
• Динамический процесс, при котором некоторое давление (энергетический заряд, движущая сила) подталкивает организм к некоторой цели. По Фрейду, источником влечения является телесное возбуждение (состояние напряжения); эта цель достигается в объекте влечения или благодаря этому объекту.
• I. С терминологической точки зрения, понятие влечения (pulsion) введено во французских переводах Фрейда как эквивалент немецкого Trieb, чтобы избежать ассоциаций, связанных с употреблением таких более традиционных понятий, как instinct и tendance. Такое употребление, хотя оно и не всегда соблюдается, тем не менее оправданно.
1) В немецком языке влечение обозначается двумя словами: Instinkt и Trieb. Слово Trieb – германского происхождения, употребляется давно и связано по смыслу с «толчком» (treiben – толкать); при этом подчеркивается не какая-то конкретная цель или объект, но скорее общая направленность движения и невозможность противостоять толчку.
Некоторые авторы не различают термины Instinkt и Trieb (а), другие – проводят между ними различие, называя «инстинктом» (например, в зоологии) устойчиво наследуемое поведение, присущее, почти без изменений, всем животным одного вида (1).
2) Фрейд употреблял и четко разграничивал два различных термина. Говоря об инстинкте, он имел в виду биологически наследуемое поведение животных, характерное для вида в целом, развертывающееся по заранее определенным схемам и приспособленное к объекту (см.:Инстинкт).
Во французском языке слово «инстинкт» имеет те же смысловые оттенки, что и Instinkt у Фрейда, и потому, как нам представляется, его можно сохранить при переводе; если же, однако, использовать его для перевода немецкого Trieb, мысль Фрейда окажется искаженной.
Французское слово pulsion не является органичной частью обьщенного языка, однако имеет смысловой оттенок, связанный с «толчком».
В Standard Edition немецкое Trieb переводится как instinct, a другие лексические возможности (drive, urge) отсекаются (Я). Этот вопрос обсуждается в общем введении к первому тому Standard Edition.
П. Хотя слово Trieb появляется в текстах Фрейда лишь в 1905 г., это экономическое понятие восходит к давнему разграничению между двумя типами возбуждения (Reiz), от которых организм, согласно принципу постоянства*, должен освобождаться. Наряду с внешними возбуждениями, от которых субъект может укрыться или защититься, существует и постоянный прилив возбуждения из внутренних источников: поскольку организм не в состоянии избежать этих возбуждений, они становятся пружиной функционирования психического аппарата.
В «Трех очерках по теории сексуальности» (Drei Abhandlungen zur Sexualtheorie, 1905), где впервые вводится понятие Trieb, появляются также разграничения между источником*, объектом* и целью* влечения, которые с этого момента станут у Фрейда постоянными.
Фрейдовское понятие влечения вырабатывалось на основе изучения человеческой сексуальности. Исследование извращений и различных форм детской сексуальности позволило Фрейду опровергнуть обыденное мнение, согласно которому сексуальное влечение имеет особую цель и объект и локализуется в возбуждениях половых органов и самом их функционировании. Фрейд показал переменчивость и условность объекта, который приобретает определенную форму лишь претерпев в человеческой истории многочисленные превращения. Он выявил также многообразие и раздробленность целей влечений (см.:Влечение частичное), их связь с определенными соматическими источниками, эрогенными зонами, разнообразие которых позволяет им поочередно выполнять (а иногда и сохранять) ведущую роль в жизни субъекта, причем частичные влечения не зависят от генитальной области и могут включаться в коитус лишь в результате сложной эволюции, выходящей за рамки процесса биологического созревания.
Наконец, последний аспект влечения у Фрейда – это сила как количественный, экономический фактор, как «побуждение психического аппарата к работе» (2а). Именно во «Влечениях и судьбах влечений» (Triebe und Triebschicksale, 1915) Фрейд соединил эти четыре аспекта – силу, источник, объект, цель – в общем определении влечения (2Ь).
III. Где место этой силы, которая давит на организм изнутри, побуждая его к действиям, способным вызвать разрядку возбуждения? Что это – телесная сила или психическая энергия? Фрейд по-разному отвечает на этот вопрос, определив влечение как «пограничное понятие между психикой и соматикой» (3). Фрейд связывает его с понятием «репрезентатора», или, иначе, представителя соматики в психике. Этот вопрос более подробно рассматривается в нашем комментарии к статье «Репрезентация (-тор) психическая^)».
IV. Хотя, как было показано, понятие влечения строится на основе сексуальности, в теории Фрейда сексуальное влечение сразу же противопоставляется другим влечениям. Как известно, теория влечений у Фрейда всегда была дуалистической: первый дуализм – это противоположность сексуальных влечений* и влечений Я* или влечений к самосохранению*, причем под влечениями к самосохранению Фрейд понимает жизненно важные потребности и функции: их прообразом являются голод и функция пищеварения. Это противопоставление, по Фрейду, присутствовало уже в самих истоках сексуальности, когда сексуальная функция отделилась от функций самосохранения, к которым она поначалу примыкала (см.: Примыкание). В этой противоположности – вся суть психического конфликта, при котором Я обретает во влечении к самосохранению большую часть энергии, нужной ему для защиты от сексуальности.
Второй дуализм влечений вводится в работе «По ту сторону принципаудовольствия» (Jenseits des Lustprinzips, 1920), где противопоставление влечений к жизни* влечениям к смерти* изменяет роль и место влечений в конфликте.
1) Конфликт на уровне топики (между защитной инстанцией и вытесненной инстанцией) не совпадает с конфликтом влечений, поскольку Оно* мыслится как источник обоих типов влечений. Свою энергию Я* черпает из общего источника, прежде всего в виде «десексуализированной и сублимированной» энергии.
2) Эти два основных типа влечений в последней фрейдовской теории представляют собой не столько конкретные побуждения, связанные с функционированием организма, сколько основополагающие принципы его деятельности: «Влечениями называются те силы, которые, как мы полагаем, лежат в основе напряжений, порождаемых потребностями Оно» (4). Этот сдвиг акцента особенно ярко проявляется в знаменитом отрывке: «Теория влечений – это, так сказать, наша мифология. Влечения – это мифические существа, величественные в своей неопределенности» (5).
Как ясно из этого краткого обзора, фрейдовский подход приводит к перевороту в традиционном понимании инстинкта. Это происходит одновременно в двух направлениях. С одной стороны, понятие «частичного влечения» подчеркивает мысль о том, что сексуальное влечение существует поначалу в «полиморфном» состоянии и направлено на подавление телесного напряжения, что оно связано в истории субъекта с репрезентаторами влечений, определяющими объект и способ удовлетворения: у влечения, этого поначалу неопределенного внутреннего натиска, есть своя судьба, придающая ему в высшей степени индивидуализированные черты. Однако в отличие от создателей теории инстинктов Фрейд далек от поисков биологической основы каждого отдельного вида деятельности: все проявления влечений он сводит к основоположному мифическому противопоставлению Голода и Любви, а затем Любви и Вражды.
ВЫБОР ОБЪЕКТА (или ОБЪЕКТНЫЙ ВЫБОР)
Нем.: Objektwahl. – Франц.: choix d'objet. – Англ.: object-choice. – Исп.: elecciцn de objeto или objetal. – Итал.: scelta d'oggetto. – Португ.: escolha de objeto или objetal.
• Акт выбора лица или типа личности как объекта любви.
Различают инфантильный и пубертатный выбор, причем первый пролагает путь второму.
Фрейд различает две главные разновидности выбора объекта: выбор по примыканию и нарциссический выбор.
• Фрейд впервые использовал это выражение в «Трех очерках по теории сексуальности» (Drei Abhandlungen zur Sexualtheorie, 1905); оно употребляется в психоанализе и поныне.
Слово «объект» (см. этот термин) означает здесь «объект любви».
Что касается выбора, то его, как и в случае «выбора невроза»*, не следует понимать как интеллектуальную процедуру выбора между различными и равно осуществимыми возможностями. Речь идет скорее о необратимом и определяющем характере того выбора объекта любви, который субъект совершает в некий решающий момент своей истории. В «Трех очерках» Фрейд говорит также об Objektfindung – нахождении объекта.
Выражение «выбор объекта» обозначает либо выбор определенного лица (например, «он выбрал объект по образу и подобию отца»), либо выбор объекта определенного типа (например, «гомосексуальный выбор объекта»).
Как известно, развитие взглядов Фрейда на детскую и постпубертатную сексуальность вело его ко все большему их сближению, вплоть до признания того, что «окончательный выбор объекта» совершается уже в детстве (а).
В работе «К введению в нарциссизм» (Zur Einfьhrung des Narzissmus, 1914) Фрейд распределяет все различия в выборе объекта на две главные группы; это выбор объекта по примыканию и нарциссический (см. эти термины) выбор объекта.
ВЫТЕСНЕНИЕ
Нем.: Verdrдngung. – Франц.: refoulement. – Англ.: repression. 6n. – Итал.: rimozione. – Португ.: recalque или recalcamento. Исп.: represion.
• А) В узком смысле слова – действие, посредством которого субъект старается устранить или удержать в бессознательном представления, связанные с влечениями (мысли, образы, воспоминания). Вытеснение возникает в тех случаях, когда удовлетворение влечения само по себе приятно, но может стать неприятным при учете других требований.
Вытеснение особенно наглядно выступает при истерии, но играет важную роль и при других душевных расстройствах, равно как и в нормальной психике. Можно считать, что это универсальный психический процесс, лежащий в основе становления бессознательного как отдельной области психики.
Б) В более широком смысле слова «вытеснение» у Фрейда иногда близко «защите»*: во-первых, потому что вытеснение в значении А присутствует, хотя бы временно, во многих сложных защитных процессах («часть вместо целого»), а во-вторых, потому что теоретическая модель вытеснения была для Фрейда прообразом других защитных механизмов.
• Разграничение между этими двумя значениями термина «вытеснение» предстает как нечто неизбежное, если вспомнить, как сам Фрейд в 1926 г. оценивал свое собственное использование понятий «вытеснение» и «защита»: «Я полагаю, что у нас есть основания вновь обратиться к старому термину „защита“ для обозначения любых приемов, используемых Я при конфликтах, которые могут приводить к неврозам, тогда как „вытеснением“ мы называем тот особый способ защиты, с которым нам удалось лучше всего ознакомиться в начале избранного нами исследовательского пути» (1). Все это, однако, не учитывает развития взглядов Фрейда на проблему отношения между вытеснением и защитой. По поводу этой эволюции уместно сделать следующие замечания:
1) в текстах, написанных ранее «Толкования сновидений» (Die Traumdeutung, 1920), частота употребления слов «вытеснение» и «защита» примерно одинакова. Однако лишь изредка они используются Фрейдом как вполне равнозначные, так что ошибочно было бы считать, полагаясь на это более позднее свидетельство Фрейда, что в тот период ему было известно лишь вытеснение как особый способ зашиты при истерии и что тем самым частное принималось им за общее. Прежде всего Фрейд уточнил тогда различные виды психоневроза – в зависимости от четко различных способов защит, среди которых вытеснение не упоминается. Так, в двух текстах, посвященных «Психоневрозам защиты» (1894, 1896), именно конверсия* аффекта представлена как защитный механизм при истерии, смещение аффекта – как механизм невроза навязчивых состояний, тогда как при психозе Фрейд обращает внимание на такие механизмы, как отвержение (verwerfen) (одновременно и представления, и аффекта) или же проекция. Помимо того, слово «вытеснение» иногда обозначает оторванные от сознания представления, образующие ядро отдельной группы психических явлений, – этот процесс наблюдается как при неврозах навязчивых состояний, так и при истерии (2).
Понятия защиты и вытеснения оба выходят за рамки какого-либо отдельного психопатологического расстройства, но происходит это по-разному. Защита с самого начала выступала как родовое понятие, обозначающее тенденцию, «… связанную с наиболее общими условиями работы психического механизма (с законом постоянства)» (За). Она может иметь как нормальные, так и патологические формы, причем в последнем случае защита предстает в виде сложных «механизмов», судьба которых в аффекте и представлении различна. Вытеснение тоже присутствует во всех видах расстройств и вовсе не является лишь защитным механизмом, присущим истерии; оно возникает потому, что каждый невроз предполагает свое бессознательное (см. этот термин), основанное как раз на вытеснении.
2) После 1900 г. термин «защита» реже используется Фрейдом, хотя и не исчезает полностью вопреки утверждению самого Фрейда («вместо защиты я стал говорить о вытеснении») (4), и сохраняет тот же самый родовой смысл. Фрейд говорит о «механизмах защиты», о «борьбе с целью защиты» и пр.
Что же касается термина «вытеснение», то он не теряет своего своеобразия и не становится понятием, обозначающим все механизмы, используемые при защитном конфликте. Фрейд, например, никогда не называл «вторичные защиты» (защиты, направленные против симптома) «вторичными вытеснениями» (5). По сути, в работе 1915 г. о вытеснении это понятие сохраняет указанное выше значение: «Его сущность – отстранение и удержание вне сознания» [определенных психических содержаний](6а). В этом смысле вытеснение иногда рассматривается Фрейдом как особый «защитный механизм» или скорее как'особая «судьба влечения», используемая в целях защиты. При истерии вытеснение играет главную роль, а при неврозе навязчивых состояний оно включается в более сложный процесс защиты (6). Следовательно, не стоит полагать, вслед за составителями Standard Edition (7), что, поскольку вытеснение присутствует в различных типах невроза, понятия вытеснения и защиты полностью равнозначны. Вытеснение возникает как один из моментов защиты при каждом расстройстве и представляет собой – в точном смысле слова – вытеснение в бессознательное.
Однако механизм вытеснения, исследованный Фрейдом на различных его этапах, – это для него прообраз других защитных операций. Так, описывая случай Шребера и выявляя особые механизмы защиты при психозе, Фрейд одновременно говорит о трех стадиях вытеснения и стремится построить его теорию. Конечно, в этом тексте путаница между вытеснением и защитой достигает наивысшего уровня, причем за этой терминологической путаницей стоят фундаментальные проблемы (см.: Проекция).
3) Отметим, наконец, что, включив вытеснение в более общую категорию защитных механизмов, Фрейд в комментариях к книге Анны Фрейд писал следующее: «Я никогда не сомневался в том, что вытеснение – это не единственный прием, посредством которого Я может осуществлять свои намерения. Однако вытеснение отличается своеобразием, поскольку оно четче отграничено от других механизмов, нежели другие механизмы друг от друга» (8).
«Теория вытеснения – это краеугольный камень, на котором зиждется все здание психоанализа» (9). Термин «вытеснение» встречается у Гербарта (10), и некоторые авторы выдвинули предположение, что Фрейд мог быть знаком с психологией Гербарта через Мейнерта (11). Однако вытеснение как клинический факт заявляет о себе уже в самых первых случаях лечения истерии. Фрейд отмечал, что пациенты не властны над теми воспоминаниями, которые, всплывая в памяти, сохраняют для них всю свою живость: «Речь шла о вещах, которые больной хотел бы забыть, непреднамеренно вытесняя их за пределы своего сознания» (12).
Как мы видим, понятие вытеснения изначально соотнесено с понятием бессознательного (само понятие вытесненного долгое время – вплоть до открытия бессознательных защит Я – было для Фрейда синонимом бессознательного). Что же касается слова «непреднамеренно», то уже в этот период (1895) Фрейд употреблял его с рядом оговорок: расщепление сознания начинается преднамеренным, интенциональным актом. По сути, вытесненные содержания ускользают от субъекта и в качестве «отдельной группы психических явлений» подчиняются своим собственным законам (первичный процесс*). Вытесненное представление – это первое «ядро кристаллизации», способное непреднамеренно притягивать к себе мучительные представления (13). В этой связи вытеснение отмечено печатью первичного процесса. В самом деле, именно это отличает его как патологическую форму защиты от такой обычной защиты, как, например, избегание (ЗЬ), отстранение. Наконец, вытеснение сразу же характеризуется как действие, предполагающее сохранение противонагрузки, и всегда остается беззащитным перед силой бессознательного желания, стремящегося вернуться в сознание и в действие (см.: Возврат вытесненного, Образование компромисса). Между 1911 и 1915 гг. Фрейд стремился построить строгую теорию процесса вытеснения, разграничивая различные его этапы. Однако это был не первый теоретический подход к проблеме. Фрейдовская теория соблазнения* – вот первая систематическая попытка понять вытеснение, причем попытка тем более интересная, что в ней описание механизма неразрывно связано с описанием объекта, а именно сексуальности.
В статье «Вытеснение» (Die Verdrдngung, 1915) Фрейд разграничивает вытеснение в широком смысле (включающем три этапа) и вытеснение в узком смысле (только второй этап). Первый этап – это «первовытеснение*» : оно относится не к влечению как таковому, но лишь к представляющим его знакам, которые недоступны сознанию и служат опорой влечений. Так создается первое бессознательное ядро как полюс притяжения вытесненных элементов.
Вытеснение в собственном смысле слова (eigentliche Verdrдngung), или, иначе говоря, «вытеснение в последействии» (Nachdrдngen), – это, таким образом, двусторонний процесс, в котором тяготение связано с отталкиванием (Abstossung), осуществляемым вышестоящей инстанцией.
Наконец, третья стадия – это «возврат вытесненного» в форме симптомов, снов, ошибочных действий и т. д. На что воздействует акт вытеснения? Не на влечение (14а), которое относится к области органического, выходя за рамки альтернативы «сознание – бессознательное», не на аффект. Аффект может претерпевать различные превращения в зависимости от вытеснения, но не может стать в строгом смысле слова бессознательным (14Ъ) (см.: Подавление). Вытеснению подвергаются только «представления как репрезента-торы влечения» (идеи, образы и т. д.). Они связаны с первичным вытесненным материалом – либо рождаясь на его основе, либо случайно соотносясь с ним. Судьба всех этих элементов при вытеснении различна и «вполне индивидуальна»: она зависит от степени их искажения, от их удаленности от бессознательного ядра или от связанного с ними аффекта.
*
Вытеснение может рассматриваться с трех метапсихологических точек зрения:
а) с точки зрения топики, хотя в первой теории психического аппарата вытеснение описывается как преграждение доступа в сознание, Фрейд тем не менее не отождествляет вытесняющую инстанцию с сознанием. Моделью его служит цензура*. Во второй топике вытеснение выступает как защитное действие Я (отчасти бессознательное);
б) с точки зрения экономики, вытеснение предполагает сложную игру разгрузок*, перенагрузок и противонагрузок*, относящихся к репрезентаторам влечения;
в) с точки зрения динамики, самое главное – это проблема побуждений к вытеснению: почему влечение, удовлетворение которого по определению должно приносить удовольствие, порождает неудовольствие, а вследствие этого – вытеснение? (см. об этом: Зашита).
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?