Текст книги "Централ. Ленин жил, жив и будет жить"
![](/books_files/covers/thumbs_240/central-mogila-leninu-138547.jpg)
Автор книги: Жорж Могилов
Жанр: Драматургия, Поэзия и Драматургия
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Благо библиотека в Лебеде была огромная и обменивали прочитанные книги каждую неделю. Ленин поведал Могиле метод чтения сразу нескольких книг, две-три книжки разных жанров читаются одновременно небольшими частями в 10—20 страниц, при этом хорошо запоминается прочитанное и тем временем тренируется память. Попробовав этот метод Могила прибалдел и за уши его не могли оттянуть от чтения, плохо что в тюрьме ровно в 22 часа выключают большой свет и читать невозможно а настольные лампы или ночник запретка. Могила заезжая в спецблок думал о разном обороте событий, потому как отсидев в карантине 10 суток в условиях близких к условиям содержания животных в хлеве, представьте каземат 4х6 метров, каменный без облицовочной плитки пол заляпанный грязью, которую уже не соскоблить, горячей воды нет, грели воду в пластиковых бутылках на батарее отопления, хоть яйца помыть и зубы почистить, да миски после еды вымыть. Туалет без смывного бачка и приходилось смывать дерьмо из бутылки, главное камера видеонаблюдения была и мусорам было легко за следить, чтобы в дневное время не спали и на шконках не лежали, беспредел чинили и на каждой проверке шмонали каждого.
Проверки проводились в 6 00 утра и после этого хрен ляжешь, Могила на все правила положил с прибором и мусаров на хую видал.
Вот и послал куда Макар телят водил старшего смены, когда тот попытался приструнить, мол днем на шконке не положено лежать, на что Могила спросил а на полу лежать можно, ведь он читал книжку а не спал, и тот видимо пожаловался начальству, посадить в ШИЗО (штрафной изолятор) не имели право с карантина, вот и определили в спецблок как склонного к нарушению режима содержания под стражей. Вот свезло, подумал Могила, а когда пригляделся в спецблоке мусарской закон не существует и сидельцам даже легче чалится, условия людские, и вода горячая, и пол досчатый отчего нет сырости, вся сантехника работает, было-бы по другому эти сидельцы могут Централ поднять на бунт. Так и потекла жизнь в своем тюремном русле, где Могила не чувствовал себя сильно ущемленным, просто лешили свободы а так жить можно, но одно не давало покоя ему, месть, все горело внутри от желания отомстить терпиле за его вранье и подлог. Ведь вся жизнь на перекосяк, бизнес пропал, жена не звонит и отказывается общаться по телефону и детям то-же не разрешает, квартиру описали и заберут, автобусы арестовали и поставили на штрафплощадку, все партнеры по бизнесу в ахуе, просто хапнули и упрятали как в сталинские добрые времена, за простой поклеп в тюрьму, даже не разбираясь. Сколько продержат под следствием неизвестно а после еще и суды всех инстанций, не только все потеряешь а и сам потеряешся, но все это не о Могиле, он знал что выйдет из этой передряги и кто-то хапнет горя в десятки раз больше, его хорошо научили распутывать клубки по сложнее и разрабатывать такие операции, что дело заведенное на него просто пыль,
Могила не тот человек который прощает, если наступили на больной мазоль, жди ответку, ой жди. В нем с самого детства укоренилось чувство справедливости, правды и ненависти к тем, кто не гнушался этими принципами, за всю свою сознательную жизнь Могила не раз наказывал тех, кто пытался неправдой поиметь, завладеть не своим а чужим, не имеет значения чего, денег, бизнеса, положения в обществе. Было таких желающих не мало и после схватки с Могилой пропадали все, кто уезжал навсегда, кто в психушку прятался а после залечивался до беспамятства, с разумом игрушки плохо заканчиваются и дуриком стать очень просто. 9
Вот и из этой ситуации Могила выйдет с достоинством а человек подставивший его под унижения застегнутых наручников, конвоя с собаками и тюремных казематов, должен ответить за зло, причиненное тому, кто по жизни даже по пьянке никогда не задерживали, он жил правильно и свое реноме в обществе зарабатывал достойными настоящего мужчины поступками, так его воспитали родители и мать всегда в наказ говорила, делай сынок добро людям и добром тебе вернется за все что ты сделал другим. Справедливость и сподвигла его в выборе прфессии юриста ну а позже и в выборе места работы. На третьем курсе юрфака, где учился Могила повели студентов на экскурсию в местный Централ, проходя по мрачным продолам (коридорам) тюрьмы Могила хотел пообщаться с сидельцами, но экскурсовод, вертухай категорически запретил заговорить с кем либо, было время разноса баланды и Могила заговорил с баландером незаметно от остальных, это был интелигентного типа мужик в грязном халате и с явно еврейским лицом, лет сорока, первым вопросом Могилы был за что тот сидит, на что тот ответил быстро не запинаясь, за спекуляцию в особо крупных размерах, купил партию ручных часов и перепродавал на рынке чуть дороже, хапнул за это 10 лет, в зону не поехал, здесь уже пятерик чалится и на УДО «условно-досрочное освобождение» тянет, Могилу так задело за живое факт, что шел 1990-й год, кругом процветала кооперация, и повсеместная торговля, перепродажа всего, что пожелаешь а этот человек еще сидит и не известно когда откинется (освободиться). Сиделец небыл озлоблен на систему, на время, на себя а филисофски заключил,
– Был бы повнимательнее и ОБХСС не задержала бы с товаром а так сам лох и самому и расплачиватся. Вот с таким тяжелым осадком в душе Могила решил пойти работать именно в ОБХСС «отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности».
Следующая ночь наступила мгновенно, коротенькие зимние дни в Питере словно миг летят, не успеешь оглянуться и уже ночь, тем более привыкать к новой хате Могиле не пришлось, все пришло само по себе, сьел кашку на завтрак, поспал до проверки, на прогулке позанимался на турничке вместе с Лениным, хоть и. морозец на улице а прибавляет бодрости и свежести, в мозгах прояснилось и будущее как-то нарисовалась хоть и не в красках, но и не в черно-белых тонах, взбодрился и Ленин, но по возвращению в хату завалился спать, Могиле наоборот не спалось и порывшись в книжках выбрал себе парочку неплохих детективчиков и в чтениях не успел заметить как наступила ночь, вся хата дрыхла весь день и вечер просыпаясь только поесть. Только погас большой свет, Могила отложил книжку и повернулся на шконке к Ленину, тот уже раскладывал шахматные фигуры и подмигнув Могиле пригласил на очередную игру, видимо в хате в шахматы никто не умел достойно играть. Могила спрыгнул с верхнего яруса и плеснув холодной водой в лицо присел напротив Ленина,
– Сегодня я белыми играю, Ленин улыбнулся широко а Могила сделал жест что не стоит грузится,
– Хороший игрок и безцветными играть может, Могила улыбнулся в ответ. Рядом с шахматной доской стояли две полные чаем кружки, конфеты и сушки.
– А это чтобы веселее игралось, оправдался Ленин увидев удивление Могилы.
– Тогда к барьеру, господа офицеры, негромко сказал Могила покрывая рот ладонью.
Ленин хлебнул чая и намекнул, что готов Могиле расказать о себе.
– Я раскажу о себе по тихому, нечего всем уши греть, меня как бывшего офицера спецслужбы засекрктили еще в 90-х, даже мусора не в курсах, подписку дал о неразглашении а ты взял и все испаганил, шучу. Родился и жил я в родном Питере на Лиговском проспекте, а именно за речкой Обводный канал, самый бандитский район Питера. Сколько себя помню был с уличной шпаной, дрались, бедокурили и конечно состоял на учете в детской комнате милиции, отец работяга побухивал и рано умер, мать пережила отца на пару лет. Братьев и сестер у меня нет и после смерти родителей переехал к тетке в область.
Уже в восьмом классе я стал сиротой, но у тетки долго не задержался, поступил в мореходное училище. Полное гособеспечение и казарменный быт меня устраивал вполне, поят, кормят и одевают, что еще надо, только учись. Армию отслужил в морской пехоте на Дальнем Востоке, разведрота вбила мне в голову как родину любить, ведь я никого не боялся и моя безбашенность была неподконтрольной а в армии это заметно, вот и постарались младшие командиры перевоспитать через вбивание во все части тела, ох и дубасили меня, но я не жалею, поумнел и остепенился.
После армии поступил в Говударственную Морскую Академию а по окончанию ходил в загранку на торговом судне, только в начале 90-х долго простаивали без работы и зарплату стали зажимать а тут Чеченская войнушка началась, вот и решил я повоевать по контракту, взяли в спецуру (специальное подразделение). В первую чеченскую много друзей потерял, но и много друзей приобрел, отчаянные, смелые ребята после войны уволились от разачарования в нашу доблесную армию, вот тут я и решил спецов без дела не оставлять. Организовал охранное агенство, дела шли в гору и костяк образовался, клиентами были в основном генералитет и чиновники, которые нанимали моих ребят телозранителями, с братвой не схлестывались а вот с ментами и силовиками были терки (разборки), так пришлось переквалифицироваться в бандосов (бандитов), наказывали обожравшихся генералов, чиновников отжимали добро и бизнес нажитый на крови наших товарищей.
– Кто же ты, Георгий, он же Жора, он же Гога, он же Гоша, он же Георгий Ивановичь, помнишь фильм «Москва слезам не верит». Ленин сделал паузу, видимо воспоминания о прошлом терзали его душу.
– Да помню, даже дочку Александрой назвал, как в песне про Садовое кольцо в конце фильма. Хорошее и доброе кино, заключил Могила на грусной ноте, вспомнив повзрослевшую дочь с которой последние пару лет только по скайпу общались. Ленин хлопнул его по плечу.
– Не грусти браток, сколько твоей дочке лет, спросил Ленин.
– Семнадцать в апреле исполниться, соскучился я за ней, любимая папина доця, когда маленькой была я ложился отдыхать а она залезет на подушку и начинала мне выщипывать редкие седые волосы на голове, акуратно выбирала седой волос и дергала, так я и засыпал, счастливый и без седых волос. Могила растроился немного и от горечи внутри сжал так зубы, что скулы свело. Ленин тем временем уже начал игру.
– Если не в падлу, можешь рассказывать все о себе, я умею слушать, может полегчает идет, спросил Ленин. Могила подумав согласился.
– Ладно дружище, только слово, все на чистоту и протянул свою руку. Ленин пожал руку Могиле и пообещал что все сказанное им будет от души и по честному. Так и начались откровенные расказы друг другу двух во многом схожих судеб, которых судьба свела в таком не подходящем для дружбы месте, в тюрьме, но судьбе не прикажешь и не изменишь. Уже после нескольких лет Могила жалел, что не встретил Ленина до его посадки, ведь такого друга на воле у Могилы небыло и видимо не будет. Могила не знал с чего начать свой расказ и Ленин это понял.
– Начинай с самого начала, так будет проще тебя понять, Ленин решил подтолкнуть Могилу к началу расказа.
– Может с конца моей никчемной жизни, зезжая сюда я потерял все, Могила расстроился.
– Конец у тебя в штанах болтается, то что ты называешь концом простая смена обстановки, с вольной на арестанскую и сколько нас мусора не крепят (пресуют) мы тем крепче становимся, смотри на вещи философски. Могила улыбнулся и согласился с доводами Ленина.
– Ладно, будь по твоему, терпения хватит слушать?
– Мы в тюрьме сидим брат, спешить не про нас, это на воле спешка и хлопоты а здесь времени валом. По хозяйски заключил Ленин и приготовился внимательно слушать расказ Могилы глядя прямо в глаза расказчику.
Все это вспоминал Могила по истечению пяти лет с момента знакомства с Лениным, сидя в мягком кресле своего офиса и попивая доброе Таманское вино, Саперави 1998 года, урожай этого года был отменным и вино прямо с винзавода доставлено, льется как масло и рубиновый цвет играет в бокале успокаивая душу. Три года тюрем и два года судов пропали не зря, все это время Могила боролся за оправдание по своему делу, чего и добился.
Прошел все видимые и невидимые преграды, все инстанции выигрывая от суда первой инстанции и до касационной, не прошел поклеп терпилы и Могила наказал его за дерзость и ложь, отжал у терпилы бизнес, два ресторана не плохо раскрученных в родном городе. Хлебнув вина Могила тихо произнес:
– Где же ты Ленин бродишь, потерялся на просторах матушки России, не пишешь, не звонишь, аль мусора спрятали тебя в красной, прекрасной зоне, где-то в Карелии, как тебя разыскать пока не знаю, но попробуем и снова мысли погрузились в атмосферу Централа «Лебедь», которые на всю жизнь врезались в память, все пережитое в стенах тюрьмы нельзя стереть никаким благополучием и именно это заставило Могилу стать жестоким и одиноким волком, который рвет даже своих. Одиночество стало для Могилы нормой, когда-то веселый и жизнерадостный, вполне преуспевающий бизнесмен, всем улыбающийся, стал молчаливым и немногословным одиночкой, ни друзей, ни подруг, даже секретаршу не переваривает в приемной, кофе ему готовит бухгалтер Галина Ивановна, женщина пенсионного возраста и просто хороший сотрудник. За пять лет не жизни а существования Могила стал другим, полной противоположностью того Георгия Ивановича, который был до сидки. В семью он вернулся несмотря на возражения жены, детям нужен отец и об этом Могила спросил сына и дочку, которые сами могут решить нужен им отец или нет. Когда состоялся разговор с сыном он сразу согласился, чтобы Могила жил с ними, ведь сыну еще учиться и дочь тоже нужно поднимать а мать если не хочет жить с тобой со временем свыкнется. Так и зажили как добрые соседи с женой и как хорошие друзья с детьми, за все время судов и пересудов Могила трудился на небольшую зарплату в транспортной компании юристом, был исполнительным и добросовестным сотрудником, деньгами помогал семье по мере возможности и сам скромно на себя тратил, что нужно сидельцу, пачка сигарет в день, еда и шмотки, иногда бутылочка хорошего красного вина, подруг не заводил и с женой не имел интимной близости он научился сдерживать желания. Терпение и колосальные усилия побороть одиночество в вольной жизни нелегко дается, но когда друзья о тебе забыли и при встрече начинают сочувствовать а подруги бывшие повыскакивали замуж и не замечают бывшего любовника, за которым ухлестывали стаями, невольно станешь волком одиночкой и ну всех нахрен, так решил Могила, будет для всех проще и легче, как говориться» баба с возу– кобыле легче. Теперь у Могилы есть все, деньги, бизнес и вокруг снова начали кружиться стервятники, почуявшие запах денег, будут в друзья напрашиваться и стелиться как змеи, но это уже не про Могилу, он прошел через предательство и побывал в забытье. Его дружба очень высоко взлетела в цене и безценна для настоящего друга.
Глава 2 – ШАХЕРЕЗАДА ОТДЫХАЕТ
Централ ночью шумел как рой взбесившихся пчел, по продолам перекрикивались, в хатах стоял такой гвалт, что друг друга Могила и Ленин слышали едва. Громче всех разговаривал по телефону со своей возлюбленной Годе. Мат стоял жуткий, но зато не весь понятный, матюгался Годе на грузинском языке, потому шептаться двум сидельцам за шахматной доской не было смысла. Могила начал свой расказ с момента как себя помнит.
– Родился я и вырос в небольшом южном городке, наш дом стоял на окраине, рядом с кирпичным заводом а улица заканчивалась на берегу озера, где водилось много карася. Половина озера проросло камышом и потому рыбалка в камышах была обалденной. Рано утром на накаченной камере от грузовика заплывали в самую гущу камышей и прямо под камерой, даже жерди для удочки не надо было искать, леску привязывали к указательному пальцу и так и ловили карася размером с ладонь, за пару часов пару килограммов рыбы. Мать ругалась, что надоело чистить карася а мы со старшим братом все ловили и несли домой. За маленьким озером было большое озеро, с зоной отдыха и пляжем, там вода была чистая а рыба не ловилась, зато раков было валом. Зато купание в большом озере всегда радовало ребятню, на берегу сколотили из досок огромный пирс-пляж и устроили песочницы с грибками а на воде стоял деревянный ресторан Поплавок, где все лето подавали вкуснейшие шашлыки с жигулевским пивом. В зоне отдыха озера был еще небольшой лес типа посадки с плодовыми деревьями и акацией. Только чего там не росло, черешня, вишня, грецкий и лесной орех, абрикосы и дикие сливы, короче рай всего, ешь летом от пуза витамины на шару, что мы и делали. С малых лет люблю воду, убегал на большое озеро купаться с лет пяти, мать переживала и запрещала без взрослых ходить купаться а я что, слушался, брался за траву на берегу и плескался до посинения, дома лупили по заднице но все зря. Уже с тех пор я стал учиться хитрить, чтобы мама не застукала плескался без трусов, потому как трусы не сохли до конца и резинка оставалась влажной и мама потрогав резинку раскалывала меня, когда я врал что в воду не ногой. Без трусов тоже не получалось провести маму, плескался я у берега и муть из воды оседала мне на коже под подбородком, без зеркала этого не увидишь и я так заявлялся домой и опять спалился перед мамой. Плавать я научился уже к 7 годам, когда старший брат скинул меня с пирса а там глубина и я наглотавшись воды стал так быстро работать под водой руками и ногами, что меня легко вынесло на поверхность и плавать учиться уже не понадобилось. Плаваю как бог в разных стилях, когда подрос мечтал стать моряком и плавал целыми днями пока коровы паслись, Ведь у нас было большое хозяйство и несмотря на то, что папа инженер а мама медсестра живности вокруг дома было много. Корова, бычок, пару хрюшек всегда в хлеву и куча птиц, курей, индюшек, гусей и уток. В семидесятые годы в маленьких городках обеспечение продуктами в магазинах плохое было, сколько себя помню в гастрономе на прилавках валялась дешевая кровяная колбаса и потроха куриные да консервы завтрак туриста и кильки в томатном соусе, а в хозяйстве всегда свое молоко, творог и сметана, яички и мясо. Прокормить было чем всю живность, вокруг колхозные поля и стянуть с колхозного поля не считалось воровством, брали у колхоза лишнее, ведь все общее в Совдепе было. Могила немного смутился.
– Мы с тобой одной крови, помнишь Маугли, я то-же моряк, Ленин добродушно дал понять, что еше одно сходство между ними образовалась. Могила удивленно поинтересовался.
– И в какие дали тебя носило товарищ Ленин и почему Ленин, в шутку перевел Могила свой вопрос.
Ленин нырнул на свой шконарь и достал кепку, прямо как у вождя революции, нахлобучил кепку на макушку и произнес голосом нечем не отличающимся от голоса самого Владимира Ильича Ленина.
– Товагищи, геволюция свегшилась, уга товагищи, уга. а.а.а…
– Похож как две капли воды и сходство, только козьей бородки не хватало а так все путем, Ленин много талантов в себе носил, мог бы работать на Красной Площади в Москве статистом для фотографирования с туристами на фоне Мавзолея, но эту идею Могила решил не озвучивать.
– К тебе то-же прилипнет погремуха (кличка) по ходу товарищ Георгий, Ленин скинул картуз и продолжил.
– В тюрьме и в других сидельных местах принято обратится к обществу, браткам сидельцам со следующим:
– Тюрьма старушка, дай мне погремушку. И братва начинает называть разные кликухи, которая прилипнет и тебе подойдет, ты и выберешь, не всегда правда прилипает и держиться, по жизни все может произойти, в тюрьме тем более, а некоторым погремуха и судьбу дальнейшую определяет. Лениным мне ходить по жизни всей, что прилипло намертво не оттянешь и не сотрешь, хоть и всей душой ненавижу совдеповскую систему, которая укоренилась в мозгах людей и не выходит эта зараза, какую страну сгубили суки, испаганили своей идеологией. Держат эту тухлятину (тело Ленина) в саркофаге напоказ, давно закопать нужно, ведь большевики не зря создали образ вождя пролетариата в виде верховного жреца культа коммунихма с отпечатками церковной христианской традиции поклоняться мощам. Нет логики и все обман, закоренелые атеисты поклоняються мощам, только не крестяться, потому как черти. Ленин заводился с полоборота, когда дело касалось политики. Могила тормознул его пыл и продолжил свой расказ.
– Согласен, но с твоего разрешения я продолжу. Так вот, пока был мальцом бедокурил по мленьку а когда подрос уже по взрослому косячил. В те времена пацанов манила как магнитом романтика улицы, воровские законы вбивались нам в головы старшаками и кто нарушал закон были в уважухе и с них брали пример. Певый поступок заслуживающий уважения у пацанов я совершил в классе пятом, после чего состоял на учете в детской комнате милиции. В зоне отдыха был небольшой зоопарк и я с братом ходили в цирковой кружок, нас еще дразнили, два брата акробата, один хрен, другой лопата. Летом кружок не равботал а в зоопарк мы заходили через лаз в заборе, вход был платный а денег у нас не водилось, Лазили поиграться с маленьким медвеженком, которого выпускали на лужайку, в один из дней мы с братом влезли а с медвеженком уже резвились несколько ребятишек примерно нашего возраста, один из них был в класе восьмом, мы без задней мысли присоединились к компашке, но старшой начал буровить, мол зачем пришли и мешаем им. Всегда приставали к брату, хоть брат на два года старше меня а рстом меньше и драться не умел. Это была роковой ошибкой амбала и не успел он размахнуться на брата, как я уже его дубасил со всех сторон. Бей первым, это правило мне хорошо вбили в голову, когда учили драться. Когда начали сбегаться родители компашки, брат испарился а я остался возле лежачего хорошо побитого мной амбала, те хапнули меня и поволокли в милицию. В детской комнате милиции мариновали меня до самого вечера, фамилию я назвал чужую и имя то-же м тогда инспектор заподрзрив неладное решил пойти к моим родителям. По дороге к дому я расмотрел инспектора и увидев, что он при оружии и туфлях на толстенной подошве решил дать деру «сбажать», сам я был в кедах и побежал в сторону керпичного завода, бегал я неплохо, но мусоренок видимо спортсмен и не отставал. Заборы перпепрыгивал как сайгак, но догнать не удалось, на керпичном заводе спрятатся было где. На второй день инспектор явился к нам домой и после разговора с отцом сказал мне:
– Хорошо бегаешь и неплохо заняться спортом, похвально что сумел уйти от меня, ведь я разрядник по бегу и такой прыти не ожидал. Так он пообещал пристроить меня в спортивную секцию. За счет этого я стал авторитетом среди пацанов на нашей улице и в школе, записался в секцию по боксу и занимался усердно мордобоем. Драться научился а силы набирал плаваньем, переплывал озеро в длину по несколько раз на день и меня заметил тренер по гребле, на озере была база гребцов каноэ а байдарки, предложил заняться греблей, тем более целыми днями на озере, пока корова пасется и заниматься можешь постоянно. Мне по правде уже поднадоело боксом заниматься, тем более летом только греблей и занимались, остальные секции на лето закрывались вот и записался, рядом с домом и тренер видно неплохой мужик, почему нет.
Тренировки проходили три раза в неделю по три часа, но для меня этого времени было мало и я попросил тренера дополнительно заниматься и тот дал ключи от базы, все лодки хранились на улице а весла внутри, так я мог целыми днями и даже в выходные заниматься интенсивно вот инакапливал силенки и добился неплохих результатов, к четырнадцати годам уже достиг КМС-а, кандидата в мастера спорта. Зимой на озерах расчищали поле для хокея, устраивали матчи между районами, гороодок был поделен на четыре района и в каждом была своя группировка пацанов, иногда дрались между собой на дискотеке и чтобы мерить силы не в драке а на льду, устраивали дружеские матчи, где призом были несколько коллограмов леденцов. Хокей я играл очень даже неплохо, когда отец привез из Москвы коньки и клюшку из пластика наша команда всегда выигравала, такие трюки вытворял, я со своей клюшкой мог с пяти шагов попасть шайбой между глаз вратарю.
Интересно детство прошло, но дрались много и часто, такие времена были и первый раз я взглянул смертушке в глаза в восьмом классе. На нашей улице все пацаны почти одного возраста были, разница может год-два, из пятнадцати домов набиралось 12 пацанов, которые умели биться и друг за друга как за брата. Воружение у нас то-же имелось, каждый имел кастет собственного производства, плавили олово и лили в специальных формах. Цепи и куски арматуры, финки сами растачивали из рессор, самопалы всегда заряжены шариками из подшипников, эбонитовые нунчаки и просто дубинки из орешника. Все вооружение каждый ныкал сам а при случае воооружались быстро. Дрались чаще всего с центральными или заводскими, наша группировка насчитывала человек 60 и называли нас переездовскими, потому что жили за железной дорогой а собирались на железнодорожном переезде и сборы всегда приводили к драке. Дрались по дальше от милицейских глаз стенка на стенку и в ход шло все вооружение. Вот в одной из этих драк в меня со спины выстрелил кто-то из самопала и шарик попал ниже левой лопатки, боли я не почувствовал, только горячий толчок сзади и в груди похолодело, в бошке помутнилось и я вырубился. Первая моя пуля, хоть не настоящая а пуля. Приходил в себя тяжело, пацаны отволокли меня к озеру и обливали водой а я в кумаре плыл, как сейчас помню воздуха не хватало и я старался выше поднимать подбородок и набирать полные легкие воздуха. Пацаны потом расказывали, что струхнули и подумали я кони двинул, только рот открывал и дышал тяжело, хрипел. Придя в себя я хотел вздохнуть глубже но резкая боль под лопаткой тормознула мой порыв. Синяк на спине огромный образовался и ребра сломаны были, потому дышал я целый месяц через раз и пукал через два раза, короче отходняк поймал конкретный, вот с тех пор в меня постоянно стреляют и попадают, но пока слава Богу жив исмертушки с того случая не боюсь. Целый летний месяц ходил в футболке и старался на людях не раздеваться, купался вдали от всех и только плаванье придавала бодрости и силы возвращались, не зря говорят, вода чудеса творит, так оно и есть. Могила так увлекся расказом что на какой-то миг оказался на своей улице в окружении пацанов, некоторые из них уже давно ушли в мир иной и взгрустнул, поднял глаза и оглядевшись запнулся, ведь он в тюрьме и подумал, отчего именно ему пришлось проити унизительные процедуры задержания и ареста.
По специфике своего бизнеса Могила много путешествовал по старушке Европе, занимался международными пасажирскими перевозками. Удивило его работа и отношение к своим обязанностям полицейских, там органы правопорядка помогают своим гражданам, в Чехии девиз полиции «охранять и помогать» чем они и занимаются. Однажды возле станции метро в Праге Могила наблюдал за европейскими бомжами.
У входа в маркет трое бомжей распивали вино из тетрапаков и одному из корешей пошла кровь носом, видимо давление подскочило у бедолаги, тот размазывал сопли по лицу когда в миг к ним подшли двое полицейских.
Могила наблюдал с любопытством сцену вероятного задержания нарушителей общественного порядка, только не случилось того чего ожидал увидеть.
Один из полицейских достал ватку и соорудив тампон стал вытирать страдальца тем самым давал нюхать из флакончика нашатырь, другой вызвав по рации скорую помощь придерживал голову страдальца лицом в верх дабы кровь остановилась, через минуты три уже была слышна серена скорой а в это время подошли еше трое коллег полицейских и к приезду скорой взяли на руки пациента и понесли навстречу медикам, двери скорой распахнулись и пациента положили окуратно на носилки. Наблюдая эту идилию Могила представил все происходящее в Москве, подезжает задрипанный уазик, из него выскакивают два лысых сержанта с тупыми мордами и с автоматами на перевес, пинками и скручиванием рук за спину грузят всю компашку в воронок и увозят в отделение, где еще попинают от души, за ночь в КПЗ «камера предварительного заключения» не выпустят в туалет и клиенты обоссутся прямо в штаны а утром протрезвев выпишут штраф и может быть отпустят а может и нет. Попробуйте представить удивленное лицо Могилы, он был в глубоком ахуе, происходило все в 1998 году, когда милиция у нас беспределом занималась
Да именно унижение человеческого достоинства и есть цель нашей доблесной уже полиции, звдержали Могилу банально, оказалось он уже целый год был в розыске и за все это время выезжал сотню раз за пределы России в Европу, на границе могли хапнуть да если бы он прятался, то давно осел в какой нибудь Швеции или Чехии по фальшивым документам. В Росии паспорт подделать стоит пятьсот баксов и в нагрузку еще и водительское удостоверение дадут, но Могила не хотел менять свою сущность и попался на нарушении ПДД «правил дорожного движения» на Большом проспекте в Питере, зеленый лейтенантик пробил по базе данных и надел наручники, единственное за что спасибо мусоренку, разрешил позвонить друзьям, чтобы забрали машину, не гнать на штрафплощадку, ведь потом не выдернуть оттуда сидя в тюрьме, да и мороки не оберешся, вызывать в тюрьму нотариуса, оформлять доверенность и еще заплати за штрафплощадку, кругленькая сумма нарисовывалась, а так забрали и забыл. Привезли в одно отделение на Петроградке, откатали пальцы и оформили задержание, пока писали рапорта я позвонил жене и обрадовал, что закроют и на долго. Жена была в курсе что подстава, но сильно растроилась, потому как финансирование на этом заканчивалось и пока суд да дело придется самим справляться, слава богу сын уже взрослый 25 лет и работает а дочка еще учится, вместе с сыном вытянут ситуацию. Семья осталась на югах а Могила подался в северную столицу, где неплохо раскрутил транспортный бизнес по перевозке туристов в Питеру и по Европе, возили питерцев до Таллина а паромом в Швецию и Финляндию. Были наработаны уже партнеры и постоянные клиенты а тут на тебе, одним махом все коту под хвост. Из отделения полиции повезли в прокуратуру, где заместитель прокурора Петроградского района, женщина лет сорока с очень милыми чертами лица заявила, что Могила уже больше года находиться в розыске по уголовному делу о мошенничестве в особо крупных размерах, пока проверяется запрос прокуроров с места совершения преступления и нарушения подписки о невыезде.
Все это сказки про белого бычка и ареста не миновать в такой ситуации, Могила понимал, что менты занимавшиеся раследованием дела продались с потрохами за пару порций шашлыка и бутылку коньяка, ровно столько стоит засадить невинного чнловека в тюрьму, дурное дело не хитрое а подлецы этим пользуются, несколько рапортов от участкового о том, что подозреваемый отсутствует уже долгое время, хотя никаких повесток даже не думают писать, мол был, никого небыло дома, соседи сказали что уехал, вот и все что нужно чтобы обьявить в розыск. Потерпевший имея два ресторана прикормил ментов и чувствовал себя защищенным и прикрытым, но горько ошибался, продажный мент первым и нагадит и подставит при первой же возможности.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?